Алексей Гасилин не так давно завершил карьеру профессионального футболиста и сделал это достаточно рано. Многие игроки после такого довольно долго ищут себя, но это не про 29-летнего экс-форварда «Зенита». Алексей — один из самых ярких экспертов в студии «Матч ТВ», он развивает свои соцсети, имеет свой клуб в Медиалиге и учится в Академии РФС.
Корреспондент «Матч ТВ» пообщался с бывшим нападающим о том, как осваивать незнакомые сферы деятельности, не бояться пробовать новое, а также про самые яркие моменты карьеры.
Главное в интервью:
- Почему решил учиться на футбольного менеджера, как полностью отказался от алкоголя, как удалось привезти Нани в Медиалигу;
- Как себя чувствует в плане заработка после окончания карьеры, переживал ли депрессию, срывало ли крышу после победного Евро-2013;
- Гасилин уверен, что их поколение было сильнейшим, но не до конца реализовало потенциал: Баринов мог бы играть в «Баварии», если бы в 20 лет уехал в Европу;
- Как не хотел идти на тренировки в «Зените», как чувствовал одиночество в «Шальке», «кайфарик» Сане;
- Проблемы с полицией в Германии, отказ Сёмину и драка в Португалии;
- Респект Радимову, некрасивый поступок руководства «Волгаря», побег от мафии с Кипра и мечта работать в «Зените».
«Когда бросил алкоголь, стал намного продуктивнее. Хочу нести здоровые ценности»
— Вы обучаетесь сейчас в Академии РФС. На кого?
— Футбольный менеджмент. Третий модуль уже закончили. Работаем над проектом, который будем защищать. Должны завершить обучение летом.
Конечно, в дальнейшем хотелось бы работать в футболе на руководящей должности. Возможно, спортивным директором. Посмотрим, как будет. Всегда считал и буду считать, что надо образовываться, получать новую информацию, учиться.
— Почему не тренерство?
— Глубоко убежден, что тренерская семья — не для меня. Конечно, интересно смотреть на команду со стороны и принимать участие в работе клуба, но не на поле. Должность спортивного директора более масштабная что ли. Кажется, мне это больше подходит.
— Рассматривали ли уже какие-то стажировки?
— Пока рано, наверное. Тем более у меня большая занятость. Но обучение очень классное. Получаю много информации. Учимся вести переговоры, справляться с разными типами темперамента людей и так далее. Вообще не жалею, что поступил. Достаточно обширное обучение, трудное, но стараюсь все уложить в график.
— У вас сейчас и учеба, и клуб в Медиалиге, и видеоблог, и работа экспертом на «Матч ТВ». Сами кем себя ощущаете в первую очередь?
— Трудно сказать. Просто пришел к тому, что решение закончить профессиональную карьеру было правильным. У меня, как у лошади, сразу спали шоры. Объясню. Профессиональный футбол зачастую похож на день сурка: тренировка, тебя покормили, экипировку выдали, на сборы съездил, зарплату получил. Да и принципе все. Когда же я закончил, началась социальная адаптация.
Условно, будучи футболистом, возникал вопрос, что делать дальше. Хотя я прекрасно понимал, что найду себя в любом случае, поскольку всегда учился неплохо, самообразованием занимался. И в итоге нашел.
Сейчас я живу по графику. Зачастую сплю пять-шесть часов, занимаюсь спортом каждый день. Вообще полностью отказался от алкоголя. Почти два года вообще спиртное не употребляю. Только кофе. И есть очень много проектов, действительно сложно выделить что-то.
Да, есть своя команда в Медиалиге. Это одна из причин, почему я пошел учиться — мне очень нравится управлять клубом. Понятно, что у нас есть еще президенты, но я больше отвечаю за спортивную часть. Очень интересно общаться и со спонсорами, игроками. Также у меня очень хорошие соцсети. Думаю, лично со мной даже некоторые клубы РПЛ не могут конкурировать, если брать все соцсети в общей сложности. Что касается «Матч ТВ», то иногда это по семь эфиров на неделе. Ну и не надо забывать, что есть семья. Мы с супругой воспитываем дочку, и еще сейчас родился второй ребенок. В общем, живу полноценной жизнью. Максимально получаю удовольствие.
— В какой момент решили совсем отказаться от алкоголя?
— Когда закончил с футболом, то, как многие, мог выпить на выходных. Но я же амбассадор РФС. И я хочу нести здоровые ценности. Я узнал гораздо больше о вреде, алкоголя: как он пагубно влияет на мозг. Давайте говорить прямо, что алкоголь — это наркотик номер один. Уверен, что 99% людей, которые травятся алкоголем, просто не знают и не понимают, насколько это вредно. Если бы все понимали, гораздо меньше людей стали бы травиться.
И когда я бросил, стал намного продуктивнее и работоспособнее. У меня поменялась жизнь кардинально. Стал намного больше денег получать, просто потому, что стал больше работать. У меня есть время на спорт, на семью. А выпадать на один день на неделе просто из-за головной боли — это бред. И таких дней за год может накопиться очень много, а ведь время — это самый ценный ресурс. Просто попробуйте три-четыре месяца жить без алкоголя, у вас это войдет в привычку, вы поймете, насколько классная жизнь без этой отравы.
— У Валерия Карпина не так давно спрашивали, как он относится к употреблению игроками алкоголя после матча. Тот сказал, что не против, но без перебора.
— Так все говорят. Условно, когда я играл, то после игры тоже пил пиво. Ничего такого в этом не видел. Но глобально все это влияет на мышцы, на восстановление. Я раньше думал: «Да ладно, после игры нормально выпить пенного и расслабиться». Но нет, конечно!
Вот я делал интервью с Нани, который приезжал в нашу команду в Медиалиге. Футболист высочайшего уровня. Он не употребляет ни жевательный табак, ни спиртное, ни что-то еще. Конечно, есть и обратные примеры. Но глобально, все вредные привычки влияют. При этом, конечно, ханжой не хочется быть, так как во время карьеры я себе мог позволить пиво после матча.
— Приглашение Нани в «Банку» — лично ваша инициатива?
— Нет. Это полностью перформанс партнера нашего клуба. Но я его первый встречал, сразу снимал. Хотя в моменте, конечно, и португальский подзабыл, и английский. Главное, что друг друга понимали. В любом случае, думаю, многие были рады посмотреть на такого профессионала здесь. Причем он прекрасно провел матч, забил гол и показал свой уровень, а ему почти 40 лет!
— Какое впечатление оставил Нани?
— Он достаточно простой, общительный. Было очень классно, что он никому не отказывал в общении, автографе. Всегда любил простых людей. Здорово, что Нани именно такой. Он вырос в обычной семье, у него правильные ценности. И нет какой-то звездности, хотя человек выиграл Лигу чемпионов и чемпионат Европы, играл с Криштиану сколько лет! И вот эта простота покоряет тебя.
— В последнее время вашу команду тренировал Сергей Овчинников. Удивлены тем, как он с медийной стороны раскрылся?
— Стоит отметить, что Сергей Иванович до этого в Медиалиге уже был тренером команды «Наши парни», когда и я там играл. Я с ним уже был знаком.
Но для многих его появление в нашей команде — это резонанс. Для многих Сергей Иванович — это только фразы: «Я капитан команды», «Еще один такой вопрос, и я тебе в лоб дам». Суровый мужик, в общем. А здесь он проявил себя как интеллигент. Умный, тактичный, образованный — шикарный просто. И он правда влюбился в наш клуб, проникся. Низкий ему поклон. И когда мы говорим про человеческие качества, они у него просто на каком-то космическом уровне. Благодарен за каждую минуту совместной работы, за такое отношение к нам. Сергей Иванович — шикарный специалист, футболист и человек. Уверен, что академия «Локомотива» после его назначения должна раскрывать еще больше молодых талантов. Хотя у них с этим проблем нет.
«Бывали периоды депрессии. Думал: почему именно со мной так?»
— Для вас современный медиафутбол кажется достаточно хорошей практикой как для будущего спортивного директора в профессиональном клубе, например?
— Мне кажется, уже давно медиафутбол превратился в профессиональную историю, по сути. Тут все те же переговоры с игроками, со спонсорами, такие же собрания, планерки, построение какой-то стратегии на следующий год, распределение бюджета. Думаю, большинство элементов, если не все, совпадают с профессиональным футболом. Абсолютно то же самое. Так что я учусь, и у меня есть команда, где я могу сразу свои знания применять на практике. Сразу есть место, где я могу творить.
— Видел, что вы объявили, что закончили карьеру игрока и в медиафутболе.
— Начну с того, что я был одним из первых профессиональных игроков, пришедших в медиафутбол. И не под создание Медиалиги, а в «Амкал», который ездил по городам. Приходил сразу искать себя на другом поприще и играть в футбол иногда. Сейчас же профессиональный футбол, от которого я ушел, пришел в медиафутбол…
Но с медиафутболом я точно не закончил. Со сборной Медиалиги даже сейчас тренировался. Можно у любого спросить — скажут, что я в порядке. Я молод, амбициозен, прекрасно себя чувствую, каждый день занимаюсь спортом. Ловлю себя на мысли, что не наигрался. Еще хочется в футбол, но нет времени на это. А так бы вообще с кайфом на зимние сборы сгонял: просто приехать, сделать контент, потренироваться. Я люблю все это.
Так что поиграю еще в медиафутболе. Просто времени не хватает, чтобы быть конкурентоспособным. Это надо тренироваться каждый день, следить за собой, нужен режим сна. Сейчас он еще не для таких больших нагрузок, которые есть в «Золоте» Второй лиги. Считаю, что уровень Медиалиги примерно таков. Выйти на 10-15 минут, обыграть, кому-то между ног прокинуть мяч, с кем-то «покусаться» — всегда пожалуйста. А больше… Надо конкретно тренироваться. И на это времени нет. Не могу разорваться уже. Поэтому большие матчи, когда Гас что-то мог, остались позади… Но, безусловно, по этому скучаю. И в маленьких дозировках готов себе это в Медиалиге давать. Но должно быть все честно. И чтобы заработать место в составе, надо тренироваться.
— Если говорить о завершении именно профессиональной карьеры, то один из главных страхов всегда — финансовый. Ведь непонятно, чем заниматься, чтобы это приносило сопоставимый с футболом доход. Закрыли этот вопрос для себя?
— Конечно. Я хорошо зарабатываю, не жалуюсь. Но я и много работаю, о чем уже сказал. Думаю, кто захочет, тот может посчитать, сколько я получаю. Но адаптация после завершения карьеры — действительно большая проблема для всех футболистов. Потому мы в нашем клубе готовы помогать: помогаем соцсети вести, свой личный бренд развивать. Надо быть финансово грамотным. Если вы сейчас зарабатываете, надо стараться вкладываться куда-то: в ту же недвижимость, которая всегда будет расти в цене.
Ну и у нас надо понимать, что не так много людей, которые за карьеру заработали миллионы. Их будет за десять лет человек 400-500, хорошо. Из РПЛ и частично Первой лиги. Это же немного. Хорошо, если купят квартиру за карьеру. А дальше надо работать.
Надо искать себя в любом случае. Не обязательно в футболе. Например, мой хороший товарищ Александр Будаков — прекрасный риелтор сейчас. Ему нравится, хорошо зарабатывает, шесть лет продает недвижимость. А есть футболисты, которые закончили и на стакан упали. Вот это очень страшно. И это могут быть те, кто более десяти лет в РПЛ и ФНЛ провел: денег не осталось, только единственное жилье, с которым не понимаешь, что делать.
Потому сейчас есть программы помощи таким футболистам. Это очень важно. У нас же даже адекватного профсоюза игроков нет. Надо помогать: объяснить футболисту, что он может делать дальше. Я и по себе могу сказать, что тяжелейший путь прошел.
— Насколько быстро поняли, куда двигаться дальше?
— У меня же еще был контракт достаточно хороший в «Ленинградце», когда мы в ФНЛ выходили. Все было хорошо: я дома, в хорошей команде, с достойным финансированием. Но я просто в моменте пришел после сборов и подумал… У меня же было много травм, не получал удовольствия от футбола. А я всегда хотел быть честным, особенно к этому виду спорта, который я обожаю. Ведь я не должен был играть на уровне ФНЛ и ниже, все могло по-другому сложиться. Но получилось так.
И в какой-то момент просто принял, что надо стараться пойти поискать себя в чем-то еще. Но у меня не было сильного страха. Ну чего бояться? Ладно, попереживать можно. Но даже если на футбол переносить, то зачем в него играть, если ты боишься чего-то? Так же и про жизнь. Я так и живу: считаю, что бояться нечего. Может, кажется, что мне легко говорить, но поверьте, что был пройдет большой трудный путь.
— Бывала ли у вас депрессия?
— Были и такие периоды. Думал: почему именно со мной так? Казалось, только все нормально было… В Португалии это было явно: после ухода из «Амкара», когда клуб обанкротился, пошли первые травмы — металлоконструкцию мне вкрутили. Было тяжело. Конечно, была депрессия. Ведь думал, что я один из сильнейших игроков своего возраста. Все-таки я понимал свой потенциал, надо здравую оценку давать себе. И могу точно сказать: Алексей Гасилин до 22 лет — это очень перспективный футболист. Даже не только по меркам нашей страны. Успехи с молодежной сборной, потом игра в «Шальке» — там же тоже не дураки сидят. В «Зените» еще дебютировал — и это не просто так.
Просто в какой-то момент получилось так, как получилось. Можно жалеть об этом всю жизнь, но некогда. Надо дальше развиваться. Как мне кажется, удалось преодолеть это все.
«У нас есть талантливые игроки. Просто не умеем с ними работать, нет хорошей системы перехода во взрослый футбол»
— Победа на юношеском чемпионате Европы — самый теплый момент карьеры для вас?
— Много классных моментов. Тот же дебют за «Зенит» в 17 лет: заменил Кержакова. Вы просто представьте, что это для меня было! Анатолич и Андрей Сергеевич Аршавин — это легенды. И я их еще застал, тренировался с ними! Это шикарные эмоции.
Потом победа на чемпионате Европы до 17 лет, серебро Евро-2015 среди игроков до 19 лет, участие в юношеском чемпионате мира, хотя я там и получил первую серьезную травму! Но это все тоже крутые моменты в целом. Как и первый гол в Португалии, стыки в составе «Томи», победа с «Амкаром» над «Зенитом»… Причем это мой первый матч в старте в Перми был. За это все футбол и любят. И именно такие положительные моменты и приходят в голову, когда говорим о футболе.
Понятно, что плохие моменты тоже были, но это часть этого пути. Тоже опыт, какой-то урок. Так к жизни отношусь, что до конца и не считаю эти моменты плохими. Каждая травма — это преодоление себя. Если бы не было этого, я бы не был такой закаленный. У меня в ноге около 20 металлоконструкций. Ни колено, ни голеностоп не гнутся, пятка просверлена… И что? Но это же тоже про преодоление. Восстановился, еще поиграл, забивал.
— В финале юношеских чемпионатов Европы играли против итальянцев и испанцев. Кто-то особенно выделялся из них?
— Да в том возрасте точно никакой разницы не было между ними и нами. Ни в 17 лет, ни в 19. Хотя казалось бы, 19 лет — это уже сформированный мужчина. В других странах в этом возрасте уже мировые звезды, играют в топовых чемпионатах. И мы играли с ними на равных, были одними из лучших на континенте.
— Почему дальше у российских футболистов какой-то сбой по сравнению с европейскими?
— Думаю, все прекрасно понимают, что у нас нет системы перехода из детско-юношеского футбола во взрослый. Он слабая. Слишком много проблем. Но справедливости ради стоит сказать, РФС пытается эти проблемы сейчас решить. Просто мы отстаем от ведущих стран во многом.
— Вы выступали в «молодежке» с Александром Головиным. Было сразу видно, что он топ, который способен достигнуть уровня «Монако»?
— Понятно, что у Александра были видны задатки. Из той сборной при должных обстоятельствах каждый мог играть на таком уровне. Но в футболе все решает совокупность факторов. Один из них — везение. Отправьте Диму Баринова лет в 20 в Европу, может, он бы и в «Баварии» играл. Или оставьте меня в Германии, возможно, выступал бы в Бундеслиге. Саша — один из талантливейших людей в нашем поколении, 100%. Но я видел большой талант в каждом из нашей сборной. Рамиль Шейдаев не талантливый что ли? Великолепный форвард, который мог бы играть в топ-5 лиг. Потому мы не случайно играли два раза в финалах чемпионата Европы. Сильнейшее поколение, которое не до конца раскрыло свой потенциал.
Глубоко убежден, что у нас футбольная страна. Просто мы слишком сильно отстаем по уровню инфраструктуры, тренерским кадрам. Сейчас стараемся двигаться вперед. Но проблем слишком много, чтобы решить все сразу. А что у нас есть талантливые игроки, это бесспорно. Просто не умеем с ними работать, развивать, нет хорошей системы перехода во взрослый футбол. И мы видим, что у нас в целом очень мало футболистов, играющих в Европе.
— Помню, вы говорили, что и Антон Митрюшкин должен был бы играть в «Баварии».
— 100%. Он сейчас и показывает в «Локомотиве» уровень. Просто трудная судьба у человека. Два раза травмировал «кресты». Хотя он уже в «Сьоне» был капитаном, во второй Бундеслиге оказался. И сейчас Антон показывает, что он один из сильнейших вратарей. Просто слишком поздно дошел до этого. У него в карьере должен был быть минимум лондонский «Арсенал».
— После победы на Евро-2013 вы купили BMW. Корректно говорить, что у молодого Гасилина от первых успехов башню срывало?
— Да, точно было такое. Но в 18 лет уже на место встала голова, когда в «Шальке» уехал. И какой я был тогда, таким остаюсь и сейчас. Тогда я уже был полностью погруженным в дело человеком, «режимщиком». Первым приходил на тренировки и последним уходил. Но где-то дал потом слабину… Даже если не говорить о травмах, я мог добиться большего. Тем не менее в основном тот Алексей похож на нынешнего: это дисциплина и режим. Именно эти вещи и позволяют добиваться результата в любой деятельности.
«Нам с Джорджевичем регулярно прилетало на тренировках «Зенита». Даже не хотелось на них приходить»
— Правильно понимаю, что все-таки был шанс остаться в Германии?
— Главная проблема была в том, что это была аренда. Однако шесть или семь команд второй Бундеслиги готовы были меня приобрести! Просто для «Зенита» это были не те суммы, может быть… Кстати, существовало и предложение от «Бенфики», которая после «Шальке» готова была год ждать окончания контракта с «Зенитом». Уже были контакты, в Лиссабоне меня хотели видеть.
Но в итоге вернулся и переподписал контракт с «Зенитом». Не могу сказать, что это глобальная ошибка. Я всю жизнь, как петербургский мальчишка, болел «Зенитом». У меня была большая мечта, я всю жизнь хотел играть в «Зените». Потому что я обожаю этот клуб. Я был фанатом «Зенита», ходил на стадион, с шести лет уже был в «Смене», которая сейчас часть академии «Зенита». С семи лет я был капитаном команды, прошел дубль, «Зенит-2», дошел до основы. Для меня «Зенит» — это все. Хотя и интересно было бы, конечно, посмотреть, как бы у меня получилось в «Бенфике».
— В «Зените» при этом иностранные тренеры не дали шансов. Тот же Виллаш-Боаш, по вашим же словам, говорил, что вы не футболист. Хотелось ли в «Шальке» персональное ему что-то доказать?
— Точно не было такого, чтобы кому-то что-то доказать. Зато Радимов всегда считал, что я футболист. И Семак всегда так считал. Причем с Семаком я еще успел поиграть. Мне было 16 лет, и помню, как Сергей Богданович сказал: «Вот это да! Ему 16 всего? Да ничего себе». Какая разница, что Виллаш-Боаш сказал? Это абсолютно неважно.
Вот я завтра проснусь и буду что-то себе доказывать. Это да, это интересно. Это про будущее. А вот думать про то, что было в прошлом… Я вот, например, считал, что Луческу — не топовый тренер. Хотя он много всего выиграл. И как я могу против фактов идти? Это такая вкусовщина. Потому даже вести дискуссию об этом не стоит.
Вот я вспоминаю перепалку Дзюбы и Генича, когда Артем возникал: «Да где играл там Генич?». И Константин сказал, что ни один человек не поставит под сомнение его футбольную карьеру. Я так могу сказать и о своей. Пусть люди сначала поиграют на этом уровне.
— Кстати, Дзюба всегда же поддерживал молодых в команде?
— Да. Дзюба вообще красавчик! Но справедливости ради стоит сказать, что не среди игроков не было людей, которые прямо нападали бы на тебя. Хотя понятно, когда в «Зените» играли Быстров, Аршавин, Широков, Керж, они немножко могли подтравливать, но это тоже закаляло и повлияло на что-то. Но были и такие, как Дзюба и Шатов, которые всегда поддерживали. Олег мог и к себе домой пригласить. В общем, были ребята, которые помогали.
— Но в целом футболисты постарше любят часто вспоминать, что раньше ветераны «напихать» на тренировке могли пожестче, чем сейчас. На себе успели проверить, как понимаю?
— Конечно. Даже не хотелось приходить на тренировки. Керж мог так напихать, что реально не было желания появляться! Нам с Лукой Джорджевичем постоянно прилетало. А как ты не придешь, с другой стороны? Наоборот, ты куешься, хочешь доказать состоятельность. Сейчас вообще все лайтово! Раньше точно жестче было гораздо.
— Халк — лучший легионер «Зенита», с которым вы пересекались?
— Да это мощь, зверь. Он до сих пор играет, и как штрафные кладет — прямым ударом с 30 метров! Ну и Данни был шикарный, хотя он столько крестов пережил. При этом в «Шальке» я видел и Хюнтелара, и Чупо-Мотинга. Так что Алексей вообще тренировался с мастодонтами, не только в «Зените»!
Но Хюнтелаар — это такой уровень! Кажется, что ничего особенного, но забивал вообще всем, чем угодно: коленями, яйцами… Просто дайте ему мяч — забьет!
— Вы в «Шальке» и с молодым Сане тренировались. Много общались?
— Не могу сказать, что плотно прям: «Привет» — «Пока» — «Как дела?» — «Опять машину разбил». Тоже был неугомонный парень. Постоянно машины разбивал. Он такой же «кайфарик», как многие у нас. Но это нормально, везде они есть.
— Про Сане у вас есть следующая цитата: «За пять игр забил один гол, и его сразу включили в заявку на матч Бундеслиги».
— Это же мое субъективное мнение. Условно, я за эти пять матчей забил три. И по статистике кажется, что Гасилин тоже заслуживает шанса. А главный тренер и его помощники на другие вещи смотрят, может. Возможно, Сане в этих играх 15 раз протащил мяч и создал для Гасилина 15 моментов, из которых я забил три. Тут же еще нужно понимать, что у меня были одни сильные качества, а у него — может, те, которые как раз больше всего подходили первой команде.
Возможно, ранее я говорил как-то на эмоциях на этот счет. Но это нормально. Спортсмен должен хотеть быть лучше других! А если у него этого чувства нет, то какой он спортсмен тогда? Я всегда хотел быть лучше других, считал себя лучше других. А чего, я должен любить своего конкурента что ли? Да пошел он!
Но если рассуждать как тренер или менеджер, то Сане в порядке, о чем тут говорить. Он по сути и не был никогда забивным, брал другими качествами. Дриблинг, скорость, протащить мяч мог, бежал до первых «крестов» великолепно. Феноменальный игрок, и именно по этой причине он в ведущих клубах выступает.
— Ну и это лишний показатель того, как в Германии доверяют своим футболистам, получается…
— Естественно. Даже если Гасилин и Сане на одном уровне в тот момент, то русский в аренде из «Зенита», а второй — свой воспитанник и с ним контракт. Клуб рассуждает: «Мы его сейчас выпустим и продадим за огромные деньги». Что они и сделали — продали в «Манчестер Сити» за 50 миллионов евро! И не прогадали, все правильно. На месте менеджера я бы сделал то же самое. И на месте тренера, если бы у меня были бы равные иностранец и свой, я бы включал в состав своего.
«Ездил до базы «Шальке» зайцем. Катался без билета, пока не штрафанули на 300 евро. Было неловко»
— У вас в одном из интервью прозвучала фраза: «В Германии столкнулся с одиночеством». Удалось к концу аренды перестать испытывать это чувство?
— Все-таки нет. Я был абсолютно один. И понятно, что уровень моей коммуникации в команде был не такой высокий, как у других. Английский язык у меня был более-менее. Но все равно было непросто. Однако у меня нет какой-то проблемы с пребыванием в одиночестве — так тоже неплохо.
— Неплохого английского все-таки недостаточно было для комфортного общения?
— Не совсем. Немцы — очень образованная нация, все знают английский. При этом там важно знать немецкий. Мне в клубе наняли репетитора по немецкому, и со мной разговаривали только на немецком, хотя знали английский. Они в этом плане молодцы, это показатель. У нас вон тот же Станкович хоть что-то сказал на русском, кроме мата? Тип просто опозорился и уехал! Даже не про тренерские способности говорю, а про его поведение. Сколько раз это было? Хотя если бы он сразу выучил пару слов на русском сначала, сразу бы расположил к себе. Посмотрите на Личку и даже на вечно проигрывающего Слишковича — люди брали обаянием.
Так что в Германии абсолютно правильно делают. Ты приезжаешь в другую страну, и если собрался там работать, то должен понимать местную культуру. А язык — важнейший культурный код. Ты должен хоть что-то знать.
— Вы вспоминали, что клубные доктора «Шальке» ставили ящик пива в раздевалке, разрешали выпивать до литра для восстановления. Это общепринятая практика в Германии?
— Повсеместная. Более того, когда я играл в Португалии, то там даже в день матча люди вино пили за обедом, если игра вечерняя. Там просто стоит вино, и ты вполне можешь выпить бокал. И я не могу, как португальцы, позволить себе такое. Думал: «Вы чего, совсем что ли?» А немцы после игры по две баночки пива вообще спокойно выпивают.
— Была история, что к вам приехала полиция в Германии, когда вы забыли выставить мусорные баки.
— Это топовая история! Там есть расписание. Раз в три недели каждый житель дома по очереди должен выставлять отсортированный мусор: просто поднять баки из подвала наверх. Это обычно минут пять занимает, сами баки небольшие. И если в графике была написана конкретная дата, когда будут забирать мусор, то баки нужно было выставить днем ранее. А я не знал этого. И после того, как я третий раз этого не сделал, приехала полиция. Но ничего, проблему решил потом, все полицейским объяснил. Ну и купил конфеты соседям, чтобы извиниться перед ними.
— Случай будто символизирует стереотип о немецкой педантичности.
— Да это вообще классно! Так я и зайцем до базы ездил. От дома шел минут 10 пешком, и на трамвае ехал четыре остановки. И там покупаешь билет, чтобы прислонять его к валидатору в трамвае. Я раз-два прислонил, а потом смотрю: постоянно никого нет. Я и катался без билета до того момента, пока в гражданской форме ко мне не подошли и не штрафанули на 300 евро. Конечно, неловко было (смеется). И это неправильно. Но это юный возраст. Естественно, сейчас так не делаю.
— После «Зенита» вы ушли в «Амкар», но ведь там был вариант и с «Локомотивом». Вот здесь совсем не жалеете, что не попробовали себя в команде Семина?
— Конечно, это был бы совсем иной виток в карьере. С одной стороны, было правильно, что я уходил в команду, где точно буду играть. Но с другой стороны, там был «Локомотив», чемпион страны, Юрий Палыч… И можно было в нападении конкурировать вполне, конечно. Было бы очень интересно, если бы получилось именно так. Возможно, одна из главных ошибок в карьере. Первая — что не перешел в «Бенфику», вторая — что не перешел в «Локомотив».
— Никогда не задумывались, что на вашу травматичность в том числе сильно повлияло искусственное поле в Перми?
— 100%. Дело не только в том, что мы там играли домашние матчи, но и тренировались. Ну и выдерживать нагрузки премьер-лиги на таком поле тяжело, естественно. Нужно достаточно здоровья для этого. Так что доля истины в этом точно есть.
— Вадим Евсеев — жесткий тренер?
— Да. Но Валентинович красавец вообще. Как он сейчас с этим листочком в «Черноморце» всех выстегнул? Просто топ! И человек никогда не брезговал работой при этом, искренне обожает футбол. Во Вторую лигу съездил, в РПЛ работал, сейчас в Первой лиге. И везде готов решать задачи. Тренер работает. А то есть некоторые, которые только и ждут, что им сразу команду премьер-лиги дадут. И сейчас из «Черноморца» Евсеев выжимает максимум. Его методы работы действуют. Большой молодец.
«Из-за того, что Радимов не хочет тренировать, наша страна теряет выдающегося специалиста»
— Вы говорили, что еще после первой травмы голеностопа в «Амкаре» поняли, что уже не будете играть как прежде. Но неужели не было момента после, когда снова чувствовали себя в хорошей форме?
— В Томске, когда мы третье место заняли в ФНЛ. И в Португалии до этого меня восстановили, у меня там были неплохие матчи. Хороший отрезок. Но понятно, что меня убрали из-за драки. Затем вернулся в Россию, с «Томью» поборолись в стыках, но не пробились в РПЛ, к сожалению…
Потом поехал в «Крылья», но там не удалось подписать контракт из-за факторов, которые не зависят от меня. Я шикарно провел сборы, товарищеские игры. Все было на мази: уже номер выбрал себе. Но сорвалось.
— Помните ли, из-за чего вообще возникла драка, когда за «Академику» играли?
— Я всегда был горячим парнем. Особенно в том возрасте. Я же с окраины Петербурга, мне не нравились слова, которые могли задеть. Особенно когда семью задевали. Тем не менее, вспоминая тот момент, конечно, думаю, что не надо было так реагировать. Там же мой «оппонент» был не носителем английского языка, и я его не так понял. По голове я ему знатно дал… Это все плохо, конечно. Нельзя так делать.
— Вам в тяжелые моменты в карьере, после травм и психолог помогал. Можете ли сказать, что это полезная практика?
— Что-то есть в этом. Все зависит от человека. Пока ты что-то не захочешь сам, ничего не будет. Психолог может направить тебя, но последний решающий выбор все равно за тобой. Только сам ты можешь решить что-то. Сам себя не обманешь.
— Насколько известно, в Европе распространена практика, когда в клубе есть психолог для всей команды. В России стоит к подобному прибегать?
— Не знаю, приживется ли у нас это. У нас и фитнес-тренеры не приживаются, которые могут вывести на новый уровень твои показатели. Диетологи не приживаются… Хотя это очень. важная вещь. А тут мы говорим про психолога. Вот русского человека не познать, а спортсмена тем более, особенно футболиста. Только футболист поймет футболиста. А нас даже спортивные директора во многих клубах ранее машины продавали, или занимались еще чем угодно, но только не футболом.
— Вы высоко оцениваете Владислава Радимова, с которым в «Зените-2» работали. Жалеете, что он решил закончить с тренерством?
— Да он просто сам не хотел идти дальше тренировать. При этом Радимов — шикарнейший тренер. К чему бы он ни прикоснулся, везде получается у него. Он такой шоумен! Он открытый честный человек, у которого бы в тренерской деятельности все получилось — это его стезя. Особенно в работе с молодыми. Считаю, из-за того, что Николаевич не хочет тренировать, наша страна теряет выдающегося специалиста. Радимов - топ по всех планах, просто сам не хочет.
— Это не удивляет?
— Почему это должно удивлять? Он же настолько востребован в других сферах! Шикарный эксперт. Просто ему больше другое нравится.
— После «Зенита-2» вы оказались в «Волгаре» и потом называли Виталия Панова ужасным тренером, однако, когда его взяли в «Амкал», вы похвалили выбор Германа. Как бы вы это объяснили?
— Оказалось, что не в Виталии Николаевиче дело. Панов - хороший тренер, и я с ним в замечательных отношениях. Просто когда я давал то интервью, до меня неверно донесли информацию.
Я ушел из «Волгаря» по обоюдному согласию сторон — они меня так попросили, я не стал упираться. И когда я уже уехал из Астрахани и стал пытаться устраиваться в другие команды, то из «Волгаря» начали поступать ужасные звонки в разные клубы. Люди просто говорили: «Не берите Гасилина, он говно-человек, разлагает коллектив». Хотя ни один футболист, с кем я играл, никогда не скажет такого про меня. Допустим, скажут, что плохой игрок, но не про личностные качества. Это была жесткая клевета. И я не единственный, с кем так по-свински поступал «Волгарь». И к сожалению, мне сперва донесли, что это был Панов. А он оказался вообще ни при чем. Этим занимались те, кто тогда работал в руководстве «Волгаря».
— Но с Пановым потом все уладили, как понимаю?
— Естественно. Он большой друг, старший товарищ. Все супер. Как уже сказал, у меня почти со всеми хорошие отношения. Всегда ведь можно поговорить, договориться. Просто возникло недопонимание. Но сейчас все окей.
«Агент говорил: «Надо вернуть деньги, меня убьют, ты не понимаешь!»
— Мне кажется, была одна история, где вам все-таки было сложно договориться. Имею в виду период в кипрском «Эрмисе» и уход оттуда.
— Это точно. Как же страшно было! Клубом владел реальный мафиози. Собственно, дело было так: спортивный директор и агент перед сезоном привели в команду семь человек. Я был в их числе. Причем когда мы первый раз с владельцем встретились, он приехал на Rolls-Royce, мы зашли в какой-то дом. Один пацан с нами был из Кабо-Верде — стоит и трясется аж (смеется). Я на расслабоне был, мне вообще все равно — я же на Кипре, отдыхаю! А эти трясутся.
И вот мы тренировались, вроде все окей, еще сезон не стартовал. За неделю до начала чемпионата проиграли в дерби фактически. В итоге этот мафиозник уволил спортивного директора и сказал, чтобы тот забирал семь человек, которых привез.
— Что пришлось делать?
— Агент говорит мне: «Тебе же подъемные 10 тысяч евро дали, но нужно вернуть!». А я уже несколько месяцев живу, должна семья прилетать вот-вот, квартиру купил даже. А агент настаивает: «Надо вернуть обязательно. Меня убьют, ты не понимаешь!» Я позвонил Сане Довбне, который тоже тогда играл на Кипре (не путать с голкипером «Спартака» — прим. «Матч ТВ»). И он подтвердил, что владелец этого «Эрмиса» просто сумасшедший.
Ну я понял, что пахнет жареным. Но деньги я не собирался отдавать. Что я буду делать-то без них? Предложил агенту встретиться на следующий день. Сам же спокойно собрал вещи, приехал в Ларнаку на машине, сдал ее, поставил чемоданы свои, пошел на пляж, взял газировку и лег на шезлонг — спокойненько в телефончике посидел, взял билеты на рейс и вечером улетел (смеется).
— В общем, на Кипр больше не рискуете летать?
— Ага. На отдых туда не летаю теперь.
— После этого был «Ленинградец», а затем и завершение карьеры. Когда вы уже после фактического завершения забивали в Кубке России за «Амкал», это поставило красивую точку в профессиональном футболе для вас?
— Вроде бы да, но все-таки я не до конца ушел. В планах в следующем Кубке России еще забить. Должна какая-то команда меня позвать, и я должен еще (поиграть). Я же вообще в порядке. Я в такой космической форме! Сейчас вот будем играть в Медиалиге, буду разрывать. Следите, я вернусь. Как говорит мой батя, я юнец еще. Просто в другом направлении пошел. Но если хотите увидеть, чтобы Алексей забил еще — сделаю.
— А если говорить о желании стать менеджером в футболе, то условная должность спортивного директора в «Зените» — главная мечта?
— Конечно, да. «Зенит» — моя безграничная любовь. Конечно, я должен быть беспристрастным. Хотя как эксперт я всегда здраво оцениваю игру «Зенита». Но этот клуб и Санкт-Петербург — это любовь. Поработать в таком клубе спортивным директором — это супер. Тем более, думаю, не за горами те сезоны, когда мы вернемся на международную арену и у нас будут еврокубки. Естественно, это мечта.
При этом хочется и в шикарной академии «Зенита» поработать. Мое желание - менять наш футбол к лучшему. А так, министром спорта буду в дальнейшем (смеется). Хочется жить на благо нашего общества и делать нашу нацию более здоровой: чтобы все играли в футбол. Желаю развивать эту прекрасную игру. Как уже сказал, глубоко убежден, что мы — футбольная нация. И цель моей жизни — как-то повлиять на то, чтобы наша сборная стала чемпионом мира по футболу. Надо увидеть это вживую.
Больше новостей спорта – в нашем телеграм-канале.
