Партнершу ударили по лицу на глазах у всех. Почему в парных видах спорта сложно избегать жестокости

На чемпионате мира по аргентинскому танго, который сейчас проходит в Буэнос-Айресе, дисквалифицировали российскую пару Анна Гудыно — Кирилл Паршаков. За кулисами во время ссоры партнер ударил свою партнершу кулаком по лицу, и произошло это на глазах организаторов. Корреспондент «Матч ТВ» на примере фигурного катания рассуждает о том, откуда берется насилие в паре, что с этим делают тренеры, и почему систему практически невозможно изменить.

Тема рукоприкладства в отношениях партнеров в фигурном катании — что-то вроде неприятной болезни. Все знают, что это существует, но обсуждать вслух не принято. Неловко, стыдно, да и зачем? Из-за обыденности ситуации насилие перестало казаться вопиющей и однозначно требующей осуждения проблемой.

Для обычного человека, который знает фигурное катание только по красивой телевизионной картинке, где спортсмены обнимаются, целуют друг другу руки и сияют улыбками, это кажется невероятным. Неправдоподобным даже. «Как — бьет?! А она что? А тренер что? Так пусть уйдет!»

Бывает, что бьет. А она бьет в ответ или просто пытается его успокоить. А тренер для порядка гаркнет «Прекратите!» или вообще оставит этот вопрос на откуп паре. Особенно если их связывают еще и личные отношения. У тренера ведь нет цели воспитывать половинки пары по отдельности, его задача — сделать боеспособной спортивную единицу. И тут все средства хороши.

Конечно, никто не уходит. Потому что на типичный комплекс жертвы («если ударил, наверное, я сама заслужила?») накладывается чисто спортивная психология — перетерпи, перемоги, преодолей. Да и как уйти, когда такие крупные ставки сделаны: время, силы, здоровье, деньги. С подводной лодки в открытом море никуда не деться.

К тому же насилие — величина не постоянная. Вспышки агрессии чередуются с раскаянием, искуплением вины, спокойными ровными отношениями. Все как в обычной жизни.

Все осложняется тем, что результат пары всегда будет зависеть от двоих. И если один сделал максимум, а другой — фатально ошибся, редко кто сможет удержаться от обвинений партнера с последующим скандалом.

Конфликты внутри спортивной пары неизбежны. Достаточно представить себе, что 6 дней в неделю вы находитесь лицом к лицу, рука в руке и спина к спине с чужим человеком, который имеет на все свои взгляды, свои мысли и свои привычные способы снятия агрессии.

Причины для агрессии найдутся: например, тренер уделяет вам меньше внимания, чем соперникам, или элемент никак не получается, а чемпионат на носу, или что-то болит. Вдобавок поругался с родителями, разбил машину, девушка бросила.

Одному для снятия напряжения достаточно ударить пару раз кулаком по борту. Кто-то швыряет чехлы в стену раздевалки, другой будет безудержно материть всех в радиусе десяти метров. Найдется и тот, кто физически выместит злобу на ближнем. При этом тронуть тренера большинству спортсменов не позволит субординация. А партнерша — она же рядом, и стоит на той же ступени внутренней иерархии.

Мы как будто подразумеваем, что субъектом агрессии всегда выступает мужчина, партнер, а пострадавшей стороной — женщина, партнерша. В реальной жизни случается и наоборот. Гораздо реже, но случается. И это тоже нужно считать насилием.

Нельзя забывать еще, что специфика вида спорта влияет на селекцию спортсменов, доходящих хотя бы до уровня КМС (кандидатов в мастера спорта). В фигурном катании, помимо прочего, ценится эмоциональность, а вторая сторона этого качества — вспыльчивость. Она применение кулаков не оправдывает, но отчасти объясняет.

Конечно, все это больше свойственно российским реалиям, нежели западным. Несмотря на то, что на западе работает много наших тренеров и выступают спортсмены постсоветского происхождения, рамки дозволенного там значительно ограничены законодательством в сфере защиты личности. Его едва ли можно назвать совершенным — в нем, бывает, случаются перегибы в другую сторону. Но все же «там» безнаказанно поднять руку на человека гораздо сложнее и дороже по последствиям, чем «здесь».

В инциденте, произошедшем на днях в Буэнос-Айресе на чемпионате мира по аргентинскому танго с Анной Гудыно — Кириллом Паршаковым, всего лишь проявился устоявшийся десятилетиями порядок разрешения конфликтов в парных видах спорта. Правда, от официальных лиц и организаторов такое обычно стараются скрывать, но волна эмоций в какой-то момент перестает быть управляемой.

Анна Гудыно / Фото: © инстаграм Анны Гудыно

В первую очередь это бьет по самим спортсменам, их и без того сложным отношениям и репутации. Гудыно — Паршакова еще и дисквалифицировали за неспортивное поведение, не допустив до финала. Во вторую очередь инцидент бросает тень на всю систему, где работают добросовестные «чистые» спортсмены тоже.

Знаете, в чем парадокс? Если вы спросите у главных действующих лиц, как они относятся к тому, что их иногда бьет партнер или партнерша, они ответят что-то вроде — «Да, бывает, ну и что. У многих так». То есть в восприятии спортсменов насилие часто является нормой, а если нет, оно почти всегда окупается результатом — золотом, победами, призовыми.

А значит, изменить систему и привычку к жестокости практически невозможно. И это самая наглядная иллюстрация существования обратной стороны медали.

Читайте также:

Нет связи