Бокс/MMA

Хабиб мощно высказался про образование. И добавил про Волкова, Исмаилова, Сен-Пьера и Яна

Хабиб мощно высказался про образование. И добавил про Волкова, Исмаилова, Сен-Пьера и Яна
Хабиб Нурмагомедов / Фото: © Fight Nights
Хабиб Нурмагомедов после турнира своей лиги EFC 33 почти 33 минуты говорил с журналистами.

Прийти на турнир Хабиба стоило хотя бы ради этого нокаута в бою Георгий Шахрурамазанов (10-0) vs Али Дикаев (10-3). Три поражения Дикаева были тяжелыми нокаутами, и это стало четвертым. Шахрурамазанов жестко пробивает коленом корпус, заставляет убрать руки от головы и тут же направляет туда ногу ударом с разворота.

Открыть видео

Потом Хабиб вышел к журналистам и неожиданно спросил навстречу: «Вам тут как? Есть какие-то вопросы, замечания?» Так бывает, когда ты восемь лет дерешься в лиге, где от интереса фанатов зависишь в большей степени, чем от интереса инвестора. За восемь лет в UFC Хабиб стал человеком, способным купить собственную лигу, и, видимо, для него тоже очевидно, что журналисты хоть и не делают тебя звездой, но они делают тебя популярнее, когда задают вопросы. 

Открыть видео

— Вы сегодня долго говорили с Магомедом Исмаиловым, а до этого говорили, что хотели бы увидеть бой Исмаилов — Шлеменко. Сейчас вы можете его организовать.

— У нас идут переговоры насчет боя Исмаилов — Минеев на совместном турнире в сентябре. Надо будет сесть и пообщаться. Единственное, что меня держит, что это исключительно история Fight Nights. Лезть туда и бежать впереди поезда не хотелось бы. Но если они захотят и будут согласны и Мага, и Минеев, и Fight Nights, мы организуем это в сентябре на совместном турнире.

Хабиб Нурмагомедов / Фото: © Вадим Тихомиров

— Если сделать бой Исмаилов — Шлеменко после этого?

— Ни Мага, ни Шлеменко у нас не на контракте. Но потенциально это интересный бой. Шлеменко — большая звезда, Исмаилов — большая звезда. На месте Маги я бы подрался после Минеева со Шлеменко. А с кем еще драться? Я больше никого не вижу. А если они подерутся на нашем турнире, я был бы вдвойне рад, потому что контент на нашем турнире нам не помешает.

— Вас много спрашивают про трешток, давайте немного конкретизируем: если один боец вашей лиги будет говорить про другого, что тот забеременел (знаменитая цитата Хабиба про Конора), и тот отвечал бы так же жестко. Как вы к этому будете относиться?

— Это дело каждого бойца. Не мне же за эти слова отвечать. Я буду относиться плохо, если это человек из моей команды. Я сделаю замечание, что эти слова неуважительные: мужчины не беременеют. Но если человек из Краснодара, или Москвы, или Питера говорит то, что он хочет, то пускай сам и разбирается.

— Просто это ваши цитаты в адрес Конора, которые привели вас к одному из самых больших боев в истории. Но как бы вы реагировали на вражду в таких выражениях?

— Они бы сами разобрались между собой. Если мы договоримся провести Исмаилов vs Минеев и они будут друг на друга что-то говорить, пусть говорят. Пусть сами отвечают за свои слова.

— Есть ли договоренность с Дэйной Уайтом о переходе ваших бойцов в UFC?

— Такого договора нет, но он следит за нашей лигой. Как минимум два бойца у нас уже готовы — это Ризван Куниев и Мехди Дакаев. Насчет UFC — я помню, что и сам, когда выступал в России и у меня был рекорд 16:0, мне предлагали драться за пояс в М-1 и Pro FC, но мне на тот момент не были интересны пояса в российских лигах. Я смотрел за океан. Если у нас такой боец появится, который будет защищать пояс и доминировать, и если он скажет: «Ребята я бы хотел выступить в UFC, это мечта детства». Я ему не буду противостоять. Даже помогу.

— Будет ли ваша лига на платформе Fight Pass?

— Вообще после того как я это сказал, к нам много стриминговых компаний обратилось, которые говорили: «Сколько вам хотят платить на Fight Pass? Мы можем больше заплатить». Я говорю: «В смысле, сколько нам заплатили?..» У нас сейчас идут переговоры, и к июню они должны закончиться. Есть пара платформ, которые хотят наши турниры, кто больше заплатит, туда и уйдем, это бизнес.

Сейчас мы очень хорошо работаем, у нас хорошие спонсоры, хорошие отношения с «Матч ТВ». Может быть, мы первая лига, которая зарабатывает деньги. Ни один турнир, после того как я стал владельцем лиги, мы не отработали в минус.

— Спросили у Шамиля Завурова (президент лиги Хабиба) про организацию схватки по грэпплингу между вами и Магомедом Исмаиловым.

— Если я выйду против Миши Галустяна или Андрея Кириленко, это тоже вызовет большой ажиотаж, правильно? Прикинь, я и Кириленко, весь баскетбольный мир будет смотреть. Любая стриминогвая платформа может взлететь, а Мага… пускай учиться бороться, Минеева он не посадил. Куда ему со мной. А так я боролся со многими, с чемпионами мира ADCC в грэпплинге, но грэпплинг меня не интересует честно. Это может вызвать какой-то ажиотаж, но пока таких планов нет. Слишком сложный график.

— Часть вашей команды сейчас тренируется в Вегасе, планируете ли вы к ним присоединиться?

— Да, они уже подкалывают: «Манапович, ты что такой занятой», — по отчеству называют. Наверное, весь март проведу там: 6 марта дерется Ислам Махачев, 13-го — Зубайра Тухугов, 27-го — Абубакар и Умар Нурмагомедовы. Скорее всего, 2 апреля в Bellator дебютирует Усман.

— Чувствуется, что на вашу команду сейчас, и в особенности на людей с вашей фамилией, есть большое давление. Возможно, самое большое на Абубакара, поскольку он проиграл в своем дебюте в UFC.

— Сейчас он процентов на 60 в форме. Полтора месяца до боя, тренируется два раза в день. Будет тяжело любому человеку с этой фамилией, особенно если со мной связывают родственные отношения. Пускай выбирается. Зато у них есть внимание и помощь, которых у меня не было, а это в основном плюсы.

 — Имело бы смысл для Александра Волкова потренироваться с Дэниелом Кормье и могли бы вы организовать ему эти сборы?

— Кормье сейчас практически не тренируется. Он восстанавливается, у него спина, операции. А Саше, я думаю, надо точно так же, как он идет, не убирать ногу с газа и с каждым годом прибавлять, становиться опытнее, лучше, пахать. Ему 32 года, для тяжа это хороший возраст.

— Уезжать в другой лагерь, что ему часто советуют, нет смысла?

— Нет смысла — только если к себе приглашать. Бороться надо, конечно, учиться, потому что Оверим это Оверим, но дальше могут быть Блэйдс, Миочич, который в одну ногу проходит и сажает. Надо тренироваться, как он тренируется, и не сбавлять.

— Будете в Вегасе встречаться с Дэйной Уайтом?

— У нас всегда проходят встречи. В последнее время начали это часто обсуждать, просто мусолится эта тема. Мне неприятно. 

— В эфире «Матч ТВ» вы сказали, что отправили Дэйне Уайту какое-то сообщение.

«Дэйне Уайту нужно принять какое-то решение. Я буду согласен с любым». Хабиб пришел на «Матч ТВ» и рассказал об Eagle FC и своем будущем

— Между нами идет диалог, но я бы не хотел выносить его в СМИ. Я сказал Дэйне: «Мне не нравится, что из-за меня в дивизионе простой». Но одновременно я понимаю, что уже подрались топовые бойцы. Уже примерно определились, кто будет драться за пояс, а кто в претендентском бою. Следующий бой нужно провести в мае–июне. Так что сейчас не то положение, когда нужно быстро принимать решения. Но я бы хотел определенности и сказал об этом Дэйне. Не хочу, чтобы что-то зацикливалось на мне. Я свое слово сказал, все что мог сделал в этом виде спорта.

Понимаю желание Дэйны. Он потерял одного бойца, потерял меня, многих теряет. А в этом виде спорта нужны люди, которые приносят деньги. Но хочу, чтобы мое положение тоже поняли.

— Освобождение титула в легком весе — для вас это…

— Мне станет легче, как будто камень с души. Пускай дерутся, пускай назначают претендентский бой и бой за вакантный титул. Никаких проблем. У меня же остались свои люди в дивизионе: Дос Аньос, Гэтжи, Конор, Порье. Их победы будут держать меня на слуху. Пусть двигаются и на меня работают.

— Но лишение титула в легком весе все равно оставит для вас дверь открытой?

— Лишение титула ничего не изменит, у меня дома четыре пояса: два старых, два новых. Дверь всегда будет открытой. Не думаю, что хоть какая-то пресс-конференция пройдет без вопроса «Думаешь вернуться?». Вчера на эту тему говорил, пришел сюда, и вам это опять интересно. Можно вспомнить, как Марвин Хаглер дрался с Шугаром Леонардом и после этого ушел. У него было 12 защит титула подряд, такая звезда. Но люди долго спрашивали: «Вернешься?» Прошло десять лет, а ему задавали те же вопросы. Так что отношусь к этому с пониманием.

— То есть вас и в 40 лет будут спрашивать?

— Думаю, да. Потому что были случай, когда и после сорока люди становились чемпионами UFC.

— Но тренируетесь вы не для этого?

— Тренируюсь я для души. Сегодня утром сделал 45 минут кардио, 30 минут качки.

 — Чтобы не заплыть?

— Я могу заплыть, но тренируюсь не поэтому. Просто хорошо же чувствуешь себя, когда тренируешься. Встретил кого-то на улице — и еще можешь дать отпор.

— Вы неплохо общаетесь с Петром Яном. Умар Нурмагомедов сейчас выступает в этом дивизионе. Если Умар дойдет до пояса, когда Ян будет чемпионом?

— Нуу, ребята. Умар только подрался. Ему еще года два биться, чтобы туда дойти. Будет ли Петр там? Фантазировать неправильно. Я хорошо отношусь к Петру. Пацан вышел из деревни и стал чемпионом мира в лучшей лиге. Практически такая же история у меня. Если человек становится лучше в любой работе, у меня к нему всегда было, есть и будет правильное отношение. Кто ему помогал, как он вышел — у него тоже своя история.

Вы такие вопросы задаете, рад — не рад. Глупые вопросы, если честно. Если Умар и Ян подерутся, выиграет сильнейший. У Яна бой через несколько дней с серьезным соперником. Желаю ему победы и буду радоваться за него.

— Если все-таки ваш титул забирают…

— Не-не, извини, брат. Не забирают, а оставляю. Хотели забрать.

— Если вы оставите титул, есть ли шанс, что состоится бой с Сен-Пьером, но не в категории до 70 килограммов, а в 77 кг?

— В 77 кг я драться точно не буду. Это не моя природная весовая категория. Когда я в хорошей форме, у меня 82 кг. Сгонять до 77 и в бою весить 80-81 кг против лучшего бойца в истории этого веса. Это как в детстве, когда дерешься с каратистом, берешь его за ноги и валишь, а он тебе говорит: «Дерись в стойке, как мужчина». Ты думаешь: «Мы же и так в стойке начинали». Понимаете, о чем я говорю? Если было бы что-то интересное, то это легкий вес. Так что ни Сен-Пьер, ни 77 килограммов — думаю, нет.

— В выходные нокаутировали Фрэнки Эдгара, человека, как и вы, трижды защитившего пояс в легком весе. Что чувствуете, когда проигрывают бойцы, которые были для вас легендами?

— Отношусь с пониманием. Я спрашивал у Али, который также и менеджер Эдгара, как Фрэнки себя чувствует. Нокаут тяжелый. Я знаю Эдгара, знаю его детей и семью. Иногда ставишь себя на его место — так улететь в нокаут, когда твои дети все понимают. У него детям 7-8 лет — уже в сознании и сами участвуют в соревнованиях.

Не хочется, чтобы твои знакомые улетали в глубокий нокаут, особенно когда выступают в таком весе и в таком возрасте. Это неправильно. Рядом должны быть люди, которые скажут: «Все, хватит». Понятно, что хочется заработать денег, но их можно заработать другими путями. Возраст не спрашивает фамилию. Нужно уметь вовремя остановиться.

https://www.instagram.com/p/CLGB84OJ7hc/

— Недавно вы опубликовали в инстаграме стих «Кому память, кому слава, кому темная вода» в связи с последними событиями в Дагестане [убийство бывшего главы поселения в местном РОВД]. И добавили, что самое главное — это воспитание…

— Смотрите, вот это поколение уже ничего не сделает. Есть определенный менталитет, связи, завязки. А будущее — да. Будущее — только дети. Я вот сейчас Маге Исмаилову объяснял: «Не говори, что ты плохо учился в школе. На тебя смотрят дети и думают, что раз Мага плохо учился в школе, значит и я могу».

Это поколение уже ничего не сделает, я в этом сто процентов уверен. Надо растить новых. Моисей 40 лет скитался по пустыне, чтобы поколение полностью сменилось. Всевышний сделал так, чтобы оно поменялось и пришло новое. Через 40 лет, если поколение поменяется, будет порядок. А сейчас где-то будет, а где-то точно нет.

Нужно воспитывать детей в правильном русле. Не говорить им, что они должны в первую очередь заниматься спортом. Сначала они должны учиться, а потом заниматься. Если он в первую очередь тренируется, а учебу ставит на второе место, то растет социально опасный человек без ума и мозгов. Первые ученики моего отца — это был 2002–2003 год — на сборах решали домашние задания, он их сам давал. Тогдашние чемпионы говорят мне теперь: «Мы думали, какой из тебя спортсмен. Наверное, учитель получится». Настолько я был сфокусирован на учебе. Одновременно с этим тренировался, но учеба на первом месте. Отец запрещал мне ходить на тренировки, если я учился плохо. Говорил — сперва ты будешь учиться и только потом тренироваться. Нужно расставлять приоритеты.

— Нынешняя популярность сильно мешает?

— Напрягает. Иногда хочется просто прогуляться и жить обычной жизнью. Я жил и той жизнью, и звездной сейчас. Удивительный парадокс: люди хотят стать звездами, а звезды — вернуться в ту жизнь. Я бы хотел вернуться. Иногда напрягаешься от всего этого и сильно нервничаешь. Но потом думаешь: пусть все идет как идет. Поставил на круиз-контроль и двигаешься.

В Америке ты можешь сидеть в ресторане, и к тебе никто не подойдет. Думаешь, сегодня меня никто не настигал. Но потом подходят, говорят: «Не хотели вас тревожить. Можно сфоткаться?» И тебе становится приятно, что он тебя не тревожил и подождал.

А у нас можешь сидеть — и ба-бах, незнакомая рука на плече: «Брат, селфи». И сядет, и будет с тобой общаться. Не скажешь же ему: «Брат, я вообще-то с человеком сижу». 

Читайте также: