Футбол

В Сенегале от коронавируса умер Пап Диуф: он был президентом «Марселя», агентом Дрогба и репортером коммунистической газеты

История первого африканского президента европейского клуба.
  • Пап Диуф родился в Чаде, вырос в Сенегале, а потом почти пятьдесят лет работал во Франции
  • Начинал с того, что развозил на велосипеде мужские трусы
  • Через десять лет его признали лучшим журналистом Марселя
  • В середине нулевых он стал президентом «Олимпика», приняв клуб с 35-миллионным долгом

Прожив в Марселе полвека, он стал куда больше французом, чем сенегальцем: в отличие от отца не был многоженцем, не верил колдунам, обещавшим сделать «Олимпик» чемпионом за двадцать пять тысяч евро, но все равно любил Дакар и ездил туда несколько раз в год. 31 марта его поместили в отделение интенсивной терапии сенегальского госпиталя Фанн и хотели отправить на лечение в Ниццу. Не успели.

«Для всех своих игроков он был отцом, старшим братом и только в третью очередь агентом, — сказал BBC лидер золотого «Марселя» Абеди Пеле. — Умный, добрый, уникальный человек».

Война, порки и убийство брата

Во Второй мировой войне его отец Демба воевал во французской армии и потом ежегодно приглашался на торжества генералом де Голлем. Демба имел двух жен, но в начале пятидесятых взял на службу в Чад только вторую, помоложе. Через полгода после рождения в Чаде сына, будущего президента «Марселя», Демба вернулся с семьей в Дакар, где снова зажил с двумя женами.

Потом шестилетнего Папа отправили на обучение к маминому брату, жившему на границе с Мавританией. Там Диуф нерегулярно ел, спал на полу и впервые был выпорот. В семнадцать лет он по настоянию отца отправился во Францию. В Марсель плыли семь дней, с остановкам в Касабланке и Лас-Пальмасе. Его безостановочно рвало, и полегчало лишь на пятый день — от табака, которым поделился знакомый отца.

По прибытии — уточнение: его ждало не военное училище, как он думал, а настоящая армия. Узнав об этом, Диуф свинтил из казармы, нанялся курьером в компанию «Инновации для мужской элегантности», развозил по магазинам нижнее белье Hom, а затем стал клерком на почте. Его старший брат тоже жил в Марселе, работал в ювелирном магазине, но погиб в драке африканцев с арабами. На четвертый год жизни во Франции Диуф узнал о смерти отца.

«Он черный, приезжий, но пишет по-французски лучше многих местных»

Вскоре коммунистическая газета «Марсельеза» опубликовала короткий отчет Папа о матче женских баскетбольных команд «ЮСПЕГ» и «Ницца». К журналистике его подтолкнул почтовый инспектор Тони Сальватори, внештатный репортер той же газеты. Пап завел рубрику «Под корзинами», которую коллеги любя называли «Под пальмами», а для дополнительного заработка стал еще и корректором — сильно нуждался в деньгах, потому что был обворован во время лечения от пневмонии (одолживший ему триста франков сосед по санаторию Самба Диарра Сейе стал другом на всю жизнь; много лет спустя, в 1991-м, Диуф сделал его директором своей сенегальской газеты Sportif — ее колумнистом был, например, Арсен Венгер).

После четырех лет в газете Диуф заменил ее футбольного обозревателя Пьера Андреа, ушедшего на пенсию. Тот ограничивался играми на «Велодроме», а Пап выбил у нового главреда Жана-Ноэля Тассе командировки на все выездные матчи «Олимпика». Он был единственным обозревателем «Марсельезы» без партбилета французской компартии (хотя симпатизировал коммунистам за отношение к Африке) и единственным темнокожим журналистом среди писавших об «Олимпике».

«Я сразу запомнился игрокам и тренерам. Я не жаловался, а пользовался своим положением. Быстро поняв, что нужно много читать, чтобы хорошо писать, я перечитывал уважаемых французских журналистов и писателей-классиков. Приятно было слышать: «Он черный, приезжий, но пишет по-французски лучше многих местных журналистов», — признался Пап Диуф в автобиографии. Он стал первым журналистом «Марсельезы», получившим региональную премию за лучший спортивный материал. В 1982-м — за репортаж с Антильских островов, в 1984-м — с Кубка Африки в Кот-д’Ивуаре.

В феврале 1986-го Диуф покинул пресс-конференцию нового владельца «Марселя» Тапи, протестуя против оскорблений журналистов, а потом критиковал Бернара за хамское отношение к игрокам и влияние на состав с тактикой и главную марсельскую газету Le Provençal. Это не помешало ему сотрудничать с Тапи в роли агента. Когда тот выбирал между Базилем Боли из «Осера» и Франком Сильвестром из «Сошо», Диуф убедил взять его клиента Боли, хотя тот конфликтовал с лидером «Олимпика» Папеном и частью марсельских фанатов. Потом именно Базиль забил победный гол «Милану» в финале Лиги чемпионов-1993.

«Это работа для тебя»

Диуф оставил журналистику весной 1988-го — после закрытия газеты Le Sport, где он отвечал за «Марсель», «Монако», «Монпелье», «Ниццу», «Канн» и «Тулон». Стать агентом надоумил старый приятель, экс-вратарь «Марселя» Жозеф-Антуан Белл: «Ты знаешь, как общаться с игроками. Это работа для тебя». Вскоре Пап провел бессонную ночь перед первыми переговорами — с президентом «Бордо» Клодом Бе о контракте Белла.

Зря волновался: Бе предложил на сорок процентов больше, чем надеялся Диуф. А заодно — вдохновил рассказом: «Как-то раз в пятницу я согласовал контракт с одним игроком и предложил приехать в понедельник на подписание документов. Он занервничал: «Может, подпишем сейчас? К понедельнику появятся другие претенденты на меня». — «Это не моя проблема. Мы пожали друг другу руки, и если после этого ты подпишешь контракт с другим клубом, я буду только рад, что не купил говнюка».

Диуф следовал в переговорах принципам Бе и как агент, и как президент «Марселя». После Белла он сотрудничал с другими камерунцами — например, с Омам-Бийиком, Сонго’о, Сонгом и Фоэ. Также опекал Десайи, Дрогба, Кануте, Робера, Купе, Армана, Найбета… До семидесяти игроков одновременно.

Десайи он в 1992-м убедил перейти из «Нанта» в «Олимпик», а не в «Монако», к чему склонялась жена Марселя Вирджини. «Монако» обещал Диуфу вдвое большую премию за переход, чем «Олимпик», но Пап считал, что слегка ленивый Десайи расслабится в княжестве, а бушующий «Велодром» удержит его в тонусе.

Через полтора года «Милан» предложил Десайи в два раза больше денег, чем платили в «Марселе», но меньше, чем просил Диуф: «До закрытия трансферного рынка два часа. Подписывайте». — «Нет», — решительно сказал Диуф, шокировав и Десайи, и миланцев Галлиани с Брайдой, и их агента Оскара Дамиани.

«Что ж, тогда благодарим за визит. Были рады познакомиться». — «Нам тоже было приятно. Всего хорошего». Диуф увел ошарашенного Десайи, но за минуты до дедлайна «Милан» возобновил переговоры: «Окей, принимаем ваши условия». Медосмотр длился весь следующий день, Десайи рисковал опоздать в сборную, и Диуф добился, чтобы Марселя отправили во Францию на личном самолете Берлускони.

Изящно получилось и с капитаном «Нанта» Жаном-Мишелем Ферри. В 1998-м он ушел в «Инстанбулспор», но вскоре заинтересовал «Ливерпуль» и не знал, кому доверить переговоры. Тогда ему позвонил английский агент Вилли Маккей, сотрудничавший с Диуфом: «Жан-Мишель, привет, я Питер Робинсон, исполнительный директор «Ливерпуля». Мы заинтересованы в вас, но не можем договариваться абы с кем. Мы хорошо знаем Папа Диуфа и именно с ним хотели бы уладить ваш трансфер. Впрочем, решать вам».

Через минуту Ферри позвонил Диуфу, а через пару месяцев сыграл за «Ливерпуль» против «Челси». Правда, не все складывалось так лихо. Например, трансферы Найбета и Фоэ в «МЮ» сорвались из-за проблем с коленями, выявленными на медосмотрах. А переговоры о трансфере форварда «Лилля» Бакари в «Ланс» обернулись главным агентским конфузом Диуфа.

«А может, нам взять вместо него другого твоего игрока — Дидье Дрогба?» — спросил спортивный директор «Ланса» Франсис Колладо. — «Да ну, брось, — ответил Диуф. — Дрогба еще сырой, а Бакари — готовый игрок». В следующем сезоне готовый игрок забил два мяча, а Дрогба — семнадцать и заинтересовал «Лион» с «Марселем».

Диуф предложил Дидье владельцу «Тоттенхэма» Дэниэлу Леви, но тот слишком долго колебался. Тогда Пап убедил Дидье выбрать «Олимпик» (трансфер обошелся в шесть миллионов евро), хотя «Лион» обещал более высокую зарплату. Через год Диуф стал спортивным директором «Олимпика» и продал Дрогба в «Челси» за тридцать четыре миллиона (в Лондоне марсельская зарплата Дидье увеличилась в четыре раза).

«Если пропустите пять мячей, никто и слова не скажет»

С президентом «Олимпика» Кристофом Буше Диуф познакомился в начале восьмидесятых, когда того назначили марсельским репортером АФП. Спустя почти четверть века на переговорах о продлении контракта тренера «Марселя» Жозе Аниго Диуф делился с Буше мнением о будущем клуба и наконец услышал: «Переходи к нам». Пап отнекивался два месяца, но все же согласился, а после провального старта сезона-04/05 и ухода Буше стал президентом клуба, продав агентскую компанию Mondial Promotion своему компаньону Пьеру Фрело.

На встрече с фанатами «Марселя» Диуф сцепился с нахамившим ему лидером группировки Marseille Trop Puissant Джамелем. Драку остановили охранники, а Диуф не только простил Джамеля, но и доверил ему распространение части абонементов (в августе 2008-го Джамель повредил мозг в автобусной аварии по пути в Гавр — два его друга погибли, а ему врачи запретили посещать стадион).

В марте 2006-го Диуф узнал, что «ПСЖ» не дает две тысячи мест фанатам «Олимпика» — только тысячу. Да и эту тысячу хотели разместить под трибуной парижских фанатов, что опасно. Пап не любил президента «ПСЖ» Пьера Блео, считая его слишком высокомерным, поэтому говорил насчет фанатов не с ним, а с президентом французской Лиги 1 Фредериком Тирьезом: «Дайте еще хотя бы пятьсот билетов, и я успокою наших ребят». Не дождавшись ответа, Диуф пообещал фанатам, что команда не поедет на игру в Париж.

За два дня до матча в президентском кабинете решали, что делать: неявка обернется крупными штрафами от лиги и телевидения, не говоря уж про техническое поражение, но и обманывать фанатов нельзя. Спортивный директор Аниго предложил отправить вторую команду — восхищенный этой идеей Диуф быстро согласовал ее с владельцем и фанатами. Через девять лет так же поступил Дмитрий Аленичев, которому запретили играть с ЦСКА в Туле, но одно дело «Арсенал» — ЦСКА и совсем другое — главное французское дерби.

Вместо Бартеза, Рибери и Насри на «Парк де Пренс» вышли игроки пятой французской лиги, разбавленные резервистами первой команды (например, вратарем Седриком Каррассо).«Ребята, сегодня самый легкий матч вашей жизни. Повеселитесь на глазах всей страны. Почему-то верю: ждет нас удача. А если пропустите пять мячей, никто и слова не скажет, — сказал Диуф в лобби парижского отеля и напоследок повторил слова Георгия Буркова из «Зигзага удачи». — Зато потом будет что вспомнить!»

«Олимпик» прибыл на стадион в сопровождении дюжины мотоциклов и нескольких машин охраны. Диуф первым вышел из автобуса и выслушал от фанатов «ПСЖ» больше оскорблений, чем за всю жизнь в футболе. Время матча ползло надоедливо медленно. Пап ежеминутно косился на часы и ждал первого гола «ПСЖ», как приговоренный к смерти — казни.

Не дождался — закончили по нулям. Диуф очаровал фанатов своей принципиальностью и совсем уж влюбил в себя, когда залез на трибуну во время выездной игры с «Атлетико», чтобы остановить «франкистскую» жестокость мадридской полиции. Перед ответным матчем — на «Велодроме» — он взял микрофон и попросил марсельцев обойтись без мести: «Давайте покажем, что не помним зла!»

«Пап, возвращайся»

С Диуфом «Марсель» два года подряд достигал финала Кубка Франции, но оба раза уступал. Особенно обидно — во второй раз, когда пропустили от «Сошо» за четыре минуты до конца овертайма и проиграли по пенальти: «Владелец клуба Робер Луи-Дрейфюс отправил мне пять или шесть сообщений с требованием усилить оборону при счете 2:1, а после поражения спустился в раздевалку и назвал игроков зажравшимися мерзавцами. Тот финал — мое главное разочарование как президента», — вспоминал Диуф в своей книге «Больше, чем игра».

Следующий сезон «Марсель» начал с семи очков в девяти турах. Диуф позвал на помощь бельгийского тренера Эрика Геретса, а тот два раза подряд вывел клуб в Лигу чемпионов, но весной 2009-го отказался продлевать контракт. Геретса обидело недоверие Луи-Дрейфюса и то, что новый контракт не предложили раньше, зимой. Владелец же услышал другое: бывший и будущий президенты клуба — Кристоф Буше и Венсан Лабрюн — донесли, что в уходе Геретса виноват Диуф.

Наняв тренером Дидье Дешама, вскоре сделавшего «Олимпик» чемпионом, Диуф полетел в Цюрих к Луи-Дрейфюсу, боровшемуся с лейкемией. В частном самолете советник Робера Ксавье Букобза показал несколько эсэмэсок от влиятельных людей, желавших отставки Диуфа. В то же время Маргарита Луи-Дрейфюс хотела сообщить, что встречу надо бы перенести из-за плохого состояния ее мужа, но не дозвонилась. Пап с Ксавье приехали к Роберу и около часа ждали, пока его подготовят к встрече. Дождавшись, поразились: инвалидная коляска, худоба, слезы. И слова Робера: «Думаю, все кончено».

После разговора с владельцем Диуф продиктовал Ксавье пресс-релиз о своей отставке. Спортивный директор Аниго обещал уйти следом, но остался, получив двойное повышение зарплаты. Десять фанатских группировок «Марселя» впервые опубликовали совместное заявление, выступив против ухода Диуфа. Но было уже поздно.

«Зато я оставил в бюджете клуба сорок миллионов евро, на которые купили Лучо Гонсалеса и Габриэля Хайнце, — заявил Диуф в автобиографии. — Чемпионство 2010 года вызвало во мне не зависть, а радость. Во-первых, я чувствовал свой вклад в успех. Во-вторых, в отличие от многих президентов «Марселя», я болел за этот клуб задолго до того, как стал им руководить.

Даже через пять лет болельщики говорили мне: «Пап, возвращайся».

Читайте также: