live
15:00 Смешанные единоборства. Bellator. Г. Мусаси - Р. Ловато. П. Дейли - Э. Сильва. Трансляция из Великобритании [16+]
15:00
Смешанные единоборства. Bellator. Г. Мусаси - Р. Ловато. П. Дейли - Э. Сильва. Трансляция из Великобритании [16+]
17:00
Смешанные единоборства. Афиша [16+]
17:30
"Катар. Live". Специальный репортаж [12+]
17:50
Новости
18:00
Все на Матч! Прямой эфир. Аналитика. Интервью. Эксперты
18:55
Футбол. Кубок Париматч Премьер. "Ростов" - "Спартак" (Москва). Прямая трансляция из Австрии
21:15
"Страна восходящего спорта" [12+]
21:35
Новости
21:40
Реальный спорт. Единоборства
22:30
"Фёдор Емельяненко. Продолжение следует...". Специальный репортаж [16+]
23:00
Все на Матч! Прямой эфир. Аналитика. Интервью. Эксперты
23:30
II Европейские Игры. Борьба. Трансляция из Белоруссии [0+]
00:30
"Боец". Художественный фильм. США, 2010 [16+]
02:35
Профессиональный бокс. Артур Бетербиев против Радивойе Каладжича. Бой за титул чемпиона мира по версии IBF в полутяжёлом весе. Джервин Анкахас против Рюичи Фунаи. Трансляция из США [16+]
04:00
"Неоспоримый 4". Художественный фильм. Болгария, США, 2016 [16+]
05:40
"Первые ракетки России". Специальный репортаж [12+]
06:00
"Вся правда про ...". Документальный цикл [12+]
06:30
"Утомлённые славой". Документальный цикл [16+]
07:00
Новости
07:05
Все на Матч! Прямой эфир. Аналитика. Интервью. Эксперты
08:55
Новости
09:00
Футбол. Кубок Париматч Премьер. "Ростов" - "Спартак" (Москва). Трансляция из Австрии [0+]
11:00
"Капитаны" [12+]
11:30
Новости
11:35
Все на Матч! Прямой эфир. Аналитика. Интервью. Эксперты
12:05
Кикбоксинг. Glory 66. С. Думбе - А. Набиев. А. Вахитов - Д. Абена. Трансляция из Франции [16+]
13:50
Новости
13:55
II Европейские Игры. Гребля на байдарках и каноэ. Финалы. Прямая трансляция из Белоруссии
Футбол

«Я чувствовал себя инвалидом». Как самый дорогой юниор британского футбола боролся за жизнь

«Я чувствовал себя инвалидом». Как самый дорогой юниор британского футбола боролся за жизнь
Джон Хартсон / Фото: © Stu Forster / Staff / Getty Images Sport / Gettyimages.ru
В 19 лет Джон Хартсон перешел в «Арсенал» за рекордную сумму, в 23 стал в составе «Вест Хэма» одним лучших снайперов АПЛ, а в 34 перестал дышать — пришлось сверлить ему череп.

Гол «Ливерпулю» на «Энфилде», что вывел его команду в полуфинал Кубка УЕФА, снится чаще всего. Правда, заснуть надолго не получается. Боль оглушает и ослепляет — в голове будто засела оса. Он прикусывает губу, чтобы не застонать, а потом стискивает зубы. Он не то засыпает, не то теряет сознание.

В темноте вспыхивает заголовок газеты The Sun «Джон Хартсон — самый дорогой юниор в истории британского футбола!» На нем галстук с Микки Маусом, коричневый бомбер и рубашка, одолженная у домовладельца. Он жмет руку тренеру «Арсенала» Джорджу Грэму и подписывает контракт на 3250 фунтов в неделю — это в десять раз больше, чем он получал в «Лутоне». «Арсенал» купил его за два с половиной миллиона фунтов. «Мир у твоих ног, малыш», — говорит отец с валлийским акцентом.

Его отец работал в Суонси в фирме, которая делала и устанавливала таблички с надписью «Продается». Другая функция Сирила Хартсона — укладывать спать четверых детей: мать работала медсестрой в ночную смену. Первые деньги их младший сын Джон добыл в тринадцать лет — убирал посуду в баре Barons: одиннадцать фунтов за смену плюс чаевые. Там их и оставлял — в игровых автоматах.

«Снова проигравшись, я — пока мама не видела — сунул руку в ее сумочку и нащупал кошелек. Открыв его, я достал пятьдесят пенсов. Я не считал это воровством — просто хотел еще несколько раз сыграть на автоматах», — признался Хартсон в автобиографии.

Через несколько лет возник более достойный заработок — футбольный клуб «Лутон», куда отец возил на просмотр в рабочем фургоне, предложил контракт на двадцать шесть фунтов в неделю. Так себе гонорар, но зарабатывать футболом — это ведь его мечта.

В Лутоне он взялся за старое. Поселился в семье партнера по команде Скотта Гудфеллоу и, стащив его банковскую карту, снял пятьдесят фунтов, которые скормил игровому автомату. Через неделю кража вскрылась — его отправили домой: «Ты что, предаешь мечту ради этого дешевого кайфа?» — спросил отец. Мать плакала — у нее не было слов.

Но все же повезло — простили, вернули, и через пару лет он забил в дебютной игре за первую команду «Лутона». Это было сказочно, но он не мог с собой совладать — игровые автоматы радовали так же, как голы. Через два месяца после дебюта в основе он остался без денег, хотя получал триста пятьдесят фунтов в неделю. Спустя год с небольшим его купил «Арсенал».

Начал круто: два гола в трех матчах, потом забил «Сарагосе» в финале Кубка Кубков, но тренера Грэма, инициатора его трансфера, уволили за взяточничество. Новые тренеры доверяли меньше, а осенью 1996-го возник Арсен Венгер, который вынуждал есть рыбу, кашу и морковь вместо желанного стейка с картошкой. Джон злился, но, скорее, на самого себя. Второй сезон в «Арсенале» принес больше карточек, чем голов.

Переход в «Вест Хэм» за 3,3 миллиона фунтов увеличил зарплату вдвое. Теперь он увлекся ставками — делал их по телефону. Долги? Ерунда. За 85 тысяч фунтов продал Bentley, купленный полгода назад за 115 тысяч, и снова ставил.

В сезоне-97/98 стал одним из лучших снайперов чемпионата с пятнадцатью голами, но загремел в камеру из-за драки в баре и стал героем расследования газеты The News of the World, выяснившей, что он должен букмекерам 130 тысяч. Потом — снова полицейский участок и суд: нападающий сборной Уэльса пинает декоративную корзину с цветами в центре Суонси!

Тренер «Вест Хэма» Харри Реднапп просил образумиться, но вместо этого Джон подрался на тренировке со своим партнером по атаке Эялем Берковичем. Светила долгая дисквалификация за удар головой в челюсть, но Беркович заявил в газете Mirrow: «Мы с Джоном находимся в прекрасных отношениях, которые не могут испортиться из-за досадного психологического срыва одного из нас. Пожалуйста, оставьте Хартсона в покое. Он не заслуживает наказания».

Хартсона не просто просили, но и продали «Уимблдону», где зарплата выросла втрое. Там Хартсон публично охаял тренера Эгиля Ольсена, уверенный, что не пропадет — Джордж Грэм звал его в «Тоттенхэм». Но и там, и в «Чарльтоне», и в шотландском «Рейнджерс» он не прошел медосмотр из-за проблем с коленом, и угодил в «Ковентри», предпоследнюю команду премьер-лиги. В двадцать пять лет карьера казалась вконец испорченной.

«Меня спас тренер «Ковентри» Гордон Стракан, — признал Хартсон в автобиографии. — В отличие от докторов, он поверил в меня». После мощного отрезка в «Ковентри», вместившего пять голов за две с половиной недели, Хартсон примкнул к «Селтику», где спустя четыре года оказался и Стракан.

В Шотландии Джон забил больше ста голов, но последний сезон омрачился новым медиаскандалом — вскрылась связь с учительницей рисования Сарой, после чего он развелся с женой, родившей ему двух детей, потерял из-за этого полтора миллиона фунтов, увяз в депрессии, стал объедаться по ночам, поправился и во время отпуска на Майорке был продан в английский «Вест Бромвич».

Посыпались новые проблемы: он громко храпел по ночам, и Сара стала спать в другой комнате. Измученный головными болями и сонливостью, он обнаружил две шишки на теле, Сара уговорила показаться врачу «Вест Бромвича» Кевину, но тот не выявил ничего определенного, и Джон решил, что все нормально.

Оставив футбол, он вернулся в Суонси, чтобы жить рядом с детьми, поступил на тренерские курсы и влился в команду комментаторов канала Setanta Sports. Поболтать всегда любил, а уж про футбол-то — тем более. Канал, правда, вскоре обанкротился, но Джон так здорово себя проявил, что получил предложения от Sky Sports и ESPN. Короче, ничего не омрачало отпуск в Дубае. Пальмы, солнце, пятизвездочный отель Habtoor Grand Resort, чудесный вид на Персидский залив, а рядом Сара и десятимесячная дочь Лина. Блаженство. Да, он больше не футболист, но ведь вся жизнь впереди.

За полторы недели до первого дня рождения дочери Сара позвонила Джону в Дублин, где он встречался с болельщиками «Селтика», и сообщила, что снова беременна. Радостная новость на время отвлекла от головной боли, но игнорировать ее становилось все труднее. Таблетки не помогали. Он ненадолго проваливался в сон, просыпался разбитым и замечал, что портится зрение.

9 июля 2009-го снова потащился к врачу. В четыре часа дня узнал, что у него злокачественная опухоль правого яичка, а в шесть должен был комментировать матч Лиги Европы «Лланелли Таун» — «Мазеруэлл» для канала S4 °C. Продюсеру канала пришлось сообщить о диагнозе раньше, чем Саре.

Через пару дней выяснилось, что рак распространился на мозг. «Я буду жить?» — спросил он доктора. — «Пока непонятно, что будет дальше». И еще несколько туманных слов вместо одного ожидаемого — «да».

Сару предупредили: из-за лекарств возможен стероидный психоз — галлюцинации, странные высказывания. «Где папа?! — закричал Джон. — Опять в баре? Как он может, когда я здесь?!» — «Папа рядом, в больнице, а здесь нет бара». Не дослушав Сару, он скинул одеяло, вскочил и стал сердито выдергивать из себя трубки: «Я ухожу отсюда. Прочь с дороги». Прибежали родители с медсестрой, попытались сдержать, а он стал толкаться, споткнулся и ударился лицом о металлическую тележку с лекарствами.

Он погружался в сон, но через минуту просыпался от храпа. Вставал у кровати и вел себя так, будто играет в казино. Потом кричал отцу: «Я знаю, что они задумали. Хотят отрезать мне руки и ноги. Пожалуйста, не позволяй им это сделать».

«Это было душераздирающе. Он был напуган, как ребенок», — вспоминала Сара в книге о Хартсоне «Пожалуйста, не уходи», вышедшей в 2010 году.

В день рождения дочери Джона врач Джанфилиппо Бертелли сообщил, что рак распространился на легкие. Состояние резко ухудшилось. Он перестал дышать, и требовалась срочная операция на мозге. Бертелли объяснил родственникам: нужно просверлить череп и откачать лишнюю жидкость. «Сейчас главное — спасти его жизнь. Лечение рака уже на втором месте».

После операции он снова задышал и перенес курс лучевой терапии. Сара включила его любимую песню Use Somebody группы Kings of Leon и сказала: «Я чувствую, как двигаются твои пальцы. Знаю, ты меня слышишь. Помнишь, как в свой день рождения ты пообещал забить «Хартсу». Когда матч начался, я так нервничала, но ты выполнил обещание уже на четвертой минуте. Кажется, ты забил Крейгу Гордону. Я не разбиралась в футболе, но так гордилась тобой. И сейчас горжусь».

Он медленно открыл глаза, и Сара продолжила: «В тот день «Селтик» стал чемпионом, и мы праздновали всю ночь. В ресторане отключили электричество, мы вышли на улицу, и тысячи людей пели: «Есть только один Джонни Хартсон!»

Когда показалось, что ему полегчало, снова начались галлюцинации и проблемы с дыханием. Он сказал — хотя скорее прохрипел — старшему брату: «Я больше не могу. Я проиграл». А тем временем ежедневно приходили открытки. На одной из них было его фото в форме «Арсенала» и подпись: «Продолжай сражаться, Джон. Желаем тебе всего наилучшего. Арсен и ребята».

Через несколько дней он попросил мороженое — обросший, исхудавший, он две недели не ел самостоятельно. Медсестра разрешила, и его кузен Марк побежал за мороженым с такой скоростью, будто забыл в магазине кошелек и документы. «С шоколадной крошкой, пожалуйста», — просипел Джон вслед.

«Я чувствовал себя инвалидом. Не мог поднять пульт от телевизора. Не мог даже встать с постели, чтобы сходить в туалет. Я сгорал со стыда, когда мне помогали с туалетом симпатичные двадцатилетние медсестры», — признался Хартсон в автобиографии.

https://www.instagram.com/p/BBwqNaKkKh2/

Когда его на день отпустили домой, он увидел себя в зеркале отцовского фургона и поразился: глаза впали, а спортивный костюм висел на нем, как на вешалке. За несколько недель потерял больше тридцати килограмм. «Если б ты похудел так немного раньше, я бы снова тебя подписал», — пошутил Гордон Стракан.

Дальше — трехмесячный курс химиотерапии. Пропал аппетит, тошнило, клонило в сон, началась диарея, выпали брови и ресницы. Окончание курса совпало с датой, когда Сара и Джон могли узнать пол будущего ребенка. Снова девочка — как и хотели.

Задумались о дате свадьбы. Сара рассчитывала на июль 2010-го, через несколько месяцев после родов, но Джон настоял: раньше, как можно раньше. В начале декабря предстояло медобследование, которое показало бы, как его организм воспринял химиотерапию. «Я хотел, чтобы в случае моей смерти Сара была миссис Хартсон. Не хотел доставлять ей лишние хлопоты из-за того, что мы не успели расписаться».

За два дня до свадьбы Джон узнал от доктора Бертелли, что близок к выздоровлению.

https://www.instagram.com/p/BIQDp6NhbS9/

В 2010-м он пережил еще несколько операций (на легких) и снова стал комментатором канала S4 °C, а летом 2012-го вошел в тренерский штаб сборной Уэльса, с которой через четыре года достиг полуфинала Евро. В октябре 2017-го он похвастался в твиттере: его сын от первого брака Джони забил за юношескую команду «Суонси» три мяча «Ливерпулю» на «Энфилде».

12 января «Арсенал» сыграет с «Вест Хэмом». Наш сайт и телеканал «Матч! Футбол 1» покажут встречу в прямом эфире. Начало — в 15:25 по Москве.

Читай также:

Фото: Mike Hewitt / Staff / Getty Images Sport / Gettyimages.ru, Anton Want / Staff / Getty Images Sport / Gettyimages.ru, Getty Images / Staff / Getty Images Sport / Gettyimages.ru, Ross Kinnaird / Staff / Getty Images Sport / Gettyimages.ru, Chris Lobina / Stringer / Getty Images Sport / Gettyimages.ru, Mark Thompson / Staff / Getty Images Sport / Gettyimages.ru, Tom Shaw / Staff / Getty Images Sport / Gettyimages.ru, Jeff J Mitchell / Staff / Getty Images Sport / Gettyimages.ru