Футбол

Защитник «Челси», ставший актером. Он дебютировал в фильме с Табаковым

Франк Лебеф попал в профессиональный футбол по объявлению, а потом стал чемпионом мира.

Да-да, по объявлению в журнале. А разместить его посоветовал отец.

Отец Франка Лебефа Андре с восьми до семнадцати лет играл в «Реймсе». Сейчас этот клуб во второй лиге, а в пятидесятые дважды забирался в финал Кубка чемпионов. Андре тренировался рядом с Жюстом Фонтеном (13 голов на ЧМ-58), но в партнеры ему не годился и освоил профессию понадежней - сантехника. В девятнадцать Андре женился на Эвелин, семнадцатилетней девушке с соседней улицы, увлек ее на юг страны, в Сен-Сир-сюр-Мер, и построил дом недалеко от стадиона, где играл в команде третьей лиги, а с 1971-го - тренировал детей (без отрыва от водопроводной карьеры).

Через два года Андре подделал документ пятилетнему сыну Франку (лицензию футболиста получали только с шести лет), чтобы заявить его вратарем в команду своего первенца Тьерри. Франк Лебеф дважды пропустил, и его команда проиграла. В одиннадцать лет он мечтал стать ветеринаром, но спустя пару лет планы поменялись: его позвал «Тулон», а это уже серьезно - там одна из лучших футбольных академий юга Франции.

Первый год в Тулоне - пытка. «Меня будто забросили в джунгли, где каждый сам за себя, - вспоминал Лебеф в автобиографии - В академии процветало кумовство, руководители продвигали детей всяких полезных персонажей, а конкуренция заключалась не в том, чтобы играть и тренироваться лучше, а в том, чтобы напакостить другому, подкинув, например, в его шкафчик что-то компрометирующее». Лишь на второй год в академии появился человек, ставший Франку другом - Давид Жинола.

Еще одно полезное знакомство Лебеф завел в поезде. Два месяца он почти каждый день любовался брюнеткой, которая также ездила из Сен-Сир-сюр-Мер в Тулон, и в ноябре 1984-го наконец осмелился к ней подойти. Проводил до лицея, они стал встречаться, а потом изменились порядки в тулонском интернате: туда уже нельзя было приезжать из дома, нужно было жить там, причем - в казарменном режиме. Франк долго не видел Беатрис, и их отношения возобновились только в 86-м, когда Лебефа и еще десятерых футболистов отчислили из тулонской академии из-за финансовых проблем. Годом ранее Франк провалил кастинг в «Марселе», а теперь вообще остался без клуба.

Остальные отчисленные бросили футбол. Например, Лоран Руэ устроился в пожарную охрану Парижа, а Николя Паже открыл бар в Йере - в этом же городе Лебеф приткнулся к команде третьей лиги. Но это - любительский футбол: четыре тренировки в неделю, скромные деньги и маленькие полупустые стадионы. Заметив уныние Лебефа, президент «Йера» предложил ему работу на стройке: там и физические нагрузки что надо, и зарплата. Лебеф попробовал и загрустил еще сильнее: возиться с отбойным молотком - совсем уж не то, о чем он мечтал.

По совету отца поступил отчаянно - разместил объявление в журнале France Football: футболист, 18 лет, 183 см, 72 кг, полузащитник (выбрал эту позицию, увидев Йохана Нескенса на ЧМ-74), ищет клуб в первой или второй лиге. Через неделю - десяток откликов, но - из третьего и четвертого дивизиона. Франк все равно хотел покинуть юг Франции, так что выбрал клуб «Мо», это недалеко от Парижа, к тому же - лидер третьей лиги. После просмотра Лебеф подписал контракт на три тысячи франков в месяц и получил дополнительную работу - в магазине спортивной одежды, который принадлежал итальянской семье Рандаццо. Франк ходил по домам и предлагал людям футболки, кроссовки и костюмы. Приходилось вставать в половине шестого утра, зато преодолел застенчивость. Уверенность ощущалась и на поле - в двенадцати играх забил трижды. Для подъема во вторую лигу оставалось обыграть дома «Мелун». Три с половиной тысячи болельщиков пришли на игру, как на вечеринку, а ушли - как с поминок: «Мо» проиграл 0:1 и остался в третьей лиге.

Вернувшись летом домой, Франк обручился с Беатрис и увез ее в Мо. Зажилось уютнее, но новый сезон начался кошмарно: много пропускали, Франк не забивал, и тренер Анзиани сделал его последним защитником. В новой роли 19-летнему Лебефу пришлось часто кричать на партнеров, среди которых не было людей моложе тридцати. Сначала было непривычно, но потом Лебеф осмелел настолько, что стал еще и бегать в чужую штрафную на подачи угловых. Его друг Жан-Мари Мартен снимал игру Франка на видео, чтобы было проще разбирать ошибки и игру без мяча, а затем склеил лучшие моменты (за двадцать лет до того, как это стало трендом на YouTube) и разослал по клубам. Лебефом заинтересовались итальянский клуб, вылетевший во вторую лигу, и «Осер» с «Лавалем».

Заграница пугала неизвестностью, «Осер» тянул с предложением, а «Лаваль» вызвал на просмотр, после которого предложил зарплату в два раза больше, чем в «Мо». Франк поселился с Беатрис на главной улице Лаваля, а в свободное время играл в бильярд с нападающим Дидье Филиппом, который помог освоиться в новом городе. Из-за сложностей с деньгами «Лаваль» несколько лет ходил вдоль обрыва, по-над пропастью и каждый раз чудом оставался в лиге 1. Новый чемпионат тоже начали скверно: три очка в пяти турах, после чего - в выездной игре с «Ниццей» - наконец дебютировал Франк.

Уже на двадцатой минуте сидевшие на трибуне Андре и Эвелин Лебеф увидели, что их сын упал и схватился за ногу. Перед игрой побаливала лодыжка, и врач так сильно ее затейпировал, что нарушил циркуляцию крови. Лебеф доковылял до конца тайма, а в перерыве был заменен. «Лаваль» проиграл 0:1. Франку было так неудобно за нелепый дебют, что он не осмелился отпроситься у тренера на свадьбу старшего брата. В состав он вернулся только через четыре месяца, когда «Лаваль» безнадежно тонул.

В своей книге Лебеф вспоминал: «Некоторые игроки показали свое истинное лицо: подписали контракты на будущий сезон с другими командами и дали понять, что судьба «Лаваля» их больше не волнует. В последних турах реально потели от силы четыре-пять игроков. В таких условиях вылет был неизбежен. Меня звали в другие клубы, но я остался. Не строю из себя святого, но я привязался к клубу и не мог его бросить».

Ненадолго покинуть Лаваль все же пришлось - призвали в армию. Лебеф уже увиливал от призыва, когда сидел в запасе и боялся оставить клуб, но в межсезонье контраргументов не осталось, и он поехал на медосмотр в Ренн. В одном из кабинетов Франк встретил врача, болевшего за «Лаваль». Тот вписал в карточку Лебефа проблемы со ступнями и спиной, чтоб не заставляли носить кирзовые сапоги и тяжелый рюкзак, а главврач, увидев список недугов, вообще освободил Франка от службы.

Он вернулся в клуб и так здорово выступил во второй лиге, что заинтересовал «ПСЖ». Президент этого клуба Франсис Борелли стремился скорее подписать Лебефа и выпустить его уже в ближайшей игре с «Монако», но Франк провалил матч за «Лаваль», который считал прощальным, и Борелли передумал. Вместо Лебефа «ПСЖ» взял опытного Антуана Комбуаре из «Тулона». «Если я куплю тебя и ты провалишься, это будет моя неудача, - объяснил Лебефу Борелли, - а если провалится Комуаре, это будет его неудача».

Дальше - не легче. Лебеф свалился с гастроэнтеритом и потерял четыре килограмма, а «Лаваль» приблизился к банкротству. Городское руководство нашло потенциального покупателя, но переговоры осложнились из-за Лебефа. Мэрия считала: его нужно продать, чтобы получить хоть какие-то деньги. Покупатель был против. В итоге Франк сам заявил в интервью, что готов уйти, если после этого игрокам «Лаваля» вернут долги.

Через два дня агенты Анри Замбелли и Филипп Флавье сообщили Лебефу о предложении «Страсбура». Франк отказался: вторая лига, восьмое место - зачем менять шило на мыло? К тому же жена на восьмом месяце, и если уж срываться из Лаваля, то только в лигу 1. Агенты объяснили: команды лиги 1 укомплектованы (на дворе-то ноябрь), а «Страсбур» - стабильный и амбициозный клуб. Убедили.

В первые недели после переезда Лебеф нашел квартиру в нескольких километрах от стадиона «Ла Мено», помог «Страсбуру» обыграть «Валансьен», стал отцом и забил «Аяччо». Еще через неделю Франк и Беатрис подъехали к дому после испанской вечеринки у защитника Венсана Кобо. Жена пошла к дочери, а Франк решил подбросить до дома няню. «Когда я вернулся и открыл дверь машины, на меня направили револьвер и потребовали денег, - рассказал Лебеф в своей книге. - Но у меня ничего с собой не было, и парень с револьвером велел мне идти за деньгами. Я поднимался по лестнице, а он шел за мной. Войдя в квартиру, я сказал жене, что со мной вооруженный человек, попросил не волноваться и дать мне кредитную карту. Спустившись к банкомату, я убедил того парня, что могу снять только шестьсот франков. Он забрал их и убежал». В это время жена Лебефа позвонила в полицию. Через десять минут грабителя арестовали - правда, отпустили уже через две недели.

Через полгода «Страсбур» возглавил Жильбер Гресс. В первую неделю летних сборов игроки не касались мяча и трижды в день тренировались при сорокаградусной жаре. Вратарь «Страсбура» однажды упал в обморок, а Лебеф навлек на себя гнев Гресса, расстегнув олимпийку. В общем, после этой подготовки «Страсбур» задавил соперников с общим счетом 75:26 и вернулся в лигу 1. Гресс стал городской легендой, но Лебеф противился его суровым методам. Это привело к тому, что в марте 1993-го, когда Франка захотела дортмундская «Боруссии», Гресс сказал Отмару Хитцфельду, что Лебеф - неуправляемый парень, непригодный для бундеслиги. Трансфер сорвался.

Зато через полтора года Лебефа вызвали в сборную Франции на отборочный матч Евро-96 с Польшей. Франк не сыграл, зато наслушался мудрых советов Эрика Кантона (например, не париться из-за журналистов - накануне Макс Юрбини из L'Equipe написал, что 26-летний Лебеф староват для сборной) и подружился с Биксантом Лизаразю, с которым посетил музей Освенцима.

Во время Евро-96, проходившего в Англии, Франку позвонил второй тренер «Челси» Грэм Рикс и позвал в свой клуб. Лебеф давно хотел уйти (его лишили капитанской повязки из-за конфликта с хавбеком Ивоном Пуликеном - они враждовали со времен «Лаваля» - и не пустили в «Марсель») и, узнав, что за него снова требуют невероятные деньги, пригрозил президенту «Страсбура» Веллеру, что не вернется в клуб и закончит карьеру, если его не продадут.

Его отпустили. На презентации Франка в Лондоне главного тренера «Челси» Руда Гуллита спросили, не смущает ли его, что Лебеф не провел на Евро ни минуты (в центре французской защиты выходили Блан и Десайи). Гуллит ответил: «Если бы он сыграл на Евро, его, возможно, не было бы сейчас в «Челси» - намек на то, что Франка перехватил бы более богатый клуб (кстати, по той же причине Леонид Слуцкий, глядя Евро-2012, ждал ошибок Расмуса Эльма).

С конца августа 1996-го Лебеф выдал серию из пяти матчей, в которых забил четыре мяча, и фанаты «Челси» запели: «Он тут, он там, он чертовски хорош везде!» Его первый сезон в «Челси» увенчался победой в Кубке Англии. «К празднику в лондонском отеле присоединился великий Пеле, - написал Лебеф в автобиографии. - Он подошел ко мне и поцеловал меня и мою жену. Я воспользовался ситуацией и попросил сфотографироваться одновременно с Пеле и Гуллитом. Рядом с такими гигантами я был похож на счастливого ребенка».

Через год Лебеф занял привычное место на скамейке сборной Франции. До конца полуфинала чемпионата мира-98 оставалось шестнадцать минут, и на поле собрался выйти Ален Богоссян - третья замена французов в том матче. «Эх, и сегодня мы не сыграем», - пошутил сосед Лебефа, третий вратарь Лионель Шарбонье. За болтовней Лебеф проглядел удаление Лорана Блана. Услышал только команду: срочно выходи. Богосян вернулся на лавку, а Франк вылетел на поле и помог удержать победный счет. После матча к нему подошел Билич, также игравший в Англии, и они обнялись. Вскоре Лебеф узнал, что именно из-за симуляции Билича удалили Блана.

Наутро он прочел в L'Equipe, что обнял Славена, потому что был рад дисквалификации Блана, обеспечившей ему участие в финале. Вспыхнул скандал, пришлось тащиться на пресс-конференцию. После получаса вопросов о Блане Франк сказал: «Моя радость больше, чем его печаль». В своей книге он написал: «Четыре дня до финала были невыносимы. Во всех газетах и программах только и обсуждали - как же нам теперь играть без Блана. Как будто я такое дерьмо, что не умею бить по мячу. Я понимал, что в случае поражения все свалят на меня и мне, вероятно, придется навсегда покинуть страну». Франк забыл об этом кошмаре, как только впервые коснулся мяча в матче с Бразилией - до главной победы в его жизни оставалось меньше двух часов.

В 1998-м Лебеф выиграл не только чемпионат мира, но и Кубок Лиги, Кубок Кубков и Суперкубок Европы с «Челси». Франк считает, что все три трофея принадлежат Руду Гуллиту, хотя того уволили в феврале после трех поражений в чемпионате. Узнав о тренерской отставке от журналиста Times Мэтта Дикинсона, Лебеф мигом позвонил Гуллиту: «Он ответил, что не понимает, в чем причина. Возможно - дело в переговорах о новом контракте. Видимо, он попросил слишком много денег», - написал Лебеф в своей книге. Сменивший Гуллита Виалли был одним из ближайших друзей Лебефа в Лондоне, но новая должность изменила его настолько, что он не поздравил Франка с победой на ЧМ, когда тот вернулся из отпуска.

Джанлука Виалли испортил отношения даже с земляками - Дзолой и Ди Маттео. Но те-то хоть принимали итальянский стиль, который насаждал Виалли. Лебефа же Виалли не устраивал ни как тренер, ни как человек. «Он так сильно ненавидел Виалли, что тот решил заменить Франка новым защитником - Гаретом Саутгейтом, - вспоминал в автобиографии нападающий «Челси» Джимми Хасселбайнк. - Но Саутгейта не отпустила «Астон Вилла», Лебеф пожаловался на Виалли президенту клуба Кену Бейтсу, и через несколько недель в «Челси» появился новый тренер - Клаудио Раньери».

В 2001-м Бернар Тапи, ненадолго вернувшийся в «Марсель», заманил Лебефа на родину. В том же году Франк сыграл французского солдата в драме Иштвана Сабо «Мнения сторон», где американским майором выступил Харви Кейтель, а русским полковником - Олег Табаков (американец расследует связь великого дирижера Фуртвенглера с нацистами. Герой же Табакова защищает дирижера: «Он жил в стране, где установилась диктатура. При диктатуре искусство принадлежит партии»).

Оставив футбол в 2005-м, Лебеф три месяца бездельничал, баловался гольфом, а потом - смерть отца, развод и двухлетняя депрессия. «Я пережил личное землетрясение. Мне было одиноко, у меня не было целей», - признался Лебеф в интервью Huffington Post. Переехав в Лос-Анджелес, он отправил сына Уго на актерские курсы Института Ли Страсберга, а потом поступил на них и сам. В ФК «Голливуд» он подружился с Джейсоном Стэтхемом и Оуэном Уилсоном, сыграл в паре околофутбольных фильмов, а в 2010-м вернулся в Париж по приглашению театра «Аполло» и встретил там новую жену, актрису Крислауру Нолле. Несколько лет назад Лебеф выступил продюсером и исполнителем главной роли в успешном спектакле «Моя свекровь, мой бывший и я» (свекровь - французская актриса с украинскими корнями Екатерина Кравченко). Лебеф сыграл этот спектакль 650 раз, а параллельно вырос как киноактер - швейцарский доктор во «Вселенной Стивена Хокинга», герой французского сопротивления в «Союзниках» и главная роль в спродюсированном им фильме «Восьмой грех». Новый проект Лебефа - артхаусный фильм о Микеланджело Караваджо, который выйдет уже в марте.

В понедельник Лебефу исполнилось пятьдесят. И, кажется, у него все только начинается. 

Фото: Stuart C. Wilson / Stringer / Getty Images Sport / Gettyimages.ru, Clive Brunskill / Staff / Getty Images Sport / Gettyimages.ru, Bongarts / Staf / Getty Images Sport / Gettyimages.ru, Marcus Brandt / Staff / Getty Images Sport / Gettyimages.ru, Ben Radford / Staff / Getty Images Sport / Gettyimages.ru

Нет связи