Главный допинговый скандал Олимпиады в Токио уже произошел. И в нем есть американский след

Анализ Сергея Лисина.

• Нигерийка Блессинг Окагбаре, которая 30 июля уже вышла в полуфинал соревнований на дистанции 100 метров, а 17 июня пробежала стометровку на чемпионате страны за 10,63 (правда, при сильном попутном ветре), временно отстранена от соревнований. Олимпиада для Окагбаре закончена, карьера, скорее всего, тоже
• Из информации, опубликованной независимым органом по борьбе с допингом в легкой атлетике (AIU), следует, что проба, которую Блессинг сдала 19 июля, показала следы синтетического гормона роста. И это, пожалуй, главный допинговый скандал Олимпиады в Токио

Прежде всего, нужно понимать, кто такая Блессинг Окагбаре. 32-летняя нигерийка была второй на ОИ еще в Пекине, причем в прыжке в длину (6,91 м). Четыре года спустя, в Лондоне, эстафетной команде ее страны не хватило 0,6 секунды, чтобы обогнать украинок, занявших третье место. Украинок, у которых три девушки из той эстафетной четверки позже были дисквалифицированны за допинг — Олеся Повх в 2017-м, Мария Ремень в 2014-м, а Елизавета Брызгина — в 2013-м.

На чемпионатах мира Окагбаре тоже блистала — в ее коллекции две медали, обе привезены из Москвы в 2013 году. Тогда Блессинг была второй в прыжке в длину (6,99 м) и в беге на 200 метров (22,32). Затем результаты начали спадать — в Пекине-2015 она довольствовалась лишь восьмым местом на сотне, в Лондоне-2017 — таким же восьмым в прыжке в длину. А в Дохе-2019 получила дисквал за нарушение правил бега еще на стадии предвариловки на 200 метров.

Но в 2021-м году Окагбаре словно родилась заново: установила четыре личных рекорда, на 60 и 200 метров в помещении, плюс на 100 и 400 метров на открытом воздухе забегала в призы на этапах «Бриллиантовой лиги». Ну и, наконец, 30 июля выиграла свой предварительных забег на Олимпиаде в Токио с результатом 11,05.

Вот такую спортсменку обвиняют в использовании гормона роста. А гормон роста — штука очень специфическая:

• во-первых, это только и исключительно инъекции
• во-вторых, ловится он только и исключительно по крови, не по моче
• в-третьих, ловится он очень-очень недолго, т. е. проба крови должна быть взята очень удачно, чуть промедлили — ничего уже не найдут
• в-четвертых, Окагбаре, конечно, выступает за Нигерию, только вот базируется она в США. И гормон роста, если она его использовала, спортсменка получила в США. А использовала, судя по дате пробы (19 июля) уже во время европейских «гастролей» — проба сдана через 6 дней после этапа «Бриллиантовой лиги» в Гейтсхэде
• и, наконец, в-пятых — гормон роста является профильным для спринтеров допингом, он действительно помогает им улучшить результаты. Да и не только спринтерам

Фактически, на данный момент, гормон роста — единственный универсальный допинг для всех видов спорта. От тяжелой атлетики до синхронного плавания, все дело лишь в дозах. Он, как уже сказано выше, очень сложно ловится, а вот эффект… эффект там заметный. Прежде всего, и это как раз делает данное вещество универсальным допингом, вырастает скорость восстановления после любых нагрузок. Люди начинают спать как в детстве — мертвым сном, без сновидений, просыпаются полностью восстановившиеся, выспавшиеся, с телом, которое на 100% готово к новым тренировкам. Не важно, что это будет — силовая, кросс, хореография или что-то еще. Залечиваются старые травмы, зарастают микронадрывы. Происходят чудеса, особенно с возрастными спортсменами, как раз такими как Блессинг.

Такая вот получается история. Подробности ее пока неизвестны, так что спортсменка еще даже может быть отобьётся, но вероятность этого, конечно, исчезающе мала.

«Ездила за свой счет, командировки мне не оформляли». Эльвира Герман — о сложностях сезона и своем максимализме

Беседует Сергей Лисин.

• Белорусская специалистка коротких барьеров Эльвира Герман финишировала третьей на этапе «Бриллиантовой лиги» во Флоренции, прошедшем 10 июня, с результатом 12,85
• Для спортсменки это лучший результат сезона. Но до личного рекорда в 12,64 секунды еще далеко. Впрочем, даже повторение «личника» не подняло бы Эльвиру выше в протоколах — выиграла пуэрториканка Жасмин Камачо-Куинн (12,64), а второй стала представительница Багам Девайн Шарлтон (12,61)
• О том, как сама Эльвира смотрит на свой результат, что мешает бежать быстрее и сказалась ли на ее подготовке позиция спортсменки, которую та высказала в прошлом году, подписав коллективное письмо белорусских спортсменов, мы поговорили после завершения соревнований

— Как оцените 12.85 в этой точке сезона?

— На самом деле, если честно, изначально я хотела начинать сезон лучше, но все-таки сейчас скажу, что я, наверное, рада этому результату. Еще интересно посмотреть, какой у нас был ветер, но все равно хорошо, рада, что улучшила свой лучший результат сезона. Потихонечку-потихонечку двигаюсь к своему результату.

— Что сегодня не получилось?

— У меня большая проблема со стартом, даже не с первым барьером, а с отрезком между первым и вторым — я все время медленно разгоняюсь, можно сказать даю фору, а затем не могу уже догнать. И, соответственно, результат получается не такой как я хотела бы. На тренировках получается, а вот на соревнованиях пока нет.

— Насколько планово проходит олимпийский сезон?

— По тренировкам все замечательно. Но у меня есть проблемы в психологическом плане, я максималистка, ожидаю от себя многого и эти ожидания не оправдываю. Пытаюсь, так сказать, заземлиться (смеется) и бегать, вот так, по чуть-чуть, улучшая свой результат сезона.

— Максималистке сложно было себя научить себя сдерживать на тренировках?

— Я этому до сих пор не научилась, тренируюсь максимально и сама себе делаю хуже. Иногда пытаюсь себя останавливать, но с большим трудом.

— А тренер не останавливает?

— Нет, он не может ничего сделать, это бесполезно. Меня может затормозить, наверное, только мой молодой человек, я слушаю только его (смеется).

— Белорусские спортсмены, кажется, вообще не пострадали от коронавирусных ограничений, это так?

— Да, у нас вообще не было никаких проблем в плане тренировок, могли спокойно приходить и тренироваться, так что в этом плане нам повезло.

— Сами не болели?

— Положительных проб не было, но, возможно, я болела, потому что были времена, когда я чувствовала себя не очень. Но не сдавала пробы, потому что вылечивалась буквально за два дня.

— «Параноить» не начали из-за этого, ограничивать общение и так далее?

— Нет, я считаю, что если человек чего-то боится, то с ним как раз это и случается. Так я не переживаю.

— В 2020-м вы были одной из тех белорусских спортсменов, которые подписали письмо с призывом к отставке действующей власти. Пришлось столкнуться с последствиями?

— Было напряженно. Еще в сентябре 2020-го я ездила за свой счет, писала заявление на отпуск, потому что командировки мне не оформляли. Но сейчас все нормально, подписывают, выпускают, с зарплаты меня не сняли, подготовку к Олимпиаде оплачивают полностью. Но, конечно, обстановочка в стране, мягко говоря, напряженная.

— Токио для вас будет первой Олимпиадой, понимаете, чего там ждать?

— Понимаю, потому что уже выступала и на Универсиаде и на Европейских играх и на юношеской Олимпиаде. Это все одно и то же — большая деревня, в которой живут спортсмены, какие-то развлечения в этой деревне, много людей. Думаю, что в принципе, взрослая Олимпиада ничем не отличается от этих соревнований.

— Но это быт. А то, что на Олимпиаде результаты зачастую совершенно непредсказуемы, понимаете?

— Каждый старт непредсказуем. Я всегда говорю себе, что будет так, как должно быть. Я в любом случае выступаю, готовлюсь к Играм, а уже там посмотрю, чем все закончится.

* Соцсеть, признанная в России экстремистской

«Не знаю, что случилось с Шубенковым, но надеюсь, он в порядке». Маклеод — о победе во Флоренции и уроках коронавируса

Беседует Сергей Лисин.

• Олимпийский чемпион Рио в беге на 110 метров с барьерами ямаец Омар Маклеод, выйдя на первый с сезоне старт «Бриллиантовой лиги», прошедший во Флоренции 10 июня, не просто выиграл, а показал лучший результат сезона в мире — 13,01
• Последние года полтора, даже больше, у Омара прошли не очень — в Дохе на ЧМ-19 его дисквалифицировали в финале, за нарушение правил бега, летом 2020-го у спортсмена из-за пандемии коронавируса был всего один старт, так что олимпийское лето, конечно, оставляло много загадок
• Так что неудивительно — победа вызвала у спортсмена столько эмоций, что он сначала вообще не понимал, куда ему идти, и почему волонтеры ведут его не туда, куда он хочет. Наконец, разобравшись, Маклеод попал в зону прессы и радостно, но очень быстро рассказал, что к чему

— Что про бег скажете?

— Это было очень круто. Наконец получилось собрать вместе все технические аспекты в единое исполнение, я чисто прошел барьеры, все было отлично.

— Двух сотых не хватило, чтобы разменять 13 секунд, обидно?

— Ну, чтобы выиграть мне этого хватило (смеется). И я не расстроен, я разменяю 13 тогда, когда это будет нужно, сейчас я готов так, как должен быть готов сейчас.

— Зрители, которых пустили на трибуны, помогли?

— Да, это очень классно, видеть зрителей! Здесь зрители особенно болеют за своих, за итальянцев, а у нас в забеге были два, так что зрители, конечно, добавили эмоций и удовольствия от забега.

— 13.08 было четыре дня назад, не слишком часто стартуете?

— Наоборот, такой дубль помогает становиться лучше и если я бегу быстрее, значит это правильно.

— Камера показывала вас перед стартом, вы что-то говорили себе, что именно?

— Ничего особенного, на самом деле, я просто настраивался, говорил, что нужно радоваться еще одной возможности стартовать, нужно хорошо пробежать и получить удовольствие от бега. Каждый раз, когда я выхожу на дорожку, то стараюсь показать свой максимум.

— Сейчас вы стали лидером мирового сезона, олимпийского сезона. Это что-то значит или так, рабочий момент?

— Для меня каждый старт очень важен и каждая победа — значительна. Когда ты выигрываешь, то это не только для себя, но и для твоей страны. Олимпиада — крупнейший старт, на котором спортсмены представляют свои страны и я поеду туда, в Токио, что показать свой уровень.

— Могли поехать еще в прошлом году, если бы не коронавирус. Что-то вынесли из этой истории?

— Терпение. Терпение и умение ценить мелочи. Я сидел на изоляции в квартире и сказал себе, что каждый раз, когда буду выходить на дорожку, если следующий сезон вообще состоится, то буду наслаждаться каждым стартом.

— Сергей Шубенков пока еще не стартовал на международных соревнованиях в этом сезоне, вам не хватает его на дорожке?

— Я не знаю, что случилось с Шубенковым, но надеюсь, он в порядке.

«О международном допуске предпочитаю не думать, хотя вера есть». Екатерина Реньжина — об ожидании лета и противостоянии с Миллер

Беседует Сергей Лисин.

• Женские 400 метров для нашей легкой атлетики — дистанция знаковая, можно сказать, культовая, особенно если говорить о летних стартах, хотя и зимние результаты тоже не менее престижны. Новой чемпионкой России в этой дисциплине в рамках первенства страны в помещениях, которое завершилось 17 февраля в московском спорткомплексе ЦСКА, стала Екатерина Реньжина.
• Уже после «Русской зимы», прошедшей чуть больше чем за неделю до ЧР, сделалось понятно, что фаворитов на этой дистанции два — Екатерина и Полина Миллер. На «Зиме» Реньжина выиграла с результатом 52,44, Полина была второй — 52,58. На ЧР в отборе Миллер показала лучший результат — 53,91, Екатерина — второй (54,10), но бежали они в разных забегах, так что противостояние получилось заочным. Все ждали финала.
• Он прошел на второй день чемпионата, Миллер начала как обычно быстро и лидировала почти всю дистанцию, но Реньжина сумела набежать на финиш и вырвала у соперницы восемь сотых, показав 52,04.

После финала прошло уже минут двадцать, но к журналистам Екатерина подошла с ваткой в руке.

— Нашатырь?

— Да. Но он мне особо не помогает, скорее на всякий случай.

— Личный рекорд, Екатерина.

— Рада тому, что удалось так пробежать, предыдущий личник был установлен на «Русской зиме» в 2015 году — 52,08. Сейчас получилось 52,04, и теперь уже, конечно, хочется разменять 52 секунды, пройти этот рубеж. Но и сегодняшним результатом довольна.

— Полина помогла?

— Да, у нас было хорошее противостояние и на «Русской зиме», и сегодня. Она любит быстро начинать, а для меня это как раз хорошо, потому что я первую половину бегу спокойнее, хотя в будущем, возможно, поменяю тактику.

— На выходе из второго виража встали за Миллер, это получилось само собой или специально подстраивались?

— Думала, что, если она выбежит первой, то хорошо, встану за ней без проблем. Если вдруг получится разогнаться быстрее, чем обычно, то буду выбегать первой. Но она начала быстро, так что все пошло по совершенно нормальному первому сценарию.

— Было впечатление, что вы все-таки немного «поймали» лишний просвет, хотелось бы встать за ней чуть ближе?

— Вы просто не видите эту ситуацию, как ее воспринимаем мы, когда бежим. Со стороны видно корпус, и кажется, что я была далековато. Но внутри бега на 400 метров в помещении есть такой фактор, как длина шага, и с этой точки зрения имеется безопасная дистанция, чтобы тебя не зацепило шипами спортсменки, которая бежит впереди.

— Да, 400 метров зимой от лета отличаются тем, что существует круг бега всех участниц по одной дорожке.

— Этот сход на одну дорожку никто не любит, я думаю. Специалисткам бега на 400 метров непривычна тема толканий локтями и борьбы за место на дорожке, кроме того, на это особо нет времени, в спринте все происходит очень быстро. Летом нам бегать привычнее, не могу сказать, что легче, но зато без контактной борьбы.

— Сохраняете веру, что хотя бы к лету выпустят на международные старты?

— Я, конечно, оптимист по жизни, так что хочется верить. Как бы ни было иногда сложно, мысли в голове больше позитивные. Но лучше вообще об этом не думать, не окунаться.

— Мотивации в условиях отсутствия международных стартов хватает?

— С мотивацией все в порядке, дистанция 400 метров, она такая — даже если куража нет, то все равно появляется.

— Насколько весной реален летний норматив на ОИ — 51,35?

— Вообще мой личный рекорд 51,21 (2017 год. — «Матч ТВ»), так что все близко.

— Нет желания начать подготовку к лету пораньше, чтобы более качественно отработать предолимпийский блок?

— Я не тот человек, который долго отдыхает. Единственное, прошедшее лето была идея пропустить, и дело даже не в коронавирусе, были свои причины. Но в итоге ушла на 200 метров и на ЧР в Челябинске бежала эту дистанцию, даже в призы попала, так что не жалею. И за последние годы я никогда не пропускала ни зиму, ни лето. Обычно раньше в начале мая я ездила на коммерческие старты, еще до открытия российского летнего сезона. Так что сейчас после ЧР я, может быть, недельку отдохну, покатаюсь на сноуборде в своем любимом Сочи.

— Ограничения, связанные с коронавирусом, осложнили подготовку?

— Мне очень повезло в этом плане, мы были в Адлере, когда всем сказали вернуться домой, но я решила остаться там. Гостиница на территории базы не работала, но мы жили в апартаментах, а их никто не закрывал. Рядом стадион, зал, все условия для тренировок. Вот там вчетвером мы и находились, больше никого не было. В город выпускали, правда, первые десять дней мы сами не выходили, потому что было страшновато, но затем уже нормально. Конечно, в маске, перчатках. Заходишь в магазин, перед тем как взять тележку, брызгаешь на ручку санитайзером, в общем, паранойя была.

* Соцсеть, признанная в России экстремистской

«Почти всю карьеру выступаю с язвой желудка». Чемпион России — о том, до чего могут довести нервы

Беседует Сергей Лисин.

Чемпионат России по легкой атлетике в Челябинске завершался, если не считать эстафет, мужским бегом на 1500 метров. Интрига для специалистов была бешеная, фаворитами видели Константина Плохотникова и Сергея Дубровского. Оба спортсмена в первые дни чемпионата выступали на других дистанциях, Плохотников стал вторым на 3000 метров с препятствиями, а Дубровский уступил только Константину Холмогорову на 800.

Юрий Борзаковский, рассуждая о возможных сценариях финала на 1500, сказал, что все зависит от того, как поведет бег Плохотников, даст ли он возможность Дубровскому реализовать финишный рывок, который у Сергея получше, чем у Константина. В итоге на последнем вираже Дубровский висел на плече у Плохотникова, а на финишной прямой забрал у того победу, перековав серебро 800 на золото 1500. После финиша мы пообщались с победителем.

— Сегодняшний бег виделся многим очень разнообразным тактически. Вы как-то заранее настраивались или определялись по ходу дистанции, что делать, как строить бег?

— Тактика определялась по ходу дистанции, потому что до старта мы не знали, как поведут себя соперники. Мне самому вести не особо хотелось, все-таки стартую уже четвертый день подряд, тяжеловато.

— Когда был ваш лучший день на этом ЧР с точки зрения самочувствия?

— Вчера, во время предварительных забегов на 1500, чувствовал себя очень свежо, сегодня уже ощущалась усталость.

— На вираже уже поняли, что вырежете финиш у Плохотникова?

— Метров за 60 понял, на вираже еще ничего было не ясно.

— Сезон у всех сложился неровно, не пускали в манежи, залы, на стадионы. На вашу подготовку это повлияло?

— Я сам из села Юшково Белгородской области, так что на мне это никак не отразилось, закрывать было нечего, тренируюсь я почти все время в лесу, на природе. Это у нас, средневиков, основные места занятий, на стадионах проводим только уже финальную часть подводки к стартам.

— Расскажите про вашу язву.

— Началось это еще с подросткового возраста, говорят, что скорее всего причиной стали нервы. Я склонен к волнению, сегодня, например, спал хорошо, но перед стартом начало потряхивать. Обычно перед финалами всегда волнуюсь, предварительные забеги проходят спокойнее. В принципе, сильно язва меня не беспокоит. Придерживаюсь определенной диеты, стараюсь не есть острое, жареное, жирное, пью таблетки от изжоги.

— Врачи допуск дают?

— Да. Раз в год прохожу обследование и после сезона подлечиваюсь.

— К вопросу о нервах. В какой-то момент, в 2019 году, вы оказались самым тестируемым на допинг спортсменом России. Нервничали?

— Абсолютно нет, просто сдавал пробы. Себе этот интерес ко мне антидопинговых органов объяснил тем, что я подавал заявку на нейтральный статус и, видимо, в свете этой заявки меня стали чаще проверять. Но, к сожалению, ответа на заявку тогда так и не пришло.

— Язвенник Дубровский на командный ЧР в Сочи едет?

— Пока еще не решили, возможно, что это был последний старт сезона.

— Обычного спортсмена я бы спросил, набираете ли вес в межсезонье, но вас даже не знаю, с вашей диетой, спрашивать ли.

— Тоже набираю, но не сильно и не всегда (смеется).

* Соцсеть, признанная в России экстремистской

Олимпийский чемпион, которого дисквалифицировали за перерасход в 70 марок. История Армина Хари

Рассказывает Сергей Лисин.

• 1 сентября — особая дата в мужском легкоатлетическом спринте, именно в этот день в Риме свою олимпийскую золотую медаль на 100 метров выиграл Армин Хари. 
• В тот же день, но 12 лет спустя, золото Мюнхена завоевал Валерий Борзов, но с оговоркой, что два сильнейших американских спринтера, Эдди Харт и Рэй Робинсон, из-за ошибки тренера сборной США опоздали на предварительные забеги, чем значительно упростили Борзову задачу, так что та победа, как бы это горько ни звучало, вызывает вопросы. 

Хронологически последней победой белого на «сотне» ОИ является московский триумф Аллана Уэллса в 1980-м, но тогда из-за бойкота не приехали американцы, канадцы, представители государств карибского бассейна, так что кворума не было, как бы московскую Олимпиаду не раскрашивали в радостные цвета позднего застоя. Вот и выходит, что последним спортсменом со светлым цветом кожи, который выиграл 100 метров на Олимпиаде, когда все приехали и никто никуда не опоздал, был Армин Хари. О нем и пойдет речь.

Хари — настолько отдельное явление в мире спринта, что по его победам и ошибкам можно учить молодых спортсменов даже сейчас. Главным его оружием и главной же проблемой являлась очень быстрая реакция на выстрел стартового пистолета. С одной стороны, это позволяло уходить со стартовых колодок быстрее остальных, с другой, в условиях отсутствия электронной системы фиксации усилия на колодке, становилось причиной многочисленных обвинений в фальстартах, потому что на глаз — это были чистой воды фальстарты.

Хари уходил с колодок на несколько сотых быстрее соперников, но на «сотне» этого было достаточно, во-первых, чтобы завоевать преимущество на первых метрах, а во-вторых — несколько деморализовать остальных спринтеров, которые видели, что к отметке 50 м немец был уже впереди. За 10 секунд в голове у некоторых спортсменов пролетают целые эпопеи, и осознать лидерство соперника — не самая сложная задача.

В результате когда Хари 21 июня 1960 года впервые в истории показал 10 секунд ровно, установив мировой рекорд, сделать ему это удалось только со второй попытки, на старте, который сейчас является этапом «Бриллиантовой лиги» в Цюрихе, а тогда был просто одним из главных коммерческих турниров в Европе. Хари тогда, по мнению судей, допустил фальстарт, был отстранен, затем добился права на перебежку и, едва успев отдохнуть, выдал забег на бис. На этот раз он стоял в колодках до последнего, а когда много лет спустя забег проанализировали повторно, то получалось, что стартуй спортсмен нормально, то было бы 9,90-9,95.

Проблема фальстартов до появления электронных систем в легкой атлетике требует отдельного объяснения. Дело в том, что фиксирует фальстарт стартер, так как он может соотнести время, когда он выстрелил и когда спортсмены начали движение. Стартер находится на расстоянии порядка 5-10 метров от спортсменов, временем, требующимся для того, чтобы звук выстрела долетел до атлетов, можно пренебречь. Таким образом, от выстрела до начала движения тех разделяет только цепочка: слуховой раздражитель — головной мозг — спинной мозг — реакция тела и нижних конечностей. Стандартно эта цепочка занимает порядка 0,16 сек. у мужчин и 0,18 у женщин. Согласно современным правилам легкой атлетики (когда на колодках стоят датчики), если спортсмен начал отталкивание ранее чем через 0,1 сек. после выстрела, то это считается фальстартом, т. к. человек не может отреагировать быстрее. Но это сейчас, а до появления электроники вся ответственность ложилась исключительно на стартера, и тому зачастую казалось, что Хари убежал одновременно с выстрелом, а чтобы это сделать, начать толкаться он должен был еще до выстрела. Что же до зрителей на трибунах, то их восприятие складывалось тем более не в пользу Хари, потому что до них звук выстрела долетал совсем не сразу, и казалось, что вообще едва ли не весь забег убежал раньше. Собственно, именно поэтому при работе «по ручнику» хронометристы на финише, которых со стартером разделяет 100 метров, реагируют не на звук, а на вспышку, только вот зрителям про это не всегда рассказывают.

Еще одной, несколько неочевидной, проблемой Хари, сыгравшей в разгар баталий в Риме, стала его внешность. Он был светловолосым немцем, выгоравшим к осени почти до блондина. Светлее него в немецкой эстафетной четверке был только Вальтер Малендорф. В 1960-м еще были живы и вполне дееспособны многие американские журналисты, работавшие на Западном фронте, и не обошлось без сомнительных сравнений, особенно после публикации фото с награждения ОИ-60, где Армина поймали во время поднятия правой руки, которое со стороны выглядело очень и очень двусмысленно, хотя это, по сути, был просто стоп-кадр движения, приветствующего зрителей. Немного спасало то, что олимпийский чемпион 1956 года на «сотне», Бобби Морроу, тоже был белым, да к тому же любимцем прессы, но он был американцем, «а это другое», как сказали бы сейчас.

Триумф в Риме тоже мог бы не состояться, и снова из-за фальстартов — Хари снова, по мнению судей, нарушал правила. В финале ему досталась крайняя шестая дорожка, за спортсменом следили сразу с двух углов: стартер слева и судья сзади. Первый раз спортсменов вернули, потому что Хари, по мнению судьи, дернулся до выстрела. Второй раз они поднялись из колодок, потому что кубинец Энрике Фигерола поднял вверх руки, сообщив, что не готов стартовать — нужно было поправить колодки, они изменили положение. Ушли только с третьей попытки, Хари немного лидировал с первых метров, затем они с американцем Дэйвом Саймом почти выровнялись, но Хари сумел продавить на последних шагах. В результате по ручному хронометражу оба показали 10,2, но грудь немца оказалась впереди. Джесси Оуэнс, сидевший на трибунах и, по собственному признанию, ждавший результата из 10 секунд, был немного разочарован, но вида не подал.

Но главной проблемой Хари, значительно более серьезной, чем слишком хорошая реакция и внешность, был его характер, можно сказать, даже не совсем немецкий. Он постоянно конфликтовал со своей федерацией, шел против мнения руководства, за что минимум дважды получал дисциплинарные дисквалификации, последняя из которых, за перерасход в размере 70 марок, привела к его отстранению уже в ранге олимпийского чемпиона. Помимо этого он одновременно имел два контракта, с Adidas и Puma, в результате чего бежал в обуви одной фирмы, а на награждение выходил уже в другой. Учитывая, что обе фирмы были немецкие, связи их «наверху» были очень сильны, все это создало Армину дополнительные проблемы на родине. В результате он завершил карьеру почти сразу же после римского триумфа.

Дальше жизнь закрутилась тоже не совсем гладко. Хари работал в сфере недвижимости и в 1981 году был приговорен к двум годам тюрьмы за пособничество и подстрекательство к финансовым махинациям на сумму около 3,2 миллиона марок в отношении католической церкви. После апелляции срок был сокращен до 18 месяцев с отсрочкой наказания и штрафа 20 000 марок.

В 2018 году Хари продал всю свою коллекцию медалей, включая олимпийские, частному коллекционеру из США. По условиям продажи, награды должны два года выставляться в американских музеях, и если за это время в Германии найдется покупатель, то контракт должен быть расторгнут. Причиной продажи стало то, что у Хари нет наследников, и ему некому завещать ни свою недвижимость, ни свои награды, а ситуация, когда после его ухода из жизни все это окажется на аукционе, его не устраивала. Как сказал сам Хари: 

«Печально, что-то, что я сделал для Германии, очевидно, ценится в Америке больше, чем в моей родной стране».

* Соцсеть, признанная в России экстремистской

ВФЛА заплатила шесть миллионов World Athletics. Но выступать наши спортсмены пока все равно не смогут

Разбор от Сергея Лисина.

На сайте всероссийской федерации легкой атлетики (ВФЛА) появилась новость о том, что федерация осуществила перевод штрафа в размере 6,3 миллиона долларов, который был выписан Международной ассоциацией легкоатлетических федераций (World Athletics). Деньги ВФЛА были предоставлены Минспортом в рамках единовременной субсидии, причем, судя уже по пресс-релизу Минспорта, денег дали даже больше чем нужно, т. к. цель субсидии описывается как «развитие вида спорта, в том числе на погашение долга перед World Athletics».

Судя по всему, именно для этого и вернули в ВФЛА Евгения Юрченко, который не передал право подписи кому-то другому, а в финансовых вопросах это обойти невозможно.

Что дальше?

Во-первых, нужно помнить, что это не весь штраф — осталось еще пять миллионов, которые нужно будет где-то изыскать, правда, срок оплаты там значительно более мягкий, до 12 марта 2022 года. Если до этой даты ВФЛА не допустит никаких нарушений, то платить будет не нужно.

Во-вторых, для того, чтобы хоть как-то перезапустить процесс восстановления, ВФЛА должна до 31 августа представить черновик плана по внедрению в российской легкой атлетике культуры нулевой терпимости к допингу. Этот план должен быть согласован с World Athletics до 30 сентября.

По плану есть, конечно, вопросы. Первая попытка внедрения «культуры нулевой терпимости» — критерии допуска в сборную, опубликованные ВФЛА 5 апреля — с треском провалилась, когда 5 августа CAS признал эти критерии незаконными в части, касающейся спортсменов.

При этом — говоря о процессе разработки критериев — на том же сайте ВФЛА утверждалось, что проводились консультации с «РУСАДА, экспертным сообществом — тренерами, специалистами, спортсменами, юристами». Однако все эти консультации привели к созданию документа, который нарушает базовые права человека о недопустимости двойного наказания, описанные, кстати, в пункте № 4 протокола № 7 к Европейской Конвенции по правам человека, ратифицированного РФ. Учитывая это, можно с высокой степенью уверенности считать ценность полученных ВФЛА консультаций нулевой, а инстанции и отдельных людей, выдавших эти консультации, — профнепригодными.

Сейчас говорится, что в разработке плана по внедрению той самой культуры нулевой терпимости участвуют, помимо ВФЛА, представители Олимпийского комитета России, Министерства спорта Российской Федерации и РУСАДА.

И если о восстановлении ВФЛА, понятно, говорить можно только в очень долгосрочной перспективе, то вот выдача нейтральных статусов — это вопрос насущный. И тут лучше всего процитировать текст рекомендации рабочей группы World Athletics, опубликованной 30 июля:

Ни одному спортсмену не будет выдан статус нейтрального атлета на 2020 год, пока условия, описанные в пунктах 1 и 3 выше, не будут выполнены.

Условие 1 — выплата штрафа, оно выполнено.

Условие 3 — согласование плана внедрения культуры нулевой терпимости до 30 сентября.

То есть мало отправить черновик до 31 августа, нужно еще и согласовать и учесть все пожелания World Athletics, а они, скорее всего, будут высказываться в ультимативной форме. И получается, что реальный срок возобновления выдачи нейтральных статусов нашим спортсменам — это 30 сентября.

Что после этой даты у звезд, какие старты? Всего один этап Бриллиантовой лиги в Китае, куда нет никакого смысла ехать.

Могут ли стороны ускориться? ВФЛА, понятно, захочет, только вот World Athletics может ведь и ответить на их черновик списком замечаний примерно к 14 сентября. То есть не от ВФЛА тут все зависит. Но если согласуют к 11 числу (это пятница), то наши еще могут успеть в Рим, где старт пройдет 17-го. Это при условии, что WA быстро примет решение по статусу хотя бы лидеров. Есть, правда, еще один вопрос — а нужно ли будет ехать Ласицкене, Сидоровой и Шубенкову в Рим, учитывая, что программа этого этапа еще не утверждена? В прошлом году там были мужские барьеры и женский шест, хочется верить, что они будут и в этом. Но, повторюсь, это все настолько зыбко с точки зрения дат согласования плана с WA, что более реально рассчитывать на то, что нейтральные статусы нашим начнут выдавать только в начале октября, когда международный сезон, по сути, уже завершен. А на 2021 год нужны будут уже новые статусы, которые придется получать заново, и пока еще неясно на каких условиях.

Напомню, на 6 августа, согласно сайту антидопингового органа WA, Athletics Integrity Unit, по фигурантам «дела Лысенко» еще не вынесены окончательные решения. Дела бывших президента ВФЛА Дмитрия Шляхтина, члена правления ВФЛА Артура Карамяна и тренера Евгения Загорулько переданы для рассмотрения в дисциплинарный трибунал World Athletics. Дела бывших исполнительного директора ВФЛА Александра Паркина, начальника отдела спортивных программ ВФЛА Елены Орловой и антидопингового координатора Елены Иконниковой пока еще находятся в стадии ожидания ответа на исковое уведомление от AIU. Можно предположить некоторую задержку обновления информации на сайте и на основании этого другой реальный статус дел, но пока об этом не было официальных заявлений.

Рассмотрение этих дел — ключевой элемент текущей ситуации. Если по итогам рассмотрения вылезет еще что-то, а обвинение постарается добиться подобного исхода, то от ВФЛА могут потребовать дополнительных действий.

Резюмируя: платеж совершили с запозданием, хвост текущего сезона у лидеров отрезали, а на 2021 год, скорее всего, будут новые правила игры, которых мы еще не знаем. Причем устанавливать эти правила будем не мы, потому что многолетняя эпопея с ВФЛА явным образом демонстрирует — мы и правил-то не знаем, так, делаем вид.

Босиком через санкции к олимпийской мечте. Невероятная история Золы Бадд

Рассказывает Сергей Лисин.

• Зола Бадд родилась в 1966 году в ЮАР
• На Олимпиадах она успела выступить за две страны — в 1984-м за Великобританию, а спустя восемь лет уже за ЮАР. Оба раза она принимала участие в забегах на 3000 метров
• Из спортивных регалий Бадд можно отметить два золота чемпионатов мира по легкоатлетическому кроссу
• Но Зола Бадд — гораздо более интересная персона, чем вам могло бы показаться, узнав про ее достижения

История легкой атлетики знает много удивительных судеб, которые заканчивались по-разному: одни триумфами, другие трагедиями. Одна из таких страниц написана маленькой девочкой из Южной Африки Золой Бадд, которая в середине 80-х стала, наверное, главной сенсацией женской выносливости, поражая не только своими результатами, но и тем, что в эпоху революции в мире легкоатлетической обуви бегала босиком. 

ЮАР из-за режима апартеида не могла участвовать в Олимпиадах, и чтобы выйти на старт Игр в Лос-Анджелесе 1984 года, Золе пришлось пройти через огромное количество испытаний, о малой части которых я решил вам рассказать.

Начало

Зола родилась в мае 1966-го и была младшим из пяти детей в бедной семье. Ребенком была тихим, замкнутым. Единственным человеком, с которым она делилась своими эмоциями, являлась вторая по старшинству из трех сестер — Дженни. Когда в 1980-м Дженни умерла от рака, четырнадцатилетней Золе стало совсем не с кем общаться. Семья выживала, детей уже четверо, но все равно родителям было не до задушевных разговоров. Тему смерти Дженни никто не поднимал, ее просто не стало, и все. Зола осталась одна. Единственной отдушиной оказался бег.

Она поднималась в 4 утра и бегала, затем шла в школу, возвращалась, делала домашнее задание и снова шла бегать. Денег на спортивную обувь у семьи Бадд не было, поэтому дочь «расистов-угнетателей» бегала босиком.

В 1982-м, в пятнадцать, она выиграла 1500 и 3000 на юниорском чемпионате ЮАР, а еще через два года, 5 января 1984-го, в Стелленбоше пробежала пятерку за 15.01,83, установив тот самый мировой рекорд, после которого про нее узнал весь мир и даже московские товарищи.

Рекорд СССР на 5000 среди женщин тогда принадлежал Ирине Бондарчук, был установлен 11 июня 1982-го в Москве и равнялся 15.12,62. В 1982 году Ирине было 29 лет — нормальный возраст для стайера.

И вдруг какая-то семнадцатилетняя южноафриканка где-то там у себя бежит на десять секунд быстрее. И это наши еще не знали про то, что результат был показан без обуви и пейсмекера.

На момент установления рекорда рост Золы был 157 сантиметров, а вес всего 41 килограмм. Над ее кроватью висели портреты Себастьяна Коу и Стива Оветта, а также Мэри Декер, чей мировой рекорд, собственно, Зола и побила.

Поскольку Бадд южноафриканка, то путь на ОИ, да и остальные международные турниры, для нее был заказан — страна находилась под санкциями. В то же время талант спортсменки оказался таким, что вышел за пределы ЮАР, и легкоатлетическое сообщество задумалось, как можно дать Золе возможность выступать на международных соревнованиях. Южноафриканцы, понимая ситуацию, девушку отпускали, лишь бы бегала.

В истории ЮАР к тому времени уже были успешные прецеденты натурализации легкоатлетов для выхода из изоляции на международную арену. Наиболее заметной была Корнелия Бюрки, которая, получив швейцарское гражданство, уже успела выступить на ОИ в Москве. Корнелия была старше Золы на 13 лет и участвовала в том забеге, где Бадд установила мировой рекорд. Тогда же Корнелия сказала Золе: «Ты должна быть в Лос-Анджелесе» (то есть на Олимпиаде. — «Матч ТВ»).

Это был февраль 1984-го. Игры начинались 28 июля. Счет пошел на месяцы.

London calling

Папа Золы был урожденным британцем, но его семья переехала в ЮАР, сама Зола родилась уже в Африке, в общем, ситуация была весьма сомнительная, а единственной страной, гражданство которой Бадд могла получить в короткие сроки, оказалась Великобритания. Нетрудно догадаться, что процедура получения гражданства обычным порядком длится несколько дольше, чем пару месяцев. Провернуть же эту затею по-тихому было невозможно в силу масштаба личности спортсменки.

И вот тут к делу подключилась… вышеупомянутая пресса, а конкретно Daily Mail, которая начала шикарную кампанию по раскрутке возможности для Великобритании получить на Играх в Лос-Анджелесе потенциальную олимпийскую чемпионку.

Газета выкупила права на историю Золы за 100 тысяч фунтов стерлингов, после чего стала крайне заинтересована в продолжении этой истории на ОИ. Портрет Золы не сходил с первых полос, в каждом номере размещалась заметка о ней, освещающая текущую ситуацию с получением британского паспорта.

Помимо Daily Mail про Золу писали и другие крупные спортивные издания, в частности Sports Illustrated, чей журналист Кенни Мур первым увидел в девушке нечто большее, чем просто быстро бегающего ребенка. Вот что он писал после неудачной попытки побития мирового рекорда на 3000, принадлежавшего нашей Светлане Ульмасовой, которую Зола предприняла в том же феврале 1984-го:

«Пока фотографы бегали и переругивались снаружи, Зола сидела внутри, в углу подтрибунных помещений, сжавшись в комок, как испуганный олененок. Если признаком истинного перфекциониста считать неспособность научиться проигрывать, то Зола Бадд — воплощение перфекционизма. Хочется пожелать ей любящего и заботливого окружения».

Давление четвертой колонны оказалось столь высоко, что министр внутренних дел Великобритании Леон Бриттан лично отследил заявку на получение гражданства, поданную Золой. В результате документ был обработан за десять дней вместо стандартных нескольких месяцев, после чего Бриттан откровенно заявил:

— Да, конечно, мы пропустили ее без очереди. Но если бы заявка мисс Бадд шла на общих основаниях, то это бы заняло несколько месяцев и исключило возможность ее участия в отборе на Олимпиаду.

Вы верно прочитали. Это же Великобритания. У них нет «решений тренерского совета». Отбираются все, даже действующие рекордсмены мира.

Гражданство Бадд, получаемое таким образом, стало головной болью для всего британского правительства. Больше всего они боялись, что их обвинят в поддержке апартеида.

Министр иностранных дел Джеффри Хау в служебной записке на имя Бриттана, указав в копии Маргарет Тэтчер, писал:

— По моему мнению, если мы позволим прозвучать обвинениям в адрес правительства в особом отношении к этой молодой девушке, нас ждут разрушительные последствия.

Мнение Хау, к счастью для Бадд, было едва ли не единственным, направленным против предоставления ей гражданства по ускоренной схеме. Все остальные члены правительства и политики, с которыми проводились консультации, больше опасались обвинений прессы в том, что их бюрократические проволочки похоронят олимпийскую мечту семнадцатилетней девушки.

В результате Бриттан ответил Хау (не без одобрения Тэтчер), что «будет крайне сложно объяснить задержку получения гражданства для мисс Бадд, не заявив публично, что мы, правительство, не готовы принять во внимание ее исключительный талант, оценивая приоритеты данного вопроса».

Хау попросил Бриттана отложить решение по гражданству, но было уже поздно: в апреле 1984-го Зола Бадд получила британский паспорт.

Ее первым стартом на британской земле стал чемпионат Англии по кроссу, который проходил в Беркенхеде. Туда набежало несколько сотен протестующих, завязалась драка, на спортсменку накинулись демонстранты, она оказалась в больнице.

Опасения Хау, что последствия предоставления Бадд гражданства могут быть заметны и на международной арене, оказались не напрасными: в мае 1984-го СССР объявил, что не едет в Лос-Анджелес. Напрямую, конечно, случай Бадд не упоминали, но при необходимости, без сомнений, достали бы и его.

Риторика объяснений бойкота была общей — провокации и все такое, что в свете этого, мол, совесть не позволяет ехать. Похоронив, таким образом, надежды целого поколения наших спортсменов, руководство страны совершило огромную ошибку, но это тоже за рамками истории Золы Бадд.

Четвертая колонна

Золе повезло с покровителем ее переезда в Великобританию. Им оказался человек совершенно неординарный, и слово «покровитель» в данном контексте означает ровно то, что оно означает. Дам выдержку из его резюме:

«Джон Брайант, за свою журналистскую карьеру был главным редактором Telegraph Newspapers, редактором The European и Sunday Correspondent, заместителем редактора The Times и исполнительным редактором Daily Mail. Учился в Оксфорде, выступая за который, стал чемпионом страны среди студентов. Возглавлял старейший в мире клуб любителей кроссового бега — Thames Hare and Hounds, базирующийся в Уимблдоне.

Его перу принадлежат два легкоатлетических бестселлера «3:59.4: На пути к миле из четырех минут» и «Лондонский марафон: История величайшего забега на Земле» (последний в соавторстве с Крисом Брашером)».

В общем, Брайант был глубоко в теме и имел широкие возможности. Именно он убедил руководство Daily Mail выкупить права на публикацию истории Золы за сто тысяч фунтов. Именно он стоял за колоссальным пиаром смены гражданства Золы. Именно он ездил с ней как тренер в те страны, куда не давали визу южноафриканскому специалисту Питеру Лабушаню, работавшему с Бадд еще с детства.

После получения гражданства Золе нужно было отобраться на ОИ в составе британской сборной. Тем, кто не в курсе, поясняю, что в те годы самой стайерской дистанцией у девушек на Олимпиадах стали 3000 метров. До 1984-го длиннее 1500 женщины и вовсе ничего не бегали. Десятка появится у них на ОИ только в 1988-м, а пятерка — в 1996-м.

Зола вполноги выиграла отборочные 3000 за 9.02,06 и без труда вошла в состав британской команды на Олимпиаду. На предстартовой пресс-конференции включили саундтрек из «Огненных колесниц», нагнав, так сказать, пафоса на собравшихся репортеров. Народ не оценил шутку и выдал довольно резкие заголовки, особенно старались американские журналисты.

Сама Бадд мало интересовалась тем, что происходит на ее родине с точки зрения британских или американских СМИ. «До приезда в Лондон в 1984-м я вообще не знала, кто такой Нельсон Мандела», — призналась она позже.

13 июля 1984-го она пробежала 2000 метров за 5.33,15, и это был новый мировой рекорд. Комментатор BBC сразу после финиша сказал: «Это послание всему миру. Зола Бадд — не миф».

Олимпиада

Всем стало ясно, что в Лос-Анджелесе должна состояться дуэль между двумя вундеркиндами легкой атлетики — Золой Бадд и Мари Деккер. Несмотря на разницу в возрасте, которая составляла восемь лет, они обе начали крайне рано.

Деккер запредельно дерзко заявила о себе в 1973 году в Минске на юношеской матчевой встрече СССР — США, где взяла и выиграла забег в возрасте 14 лет. Ну, а после этого уже доминировала почти везде и всегда, кроме Олимпиад. В Монреаль она не поехала из-за травмы, в Москву — из-за бойкота.

Американская пресса раскручивала интригу, выставляя Деккер жертвой политических игры и ударов судьбы, а Бадд — символом апартеида. Деккер была мила, политкорректна, фотогенична, ее обожала вся Америка, она являлась символом женского бега, и не забывайте — ее постер висел у Золы Бадд в спальне.

Теперь Золе нужно было выходить на старт против своего кумира. Более того, она была единственной, кто мог этого кумира остановить. Зола не совсем понимала масштабов своего таланта и опасалась не только Деккер, но и румынку Маричику Пуйкэ, которая в марте 1984-го выиграла чемпионат мира по кроссу, оставив нашу Галину Захарову на втором месте.

Давление нарастало, пресса объявила женские 3000 едва ли не главным стартом Игр, а о том, что происходит с восемнадцатилетней девушкой, на которую все это обрушилось так резко, никто не думал.

«Я была одна, вдалеке от дома, брошенная своей семьей, предоставленная самой себе, и, честно говоря, это было не лучшее время в моей жизни. Я хотела просто отбежать Олимпиаду и покончить со всем этим», — вспоминала Бадд.

Перед публикацией этого материала я проконсультировался со специалистом по бегу босиком на искусственном покрытии. Интересовала техническая сторона вопроса, и вот что удалось выяснить:

• Во-первых, бег босиком предполагает отсутствие, как минимум, одного риска — потери обуви из-за того, что кто-то наступит тебе на пятку.
• Во-вторых, возникает другой риск: в случае, если в забеге участвуют спортсмены в обуви с шипами, босого спортсмена могут легко травмировать. Даже при беге в обуви спортсмены получают шипами соперников по лодыжке, ахиллам, голеностопным суставам и прибегают на финиш зачастую с окровавленными ногами. Но непосредственно стопы у таких бегунов защищены обувью, а на Золе Бадд ее не было. То есть она была еще более уязвима, чем все остальные девушки в том финальном забеге на 3000 в Лос-Анджелесе.

Деккер со старта возглавила бег, за ней держались Пуйкэ, Бадд и Венди Сли. Протянув до отметки 1600, американка сбросила скорость, Бадд решила выйти вперед. Она начала делать это на вираже, проходя Деккер справа. К выходу из виража Зола поравнялась с американкой, вышла вперед и сместилась левее, чтобы занять бровку. Деккер прижалась к Золе и врезалась правым бедром в ее левую стопу, заставив Бадд сбиться с ритма и потерять равновесие. Зола продолжала бежать, а американка в прямом смысле слова наступала ей на пятку своей левой ногой. Будь Зола в обуви, это вызвало бы ее потерю, но босая южноафриканка продолжила бег. Наконец, после третьего контакта Деккер потеряла равновесие и упала, а Зола, устояв, осталась на дистанции.

Воспользовавшись падением Деккер, румынка Пуйкэ начала небольшое ускорение, но Зола, восстановив ритм бега, снова вышла вперед. Трио Бадд — Пуйкэ — Сли лидировало с большим отрывом, и казалось, что именно они разыграют медали на дебютной для женщин олимпийской дистанции три километра.

Сразу после падения Деккер все американские зрители на трибунах начали освистывать Золу, которая продолжала сражаться с соперницами. СМИ сделали свое дело: противостояние Бадд и Деккер в глазах болельщиков перестало быть просто спортивным состязанием. Трибуны возмущенно гудели, до финиша оставались два круга, трио держалось вместе.

За 500 метров до финиша Венди Сли начала взвинчивать темп, и Зола не смогла ответить на эту атаку. За последующие сто метров она потеряла контакт с лидирующей парой и оказалась на ничейной территории, между лидерами и основной группой преследователей. За 200 метров до финиша стало ясно, что Бадд не претендует даже на бронзу в этом забеге, она продолжала терять позиции и финишировала только седьмой. Олимпийской чемпионкой стала та самая румынка, которую так опасалась Зола, — Маричика Пуйкэ. Серебро досталось соотечественнице Бадд по новой родине — британке Венди Сли, а бронза — канадке Линн Уильямс.

ВИДЕО

Находившаяся внутри забега и занявшая пятое место Корнелия Бурки так описывала произошедшее: «Я все видела, когда Зола обошла Мари и заняла позицию впереди, то Деккер это не понравилось, она не хотела уступать выгодное положение. Она начала набегать на Золу сзади и подталкивать ее, пытаясь выбить из равновесия. Уже падая, она толкнула Золу еще сильнее».

Позже, в тоннеле после финиша, Бурки стала свидетелем еще одной сцены.

«Мари сидела там и плакала. Зола была впереди меня и подошла к Мари, чтобы извиниться. Та закричала: «Проваливай, я не хочу с тобой разговаривать!» Я никогда не забуду эту сцену, Зола была застенчивой молодой девушкой, услышав крик своего кумира, она опустила плечи и пошла дальше совсем одна. Подобное могло произойти на любом старте, в этом не было вины Золы, но все считали, что именно она является злодеем в этой истории».

Судьи дисквалифицировали Бадд. На час. Посмотрев видеоповтор, они убедились, что вины спортсменки нет, и сняли дисквалификацию.

На Мари Деккер это решение судей никак не подействовало, и на пресс-конференции она продолжала винить Золу во всем случившемся. Сама Бадд на пресс-конференцию не пришла. Она села в командный автобус и поехала в олимпийскую деревню, а рядом, на соседнем сидении, рыдала молодая девушка в форме британской сборной.

— Из-за чего ты плачешь?

— Из-за того, что они все сделали с тобой.

Дальше история приняла совсем нехороший оборот. Из олимпийской деревни Золу отвезли к маме, которая прилетела к старту, но, не являясь членом британской олимпийской команды, жила в местном отеле. Там они провели всего несколько часов, когда в номер позвонила менеджер женской легкоатлетической сборной и сказала, что есть информация о том, будто на Золу готовится покушение. Две машины с полицейскими, вооруженными пистолетами-пулеметами, уже едут в отель, чтобы обеспечить безопасность спортсменки.

«Они забрали меня и маму из отеля, отвезли в аэропорт, прямо на взлетно-посадочную полосу, посадили в самолет и проследили, чтобы он поднялся в воздух. Это было, как в кино», — вспоминает Зола.

В Москву

В декабре 1984-го пришло письмо от Деккер:

«Я просто хотела бы извиниться за то, что обидела тебя на Олимпиаде. Тот момент был эмоционально тяжел для меня, и поэтому я отреагировала столь же эмоционально. Во время следующей встречи я хотела бы пожать твою руку и оставить все это позади. Кто знает, иногда самые жесткие соперники становятся друзьями».

Лицемерие Деккер в этой ситуации заключалось в том, что публично она продолжала намекать на то, что оказалась жертвой и не должна ни перед кем извиняться. Про письмо долгое время знали только Мари и Зола.

Уроки Лос-Анджелеса пошли Бадд на пользу. Она стала жестче на дистанции и жестче в жизни. Вернулась в ЮАР, тренировалась на высоте 1395 метров над уровнем моря в Блумфонтейне, но, имея британское гражданство, продолжала выступать на международных соревнованиях.

24 марта 1985-го в Лиссабоне она выиграла чемпионат мира по кроссу в стиле «я со старта выйду вперед и побегу так, что вы все отвалите».

ВИДЕО

В августе 1985-го она села на самолет и в составе сборной Великобритании отправилась в Москву на Кубок Европы по легкой атлетике.

Тут нужно рассказать о дипломатических отношениях ЮАР и СССР.

Их не было.

Советское консульство в Претории закрыли в 1956-м. После этого с ЮАР, по сути, вообще не было никаких контактов до 1981 года, когда после захвата в Анголе в плен прапорщика Николая Пестрецова для переговоров по его обмену начались секретные рабочие встречи разведывательных ведомств. Внешторговцы встречались с ребятами из De Beers, но тоже в закрытом режиме. Официально государства не взаимодействовали, внутренняя пропаганда и риторика прессы в каждой из стран выставляла другую как оплот зла и агрессии.

Летнюю Олимпиаду-84 широкие народные массы в СССР почти не отслеживали, им показывали социалистический аналог — Дружбу-84. Что там в Лос-Анджелесе произошло, болельщикам не сообщали, альманах «ФиС» за тот год события на женских 3000 описал двумя предложениями:

«Ожидалось, что в отсутствие сильнейших конкурентов спортсмены США выиграют соревнования в таких дисциплинах, как мужское толкание ядра, метание диска и копья и женский бег на 1500 и 3000 м. Однако соперники оказались сильнее, хотя и не показали высоких результатов».

Летний сезон закончился, в январе 1985-го Зола выиграла 1500 на чемпионате Великобритании в помещениях.

ВИДЕО

На зимний чемпионат Европы в Афины Зола не поехала, и там первой на 3000 стала итальянка Агнесе Поссамаи.

Затем, как я уже писал выше, Бадд стала чемпионом мира по кроссу в Лиссабоне, однако в отчетной статье Евгения Чена об этих соревнованиях, опубликованной в журнале «Легкая атлетика», ее имя даже не упоминается. Про занявших 9-е и 19-е места Бондаренко и Позднякову он пишет, а о том, кто же победил в забеге, можно узнать только из мелких строчек протоколов.

27 июля Зола выиграла 3000 на чемпионате Великобритании с результатом 8.50,50.

ВИДЕО

С британского чемпионата шел отбор в команду на Кубок Европы (сейчас этот турнир называется Командный чемпионат Европы), который должен был пройти в Москве 17–18 августа. Предыдущий турнир в 1983-м выиграли восточные немцы, затем был бойкот ОИ, в общем, советское руководство сильно изголодалось по победам на международных стартах.

Фамилии участниц женского турнира — это список легенд: Кох, Владыкина, Кратохвилова, Чистякова, Костадинова, Олизаренко, Лисовская. Но ни одна из них не была соперницей Бадд, они выступали в других дисциплинах.

Мировой рекорд на 3000 равнялся 8.22,62 и принадлежал великой Татьяне Казанкиной. Но рекордсменка мира в Кубке Европы не участвовала — она отбывала 18-месячную дисквалификацию за отказ сдать допинг-пробу на соревнованиях в Париже.

Вот как описывал ту историю с Казанкиной Григорий Родченков:

«Так и случилось на соревнованиях в Париже в 1984 году, когда легенду отечественной легкой атлетики Татьяну Казанкину, трехкратную олимпийскую чемпионку в беге на 800 и 1500 м, выигравшую забег на 5000 м, неожиданно пригласили сдать пробу на допинг. Это было после той самой Олимпиады в Лос-Анджелесе с нашим «неучастием», организованным партийным руководством в отместку за бойкот московской Олимпиады 1980 года. По официальной версии руководитель советской делегации запретил Казанкиной сдавать пробу на допинг. Если бы она ослушалась руководителя, то стала бы невыездной на те же пару лет. Сдавать пробу Казанкина не пошла, и ИААФ ее дисквалифицировала, засчитав отказ как положительный результат на допинг».

Впрочем, и без Казанкиной у Союза хватало скамейки в женской выносливости. 4 августа 1985-го на чемпионате СССР, который проходил в Ленинграде на стадионе им. Кирова, 3000 выиграла Ольга Бондаренко (8.42,19), второй была Замира Зайцева (8.43,76), а бронза досталась Татьяне Поздняковой (8.44,68). Бондаренко, впрочем, на том чемпионате выиграла еще 5 и 10 километров с результатами 15.05,31 и 31.25,18 соответственно, а третьей после Бондаренко на 5000 была Марина Родченкова, сестра Григория, чье мнение о скандале с Казанкиной я приводил выше. Но это так, к слову.

Триумф в Лужниках

Кубок Европы проходил в два дня, Бондаренко нужно было выбирать, на что заявляться, и она вышла на старт 10 километров, которые легко выиграла с результатом 31.47,38, а вот 3000 за сборную СССР бежала опытная (31 год!) Замира Зайцева. Нужно уточнить, что на этом турнире от страны в дисциплине может быть заявлен лишь один участник.

В субботу, 17 августа 1985-го, в день, когда Михаил Ботвинник праздновал свой семьдесят пятый день рождения, на дорожку Лужников вышли участницы забега на три километра. Их было немного, всего восемь: Агнесе Поссамаи (32, Италия), Замира Зайцева (31, СССР), Ульрике Брунс (31, ГДР), Ванда Панфиль (26, Польша), Ваня Господинова-Стоянова (26, Болгария), Яна Кучерикова (21, Чехословакия), Бригит Шмидт (21, ФРГ) и Зола Бадд (19, Великобритания). Из этой восьмерки только три девушки имели лучшие результаты сезона из девяти минут — Брунс, Зайцева и Бадд.

Старт дали в 18:35. Температура воздуха была 26 градусов.

Тройка фаворитов сразу ушла вперед, Бадд возглавила бег. В немногочисленных интервью, что она давала репортерам после ОИ, Зола говорила, что самое безопасное место для босоногого бегуна — впереди группы. Именно поэтому она почти все свои забеги проводила с открытом стиле, лидируя с первых метров.

Группа лидеров держалось вместе до отметки 2800, когда за 200 метров до финиша на входе в последний вираж Зайцева попробовала пройти занимавшую бровку Бадд справа. Трибуны Лужников взвыли. Зола, набравшись опыта на европейских стартах, ответила на ускорение и вышла на прямую уже впереди советской спортсменки. За 50 метров до финиша Замира навалилась вторым рывком, но Бадд уже набегала слишком быстро, чтобы ее можно было достать.

На глазах у чуть более чем наполовину заполненных Лужников Зола Бадд выиграла 3000 с результатом 8.35,32. Замира Зайцева стала второй (8.35,74), а Ульрике Брунс — третьей (8.36,51), Четвертое место заняла Ванда Панфиль, но она проиграла лидерам более 20 секунд (8.58,51). Остальные участницы не разменяли девять минут.

ВИДЕО

Зола Бадд стала единственной девушкой из капстраны, победившей на этих соревнованиях. После финиша она сказала:

«Я сразу пошла вперед, начала бег в довольно высоком темпе, который старалась удерживать в течение всей дистанции. Бежала так, как хотела, бежала, чтобы выиграть. Я люблю бегать в такую теплую погоду, понравился мне и стадион. И все-таки это было тяжелое соревнование. Выступаю босиком, без спортивной обуви, потому что мне так удобнее. Я привыкла так бегать».

Кубок Европы был отборочным в Канберру на Кубок мира, но команда Великобритании выступила в Москве настолько слабо, что в Австралию не поехала. По какой-то несуразной причине Бадд не включили в сборную Европы, которая также принимала участие в австралийском старте.

Зола вернулась в Лондон и 26 августа, закусившись с норвежкой Кристиансен, отобрала у той мировой рекорд на 5000 метров, пробежав за 14.48,07

ВИДЕО

А приехавшая в Канберру Ульрике Брунс выиграла там три километра с довольно слабым результатом 9.14,65. Советское руководство заменило Зайцеву на Позднякову, но это не помогло — снова второе место (9.15,65). Моника Шафер (ФРГ), которую поставили в сборную Европы вместо Золы, показала на трех километрах загадочные 10.03,47 и заняла последнее, восьмое место.

Тот австралийский старт все помнят благодаря одной только цифре — 47,60, «вечный» мировой рекорд Мариты Кох на 400 метров.

Но это уже совсем другая история другой спортсменки.

Президент ВФЛА и еще шесть человек под подозрением в «деле Лысенко». Мы писали об этом еще в мае

Скандал в легкой атлетике получил развитие.

Антидопинговый орган международной федерации легкой атлетики Athletics Integrity Unit опубликовал на своем сайте и в соцсетях обвинения в фальсификации и/или соучастии, которые выдвинуты семи сотрудникам ВФЛА по делу российского прыгуна в высоту, чемпиона мира в помещении 2018 года, Данилы Лысенко.

https://twitter.com/aiu_athletics/status/1197555418874155009

Обвинения предъявлены:

• Президенту федерации Дмитрию Шляхтину
• Исполнительному директору Александру Паркину
• Члену правления Артуру Карамяну
• Старшему администратору Елене Орловой
• Антидопинговому координатору Елене Иконниковой
• Тренеру Лысенко Евгению Загорулько
• Самому Лысенко

Юристы ВФЛА уже начали изучение предъявленных обвинений.

— Только сегодня были получены документы, в настоящий момент юристы изучают обстоятельства дел и предъявленных обвинений. Речь идет о временном отстранении. Расследование по этому делу еще продолжается, его детали конфиденциальны, — сказала в разговоре с ТАСС пресс-атташе легкоатлетической федерации Наталья Юхарева.

Сам Шляхтин уже заявил, что в ближайшее время будет созван президиум ВФЛА. На нем рассмотрят вопросы по его отставке и назначению исполняющего обязанности главы федерации. 

— Расследование по этому делу еще продолжается, его детали конфиденциальны, — приводит слова Шляхтина официальный сайт ВФЛА. — До 12 декабря ВФЛА и все те, кто обвиняются по этому делу, должны дать объяснение в AIU. Уведомления и ВФЛА, и все сотрудники получили. Это по 50 страниц текста в каждом случае. Юристы уже начали работать. Только после детальной оценки ситуации, юридических консультаций и полного понимания обстоятельств я смогу дать комментарии относительно дальнейших шагов. В самое ближайшее время будет созван президиум ВФЛА. Тогда же будут озвучены ответы на все вопросы, касающиеся моей отставки и исполняющего обязанности президента организации.

Напомним, началось все с того, что Лысенко три раза не смогли найти в ходе проведения внесоревновательного тестирования по адресам, которые он указывал в системе АДАМС. С 3 августа 2018 года спортсмен отстранен от соревновательной деятельности.

«Матч ТВ» еще в мае писал, что в деле Лысенко возникли новые обстоятельства. 

Материал от 3 мая

После отстранения спортсмен представил документы, свидетельствующие о том, что он был недоступен для тестирования по обстоятельствам, в которых нет его вины, то есть сослался на пункт I.4.3.d Международного стандарта по тестированию и расследованиям ВАДА.

Однако при проведении слушаний обнаружились расхождения между устными показаниями Лысенко и доказательствами, что были предъявлены.

Данное обстоятельство было расценено как попадающее под пункт 2.5 Кодекса ВАДА — «Фальсификация или попытка фальсификации в любой составляющей допинг-контроля», и Лысенко проинформировали, что согласно пункту 10.3.1 срок его дисквалификации может быть увеличен с двух до четырех лет.

С целью сокращения срока санкций Даниле было предложено оказать существенное содействие в раскрытии нарушения антидопинговых правил и сообщить фамилии тех, кто помог ему фальсифицировать документы либо находился в курсе происходящего. В этом случае он попадает под действие пункта 2.6 Кодекса ВАДА и может рассчитывать на смягчение решения.

В результате он назвал несколько фамилий (редакции они известны). Двое из названных входят в состав президиума Всероссийской федерации легкой атлетики (ВФЛА).

На данный момент расследование ИААФ по делу Лысенко продолжается, но уже в значительно более серьезном масштабе.

Мнение автора с учетом новых обстоятельств

Судя по всему, расследование, которое AIU провел совместно с РУСАДА, дало результаты. ВФЛА отстранена, российские легкоатлеты для выступления на международных турнирах обязаны получить специальный допуск. В этой ситуации даже любое просто подозрительное поведение чиновников ВФЛА неприемлемо.

Но для оказания помощи спортсмену они, исходя из показаний Лысенко и обвинений, выдвинутых ИААФ 21 ноября, прибегают к наихудшему, что можно сделать, — фальсификации документов — либо соучаствуют в этом процессе. Подозреваю — искренне желая помочь Даниле сократить срок дисквалификации до года. В этом случае он успевал выступить на чемпионате мира в Дохе, который прошел осенью 2019-го. Однако если бы ситуация затрагивала только Лысенко и неких лиц из федерации, это было бы еще полбеды.

Беда в другом. ИААФ, судя по выдвинутым обвинениям, получила доказательства, что ВФЛА, в лице нескольких ее сотрудников, бесконечно далека от соблюдения антидопинговых правил и от какой-либо нулевой терпимости к допингу. О восстановлении организации придется забыть надолго, тем более что после отстранения руководства федерации непонятно, кто возглавит переговорный процесс по вопросу восстановления. Российские легкоатлеты по-прежнему будут ездить на международные старты как нейтралы, получая индивидуальный допуск, но сейчас и с этим могут возникнуть проблемы.

Лысенко такой допуск имел. Причем с точки зрения ИААФ он был вполне благополучным спортсменом, потому что:

• молод и представляет следующее поколение российских легкоатлетов, вроде бы не связанное с «темными» временами
• никогда не сдавал положительных проб
• выступает в дисциплине с относительно низкой статистикой допинговых случаев — прыжках в высоту

Однако ныне ИААФ убедилась, что даже такой внешне благополучный российский спортсмен может не только из-за какой-то халатности пропустить три внесоревновательных тестирования, что еще можно объяснить и понять, но и сознательно пытаться прибегнуть к фальсификации документов. А это уже понять нельзя. И если такой атлет проскочил через фильтр ИААФ, получив международный допуск, значит этот фильтр можно сделать строже. Точнее, есть все основания сделать строже.

Исторический день для мирового спорта! Элиуд Кипчоге пробежал марафон быстрее двух часов

Еще несколько лет назад это казалось совершенно невозможным.

Утром 12 октября в Вене кенийский стайер, олимпийский чемпион Рио-2016 Элиуд Кипчоге пробежал дистанцию 42 километра 195 метров за 1 час 59 минут 40 секунд, став первым в истории человеком, пробившим двухчасовой барьер в марафоне.

Называть это достижение мировым рекордом можно лишь с определенным оговорками. Результат не будет зарегистрирован ИААФ как высшее достижение, потому что регламент забега не соответствовал требованиям для его установления. Впрочем, официальный мировой рекорд тоже принадлежит Кипчоге и равен он 2:01:39, так он пробежал год назад в Берлине. Учитывая это, а также то, что Элиуд является сильнейшим марафонцем современности, выигравшим 12 из 13 марафонов, на которые он был заявлен на протяжении карьеры, если кто и мог выбежать из двух часов, то только Кипчоге.

Разговоры о том, что человек может разменять два часа на марафоне шли уже несколько лет, однако сделать это в соответствии с официальными правилами проведения забегов было почти невозможно. Даже мировой рекорд Кипчоге на минуту сорок хуже двухчасового рубежа, а это на уровне скоростей, которые нужно показывать в таком беге, очень много, и найти где-то такой запас просто невозможно.

Впервые Кипчоге попробовал разменять два часа в мае 2017 года на гоночной трассе в Монце (Италия). Тот бег был смоделирован специально для того, чтобы показать результат из двух часов, поэтому:

• На протяжении всей дистанции Кипчоге сопровождали пейсмекеры — люди, задающие темп бега для лидера
• Пейсмекеров было много, они должны были не только задавать темп, но и закрывать Элиуда от ветра
• Поскольку пробежать в роли пейсмекера всю дистанцию не сможет никто, то они регулярно менялись
• Подпитку Элиуда на дистанции осуществлял специальный человек на велосипеде, сам бегун не менял траекторию, чтобы взять воду или напиток

Однако рубеж не покорился, Элиуд финишировал с временем 2:00:25. Следующую попытку он анонсировал весной 2019-го, и запланирована она была на 12 октября в Вене, которую выбрали не случайно. Трасса в парке Пратер была оценена специальной программой как идеальная для бега на такой результат — абсолютно плоский рельеф, подходящие для бега температура, влажность воздуха и роза ветров в это время года.

О том, что Кипчоге бежал в специально для него изготовленной обуви, доступной лишь мировой элите и, может быть, в ограниченном количестве простым смертным, говорить, надеюсь, не надо. Фактически реклама бренда производителя обуви являлась одним из главных компонентов данного забега, а основным его спонсором выступила международная химическая компания INEOS.

По дистанции Элиуда сопровождал 41 пейсмекер, среди которых были олимпийский чемпион Рио на 1500 метров Мэттью Центровиц, серебряный призер Рио на 5000 метров Пол Челимо и восходящая звезда европейского бега Якоб Ингебритсен. Без преувеличения можно сказать, что почти вся элита легкой атлетики, выступающая в беге на выносливость, работала на Кипчоге. И списывать это только на серьезные гонорары, полученные всеми пейсмекерами, не совсем правильно. Помимо денег ими, без сомнения, двигала еще и идея бега из двух часов. И возможность оказаться причастными к этому событию.

На сей раз Кипчоге с задачей справился, выдержав средний темп 2.50 на километр — скорость, с которой большая часть людей не пробежит даже пяти минут. Более того, последний километр кениец преодолел за 2.40, то есть нашел силы ускориться на финиш.

И вот, два часа пробиты, Кипчоге сделал то, что австралийские ученые, анализировавшие прогресс результатов в марафоне, относили к 2032 году, да и то лишь с 10-процентной вероятностью. Элиуд справился на 13 лет раньше, правда, с посторонней помощью.

Расценивать ли этот рекорд как «синтетический»? Прежде всего нужно понимать, что даже выйти на уровень быстрее двух часов пяти минут могут очень немногие бегуны. А ведь помимо готовности нужно попасть в хороший забег с сильными соперниками, в подходящую погоду, и только тогда рубеж 2:05 будет покорен. Так что Кипчоге лишь подгадал с некоторыми обстоятельствами, но бежал-то он сам! Никто его на лебедке не тащил.

Да, результат не будет считаться официальным мировым рекордом ИААФ, но сейчас уже неважно, что и как считается официальным. Элиуд Кипчоге и его команда задумали, подготовили и реализовали то, что показало: человек может пробежать марафон быстрее двух часов. Пока что — вот в таком режиме. Но в будущем возможно все, в том числе и подобный бег на официальных стартах, тех, где фиксируются рекорды.

Так что все получили, что хотели: спонсоры — рекламу, правообладатели — рейтинги трансляций, зрители — спортивное шоу, Вена — наплыв туристов, пейсмекеры — деньги и причастность к историческому достижению, ну, а Кипчоге — звание первого в истории, кто выбежал из двух часов. Это современный спорт, у него такое лицо, и другого уже не будет. Во всяком случае зрителей на забеге Элиуда было заметно больше, чем на недавнем марафоне ЧМ по легкой атлетике в Дохе.

* Соцсеть, признанная в России экстремистской

В столице завершился главный забег сезона. Как лайки в инстаграме* помогли выиграть Московский марафон

Крупнейший марафон России — в седьмой раз.

Для многих любителей бега прохладное воскресное утро стало решающим: 22 сентября состоялся главный, самый ожидаемый и массовый старт сезона — Абсолют Московский марафон. В этом году зарегистрировалось 30 тысяч участников, среди которых немало опытных бегунов, готовых побороться за призовой фонд в 4 миллиона рублей. Но для большинства из них мотивацией встать пораньше в выходной день стали далеко не деньги.

 — Здесь я ради самого забега. Бег для меня — это страсть. Участвуя в марафонах, я бросаю вызов самой себе.

Для Паи из Таиланда сегодня состоялся первый международный старт сезона. До этого она бегала дистанции исключительно в родной стране, но, узнав о проведении московского марафона, зарегистрировалась и купила билеты в Россию. Девушка приехала с друзьями к семи утра, чтобы успеть размяться перед забегом. И таких ответственных участников было очень много.

Конечно, громадный масштаб мероприятия легче всего оценить непосредственно на старте. Однако еще задолго до начала забега улицы Москвы заполнились людьми в спортивной форме. Утренний метрополитен был наводнен участниками марафона, причем в основном — иностранными. Помимо российских атлетов в этом году на забег зарегистрировалось больше двух с половиной тысяч человек из 85 стран мира. Среди них — Марко и Дарья из Словении, с которыми корреспонденту matchtv.ru удалось поговорить по пути к Лужникам:

 — Это третий марафон для нас в этом сезоне, будем бежать 42 километра. Бег — это хобби, поэтому останавливаться не собираемся. Ради него мы и приехали в Москву.

Здесь же — группа участниц из Китая. Девушки готовятся бежать десять километров, и для них марафон — часть запланированной туристической программы по столице.

Забег действительно являлся одним из лучших способов знакомства с Москвой. Полный маршрут в 42,195 км начинался на Фестивальной площади перед стадионом «Лужники» и проходил через главные достопримечательности столицы: Новодевичий монастырь, небоскребы Москва-Сити, Храм Христа Спасителя, Большой театр и Кремль. Сокращенная дистанция в 10 км стартовала от аллеи Славы и шла по живописным набережным и Садовому кольцу.

За час до начала марафона в стартовом городке перед Лужниками было шумно: работали палатки спонсоров, играла бодрая музыка, участники знакомились и проводили разминку. Организация от Бегового сообщества традиционно выше всяких похвал: пункты досмотра обошлись без очередей, а волонтеры помогали каждому из посетителей пройти к нужному месту старта.

Несмотря на то, что 42 км — серьезная дистанция, не все относились к забегу совершенно серьезно. Вызывали улыбку улыбку наряды человека-паука, пышные юбки и национальные костюмы гостей столицы. Вот, например, болтает с друзьями розовая пантера. Как выяснилось позже, за ней прятался Питер из Дании:

 — Этим утром мои друзья сделали мне подарок, сказав, что я должен бежать в костюме. И я вышел так.

— Не будет ли в нем сложно преодолеть 42 километра?

— Нет. Для меня спорт — это время расслабления. Мой мозг отдыхает, а в чем работать телу — все равно.

Количество приехавших иностранцев не могло не радовать. Сейчас непростое время для российской легкой атлетики: ВФЛА отстранена от участия в Международной ассоциации легкоатлетических федераций и не может приглашать на соревнования профессиональных спортсменов из других стран. К счастью, запрет не распространяется на любителей, и Московский марафон стал по-настоящему многонациональным соревнованием. Флаги то одного, то другого государства уже мелькали на трибуне болельщиков, собиравшихся у стартов.

Перед началом марафона с вступительной речью выступила двукратная олимпийская чемпионка по легкой атлетике Светлана Мастеркова:

— Бежать марафон — это достойно смелого, сосредоточенного человека. Желаю всем добежать так, как хотелось бы, и получить удовольствие.

И забег стартовал! Правда, с заезда — под гул аплодисментов первыми преодолевать марафон отправились спортсмены на хендбайках и спортивных колясках. Следом — участники корпоративной эстафеты. Сильнейшие же из сильнейших вступили в борьбу за победу на Московском Абсолют марафоне ровно в 9 утра.

Подвиг Искандера Ядгарова

В начале забега однозначных лидеров выделить было нельзя. К половине десятого определились победители на десятикилометровой дистанции. Наконец-то можно было рассмотреть медали: их выдают всем участникам марафона вне зависимости от выбранного маршрута, а дизайн награды меняется каждый год. То, как они будут выглядеть в этот раз, хранили в секрете до последнего.

Свою медаль корреспонденту matchtv.ru показала Мария, участница, финишировавшая одной из первых:

 — Эмоции после первого забега сумасшедшие, чувствую воодушевление и радость! Медаль получила на финише: на ней с одной стороны изображен Георгий Победоносец, с другой — виды Москвы.

В это же время на главной дистанции бороться приходилось не только с собой и настигающими соперниками, но и с погодными условиями. Об этом упомянула сразу после финиша Марина Ковалева:

 — Погода сегодня разнообразная: и солнце, и дождь, и снег, и ветер сильный. Бежалось очень тяжело. Погода значительно усложнила прохождение трассы.

К 10:40 в марафоне уверенно лидировал Алексей Трошкин. Искандер Ядгаров сначала только замыкал тройку лучших, чуть позже — бежал вторым. Перед мужским финалом назревала настоящая интрига. Неужели «проклятье второго места», о котором Ядгаров писал незадолго до забега, снова не даст спортсмену победить?

Не в этот раз. К упорным тренировкам лидер Московского марафона добавил действенное средство борьбы с проклятьями — поддержку болельщиков в социальных сетях. Накануне забега спортсмен выложил фотографию с подписью «Если этот пост наберет 20 тысяч лайков, я выиграю Московский марафон». К моменту его финиша лайки поставили 22 тысячи человек. И это сработало. В 11:14 среди мужчин произошла смена лидера — Ядгаров вырвался вперед и никому не позволил себя обогнать (2.18,02). За ним — Алексей Реунков (2.18,11) и Михаил Кульков (2.18,29). Алексей Трошкин финишировал лишь пятым (2.18,40).

Среди женщин финал завершился более предсказуемо: победила продолжительное время лидировавшая Марина Ковалева (2.29,26), выполнив норматив на Олимпийские игры. Следом — пробежавшие свой первый марафон Луиза Дмитриева (2.34,13) и Людмила Лебедева (2.36,57).

Сразу после финиша с речью выступил четырехкратный олимпийский чемпион по спортивной гимнастике Алексей Немов:

— Здорово, что соревнование приобретает не только спортивную составляющую, но и душевную, помогая тем людям, кто в этом больше всего нуждается.

Крупнейший марафон России завершился. На церемонии награждения победителям и призерам забега вручались денежные призы, цветы и памятные статуэтки. После этого одни участники отправились домой, а другие поехали собираться на Марафонскую вечеринку. Она состоится вечером в кафе на Старом Арбате — специально для Абсолют Московского марафона.

А если вы хотели, но не смогли попасть на главный старт России в этом году, то не стоит расстраиваться. До конца сезона пройдут еще три забега:

• 5 октября — кросс «Быстрый пес»
• 6 октября — кросс «Лисья гора»
• 27 октября — «Крылатский трейл»

* Соцсеть, признанная в России экстремистской

О молодом Борзаковском, тренировках на урановых рудниках и том, как в 11 лет пробежать 96 километров за сутки. Истории из жизни Андрея Фарносова

После московского марафона 1987 года он дал свое первое в жизни интервью. После ЧР-2019 пришлось давать второе.

На недавнем чемпионате России по легкой атлетике Андрея Фарносова перед началом забега на 3000 метров с препятствиями представили как самого возрастного участника соревнований. К сожалению, до финиша дистанции, на которой он дважды выигрывал чемпионаты страны, 39-летний Андрей не добежал — после первой ямы с водой спортсмен сошел с дистанции, явно по причине травмы. И уже лежа снаружи, за пределами беговой дорожки, продолжал кричать, но не от боли, а по другой причине — в забеге выступал его воспитанник, Константин Плохотников, претендовавший на победу. И спортсмен Фарносов сразу же стал тренером Фарносовым. 

Когда позже поступила информация, что именно случилось с Андреем, а речь шла о полном разрыве левого ахилла, у большинства это не укладывалось в голове. Фарносова сразу перевезли в больницу, сделали там операцию, и спустя некоторое время он вернулся домой, в Москву. Там мы с ним и встретились, поговорив даже не столько о травме, сколько о легкой атлетике, в которой Андрей живет всю свою жизнь, а на высоком уровне с 1995 года, когда вышел на старт юношеского первенства России в Волгограде. Мы с Андреем хорошо знакомы, так что общение происходило на «ты».

— Ты, говорят, там в больничке «наркоманом» стал?

— На полставки. Сначала кололи трамадол, а когда привезли с операции, то я узнал, что в ходе нее мне ставили опиоидный анальгетик, который сильнее, чем морфин. Перед операцией была проблема, потому что от общего наркоза я отказался, делали спинальную анестезию, и медсестра не могла попасть, говорила, что очень сильные мышцы спины, игла гнется. Когда попала, нога сразу минуты через две онемела. Затем еще сделали блокаду седалищного нерва, под УЗИ шунтом, кубов двадцать в разные места.

— Сколько длилась операция?

— Часа три меня сшивали, по ходу этого мне еще раза четыре докалывали анестезию. Лежал на животе, иногда смотрел на мониторы, там в ноге была отвертка, которой вкручивали титановые якоря, к ним крепились лавсановые петли, на которые уже натягивали превратившийся в лапшу ахилл. Вообще раньше, если ты не спортсмен, эту травму не шили, просто ставили гипс на три месяца, и рубцовая ткань все скрепляла. Но подвижность стопы, понятно, становилась намного хуже. А мне каждый участок ахилла армировали лавсаном вдоль прикрепления к якорям.

— Я почему спросил про обезболивание: ты писал, что вкус пищи не мог разобрать, парни рассказывали, что у тебя один день выпал из памяти.

— Не, такого не было, но на утро после операции мне ребята говорят: «Ты голос свой послушай, которым нам сообщения записывал». Мне-то казалось, что он нормальный, а прослушал еще раз — там явно изменение сознания было. Смешно, конечно.

— Травма оказалась абсолютно неожиданной, или что-то беспокоило до старта?

— Перед стартом все было нормально. Зимой я лечил другую ногу, правую, полностью пропустил февраль, делал процедуры, все вроде прошло, ничего не беспокоило, и я уехал в Кисловодск. Затем поехал на трейл в Австрию, и после него ничего не беспокоило, хотя, конечно, болели бедра, потому что там спуски по одиннадцать километров, а на них в основном работает бедро. Так что к России я был готов. Ахиллы и икры не беспокоили.

— Ахилл же рвется с хрустом, ты вообще помнишь этот момент?

— Помню, конечно, набегаем на первую яму, толпа большая, хотя место было. Может быть, я чуть лишнего сместил центр тяжести вперед, хотя ноги от этого не рвутся. Приземляюсь после ямы и понимаю, что я как-то просел. Встаю на правую, делаю шаг, приземляюсь на левую, а голеностоп складывается вперед. Хруста было не слышно, но там же яма с водой, всплески, толпа народа, возможно, из-за этого. Хотя звук должен был быть, ахилл же рвется при нагрузке порядка пяти тонн. Где-то через полсекунды я начал понимать, что произошло, сместился вправо и ушел наружу от дорожки.

— Когда боль появилась?

— Она была сразу, но такая — непонятная. Там же в ахилле иннервации нет. Я пока лежал, кричал Косте (Плохотникову), смотрел все, удивлялся, почему он не выходит вперед, бежали явно медленно. Это была самая медленная Россия в мужском стипле с 2009 года. Так что еще обидно было за то, что при этом беге я мог влезть в призы. Третье место с результатом 8.35 — такого не было лет пятнадцать. Затем пришла медсестра, появились носилки, меня оттащили и отвезли в больницу. И боль появилась только уже на утро, когда мне начали ногу шерудить.

— Неужели на стадионе не болело?

— Эмоции, адреналин. Болело, конечно, но не так, чтобы ужас. Я, в принципе, сразу все понял, мне же не 25 лет, чтобы расстраиваться, я знал, к чему шел.

— Ты из спортивной семьи, отец заслуженный тренер России. Можно сказать, что в вертепе под названием «легкая атлетика» ты фактически родился?

— У меня дома грамоты лежат с детских стартов, датированные 1986 годом, например. В 1985 году попал в хронику ТАСС, когда во время Фестиваля молодежи и студентов меня во время пробега на плечи взял какой-то кубинец и так, со мной на плечах, бежал до стадиона имени Сталина, где пробег финишировал. В садик прихожу на следующий день, а там «Советский спорт», в котором я с этим кубинцем на развороте.

В 1987-м бежал 10 километров на ММММ — Московском международном марафоне мира, было мне тогда семь лет. Фото, где я после финиша в том забеге даю интервью, всплыло случайно, я увидел его много лет спустя в первом спортивном диспансере на Курской. Отец затем поехал и в обмен на конфеты и шампанское забрал фото, иначе оно бы сгинуло.

Ну и уже как спортсмен, в сознательном возрасте, застал то, что можно назвать «золотой эпохой» в нашей легкой атлетике. Все, что можно было увидеть, я увидел. Сейчас мы смотрим уже не конец фильма, а титры. Или даже не титры, а тот момент, когда титры уже прошли и появляется техническая надпись «Фильм снят на пленку «Свема».

— Все так плохо?

— Есть разные случаи, друзей и знакомых, рассказывающих их, очень много. Например, Тюмень, которая всегда была богатым регионом, обеспечивающим спортсменам достойные условия, начала урезать зарплаты, причем еще до окончания трудового договора. На вопрос спортсмена «почему» последовал ответ: «Ну, а что ты хочешь, легкая атлетика — это неолимпийский вид спорта». Когда мне такое рассказали, я понял, что все, это хорошая точка. Легкая атлетика при 47 медальных комплектах на ОИ воспринимается теперь как неолимпийский вид спорта.

— Ну, в стипле, который ты бегаешь, особо шансов-то никогда и не было, скажем честно. Почему ты вообще его выбрал?

— Когда приехали в 1995 году на юношеское первенство России, как раз тогда я и сбегал свой первый стипль. Нам поставили сразу взрослые препятствия высотой 91 сантиметр, но дистанция была, конечно, юношеская — 1500 метров. В своем забеге я стал вторым, а по сумме забегов, кажется, четвертым. Выиграл тогда Денис Жалыбин — это один из редких примеров тех спортсменов, которые выжили после детского спорта. Сейчас он действующий рекордсмен России в суточном беге. А по поводу перспектив — да, года с 1992 стипль стал кенийским видом спорта. Но когда тебе что-то нравится, ты об этом не задумываешься. И потом, есть еще один момент: приезжая на международные соревнования и видя там второй состав кенийской сборной, ты понимаешь, что их можно обгонять. Тем более что им зачастую не хватает специальной набеганности именно в стипле, особенно это касается техники преодоления препятствий. Они бегают все и сразу, у меня был знакомый кениец, так вот я как-то раз с ним пробежался соревнования, поехал домой, недели через две приезжаю то ли в Германию, то ли в Словакию, а он за это время еще три раза стартовал. Спрашиваю его:

— Зачем ты так часто бегаешь?

— У меня задача — заработать на трактор, чтобы сдавать его или работать на нем самому. Он стоит 4000 долларов. С призовых менеджер забирает 50%.

Вот он и бегал все подряд, куда ставили. Зарабатывал по 200-400 долларов, а когда накопил на трактор — больше не бегал, задачу он выполнил. Так бегают многие кенийцы, от безвыходности.

— Но есть элита.

— Да, есть элита, Коеч, Кембой. Но их тоже можно прибирать. Были старты, когда я это понимал. Они убегают со старта, бегут по принципу «олл ин». Кого-то накрывает за 400 метров до финиша, кого-то не накрывает вообще, но, как правило, это все просто «в талого» начинается, с первых метров. Они такие же люди. Да, примерно 10% кенийцев, особенно когда они бегут командой, обыграть сложно. А вот остальных — вполне. На чемпионате Европы можно попасть в призы при удачном стечении обстоятельств. Другой вопрос, что у нас в стране так построена подготовка, что нужно было очень хорошо выложиться на ЧР. Так что последние 15 лет я на ЧР в принципе не особо настраивался. Выходил, но не выкладывался.

А основными стартами были коммерческие в Европе. Моя менеджер, Валентина Федюшина,  как спортсменка метала и за СССР, и за СНГ, и за Россию, и за Австрию. Сейчас живет в Лиссабоне. Валя находила мне удобные старты, где можно попадать в призы, где можно было зарабатывать деньги. Да, как-то раз другой менеджер, Гусев, предложил мне поехать на «Бриллиантовую лигу» в Риме. Она тогда еще называлась «Золотой». А я в тот момент был разобранный полностью, думаю, какой смысл ехать, если проиграю 200 метров, там победители уже на допконтроль пойдут, а я только буду последнюю яму с водой преодолевать. Звоню Юре (Борзаковскому), спрашиваю: «Юрец, что посоветуешь?». Он-то, понятно, едет. В общем, подумали, что ехать мне туда за еду — это не очень интересно. А на более мелких стартах, если ты сбегаешь свое, то заработаешь больше.

— Какие тогда это были деньги? Уровень «за еду» и уровень «больше»?

— На более мелких стартах можно было заработать порядка 1000 евро. А на «Бриллиантовой лиге», порвав себя на части и финишировав восьмым, ты получал 500 баксов. С них отдаешь налоги, затем долю менеджеру, и вот получается «за еду». По тому курсу примерно 5000 рублей. Так что единственная причина, когда нужно было ехать на такие старты — это ситуация, когда нужен был результат, а показывать его лучше в хорошей компании. Но если нужны деньги, то лучше выбирать что-то менее престижное. Все кенийцы на мелких стартах — это ручные ребята.

Я, к сожалению, не застал времена, когда зарабатывать можно было действительно нормально. В начале 90-х контрактов как таковых не было, старшие рассказывали, что они просто вырезали из газет итоговые результаты соревнований, собирали их в кипу и шли к менеджеру той фирмы, которая их спонсировала. А менеджер платил наличными. Поэтому народ, который в те годы бегал хорошо, не разбрасывался на несколько дистанций, а бежал одну и ту же, на своем уровне. Зарабатывал и, приезжая в Россию, на доходы после сезона, например, покупал автопарк. Целиком.

— Какие у тебя с антидопингом отношения?

— Они меня проверяют, я их, потому что ошибки бывают у всех. С 2010 года веду тетрадь всех анализов крови, какие показатели когда были, порой даже ходил сразу после допинг-контроля сдавать анализ в коммерческую лабораторию. Нужно быть профессионалом полностью, контролировать все, что происходит вокруг тебя. Свои коридоры нормальных значений я знаю. Раньше проверяли чаще, сейчас реже. Хотя тоже это все относительно, что такое «часто»? Да, меня проверяют реже Никитина и Смирнова, у которых чуть ли не раз в неделю пробы берут. Но все равно проверяют. Раньше, кстати, бывало, мы сами приходили и просили взять у нас пробы после забегов, потому что без них не ратифицировали национальные рекорды, даже юниорские.

Есть другой момент. За русских, случись что, никто не будет впрягаться. Я как свидетель проходил по одному из дел ИААФ, давал показания из Москвы через скайп. Так на меня представитель ИААФ просто орал, что является нонсенсом с точки зрения этики поведения. Вопросы в ходе этой беседы выстраивались так, что однозначный ответ может быть истолкован в нужном следствию русле. Ты пытаешься что-то объяснить, а тебя начинают сбивать с темы.

— Методы ведения таких бесед можно назвать полицейскими?

— Да, причем ты знаешь — люди, которые давно работают в спортивном праве, сказали, — что это не комильфо, выдавать свои эмоции в ходе слушаний или подобных бесед.

— Когда начались публикации докладов Макларена, у тебя были опасения, что фамилия Фарносов окажется в каких-то списках?

— Дело в том, что если ты куда-то отбирался и куда-то ехал, то выездной контроль сдавал как «Отче наш». Такая практика была всегда, но это же был официальный контроль, приезжало РУСАДА. Да и по приезду на международные соревнования тебя сразу же проверяли, уже иностранцы. Помню, меня в Риме, в отеле, перед выездом на старт заставили сдавать кровь. Слава богу, это получилось быстро. Правда, тех анализов я в своем профиле АДАМС до сих пор найти не могу.

— Тебе 39 лет, почему ты до сих пор бегаешь?

— Действительно, в какой-то момент встает вопрос мотивации и интереса. Да, я застал «золотой век» нашей легкой атлетики, хотя в сторону мужской выносливости особых поощрений не было. Мы были не очень интересны, все тренеры ходили и вслух говорили: «Вот, у меня бабы огонь, а вы, мужики, вообще говно. Вы никто, звать вас никак, сборы вам делать не надо». Поэтому я и не особо готовился к чемпионатам России, так как была возможность выехать и бегать коммерцию в Европе.

Да, в какой-то момент возник вопрос «что дальше?». Я в 2008 году не попал на Олимпиаду, а выступал тогда за МГФСО, и начальница говорит: «Давай, может быть, я тебя уже тренером возьму». Но я же чувствовал, что вроде бы еще способен бежать. По большому счету, я только в 25 начал бежать быстро, то есть развитие позднее. Поэтому так долго и пробегал, хотя были и застойные сезоны, когда понимал, что потенциал есть, но стенку пробить не могу. В этот период было много казусов, и увольняли, и много чего еще. Отвечая на твой вопрос: наверное, нужно любить это дело. Плюс, конечно, я надеялся, что в этом году нас выпустят, и хотелось еще и на международных турнирах постартовать. Но все-таки отвел душу, когда нас спонсор повез на командные соревнования по трейлу, и я там хайпанул от души.

— Ты же еще в прошлом году на трейл ездил в Пиренеи?

— Да, в Фон-Ромё, но тогда был не готов. Для трейлов нужно много крутить велосипед, закачивать бедро, чтобы проходить спуски. А где в Москве крутить, тем более в гору? Крылатское? Это слезы.

— Подожди, то есть чтобы бегать трейлы, нужно крутить велосипед?

— Нужно загружать бедро. Сильнейший трейлраннер России Дима Митяев уделяет этому очень много времени, постоянно работает на развитие бедренных мышц. Он крутит 100 минут на 390 ватт.

— Это очень серьезно.

— Я ему говорю: «Может, тебе на велик сесть, это же уровень минимум МС», но он не хочет. Вот сейчас на Монблане должен бежать трейл 145 километров. Он как трактор, вся работа на силовую выносливость.

— Как готовятся к таким соревнованиям?

— Основная суть подготовки — это даже не дистанция, а время и суммарный набор высоты. Нужно делать минимум 2000 метров набора за тренировку. Когда сидел в этом году в Кисловодске, то для достижения того уровня состояния, в котором проходится трейл, нужно отработать два часа. Только потом уже все начинается, состояние продавливания уставшим бедром. И когда бежал в этом году, то понял, что подготовился верно, что я контролирую этот процесс. А год назад был словно в темном переулке. В этом году в Австрии был более-менее беговой спуск, длиной семь километров, но у меня иннервация пальцев ног до сих пор не до конца восстановилась.

В прошлом году в Пиренеях я словил за четыре часа три марафонских «стены». Меня уже ничего не бодрило, ни кофеин, ничего вообще. Бежишь, начинается небольшой подъем, и ты просто кричишь, настолько тебе плохо. А если еще и почва сыпучая, то ты уже не можешь бежать, делаешь пять шагов и идешь, пытаешься бежать и снова идешь, кричишь на себя, а все равно идешь. И на одном характере это не пробежать.

Сейчас уже знаю, что нужно питаться упреждающе, брать с собой энергетические гели с запасом, обезболивающее, если прихватит печень. Плюс нужно понимать, что все трейлы проходят по перевалам, на высотах за 2000 метров, а если мы говорим, например, про Эльбрус, то там 3400 метров. А это совсем другое восприятие нагрузки, ты там дышать нормально не можешь. Просто ползешь на пульсе 155 примерно, а по факту идешь на этом пульсе и еще должен свой шаг контролировать.

— Когда альпинистов-высотников показывают, они делают два шага и затем стоят отдыхают, но это уже на высотах за 6000.

— Да. Это интересно с точки зрения самопознания. Не потому, что я в легкой атлетике все видел и все знаю, а потому, что для моего возраста это более профильно. Даже ты, бывший конькобежец, если встанешь на трейл, то вытянешь, просто нужно чуть сделать профильную работу, а мышцы свои ты приучил за время карьеры к силовой выносливости.

— Мне интересно, как те же ахиллы переносят такие подъемы.

— Нормально. Ты просто идешь перекатом стопы, без выталкивания носком. От этого свод стопы больше устает, чем икроножка. Главная проблема, еще раз повторюсь, это спуски. Ну вот где ты, готовясь в Москве, найдешь пятикилометровый спуск, причем не асфальтированный, а с камнями, корнями? Плюс нужно привыкать к трейловой обуви, она другая, не та, что для кроссов.

— Не, я ненавижу бегать.

— А там ходить надо больше.

— Помню, я в Казахстане пошел на перевал, так красиво, горы, озера, а вот затем повернул назад, и самым тяжелым было спуститься без трекинговых палок.

— Нужно было дальше идти, до Киргизии. Я, кстати, люблю Киргизию.

— Не ты один. Откуда это у легкоатлетов, тем более что последние два года это просто горячая точка?

— Слушай, там в 2007 году была революция, и все нормально люди пережили, находясь там на сборах.

— Я не про революции, а про активность РУСАДА.

— Да и бог с ними, они везде: и в Кении, и в Киргизии. А Иссык-Куль — место силы. Приезжаешь в какие-то другие горы, и это нельзя сравнить. Я не могу это объяснить словами. Смотришь вокруг, а там средневековье. Убираем советские многоэтажки, которые построили военные, остаются ослики, отходы от этих осликов, и какие-то целлофановые пакеты летают. Но смотришь вокруг, а там хребты Тянь-Шаня, перевалы под 5000, умиротворение, воздух чистейший.

— И бешеные водители, а бегаете вы по обочинам дорог.

— Это да. Бывало, сбивали. Как-то бежим, и рукав задевает боковое зеркало автомобиля. Я выпрыгивание с высоким бедром сделал чисто рефлекторно метра на два вверх. Некоторые ребята с камнями бегают. Есть такие водители, которые специально прижимаются к обочине или выезжают на встречку.

Но сейчас там еще больше спортсменов будет, потому что китайцы сделали шоссе, по два ряда в каждую сторону, отличный асфальт, и теперь туда начнут триатлеты и велогонщики ездить. Хотя казахстанцы и до этого там сидели.

— Помню, там какой-то ужас был вместо асфальта и культура вождения отсутствовала.

— Сейчас там под «Игры кочевников» столько денег залили… Правда, украли, наверное, еще столько же.

А культуры вождения там нет. Они же все здороваются с местными инспекторами за руку, а в ладони — деньги. Остановили просто так — 20 сом. Нарушил — 50 сом. Я так думаю, что если с человеком на капоте подъедешь к инспектору, то можно просто 5000 сом дать и дальше ехать, даже не снимая трупа. Все покупается. Полный арт-хаус. Плюс радиация.

— Радиация?

— Ну вот смотри. Поселок Бостыри: мы выходим на тренировку, снега нет. Машины едут с обеих сторон, заваленные снегом. А у нас полоса 60 км, где нет снега. Говорят, что виной этому некие природные радиационные факторы. По северной стороне озера такой точкой является Бостыри, а по южной это Каджи-Сай, который вообще был построен в 1947 году как «Почтовый ящик № 8» ну или «Комбинат № 8» после обнаружения там урановых месторождений. На бомбу не наскребли, но с ураном там по-прежнему все в порядке, как и с наследием СССР — попав туда, оказываешься максимум в 1991 году.

— И там тренируются?

— Еще как. Челябинские марафонцы в Союзе там по 70 километров вдоль гор бегали. На высоту 1800 забирались и по тропинкам вдоль хребта бежали. Пейзажи там, конечно, постапокалиптические, можно фильмы снимать. Радиационный фон повышенный, но естественный. Плюс питание — вчера баран бегал, а сегодня мы его едим. Атмосфера — все бегают, все тренируются, ничто не отвлекает. Ты словно находишься в какой-то медитации, обнуляешься. Там можно месяц спокойно просидеть, дальше уже будет сложно.

— Судя по тому, что я услышал, там просто со скуки можно запить.

— Ну а ходоки наши… в союзные времена вечером батарею выпивали, с утра их на автобусе увозили на 50 километров, обратно они уже сами шли. Врабатывались, а после вчерашнего выхлоп перегара такой, что с ног валит. Народ квасил, да. Наверное, как тренируешься, так и пьешь.

— Ты ходоков упомянул. Для большинства людей неочевидно, как вообще можно идти 50 километров, бежать 100 километров, бежать сутки, бежать по марафону каждый день на протяжении нескольких дней.

— Ну вот смотри. В конце 1980-х в Союзе пошел бум всех этих ультрамарафонских дисциплин, в том числе суточного бега. Года с 1990-го у нас в Подольске проводился чемпионат страны по суточному бегу. Проводился он в манеже, перестроенном из бывших пороховых складов. Длина круга была 133 метра, высота потолков… ну, может, два метра с небольшим. И мой отец проводил этот турнир года с 1993-го, а затем все это развилось до того, что летом на базе в Подольске провели этап Кубка Европы, уже на открытом треке.

В общем я на эту тему смотрел, смотрел, смотрел и в 1991 году, в возрасте десяти лет сказал, что хочу попробовать. Сейчас, конечно, я бы своему сыну не разрешил. А тогда я пробежал 40 километров, поехал домой, поспал, проснулся, вернулся и добежал сутки. В итоге получилось 63 километра. На следующий год я настроился пробежать 130 км за сутки, и уже в возрасте одиннадцати лет вышел на старт в полдень, пробежал до ночи, часов десять в общей сложности, и пошел спать. В итоге спасибо маме, которая меня не разбудила, когда я взял эту паузу и ушел в раздевалку. Планировал четыре часа, а проспал восемь. Я очень расстроился, оставалось бежать четыре-пять часов. Начал бежать и понял, что нужно хотя бы попробовать закрыть 100 километров за сутки. В итоге получилось 96 километров 565 метров, кажется.

— Какие ощущения были у одиннадцатилетки от подобных нагрузок?

— Если ты устаешь бежать и останавливаешься, чтобы отдохнуть, то сначала ловишь баланс тела, потому что ноги настолько убиты, что тебя шатает. Ноги уже не ноги, а каменные ходули. Если остановился, то полчаса нужно идти, чтобы затем оказаться способным бежать снова.

— Напомни рекорд России в суточном беге?

— Денис Жалыбин, 282 километра 282 метра. Предыдущий рекорд принадлежал Анатолию Кругликову, 275 километров 982 метра. Анатолий вообще-то изначально мастер спорта по лыжным гонкам, он меня знает с детства, а карьеру активную закончил несколько лет назад. В 2005 году выиграл ЧМ, в 2007 — ЧЕ по суточному бегу.

— Если честно, то у меня в голове эти цифры не укладываются.

— Человеку снаружи не понять этой темы. Крубликов, помню, в Кисловодске утром бегал темповую тренировку 50 километров на скорости порядка 3 минут 50 секунд километр, а вечером просто забегивал еще 20 километров. Как-то раз при мне звонил своему начальнику, жаловался, что болит колено и поэтому упали объемы — в месяц получилось пробегать только 900 километров. Я стою, слушаю это все и думаю: «Тут 600-то набегаешь, и уже круто». А когда колено не болело, Толя, как выяснилось, набирал за месяц до 1500 километров.

— Но ведь такие объемы просто переварить уже задача.

— Когда мы говорим о подобных нагрузках, то те, кто через них проходил, едины во мнении, что никакая фармакология там уже не работает. Нужно быть рожденным для подобных вещей, все, что больше 100 километров, требует качеств, которые нельзя приобрести.

За Толю очень обидно, потому что в 1998 году он готовился бить мировой рекорд в суточном беге, который до сих пор принадлежит Янису Куросу (Греция) — 295 километров 30 метров. Но из-за валютного кризиса организаторы «Белых ночей» в Питере, где планировалась попытка побития рекорда, отменили суточный бег и оставили в программе только марафон. Толя вышел на марафон и финишировал его за 2 часа 20 минут. Но для него марафон — это спринт. Готовился-то бежать на результат 303 километра за сутки, то есть каждый километр по 4 минуты 52 секунды. Это к вопросу о радиации, вот из чего такие люди расщепляют энергию? 1998 год, никаких гелей, батончиков, пульсометров у них не было. На овсяночке, на киселях бегали.

Равиль Кашапов, который в Сеуле-88 был десятым в марафоне, а затем ушел в ультрамарафоны, рассказывал, что он пробегал тренировку 90 километров, приходил, садился, шнурки развязывал, а потом его тащили его в ванную, сам уже не мог.

Эти люди попали в себя, понимаешь. Вот я почти всю карьеру занимался тем, что пытался попасть в себя.

— Давай о Борзаковском поговорим. С какого возраста вы знакомы?

— Лет с 12-13. Как начались эти юношеские соревнования, так и познакомились. Юра —  это человек, в плане дара своего поцелованный богом, не просравший этот дар, плюс попавший к очень хорошему тренеру, который никуда не спешил. Поэтому Юру не выжгли по молодости, когда стал понятен его талант.

— Он по юниорам уже зажигал.

— Да вообще. 1.47 бежал, копейки не помню.

— Рассказывай дальше.

— Когда люди говорят о чем-то или ком-то и не понимают чего-то или кого-то, то зачастую это просто потому, что у них мало фактов. Чтобы говорить о Юре, надо знать некоторые вещи, в курсе которых только те, кто наблюдал его с детства, видел, как он бегал еще в 90-х, когда широкая общественность и не знала о таком спортсмене.

Оттуда, откуда выбрался Юра, и то, чего он достиг, это именно «вопреки» и «парадокс».

— Поясни.

— Я вспоминаю, где он жил, когда мы заходили к нему домой, году в 1997-98. Пятиэтажка, первый этаж, жили очень скромно. Потом у него появилась отдельная комната. Человек вышел из нищеты. Ему говорили: «Ну чего ты бегаешь, иди сварщиком работай». Он же учился в ПТУ на сварщика.

Когда он в эстафете выиграл машину, москвич «Святогор», все офигели. А когда начал родителям помогать, все близкие были в шоке, что так, оказывается, можно — зарабатывать бегом. Самое интересное, что, уже став звездой, он, пройдя такое сложное детство, отказывался от денег, когда его звали на коммерческие старты после того, как они с тренером решили завершить сезон. Там платили даже за приезд, но они отказывались. Потому что подготовка была важнее, и если решали отдыхать, то отдыхали. Отказывались от денег, на которые в то время в Кисловодске можно было купить квартиру. Кстати, возможно, именно поэтому он так долго выступал на высоком уровне.

— Получается, Евстратов его все-таки действительно сберег.

— Ему невероятно повезло с тренером, Вячеславов Евстратовым. Я тоже у него тренировался какое-то время, но тогда Юра был уже звездой, Евстратов акценты в подготовке и все свое внимание уделял ему. Я, кстати, благодарен Евстратову, мы с ним по два-три часа несколько раз в неделю сидели, и я получал бесценную информацию. Сейчас только жалею, что не приходил к нему каждый день, знал бы еще больше.

Евстратов показывал мне тренировочный план на миллиметровой бумаге. Вот, говорит, смотри — это работы, которые Юра должен выполнить в августе. То есть он понимал, к чему нужно идти и, повторюсь, не торопился. У него был колоссальный жизненный и тренерский опыт. Помню, рассказывал, как они, тренеры его поколения, учились. Ничего не было, литературы, интернета, ничего. И он сидел в отдалении, наблюдая, как тренируется Владимир Куц, двукратный олимпийский чемпион 1956 года. Тренер Куца, Воробьев, стоял, брал отрезки своего воспитанника, а молодой Евстратов смотрел издалека и учился. А как он мог еще получить эту информацию?!

— Но то, что подходило Куцу, убило бы 99 из 100 спортсменов, там просто копировать увиденное было бы самоубийством, кстати, как и копировать Борзаковского, если он вдруг решится опубликовать свои тренировочные дневники.

— В какой-то момент времени Юра уже копировал сам себя молодого. Я ему говорил тогда, что это опасно. Но он был на эмоциях, преодолевал себя, шел на работы, на которых другие бы сломались.

— Ты для себя понял, в чем талант Борзаковского, наблюдая его всю карьеру, с юношей?

— Знаешь, вот у кого-то корень аорты в диаметре пять сантиметров, и это делает его сердце созданным для нагрузки. Это тоже можно назвать талантом, просто врожденным. У кого-то врожденная пластика движений.

У Юры, как мне кажется, было одно качество, именно физиологическое, которое далеко не всем дано. Когда у человека уже забиваются мышцы, когда там один лактат, то иннервация ухудшается. Ломается техника и снижается усилие из-за того, что сигнал от мозга хуже передается в мышцы. Так вот: Борзаковский мог продавить этот сигнал, мог заставить мышцы работать на предельной усталости на 100%.

Я был свидетелем, когда году в 1998, на южном ядре Лужников, они бежали с Борей Кавешниковым 800 метров. Их разгоняет парень, делает первые 400 метров за 50,5 сек., сходит. На отметке 600 метров Боря пытается выйти, Юра ему не дает. На финишную прямую Борзаковский выходит первым, но Боря его проходит. Я смотрю, Юра уже никакой, но за 60 метров до финиша он добавляет. А за 30 метров добавляет еще. В итоге финишируют с разницей в 0,04 сек. Только вот Боря-то 1974 года рождения, а Юра на семь лет моложе. Боря после финиша разулся, шиповки взял и пошел, он взрослый 24-летний мужик, для него это был нормальный бег, а 17-летний Юра еще два часа валялся под лавкой, потому что смог загнать себя туда, где другие бы и не оказались. Мы ему голову водой поливаем, он встать не может. Ему предлагали скорую, что-то уколоть, но Юрец отказывался. Даже говорил при этом, словно кассету в магнитофоне замедленно проигрывали, нарушение речи из-за колоссального физиологического стресса. Но он смог это выдать. Да любой другой человек там бы уже на отметке 600 кола словил и остановился!

И потом — мотивация. Он же мог завязать на следующий день после победы в Афинах, и все было бы в шоколаде. Но он бегал дальше. Да, результаты где-то упали, но возраст не отменить. Когда ты 20-летний пацан — это одно, а когда тебе уже 30 лет — ты здоровеешь, становишься тяжелее. От этого не уйти. Но мотивация осталась. Мы когда в Тэгу были в 2011 году на ЧМ, Юра расстроился своей бронзе. И когда в 2005 году Рашид Рамзи обошел его на ЧМ, Юра тоже расстроился, только вот Рамзи в 2008 году хлопнули на допинге, а Юра гематоген ел и пиццу, без диетологов, без штата обслуги, которые бы с него пылинки сдували. Он в основном и проигрывал таким вот непонятно откуда вылезшим на непродолжительный период времени персонажам, многих из которых затем ловили на допинге.

— Ну эта ситуация с однодневками была и на более низком уровне, в России.

— Конечно, была. Я тогда многого не понимал, в середине нулевых. Появляется парнишка, обгоняет нас всех, кто уже лет 10 бегает, проходит два года, и он пропадает. Или просто не бежит. Или выезжаем с тем, кто выиграл Россию, убежав от нас на последних 300 метрах, в сентябре на международные старты, а он ничего не может, сидит, плачет, говорит, что не может. И таких, если смотреть протоколы, можно найти на каждом ЧР тех лет. Где вы сейчас, ребята? Текучка народа в стипле за 20 лет очень большая.

— Ты в самом начале разговора говорил о том, что уже все, мы видим титры нашей легкой атлетики. Почему, для себя понял?

— Кадровая политика все решает, и это касается не только легкой атлетики. Если назначают кого-то начальником, а он, положим, далекий от спорта человек, то у него хотя бы зам должен быть толковый. А у нас же и замов берут из своих, по принципу знакомства, а не по принципу компетентности. В результате происходит обвал. Я не спорю, спортивный функционер может быть просто хорошим менеджером, но тогда он не должен лезть в тренировочный процесс. И у него рядом должен быть специалист, который ас именно тренировочного процесса, а таких людей все меньше и меньше. 

Люди из легкой атлетики уходят, потому что вид бедный, вариантов заработать, после того как нас перестали выпускать на международные коммерческие старты, никаких. Нищета. Развития я не вижу. Знаешь, я начинал бегать с чемпионами Союза, а сейчас легкая атлетика, как Союз, подходит к своему финишу.

Плюс демографическая яма между 1992 и 1996 годами, она сейчас уже видна. А те, кто моложе, глядя на ситуацию, завязывают. В последнее время из легкой атлетики ушло очень много людей. Скандал с допингом отвернул от вида родителей, которые не хотят вести в наш вид своих детей, опасаясь всех этих историй. Еще лет пять, и на ЧР в некоторых дисциплинах на старт будут выходить всего несколько человек, едва набирая состав на пьедестал.

— А для себя ты как спортсмен, после того, как ахилл зарастет, видишь что-то дальше?

— Я вижу для себя трейлы. Во-первых, это отличная атмосфера, люди приезжают, как на праздник. Во-вторых, организм это переносит легче, нет пиковой нагрузки. А в-третьих, это то, куда я могу поехать, сказав ИААФ, если ничего не изменится: «Пока, ребята, я сам себе хозяин».

* Соцсеть, признанная в России экстремистской

Выйти замуж, найти трусы, продать щенков. Важные хлопоты Валерии Андреевой

А еще выступить под российским флагом впервые за долгое время.

5 июля в подмосковном Жуковском прошел 61-й по счету «Мемориал Знаменских», где забеги женщин на 400 метров с барьерами выиграла Валерия Андреева (56,32 сек.), еще недавно выступавшая под фамилией Храмова. Этот сезон у Андреевой получается ударным — имея от ИААФ допуск в нейтральном статусе, она съездила на  международные соревнования в Чехию и Словакию, затем вошла в состав сборной России на II Европейские игры и… стартовала там под российским флагом. О том, как сложился бег в Жуковском, что за ощущения испытала спортсменка, надев форму сборной России, легко ли она привыкла к новой фамилии и какой казус произошел на старте в Чехии, мы поговорили с Валерией после соревнований. Начали с момента, который заметили только те, кто смотрел на финишный створ.

— Что за слово из трех букв вырвалось у вас после финиша?

— Это эмоции. Просто очень хочется, чтобы уже до чемпионата России в кармане был норматив на ЧМ (56,00) и можно было расслабиться (смеется).

— Норматив пока не покорился, что скажете про сам бег?

— Мне бег понравился и тактически и по раскладке. Тренер, конечно, не очень доволен.

— Чем недоволен тренер?

— На тренировках я бегу значительно быстрее, но если пытаюсь так начинать на соревнованиях, то меня, как правило, не хватает на финиш. И сейчас я была более осторожна, не стала начинать как на тренировке, выкладываться с первых метров дистанции. Придержала себя на первой половине, этим тренер и недоволен.

— Давно слежу за вашими выступлениями, и есть ощущение, что классический бег Храмовой-Андреевой — начать быстро и добегать на морально-волевых.

— Да. И тренер в этот раз ждал именно такого бега. А я поэкспериментировала, и в результате, когда поняла что сил еще вагон, — дистанция уже закончилась.

— Вам самой какой вариант ближе — быстрое начало и добегание или же спокойное начало и набегание?

— Последний вариант, со спокойным началом, мне больше нравится.

— А когда начинаете, как хочет тренер, быстро, то на последних ста метрах такой физически тяжелой дистанции, как 400 с барьерами, соображаете вообще что происходит и где находитесь?

— Раньше не соображала, а сейчас я помню каждый бег, каждый шаг, голова работает очень хорошо.

— Шаги считаете между барьерами?

— Шаги не считала никогда. Мне кажется, что человек, который считает шаги между барьерами, не барьерист. Я бегу по ощущениям, для меня это естественно, что на один барьер я должна попасть левой ногой, а на другой — правой. Для меня это дикость, считать шаги, потому что получается, что голова у тебя занята не бегом в целом, а какими-то условностями.

— Недавно прошли II Европейские игры в Минске, где вы выступали в форме сборной России. Как ощущения?

— Бальзам на душу. Аж до мурашек. Ты идешь мимо трибуны, и люди просто встают, потому что ты приехал, потому что ты представляешь свою страну. Зрители кричат «Спасибо, что приехали!», кидают российские флаги, я даже не знаю, откуда они у них. Это нереальные ощущения, как маленькая Олимпиада.

— Вы там бежали эстафетный этап 600 метров при специализации на более короткие дистанции, как зашло?

— Вообще нереально, просто пушка! Я 600 метров не бегала очень давно, последний раз лет семь назад в манеже. Поэтому в первом круге соревнований, когда бежала свой этап, опасалась, что меня не хватит, сдерживала себя первые метров 350. Затем поняла, что сил еще вагон и начинать можно было понаглее. И в полуфинале сделала именно так — начала быстрее и закончила при этом неплохо. Все получилось, и по раскладке и по внутренним ощущениям — свободный, комфортный бег.

— А теперь мы выслушаем мастер-класс «Как забыть трусы на соревнованиях».

— (Смеется.) Это было в Чехии, в начале июня. Я же нормальный человек — не могу стартовать в грязной и потной после предыдущего бега нижней части формы. Обязательно должна ее постирать, чтобы на очередной старт выходить в чистой. В общем, я постирала, повесила в номере сушиться и забыла. В удлиненной версии, шортах, мне бегать некомфортно. Пришлось вешать объявление в инстаграме*, что ищу нужную модель трусов.

— В этом сезоне у вас сплошные события — допуск получили, трусы забыли, еще и под новой фамилией выступаете, выйдя замуж. Долго себя в протоколах искали после смены Храмовой на Андрееву?

— Я-то как раз нет, а вот люди меня замучили, не находя Храмову и не понимая, что происходит. Что же до моих собственных ощущений, то когда я слышу «Валерия Андреева», то улыбаюсь, меня это греет.

— Не было идеи оставить девичью через дефис?

— Зачем? Если бы у меня были какие-то достижения мирового уровня, а так — зачем?

— Ну, тем более, что уже есть пример Ласицкене.

— Я как-то не равнялась ни на кого. Да и мы с Костей не первый год были вместе, так что давно уже начала примерять на себя фамилию тогда еще будущего мужа. Поэтому для меня это оказалось привычнее, чем для людей, которые меня окружают.

— Не первый год вместе. Почему только сейчас сыграли свадьбу, чего ждал Константин?

— А почему вы думаете, что именно он ждал?

— Тогда нужно уточнить, кто кому предложение делал?

— Мне кажется, что отношения, которые начинаются в таком молодом возрасте, как у нас с Костей, всегда претерпевают взросление вместе с носителями этих отношений. Поэтому отношения должны были повзрослеть. Любовь бывает детская, юношеская и взрослая. Она тоже должна вырасти.

— Каждый раз, когда вы попадаете в забег с Верой Рудаковой, диктор по стадиону и комментатор трансляции подают как фаворита именно Веру, акцентируют внимание на ней, хотя вы ее уже не раз обыгрывали. Это раздражает?

— Так и есть. Меня это беспокоило лет в 17, когда был подростковый максимализм, и я не понимала — как так? Я считаю, что доказывать нужно делом, результатами, и все придет.

— Но вы выигрывали чемпионат России в 2017 году, еще не имея международного допуска, то есть топовый для себя на тот момент старт, это ли не дело, после которого стоит ожидать признания?

— Просто Вера быстро бежала с детства, рано стала заметна, а я постепенно подкрадываюсь к максимальным своим результатам на этой дистанции. Поэтому, думаю, к олимпийскому году все будет.

— Вы выступаете уже давно. Какие изменения в обществе по отношению к легкой атлетике произошли за эти годы?

— Рост внимания произошел в основном благодаря допинговому скандалу. Выросло количество хейтеров в сети. Но я считаю, что даже если люди реагируют на происходящее негативно, читают новости, чтобы перемыть нам косточки, то это тоже хорошо, потому что это все равно свидетельство интереса к нашему виду спорта. Так что интерес проявляется. Точки зрения людей со временем могут меняться, а интерес остается.

— По поводу хейтеров и соцсетей. В свое время я делал «Голый спорт» с вами, и почти сразу же, через несколько часов, вы перевели аккаунт инстаграм* в приватный режим. Почему?

— Дело в том, что я не понимала, откуда повалило такое количество подписчиков. Сотни людей начали подписываться, я решила, что это какой-то спам, и закрыла аккаунт. Затем мне кинули ссылку на статью, я поняла, откуда трафик, и все открыла. К самой статье никаких претензий.

— Не уверен, кто чаще встречается на фото в вашем инстаграме* — муж или собака, которая, кстати, недавно родила. Всех щенков продали?

— Мы оставили себе одну девочку, как изначально и планировали, а остальные восемь нашли себе хозяев. Последний уехал в новый дом полторы недели назад. Теперь у нас две собаки — мама и дочка. Для меня собаки — это любовь.

— Веймаранер довольно активная порода, бегаете с ней?

— Бегаю со старшей, но тут же как — самая выносливая собака не выносливее человека. Бежим кросс десять километров, первые пять она меня тащит, вторые пять — я ее. А она: «Может остановимся? Может с палочкой поиграем? Зачем куда-то бежать?»

— Подождите, то есть вы со своей спринтерской специализацией бегаете 10-и километровые кроссы?

— Конечно, в подготовительный период. У нас в этот момент закладывается очень большая база.

— Возвращаясь к барьерам. Даже спринт требует определенной диеты, контроля веса, а вы девушка достаточно плотная. Это создает сложности?

— Конечно, я от природы достаточно атлетична. Стараюсь не перебирать, в сезоне практически не ем сладкое, могу позволить его себе только перед стартом. Но сейчас я отношусь к этому проще, а вот раньше могла выйти на старт обессиленной от диеты, но зато худой.

— Что дальше по сезону?

— Мы решили, что до ЧР ничего, потому что был очень плотный июнь — я бегала больше, чем в предыдущие годы за весь летний сезон. Сейчас соревновательного опыта хватает, так что осталось подчистить нюансы и на ЧР выполнить норматив на ЧМ, снять с плеч груз ответственности. Если это получится, то будем готовиться к ЧМ, а если нет — то начну стартовать везде, чтобы все-таки  норматив выполнить.

* Соцсеть, признанная в России экстремистской

Шубенков финишировал в падении. Цена победы на этапе «Бриллиантовой лиги» — ободранное плечо. Видео

Это надо видеть.

• Российский чемпион мира в беге на 110 метров с барьерами Сергей Шубенков стал победителем этапа «Бриллиантовой лиги» в Рабате
• Дистанцию спортсмен преодолел за 13,12 секунды
• Шубенков преодолел финишную черту в падении и ободрал плечо
• Напомним, что российские легкоатлеты продолжают выступать на международных соревнованиях под нейтральным флагом из-за ситуации с ВФЛА

Видео забега

https://twitter.com/Diamond_League/status/1140499314717929472

Большую часть дистанции лидировал ямаец Омар Маклеод, но на заключительных метрах дистанции лидер сезона потерял равновесие, упав на дорожку. Кто бы мог подумать, что это принесет победу российскому легкоатлету.

Шубенков запнулся за упавшего Маклеода и пересек финишную черту в фазе полета. Фотофиниш выглядит эпично — так сам Сергей написал в своем Instagram*.

Состояние плеча спортсмена требует внимания медиков, но победа на престижном старте сгладила все неприятности.

https://twitter.com/iaaforg/status/1140368670159527936

• Тренер рассказал о травме Шубенкова после падения на финише забега в Марокко

• Сергей Шубенков: «Я живой, есть лишь ссадины и синяки»

«Присутствие Маклеода дало дополнительную мотивацию»

— Это была драматичная, но действительно отличная гонка. Мне все понравилось. И я смог победить, это очень важно. Я чувствую себя сильнее, чем раньше. Присутствие Омара Маклеода дало мне дополнительную мотивацию, мне нравится соревноваться с серьезными парнями, — отметил спортсмен в интервью официальному сайту Diamond League. 

«Бриллиантовая лига». 6-й этап. Рабат (Морокко)

Мужчины. 110 м с барьерами

1. Сергей Шубенков (Россия, под нейтральным флагом) — 13,12

2. Эндрю Поцци (Великобритания) — 13,30 

3. Габриэль Константино (Бразилия) — 13,41

* Соцсеть, признанная в России экстремистской

«Когда бьют локтем — неприятно, но можно понять». Интервью с обладателем лучшего результата в Европе

О вагоне, который приходится тащить, интересе к лыжным гонкам и о том, что нужно просто выполнять свою работу.

На завершившемся сегодня в Сочи Кубке России по легкой атлетике пермяк Владимир Никитин выиграл дистанцию 1500 метров, установив лучший результат сезона в Европе — 3.36,26. По сути, Владимиру никто так и не смог составить конкуренцию — большую часть дистанции он бежал, лидируя сольно. Первые метры со старта вел Сергей Дубровский, занявший в итоге второе место (3.39,39). Тройку замкнул Евгений Кунц — 3.40,26. После награждения мы пообщались с Никитиным, обсудив перспективы начавшегося летнего сезона.

— Результат на 1500 был ожидаем?

— Конечно, но хотелось быстрее. Судя по ощущениям от бега, это вполне возможно. Работы на сборе перед этим стартом делали неплохие, так что сегодня чувствовал себя уверенно, хотя меня и немного зажимало по дистанции.

— Со стороны кажется, что просто не хватило пейсмекера, в роли которого выступил Дубровский.

— Ну блин, если ты готов, то даже пейс не нужен. Можешь встать и с первых метров задать свой темп, тот, который указан тренером.

— Все-таки рано один остались, согласитесь?

— Мы с Сергеем (Дубровским) договорились, что первые 400 метров ведет он, затем на вторые 400 выхожу я, а дальше уже как пойдет. Получилось вот так.

— Откуда такая сила воли у вас двоих? Со старта побежали одни, не оглядываясь на соперников.

— Тренер Дубровского тоже заинтересован, чтобы его ученик бежал на результат. Ему не важно, каким тот в итоге будет: вторым, последним или выиграет. Главное — секунды, результат. А остальных, видимо, больше интересует место, поэтому играют в тактику.

— Где готовились к этому старту?

— Подводились в последние недели в Кисловодске. Перед этим в Киргизии заложили базу, набрали объем.

— Сам по себе результат не слишком ли ранний с точки зрения задач на сезон?

— Нет. Нормативы же на ЧМ нужно выполнять. Для этого на первом, втором или третьем старте нужно бежать 3.36,00. Сегодня не хватило 0,26 секунды, так что все вполне реально.

В 2017 году мы допустили ошибку зимой, когда я бежал все подряд и подустал. В прошлом году подводились уже более мягко, точечно. Не наелись, анализировали ошибки, поработали над ними.

— В этом сезоне тоже будете точечно подводиться?

— Будет немного скомканно. Еще нужно бежать ЦС «Динамо», где Росгвардия выставляет свою команду, затем через неделю еще один старт, уже внутренний для Росгвардии, а еще через неделю — чемпионат России.

— Бывший лыжник Никитин смотрел чемпионат мира по этому виду спорта?

— По возможности да, смотрел. Раньше было поинтереснее, бежали тактически интереснее, да и ходом быстрее. Я говорю про 2007–2008 года, когда я сам еще лыжными гонками занимался.

— Про стычку Клебо и Устюгова что думаете?

— Как-то не обратил на это внимания, мимо прошло.

— Я к тому, что бег на средние дистанции — контактная дисциплина, а вы не самый высокий и крупный спортсмен. Как с этим справляетесь?

— Конечно, неприятно, вот сегодня мне на старте локтем досталось. Но соперников тоже понять можно, это соревнования, дают старт — нужно быть понаглее.

— Разували когда-нибудь во время бега? (Ситуация, когда бегущий сзади наступает тебе на пятку и сдирает с нее обувь.)

— Меня нет, а я разувал. Но это было давно, еще по молодежи. Получилось не специально, просто так вышло.

— Если разуют, будете добегать босиком или сойдете?

— Силы воли у меня хватает, постараюсь не сходить, добежать.

— Вы по-прежнему в фокусе антидопинговых служб?

— На удивление, в последнее время в Кисловодск приезжали два раза, но у меня пробы не брали.

— Как-то мечетесь между двух дистанций, 1500 и 5000 метров, по ощущениям. Не мешает?

— На самом деле 1500 — это просто подготовка к 5000. Мы так идем, основная дистанция на этот сезон — пять тысяч. Хотя вот в прошлом сезоне мы тоже акцентировались на этой дистанции, а лучше получилась 1500.

— Мировые результаты на ваших профильных дистанциях, даже если брать только белых ребят, кажутся тоже реальными?

— Когда вижу цифры, то пугаюсь. У нас в России так никто не бежал, и в ближайшее время даже не знаю, кто способен составить мне компанию.

— Могу сказать, что последние года два-три регулярно звучит: «Если кто и может, то только Никитин».

— Ну блин, все равно тяжело тащить этот вагон.

— Вагон ощущается? Вас ведь даже представляют на старте отдельно, акцентированно, как фаворита.

— В последнее время да, ощущается. На меня обращено очень много внимания. Конечно, я это не люблю, хотя в каком-то смысле это тоже мотивация. Но и цена ошибки становится выше.

— Берем оптимистичный прогноз: вы имеете норматив и едете на ЧМ в Доху. Там дикая влажность и жара, адаптируетесь к условиям?

— Я в этой ситуации уже был — на Универсиаде в Корее, где бежал 10 000 метров. Мы там пробыли 15 дней, и за это время я не сделал ни одной нормальной работы из-за высокой влажности. Бежалось не так уж и легко, особенно первые семь километров. На последних трех организм, видимо, адаптировался, и было полегче. Финишировал четвертым.

— Вопрос, который всех сейчас беспокоит. Призывы отстранить руководство ВФЛА. Как это воспринимаете?

— Я к ситуации с постоянными скандалами уже привык за последние четыре года. Стараюсь не обращать внимания, потому что это бесполезно, от тебя ничего не зависит. Главное — тренироваться, делать свое дело качественно.

* Соцсеть, признанная в России экстремистской

Два года за бромантан, жизнь на 5000 рублей и триумфальное возвращение. Это не футболист Титов, это легкоатлет Никитин

О ярме ипотеки, помощи от «Росгвардии» в тяжелые времена и умении ждать.

Имя пермского легкоатлета Владимира Никитина вышло за пределы круга профильных пабликов в соцсетях только в конце 2018-го, когда РУСАДА опубликовало статистику частоты проверок российских спортсменов. Никитин возглавил рейтинг — представители российских антидопинговых органов посетили его  в прошлом году 21 раз. Для этого, нужно признать, есть веские основания. 

Во-первых, в биографии пермяка имеется дисквалификация за бромантан (только в отличие от Титова он получил не год, а два), а во-вторых — последние два года Никитин доминирует в России на дистанциях от 1500 до 10 000 метров, и поражения спортсмена можно пересчитать по пальцам. Выиграл он и на двух главных зимних российских стартах, «Русской зиме», где пробежал милю с рекордом России (3.54,77), и чемпионате страны, где финишировал первым на трех километрах (7.47,18). Как раз после победы на трешке мы и поговорили.

— Как прошла дистанция 3000 метров у самого проверяемого спортсмена России?

— Не так, конечно, как мы с тренером планировали. Мы хотели бежать быстрее, и начало прошло по плану, а вот на концовку немного не хватило. Причину пока не поняли, сейчас вернемся домой и будем разбирать ошибки.

— Почему здесь, на чемпионате страны, не бежали 1500 метров?

— Потому что в расписании ЧР эта дистанция стоит в пятницу, а у меня в воскресенье, 17 февраля, уже запланирован  старт в Питере на милю.  Мы решили не наступать на прошлогодние грабли, когда стартовали очень часто, и провести этот зимний сезон поспокойнее. Кроме того, я уже месяц как жду ответа на свою заявку в ИААФ для допуска к международным стартам. (К моменту публикации интервью соревнования в Питере уже прошли. Никитин выиграл с результатом 3.58,58. — «Матч ТВ»)

— Если ответа не будет?

— В таком случае после старта в Питере у меня запланирован отдых, 10-12 дней, а затем мы едем на сбор в Киргизию, на Иссык-Куль, готовиться к летнему сезону.

— А если одобрят?

— Тогда поедем на международные старты, но я пока не знаю, даже когда и на какие дистанции. Тренер планирует мне 5000, но мне самому кажется, что 1500 метров мне даются легче психологически, да и в Европе шансов на этой дистанции у меня побольше.

— Ну, с текучкой все понятно, теперь давайте вот о чем поговорим: какой вы по счету ребенок в семье?

— Шестой, самый младший. У меня четыре брата и одна сестра, самому старшему брату сейчас уже 45 лет, ну а мне 26. Вырос в селе Пешнигорт в Кудымкарском районе Пермского края.

— Сколько там людей сейчас живет?

— 350 человек (по данным переписи 2010 года, 856 человек. — «Матч ТВ»).

— Могу показаться грубым, но в таких местах подростки если не идут в спорт, то бухают.

— Так и есть: все мои одноклассники сейчас бухают. Меня спасло то, что я с детства десять лет занимался лыжными гонками перед тем, как перейти в легкую атлетику. Кстати, мои родители до сих пор живут в Пешнигорте. Я люблю туда ездить на рыбалку, правда, получается выбраться раз в год.

— Почему ушли из лыж?

— Я маленький, и не хватало физической силы, а на всех легкоатлетических беговых тренировках, кроссах в лыжной секции я был одним из лучших. Понял, что в беге смогу реализовать себя быстрее и лучше, чем в лыжных гонках. Поэтому, закончив школу, я переехал в Пермь, поступил там в политехнический колледж и начал заниматься легкой атлетикой.

— Где жили в то время, приехав из села, и на что?

— Жил в общежитии колледжа на 5000 рублей в месяц, это был 2010 год, чтобы было понятно.

— Что можно купить на эти деньги, помимо макарон и картошки?

— Лишнего, конечно, не мог себе позволить, только самое необходимое. О походах с девушкой в кино или ресторан не было и речи. Собственно, и девушки-то не было, денег хватало только на себя.

— Когда это стало меняться в лучшую сторону?

— В 2012 году, когда у меня начали расти результаты и появились какие-то ставки, призовые. Тогда ситуация начала меняться, да.

— Только вот в 2012 году осенью вас дисквалифицировали на два года за бромантан.

— Да, это случилось по глупости, тренер был не в курсе. Мой приятель купил в аптеке бромантан, я прочитал, что он повышает работоспособность и решил его попить. И вот результат: два года без стартов. Во время этой паузы меня поддерживала структура, которая сейчас называется «Росгвардия», так что совсем на дно в плане финансирования я не упал. Если не ошибаюсь, мне платили 24 000 рублей, это, конечно, уже заметно получше, чем 5000. Друзья меня поддерживали, я все эти два года тренировался, делал по две тренировки в день. Не думал о том, на каком уровне буду бегать после выхода из дисквалификации, но точно знал, что останусь в спорте, мысли закончить карьеру не было.

— Когда возвращались, косые взгляды были?

— Да, шуточки звучали на тему «смотри, вон бромантанщик идет». Ну, я все это понимал и не реагировал.

— Есть точка в вашей жизни, когда вы перестали экономить на всем, смотреть ценники в магазинах, сравнивать?

— Если честно, то я до сих пор стараюсь экономить, откладывать, привычка осталась. Смотрю цены, рассчитываю, брать или не брать что-то. У меня же сейчас ипотека на квартиру, и хочется закрыть ее побыстрее, досрочно. Все, что зарабатываю на стартах, на той же «Русской зиме», выплачиваю в счет ипотеки. (На «Русской зиме», установив рекорд России в беге на милю, Никитин заработал в общей сложности 325 000 рублей. — «Матч ТВ».)

— Видите себя живущим в Перми после окончания карьеры?

— Да, конечно, это большой город, мне нравится. Если человек хочет, то там можно найти нормальную работу.

— В «Реальных пацанах» есть хоть часть правды про ваш город?

— Ну, там все сильно преувеличено, словно вообще у нас одни неудачники живут какие-то. У нас все зависит от района: если живешь в центре, то все спокойно, а если на окраине, то можно и нарваться. Например, в Закамске легко может прилететь без особого повода.

— Когда пермяк Никитин последний раз дрался?

— Очень давно, еще в школе, то есть живя в Пешнигорте, а не в Перми. Не помню, в каком классе это было. Последние годы я стараюсь не лезть в конфликты, потому что думаю о последствиях. Я же в звании лейтенанта в «Росгвардии», там за подобные вещи могут сразу уволить. 

— Помимо квартиры теперь у вас есть девушка, в отличие от времен жизни на 5000 в месяц.

— Даже не девушка, а гражданская жена, мы вместе уже шесть лет.

— А гражданская жена планирует стать официальной?

— Планирует, но это уже после того, как с квартирой разберемся, скинем это ярмо ипотеки.

— А это она планирует или вы?

— Это я планирую (смеется).

— А она согласна с вашими планами?

— Она о них пока не знает!

— Ну, теперь точно узнает (смеемсяоба).

— Сейчас-то все, зимой коммерческих стартов больше не будет, а летом, если не получите международный допуск или ВФЛА не восстановят, в России зарабатывать тоже особо негде.

— Тогда я выйду на шоссе, как сделал в прошлом году, когда выступал на десятикилометровых дистанциях пробегов в Питере, Москве, Перми. Кстати, после стадиона шоссе заходит легче, если честно, в психологическом плане. Мне нравится, как организовывают соревнования на шоссе, возникает ощущение, что ты выступаешь где-то в Европе, подход более современный.

— А вы видите себя на шоссе в более классических дистанциях, полумарафоне и марафоне?

— Да, в дальнейшем я планирую такие дистанции, думаю, там должно получиться. Но это скорее уже ближе к 30 годам, на будущее.

— Последние два года вся выносливость России задает один вопрос: «В чем секрет Владимира Никитина?» Ответите на него?

— Особого секрета нет, нужно просто идти к своей цели, трудиться, относиться ко всему с холодной головой и не торопить события, потому что для всего придет свое время. В этом плане даже два года дисквалификации мне пошли на пользу, я научился ждать.

Фото: Валерий Чепкасов

* Соцсеть, признанная в России экстремистской

Антонина Кривошапка: «На возвращение призовых мне дали рассрочку. Сумма там значительная»

Второй раз в ту же реку.

17 августа 2013 года Антонина Кривошапка завершила бег нашей эстафетной четверки 4×400 на чемпионате мира по легкой атлетике в Москве. Затем ушла в декрет, родила, вернулась поздней осенью 2015-го, отбегала зиму и лето 2016-го, стала чемпионкой России и снова ушла, но уже не в декрет, а в дисквалификацию. Проба спортсменки с Олимпиады-2012 при перепроверке показала наличие метаболитов туринабола, анаболического стероида, «вылезшего» во многих пробах тех Игр. И вот спустя два с половиной года Кривошапка снова возвращается, во второй раз. Первым крупным стартом для Антонины стала «Русская зима», где она в доминирующем стиле выиграла 400 метров, показав лучший результат сезона в мире — 51,86 секунды. После дистанции мы пообщались со спортсменкой.

— Действующая рекордсменка мира на 400 Марита Кох однажды сказала, что ненавидела эту дистанцию и бегала ее только потому, что получалось выигрывать. Если бы не эмоции от побед, то заставить себя выйти на старт она бы не смогла. Что заставляет вас?

— Да, 400 метров очень тяжелая дистанция, согласна. Но также согласна, что когда ты выигрываешь, это очень приятно. 400 метров мне как-то ближе. Если рассматривать соседние, то 200 я, может быть, попробую в следующем сезоне, а 800 уже давно прошу у тренера, но как-то пока не ставит. Однако как бы тяжело не было на финише 400, все равно это моя любимая дистанция, даже последние 50 метров, пускай я их порой уже не добегаю, а чуть ли не дохожу пешком.

— Самый тяжелый бег можете вспомнить?

— Могу, но не хочу (смеется). Это финал личных 400 метров на Олимпиаде в Лондоне, я его ни разу не пересматривала, настолько было тяжело.

— Пауза в карьере у вас вышла приличная, началось все в 2013-м.

— Да, я тогда намеренно ушла в декрет, ЧМ в Москве бежала уже из последних сил, так сказать. Нормально родила, без каких-либо проблем, вернулась в 2015-м, а тут… настали не очень хорошие времена. Чуть-чуть побегала и отправилась в другой, можно так сказать, «декрет». И вот сейчас снова возвращаюсь.

— Говоря о возвращении после родов, через какое время начали тренировки?

— Сперва бегала кроссики, достаточно спокойно, пару раз в неделю. Затем очень плавно мы добавили какие-то скоростные работы, начались тренировки в шиповках. Но тренер меня берег и все время сдерживал, так что все прошло очень плавно. Помогло то, что у меня золотая мама, и она взяла на себя все заботы о ребенке, это разгрузило и позволило посвятить себя тренировкам.

— Которые в итоге длились без турнирной практики еще два с половиной года, если не считать короткого периода в 2016-м, когда вы бегали.

— Только тренироваться все это время непросто. Хотелось выйти на дорожку, почувствовать соревновательные ощущения. Сегодня я их получила. Есть еще очень много недочетов, которые нужно убирать. Это третий старт, но до этого были скорее тренировочные, мандража на них не чувствовала, а вот сейчас немного потряхивало.

— Перед сегодняшним бегом знали расклады на этой дистанции в России?

— Я еще до всех этих пауз не особо следила за спортом, за лучшими результатами, за соперницами. А уж роды и материнство вообще сильно изменили приоритеты и ментальную составляющую. Двух девочек, Реньжину и Мамину, я знала по прошлым годам, а о молодой Полине Миллер мне рассказывали в тренировочной группе.

Но это хорошо, что сегодня бежали в конкурентной борьбе. К отметке 200 я увидела, что девчонки рядом и как-то подсобралась. В этом плане старт вышел полноценным, в отличие от тех двух предыдущих, когда я, по сути, одна бежала.

— Тренер что-то эмоциональное кричал.

— Сначала про плечи, а затем уже другие, не буду говорить какие именно, слова. Я даже чуть-чуть удивилась, когда их услышала, подумала еще: «Вот это тренер дает!»

— Бежали в компрессионных гетрах, которых раньше на Кривошапке не было никогда. Не варикоз, случаем?

— Нет, просто нужно же как-то возвращаться запоминающимся образом, да и что-то новое добавить. Вот, гетры!

— Как у вас обстоят дела с призовыми за старты, результаты на которых аннулированы?

— Возвращаю, точнее, начала возвращать. Мне дали рассрочку, сумма там значительная, во всяком случае по моим меркам. Поэтому нужно передвигать ножками, быстро бежать, зарабатывать и отдавать.

— Когда у вас появится возможность подать заявку на международный допуск в IAAF?

— В мае исполнится год, как я нахожусь в пуле тестирования, и тогда можно будет подавать эту заявку.

— Есть понимание того, что, если ВФЛА не восстановят, то с международным допуском, учитывая недавнюю дисквалификацию, могут возникнуть проблемы?

— Давайте все-таки верить в то, что у нашей федерации наступят яркие и светлые дни!

— И все же готовы еще годик побегать только в России?

— Ну, я же возвращаюсь, значит, готова. Конечно, что делать. Главное, я выхожу на дорожку, выступаю, а не сижу дома.

Фото: РИА Новости/Владимир Астапкович

* Соцсеть, признанная в России экстремистской

В Мексике потеряли Марадону, в Перу все готово к старту «Дакара». Лучшие тексты воскресенья на «Матч ТВ»

Традиционный дайджест текстов, вышедших на сайте за день.

Почему золото выиграла Финляндия, а не Россия. Подводим итоги МЧМ

Потому что сборная Суоми – улучшенная версия команды Брагина.

Четвертая за девять лет бронза — вкус этого сплава уже порядком надоел. Восьмая медаль за девять лет — показатель классный, но всего с одним золотом 2011-го получается грустно. Особенно учитывая то, что финны за этот же промежуток одержали три победы, Канада и США — по две. В этот раз в финале встретились «суоми» со «звездно-полосатыми» — тенденция последних лет сохранилась. К сожалению, ничего противоестественного в этом нет.

Разбираемся, что к чему

***

В Мексике потеряли аргентинского тренера. Это глава правления «Динамо-Брест» Марадона

Его нашли в больнице, все в порядке. Линекер оказался прав: легенда превратилась в посмешище.

Этого текста не было бы, если бы в новогодние праздники Марадону не потеряли. Он пропустил всю межсезонку «Дорадоса», с командой работал физиотерапевт. 4 января, когда прошло больше недели с пропажи обладателя «ноздри бога», выступил адвокат (он же агент). Представитель подчеркнул, что легенда задержалась в Буэнос-Айресе из-за медицинских тестов.

По виражам приключений Диего 

***

В 2018-м это случилось впервые. Усэйн Болт дебютировал в профессиональном футболе и даже сделал дубль

Но с мечтой заиграть на серьезном уровне все пока сложно.

21 августа Болт прилетел в Австралию, подписав испытательный тренировочный контракт на 6 недель с местным клубом «Сентрал Коаст Маринерс» (это примерно 8-10 команда страны). На первую тренировку атлета пришло больше 100 журналистов.

8-кратный олимпийский чемпион упорно движется к мечте

***

«Мы с Юлей просто хотели пройти этот «Тур де Ски». Интервью Анастасии Седовой после финиша многодневки

Разговор по итогам «Тур де Ски» с обладательницей четвертого места в общем зачете.

— Хорошо, что все это закончилось. В прошлом году, может быть, было чуть тяжелее, потому что я не знала, что это за гора, к чему готовиться. Сейчас уже знала — может быть, в этом плане было чуть легче.

Одна из героинь сегодняшнего дня

***

Наталья Непряева: «Это не гонка, а кошмар какой-то!»

Она стала первой российской лыжницей, поднявшейся на подиум «Тур де Ски» в общем зачете. Несмотря на невероятную усталость от последней горы, Непряева согласилась пообщаться и рассказать об ощущениях от завершающих девяти километров дистанции.

По местам задач не было, просто хотелось выступить хорошо в каждой гонке. Я не очень довольна тем, как прошли спринты на этом «Туре». Считаю, что я была очень далеко, потому что на втором спринте даже не прошла в финал.

Сегодня эта девушка вошла в историю

***

Добро пожаловать в ад. Что ждет «КАМАЗ-мастер» на «Дакаре»

7 января в Лиме возьмет старт легендарный ралли-марафон «Дакар». В 2019 году его маршрут пройдет по территории всего лишь одной страны — Перу, что упростило задачу организаторам гонки. А вот пилотам от таких перемен станет только сложнее.

Поборются за «Золотого бедуина» экипажи «КАМАЗ-мастер» и друг с другом. В этом году «Синяя армада» выставит на «Дакар» машины с разными коробками передач. Мардеев и Николаев поедут на «автомате», а Каргинов и Сотников — на «механике». В команде еще не знают, какая коробка проявит себя лучше, так что пески Перу станут для КАМАЗа испытательным полигоном.

Превью одного из главных событий начала года

***

В 2018-м это случилось впервые. Олимпийская медаль на 5000 метров в женских коньках

Тяжелая дистанция со сложной историей наконец покорилась российской спортсменке.

Поездка Ворониной на Игры в Корею была под вопросом, сначала из-за неясности того, кто именно будет допущен, а затем из-за того, что спортсменка не горела желанием ехать одна — без тренера Павла Абраткевича и коллег по команде. Однако решение ехать все-таки было принято.

Вспоминаем, как это было

***

73 матча за 10 дней. Российская команда — победитель киберспортивной версии Boxing Day

Сразу два турнира по Dota 2 завершились 5 января.

Общий призовой фонд чемпионатов, начавшихся 27 декабря, составил 156 тысяч долларов. Не самые внушительные цифры в киберспортивной индустрии, но и не самые маленькие. Уникальными эти турниры сделали их участники, сыгравшие в сумме 73 матча за 10 дней!

Узнай о них больше

Фото: ФХР, ФК «Динамо-Брест», Matt King / Stringer / Getty Images Sport / Gettyimages.ru, Laurent Salino/Agence Zoom / Stringer / Getty Images Sport / Gettyimages.ru, globallookpress.com, Dan Istitene / Staff / Getty Images Sport / Gettyimages.ru, РИА Новости/Рамиль Ситдиков, Twitter WePlay! Esport

В 2018-м это случилось впервые. Усэйн Болт дебютировал в профессиональном футболе и даже сделал дубль

Но с мечтой заиграть на серьезном уровне все пока сложно.

Почему Болт ушел в футбол?

Величайший бегун в истории (8-кратный олимпийский чемпион и 11-кратный чемпион мира) давно увлекается в футболом. В юности он тайно от тренера по легкой атлетике пинал мяч с друзьями после колледжа, а уже в звездном статусе принимал участие в выставочных матчах и не раз признавался в любви к «Манчестер Юнайтед». «Однажды я хотел бы сыграть за этот клуб, хотя бы один матч», — делился Болт.

Ближе к концу карьеры бегуна он стал позволять себе футбол с друзьями два раза в неделю. А после ЧМ-2017, где Болт впервые за 10 лет не выиграл ни одного золота, атлет решил окончательно сосредоточиться на мечте стать футболистом.

Где он тренировался и играл?

В январе 2018-го он провел тренировочное занятие с чемпионом ЮАР «Мамелоди Сандаунс», а в марте — съездил в гости к дортмундской «Боруссии».

https://twitter.com/BVB/status/976940963196219392?ref_src=twsrc%5Etfw%7Ctwcamp%5Etweetembed%7Ctwterm%5E976940963196219392&ref_url=https%3A%2F%2Fmatchtv.ru%2Ffootball%2Fmatchtvnews_NI836623_Kak_Usejn_Bolt_s_Borussijej_trenirovalsa

На тренировке Болт даже забил красивый гол ударом головой, а в конце занятия уверенно реализовал пенальти.

Тогдашний тренер «Боруссии» Петер Штегер восхитился скромностью спортсмена с такими титулами, но в то же время признал: «Если он хочет играть на топ-уровне, ему нужно много работать. Думаю, у него есть талант, но его физически данные пока сильно отличаются от футбольных».

В июне 2018-го Болт неделю потренировался с норвежским «Стремгодсетом», а затем вышел на 20 минут в товарищеском матче с юношеской сборной Норвегии. Олимпийский чемпион один раз ударил по воротам, но спасти свою команду не смог — матч так и закончился со счетом 0:1. Атлет трогательно простился с командой, сказав, что теперь будет следить за их выступлениями.

https://twitter.com/strmsgodset/status/1003990599085805568?ref_src=twsrc%5Etfw%7Ctwcamp%5Etweetembed%7Ctwterm%5E1003990599085805568&ref_url=https%3A%2F%2Fmatchtv.ru%2Ffootball%2Fmatchtvnews_NI858741_Bolt_provel_debutnyj_match_za_Stremsgodset

Профессиональный дебют

21 августа Болт прилетел в Австралию, подписав испытательный тренировочный контракт на 6 недель с местным клубом «Сентрал Коаст Маринерс» (это примерно 8-10 команда страны). На первую тренировку атлета пришло больше 100 журналистов.

https://twitter.com/usainbolt/status/1031806110733201409?ref_src=twsrc%5Etfw%7Ctwcamp%5Etweetembed%7Ctwterm%5E1031806110733201409&ref_url=https%3A%2F%2Fmatchtv.ru%2Ffootball%2Fmatchtvnews_NI885337_Bolt_nazyvajet_seba_professionalnym_futbolistom_On_na_polnom_serjeze_trenirujetsa_v_Avstralii

Усэйн занимался в легком режиме и не участвовал в игровых упражнениях. Чемпионат в Австралии стартовал в середине октября — время, чтобы набрать форму, у Болта было. Через 11 дней он вышел на замену за 20 минут до конца товарищеского матча с «Сентрал Кост Селект».

Первое касание получилось скомканным: партнер Болта отдал неточный пас, но атлет сумел подстроиться и даже сохранить мяч для команды. А в добавленное время он совсем чуть-чуть не успел, чтобы замкнуть прострел на пустые ворота. В итоге «Сентрал Коаст Маринерс» победил 6:1.

Спустя полтора месяца — 12 октября — Болт вышел в стартовом составе и сделал дубль в товарищеском матче с «Макартур Саут Вест Юнайтед» (4:0).

В первом моменте ямаец здорово поработал корпусом и удачно пробил под опорную ногу вратарю. 

https://twitter.com/CCMariners/status/1050687019502862338?ref_src=twsrc%5Etfw%7Ctwcamp%5Etweetembed%7Ctwterm%5E1050687019502862338&ref_url=https%3A%2F%2Fmatchtv.ru%2Ffootball%2Fmatchtvnews_NI907183_Bolt_zabil_dva_gola_za_avstralijskij_klub

А во втором — Усэйну повезло с рикошетом.

https://twitter.com/CCMariners/status/1050689657686581248?ref_src=twsrc%5Etfw%7Ctwcamp%5Etweetembed%7Ctwterm%5E1050689657686581248&ref_url=https%3A%2F%2Fmatchtv.ru%2Ffootball%2Fmatchtvnews_NI907183_Bolt_zabil_dva_gola_za_avstralijskij_klub

Чем все закончилось?

Но 1 ноября Болт ушел из австралийской команды. Срок тренировочного контракта подошел к концу — и стороны не смогли договорится о новом соглашении. Сообщалось, что агент Болта потребовал слишком большую сумму за полноценный контракт.

Также на ямайца выходил мальтийский клуб «Валлета», который теоретически (если защитит чемпионский титул), будет играть в следующем сезоне в квалификации Лиги чемпионов. Но звезду этот вариант не заинтересовал.

В середине ноября он завил следующее:

— У меня много предложений. Примем решение до конца месяца: либо я подпишу контракт, либо с мечтой о футболе будет покончено, — сказал Болт.

В конце ноября еще промелькнул слух о том, что он может перейти в мексиканский «Дорадос» из второго дивизиона, где главным тренером работает Диего Марадона. Но история ничем не закончилась. Прошло уже больше месяца, а новостей от Болта никаких. Видимо, с футболом действительно закончено.

* Соцсеть, признанная в России экстремистской

Голый спорт. Наталья Стребкова

Украинская специалистка бега с препятствиями – в регулярной рубрике «Матч ТВ».

Большой международный дебют Натальи Стребковой состоялся на юниорском чемпионате мира-2012 в Барселоне. Там девушка стала шестой в предварительном забеге на 1500 метров с результатом 4:20.92. Ровно за месяц до этого Наталья заняла четвертое место на взрослом чемпионате Украины (4:25.49).

На следующий год Стребкова взяла серебро юниорского чемпионата Украины на 3000 (9:49.89) и 1500 (4:30.79). Затем поехала в Риети на юниорский ЧЕ и финишировала там пятой на «полуторке» (4:22.96).

Сезон 2014-го принес первые победы на летнем юниорском чемпионате страны – на 1500 (4:38.47) и на 3000 (9:45.89) метров. ЮЧМ в американском Юджине прошел не столь успешно – только 13-е место с результатом 9:26.58.

Летом 2015 года девушка сместилась в сторону двух новых дистанций – гладких 5000 метров и бега на 3000 с препятствиями, стипль-чеза. На «пятерке» она была второй на чемпионате Украины U23 и одиннадцатой на молодежном ЧЕ в Таллине. «Стипль» принес серебро взрослого первенства страны (9:58.28).

На следующий сезон Стребкова стартовала лишь в беге с препятствиями. Зимой выиграла чемпионат Украины в помещении (10:09.08), в мае – кубок Украины (10:21.78). Поехала во Францию и финишировала шестой на соревнованиях в Монбельяре (9:57.56), а потом стала второй на украинском летнем чемпионате (9:59.56).

В прошлом году Наталья вернулась к гладкому бегу, завоевала бронзу зимнего чемпионата страны на 3000 метров (9:27.09), после чего весной еще одну бронзу – уже на 10 000 метров (34:05.84).  Лето началось с шестого места в «стипле» на командном чемпионате Европы (9:44.57), а продолжилось серебром молодежного ЧЕ – 9:44.52.

В 2018-м Наталья была третьей на чемпионате Украины на 5000 метров (16:04.02), выиграла 3000 с препятствиями (10:05.16) и отправилась на ЧЕ в Берлин. Там, добравшись до финала, она пришла к финишу двенадцатой.

Фото: Instagram*

Ранее в «Голом спорте»:

Татьяна Передунова

Елена Еранина

Алиса Сиблани

Марина Голядкина

* Соцсеть, признанная в России экстремистской

Участник ЮОИ-2018 скопировал все движения Усейна Болта во время забега

Косплей дня.

17-летний Люк Дэвис из ЮАР выиграл на юношеской Олимпиаде золотую медаль на стометровке с результатом 10,15 секунд. Таким образом, он стал самым быстрым юношей на планете.

После забега Дэвиса, конечно же, спросили об Усейне Болте. Спортсмен от такого сравнения отказался:

- Я абсолютно другой. Он – не я, а я – не он. Мы разные. Я пытаюсь сфокусироваться на своей цели и на том, что я делаю. Не особо задумываюсь о сравнении себя с ним, - сказал молодой спортсмен после победы.

Однако на официальном аккаунте ЮОИ в инстаграме* обратили внимание, что выступление Дэвиса очень похоже на прошлые забеги Болта. Южноафриканец даже скопировал предстартовый ритуал ямайского рекордсмена всего и вся.

Фото: Getty Images

Усэйн Болт. Путь от легкой атлетики к футболу

* Соцсеть, признанная в России экстремистской

Голый спорт. Татьяна Передунова

Волгоградская специалистка бега на 800 метров - в регулярной рубрике «Матч ТВ».

Первым заметным успехом Татьяны Передуновой можно считать серебро юниорского чемпионата России в помещениях, который проходил в феврале 2015 года в Новочебоксарске. Там она показала результат 2:09.28. В финале летнего чемпионата страны девушка стала четвертой – 2:08.82.

2016-й начался с победы на первенстве ЮФО и СКФО в помещении (2:08.78) и пятого места на зимнем первенстве России среди молодежи (2:07.71). На той же самой пятой строчке Татьяна оказалась и на молодежном ЧР летом, пробежав в Саранске за 2:08.18.

В прошлом году спортсменка продолжила выступать среди молодежи и была четвертой на зимнем первенстве страны – 2:06.31. Старт летнего сезона ознаменовался бронзой командного ЧР (2:03.18) и шестым местом на молодежной России (2:06.19). Взрослый чемпионат Татьяне не покорился – 2:04.73 и двадцатое место.

В этом сезоне спортсменка заняла 22-е место на зимнем ЧР с результатом 2:09.06. Лето сложилось более удачно: на молодежном первенстве страны Татьяна пришла к финишу четвертой – 2:05.91.

Фото: Instagram*

Ранее в «Голом спорте»:

Елена Еранина

Алиса Сиблани

Марина Голядкина

* Соцсеть, признанная в России экстремистской

Голый спорт. Алиса Сиблани

Продолжаем медленно, но верно закрывать легкоатлетический сезон в нашей регулярной рубрике.

Спортивная карьера Алисы Сиблани, представляющей Москву, по-крупному стартовала только в 2015-м, когда на первенстве столицы среди молодежи до 23 лет она финишировала первой на 800 метров с результатом 2:20.29. Однако это был второй финал, где бежали не самые сильные спортсменки, так что серьезных секунд пришлось ждать еще долго.

Следующий год начался в январе с шестого места на 1000 метров в рамках «Рождественского кубка» в Москве. Победительнице, Елене Коробкиной, Сиблани проиграла более 13 секунд.

Лето прошло не очень здорово, из близких к подиуму мест можно отметить только пятое на Мемориале Куца, где девушка обновила личный рекорд на 800 метров – 2:06.75.

2017-й Алиса открыла выигрышем зимнего первенства Москвы (2:07.18), но на взрослом ЧР она выбыла на стадии предварительных забегов. Лето запомнилось пятым местом на молодежном первенстве России (2:06.18) и лишь 26-м на взрослом чемпионате страны, где тем не менее был установлен очередной личный рекорд – 2:05.78

Наконец, в этом году пришли первые весомые достижения. Началось все с зимнего чемпионата России среди молодежи. Сиблани взяла там бронзу на 800 метров (2:08.62) и выиграла 1500 – 4:22.08. На аналогичном летнем старте, который проходил в Челябинске, девушка выступила еще удачнее, завоевав серебро на 800 (2:04.06) и снова одержав победу на 1500 – 4:22.21.

Ранее в «Голом спорте»:

Марина Голядкина

Виктория Морозова

Анастасия Коркина

Фото: Instagram*

* Соцсеть, признанная в России экстремистской

Крым наш, но бегать лучше за Украину. Да еще и под допингом

История, которую невозможно придумать специально.

Начинается эта история совершенно нормально: в Крыму, в городе Симферополе, занимались легкой атлетикой две девушки – Ксения Савина, 1989 года рождения, и Галина Сышко, 1991-го.

Спортсменки неплохо прогрессировали, в 2009 году Сышко выиграла 400 метров на юниорском чемпионате Украины, а Савина в 2012-м стала второй уже на взрослом первенстве страны, правда, на дистанции 800 метров. К тому времени карьера молодой Сышко уже завершилась – последний ее старт датирован августом 2011 года, это был чемпионат Украины в Донецке, где Галина, показав в предварительном забеге на 800 метров весьма слабый результат 2:22.43, выбыла из дальнейшей борьбы.

Затем были всем хорошо известные политические события, и обе спортсменки получили российские паспорта. Ксения Савина, продолжавшая выступать, оказалась частью ВФЛА, которая отстранена от полноценной легкоатлетической жизни. Внутри России она бегала неплохо, стала призером чемпионата страны на 800 метров в 2017-м (на фото ниже Савина под номером 378). Для выезда на международные соревнования Савиной, уже как российской легкоатлетке, потребовался международный допуск от IAAF, однако спортсменка нашла другой вариант.

Подмена

Украинские паспорта, судя по всему, никто не сжигал, как партбилеты в начале девяностых. И если Ксения Савина для IAAF сделалась окончательно российской спортсменкой, то Галина Сышко осталась украинкой, а то, что у нее имеются два паспорта, было не столь очевидно. Сышко и Савина были хорошо знакомы, вот например на фото ниже Галина слева, а Ксения справа.

Взяв паспорт Галины, Ксения поехала на международные соревнования в Бельгию, Чехию и Португалию и совершенно спокойно там выступила. Одиннадцать раз за три года, сразу после перехода в Россию. На «воскрешение» Галины Сышко сначала мало кто обратил внимание, украинские СМИ даже радостно рапортовали о призовых местах, занимаемых девушкой.

Только вот спортсменка Сышко давно работает тренером, о чем свидетельствуют как результаты ее воспитанников, так и крымские легкоатлеты. И выступать спортсменка Сышко уже не может по простой причине: ее форма далека от той, с которой можно выйти на старт.

Финальным доказательством подмены являются фотографии со стартов, где бежала лже-Сышко. Несмотря на солнцезащитные очки, на них явно угадывается Савина.

Фото от 10 февраля 2017 года с Eaubonne Meeting Elite, Савина на втором плане в оранжевых шиповках

Фото от 30 июня с Bruxelles Grand Prix, Савина под номером 9302

Допинг

На этом история не заканчивается. Пока Савина по паспорту Сышко бегала в Европе, где-то в специальной лаборатории специально обученные люди работали над новой методологией определения ЭПО. Более точной, позволяющей ловить этот препарат намного дольше. Метод был найден, опробован и ушел в практику как раз летом 2018-го. И начиная с июля, позитивы на эритропоэтин в циклических видах спорта посыпались как из рога изобилия, потому что старые схемы приема уже не помогали.

Не осталась в стороне от этих событий и Савина, чья проба от 16 мая оказалась положительной на ЭПО. Выяснилось это не сразу, а в результате перепроверки по новой методологии.

К тому времени, как это выяснилось, Савина успела после сдачи злополучной пробы выступить по паспорту Сышко на трех стартах в Бельгии и на одном из них попасть в тройку призеров. Сдавала ли она там пробы на допинг и что они показали – пока неизвестно.

Что делать?

Кого и как теперь дисквалифицировать – несколько непонятно. Савину – без сомнений. Ее результаты в 2018 году, показанные под фамилией Сышко, – однозначно. Что делать с Сышко, которая к тому же работает тренером?

Совсем адский зигзаг неудачи может возникнуть, если кто-то решит перепроверить пробы лже-Сышко с европейских стартов 2016–2017 годов. В случае положительных результатов придется восстанавливать ход событий, искать видео, фото, разбираться, кто именно там выходил на старт, потому что Галине Сышко получать допинговую дисквалификацию наверняка не очень хочется – она не сможет продолжить работу тренера. С другой стороны, зачем отдала Савиной свой паспорт? Знала же, для чего он ей, не могла не знать.

Совсем некрасивая ситуация получается у Савиной, которая находится в международном пуле IAAF. Вот, например, 30 июня она бежала в Брюсселе международные соревнования, где стала третьей на 800 метров. Ссылка на фото, подтверждающее данный факт, дана выше. А что было указано в системе АДАМС у Савиной в тот самый день? Брюссель или что-то иное? Был ли указан старт в Брюсселе? Если иное и старт не был указан, это еще и обман антидопинговых органов. Букет, в общем, рисуется такой, что четыре года дисквала покажутся снисхождением со стороны антидопинга - по совокупности нарушений он может дать и восемь.

Позиция ВФЛА

Мы обратились к спортивному директору ВФЛА Андрею Крупорушникову, чтобы узнать насколько организация в курсе ситуации и что в данный момент происходит по делу Савиной и вот что он ответил:

- Как вы знаете, Всероссийская федерация легкой атлетики временно лишена членства в ИААФ с 2015 года. В настоящее время российские спортсмены, соответствующие критериям международной федерации, имеют возможность выступать на зарубежных стартах только в нейтральном статусе. ВФЛА вследствие своего отстранения не имеет сейчас всех возможностей контроля и рычагов управления за спортсменами. Тем более, если они не входят в число лидеров.

В сложившейся ситуации некоторые спортсмены ищут разные пути для выступления в международных стартах. Для них важна и экономическая составляющая, и возможность реализации себя. Иногда эти пути могут быть нечистоплотными.

Кто виноват?

Вот тут как раз сомнений нет. ВФЛА поставить маячок на Савину и отслеживать ее передвижения не могла. Давайте будем честными – спортсменка сама взяла чужой паспорт, сама заявилась на старт как другой человек. Да и ЭПО – препарат инъекционный, случайно в организм попасть не мог с вероятностью 99,999%.

Мораль истории проста: наш спорт - это дикое поле, и законность поступков в нем, похоже, лимитируется исключительно рамками этики каждого конкретного спортсмена.

Фото: Getty Images, globallookpress.com, Instagram*, ВФЛА

* Соцсеть, признанная в России экстремистской

Голый спорт. Виктория Морозова

Выступающая за Москву и Чувашию специалистка средних дистанций – в регулярной рубрике «Матч ТВ».

Две недели назад, 4 сентября, Виктории Морозовой исполнилось 22, и она еще год может выступать среди молодежи, а вот дальше уже придется бегать только со взрослыми. В начале карьеры девушка стартовала в основном на 800 метров, а в последние пару сезонов сместилась в сторону 1500.

В 2013-м Морозова стала пятой в финале зимнего первенства России среди юниорок на дистанции 800 метров. Летом на аналогичном турнире, но уже среди девушек до 18 лет, заняла четвертое место.

Практически пропустив 2014 год, на следующий сезон Виктория зимой финишировала пятой на юниорском ЧР, а летом опустилась на строчку ниже, заняв шестое место.

Сезон 2016-го не задался, Морозова стала только 17-й на 800 метров и 15-й на 1500 в рамках зимнего первенства России среди молодежи, а летом, уже на взрослом ЧР, отсеялась на стадии предварительных забегов.

В 2017-м спортсменка тоже не блистала. Зима закончилась десятым местом на молодежном первенстве страны на 800 метров. Чуть лучше выступила на 1500 – пятое место. Лето сложилось примерно по той же схеме – 13-е место на 800 и 5-е – на 1500.

Этот год после не слишком удачных двух предыдущих явился для Морозовой прорывным. Зимой она впервые поднялась на пьедестал молодежного ЧР - третье место на 1500 метров. На летнем первенстве Виктория была на финише второй, уступив только Алисе Сиблани.

Ранее в «Голом спорте»:

Анастасия Коркина

Виктория Шаблина

Юлия Егошенко

Фото: Instagram*

* Соцсеть, признанная в России экстремистской

Сергей Шубенков: «Главная цель 2019 года – всех победить»

Сергей Шубенков вернулся победителем с Континентального кубка IAAF, где обошел француза Паскаля Мартино-Лагарда, вырвавшего у нашего спортсмена золото чемпионата Европы в Берлине. Сезон для Шубенкова завершен, его итоги он подвел в интервью для «Матч ТВ»

– Бегом в Остраве на Континентальном кубке IAAF довольны?

– По ощущениям бег был медленным. Старт не получился, на финише я чуть не упал и ждал на табло не слишком высокие цифры, а получилось 13,03. Я еще раз убедился, что форма у меня отличная и подготовка к концу сезона проведена правильно.

– Какую оценку поставите себе за лето?

– Четверку. Несмотря на то что все было хорошо и результатами мы удовлетворены, одну из главных задач - победить на чемпионате Европы - выполнить не удалось. С рекордом Европы, о котором мысли все-таки были, тоже не вышло. Так что пятерку поставить не могу.

– Вы начали стартовать 12 мая в Шанхае, завершили - 9 сентября в Остраве. Не слишком ли длинным оказался сезон?

– Это мое стандартное начало, совпадающее с первыми этапами «Бриллиантовой лиги», совсем не рано. Американцы и ямайцы, пользуясь теплым климатом, открывают сезон еще раньше, в начале апреля. Закончил бегать в этом году я тоже не особо поздно, три года назад у меня сезон был до октября. Нужно держать в голове, что в следующем году чемпионат мира пройдет в середине октября, и именно в это время надо будет находиться на пике формы.

– Позапрошлый год был олимпийским, хоть и без поездки в Рио, прошлый – годом чемпионата мира. Не было мыслей после двух ударных лет немного отдохнуть, дать организму восстановиться перед ЧМ-19?

– Хотя летом 2016-го мы готовились очень хорошо и тренировались много, показать высокий результат не удалось. Во многом из-за того, что соревнования мирового уровня для меня являются очень важным фактором подготовки. А из-за отстранения ВФЛА и отсутствия международного допуска у меня было всего шесть стартов, и все в России. Для сравнения, в этом году у меня их пятнадцать - все международные! Плюс давила атмосфера, неизвестность. Я, конечно, старался сделать вид, что это не влияет, но это был лишь вид. Поэтому тот сезон нельзя назвать обычным, он выпадает из этого ряда.

2017 год прошел немного по инерции. Я начал выступать под нейтральным флагом, все было в новинку, журналисты много интересовались, что и как, ситуация вокруг ВФЛА тоже служила темой для разговоров. Я жил в окружении всех этих событий, а Омар Маклауд жил в комфортном мире без лишнего стресса. Он – олимпийский чемпион Рио, победитель «Бриллиантовой лиги», и в его жизни как раз продолжалась белая полоса. Переломить эти тенденции оказалось довольно сложно, но на это ушел еще целый год.

Этот сезон тоже необычный. Не вдаваясь в детали, скажу, что мы решили изменить компоновку тренировочного микроцикла. Сделали три-четыре дня ударных, а затем три-четыре полегче. В предыдущие годы было иначе – два дня ударных, день полегче, два ударных и снова один поспокойнее. Сейчас получается, что блок нагрузки внутри микроцикла стал более объемным. Это принесло свои плоды, есть о чем подумать и использовать наработки этого лета в следующем году с учетом того, что ЧМ пройдет в октябре. Ошибки, допущенные на ЧЕ, тоже будут учтены.

– Амбиции на следующий год?

– Мы ориентируемся на секунды во вторую очередь, а главная цель сезона – всех победить. Эта цель уже перманентна, она не меняется – побеждать во всех соревнованиях, в которых участвуешь. Когда это происходит, то быстрые секунды – приятное, но вовсе необязательно дополнение. Не подумайте, что я так говорю потому, что не хочу бегать быстро, это тоже важно. Если же иметь в виду специфику позднего ЧМ, то это больше вопрос к моему тренеру, который уже наверняка что-то придумал, но мне пока не сообщил, готовит сюрприз.

– Доводилось ли бегать в Дохе, где состоится чемпионат мира?

– Да, я стартовал в этом городе первый этап «Бриллиантовой лиги» в 2014-м. Условия, конечно, специфические. Днем там невозможно находится на улице, поэтому соревнования проводятся только вечером. Именно поэтому ЧМ пройдет так поздно – в октябре. Даже спортивная ходьба станет проводится вечером при искусственном освещении, что вообще-то запрещено правилами в данный момент. На стадионе будет какая-то система кондиционирования воздуха, подробности я не знаю, но в любом случае условия окажутся для всех одинаковые.

– Соперников отслеживаете?

– А как их отследишь? Видимся мы с некоторыми из них редко, общаться тоже не всегда и не со всеми хочу. Поэтому я ориентируюсь в основном на себя, ведь никто из нас не знает, как тренируются другие. Да, иногда кто-то что-то выкладывает в соцсети, но это обрывочные фрагменты, которые ни о чем не говорят.

– Сказали, что не со всеми хочется общаться. С кем отношения нормальные?

– Если говорить о коллегах-барьеристах, то мы хорошо общаемся с венгром Балажом Байи, бронзовым призером последнего ЧМ. Этот парень очень адекватный, вежливый, приветливый. Такой же мировой парень – Айрис Мерритт, действующий рекордсмен мира. Он не стеснялся выражать мне полную поддержку в связи с ситуацией, которая сложилась в олимпийский год, когда мы не поехали в Рио. С остальными соперниками общение проходит больше на уровне «привет, как дела?».

– Дома давно не были?

– Недели две. Я вернулся в Барнаул после чемпионата Европы и готовился там к финалу «Бриллиантовой лиги».

– Где будете отдыхать?

– У меня теперь маленький сын, поэтому еще не знаю. Вряд ли состоятся какие-то дальние поездки, думаю, буду отдыхать дома, в Алтайском крае.

Фото: Nike, globallookpress.com

«Восемнадцатилетняя девочка из индийской деревни стала за лето долларовым миллионером». Откровенный рассказ российского тренера

История о том, как в 72 года можно быть успешной, востребованной и подготовить восходящую звезду.

Одна из главных сенсаций этого легкоатлетического сезона – индийская юниорка Хима Дас, выигравшая дистанцию 400 метров на чемпионате мира среди молодежи (до 20 лет), ставшая шестой на Играх британского Содружества и второй на Азиатских играх, причем последние два старта – уже среди взрослых.

В легкую атлетику девушка пришла год назад и почти сразу попала под руководство Галины Бухариной, бронзового призера Мехико-68 в эстафете. Историю того, как советская спортсменка сначала стала тренером в американском университете, а затем тренером национальной команды Индии, «Матч ТВ» рассказала сама Галина.

«В первые три года в Америке работала где придется»

– Как вы оказались в США?

– В 1988-м, когда в олимпийской сборной у меня было достаточное количество спортсменов, места как тренеру там мне не нашлось. Пришлось отправиться в Сеул туристом, стало немного обидно. Плюс наложились семейные обстоятельства – серьезная болезнь у дочерей. Вот так в 1989 году я уехала в США.

– Почему вам не нашлось места в сборной?

– Если говорить про мой тренерский уровень в СССР, приведу простой факт: из мужской четверки 4×400, которая в 1983 году взяла золото на ЧМ в Хельсинки, троих тренировала лично я. Не мой был только Виктор Маркин из Новосибирска. И это до сих пор единственная наша победа в данной дисциплине.

Но я всегда была одиозной фигурой. Одно время меня назначили старшим тренером женской сборной Союза – на пару с Тер-Ованесяном, который возглавлял мужскую. Но после двух тренерских советов меня оттуда быстренько убрали. Не то сказала, не так посмотрела… А когда вмешалась болезнь дочерей, стало понятно: нужно уезжать. Думаю, останься я в России, была бы около сборной, работала бы с большим количеством спортсменов. Я знакома с четой Маслаковых и Балахничевым, но на многие вещи наши взгляды расходились.

– Чем болели дочки?

– 26 апреля 1986 года я была недалеко от Чернобыля, и мои дети получили высокую дозу радиации. В Москве их вылечить было невозможно. Изначально я приехала в США только с задачей спасти детей и ее выполнила. Это потребовало много времени, естественно, я работала где придется, хватаясь за любую возможность.

– Язык, образование. Как вы адаптировались?

– Начнем с того, что я закончила экономический факультет МГУ. С образованием все было в порядке. Язык знала, но не хватало разговорного. Пошла на курсы английского. Первые три года приходилось очень тяжело, я трудилась в церкви, ухаживала за стариками, бралась за все. У меня не было разрешения на работу, это создавало большие проблемы. Но мне по жизни всегда встречаются люди, которые помогают. Одна женщина предложила побыть волонтером в двухгодичном колледже, я согласилась и провела там три месяца. А она мне сделала рабочую визу на три года и начала искать для меня работу в университете. Когда такая вакансия открылась, я успешно прошла интервью. Но нужно было еще сдать юридический тест. Он неимоверно сложный. Так вот, желание получить эту работу и уровень концентрации были такими, что я сдала тест с первого раза. Все были удивлены. Скажу больше: после этого при последующих тестированиях я ни разу его с первой попытки не сдавала!

– В чем сложность теста?

– Это компьютерный тест, длится три часа, там моделируются ситуации, и тебе дается выбор. Нужно обязательно набрать не менее 85% правильных ответов. Пример вопроса: «К вам на поступление приехал студент, чьи родители разведены. Вы с ним и членами семей его родителей идете на обед. За какое количество людей вы можете заплатить?»

– Работу вы получили?

– Да, место помощника тренера в университете штата Техас. Через семь лет стала главным тренером. Было очень интересно, во-первых, потому что мы рекрутировали атлетов из разных стран, это дало очень большой опыт, а во-вторых, была возможность приглашать спортсменов из России. У меня учились и тренировались Екатерина Костецкая и Людмила Литвинова, и они на себе проверили, что такое не принимать стероиды, поскольку у нас постоянно проводится выборочный допинг-контроль. Из звезд у меня училась Бриджит Фостер-Хилтон, чемпионка мира на 100 метров с барьерами.

– Вы гражданка США?

– Да, у меня два паспорта – американский и русский. Это очень помогает жить, я езжу везде без каких-либо проблем, преодолеваю все границы. Да и все эти годы я регулярно наведывалась в Россию, когда в США были студенческие каникулы. Помогала нашим постсоветским спортсменам – русским, украинцам, ребятам, уехавшим в Израиль, – поступать в американские университеты, если у них, конечно, достаточно хорошо соображала голова. Так что связи с родиной не прерывались никогда.

– Бронза Мехико-68 помогала в работе?

– Да, в США это очень ценят. Значительно больше, чем в России.

– Зная о ваших успехах как спортсменки и тренера, американцы интересовались допингом в СССР?

– Сразу после переезда, в 1990-91 годах, да, задавали огромное количество провокационных вопросов. Я двум людям сказала, что знаю много, но эти знания носят субъективный характер. Про себя, пожалуйста, могу рассказать все что угодно. И ко мне перестали подходить.

«В Индии не хватает тишины»

– Когда и почему ушли на пенсию?

– Жизнь тренера в США очень сложная, мы должны ездить на соревнования, сами ведем микроавтобус, все выходные в пути – и в одну из таких поездок я заснула за рулем. Ничего не случилось, никто не пострадал, но для меня это был первый звонок, что с тренерской работой нужно заканчивать. В итоге я вышла на пенсию и начала заниматься внуками. Они выросли, пошли в школу, мне сделалось скучно, и я решила поехать пожить в Россию.

– Чем стали заниматься на родине?

– В мае 2017 года пошла тренером в московскую детскую спортшколу «Сокол», причем работала с футболистами. Очень быстро, за четыре месяца, подняла им скоростные качества. Мне предложили работать уже со всеми возрастами, но тут пригласили в Индию – тренером национальной команды в дисциплинах 400 метров и 400 метров с барьерами. Зарплата была очень соблазнительная, раз в двадцать больше, чем я получала в Москве. Я поехала.

– Индия, мягко говоря, сильно отличается от США и России. Насколько легко вы адаптировались?

– Это абсолютно другая культура, но общечеловеческие ценности везде одинаковые. Единственное, чего мне катастрофически не хватает в Индии, это тишины. Простой человеческой тишины. Индусы просыпаются в четыре утра и сразу же начинают петь мантры. Они раздаются из мощных громкоговорителей, так что не услышать нельзя. Это продолжается до девяти вечера. Плюс несусветная грязь и толпы бездомных собак, которых я люблю и кормлю. Еще обезьяны постоянно устраивают бардак вокруг мусорных баков. Когда впервые пришла на тренировочный стадион, там было невероятно грязно. Я купила большие пластиковые пакеты и сказала своей группе, что сегодня мы все это очистим и будем эту чистоту поддерживать. На следующий день я поняла свой просчет. Ночью обезьяны залезли в мусорные баки, крышки которых легко открывались, и раскидали все их содержимое по округе. Проблему получилось решить, только купив новые баки с запирающимися крышками.

– Как работается в Индии?

– Там потрясающая молодежь, очень талантливая, дисциплинированная, понимающая роль тренера в рабочем процессе. Как тренер я очень счастлива. Думаю, мои дети меня любят. В США меня называли «Мама Джи», в Индии – «Мама Коач». Радует не только отношение спортсменов, но и федерации. Однако даже не ожидала, что все так успешно сложится в этом году. Успех на Азиатских играх был невероятным.

– Этот старт так важен для индийцев?

– Для них он престижнее, чем Олимпиада. Вся подготовка сосредоточена на этом. Весь год я тренировала 15 человек: 7 мужчин и 8 женщин. Этим составом мы взяли пять серебряных медалей и одну золотую. Всего же Индия завоевала девятнадцать наград, так что мой вклад оказался внушительным.

«Тренер, я хочу бегать, и бегать быстро»

– И еще подготовили чемпионку мира среди юниоров на 400 метров Химу Дас. Расскажете о ней?

– Эта девочка – божий подарок мне как тренеру. Она необыкновенно талантливая. В начале января ей исполнилось 18 лет, и на момент, когда Хима попала ко мне, легкой атлетикой она занималась только три месяца, а до этого играла в футбол в своей дворовой команде в деревушке штата Ассам. Ее увидел один тренер, и в октябре 2017 года привез мне. Личные рекорды были 12,42 на сто метров и 24,40 на двести. А 400 метров она тогда ни разу и не бегала. Одаренность этой девочки лежит в ее характере, она совершенно бесстрашная, ей абсолютно все равно с кем и как бежать. Она, собственно, и пришла со словами: «Тренер, я хочу бегать, и бегать быстро». Я посмотрела – спринт она не потянет: тоненькая и невысокая, всего 162 сантиметра. Техники у нее не было никакой, первые два месяца я учила ее правильно ходить и бегать, а до колодок дело дошло только через четыре месяца. Но Хима обладает качествами, которые тренер воспитать не сможет, это должно изначально присутствовать в спортсмене. Когда я, начиная с 1974 года, работала в СССР тренером, у меня были ученики, которые показывали чудеса на тренировках и не были способны повторить это на соревнованиях. Я должна была потратить кучу времени, чтобы убедить их, что они могут и на соревнованиях бежать быстро. А были разгильдяи, занимавшиеся вполсилы, но выступавшие с огромным успехом. Однако такого послушания и полного принятия авторитета тренера, которые демонстрирует Хима, я нигде и никогда не встречала. Даже в США.

– Для самой Химы такой успех не оказался слишком головокружительным?

– Откровенно говоря, сейчас я за нее боюсь. Она из очень большой семьи (шестнадцать человек!) и, как я уже сказала, из очень маленькой деревушки. Реакция в Индии на ее выступление была какой-то невероятной! Через три-четыре дня ее семья получила огромный дом, а на личный счет Химы начали переводить какие-то огромные деньги. Сто тысяч долларов, двести тысяч… Сейчас она уже долларовый миллионер. И вокруг появилось очень много желающих ее тренировать. Возникли и проблемы. После юниорского ЧМ у нас был сбор в Чехии. И там она трижды опоздала на тренировку. Первый раз на десять минут, второй – на двадцать, а третий – на час десять. Когда она появилась на стадионе и спросила: «Тренер, что мне делать?», я ответила, что не знаю, потому что мое время закончилось. И ушла со стадиона. Минут через десять Хима пришла ко мне, извинилась, заверила, что этого больше не повторится, а я попыталась объяснить, что юниорские титулы еще ничего не значат. «Хима, – сказала я ей, – было уже шестнадцать юниорских чемпионатов мира, но из шестнадцати победителей на 400 метров, таких как ты, олимпийской чемпионкой стала лишь одна – представительница Багамских островов Шона Миллер. Остальные пропали. То же самое будет и с тобой, потому что ты уже сейчас решаешь, когда прийти на тренировку, а когда нет». Разговор получился серьезный, дисциплина вернулась, и это помогло улучшить результат, показанный на чемпионате мира. Там Хима сбегала 51,46, а на Азиатских играх – 50,79.

https://twitter.com/HimaDas8/status/1038331559093387265

– Внешне она похожа на мальчика, говоря честно.

– Да, фигурой, потому что ей всего 18 лет. У нее идет пубертатный период, она еще не оформилась, и, вполне возможно, когда это произойдет, Хима не сможет быстро бегать. Ее щитовидная железа может начать работать по-другому, и функциональные возможности организма будут совершенно иными.

Теперь по поводу намеков в прессе на гермафродитизм. С апреля этого года она была протестирована WADA двенадцать раз. На сборах в Польше, Чехии, перед соревнованиями, после соревнований. Одиннадцать раз из двенадцати брали кровь. Это значит, что они проверяют ее уровень тестостерона, и если бы он оказался выше нормы, то санкции уже последовали бы.

Этот вопрос меня саму беспокоил изначально, и я написала письмо в Федерацию легкой атлетики Индии с просьбой проконтролировать его. Дело в том, что по статистике, общей, неспортивной, в Индии наиболее высокий процент женщин-гермафродитов в мире. Так что Химу очень внимательно проверяли. А вот почему до сих пор бегает Кастер Семеня, для меня большой вопрос. Там просто пробу ставить негде, моя Хима рядом с ней дюймовочка! И голос у нее совершенно девчачий, не грубый. У меня были сомнения, когда я увидела такой прогресс результатов, но теперь их нет, потому как я знаю, что ее плотно тестируют.

«В России спорт закрыли»

– Индия богата такими талантами?

– Да, в моей команде есть девушка, которая в эстафете 4×400 сбегала свой этап за 52 секунды. Ей 20 лет, и это талант очень большой. Я пока что работаю лишь с теми, кого мне привезли. А вот если еще полазить и посмотреть по регионам, штатам, можно найти новых звезд. Сейчас я просто боюсь подойти к компьютеру, мне приходят сотни писем, в них спортсмены сообщают, что готовы приехать и делать все, что им скажут, лишь бы я согласилась с ними работать. Но в Индии есть проблема, с которой очень тяжело бороться. Кстати, та же что и России.

– Что за проблема?

– Коррупция. Когда нужно поставить вот этого спортсмена, а не того. Перед недавно прошедшими Азиатскими играми чего только не было. Делались попытки подкупа, чтобы я поставила в эстафету нужную девочку. Если сказать, какие тут премиальные, то становится просто страшно! Их выплачивает не государство, а именно штат, которых в Индии двадцать девять. Есть два штата, за золото Азиатских игр они платят 447 000 долларов!

– Это же колоссальный социальный лифт!

– Да. Это то, что произошло с Химой. Восемнадцатилетняя девочка из индийской деревни стала за лето долларовым миллионером.

– Вашу работу оценили?

– Успех в Индии дал вторую волну моей востребованности в США – я уже получила предложения от трех университетов. Учитывая, что в Америке дети и внуки, это очень заманчиво. Но и индийские спортсмены стали для меня своими, и я нанесу им огромную рану, если не вернусь в Индию. Я завязана с этими детьми и не предам их.

– Российский допинговый скандал. Как вы это восприняли?

– А вы не догадываетесь, что сейчас все еще хуже?

– Я не догадываюсь, я знаю.

– Ну вот. В России никто не делает никакого вывода из того, что происходит. И особенно тяжело это видеть, проработав столько лет в США.

– Допинг в Штатах тоже есть.

– Да, кто-то его принимает и попадается. Кто-то не попадается. Но они делают это сами, на свой страх и риск. Есть и специфические проблемы, которые я первые годы после приезда не очень понимала. Например, в университет берут спортсмена на бесплатное обучение, он бежит сто метров за 10,2. Спустя год, прозанимавшись у лучших тренеров, показывает уже 10,6. В чем дело? Увы, но в допинге, на который тогда не проверяли школьников, но проверяли студентов. И в течение этого года спортсмен не мог ничего применять, поэтому результаты падали на его обычный уровень. Как только эту проблему осознали, в школах ввели допинг-контроль – и все посыпалось.

– А что в России?

– В России спорт закрыли, я не вижу вообще никаких перспектив. Не понимаю, как можно платить тренеру 17 000 рублей за двадцать детей, которых еще в Москве собрать надо. Неправильно устроена вся система оплаты, когда за повышение разрядов и званий в группах тренер получает надбавку. Это приводит к искусственному форсированию подготовки.

– Представим ситуацию: перед Олимпиадой-2020 вас позовут в Россию, предложат в 20 раз больше, чем в Индии, пойдете?

– Дело не в зарплате, а в том, с кем мне придется работать. Речь не о спортсменах, а о руководстве. Сейчас методы все те же самые. Компетентных людей нет. И самое страшное, что нет компетентных тренеров и менеджмента.

Фото: Stephen Pond / Stringer / Getty Images Sport / Gettyimages.ru, globallookpress.com, журнал «Легкая атлетика», РИА Новости/Юрий Сомов, РИА Новости/Дмитрий Донской, Facebook*.bolt, Tony Duffy / Staff / Getty Images Sport / Gettyimages.ru

* Соцсеть, признанная в России экстремистской

Татьяна Казанкина: «Пачки денег лежали на руках вдоль корпуса почти до груди»

Трехкратная олимпийская чемпионка – о детстве в интернате, подругах по сборной и своей нелепой дисквалификации.

Она провела в большом спорте более пятнадцати лет. Могла съездить на пять Олимпиад, но была лишь на двух, причем золото домашних Игр-80 завоевала после рождения дочери. Первая женщина в мире, выбежавшая из четырех минут на 1500 метров, и первая советская легкоатлетка, получившая дисквалификацию от антидопинговых служб. Ее зовут Татьяна Казанкина, и для своих 66 лет она потрясающе выглядит. С этого и начали разговор.

«Первый загранвыезд был как в тумане»

– Как удается держать себя в столь хорошей форме?

– Думаю, помогли занятия легкой атлетикой. Достаточно долго была в сборной команде, постепенно из нее уходила, но и сейчас все еще продолжаю бегать, хотя больше плаваю в бассейне. У нас чаще всего снег, грязь, мокро, скользко, а я в молодости набегалась по этой грязи – хватит. Будь рядом лес с хорошими тропинками, то бегала бы больше.

– Когда встречаете спортсменов на пробежках, они узнают вас, понимают, кто рядом?

– Они не должны узнавать. Когда мы были молоды – нас узнавали, а сейчас появились новые кумиры. Это нормально.

– Не все легкоатлетки так сохранились. Например, обыгравшая вас на чемпионате мира-1983 американка Мэри Деккер одно время даже не могла ходить из-за проблем с суставами.

– Жизнь у всех складывается по-разному. Да и сложно предсказать, что будет через некоторое время со мной.

– У вас жизнь сразу сложилась круто – в детстве попали в интернат. Тяжело приходилось?

– Это был интернат для детей из многодетных малообеспеченных семей - как из моего родного Петровска, так и из окружающих его деревень. Но я каждые выходные ходила домой, а в старших классах в интернате уже только училась, ночуя дома. У нас была замечательная школа, небольшая, все друг друга знали, директор помнил каждого ученика по имени. Проводились интересные мероприятия, я в них активно участвовала. В нашем классе было пять чисто детдомовских детей из Ленинграда, которых почему-то привезли в Петровск. Они были заводилами, и весь класс тянулся за ними. Из них одна девочка очень хорошо рисовала, другая играла в теннис, третья – в волейбол. И вся наша школьная жизнь крутилась вокруг этих детей, потому что они находились в интернате постоянно. То время вспоминаю с большой теплотой.

– Следующий поворот судьбы – переезд в Ленинград уже в статусе перспективной спортсменки в 1969 году. Как вас приняла северная столица?

– Поначалу было очень тяжело. Если бы не письма Виктора Лутохина, моего первого тренера из Петровска, и внимание нового ленинградского наставника Николая Малышева, наверное, вернулась бы домой и поступила в Саратовский университет. В моей жизни тогда поменялось все – новый учебный коллектив, новая тренировочная команда, огромный город. В общем, несколько раз собиралась уехать, но осталась и потихонечку привыкла. У Малышева была очень хорошая группа спортсменов, которые не только тренировались рядом, но и помогали друг другу с учебой. Все праздники мы проводили вместе, в нашей легкоатлетической компании. В те годы для студенческих спортивных секций главными стартами были эстафеты, которые проходили 2 мая в центре города. Вся подготовка велась к ним. Старшие ребята рассказывали про особенности дистанции, тактику бега, я прониклась всем этим. И именно благодаря тому спортивному коллективу в итоге осталась в Ленинграде, чему, безусловно, сейчас очень рада.

– Очередной вираж – первый загранвыезд в 1971-м, и сразу в США, на матчевую встречу с американцами в Беркли. 19-летняя девушка из Саратовской области нервничала?

– Не могу сказать, что это был стресс, но впечатление огромное, как и ответственность. Тогда впервые попала в сборную СССР, и действительно, нужно было ехать в США, а в команде сильнейшие наши спортсменки того времени, такие, как Людмила Брагина, Ниеле Сабайте, Тамара Пангелова... С одной стороны, для меня все проходило как в тумане – дорога, соревнования, а с другой – все это очень хорошо помню.

– Что запомнилось больше всего?

– К нам в гостиницу пришли эмигранты первой волны, и я увидела, как же они хотели еще раз побывать на родной земле или хоть как-то к ней прикоснуться, даже через общение с нами. Видела их глаза, их внимание к каждой детали разговора и поняла, насколько дорога человеку родина, как нужно ценить возможность жить там, где ты родился. Было даже неловко, потому что эти люди, полвека назад покинувшие страну, знали ее в каких-то аспектах даже лучше нас. Один мужчина рассказывал, в каком зале Третьяковской галереи висит та или иная картина. А я к своему стыду на тот момент ни разу там не побывала!

– Госбезопасность одобрила ту встречу?

– Да, разрешили встретиться в нашем отеле, а вот в гости к ним не отпустили. Но жесткого запрета на общение не было.

«Я настолько устала, что ничего не могу уже!» 

– Новым вызовом стало попадание в сборную СССР с ее жесточайшей конкуренцией и дополнительным женским нервом. Как вас приняла команда?

– В этом плане мне повезло. Старшие держались отдельно, а вот наше поколение жило на сборах очень дружно, хотя на дорожке были соперницами. Ходили на дискотеки, шутили друг над другом, иногда довольно своеобразно. Помню такой случай: едем на тренировку в автобусе, сижу и вяжу до последнего момента, а когда уже совсем не осталось времени – хватаю кроссовки и пытаюсь их надеть. А шнурки туго затянуты, завязаны узлом – и ногу не вставить, и быстро не развязать. Кстати, знала, кто это сделал, и будь отношения не такими близкими – убила бы. Но это была просто дружеская шутка.

– Славная веха в карьере – первый в истории бег из четырех минут на 1500 метров в преддверии монреальской Олимпиады. Это вообще планировалось?

– Главной задачей, конечно, была победа на Играх. Но когда 28 июня 1976 года мы выходили на старт отбора в Подольске, мировой рекорд тоже был целью. График бега составили на результат 3.59,0. Пейсмейкеров, понятно, никаких не было. Мы договорились с одной девушкой, кстати, из команды другого региона, что будем вести по очереди: я первый круг, она второй, затем третий снова я, а дальше уже каждый за себя. Тренеры должны были говорить нам время на круге, тогда им разрешалось выходить к дорожке. Так вот, первый круг они крикнули, а второй – нет. Испугались, что мы, услышав насколько быстро его прошли, сбросим темп. Так, в неведении и прибежала за 3.56,0, превысив мировой рекорд Людмилы Брагиной более чем на пять секунд.

– Триумф на Играх-76, где вы взяли два золота, был ожидаем?

– Вообще тот сезон был очень сложным для меня, потому что в его начале случилась травма тазобедренного сустава. Я, что называется, вскочила в последний вагон олимпийского поезда. Но, с другой стороны, из-за этого пик формы пришелся на Олимпийские игры. А те соперницы, которые начали выступать раньше, приехали в Монреаль уже не такими свежими.

Да и вторая дистанция, 800 метров, в планах не стояла, я не готовила ее и не должна была бежать, потому что не отбиралась на нее. У моего тренера в группе на эту дистанцию отобралась Татьяна Провидохина. Перед Олимпиадой проводилась матчевая встреча СССР – Франция в Париже, и там, чтобы проверить скоростные качества, меня заявили на 800. Я показала второй результат сезона в мире, и после этого пошли какие-то разговоры, но без конкретики. Затем мы приехали в Квебек и уже оттуда должны были вылетать в Монреаль тремя партиями, исходя из дней старта. Я числилась в третьей, потому что 1500 метров проводились в последние дни Игр. И вдруг, когда вывесили финальные списки, я увидела себя в первой партии, а Тани там не оказалось, хотя 800 метров как раз проходили в начале Олимпиады. Мы побежали к тренеру, думали, в бумагах путаница, а он сказал, что руководство команды решило, что я побегу еще и 800 метров. А Таня – нет.

– Первая реакция?

– Плакали обе. Она – от обиды, а я – от ответственности, что придется бежать две дистанции, причем я совершенно этого не хотела. Но заявки уже были отправлены. Мы обнялись, я говорю: «Танюш, ты только не подумай, что я этого желала». Забегая вперед, после Игр мы поехали в Вашингтон на матч СССР – США, где Таня выиграла 800 метров с результатом 1.57,00, а через четыре года в Москве взяла бронзу на этой дистанции. Отношения у нас с ней сохранились очень хорошие.

– В итоге на тех Играх пришлось выходить на старт шесть раз. Откуда брались силы?

– Тяжело было даже не столько физически, сколько ментально. Мы заехали в олимпийскую деревню, жили в большой трехкомнатной квартире. Изначально мне достался второй этаж двухъярусной кровати, на первом спала высотница, которая мне сказала: «Тань, я в первые дни отпрыгаю и уеду, ты переберешься вниз». Так и произошло, все мои соседки одна за другой завершали выступления, были свободны, а я все ходила и ходила на стадион. Когда шла на финал 1500, была так вымотана, что на фразу тренера: «Если тактически правильно построишь бег, можешь выиграть», эмоционально ответила: «Какое выиграть, я настолько устала, что ничего не могу уже!» Он не стал спорить, попросил только не вести бег и не попадать в «коробочку». И только благодаря этой его просьбе, держа ее в голове, я смогла выиграть 1500, потому что бег начали очень медленно, и, конечно, меня так и подмывало выйти вперед. Но я отсиделась, включилась за 200 метров до финиша и тут уж, несмотря на предыдущие пять забегов, сил на победу хватило.

– Сколько заплатили за триумфальное выступление?

– Прямо в Монреале за каждую золотую медаль Игр дали по 500 долларов. Точную сумму, которую получила в СССР, не помню. Но дело было так: мы приехали в Москву, говорят: «Иди в кассу». Пошла, а денег было так много, что несла их, собрав руки на животе в замок, а пачки лежали на руках вдоль корпуса почти до груди. «Ты сумасшедшая, кто же так деньги носит?!» – спрашивает кто-то. А я отвечаю: «Ну, мне положить их некуда!»

– На что потратили?

– Купила машину, «Волгу».

– Были женщиной за рулем?

– Нет, муж пошел учиться на права. Так что за рулем в итоге оказался супруг.

«Вышла из квартиры и не могла остановить слез»

– В 1978-м вы стали мамой. До какого месяца беременности тренировались?

– Когда было уже три месяца, 25 марта, вышла на старт чемпионата мира по кроссу в Глазго. Было безумно тяжело, организаторы предложили совершенно адскую трассу с искусственными препятствиями по парку «Беллахьюстонс». Шел дождь, бежали по грязи, и я стала лучшей из советских спортсменок, заняв 19-е место. После финиша была злая на наших девчонок, потому что беременная сбегала лучше них! Это было последнее соревнование перед родами.

– Как сложилось возвращение из декрета?

– Если бы не видела примеры женщин, которые успешно возвращались, то, наверное, не смогла бы. Помню, вышла на первую легкую тренировку, и было ощущение, что вообще никогда не бегала. Ноги слабые, все слабое. Хорошо еще, что почти не набрала вес. А через три месяца после родов нужно было ехать на сбор и оставлять дочку.

– Каково было на это решиться?

– У нас прошел домашний совет: тренер, муж, свекровь и я. Каждый брал на себя какую-то часть общего дела. Свекровь сообщила, что уйдет с работы и будет сидеть с внучкой, муж сказал, что станет ей во всем помогать, а я – тренироваться. Всё решили, но когда наступил момент расставания с дочкой, было невероятно тяжело. Помню, вышла из квартиры и не могла остановить слез, так было плохо. На сборе в голове постоянные мысли о Маше, а мобильных телефонов не было. Муж молодец – писал письма, периодически мы созванивались. В общем, меня держали в курсе всего, что касалось дочки, насколько это было в те годы возможно.

– Когда вернули спортивную форму?

– Ближе к 1980 году, началу олимпийского сезона. Сразу приняли решение, что я не смогу поднять свои скоростные качества настолько, чтобы бежать 800 метров, и поэтому готовиться мы будем только к коронной «полуторке». С подготовкой в домашним Играм мне повезло. Во-первых, нравилось тренироваться, ждала нагрузок с воодушевлением. Во-вторых, в сборной была очень положительная атмосфера, и это помогало.

– О победе на московской Олимпиаде написано много, но интересно, что было после? Не появились ли мысли закончить?

– Подготовкак первому чемпионату мира в 1983 году складывалась сложно, и да, подумывала о завершении карьеры. Намучилась с ахиллами, если бы не это, то все было бы иначе. Именно травмы не дали успешно выступить на том ЧМ, где стала лишь третьей. Не получилось хорошо отработать тот финиш, который требовался для победы, все время приходилось бороться не с усталостью, а с травмами.

– На ЧМ-83 дебютировала новая женская дистанция – 3000 метров. Если бы ее ввели раньше, в начале вашей карьеры, какую бы связку выбрали: 800 – 1500 или 1500 – 3000?

– Думаю, что первую. 800 метров мне нравились гораздо больше, а 3000 – это как-то многовато. Но тогда, перед ЧМ, тренер подвел меня к мысли, что нужно бежать именно 3000.

«Нужно было плюнуть на запрет и пойти сдать допинг-пробу»

– Где вы были в мае 1984 года, когда объявили о бойкоте Олимпиады в Лос-Анджелесе?

– На сборе в Кисловодске – мы шли на митинг, посвященный Дню Победы. Когда сказали, что не едем на Игры, не поверила в окончательность этого решения. В глубине души надеялась, что поедем, что это просто временная позиция государства. И только когда провели командное собрание и сказали, что уже точно не едем, поняла – ничего не изменится.

– Бег на 3000 в Лос-Анджелесе смотрели?

– Посмотрела его позже, там уронили фаворитку Мэри Деккер, и выиграла румынка Маричика Пуйкэ.

– Деккер уронила Зола Бадд, белая представительница ЮАР, выступавшая за Великобританию. Она бежала босиком. Для вас это нормально?

– Когда услышала о том, что она бегает босиком, подумала – как же не образуются мозоли. А затем вспомнила, что мужчины-то так выходили даже на марафоны. Конечно, это удивительно, ненормально по нашим меркам. Тем более что всех претендентов на медали одевали и обували бесплатно фирмы-производители.

– А когда нормально одели и обули Татьяну Казанкину?

– Только в 1976-м, на Олимпиаду. И то из беговой формы давали лишь обувь крупнейшего на тот момент немецкого производителя. Но если вы посмотрите на фото с тех Игр, то увидите, что бегу я в советских сатиновых трусах и трикотажной майке отечественного производства. Мы сами на них нашивали герб и буквы СССР. А вот уже наградные синие полушерстяные костюмы нам выдавали в готовом виде. Они иностранцам очень нравились, те постоянно предлагали поменяться.

– 1984 год, Париж. Вы отказываетесь сдать допинг-пробу. Что тогда произошло?

– Когда после финиша забега на 5000 метров меня вызвали на допинг-контроль, подошла к руководителю делегации и сообщила об этом. Тут нужно вспомнить исторический контекст: мы бойкотировали Олимпиаду, незадолго перед этим я установила мировые рекорды на 2000 и 3000 метров, международная обстановка была накалена. Руководитель запретил сдавать, сказав, что это может быть провокацией. И вот тут проявила слабость, послушалась его, сыграл мой характер. А нужно было плюнуть на запрет и пойти сдавать. Но это непослушание, правда, могло иметь последствия дома. В результате за отказ получила 18 месяцев дисквалификации, причем о ней меня проинформировали еще до того, как вернулась домой.

– Как пережили эти полтора года?

– Тяжело, особенно первое время. Было обидно, что советская федерация легкой атлетики ничего не сделала для моей защиты.

«Раньше часто думала: «Я бы лучше пробежала!»

– В 36 лет вы пытались готовиться к отбору в Сеул-88. Что пошло не так?

– Ноги уже совсем не давали тренироваться. Это не произошло сразу, багаж проблем и травм накапливался постепенно, понимала, что рано или поздно нужно будет завершить карьеру. К 1988-му ахиллы болели так, что не могла бежать вообще. На чемпионате СССР того года уже не стартовала. Осознав бесперспективность затеи, мы подошли к главному тренеру сборной и сказали, что отбор не побежим. Это был конец.

– Переключиться на обычную жизнь оказалось легко?

– Знала, чем буду заниматься после спорта, и потому не искала вариантов. Стала преподавать в институте имени Лесгафта. Но когда шла в первый день на работу, волновалась даже больше, чем перед стартом на Олимпиаде. Ночь не спала. Пришла, говорю: «Здравствуйте, я Казанкина», а мне в ответ: «Господи, наконец-то ты пришла! Всю твою нагрузку распределяли между нами, а теперь ты сама будешь ее отрабатывать!» Поняла, что все в порядке, я среди своих.

– Вроде бы продолжали бегать среди ветеранов?

– Да, какое-то время выступала на ветеранских соревнованиях, потому что резко заканчивать после стольких лет в большом спорте вредно для здоровья. Но относилась к этим стартам с прохладцей, готовилась, соответственно. В результате проигрывала. А те, кто выигрывал, говорили: «Я обыграла трехкратную олимпийскую чемпионку!» Это задевало, и перестала участвовать.

– Чем занимаетесь сейчас?

– Долго работала в институте, затем совмещала преподавание с должностью в городском спорткомитете. Потом пришлось по настоянию кадровиков выбирать и уволилась из инфизкульта. А когда родилась внучка, пришлось уйти и из комитета. Но там сменилось руководство, и меня позвали обратно, возглавить работу с ветеранами-олимпийцами. Помогаем им с бытовыми условиями, денежными вопросами, иными моментами. Проводим образовательные мероприятия среди детей с участием наших олимпийцев.

– Когда смотрите соревнования, пульс учащается?

– Уже не так. Раньше вся тряслась, переживала и часто думала: «Я бы лучше пробежала!» Сейчас отношусь ко всему спокойнее.

– Что испытываете, когда смотрите на главного фаворита последних лет на 800 метров – Кастер Семеню?

– Вообще не понимаю, что происходит! Международная федерация то запрещает ей бегать, то разрешает, никак не могут определиться. Так не должно быть, ощущение, что идут какие-то политические игры.

– Доводилось самой бегать с такими спортсменками?

– В юности, когда только попала в молодежную сборную РСФСР, у нас была одна девушка, которая все выигрывала. И вот в разговоре о ней я вообще впервые услышала о подобных вещах. Это был 68-69-й год.

– Ваш мировой рекорд на 1500 метров простоял 13 лет. Что почувствовали, когда в 1993 году его побила китаянка Цюй Юнься?

– Была на даче у тренера, и когда сама лично по радио услышала, что установлен новый мировой рекорд на «полуторке», просто остолбенела. Было обидно, внутри все опустилось, я не могла понять – как так вообще? Потом, конечно, отпустило. Рекорды для того и ставятся, чтобы их били.

– Карьера оставила недосказанность, боль, обиду?

– Мне посчастливилось выступать в такой момент моей жизни, когда я и дорожка были одним целым. Мне казалось, что сливаюсь с ней и лечу. Обидно сейчас видеть, что происходит с нашей легкой атлетикой. Виню в этом руководство, как самое высокое, так и тех, кто управляли и до сих пор управляют ВФЛА. Мечтаю, что в 2020 году мы будем выступать под своим флагом.

Фото: Getty Images / Staff / Getty Images Sport / Gettyimages.ru, РИА Новости/Дмитрий Донской, РИА Новости/Николаев, РИА Новости/Александр Гальперин, РИА Новости/Юрий Сомов

Голый спорт. Юлия Егошенко

Еще одна легкоатлетка, выбравшая бобслей для продолжения карьеры.

До 2015 года Юлия Егошенко занималась легкой атлетикой, специализируясь в спринте.

Летом 2010-го Юлия стала четвертой на юниорском чемпионате России в Чебоксарах на дистанции 200 метров. На сотне девушка выступила не так удачно - лишь шестое место.

Зимой следующего года Егошенко - пятая на юниорском чемпионате страны в помещениях в Саранске. Летом заметных успехов не последовало.

Лето 2012-го сложилось для девушки тоже не лучшим образом - на молодежном чемпионате России в Ерине она выбыла на стадии предварительных забегов. Следующий год был богат на выступления, самым успешным стал Мемориал Куца, где Юлия заняла четвертые места на 100 и 200 метров. На чемпионатах России, однако, она не проходила дальше полуфиналов.

В 2014-м спортсменка выиграла 100 метров на молодежном чемпионате Москвы, но на ЧР снова вылетала на стадии предварительных забегов. Следующий год в карьере Егошенко как легкоатлетки фактически уже отсутствует - не добравшись в спринте до больших вершин, девушка ушла разгоняющей в бобслей.

Уже в первый свой сезон, зимой-2015/16, в паре с пилотом Анастасией Шлапак она стала пятой на Кубке Европы в Сигулде. На чемпионате мира в Инсбруке Егошенко выступала в составе второй сборной России, которая заняла последнее, четырнадцатое место. Помимо нее в той команде был в том числе и будущий серебряный призер Пхенчхана Никита Трегубов. В конце сезона на этап Кубка мира в Кенигзее Юлию поставили разгоняющей к Надежде Сергеевой, еще одной бывшей легкоатлетке из Кемерово. Двойка заняла десятое место.

Следующую зиму на международном уровне Юлия пропустила, потому что не прошла отбор в разгоняющие сборной России. Приняла решение перейти в пилоты и на ЧР 2018 года выступала уже как пилот. По отзывам специалистов, сейчас, после введения в женскую программу Олимпиад монобобов, Егошенко имеет хорошие шансы на попадание в состав сборной именно в этой дисциплине.

Ранее в «Голом спорте»:

Екатерина Ишова

Наталия Прищепа

Кристина Клещева

* Соцсеть, признанная в России экстремистской

Ирина Привалова: «Получила все титулы, о которых можно только мечтать. Есть лишь одна небольшая червоточина»

Откровенный разговор с великой российской легкоатлеткой.

Ее мировые рекорды стоят до сих пор, а взлет карьеры пришелся на постсоветскую разруху. Мы встретились с олимпийской чемпионкой Ириной Приваловой в Павловске на торжествах по случаю 130-летия российской легкой атлетики, где она была среди VIP-гостей. Под песни приглашенного на праздник Игоря Корнелюка легендарная спортсменка рассказала о том, как складывались карьера, материнство и что происходит в ее жизни сейчас.

– Чем сегодня занимается Ирина Привалова?

– Преподаю физическую культуру в МГУ. Там работал мой муж, я там тренировалась, а теперь заняла его место. Параллельно учусь в институте физкультуры, потому что основное образование у меня непрофильное, и нужно это исправлять.

– Ваш муж и тренер Владимир Паращук умер в апреле прошлого года. Уже отошли от этой потери?

– Конечно, первое время было тяжело. Сейчас стало легче, учеба и работа отвлекают от черных мыслей. Плюс старшая дочь Мария радует успехами в спорте – в этом году стала пятой на чемпионате Европы среди девушек в тройном прыжке с результатом 12,99.

– Чисто финансово сложно оказалось остаться одной с двумя детьми?

– Помогает Алексей, сын от первого брака, он уже взрослый. Я работаю. Мария часто ездит на сборы, это снимает часть расходов. В материальном плане сложностей не испытываем.

– Вы трижды возвращались в спорт после родов, в общей сложности пропустив шесть сезонов. Тяжело было возвращать форму? Как это происходило?

– Все основные титулы взяла после первых родов, которые были в июне 1988 года. Тогда вернулась к тренировкам очень рано, буквально через месяц. Вторые роды, в декабре 2001-го, совпали с операцией по замене крестообразной связки. Часть беременности проходила в неком подобии гипса, это все осложнило. Но через полтора года уже была в неплохой форме. Но если с первым ребенком мне помогала мама, то с двумя дочками от Володи помощи извне ждать уже не приходилось. Мы перестали ездить на все сборы, режим тренировок и восстановления стал не таким идеальным, плюс сказывался возраст. В молодости все процессы происходят быстрее, с годами накапливается багаж старых травм… Начали болеть ахиллы, которые никогда не оперировала, появился страх их серьезно травмировать. Из-за этого в 2008 году, уже после третьих родов, не смогла набрать ту форму, которая позволила бы отобраться на Олимпиаду в Пекин. 

– Карьера длилась с 1985-го по 2009-й. Итогами удовлетворены полностью?

– Грех жаловаться. Получила все титулы, о которых можно только мечтать. Есть лишь одна небольшая червоточина, которую не могу забыть. В 1992 году на Олимпиаде в Барселоне, находясь в шикарной физической форме, «проспала» старт в финале на 100 метров, уйдя из колодок только через 0,233 секунды после выстрела. В итоге проиграла победительнице Гейл Диверс 0,02 секунды, а серебряному призеру Джульет Катберт – 0,01.

– Бегать начинали в сборной СССР, завершали в сборной России. Это разные команды, разные люди?

– Люди одни и те же. Разница в том, что сборную Союза узнавали по флагу, гимну, а вот затем мои лучшие годы в сборной России пришлись на тот период, когда гимном была музыка Глинки. Это хорошая музыка, но весь мир привык к другой. А когда музыку гимна СССР вернули, мне на больших пьедесталах постоять уже не довелось.

– Один из главных триумфов вашей карьеры – золото в эстафете 4×100 на ЧМ в Штутгарте в 1993 году. Вы бежали последний этап. Когда поняли, что выиграли?

– Тогда у меня было четкое задание. Дело в том, что длина последнего этапа примерно 120 метров. Бежавшая на четвертом этапе за сборную США Гейл Диверс выиграла перед этим 100 метров, но являлась очень «коротким» спринтером – на финиш ее не хватало. И мне сказали не бежать слишком быстро со старта, придержать силы, чтобы дожать второй половиной. В тот год я даже 400 метров неплохо бегала, так что потенциал был. В итоге полностью включилась и начала набегать только после первых пятидесяти метров. Диверс почти не видела, а в клетках даже закрыла глаза. Дальше все решали судьи. И мы, и американки показали результат 41,49, нужно было считать тысячные, смотреть фотофиниш. Тогда золото ушло нам. А вот произойди это сейчас, в современной обстановке – думаю, что решение было бы не в нашу пользу. 

– Вы начинали как чистый спринтер, мировые рекорды в помещении на 50 и 60 метров стоят до сих пор. Как к 2000 году сумели перейти на 400 метров с барьерами?

– Барьеры меня научили бегать еще в детстве, причем с любой ноги. Есть у меня такая особенность – и с руками, и с ногами. Могла менять атакующую ногу на любом барьере без потери скорости и ритма. Всю карьеру мы много использовали барьеры в подготовке, и даже выступая в гладком спринте, была способна бежать 400 с барьерами. И когда было принято решение о смене специализации, потребовалась лишь небольшая корректировка тренировочного процесса. И это было связано во многом лишь с тем, что боялись получить новые или разбередить старые травмы в олимпийский сезон, который был для меня последним шансом.

– Помните свои первые серьезные призовые?

– Наверное, в начале 1991 года. Было несколько коммерческих стартов до зимнего ЧМ в Севилье и еще несколько сразу после, уже в статусе чемпионки мира на 60 метров. И летом 1991-го у меня уже были довольно неплохие доходы.

– Страна разваливалась, а вы зарабатывали хорошие деньги в валюте. Куда тратили?

– Я не получала зарплату, ездила на сборы за свой счет, так что инвестировала заработанное в свою подготовку.

– Почему чемпионка мира, лидер сборной страны ездила на сборы за свой счет?

– Во-первых, мы всегда сами планировали свою подготовку без оглядки на кого-либо. Ехали вдвоем с Володей, куда нужно и когда нужно. Он был и тренер, и массажист в одном лице. Мы четко самостоятельно планировали календарь сборов и соревнований. Думаю, если бы я родилась на двадцать лет позже и бегала сейчас, то сделала бы ровно тот же выбор в пользу индивидуальной подготовки. Во-вторых, я родила в 1988 году, и начало больших побед пришлось на детство сына. Его не всегда было с кем оставить, поэтому путешествовали мы мало, обычно проводя сборы в Кисловодске осенью и весной. Иногда заезжали туда и летом. Не любила тренироваться при повышенном внимании на стадионе, а в Кисловодске в основном сидят специалисты средних дистанций и выносливости, что меня полностью устраивало. 

– Сейчас русских на международных стартах тестируют на допинг почти всегда. Насколько плотно «вели» вас в те годы?

– В 1993-м тестировали очень много. Тогда на этапах Гран-при ввели допинг-контроль. Соответственно, всего собрали двенадцать проб – у трех спортсменов на каждом старте. Брали кровь из вены. Так вот, меня вызывали на каждом из четырех этапов. Помимо этого на многих международных соревнованиях в том году сдавала обычный контроль – по моче. А вот затем, после 93-го, меня словно вычеркнули из каких-то списков подозрительных лиц. И когда в 2000 году мы за три недели до старта приехали в Сидней, чтобы успеть акклиматизироваться, меня ни разу не протестировали вне соревнований. Там много было проверок у других спортсменов, я это видела, но меня обходили.

– Вы были очень быстрой белой девушкой. Американки косились?

– Конечно. Это ощущение было всегда, чувство, что, по их мнению, я влезла в чужой огород.

– Теперь в чужой огород влезла голландка Дафна Схипперс. Болеете за нее?

– Да, как ни странно. Вот сейчас с дочками ездили на чемпионат Европы в Берлин и болели Дафну. Правда, Мария поехала целенаправленно, чтобы посмотреть тройной прыжок, поэтому сидели мы ближе к прыжковому сектору.

– Итоги выступления наших в Берлине на ваших профильных дистанциях можете подвести?

– Сложно. Думаю, очень много нервов уходит на ожидание того, разрешат им или нет выступать на международных турнирах. Это отвлекает, сбивает фокус и тренировочный план. Большинство россиян не смогли показать то, на что были способны. Для этого нужна стабильность окружающей обстановки.

– Что происходит в нашей легкой атлетике?

– Катастрофа. Виноватых в ней слишком много – от спортсменов до руководства. Плюс политическая ситуация вокруг России сложилась так, что ошибками с нашей стороны воспользовались противники. Элите нашей легкой атлетики очень сложно. Есть какая-то надежда, что дочка и ее сверстницы, выйдя из юниоров через один-два года, смогут выступать уже под российским флагом. Но в данный момент и им тоже надо получать международный допуск, отмечать в системе все свои передвижения. Мария уже боится куда-то за город поехать, сто раз перепроверяет, сохранились ли изменения системе. Иногда случаются откаты правок, и приходится все указывать повторно.

– Довольны тем, как прыгает дочь?

– Да. Она тренируется у Евгения Тер-Аванесова. Ему Марию хотел передать еще Володя. Когда мужа не стало, было уже понятно, что она будет заниматься там.

– Тройной прыжок дает тяжелую нагрузку на ноги, позвоночник. Почему дочь выбрала его?

– У меня были такие опасения. Но Марии нравятся длина и тройной, причем последний даже больше. Когда спросила почему, она ответила: «Дольше летишь, есть время подумать».

– Карьеры в спорте сложно прогнозировать. У вас, имеющей огромный опыт, нет страха, что дочь отдаст легкой атлетике все, а большие титулы не придут?

– Это ее выбор. Она не скажет, что ее привели насильно или, наоборот, запрещали заниматься. Приведу пример сына Алексея. Когда он рос, то прыгал в высоту. Но когда встал выбор между учебой и занятиями спортом, выбрал учебу. И Марии тоже не мешаю делать выбор самой.

–  Решать ей придется совсем скоро – после окончания школы.

– Да, она в десятом классе, и уже нужно начинать подготовку к вступительным экзаменам в вуз. Когда я росла, было проще – делались скидки на мою спортивную карьеру, почти все сдавалось зачетами, экстерном. Нынче времена более сложные.

– Дочь учится в обычной школе или училище олимпийского резерва?

– Она ходит в школу № 2123 имени Мигеля Эрнандеса с углубленным изучением испанского языка. Испанский и английский знает хорошо, к международной карьере готова, перед журналистами не замешкается!

– Фамилия Привалова обязывает Марию к чему-то большему?

– Обязывает. На соревнованиях она всегда в фокусе внимания – ее дикторы представляют не просто как девочку Машу, а как нашу с Володей дочь. Это давит, конечно. Может быть, если бы ей дали фамилию мужа, Паращук, то было бы проще. Но когда решали этот вопрос, муж сказал: «Привалова – звучит более красиво». Так что она Привалова.

– В ее инстаграме* много гламурных фото. Как к этому относитесь?

– Сегодня другое поколение, да и это у нее все-таки хобби, а не основная деятельность. Мария позволяет такое себе в редкие дни отдыха. В ее приоритетах спорт стоит выше.

Фото: Hamish Blair / Staff /Getty Images Sport / Gettyimages.ru, Tony Duffy / Staff / Getty Images Sport / Gettyimages.ru, Michael Steele / Staff / Getty Images Sport / Gettyimages.ru

* Соцсеть, признанная в России экстремистской