Футбол

«После инфаркта объехал 45 стран». Интервью ростовского футболиста, ставшего фанатом ЦСКА (он же — первый тренер Уткина из «Краснодара»)

«После инфаркта объехал 45 стран». Интервью ростовского футболиста, ставшего фанатом ЦСКА (он же — первый тренер Уткина из «Краснодара»)
Виталий Тасенко / Фото: © Facebook Виталия Тасенко
Денис Романцов поговорил с Виталием Тасенко.
  • За несколько лет тренерской работы Тасенко воспитал футболистов, играющих теперь во всех профессиональных лигах России. Главный из них — Даниил Уткин, выходящий в стартовом составе «Краснодара» в Лиге чемпионов
  • Сам Виталий в 19 лет мог завязать с футболом и стать инвалидом, но через три года попал в ЦСКА
  • Подружившись с фанатами, Тасенко стал ездить за армейскими командами по всей России и Европе

Из этого интервью вы узнаете:

«ЦСКА хотел взять Уткина в межсезонье»

— С какими эмоциями сейчас смотрите матчи Уткина?

— Сначала сильно переживал. Сейчас — поспокойнее. Все-таки у него уже больше пятидесяти матчей за «Краснодар».

— Как он к вам попал?

— Даня в шесть лет вообще ничего не умел. Его родители про футбол и не знали. Но их сосед хотел отдать сына в школу СКА и подговорил Уткиных, чтоб они своего тоже отдали, — и было удобнее ездить из Аксая в Ростов (там километров двадцать). В итоге Даня выстрелил, а второй парень во взрослый футбол не пробился и сейчас детским тренером работает.

— Когда Уткин прибавил?

— Три-четыре месяца я его потренировал, и он стал выделяться. Как губка впитывал все, чему я учил, и постепенно прогрессировал. А вот младший брат Уткина (2006 года) так сильно не развился. Пока — средний игрок.

— Как Даня уходил в «Краснодар»?

— В школе СКА полей не было. Все — на платной основе. Сначала родители увели Даню в академию Виктора Понедельника, но он сам оттуда ушел, а в одиннадцать лет уехал в «Краснодар», только что образовавшийся. Мы поддерживаем отношения, я езжу на его матчи (он дает мне вип-билеты). Жаль, что сейчас они неудачно играют в Лиге чемпионов. Но ему главное — опыт получить.

Его, кстати, ЦСКА хотел взять в межсезонье. Он, как и Шапи, был недоволен тем, сколько времени получал на поле, но сейчас вроде и тот и другой в стартовом составе.

— Сколько вы проработали тренером?

— Четыре года. В школе СКА — никаких условий. Полгода раскачиваешь игроков, они бесплатно уходят, и заново создаешь команду. Тем более я работал с шести-семилетними. Их всему надо учить с азов. Это сложно. Но и за несколько лет мне многое удалось. Еще семь-восемь моих воспитанников играет в ФНЛ и во второй лиге. Например, Сергей Киряков в «Акроне». Валеру Манько ко мне возили аж из Волгодонска (170 км от Ростова). Его тоже забирали в «Краснодар», а сейчас он в «Коломне».

В общем, не зря тренировал. В свое время футбол спас меня от улицы, а потом и я помог с этим многим детям.

— Как футбол спас вас?

— В рабочем районе, где я жил, пятьдесят процентов поумирало: наркомания, алкоголь, тюрьмы. Но рядом с моим двором благодаря химзаводу было хорошее поле, где я тренировался три раза в неделю. Потом попал в ростовский спортинтернат, уехал в Ставрополь, вернулся, играл во второй лиге за «Источник» и СКА. Короче, с утра до вечера был занят футболом.

— При этом — совмещали игры с фанатскими выездами?

— Первые выезды за СКА пробил с друзьями-фанатами в семнадцать лет — в Волгоград и Невинномысск. А потом попал в профессиональную команду и стало не до выездов. Когда наигрался, опять начал ездить — за СКА, ЦСКА и «Партизан». Правда, игровую карьеру мог закончить на десять лет раньше.

— Почему?

— Из-за артроза колена почти год не играл. На мое лечение в Москве пожалели денег, а в Ростове поставили неправильный диагноз. Доктор сказал: «Не то что бегать — ходить не будешь». В итоге в футбол меня вернул врач гандбольного «Источника». С девятнадцати лет я играл в наколенниках.

«Пацаны долго думали, что я хоккеист»

— Как после этого очутились в ЦСКА Садырина?

— Меня и раньше звали в высшую лигу («Динамо», «Сельмаш», «Черноморец»), но играя за СКА, я числился в армии и не мог никуда деться. Отслужив, ушел в никуда. После двух бедственных лет без зарплат и премиальных, на одном только солдатской пайке, месяц отдыхал от футбола. Но позвонил ростовский тренер Тумасян: «Поедешь в ЦСКА?» — «Подумаю». Приехал, потренировался, сыграл один матч и подписал пятилетний контракт. ЦСКА купил меня за пятьдесят тысяч долларов.

— Что удивило в новом клубе?

— На моей первой тренировке Садырин просто обрывал подорожники. Тренировали помощники — Костылев с Комаровым. В столовой базы столы были с двух сторон — для футболистов и хоккеистов. С футболистами места не было, и меня посадили с другой стороны. Поэтому пацаны долго думали, что я хоккеист.

— Чем хоккеисты поразили?

— Одному длинному молодому парню не хватало веса, и он наворачивал макароны с протеином. Ел-ел и оставался худым. Я смотрел и не верил. У меня-то другая проблема. Съем тарелку — и плюс пять килограмм.

— Почему в основе дебютировали только осенью?

— Подписав контракт, я сдулся на месяца на три, но ЦСКА в 1997-м играл не очень, и к осени запасные начали обыгрывать на тренировках основу. Меня и стали подпускать. Я провел за ЦСКА пять матчей — три победы, две ничьих.

— Какой матч для вас самый удачный?

— Наверно, с «Локомотивом» — 3:1. Садырин перед игрой велел мне закрыть Джанашию. Он, правда, забил, но в остальном я с ним справился. В одном моменте хлопнул его по ноге — ему понравилось. Еще я стукнулся с железным Дроздовым, получил желтую и с травмой доиграл матч. Задачу Садырина выполнил. Ее он сформулировал просто: не привезти сзади и бить вперед на Вову Кулика.

— Как осваивались в Москве?

— Сначала было тяжко. Тосковал по дому — впервые прожил полгода вне Ростова. С дублером игроки основы особо не общались, поэтому я дружил с фанатами ЦСКА, которых знал по выездам за СКА, и молодыми игроками — Андрюхой Цаплиным и вратарем Серегой Армишевым, земляками Садырина. Еще с Савельевым, Агеевым, Седуновым. Мы жили рядом, на Соколе.

Помню, просидели у Армишева всю ночь, а с утра — выезд в Коломну с дублем. Победили 4:3, я удачно сыграл, и тренеры дубль Березин с Комаровым порекомендовали меня Костылеву. Меня и подтянули в основу.

— Савельев рассказывал мне про тренера Вячеслава Комарова: «Потрясающий мужик. К сожалению, разбился в автокатастрофе. Выжил, но прикован к постели». Чем он вам запомнился?

— Рыбалку любил. Постоянно ходил на речку в Архангельском. И он, и Березин — хорошие тренеры. У того тоже тяжелая судьба. В двадцать семь ударился головой в манеже (трепанация черепа, месяцы в коме). Годы спустя мы встретились с Березиным на турнире в Сочи, но потом я упустил его из виду.

— Во что вылилась дружба с фанатами ЦСКА?

— Зимой, когда сезон закончился, сходил от скуки на пару махачей. На хоккее в Сокольниках. Правда, там особой драки не вышло. Потом встречал с фанатами 1998 год.

— Зачем 22-летнему игроку высшей лиги идти на фанатский махач?

— Да я в Ростове часто участвовал в драках — двор на двор, школа на школу. Это было в крови. К тому же в девяностые драки были перед каждым матчем. Помню, в 1992-м мы с фанатами СКА накрывали «мясо» на вокзале и потом по городу.

— Чем Семак запомнился?

— Очень духовитый, бодряковый. Во что бы мы ни играли в Архангельском, везде его команда побеждала. С его старшим братом я играл за «Кубань» в 1998-м, а с младшим — на фан-турнире 2005 года.

Еще в ЦСКА-1997 выделялся Серый Шустиков. Ты и его не обведешь, и мяч у него не отберешь. Я редко встречал таких игроков.

— Как себя проявляли руководители клуба?

— После моей первой игры, 1:1 в Калининграде, объявили: «Кто заснет в самолете — штраф». Намекали, что кто-то гулял всю ночь. Улетали-то утром. После 0:3 от «Тюмени» начальство устроило команде разнос на базе: обвиняли в сдаче.

— Тот матч стал последним в карьере Сергея Мамчура. Общались с ним?

— С Серегой-то — конечно. Перед новым 1998 годом он просил привезти ему рыбу из Ростова. Я передал ему пару лещей через общего знакомого, а тому сказали: «Серый сегодня умер». 28-го или 29-го декабря на его похоронах встретил старых фанатов ЦСКА. Потом поехали ко мне — помянули.

— Почему провели в ЦСКА только год?

— Начались новые сборы, а они мне как-то не удавались. Еще и конкуренция — пришли Варламов с Корнауховым. Потом ростовские тренеры позвали в «Кубань», и я поехал в аренду.

«В мой номер вошла полиция. Меня в наручники — и в полицию»

— Закончили в тридцать?

— Да, сказались травмы. Тренировать детей было интереснее. Вместе со своими воспитанниками играл против взрослых пацанов — так они быстрее прогрессировали. Потом начал ездить на матчи ЦСКА. Один раз привез детей на турнир в Казани и сходил на баскетбол УНИКС — ЦСКА. Пробивал двойники, объездил весь Северный Кавказ. Только в Краснодар раз двадцать ездил на футбольные и баскетбольные матчи ЦСКА.

— На Кавказе попадали в переделки?

— Напряженная ситуация возникла только во Владикавказе, где ЦСКА в феврале 2007-го принимал «Маккаби». Местные ребята ходили по фанатскому сектору — наезжали, отбирали что-то. У кого-то фотоаппарат, у нас — баннер. А милиция ничего не делала. Еще когда в Грозном играли с Тулой, молодых фанатов чуть ли не раздели при обыске. Но в остальном у нас, ростовских парней, с кавказцами проблем не было — мы всегда могли договориться.

— А с полицией?

— На фанатском турнире в Питере одного нашего забрали (он хулиганил больше всех), и мы, тридцать человек, пришли за ним в участок. Вступились, и его выпустили. Еще был случай в Донецке, когда ЦСКА Зико играл с «Шахтером» в Кубке УЕФА. Перед стадионом милиция устроила давку. Было много ребят из Ростова, и один из них заметил парня в желто-синем шарфе. Закричал: «Сельмаши!». И началась драка. А тот парень, оказалось, был в шарфе «Металлиста».

— Еще вы объехали всю Европу?

— Сорок пять стран. Несколько зим жил на Канарских островах. Там лучше климат, питание, экология. Стал кататься после того, как перенес инфаркт в матче ветеранов в Таганроге. Было жарко, я толком не размялся и после десяти минут плохо себя почувствовал. Отошел попить водичку. Чувствую, мне все хуже и хуже. Хорошо, скорая быстро приехала. Успели откачать. Пока везли в больницу, шесть раз вкололи морфий. В сердце поставили два стента, так что даже с ветеранским футболом завязал. Только в Испании поиграл.

— С кем?

— Да с детьми. Там как в Советском Союзе — когда ни выйдешь во двор, всегда детвора бегает с мячом. И такое вытворяют! Спрашиваешь: «А ты где играешь?» — «Да нигде. Во дворе со старшими». А у нас и в лучших академиях таких талантов нет.

— Где поддерживали «Партизан»?

— В Донецке, Белграде и на баскетболе в Краснодаре. Один мой друг приехал из сербского Кралево на велосипеде. Пробил тройник Стамбул — Москва — Краснодар. Его передавали по фанатской линии, и я встретил его в Ростове. Миодраг Божович оплатил ему проживание в «Интуристе», а я повез его на мопеде на Левый берег Дона и накормил шашлыками. Назавтра проводил в Краснодар. Он двинулся на велосипеде, а я потом приехал туда на электричке. Сходили вместе на баскетбол.

— Что потом?

— Махнули в Тбилиси. Я на попутке, а он все так же на велосипеде. В Чечне его встретили — повели в ресторан. В Ростове бесплатно починили велосипед. А в Грузии он заблудился, и сел в такси. Его возили часа три, и он потом жаловался: «Мафия! Мафия!». Я успокоил: «Если б была мафия, ты б вообще не доехал». Он был с сербским флагом, и в тбилисском метро к нему пристали: «Русский! Вы нас обстреливали. Путин плохой». Но сейчас в Грузии поспокойнее — я там часто бываю.

Кстати, на следующий год тот серб доехал на велосипеде до Японии.

— Какие приключения пережили в Европе?

— Как выпьешь — всегда приключения. После инфаркта советовали больше ходить пешком, поэтому я приезжал куда-то, брал карту и нагуливал десять километров. Через два дня двигался в новый город. Однажды в Вене нашел чей-то айфон, не смог включить и решил: дождусь русскую сотрудницу отеля и узнаю, что делать. Через час в мой номер вошла полиция. Меня в наручники — и в участок. Устроили допрос. Но я в Ростове вырос, меня этим не испугаешь. Открыто сказал: «Если б я его украл, вы б не нашли ни телефон, ни меня». Быстро отпустили.

Потом пошел на «Аустрию» — «Зенит», и русская женщина продала мне билет на десять евро дешевле номинала. В Лиссабоне ходил на «Спортинг» — «Марибор». В Амстердаме — на «Аякс» — «Гронинген»… Много куда. Чтоб не заснуть, размещался поближе к фанатам.

— Как заработали на свой евротур?

— Сдавал две квартиры — за счет этого и путешествовал.

— Много новых знакомых приобрели?

— Да, я ж в итоге выучил испанский и итальянский. В миланской гостинице познакомился с фанатами «Лацио»: «Ты за ЦСКА? Против «Ромы»? Мы тоже. Сдавай билет, пойдем на фанатку». В итоге поднялись на пятый этаж «Сан-Сиро». Поле особо не видно, но атмосфера понравилась.

Путешествовать люблю больше, чем ходить каждый день на работу. Тем более мне нервничать нельзя. Правда, сейчас за границу особо не съездишь, так что живу в Ростове. На Дону хороший клев. Лишь бы здоровье не беспокоило. 

***

В воскресенье ЦСКА сыграет с «Ростовом», покажет «МАТЧ ПРЕМЬЕР». Начало трансляции —  в 15:55 по Москве. 

ЦСКА — Ростов. Тинькофф Российская Премьер-лига. Тур 14

Читайте также: