«Халили для меня — большая головная боль на сегодняшний день». Юрий Каминский — о состоянии команды в Хохфильцене

«Халили для меня — большая головная боль на сегодняшний день». Юрий Каминский — о состоянии команды в Хохфильцене
Юрий Каминский / Фото: © РИА Новости / Владимир Песня
Беседует Сергей Лисин.
  • Юрий Каминский, первый сезон работающий с мужской сборной командой России, попал, что называется, сразу на бал — часть команды на самоподготовке, плюс коронавирус, обусловленная этим подготовка без выездов в Европу, необычный календарь и на данный момент последняя большая неприятность — вылет Бабикова на половину финского блока, а Гараничева — вообще на весь.
  • После спринта в Хохфильцене ясности не добавилось — чистым ходом лучше всех был Латыпов (21-й), уступивший лидеру, Йоханнесу Дале, 58 секунд, Логинов и Елисеев пробежали примерно «в одни ноги» показав соответственно 28-ю и 30-ю скорость, Гараничев и Халили расположились ближе к концу пятого десятка, а Бабиков и вовсе — 68-м.
  • О том, в каком состоянии находится команда, чем это обусловлено, куда и как может развиваться, а также об адаптации тренера по лыжным гонкам в биатлоне мы поговорили с Каминским сразу после завершения гонки.

— Что скажете?

— Думаю, что сборная команда России должна занимать места поближе. И соответственно, установка ребятам делается на место в десятке, на борьбу за призовые места, хотя, конечно, кому-то и на место в двадцатке.

— В спринте команда попала на пятый день в горах, обычно он самый тяжелый, это было заметно?

— Конечно, это сказалось, не столь сильно, но все равно. Каждый спортсмен переносит это индивидуально. Думаю, что на Александре Логинове сказалось сильно — у него высокая вязкость крови, на Бабикове тоже. Но всем было тяжело, с другой стороны.

— Когда я спросил Александра о раскладке по кругам, а он третий круг прошел явно лучше первых двух, то ответ был, что тактики не было.

— Не думаю, что была какая-то тактика. Мы разговаривали, конечно, о том, что первые круги не надо сразу идти на полную, но он лучше знает эту гору, самый опытный. Шел он, наверное, по ощущениям. На самом деле у него наилучшая раскладка. Допустим, Латыпов, я считаю, поступил неправильно, хотя я перед стартом и говорил ему, что начать надо поспокойнее. Если смотреть, то он с каждым кругом проигрывал все больше и больше. Развернуть бы его раскладку наоборот.

Матвей Елисеев / Фото: © Kalle Parkkinen / Newspix24/ Global Look Press

— Матвей Елисеев в среднегорье, будучи атлетичным спортсменом с приличной мышечной массой, выглядел заметно увереннее на третьем круге, чем в Контиолахти.

— Матвей при подготовке к этому сезону два раза съездил в горы. Первый раз это было в августе, а затем на вкатке в ноябре. Думаю, что это сказалось.

— Многие, в том числе победительница женского спринта Динара Алимбекова, сетуют, что из-за невозможности выехать в привычные места тренировок в Европе им очень не хватает сборов в среднегорье. Елисеев успел там потренироваться, что по остальным, не хватает гор?

— У остальных был один сбор, а у Логинова его вообще не было, но с его аэробными возможностями Александру это не столь необходимо, как, например, Бабикову, который на спринте был в «яме». Конечно, это чувствуется. Один раз мы съездили, но по-хорошему нужно было делать, как белорусы — они две-три недели были в горах, а мы дней десять. И то, что Елисеев провел сбор на Семинском перевале, как раз работает на него.

— Но зато сейчас вы будете в Хохфильцене почти две недели, это мини-сбор на высоте около 1000 метров над уровнем моря. Что ждете ко второму австрийскому этапу?

— Конечно, должно быть получше, акклиматизация к этому времени уже закончится.

— Летом в интервью Антон Бабиков сказал, что вы, взглядом тренера по лыжным гонкам, у каждого находили огрехи в технике. Насколько удалось эти огрехи у команды исправить?

— Для того, чтобы изменить технику взрослому, сложившемуся спортсмену, нужно очень много времени. У них выработан стойкий стереотип движений, сформирована нервно-мышечная координация. Это все нужно поменять, и с некоторыми спортсменами требуются годы. Быстро не получится. Насколько сейчас они стали лучше? Латыпов, например, сильно изменил технику. Бабиков — в меньшей степени, но с ним сразу определились, что корректируем лишь отдельные ее элементы. Тенденция у спортсменов этого уровня такова, что техническую работу, которую проводишь сейчас, чувствуешь только на следующий год. Такая картина у меня была в Казахстане, когда в первый год изменения были видны не настолько явно, а вот уже на следующий — все проявилось намного заметнее.

— У биатлонистов и лыжников заметно различается работа спины — мешает винтовка. Женя Гараничев как-то рассказывал, что если работать корпусом как лыжник, то или головой будешь о нее стукаться или… нижней частью спины, так скажем. В этом плане вам пришлось после лыжных гонок адаптироваться?

— А я и не пытался поставить им лыжную технику. Безусловно, наличие винтовки, которая весит четыре килограмма, уже меняет углы и в том числе наклон корпуса, и действительно, возможность работать спиной немного другая. Но могу сказать, что современная техника у лыжников и биатлонистов не сильно отличается, не на двадцать градусов в наклоне корпуса, может быть, градусов пять-семь. Это, конечно, чувствуется, когда идешь с винтовкой и без нее. И мы специально проводили мини-исследования, снимали их с оружием и без и сравнивали углы.

Евгений Гараничев / Фото: © Alexander Hassenstein / Staff / Bongarts / Gettyimages.ru

— Спрошу проще: когда увидели этот фактор, была мысль — блин, да что же вы из-за этого оружия не можете нормально корпусом работать?!

— Нет-нет, с этим особых проблем не было. Если говорить о спине, то у Жени Гараничева своя особенность, и с ней нужно разбираться, ему есть куда расти.

— Несмотря на то, что лыжные гонки тоже идут по пути сокращения длины кругов в некоторых дисциплинах, все же в биатлоне это намного более заметно, они бегают, как иногда шутят, вокруг рубежа. Под это пришлось подстраиваться при планировании тренировочного процесса?

— Конечно, есть различия. Но, как вы заметили, и у лыжников круги бывают короткие, вот сейчас в Руке они бегали пятнашку коньком по кругу два с половиной километра.

— Один наш спортсмен там проклял этот круг.

— Ну просто для него он очень сложный. Был бы поближе, в десятке, сказал бы что круг хороший (смеется). Конечно, в привязке биатлонистов к стрельбищу есть своя специфика. Я много разговаривал с Лопуховым, который передал мне свой опыт именно в переключении с лыжной специфики на биатлонную. Так что я уже был готов к этому всему.

Эдуард Латыпов / Фото: © РИА Новости / Алексей Филиппов

— О команде. Латыпов стабильно рядом с Логиновым. Эдуард так хорош или Александр еще не в кондициях?

— На самом деле трудно сказать. Сейчас Латыпов не в идеальном состоянии совершенно, ему есть куда добавлять, а Логинов — тем более, относительно себя самого. Мы же знаем, что он может бороться за призовые места как минимум. Наверное, по той подготовке, которая у нас была, я не готов утверждать стопроцентно, но есть ощущение, что слишком быстрая была здесь гонка — мы на таких скоростях мало работали. Здесь быстрый альпийский снег, в Контиолахти был не сказать что медленный, но там он сырой, в основном, а здесь побыстрее, и спортсмены из альпийских стран, — у женщин точно, я смотрел гонку со стороны, — представительницы этих стран лучше проходили спуски, повороты, вовремя переключались. Мы вчера об этом с ребятами говорили. Но одно дело говорить, а другое — довести до автоматизма. Тот же Халили сегодня фактически использовал только две скорости, не хватало вариабельности и по ритму движений, и по смене ходов. И не только ему.

— Халили готовился отдельно. В прошлом году вы не работали с командой, но все же спрошу — есть у него какие-то изменения в лучшую сторону?

— Конечно, я не могу говорить, сравнивая с прошлым сезоном. Много говорят об этом спортсмене, о его потенциале, но не знаю… вопросов у меня пока больше, чем ответов. Правильно ли выбрано было направление подготовки с акцентом на высокие объемы? Мне кажется — нет, они были слишком высокими. Когда делается сильный уклон в сторону одного аспекта подготовки, как правило, что-то теряется в других. Нельзя же тренироваться бесконечно? Нужно же и отдохнуть. Поэтому, возможно, что-то упустили. Насколько? Я в деталях не представляю, не знаю нюансов. Конечно, в общих чертах я хорошо посвящен, что и как они делали, но надо садиться с его тренерами и обсуждать все в подробностях. Но на сегодня бросается в глаза проблема со сменой ритма. То ли это проблема техническая, то ли функциональная. Халили для меня — большая головная боль на сегодняшний день.

Карим Халили / Фото: © Rolf Simeon / Imago images / Global Look Press

— Почему?

— Мы договаривались, что он будет подключаться к команде с августа, а в итоге он сделал это частично лишь в Ханты-Мансийске. Я посмотрел его только на соревнованиях, тренировок не видел. На Семинском перевале пересеклись на неделю — ни одной совместной тренировки не получилось, у них свои жесткие тренировочные планы, и с нашими они не состыковались.

— Проблема смены ритма у Халили. Ну он же не КМС, технику ему давно поставили, ходы тоже, получается, что  скорее всего все-таки функционал? Может быть, и хочет сменить, но не может?

— Возможно, это проблема силовой подготовки, когда мышцы просто привыкли работать только в одном режиме и не могут переключиться на какой-то другой. Хотя судя по тому, что они делали, нужные работы у них были. Но, возможно, высокие объемы просто сориентировали мышцы на то, что они пока не могут справляться.

— И что делать?

— Будем ждать, в прошлом же году с Каримом произошло превращение, не чудесное, но в сторону лучшего. Насколько долго нужно ждать — можно только предполагать, посмотрим.

— В завершение разговора — насколько большим стрессом для вас как для тренера является фактор положительных тестов на коронавирус, способных изменить состав команды буквально за час? Как можно что-то планировать в этой ситуации? Неприятный опыт с Бабиковым и Гараничевым уже есть.

— Если говорить о восприятии этого спортсменами, то тут все зависит от человека. Классный спортсмен, тот же Логинов, нормально эту ситуацию переносит, насколько я вижу. Каждый переживает это по-своему. Если говорить о тренере, то я не вижу здесь больших проблем. Это неизбежно в нашей работе — трудности могут возникнуть всегда, я к этому морально готов, тем более что сейчас я готов к самым разным изменениям, и они постоянно происходят в моей работе. Уже приходилось в работе тренера попадать в экстремальные ситуации: снега не было, ребята заболевали, нужно было выкручиваться, чтобы успеть подготовиться к крупным стартам. Так что в психологическом плане у меня нет никаких проблем.

Трансляции 12 декабря:

Читайте также: