Олимпиада — не время для экспериментов. Почему «Список Шиндлера» Коляды не будут сравнивать с Липницкой

Разбираемся, насколько хороша идея новой произвольной программы Михаилы Коляды.

Пару дней назад перестал быть интригой один из самых интересных выборов следующего сезона — что придет на смену, возможно, лучшей программе в карьере Михаила Коляды «Белый ворон». Елена Вайцеховская в своей статье упомянула «Список Шиндлера» как тему новой произвольной Коляды, а Алексей Мишин в личной беседе мне эту новость подтвердил.

И сразу поднялась волна обсуждения выбора и, преимущественно, его осуждения в среде болельщиков. Мол, надоело, избито, не ново, опять «Золотой диск Фигурного катания». Мол, такой артист, как Коляда, заслуживает уникальной музыки и чего-то, что не катал еще никто и никогда.

С последним, конечно, трудно не согласиться. Бывают фигуристы такого масштаба актерского и пластического таланта, что им по силам выступать под ноктюрн флейты водосточных труб из воображения поэта Маяковского, мантры тибетских монахов и аранжированные соловьиные трели. На мой взгляд, Михаил Коляда — как раз такой фигурист. Только совершенно непонятно, почему он должен пожертвовать своей возможной олимпийской медалью во имя того, что исключительно одарен от природы — крайне редко попытки удивить всех в такой ситуации приводят к ожидаемому победоносному эффекту.

Постановщик программы Коляды Никита Михайлов подтверждает, что олимпийская программа — не лучший повод для экспериментов и новаторства в выборе музыки.

Давайте вспомним опыт тех, кто в относительно недавнем прошлом брался за музыкальные эксперименты в олимпийский сезон. Оксана Домнина и Максим Шабалин с оригинальным танцем на тему австралийских аборигенов в Ванкувере потеряли небольшое преимущество, завоеванное в обязательном танце, и выбраться из тупика в произвольном уже не смогли, проиграв и его. Неизвестно теперь, как бы распределились результаты, сделай танцоры вместе с тренером Натальей Линичук другой выбор, но те «аборигены» трепали паре нервы на протяжении всего сезона — у судей были вопросы к костюмам, а представители коренных народов Австралии даже писали письма с требованием не допустить танцоров до Олимпиады. Оксана и Максим стали бронзовыми призерами, пропустив вперед две юные пары Вертью — Моир и Дэвис — Уайт, которые до Игр не имели даже титула чемпионов мира.

Екатерина Боброва и Дмитрий Соловьев для Олимпиады-2014 готовили необычный произвольный танец «Птицы» на музыку Дмитрия Маликова. Общественность разделилась во мнениях сразу после прокатов — одни говорили, что это гениально, другие — что мир не знает Маликова как композитора, а сама идея танца слишком авангардна и сложна для понимания. До, собственно, Олимпиады танец не дожил — его меняли всю первую половину сезона вместе с костюмами и музыкой, а в итоге Екатерине и Дмитрию пришлось пропустить чемпионат Европы, чтобы вернуться к прошлогодней программе. На Играх в Сочи в личном турнире Боброва — Соловьев стали пятыми, хотя номинально были первым номером сборной России. Есть версия, что проиграли они прежде всего музыкой — ни Маликов, ни новая «старая» программа не могли соперничать с «Лебединым озером» Чайковского, под которого катались Елена Ильиных и Никита Кацалапов.

Наконец, Евгения Медведева и ее программа «Январские звезды» (компиляция музыки Джорджа Уинстона, Людовико Эйнауди и Макса Рихтера), которую изначально готовили к Олимпийским Играм в Пхенчхане. После первого же турнира в Братиславе ту хрустально тонкую программу заменили на более понятную и узнаваемую всеми историю «Анны Карениной» под голливудский саундтрек. Серебро на Олимпиаде-2018, которое в данной ситуации можно было приравнять к личному поражению, случилось, конечно, не только и не столько из-за «Карениной». Просто метания с программой и изначальная ставка команды на штучность и оригинальность, а не на вариант наверняка, добавили проблем Жене в и без того сложном сезоне.

Словом, требуя от спортсменов непременно уникальности и чего-то неповторимого в выборе темы для олимпийских программ, мы как бы предлагаем им отправиться на главную битву своей жизни, вооружившись волшебной палочкой и плащом-невидимкой. Олимпиада — не добрая сказка, и там действуют совсем другие законы.

Забавно, что оценивать прямо сейчас мы можем даже не полуфабрикат программы, потому что непосвященные её ещё не видели, а саму идею — годится ли в принципе музыка к фильму «Список Шиндлера» для олимпийской истории Михаила Коляды.

У меня вот нет никаких сомнений, что годится. Музыка красивая, проникновенная, разнообразная — можно соединить несколько разноплановых фрагментов воедино. Музыка проверена временем и одобрена жюри премии «Оскар» — ее композитор Джон Уильямс получил золотую статуэтку за лучший саундтрек. Наконец, музыка имеет под собой прочный фундамент либретто сценария фильма. Мы все хорошо понимаем, что такое война, что такое геноцид, что такое Освенцим. Мы знаем, что Оскар Шиндлер, об истории которого и снят художественный фильм, за годы войны спас тысячи евреев, рискуя собственной жизнью. Мы знаем и помним, а Михаил Коляда обладает достаточной исполнительской деликатностью, чтобы рассказать эту историю по-своему.

Никита Михайлов считает, что параллелей с программой, например, Юлии Липницкой, сделавшей ее мировой суперзвездой за четыре минуты сочинского проката, быть не должно. А другие сравнения не дадут повода усомниться в том, что у Коляды получится свой, особенный «Список Шиндлера»:

Это ведь только болельщики со стажем в массе своей успели посмотреть примерно сто интерпретаций «Списка Шиндлера» на льду, а отдельно взятый Коляда возьмётся за него впервые в жизни. Давайте просто подождем и посмотрим, что у него получится.

Читайте также:

• Туктамышева, Валиева и Косторная в «группе смерти» в Канаде. Разбираем распределение фигуристов в серии Гран-при
• «Уверена, для Трусовой пять четверных возможны. Рано или поздно она к этому придет». Балетный педагог о работе с «русской ракетой»
• «Как-то на прокаты Москвина привезла пищащую резиновую курицу и подбадривала ребят». Интервью Артура Минчука