Кристина Астахова завершила карьеру в 21 год. В интервью «Матч ТВ» она объяснила причины

Кристина Астахова завершила карьеру в 21 год. В интервью «Матч ТВ» она объяснила причины
Кристина Астахова / Фото: © Paul Kitagaki Jr. / ZUMA Press / Global Look Press
Недопонимание с партнером, отсутствие перспектив и финансовый вопрос.

Пара Кристина Астахова — Алексей Рогонов всем запомнилась яркостью и креативным подходом к программам. Каждая из них была мини-спектаклем под уникальную музыку — в противовес классике, которую спортсмены часто выбирают для соревнований.

Долгое время «кристалликам» — так пару называли поклонники — не удавалось попасть на пьедестал: они шли четвертым номером сборной России, вслед за топовыми парами из группы Мозер. Прорывом для Кристины и Алексея оказался олимпийский сезон: они дважды стали бронзовыми призерами этапов Гран-при и в качестве первых запасных поехали на Олимпиаду в Пхенчхане и на чемпионат мира в Милане, заменив Ксению Столбову — Федора Климова.

Однако сразу по окончании сезона, когда несколько сильных пар завершили карьеру, 21-летняя Кристина Астахова неожиданно тоже ушла из спорта. Партнер и тренер пытались ее отговорить, но решение фигуристки было окончательным. О том, что «кристалликов» больше не существует, объявил Алексей Рогонов, бывшая партнерша же долго хранила молчание. «Матч ТВ» встретился с Кристиной во время ее гастролей с ледовым шоу в Петербурге и выяснил причины раннего ухода из спорта.

Российские фигуристы Кристина Астахова и Алексей Рогонов на чемпионате мира в Шанхае. / Фото: © Getty Images

Из этого интервью вы узнаете:

  • почему Кристина была инициатором распада пары, но не объявила о своем решении сама
  • нужен ли спарринг между парами в одной тренерской группе
  • как создавалась знаменитая программа «Кукла»
  • как Кристина оказалась в ледовых шоу Ильи Авербуха
  • почему топовые парницы зарабатывают меньше одиночниц
  • кто, по мнению Астаховой, станет лидером в российском парном катании

«Дождаться своей очереди? Такая перспектива меня не вдохновляла»

— Кристина, какой у вас самый любимый момент в карьере?

— Однозначно Олимпийские игры. Мне всегда Артур Валерьевич (Дмитриев. — «Матч ТВ») говорил: «Олимпиада — это что-то особенное, не сравнимое с какими-либо другими соревнованиями». Уж он-то знает! Мы, фигуристы, всегда волнуемся перед стартами. Но приехав в Пхенчхан, я поняла, что это другие ощущения.

Хоть наша пара и не выиграла медаль, но сам факт участия в Олимпийских играх для меня много значит. Тем более оно был неожиданным сюрпризом. Мы ведь с Алексеем планировали провести вторую половину того сезона на других турнирах, спокойно к ним готовились. Затем был скандал с допингом, Ксения и Федор (Столбова и Климов. — «Матч ТВ») не получили приглашение на Игры. Я узнала, что еду на Олимпиаду, когда лежала дома с простудой. С одной стороны, было чувство «вау, круто!», а с другой — страшно, потому что ответственность. Это был шок, выплеск энергии, который запомнился на всю жизнь.

— Почему после олимпийского сезона вы ушли из спорта?

— Во-первых, не видела перспектив. Спорт — это все-таки трата здоровья и времени, постоянная концентрация, нервы… надо многое отдавать, а взамен — никакой определенности. Я рассуждала: сейчас готовлюсь к новому сезону, и для чего? Чтобы в 2022 году попасть на Олимпиаду. То есть сразу беру в расчет четырехлетний олимпийский цикл. Сколько лет Алексею Рогонову? Хватило бы у него сил и здоровья кататься на высшем уровне все это время? Ну, откатались бы мы пару сезонов, а за это время вырастут новые молодые пары и захватят лидерство.

Во-вторых, я бы не продолжила кататься с Лешей. Мы с ним плохо общались, временами не разговаривали и, соответственно, не получали удовольствие от совместных тренировок. Возможно, с другим партнером я бы продолжила карьеру. Но весной 2018 года такого не было — свободного, натренированного парника. Поэтому я недолго думая закончила.

Кристина Астахова и Алексей Рогонов / Фото: © РИА Новости / Владимир Песня

— Конечно, никто не может предсказать расклад сил на несколько лет вперед. Но как же чемпионаты мира и Европы, тоже престижные турниры? В парном катании все-таки не самая бешеная конкуренция: после Пхенчхана ушло сразу несколько ведущих пар, и это повышало ваши с Алексеем шансы на медали.

— Не факт, что мы бы побеждали. Посмотрите, какие сильные китайцы! И даже если стоять на пьедестале, хочется делать это за счет превосходства, а не благодаря тому, что ушли сильные соперники. То есть я как будто дождалась, отстояла очередь. Такая перспектива меня не вдохновляла.

— В какой момент вы окончательно решили завершить карьеру и сообщили об этом всем членам команды?

— Мысль зародилась сразу после Олимпиады. После чемпионата мира вся команда ушла в отпуск: мы были как выжатые лимоны, ничего планировать на будущее особо не хотелось. Перед отъездом в путешествие я предупредила партнера и тренеров, что, скорее всего, заканчиваю. Думала, может, на отдыхе мысли как-то изменятся, энтузиазм проснется. Но нет. По возвращении в Москву я все окончательно решила и сказала коллегам, что в следующем сезоне меня не будет.

— О том, что пара прекращает существование, летом 2018 года объявил Алексей Рогонов. Почему вы сами не попрощались с поклонниками? Все-таки инициатором распада были вы.

— В нашей паре Алексей всегда чаще выступал на публике, давал интервью и комментарии. Я подумала — раз Леша объявил о моем уходе, этого достаточно. В социальных сетях я пассивный пользователь, у меня мало подписчиков. Тем более я знала, что на меня обиделись за уход из спорта, в том числе и поэтому не стала озвучивать подробности. Думала, все успокоятся.

— Однако недавно вы с Алексеем вернулись к данной теме перепиской в соцсетях.

— На протяжении этих почти двух лет после нашего расставания Алексей иногда затрагивал эту тему в разных интервью, какие-то вещи было неприятно читать. Прошло столько времени, почему не отпустить прошлое? Ведь мы бы все равно вряд ли продолжили кататься вместе.

Честно говоря, не хочу сейчас вспоминать все причины. В любом случае они сыграли роль в совокупности. Мне кажется, для нашей бывшей команды все хорошо сложилось. Алексей катается в престижном шоу с Алиной Устимкиной, они зарабатывают и реализуются. Я тоже устроила свою жизнь. К Артуру Валерьевичу иногда приезжаю, нормально общаемся. Пора успокоиться!

Фото: © Марина Чернышова-Мельник

— Как к вашему решению уйти из спорта отнеслись родители и другие люди, окружающие вас?

— Для мамы всегда главное, чтобы я была счастлива. Раз я сделала такой выбор, она его поняла и приняла. Главное, мама знала: я ухожу, чтобы вступить на новый этап жизни и расти.

Конечно, многие знакомые недоумевали, говорили про мой возраст. Но прошло уже почти два года, и меня не тянет обратно в спорт. Мне нравится моя жизнь в данный момент! В шоу я тоже исполняю сложные элементы, поддержки. Но мне не надо гнаться за техникой и стремиться кого-то превзойти, можно попробовать себя в разных ролях. Я ни о чем не жалею, значит, ушла вовремя и правильно. Сам факт того, что я побывала на Олимпийских играх, уже прекрасен. Ведь золото берут единицы.

«Когда ты маленький, не особо чего-то боишься. Наоборот, все так захватывающе, прикольно»

— Когда и как вообще началась ваша история в фигурном катании?

— Мои родители биатлонисты, поставили меня на лыжи в трехлетнем возрасте. Стоять-то я стояла, но быстро поняла, что это не мое. Через год сказала маме: «Хочу кататься как на роликах, только зимой!» Летние ролики я к тому времени уже освоила. Мама отвела меня на каток, к Екатерине Юрьевне Волковой — она стала моим первым тренером в одиночниках.

— Почему перешли в парное катание?

— Когда мне было девять, в «Хрустальный», где я занималась, пришел работать Сергей Владимирович Доброскоков. У него были свободные ученики-парники, и мой тренер предложила, чтобы я попробовала себя в этом виде. Я сходила на пару тренировок, понравилось, и я осталась там.

— Вам было не страшно лететь надо льдом на вытянутой руке партнера, приземляться с выбросов?

— Знаете, когда ты маленький, не особо чего-то боишься. Наоборот, все так захватывающе, прикольно. Уже в девятилетнем возрасте я стала пробовать поддержки, а в 10-11 лет разучивала тройной выброс сальхов. Это сейчас предложи мне изучать элемент ультра-си, я бы согласилась только ради большой цели. А тогда страха получить травму не было, интерес пересиливал риск.

— Вы несколько лет катались у Сергея Доброскокова, а когда создали пару с Алексеем Рогоновым, перешли к другому тренеру. Почему?

— Так вышло, что и у меня, и у Леши изначально были разные тренеры (Рогонов катался в группе Натальи Павловой. — «Матч ТВ»). Мы вдвоем решили, что не будем выбирать среди них, чтобы никого не обидеть. Поэтому ушли к Артуру Дмитриеву — нейтральному человеку. Это оказалось к лучшему: каждый из нашего трио начал работать в новой команде с нуля, и мы все подстраивались друг к другу.

Кристина Астахова и Алексей Рогонов / Фото: © РИА Новости / Александр Вильф

— Также вы занимались хореографией у Алексея Железнякова, который сегодня работает с известными одиночницами в группе Этери Тутберидзе.

— Алексей вел у нас джаз, ставил корпус и верх рук. Он работал в «Хрустальном» не только с Этери Георгиевной, но и с Сергеем Владимировичем (Доброскоковым. — «Матч ТВ»), преподавал мне с предыдущими партнерами. Когда я перешла к Дмитриеву, Железняков остался моим хореографом в зале, а ледовым хореографом стал Сергей Комолов.

— У вас с Алексеем была большая разница в возрасте — 9 лет. Это плюс или минус?

— Важнее то, как ты подходишь к делу, что у тебя в сердце. Цель, к которой вы идете вместе, должна быть общая. Посмотрите на сегодняшнее фигурное катание: выигрывают те, кому нет и 16 лет. В парах молодежь тоже подпирает. Когда мы с Алексеем катались, лидировали Волосожар –Траньков и Столбова — Климов, затем Тарасова — Морозов. Они все были взрослые, а сейчас каждый сезон врывается молодежь.

— В группе Артура Дмитриева ваш дуэт не имел соперников. В то же время в группе Нины Мозер тренировались сразу все на тот момент лидеры парного катания России. Нужен ли в спорте такой постоянный спарринг или ваши условия были предпочтительнее?

— Не берусь подробно говорить о системе работы в группе Мозер, но, насколько мне известно, каждый ее дуэт тренировался отдельно. Я считаю, спарринг на одном катке полезен, когда ты начинаешь свою дорогу в спорте. Ты видишь, как катаются соперники, хочешь сделать лучше, растет характер. А когда ты выходишь на более высокий уровень, хочется индивидуального подхода и полной отдачи со всех сторон — тренера, хореографа. Все-таки главный спарринг у фигуристов происходит на соревнованиях.

— Пожалуй, самая известная программа в репертуаре вашей пары — «Кукла». Расскажите ее историю.

— Это идея хореографа Сергея Комолова, он предложил песню «Shatter Me» («Разбей меня вдребезги», исполнитель — американская скрипачка Линдси Стирлинг. — «Матч ТВ»). В клипе на эту песню кукла поет и играет на скрипке, находясь в стеклянном шаре. Сергей построил такой сюжет: я — кукла, Леша — мастер, который создал куклу и влюбился в нее. Мастер пытается оживить свое творение, отдает кукле свое сердце, и к концу танца я действительно оживаю.

Помню, я долго не могла осмыслить новую роль, Сережа даже как-то сказал: «Кристина, я не вижу в тебе куклы». С нами долго работала Маргарита Бугаева — педагог по актерскому мастерству, она поставила мне «кукольный» взгляд. Маргарита, кстати, со многими детьми из «Хрустального» занимается.

В программе есть сцена примерно на 10 секунд, когда мы с Лешей практически стоим на месте, не делаем элементов, но показываем хореографический этюд. В этот момент публика всегда начинала нам хлопать, до мурашек! Помню, уже после сезона, в котором мы показывали «Куклу», я приезжала на дополнительные занятия по ОФП (общефизической подготовке. — «Матч ТВ»), и детки, которые там тренировались, говорили: «Ой, кукла!» Они не знали, как меня зовут, но узнавали в этом образе. Было приятно.

https://www.instagram.com/p/BFeTJ7ZtwR8/

— Еще у вас была замечательная программа «Евгений Онегин», которую вы не успели показать на соревнованиях. Почему отказались?

— Ради этой постановки мы ездили в Петербург смотреть мюзикл, занимались с Верой Свешниковой — исполнительницей роли Татьяны. Это было очень интересное время, мы вложили душу в тему Онегина. Но после выступления на контрольных прокатах в Сочи специалисты из федерации посоветовали нашим тренерам изменить аранжировку. Они сомневались, что программу воспримут иностранные судьи и публика. Все-таки история Онегина — русская, там русский вокал. В итоге наш хореограф предложил новую постановку на музыку из фильма «Паганини: Скрипач дьявола». Это мы сделали очень быстро, и программа тоже была достойной.

«Если ты не на топовых позициях в мировом парном катании, особо не заработаешь»

— Сегодня в ледовых шоу ваш главный партнер — Андрей Депутат?

— Да, мы часто вместе катаемся. Здесь интересная предыстория. Вы, наверное, знаете, что летом прошлого года Андрей с Катей (Бобровой. — «Матч ТВ»)  открыли в Подмосковье школу фигурного катания для детишек. Я как раз искала работу, позвонила Кате и предложила свое участие. Она ответила, что обсудит с Андреем по графику. Вскоре он сам перезвонил и сказал: «Поработать тренером ты всегда успеешь. Может, пока есть силы, в шоу покатаемся?» Андрей уже давно выступает у Авербуха, и ему хотелось найти постоянную партнершу, парницу. Мы дебютировали на спектакле «Ромео и Джульетта», играли старших Монтекки. Мне очень понравилось, и с тех пор я в «ледовой семье» Ильи Авербуха.

Открыть видео

— Такие молодые, и уже родители главного героя (роль Ромео исполнил 40-летний Максим Маринин. — «Матч ТВ»)?

— Все-таки солистами в спектакле должны быть олимпийские чемпионы. В любом случае я рада, что начала карьеру в шоу и продолжаю ее в новых ролях. Сейчас период новогодних детских сказок, посмотрим, что дальше.

Фото: © Марина Чернышова-Мельник

— Чем вы еще занимаетесь, кроме участия в шоу?

— Работаю ледовым хореографом у Сергея Владимировича Доброскокова, ставлю программы его маленьким парам и одиночникам. С парниками мне, конечно, проще работать — привыкла к этому виду. Иногда провожу тренировочные сборы и разовые мастер-классы. Я не спешу занять должность тренера на постоянной основе, это всегда успеется. Хочется попробовать себя в разных сферах.

— Следите за соревнованиями по вашей дисциплине?

— Будучи спортсменкой, никогда этого не делала, а сейчас смотрю. Во-первых, Сергей Владимирович выводит на старты Дашу и Дениса (пара Павлюченко — Ходыкин. — «Матч ТВ»), и мне хочется наблюдать за их развитием. Во-вторых, парное катание не стоит на месте: появляются новые фишки, связки, переходы между элементами.

— Ваш бывший тренер Артур Дмитриев в недавнем интервью сказал, что среди российских спортивных пар нет явного лидера. Согласны?

— Пожалуй, он прав. Все слишком непредсказуемо. Посмотрите на Сашу Бойкову и Диму Козловского: они как новая сила уже второй сезон показывают высочайшую технику. В то же время Женя Тарасова и Володя Морозов — взрослые, двигаются, как одно целое. Молодым парам, я считаю, не хватает такой скатанности. Она нарабатывается только с годами. Мы с Алексеем, будучи в спорте, всегда старались делать в программах что-то новое, необычное, удивлять зрителя.

Посмотрим, кто будет побеждать на главных турнирах. Мне кажется, молодые пары способны добирать баллы сложными элементами.

— Вы упомянули финансовый вопрос в числе причин ухода из спорта. Почему парное катание не особо пользуется спросом у рекламодателей? Известные бренды заключают долгосрочные контракты даже не с топовыми одиночницами.

— Мне кажется, многое зависит от того, как тебя продвигают люди, которые с тобой работают. У медийных спортсменов есть агенты, которые развивают их популярность. У фигуриста возможности заработка — зарплата в сборной, призовые за медали, подкатки, краткосрочное участие в шоу в межсезонье. Еще в парах и танцах можно кататься за два региона: каждый партнер за разный, и тогда региональные доплаты удваиваются.

Вообще если ты не на ведущих позициях в мировом парном катании, особо не заработаешь. Потому многие и уходят.

Читайте также: