«Был дискомфорт, но не страх». Главный врач сборной — о работе с фигуристами, борьбе с коронавирусом и допингом

Благодарность от выздоровевших пациентов с COVID 19, звонки от фигуристов в любое время дня и ночи и другой позитивный адреналин.

Главный врач сборной России по фигурному катанию Александр Озеров — человек, которому полностью доверяют свое здоровье. Он вместе с коллегами участвует в тренировочном процессе, регулярно обследует фигуристов и всегда рядом с ними на соревнованиях. Спортивная медицина — особая отрасль, которая остается для зрителя в тени на фоне красивого катания. Озеров уже шесть лет заведует этим процессом, а на время карантина он добровольно переквалифицировался: работал в больнице с пациентами, зараженными коронавирусом.

Читайте в материале:

https://www.instagram.com/p/B89Qb28Jbsk/

«Во время проката врачи сборной стоят неподалеку от тренеров и следят за каждым движением фигуриста»

— Расскажите о выборе своей замечательной профессии.

— Я еще в детстве понял, что мне интересен мир медицины, помощь людям, борьба за их здоровье. В школе с особым энтузиазмом изучал биологию и твердо решил, что стану врачом. Поступил в Саратовский военно-медицинский институт на специальность «Лечебное дело», затем окончил интернатуру по терапии. После выпуска два года служил врачом в спецназе.

С 2010 года работаю в Центре спортивной медицины Федерального медико-биологического агентства России (осуществляет комплексное многопрофильное медицинское сопровождение всех спортсменов сборной России. — «Матч ТВ»). Сначала трудился в юниорской сборной по шорт-треку, через полгода перешел в основной состав, а спустя год возглавил медико-биологическую службу Союза конькобежцев России. После Олимпиады в Сочи меня пригласили возглавить команду врачей, работающих со сборной по фигурному катанию. Это совершенно другая сфера с точки зрения медицины, смесь спорта и искусства.

— В чем ваша функция как главного врача сборной?

— Я занимаюсь организационными вопросами: диспансеризация и сезонная вакцинация спортсменов, медицинские допуски на турниры, годовые заявки на получение врачами лекарств и биологически-активных добавок для выдачи спортсменам, антидопинговые мероприятия и т. д. В команде Центра 16 врачей, 12 массажистов и два психолога. Все они настоящие профессионалы, фанаты своей работы. Медперсонал присутствует на тренировках членов сборной и на турнирах, где они выступают. Я координирую эту работу и индивидуально консультирую фигуристов.

— С какими вопросами фигуристы чаще всего обращаются?

— Врач по спортивной медицине — специальность мультидисциплинарная. Мы не только помогаем спортсменам правильно восстанавливаться, но и лечим разные заболевания, травмы, консультируем ребят по широкому спектру вопросов — в том числе насчет рациона питания, использования медицинских препаратов. У нас с фигуристами договоренность: по любым вопросам они могут звонить мне и моим коллегам в любое время дня и ночи.

Фото: © Личный архив Александра Озерова

— Как вы проверяете фигуриста, прежде чем дать ему медицинский допуск на соревнования?

— Все спортсмены дважды в год обязательно проходят диспансеризацию на базе клиник ФМБА России. Кроме стандартных лабораторных анализов крови и мочи их обследуют методами ЭКГ, УЗИ органов брюшной полости и сердца, проводят функциональное нагрузочное тестирование. Также ребят осматривают специалисты самых разных направлений: травматологи, дерматологи, стоматологи, кардиологи и др. Если здоровье спортсмена в порядке, ему выдают допуск на шесть месяцев. Тогда можно идти на тренировки и заявляться на турниры.

— Где вы находитесь во время выступлений фигуристов на соревнованиях, до и после?

— Обычно первые официальные тренировки начинаются рано утром. Медицинские специалисты, сопровождающие команду (врач, массажист, психолог), прибывают на каток за полчаса. Когда спортсмены на льду, мы дежурим у бортика, а кто-то из коллег по возможности следит за разминкой в спортзале. Во время прокатов врачи сборной стоят неподалеку от тренеров и следят за каждым движением фигуриста. Мы должны непосредственно видеть, что происходит на льду. Если вдруг что-то случается, важно понимать обстоятельства, а не тратить время на расспросы и делать выводы со слов. Главное — оперативно, без лишнего привлечения внимания оказать помощь.

По завершении турнира сотрудники антидопинговых служб могут отобрать некоторых спортсменов для взятия допинг-пробы. Как правило, это фигуристы, занявшие призовые места. Поэтому ни один фигурист не покидает ледовую арену без разрешения врача. Мы сопровождаем ребят во время взятия проб, помогаем им заполнять протоколы, следим за соблюдением правил допинг-офицерами. Они в свою очередь контролируют нас. Только после сдачи всех нужных тестов и получения документов рабочий день врача на ледовой арене закончен.

— Какой у вас график в межсезонье?

— Сразу после возвращения домой с чемпионата мира у врачей сборной есть время для отпуска. Тогда же начинается подготовка к новому сезону: мы планируем и проводим углубленное медицинское обследование спортсменов. Это важно сделать заранее, ибо без допуска ребята не могут приступить к тренировкам.

В этот же период стартует индивидуальная подготовка фигуристов, ставятся новые программы. Мы, как я уже сказал, присутствуем на тренировках. В основном я приезжаю на разные площадки, контролирую и помогаю коллегам, хотя у меня есть катки, к которым я официально прикреплён. Вообще работа спортивного врача нелегкая, но безумно интересная и благодарная. У меня в течение сезона такой позитивный адреналин!

Фото: © Личный архив Александра Озерова

— Некоторые наши фигуристы возят на турниры своих питомцев. Приходится ли им тоже помогать?

— Нет, за животных полностью отвечают хозяева: спортсмены или их родители.

— Специально для некоторых паникеров хочется озвучить мнение эксперта: домашние животные ведь не могут заразить людей COVID 19?

— Вирус передается человеку через определенный вид живых существ. По мнению ряда экспертов, летучие мыши являются переносчиками коронавируса. А домашние животные — кошки, собаки, попугаи, черепахи и т. д. — не представляют опасности. Что касается людей, которые начали выбрасывать своих питомцев на фоне пандемии, я вообще не понимаю, как можно так поступить с членом семьи!

«Рисовали на своих костюмах смайлики, «рожицы», солнышки… и люди улыбались»

— Как вы решились на участие в борьбе с коронавирусом?

— С самого начала разгула инфекции в Китае мы с коллегами следили за ситуацией и понимали, что рано или поздно вирус затронет нашу страну. Видели, что банальная нехватка специалистов из сферы здравоохранения в ряде стран была одной из ключевых проблем. Руководитель Центра спортивной медицины ФМБА России Андрей Владимирович Жолинский предложил спортивным врачам оказать помощь. Многие согласились, в том числе Леван Георгиевич Циклаури — мой коллега из федерации фигурного катания на коньках (личный врач фигуристов группы И. Жук и А. Свинина. — «Матч ТВ»), врачи из сборных по футболу, гандболу, волейболу и дзюдо. После согласования с руководителем ФМБА России Вероникой Игоревной Скворцовой мы отправились в федеральные центры.

— Не страшно ли было окунаться в незнакомую сферу? Все-таки вирусология — другая область медицины.

— Коронавирусная инфекция — новое явление для врачей всего мира. Никто раньше с ней не сталкивался, и не было достоверно эффективных алгоритмов борьбы. Именно это вызывало дискомфорт, но, говоря о страхе, — нет. Ведь со мной рядом трудились профессионалы из ФМБЦ им. А. И. Бурназяна и коллеги из Центра спортивной медицины. Что касается организационных моментов: прежде чем нас допустили до работы в отделении, мы прошли обучение и по особенностям ведения «ковидных» пациентов, и по технике безопасности. Кстати, методы, используемые в спортивной медицине, пригодились и в борьбе с COVID 19. Из учебно-тренировочного центра сборной команды России «Новогорск» привезли две барокамеры (аппараты для проведения гипербарической оксигенации — метод насыщения организма пациента кислородом путем вдыхания его под высоким давлением. — «Матч ТВ»).

https://www.instagram.com/p/B_r3Ku4JPl3/

— Расскажите об атмосфере там — на периферии борьбы с мировой угрозой.

— К нам в отделение поступали пациенты разных возрастов. В основном пожилые люди с широким диапазоном сопутствующих хронических заболеваний, которые усугубляли течение инфекции. Многие больные были подавлены: винили себя, что пренебрегали принципами социального дистанцирования и элементарными правилами гигиены.

Нам помогали коллеги-психологи из Центра спортивной медицины. Знаете, их вклад трудно переоценить. Ведь они не только успокаивали самих пациентов, но и помогали медперсоналу, взяв на себя общение с родственниками больных. Было дискомфортно от душных комбинезонов и пластиковых очков, которые постоянно давили и потели. Мы придумали способ: протереть очки средствами для мытья посуды и затем насухо вытереть бумажными салфетками. Так пластик дольше оставался прозрачным. Постепенно мы привыкли к бытовым трудностям. Старались и поднять настроение пациентам: рисовали на своих костюмах смайлики, «рожицы», солнышки и т. п. Каждый день что-то новое, и люди улыбались, говорили, что это помогает им различать врачей быстрее, чем чтение надписей на комбинезонах.

— Какие у вас были условия работы?

— Смены по 8-12 часов, иногда дольше. Бывали и суточные дежурства с перерывами по 3-4 часа на душ, туалет, прием воды и пищи. Да, порой приходилось задерживаться сверх нормы, но медицина — не та сфера, где всегда можно уйти по расписанию и что-то отложить на потом. Ты останешься на любой срок — до тех пор, пока состояние человека не стабилизуется. Весь медперсонал жил в полной изоляции, в гостинице. Утром нас на микроавтобусе подвозили к больнице. Там мы надевали экипировку и в 8.30 заходили в отделение. После работы нас везли обратно. Дважды в неделю у всех брали мазки на наличие коронавирусной инфекции. Благодаря таким мерам индивидуальной защиты ни один из врачей, работавших в отделении, не заразился.

— Что вы чувствовали, когда люди выписывались из больницы здоровыми?

— Люди приходили попрощаться, сказать слова благодарности, некоторые — со слезами на глазах. Кое-какие пациенты позже разыскивали меня в социальных сетях: писали либо лично, либо через тренеров и спортсменов. Как раз недавно Петр Дурнев (тренер в группе А. В. Жулина. — «Матч ТВ») прислал скриншот сообщения от дочери моей пациентки: девушка передавала благодарность, ибо напрямую не нашла мой аккаунт. Сказать, что мне было приятно, — это ничего не сказать. Ежедневно я получал массу звонков и сообщений от друзей, знакомых, ребят из сборной, от тренеров. Я искренне благодарен всем за поддержку! Когда ты выходишь со смены уставший, эти эмоции — как лучик света. Все-таки фигурное катание — одна большая семья, и я счастлив быть ее частью.

Фото: © Личный архив Александра Озерова

«Даже в безобидных, на первый взгляд, витаминах могут содержаться вещества, запрещенные к применению в спорте»

— Нынешний карантинный простой вытеснил у фигуристов нормальный отпуск. Ведь потом у них не будет времени сменить обстановку и расслабиться. Как сохранить голову и спортивную форму в таких условиях?

— Сама ситуация экстраординарная и требует строгого соблюдения всех рекомендаций. Мне искренне хочется верить, что в ближайшем будущем мы сможем вернуться к привычному ритму жизни. Ребятам я советую поддерживать форму дома, выполнять упражнения на полу и тренажерах, следить за своим питанием и весом. Все тренеры в постоянном контакте со своими подопечными, никто не брошен. У тех, кто хочет добиться успехов в спорте, энтузиазм победит желание отдохнуть на море. И они ринутся в бой, как только катки откроют.

— Вы, как врач, считаете, успеют ли наши фигуристы подготовиться к началу нового сезона за укороченный срок?

— Наши ребята сильные, они всё смогут! Дома во время карантина организм успел восстановиться после сезона, а энтузиазм и желание поскорее вернуться к тренировкам — увеличились. Спортсмены плотно общаются с врачами, и мы, пусть дистанционно, следим за их здоровьем. В ФМБА наготове организационные моменты по всем обследованиям и медосмотрам.

Фото: © Личный архив Александра Озерова

— Сейчас актуальна тема обнуления разных сфер деятельности. Как думаете, повлияет ли обнуление спорта на отмену обвинений российских спортсменов в допинге? Ведь независимо от того, когда состоится ближайшая зимняя Олимпиада, мы до сих пор не знаем, в каком статусе наши фигуристы будут в ней участвовать.

— Я не берусь прогнозировать юридические и политические решения, скажу лишь о зоне ответственности своей и спортсменов. Все наши ребята — сознательные люди, которые соблюдают антидопинговые правила, регулярно и успешно проходят многочисленные тестирования. Они предоставляют и обновляют свою информацию в системе ADAMS (online-программа для сбора и хранения данных о спортсменах: местонахождение, пройденные допинг-тесты и их результаты. — «Матч ТВ»).

Мы проводим для фигуристов и тренеров обучение по антидопинговой теме. Ни один спортсмен не принимает лекарства и не выполняет процедур (в том числе косметологических) без предварительного согласования с врачом команды. Образно говоря, сидя в кресле у стоматолога, фигурист звонит спросить разрешения на использование анестезии, того или иного препарата. Ведь даже в безобидных, на первый взгляд, витаминах могут содержаться вещества, запрещенные к применению в спорте. Поэтому мы — врачи федерации — подробно изучаем состав каждого препарата, каждой биодобавки, прежде чем фигурист будет ее принимать. Все мы — и спортсмены, и тренеры, и медицинский персонал — за принцип здоровой конкуренции.

Читайте также: