«Когда становится грустно, включаю свой бронзовый забег». Ностальгическое интервью Ольги Граф

Ровно пять лет назад она открыла счет олимпийским медалям сборной России на Играх в Сочи.

Бронзовая медаль конькобежки Ольги Граф на дистанции 3000 метров стала первой в командной копилке сборной России на сочинской Олимпиаде. И оттого ценной вдвойне. И даже втройне, поскольку на «трешку» у женщин никто особо не рассчитывал: Граф, лучшая среди россиянок, по всем предварительным раскладам уступала фавориткам…

Стоит вспомнить, как это было.

Ольга бежала в десятой паре с американкой Джиллиэнн Рукард. Прошла дистанцию мощно, ровно, без ошибок, добавила на последних кругах и возглавила протокол. Ее результат — 4.03,47 секунды — стал новым рекордом России.

Самые именитые — немка Клаудия Пехштайн (олимпийская чемпионка-2002), чешка Мартина Сабликова (2010) и голландка Ирен Вюст (2006) — стартовали в следующих трех забегах. Пехштайн (11-я пара) дистанцию провалила, Сабликова (12-я) привезла Ольге полторы секунды, Вюст (13-я) добавила еще полторы. Зато победительница последней, 14-й пары, голландка Антуанетт де Йонг, и близко к результату Граф не подъехала.

Бронза — наша!

— Часто пересматриваете свой бронзовый забег?

— Не очень, но иногда даже какая-то внутренняя потребность возникает: подпитываюсь, когда немножко грустно. Плюс бывает полезно с чисто технической точки зрения оценить картинку, сравниться с собой нынешней: как ты бежала, когда была готова на сто процентов, что можно поправить по ходу тренировки?

— То есть ваш забег от 9 февраля 2014 года получился технически идеальным?

— Близким к идеальному, да. Это, конечно, уже история, но она настолько классная! Все так удивительно сложилось, знаете… Я была очень довольна жизнью в тот день: свеженькая, отдохнувшая, веселая. Вокруг неземная красота, солнце, море, горы, домашняя Олимпиада, стадион битком — и все здесь, рядом, все это наше, мое! Просто ошеломляющий праздник, честно. Прям петь хотелось! Я не то чтобы твердила себе: всех сейчас сделаю, всех порву, но на душе было очень хорошо. Готовность номер один.

— Как говорят в таких случаях: предчувствия ее не обманули. Отметите славную дату широким русским застольем?

— Не-е-е-ет, больших посиделок не будет, но к поздравлениям мы готовы. И забег обязательно пересмотрим. А мама у себя в Омске, знаю, — сто раз. Мои родители в таком восторге были в тот день, словами не передать! Я иногда думаю, что мне бежать было намного легче, чем им — переживать у экрана.

— Для родителей это норма.

— Да, знаю. Большое счастье, что есть такая связь.

— Сразу после награждения вы сказали, что исторической личностью себя пока не ощущаете. Но большое видится на расстоянии, поэтому признайтесь: осознали?

— Осознала, куда же деваться? Пять лет пролетели как один миг, кажется, что все было совсем недавно. Удивительно, что до сих пор встречаю совсем незнакомых людей, которые хотят сказать «спасибо», рассказывают, как они смотрели забег, как болели, как были счастливы. Это вот самые-самые приятные моменты.

— Вы же в Коломне живете, в самом конькобежном городе России. Вас там все знают.

— Наша Коломенка немножко разбалована коньками, здесь много крутых соревнований и знаменитых спортсменов. Но и в Омске так часто бывает, когда приезжаю домой, к родителям.

— Президент России поздравил вас с бронзовой медалью персональной телеграммой. Где сей артефакт хранится?

— Телеграмма сначала пришла в Союз конькобежцев России, а мне ее потом уже зачитали и вручили. Очень красивая! Дома есть такая специальная папочка, в которой ей нашлось почетное место.

— После Игр в Сочи вы купались в лучах славы, и жизненный график приходилось расписывать буквально поминутно. Сейчас наверняка живется поспокойнее. Вернуть бы те заботы, правда?

— Было, с одной стороны, здорово, а с другой — прям вот трудно. Шоу, интервью, разные выступления шли сплошной чередой, а нужно ведь еще и тренироваться, и восстанавливаться. В один прекрасный момент я поняла: все, Оля, это предел, ты сильно устала.

— На каждой из этих встреч наверняка звучал вопрос про ненароком расстегнутый комбинезон, и это раздражало. Правильно?

— Неправильно. Смешной случай, никакого негатива — ни в вопросах, ни в ответах. Я иногда думаю: хорошо, что вообще не сбросила тогда свой комбинезон. Могла же, правда! Там такая ткань, знаете, она как вторая кожа, ты ее как экипировку даже не воспринимаешь. Сейчас, между прочим, почти все расстегиваются после дистанции, когда встают из посадки… Ну вот, а потом интерес к этой сценке сошел на нет. Был да сплыл.

Знаете, что я сейчас думаю? Нужно было взять перерыв в спортивной работе и погрузиться в популяризацию своего вида спорта, пока ты всем интересна. В 2015 году я могла себе такое позволить без ущерба для карьеры. Но это я сейчас такая умная, а тогда считала, что на первом месте — коньки, на втором и третьем — тоже. Поэтому публичную жизнь пришлось, скажем так, оптимизировать. Сегодня все успеваю совмещать, да и график не такой бешеный, конечно. А вообще я люблю вот это все — телевидение, радио, вопросы, ответы…

— За минувшие пять лет что-нибудь более прекрасное, чем сочинские радости, вас настигало?

— Нет, что вы! Все тихо, ровненько, спокойно и замечательно. Живу в правильном спортивном режиме.

— Что в планах?

— Готовлюсь к чемпионату России, который пройдет в Челябинске в марте, это для меня главный старт сезона.

— А следующий сезон будет?

— Хотелось бы. Заканчивать пока не собираюсь. Летом я получила травму, какое-то время не тренировалась, но сейчас снова все в порядке: желание бегать не пропало, здоровье позволяет.

— Так, глядишь, и до 2022 года можно доехать.

— Сильно далеко я не загадываю, но почему бы и нет?

— А я думал, скажете: да ну что вы, это невозможно…

— Не скажу. Олимпийские игры — особенный праздник. Это пик, выше которого нет ничего, и ты в любом случае ориентируешься в жизни по этим отметочкам.

— Наслаждаясь праздником в Сочи, вы знали, что этим же воздухом дышит профессор Родченков?

— Понятия не имела. Мне кажется, любого из наших тогда спроси — никто не сказал бы, что за профессор такой.

— Если вдруг встретитесь с ним лицом к лицу, что скажете?

— Ой, какая неприятная встреча… Ничего не скажу. Пройду мимо.

— Коломна — чудесный городок, очень уютный. Много знаете местных красивостей?

— Когда кто-нибудь в гости приезжает, всегда найду что рассказать и показать. Есть нахоженный маршрут по улице Лажечникова в историческом центре. «Калачную» очень люблю — это живой музей, где на твоих глазах пекут вкусняшки. Кремль, Маринкина башня, речка Коломенка у нас очень красивая. Музей самоваров недавно открылся, такой интересный!

— А в Константиново, на родине Есенина, были?

— Все собираемся, сколько раз уже планировали! Зато до Рязани однажды доехали, погуляли по городу.

— Значит, проезжали через Луховицы. Единственный в мире памятник огурцу видели?

— Да-да-да! Тоже прикольная штука.

Читай также:

• Носки на батарейках и мешочки для интимных мест. Что может пригодиться биатлонистам в Канаде
• Наталья Воронина — об исторической бронзе ЧМ, татуировках и о том, почему олимпийская форма лежит в подвале
• Мурашов — новый чемпион мира. Когда-то он попросил будущую жену избавиться от пирсинга живота

Фото: РИА Новости/Владимир Баранов, РИА Новости/Илья Питалев