«Почему я не высказывался о зарплатах: с моей стороны это выглядело бы так, будто мне нечего есть». Интервью биатлониста Томшина

«Почему я не высказывался о зарплатах: с моей стороны это выглядело бы так, будто мне нечего есть». Интервью биатлониста Томшина
Фото: © Денис Бушковский / Матч ТВ
Биатлонист сборной России Василий Томшин считал, что выход в эфир ничего не изменит.

Идея объединения мужских групп в сборной России пришлась по душе не всем: одни из самых титулованных биатлонистов последних лет Антон Бабиков и Александр Логинов ушли на самоподготовку, после чего к ним присоединился Александр Поварницын. Василий Томшин остался в национальной команде, но признался, что новость о слиянии двух групп принял тяжело, поэтому были мысли об уходе.

Также в интервью «Матч ТВ» Томшин вспомнил о приятных моментах на прошедшей в межсезонье свадьбе с биатлонисткой сборной Анастасией Батмановой, объяснил, почему не изменил отношения к Антону Шипулину после его ухода в политику, а также рассказал, что ему было стыдно выходить в эфир во время истории с зарплатами.

«Родители Насти подарили на свадьбу мешок денег: там были полтинники и сотки»

 — Это межсезонье для тебя и Насти Батмановой было особенным. Расскажи, как ты чувствуешь себя в новом статусе?

— Свадьба прошла очень круто! Очень рад, что она вышла именно такой: приехали друзья, родные! Думал, что доля поздравлений будет намного меньше, поэтому еще раз всем спасибо огромное за такие добрые слова. Что касается того, как изменилась жизнь после свадьбы, то степень доверия между мной и Настей возросла. Ну и горизонт планирования стал немного шире.

Фото: © Личный архив Василия Томшина

— Философский ответ! Какое поздравление запомнилось больше всего?

— Их было правда очень много. Самое запомнившееся… родители, наверное. Хотя вот вспомнил еще: друзья нашей семьи принесли на свадьбу коробочку с моими детскими вещами. Оказывается, очень давно моя мама собрала вещи, которые были со мной, когда я только родился, и отдала на сохранение нашим друзьям. Те, в свою очередь, запечатали все в конверт и написали: «Открыть в день свадьбы Василия». Преподнося это на мероприятии с самыми теплыми словами, я расплакался.

 — Так, а каким был самый запоминающийся подарок?

 — Родители Насти подарили большой мешок денег (смеется). Запоминающимся он был не потому, что это мешок денег, а потому, что нам пришлось пережить, когда мы его получили (смеется). Дело в том, что там были полтинники и сотки, которые тщательно смяли. В итоге день у нас ушел на то, чтобы разгладить купюры, еще два дня — на посчитать. Затем Юрий Олегович (Батманов) сказал, что мы посчитали неправильно, пришлось пересчитывать (смеется). И только уже потом мы пошли сдавать в банк. Ну и 50-рублевые купюры принимали не везде — был настоящий челлендж.

— Как правило свадьба подразумевает последующее совместное проживание мужа и жены. Но жизнь спортсменов немного другая: этим летом вы с Настей почти не пересекались, потому что сборы ваших команд проходят в разных местах. Как вы себя чувствуете?

— Тяжело. Очень тяжело. Когда втягиваешься в режим сбора и фокусируешься на задачах, которые тебе нужно выполнять, становится легче. Но сам момент отъезда из дома на сборы проходит очень сложно, но что делать — это наш выбор.

— Тяжело, но терпимо?

— Тяжело, но уже не знаю, насколько это терпимо (смеется). Ждем, когда начнется сезон, чтобы быть вместе.

Фото: © Личный архив Василия Томшина

— После свадьбы родственники начинают долбить вопросом: «Ну когда же дети?» Как вы им отвечаете?

— Да, есть такие вопросы (смеется). Особенно со стороны моих родителей. Мы отвечаем: «Будут». Ну и они понимают, что мы сейчас сфокусированы на целях и задачах в биатлоне. В этом олимпийском цикле стоит задача работать на максимум, насколько это возможно с нашей стороны.

«Когда стал старше, начал выделять Чепикова за его заслуги в биатлоне и лыжах»

— На сайте СБР сказано, что твой кумир — гольфист Арнольд Палмер. Объясни, почему?

— Все это получилось из шутки: когда нужно было написать своего кумира в спорте, я решил сделать что-то остроумное и, как мне оказалось, веселое. Но если серьезно, то Арнольд Палмер — крутой дядька, который перевернул гольф. Он использовал свою личность для ассоциации с брендом. Он немного по-другому посмотрел, как можно использовать свою популярность, и популярность всего вида спорта.

— Если бы тебе задали этот вопрос еще раз, ты ответил бы так же?

— Если отвечать серьезно, то, как и все ребята, кто в детстве занимался биатлоном, я следил за Уле Эйнаром Бьорндаленом, за Мартеном Фуркадом. Они и были моими кумирами.

— Из россиян кого-нибудь выделял?

 — Сергея Чепикова. Не скажу, что я тогда выделял, но когда сам стал постарше, когда побольше узнал про биатлон, понял, что Сергей Чепиков — очень крутой. Помимо того, что он добился успеха в биатлоне, он сумел проявить себя и в лыжах, а затем снова вернуться в биатлон.

Фото: © Денис Бушковский / Матч ТВ

— Не расстраивает ли тебя то, чем он сейчас занимается?

— Политикой? Да нет, почему это меня должно расстраивать? Это его путь. Думаю, что он на своем месте делает очень многое.

— Просто такие смены деятельности не всегда приводят к положительному результату. Сразу вспоминается пример самого титулованного российского футбольного тренера Валерия Газзаева, который уйдя в политику, больше запомнился высказываниями, чем делами. Отношение к Антону Шипулину, кажется, тоже изменилось, не так ли?

 — Мне сложно судить те или иные поступки людей после спорта, тем более, что с Антоном Шипулиным я не был знаком, не бегал с ним в одной команде. Он был очень крутым спортсменом, был чемпионом, и что бы Шипулин ни делал после карьеры, это не отменяет того, чего он добился во время нее. Он сильная личность.

— Шипулин же избран от твоего региона, верно?

— Даже более того, он избран от Серовского избирательного округа в Свердловской области, где я родился.

Фото: © Михаил Зимин / Матч ТВ

— Как дела в Серове? Там что-то меняется?

— Я не был в Серове, наверное, лет семь. Сложно сказать, меняется там что-то или нет. Там живут бабушка и дедушка, но у них в гостях не был давно, они приезжают к нам.

— Что они рассказывают о Серове?

— Они живут на окраине города. Весь их быт — это дом, огород, поэтому темы о том, меняется ли в городе что-то или нет, мы как-то не обсуждали.

«В Свердловской области в плане организации все намного лучше»

— К Федерации биатлона Свердловской области, которой руководит Шипулин, тоже бывают вопросы. Ты уже имеешь к ней отношение?

— Два дня назад разговаривал по переходу, до 15 августа комитет по переходам СБР примет решение, поэтому пока что переход не завершен и окончательно говорить о нем рано.

— Почему ты захотел сменить регион?

— Во-первых, из домашнего региона проще летать на сборы. Я это и раньше делал, только за свой счет. Во-вторых, Свердловская область более организованная команда. Когда я летом на сборах с национальной командой, меня это не особо касается, но зимой на Кубках России я видел, что у Екатеринбурга в плане организации все построено намного лучше. Речь про проживание, переезды, работу сервиса в течение сезона. Женская и мужская команды ездят вместе, поэтому все, что круто у женщин, так же хорошо и у мужчин.

— В женской сборной Свердловской области собраны одни из лучших биатлонисток страны, в мужской — теперь можешь быть ты и Бажин. Но больше никого.

— Я, Кирилл и сильные юниоры.

— Почему сборная Свердловской области не может набрать состав на эстафету?

— Тут я ситуацией владею не сильно, не знаю, почему так произошло. Но, насколько мне известно, там на подходе сильные юниоры. Почему юниоры не вырастают до уровня мужчин? Может быть, оказывает влияние Михаил Викторович Шашилов, весь фокус внимания которого направлен на женщин.

«После новости об объединении мужской команды была неприязнь»

— Почему ты принял решение не высказываться по вопросу о зарплатах?

— В первую очередь я хочу сказать, что я благодарен Дмитрию Губерниеву, Диме Занину и всему «Матч ТВ» за освещение темы. Моя ставка в Минспорта — это, в большей части, их заслуга. Почему я тогда не высказывался публично: во-первых, честно, на тот момент мне казалось, что из этой затеи ничего не выйдет, во-вторых, отчасти мне было стыдно выходить в эфир и высказываться о том, какое «плохое» руководство лишило меня денег — с моей стороны это выглядело бы так, будто мне нечего есть. Со своей стороны я сделал все от меня зависящее, поговорил лично с руководством.

— При этом ты понимаешь, почему ребята пошли в эфир?

— Понимаю ребят. Они, безусловно, достойны ставки в ЦСП.

— Следишь за Telegram-каналом «Союз Трех Биатлонистов»?

— Конечно, это мой любимый канал.

— Как бы ты ответил на вопрос из их блица про Губерниева и Ростовцева?

— С Дмитрием я очень хорошо знаком, поэтому отвечу в пользу Дмитрия.

— Не было ли у тебя желания и возможности пойти по пути Бабикова и Логинова?

— Когда нам сказали решение об объединении мужской команды, я воспринял это тяжело. Даже неприязнь к этому была. Да и сейчас она отчасти остается. У меня были мысли пойти работать по плану Дмитрия Александровича Шукаловича, но взвесив все «за» и «против» нахождения в команде в плане организации тренировочного процесса, в плане количества специалистов рядом я принял решение, что для меня эффективнее будет работать в сборной.

— В связи с последними событиями — какая у тебя цель в биатлоне?

— Выступить на Олимпийских играх 2026 года. Надежда все-таки есть.

— Сейчас Олимпиада кажется чем-то недоступным, поэтому многие спортсмены, возможно, готовы отказаться от этой мечты, чтобы не разочароваться.

— Думаю, это правильно: отказаться, чтобы не разочароваться. Но когда ты отказываешься от одного ориентира, тебе нужно найти другой, который будет тебя мотивировать и тобой двигать. Если спортсмены находят его, то круто. Я же пока продолжаю надеяться, что у нас получится выступить на Олимпиаде. Через год, возможно, ситуация станет яснее. Там уже будем либо менять ориентир, либо принимать другое решение.

— Если Игры-2026 пройдут мимо нас, у тебя будет мотивация работать до 2030 года?

— Многое будет зависеть от того, как я буду себя чувствовать функционально и физически. Насколько я буду конкурентоспособен, также важный фактор — это семья, потому что очень тяжело разъезжаться с супругой по сборам.

«Блин, Вась, ты столько лет в биатлоне, неужели так сложно взять и попасть пять из пяти?»

— Латыпов в интервью «Матч ТВ» рассказал, что хотел бы потренироваться с норвежцами и перенять их опыт. С кем хотел бы ты?

— Если Эдик к норвежцам, то я тогда к французам (смеется).

— Почему?

— Мне интересно узнать, какой объем тренировок выполняют европейские команды, что им позволяет так круто бегать зимой. Когда ты находишься только в своей команде, у тебя возникает ощущение, что работаешь очень много, но зимой оказывается, что есть ребята, выступающие круче тебя. И тогда ты с удивлением задаешься вопросом: «Если я столько тренировался, сколько же они?!» Понятно, что до конца не разберешься, но если проездить одно межсезонье, то точно получишь много информации.

— У тебя есть аллергия?

— Да, целый букет аллергии. Самая большая боль, даже не столько моя, сколько боль Насти, это аллергия на кошек и собак. У Насти дома очень много домашних питомцев. И сейчас, когда мы живем в Екатеринбурге, ей этого очень не хватает. Моя аллергия стоит препятствием между этим. Надеюсь, когда-нибудь мы найдем породу, на которую у меня нет аллергии. Ну и пока мы на сборах — тоже неактуально. Из аллергии — еще рыбу не ем.

— Колоссальное давление оказывает супруга из-за питомца?

— Однозначно! Старюсь даже реже заходить в социальные сети, потому что вся моя лента там наполнена видео с кошечками и собачками, отправленными Настей.

Фото: © Личный архив Анастасии Батмановой

— Как ты воспринимаешь критику?

— Смотря откуда она идет. Моему росту способствует, конечно, моя супруга. Но это всегда здоровая критика. Это не та критика, которая бьет тебя по лбу, после которой ты не можешь понять, что произошло. От нее даже больше советы. Что касается критики от тренерского штаба, то здесь все как в жизни: не со всеми людьми у тебя одинаковые отношения, так и с тренерами. Поэтому критику со стороны людей, у которых у тебя не самая высокая степени доверия, особо не воспринимаешь.

— У меня складывается о тебе впечатление, что ты довольно спокойный спортсмен. И если тебя начнут критиковать, ты ничего не станешь отвечать этому человеку.

— Ответить резко — это не всегда неправильный путь. Кажется, иногда стоит ответить резко. Возможно, этого мне не хватает. Наверное, не стоит все и всегда «спускать на тормоза». Но предрасположенность у меня такая, что лучше выброшу из головы плохие слова, чем буду доказывать человеку свою правоту.

— Хотел бы ты этот момент проработать и измениться?

— Стараюсь в себе вырабатывать этот момент. В первую очередь в общении с самим собой. Например, когда на тренировке не получается стрельба, начинаешь себя накручивать: «Блин, Вась, ты столько лет в биатлоне, неужели так сложно взять и попасть пять из пяти?» Вот такие моменты пытаюсь проработать, чтобы жестко ответить на критику самому себе.

Читайте также: