Суперэксклюзив! Ирина Винер-Усманова в прямом эфире «Матч ТВ» разобрала судейский скандал ОИ-2020 в художественной гимнастике
Продолжаем тему судейских ошибок на Олимпийских играх.
- Генеральный продюсер «Матч ТВ» Тина Канделаки пообщалась с президентом Всероссийской федерации художественной гимнастики и главным тренером сборной России Ириной Винер-Усмановой
- Тема разговора: скандал в художественной гимнастике на Олимпийских играх в Токио-2020
- Напомним, российская гимнастка Дина Аверина заняла второе место, уступив золото израильтянке Линой Ашрам
- В финальном выступлении израильтянка уронила ленту, но судьи не стали занижать ей оценку и оставили впереди Авериной
- В интервью вы узнаете мнение Ирины Винер-Усмановой, Тины Канделаки и судьи Марины Николаевой.
Полная запись интервью:
Ирина Винер-Усманова:
— Мне трудно придумать название этому. Я на своем веку не видела такого соревнования, где выставлялись оценки 6 минут, когда решалась судьба золотой медали. Было поразительно, что девушки ждали решения, кто чемпион. Не по оценке, а по решению. Наверное, если бы там были зрители, то это был бы второй вариант Алексея Немова, когда 12 минут зрители не давали возможность возобновить соревнования. После соревнования волонтеры-японцы скандировали «Спасибо! Спасибо!». Все, в том числе журналисты, были в таком напряжении и тут разразилась буря. Судьба сложилась так, что две гимнастки, претендующие на победу, выступали последними: сначала Линой, потом Дина. Они обе выступили очень хорошо, и первая, и вторая, допустим. Хотя 5 лет Дина доминировала, трехкратная абсолютная чемпионка мира. И вдруг вот такое решение, Линой никогда не была первой в многоборье.
Марина Николаева, судья по художественной гимнастике:
— Как проходит судейство?
— Каждое упражнение оценивается четырьмя группами судей. Две бригады оценивают трудность (трудность тела и трудность предмета), а две другие оценивают исполнение (артистическое и техническое).
— Как бы вы оценили выступления Дины Авериной и Линой Ашрам?
— Корректно и одинаково принимая правила по отношению к двум гимнасткам.
— Вы считаете, что в данном случае правила были неодинаково применены?
— Считаю, что некоторые аспекты можно оспорить.
Ирина Винер-Усманова:
— После завершения финала вы назвали это судейство позором. Сейчас что-то изменилось для вас?
— Я очень здорово всё просматривала, я увидела, что всё было понятно с самого начала, потому что эти соревнования на финале отличались от отбора на ступень. На ступени, допустим сегодня, были три балла, то завтра станет два. К Ашрам я не имею ничего, кроме приятного, она хорошая спортсменка, но не олимпийская чемпионка. Когда она выполнила упражнение с лентой, вместо того, чтобы поцеловать свой предмет, как она делала в предыдущих видах, она пошла плакать. Ашрам плакала на плече у тренера, так как сама понимала, что сделала такую ошибку, из-за которой не могла даже бронзу получить.
Она это понимала, тренер это понимал, все это понимали. Но судьи 6 минут решали, как сделать так, чтобы выиграла она.
— Можно ли опротестовать это решение?
— Уважаема Тина, понимаете, все дело в том, что есть слово «надоело». Я постаралась сделать так, чтобы каждое упражнение было спектаклем, чтобы они не были похожи друг на друга. Чтобы была хореография, которая у нас в России и Советском Союзе всегда была на высоте, и работа с предметами, которая всегда была на высоте у болгар. Я у них училась. Это сочетание дало именно те 20 лет, которые мы были чемпионами. Это очень тяжелый труд — сочетать красоту, грацию, чистоту движений и сложность. Нас всегда ругали за сложность. Мне рекомендовали убрать сложность у Кабаевой, заверяя, что на этом она не наберет дополнительных баллов.
Мы старались все это время держать планку, а сейчас взяли и все отрезали нам.
— Между индивидуальными выступлениями и групповыми кто из наших был ближе к золоту?
— Это Дина. Потому что она чище, хореографичнее.
На Играх в Лондоне была тяжелая команда, юниоров, я взяла их после трех лет проигрышей. Эти детки кричали гимн России, а потом одна из них сказала, что я — их вторая мама. А вторая оборвала ее, сказав, что я первая мама. Ради этого стоит жить. Дети знают, что у них самые лучшие врачи, диетологи, костюмы.
— Что вам сказала Дина Аверина? Она, наверное, вам сразу позвонила.
— Да я же все видела, что она будет звонить? Я же с ними сидела все время. Вы понимаете, мне неудобно выезжать на соревнования. Почему? Потому что если у каждого тренера есть одна гимнастка, у меня вот эти две гимнастки выступают и еще группа. В одном зале тренируется Дина, в другом — Арина, в третьем — групповое упражнение, а на четвертом — экране — идут соревнования.
Так получилось, что с течением времени я стала работать не меньше, а намного больше.
— Сейчас идет «холодная война», нас везде пытаются сделать даже не вторыми, а третьими-четвертыми. В начале нулевых, когда был скандал с Кабаевой, вы понимали, что это не случайности, а это война против российской художественной гимнастики.
— Конечно, я всегда понимала. Знала, что наш предыдущий президент Международной федерации художественной гимнастики Бруно Гранди очень не хотел, чтобы доминировала Россия. Всеми способами хотел это остановить.
— Вас знает весь мир художественной гимнастики. Вы ведь разговариваете с людьми, ответственными за подобные результаты?
— Я могу позвонить им, но не хочу, им нечего мне сказать. Они сейчас рассказывают всякие басни, что трудность должна быть выше. Говорить мне про трудность? Это смешно!
— А если выронил предмет, можно выиграть?
— Это вообще нонсенс. Это просто смешно. Девочка сама понимала, что выиграть не сможет.
— Не хотите вернуться за победой в следующий раз? Что Дина говорит?
— Понимаете, она — боец, железобетонная девочка. Они обе — ангелы. У меня были разные спортсменки, трудные. С ними (Авериными) тоже не было легко, от природы они не были так выразительны как Кабаева или Чащина. Они делали колоссальную сложность, но без души. Вложить в них душу, я с божьей помощью, все-таки смогла. И они стали девушками. И одна из них делает 6 симфонию Чайковского!
— Вы им разрешите уйти?
— Ни одна из них (сестер Авериных) после не сказала о том, чтобы уйти. Только Арина сказала про здоровье. У Дины тоже была травма, но она не чувствует проблем, работая со своим хирургом, проведя Олимпиаду на высочайшем уровне, сделав всё, что можно и невозможно.