«Ничего не помню, вообще ничего. Туман. Взгляд на планку и «Господи, помоги!». Ласицкене — о том, как довела страну до инфаркта

«Ничего не помню, вообще ничего. Туман. Взгляд на планку и «Господи, помоги!». Ласицкене — о том, как довела страну до инфаркта
Мария Ласицкене / Фото: © Christian Petersen / Staff / Getty Images Sport / Gettyimages.ru
Беседует Сергей Лисин.

Есть вещи, которые происходят раз в истории. То, через что прошла Мария Ласицкене, именно из разряда таких вещей. Она должна была ехать в Рио пять лет назад — не поехала. Она выиграла все летние чемпионаты мира с 2015 года, но уже в этом сезоне получила травму и весной была не похожа на саму себя. Она восстановилась после травмы, но времени на то, чтобы распрыгаться, набрать соревновательную форму, уже не было. Она приехала на ОИ аутсайдером. Титулованным. Но — не лидером. Прошла квалификацию, отобралась в финал.

А там, в финале, устроила такое, что впору снимать фильм. Сначала «уперлась» в высоту 196. С трудом взяла с третьей попытки. Обосновалась в районе восьмого места. Затем со второй взяла 198. Поднялась повыше. Снова со второй покорились два метра, и там уже был крик преодоления, крик, который в исполнении Марии услышать можно очень редко. После этого их осталось трое в секторе. Австралийка Макдермот, украинка Магучих. И Мария.

Открыть видео

То, что началось дальше, уже история. Ласицкене, сама того, возможно, не понимая и не желая, сломала двух соперниц, как перворазрядниц, сломала психологически, взяв 2,02 с первой попытки. 

Открыть видео

Это был нокдаун. Для того чтобы обойти Марию, нужно было брать 2,04, без вариантов. Магучих перенесла на эту высоту два оставшихся прыжка, попробовала, но не смогла. А вот Мария смогла, со второй. 

Открыть видео

И это был нокаут, после которого Макдермот уже не взлетела.

А дальше была истерика. У всех, у всей страны, у всех, кто следил за этой драмой. Ну, и у Марии, конечно. Слезы, которые она так редко показывала раньше. Слезы, которые не стыдно было показать сейчас.

Открыть видео

— Мария, вы осознаете, что, возможно, несете ответственность за некоторое количество сердечных приступов у болельщиков в России?

— Я знаю это и прошу прощения, потому что не представляю, как люди это смотрели. Я не представляю, как мой тренер на это смотрел с трибун, как мой супруг это все еще и комментировал. Я не знаю! Бедные мои родители.

Но на то она и Олимпиада. Я почувствовала, что это абсолютно другое. Мне же раньше отбили любовь к Играм. И теперь я понимаю, что это абсолютно другой мир, эмоции, чувства. То, о чем и говорят: Олимпиада — это другое.

— К этой Олимпиаде вы шли очень непросто, даже если брать этот сезон. Мы мало что знаем про травму — расскажете? Что стало причиной?

— А никто не знает, и мы сами не знаем, из-за чего эта травма произошла. Но это должно было случиться. Чтобы мы остановились. Пересмотрели… Я не знаю. Эта травма была послана, она оказалась некой проверкой… Мы делали тренировку, обычную. И на разбеге я почувствовала боль. Это было шоком, реальным шоком. Но было понимание, что панике нельзя поддаваться, нужно искать выход, как быстрее восстановиться.

Мария Ласицкене / Фото: © Patrick Smith / Staff / Getty Images Sport / Gettyimages.ru

— И вам помогли.

— Я очень благодарна Эдуарду Безуглову и Игорю Степанову, это чудесная команда. В жизни и должны встретиться такие люди, которые тебя поддержат, у них такая работа. Мы начали реабилитацию, никуда не гнались, я верила, что все будет хорошо, все в моем окружении верили, что все будет хорошо. Мы все верили и работали. И я благодарна, что эти люди были рядом, они верили в меня, я — в свои силы. И сейчас я точно знаю, что эта травма должна была произойти.

— Тренировочные методы поменялись из-за этого?

— Установки сейчас другие, но это больше к Геннадию Гариковичу, потому что я просто слушаю его и делаю. И сегодня я вот издевалась над собой и над вами, к сожалению, потому что я делала, выпрыгивала из штанов, из трусов, пыталась делать. И в этом вера в тренера, полное, безоговорочное доверие. Я счастлива, что все получилось, но я пока до конца не верю в произошедшее.

— С травмой понятно. Вы все-таки немного прыгали после реабилитации, но как прошли последние дни перед турниром уже в Японии и как настраивались на Олимпиаду?

— Я каждый раз говорю себе: «Ты никто. Ты вообще никто в этом мире, в этой жизни и в этом секторе. Попробуй что-то сделать, чтобы опровергнуть это». По поводу быта — все как всегда. Музыка, книги, не думать о том, что будет. Хотя очень много всего приходило в личку соцсетей, я вышла отовсюду, ничего не читала, никакие новости. Ничего не знаю, кто выиграл, кто проиграл. Я просто жила, как в лагере: ела, спала, слушала музыку, читала. Может быть, в этом и проявился опыт, который у меня есть.

Мария Ласицкене / Фото: © REUTERS / Aleksandra Szmigiel

— Тогда вот вам новость: мы сегодня впервые с 2000 года проиграли золото в художественной гимнастике.

— (Изменившимся голосом.) Серьезно? Серьезно? Кому?

— Израиль. Линой Ашрам.

— Как Ирина Александровна?

— Слава богу, вроде в порядке. В отличие от гимнасток, у вас, Мария, есть повод праздновать. Будете теперь уже вы до четырех утра шуметь?

— Завтра, наверное, будем на закрытии. У нас есть день, улетаем девятого августа. Но, зная себя, думаю, что все вышло в секторе, все там осталось, и я уже ни на что не способна.

Дина Аверина / Фото: © REUTERS / Lisi Niesner

— Вот на 1,96 возникло ощущение, что взять ту высоту с третьей попытки вам стоило десяти лет жизни.

— Я постарела? (Смеется.) Но третья попытка это всегда все, и там уже были такие мысли: «Как ты сюда попала и какое ты имеешь право здесь находиться?!» Ничего не помню, вообще ничего. Туман. Взгляд на планку и «Господи, помоги!».

— И после этого ужаса на 1,96, следующую высоту, 1,98, взяли со второй.

— Да? Я понимаю, к чему вы ведете, отвечу сразу — сегодня внутри этого турнира я провела несколько соревнований. То есть у меня же было до этого мало соревновательной практики в этом сезоне, и я вот так издевалась, набиралась опыта. Технически было сложно выполнять установки тренера, но я отдала все силы. И та истерика после того, как все закончилось, — это уже просто все, пустота.

— Если истерика была после победы, то что было на 2,00, когда взяли?

— Это было подбадривание себя, что ты не лох, что ты можешь, что надо продолжать. Девочки сильнейшие, состав финала был великолепный. Это то, о чем мечтают другие виды легкой атлетики, — такие соревнования, на валокордине, на валидоле, я не знаю на чем. Нельзя было отпускать, отдавать лидерство, просто нельзя.

Мария Ласицкене / Фото: © Christian Petersen / Staff / Getty Images Sport / Gettyimages.ru

— Вы говорите, что ничего не помните, так что не уверен, что вспомните, как из-за кучи награждений и финалов сегодня у вас постоянно откладывали прыжки.

— Два раза останавливали именно меня!

— Первый раз — именно перед третьей на 1,96!

— Да! Я это расценивала как что-то, ведущее к лучшему. Не нервничала, не начинала спорить. Говорила себе: «Хорошо, я подожду, посижу, попью водички, дождусь, выйду и начну. Не страшно». Не давала волнению или нетерпению себя захватить. Так надо. Все знают, что в последние дни турниров это все время имеет место — остановки, гимны и так далее. Я, кстати, впервые закрываю какие-то соревнования, по-моему. Раньше высоту ставили в первые дни.

А тут я сижу в олимпийской деревне сегодня ночью, слышу, как все танцуют и поют внизу. И не понимаю, за что нам это, за что нас пускают последними?!

— Как Пронкину, Иванюку и Акименко соседи спать мешали?

— Нет, именно рядом с нами живут наши, поэтому все спокойно и тихо. Но мы живем в очень крутом доме на берегу, там прекрасные виды на закаты, поэтому туда все приходят праздновать, орать и галдеть до четырех утра. Я сегодня засунула AirPods в уши ночью, чтобы была хоть какая-то шумоизоляция, чтобы не слышать, как какие-то девочки поют и танцуют.

— И после этого 2,04. Мария, это же фантастика. На фоне того, что было в этом сезоне!

— Это необъяснимо. После травмы, когда я восстановилась, была серия: 195, 200, 194, 195.

— Вы на экране сегодня повтор своих 2,04 видели?

— Нет, конечно. Я никогда не смотрю свои прыжки. Это все тренер. Всё! Все вопросы к нему, это он сделал так, что вы сегодня это увидели. Я не знаю как. Это необъяснимо! Я отдала все свои силы, чтобы эта медаль сейчас висела на моей шее, да еще и с таким результатом. Это просто сказка.

Открыть видео

— Вас Сергей Бубка награждал. Что сказал?

— Что я молодец. Стивен Хольм тоже сказал, что я молодец. И Коу проходил рядом, присоединился к ним. В целом… Мерси боку (смеется).

— Что дальше, Мария?

— А вам Анжелика не говорила о проблеме? 21 августа этап «Бриллиантовой лиги» в Юджине (США), а виз у нас нет. И мы не знаем, как их сделать. Вот, может быть, кто-то поможет? Не хотелось бы пропускать эти этапы, все-таки столько сил потрачено и хочется показать красивые прыжки. Сезон завершать еще рано, он, можно сказать, только начинается, впереди много всего.

Читайте также: