Бокс/MMA

«Предлагали рекламировать энергетики. Отказался». Магомедшарипов — про поражение, Конора, Яна и английский

«Предлагали рекламировать энергетики. Отказался». Магомедшарипов — про поражение, Конора, Яна и английский
Забит Магомедшарипов / Фото: © Christian Petersen / Contributor / UFC / Gettyimages.ru
Интервью Забита Магомедшарипова на «Матч ТВ».

Забит Магомедшарипов занимает третье место в топ-15 весовой до 65,8 кг. Он дебютировал в UFC 2 сентября 2017 года, и в данный момент статистика россиянина в промоушене 6-0 (18-1 в ММА). Последний бой Забита был 9 ноября в Москве, и сейчас Забит тренируется в Махачкале, ориентируясь на 18 апреля. В этот день в Америке будут драться Хабиб Нурмагомедов и Тони Фергюсон. На этом же турнире Забит может стать претендентом на титул чемпиона. А пока очень сильный махачкалинский ветер едва не отрывает лист железа под вывеской зала Dag Fighter, а с другой стороны двери Забит боксирует три пятиминутных раунда с кем-то очень смелым и очень жестким.

— Мой бой будет 18 апреля в Бруклине, есть имя соперника (вероятнее всего, Брайан Ортега, 14 побед, 1 поражение. — «Матч ТВ»), но не могу сказать кто, пока контракт не отправят. Скажу, что оппонент из топ-5, но это не Корейский зомби [Чан Сун Юн], о бое с которым много говорили. (UFC сообщил, что 4 мая реванш проведут Макс Холлоуэй (#1 рейтинга) и Алекс Волкановски, а Забит сказал, что Яир Родригес (#5) также не смог стать его соперником. Как следствие единственным вариантом остался Брайан Ортега. Позже эту информацию подтвердили американские издания. — «Матч ТВ».)

— А Корейский зомби интересен?

— Да, нравится, как он проводит бои: жесткий, идет вперед, в стойке хорошо дерется, было бы интересно его проверить. И себя.

— Он же побеждал Фрэнки Эдгара, вашего товарища по тренировкам.

— С Фрэнки мы вместе уже три года тренируемся. Помогаем друг другу, но у него на подготовку всего три недели было, и он, к сожалению, пропустил в том бою. Но тут нет ничего тяжелого, все проигрывают.

— В США вы готовитесь у Марка Генри, в Дагестане — у Мансура Учакаева. Как они срабатываются, когда тренируют вас?

— Я всегда начинаю подготовку у Мансура в Дагестане, и он же летит со мной в США, там контролирует мою диету, тренировки и так далее. А Марк Генри готовит меня именно под соперника, разрабатывает план на бой. Я же в США начинаю работать и с Рикардо Алмейдой, тренером по грэпплингу, то есть там целая команда, и каждый знает свое дело.

— Хабиб говорил, что с приходом популярности начинают появляться какие-то абсолютно бытовые вещи, о которых не знал раньше. Например, в своем же городе не можешь днем просто выйти из дома и пройти по центру. Чувствуете такое же?

— Пройти по центру города могу, но люди будут подходить фоткаться, наверное, час точно придется простоять со всеми. Поэтому в магазин чаще младшего брата отправляю, сам не выхожу. Если хочу погулять, в парк пойти, то стараюсь ночью и в капюшоне. Днем теперь много дома сижу.

— Еще одна история от Хабиба: он говорил, что, даже будучи профессиональным бойцом в Дагестане, еще мог подраться на улице. А вы?

— Нет, когда стал профессиональным бойцом, вообще не дрался, после первого профессионального боя ни разу не было. А в детстве мог, конечно. Раньше все чуть по-другому было Дагестане.

— У вас два миллиона подписчиков в инстаграме, это получается как-то монетизировать?

— Постоянных спонсоров нет. Есть, например, близкие друзья из Казахстана, которые мне помогают, но они сами не любят, чтобы их как-то рекламировали, хотя это очень достойные братья, всегда поддержат. И у меня с братом есть контракт с производителем спортивной экипировки.

— Предлагали что-нибудь рекламировать, что для вас недопустимо?

— Было, и я от очень многих вещей отказывался. Предлагали энергетические напитки — я отказался.

— Финансово невыгодно или из моральных принципов?

— И финансово, и морально, не было особого желания с ними работать. Точно знаю, что есть предложение от бренда одежды, но у меня пока есть договоренность со своим экипировщиком, и я ее не нарушу. Договор в нашей религии нельзя нарушать, поэтому я с ними отработаю, хотя сейчас предлагают хорошие условия.

— Вы же начали выпускать свою одежду, это приносит какой-то доход?

— А это я не для бизнеса начал, больше для души. Просто хочется свою одежду носить и кому-то подарки делать. Дарил много кому. Очень много.

— Английский учите?

— Прогресс есть. Какое-то время занимался с человеком по фейстайму, пока приостановил, скоро опять начну. В Америке это все проще идет, там с тренером говоришь на языке и лучше запоминаешь.

— После вашего последнего боя в Москве стали много говорить, что вам не хватает выносливости, и если злой человек посмотрит, как выглядит зал DagFighter, он же скажет, что здесь нет ни одного кардиотренажера или кроссфит-зоны.

— Не сказал бы, что у меня идеальная выносливость, но на тренировках я спокойно пять раундов дерусь. Просто бывает, что из-за весогонки это страдает или из-за каких-то болезней. Плюс я же много энергии трачу, когда ногами бью. Это силы отнимает. Если просто боксировать, так можно 4-5 раундов работать легко, но вы же видите, я бью удары ногами.

— В декабре вы тестировались в лаборатории профессора Селуянова в Подмосковье — хотели научно подойти к проблеме с выносливостью?

— Просто проходил там исследование, но чтобы по той системе тренироваться, нужно было оставаться в Москве. А у меня в Дагестане семья и свои тренировки. В Махачкале я пару месяцев тренировался по той методике, которую мне дали: качка там, закачка, прыжки. Мне кажется, помогло, стало лучше.

— Вы заулыбались на вопросе о выносливости — часто спрашивают?

— Сначала даже уставал от этого. Каждый считал своим долгом сказать, кого ни встретишь, даже на улице, все говорят: «Все отлично, но надо выносливость улучшать». От такого устаешь, и чуть раздражает. Каждый второй тебе про это говорит, но надо понимать, что у меня же свои тренеры есть и я сам понимаю, что мне надо работать с этим.

— Реально мог человек на улице подойти и сказать про выносливость?

— Да, бывало. Вообще каждый второй мог такое сказать.

— Ну, давайте закроем этот вопрос, расскажите, что вы делаете, чтобы выносливость улучшалась.

— Да каждая тренировка дает выносливость: и упражнения, и спарринги. А спарринги у нас через день обычно: четыре раунда по пять минут. Когда спаррингуем в зале, вроде все нормально, но, наверное, надо меньше энергии тратить в бою.

— Я как-то делал интервью с автором вашего единственного поражения. Показалось, что и в том бою вы сильно устали к третьему раунду. Можете в принципе рассказать, что случилось, когда вы проиграли?

— Почему проиграл… Значит, не тренировался, как нужно было. То поражение сейчас никак не мешает, даже помогает, наверное. Не переживаешь, нет никакого давления. Шел бы без поражений, может быть давило бы, а так, уже проигрывал, знаешь, что это такое.

— Игорь Егоров рассказывал, что ему в личные сообщения писали разное: жестко предлагали реванш, говорили, что вы были не в форме.

— Мы просили реванш один или два раза, но у него травмы были или еще какие-то проблемы повлияли. Про себя могу сказать, что в бою был в нормальной форме, просто только начинал (Магомедшарипов на тот момент провел 4 боя. — «Матч ТВ»), еще не тренировался в DagFighter, выступал как любитель в ушу-саньда. Третий пятиминутный раунд — для меня было уже тяжело.

— Делаете ли вы какие-то необычные упражнения, чтобы тренировать ваши необычные удары?

— Раньше много всего пробовал, старался каких-то бойцов из К-1 (версия профессиональных турниров по кикбоксингу. — «Матч ТВ») копировать, смотрел восьмерки гран-при, Бадра Хари, еще кого-то, но сейчас уже нет времени кого-то копировать, просто в зале исправляю.

— На шпагат садитесь?

— Раньше мог, сейчас не могу. Мне кажется, полный шпагат не обязательно иметь в боях. Растяжка — это хорошо, но сила удара, как мне кажется, теряется.

— Когда в последний раз кого-то посылали в нокдаун на спаррингах?

— В Америке такое часто бывает. Здесь [в Махачкале] — все друзья, близкие. Там не жалко, ха-ха, тем более приходит много новых людей постоянно, ты их видишь раз или два за подготовку, они приходят именно на жесткие спарринги, а здесь друг друга все равно жалеешь.

— Бывает такое, что в Америке вас кто-то удивляет в спаррингах, то есть вы не знаете человека, но уже по ходу понимаете, что соперник в порядке?

— Кого-то конкретно не помню, бывает, что просто какие-то хорошие заряженные молодые парни приходят. Они голодные, могут встать и на одном уровне с тобой отбоксировать.

Забит Магомедшарипов / Фото: © Jeff Bottari / Contributor / UFC / Gettyimages.ru

— Считается, что из вашего зала сейчас есть очередь бойцов в категорию до 61,2 кг: Магомед Магомедов, Рустам Керимов и Тимур Валиев. Как вы думаете, кого и когда подпишут?

— По очереди могут подписать, думаю, всех сразу вряд ли. Тигра (Магомед Магомедов. — «Матч ТВ») и Тимура хотели подписать еще год назад, а у Рустама вроде бы совсем недавно контракт [с лигой АСА] закончился.

Затягивается все, Магомед не дерется уже год, это плохо для бойца, теряется форма. И сейчас почему-то из Дагестана в принципе тяжело подписывают бойцов.

— Еще один человек из вашего зала недавно наделал шума, вызывая Петра Яна и Александра Шлеменко.

— Честно, даже не смотрю все эти новости. Я в зале бываю утром и вечером, но до сих пор не знаю, что там происходит: кто что говорит вообще не в курсе, и интервью это не видел. Кто там что сказал, иранец? В зале его видел пару раз, но близко я его не знаю.

— Он с вами фотографировался.

— Тут каждый день кто-то приходит фотографироваться. Много информации, столько суеты в голове, я не успеваю, честно скажу.

— А есть какое-то соперничество с Петром Яном, кто раньше дойдет до пояса?

— Нет никакого соперничества. У кого получится первым, тот и пусть будет.

— Вы оба достаточно активно деретесь, Дэйна Уайт упоминает вас обоих в списке перспективных бойцов UFC, у вас не бывает тяжелых повреждений после боев или тренировок?

— Серьезных пока не было. Было такое, что пальцы травмировал прямо перед боем, фурункулы выходили, это практически каждый раз перед турниром. А когда их вырезают, отверстия остаются, и комиссия теоретически может тебя не допустить. Приходится как-то заклеивать. Видимо, у меня в какой-то момент находилась инфекция в организме, и когда иммунитет падал, они вылезали. На последние 3-4 боя выходил с такой проблемой.

— Может, из-за сгонки веса, вы же один из самых рослых бойцов в своей категории?

— Я между боями вешу где-то 77 кг, раньше мог 80, но сейчас стабильно 76-77. Весогонка чувствуется только за пару дней до боя, проблем не было ни разу, в легкий вес пока не собираюсь.

— А для боя с Конором перешли бы?

— Конечно. Хоть у меня вес и тяжело набирается, но можно было бы попробовать для такого боя.

— Как вам бой Конора против Серроне?

— Я не смотрел бой, если честно.

— Серьезно?

— Да, даже не видел. Обычно я смотрю бои тех, кого лично знаю, их могу даже пересматривать по нескольку раз. На этом турнире посмотрел бой Аскара Аскарова, а Конора не стал.

— И не видели до сих пор?

— До сих пор не видел.

Читайте также: