Александр Григорян: «В 30 лет понял: пить мне нельзя»

Александр Григорян: «В 30 лет понял: пить мне нельзя»

Если вы любите огненные спичи Жозе Моуриньо, Александр Григорян — ваш новый кумир. За полгода он приучил, что его интервью – самые жгучие в премьер-лиге. Главный тренер «Анжи» признается, что шлифовать их не собирается. А еще читает Пушкина, Лермонтова и рассказывает о тренировках в боксерских перчатках.

Он мог вывести в топ-дивизион хабаровский СКА, но оказался в РФПЛ раньше. Супермотиватора позвали в «Анжи», который опять сменил курс развития. Нужно было спасаться. Спасаться теми, кто может.

На январском сборе в Турции клуб устроил кастинг. На просмотр к Григоряну съехались чуть ли не все игроки, которые находились в то время в окрестностях Антальи. Проявляли настойчивость. Тогда Григорян предлагал посмотреть статистику новичка в интернете.

«ДАВАЙ ОТКРОЕМ ВИКИПЕДИЮ…»

— У меня была ситуация с футболистом, который хотел пройти у нас просмотр, — вспоминает Александр Григорян. — Пришел ко мне в кабинет, говорит: «Если не подпишу контракт с «Анжи», мне будет стыдно возвращаться домой». Отвечаю: «Давай откроем Википедию, посмотрим, кто ты есть».

— И кем он оказался?

— Смотрим количество голов, забитых этим игроком во втором дивизионе, — два, три, пять… Спрашиваю его: «Будь ты на моем месте, посчитал бы это основанием, чтобы играть в премьер-лиге?». Он ответил, что нет. То есть я выкрутился тактично из той ситуации. Не всегда мне удается это, потому что бываю слишком грубым, могу превратить такую ситуацию в инцидент.

— Послать кого-нибудь?

— Да. А если говорить о том, в каких условиях я возглавил «Анжи»… Знаете, для меня выйти из зоны комфорта еще с детства – обыденное явление. Однажды уяснил, что моя тренерская профессия – не для того, чтобы я волновался перед игрой.

— Понимаете тренеров, которые отворачиваются во время пенальти своей команды и мечутся по бровке?

— Да я сам мечусь по бровке, пытаюсь докричаться. Хотя больше именно мечусь. Конечно, можно встать в красивой позе, надеть красивый галстук, хороший костюм… Но себя не обманешь. Главное – тренер должен обращать внимание на свое внутреннее состояние. Да, в нашей профессии присутствует какое-то актерство. Но все-таки мы должны оставаться собой.

— В первом интервью после того, как возглавили «Анжи», вы сказали, что команду будет не остановить. При этом в премьер-лиге никогда не работали. Откуда такая уверенность?

— От родителей, от дедушки с бабушкой. Корни там. Мы же не знаем, почему, например, два брата-близнеца получают одно и то же воспитание, общаются в одной среде, но один трус, другой – храбрый. Это пример из жизни, у меня есть друзья-близнецы.

— Так сколько игроков прошло через «Анжи» зимой?

— Не знаю. Может, на качество подготовки это повлияло, но незначительно. Это создало неудобство мне и тренерскому штабу, пришлось голову поломать, как такое количество людей просмотреть и при этом подготовить команду к сезону.

Да, и в атаке, и в обороне случались провалы. Но мы в кратчайшие сроки наладили командные действия. В некоторых матчах выглядели убедительнее, чем команды, проводящие второй сезон одним составом.

На сборах, когда было полно народу, нереально всех запомнить. Обращались к некоторым на тренировках просто «эй»?

— Нет, так никогда не обращаюсь. Наша профессия предусматривает хорошую память – и зрительную, и на имена.

«ПРИШЛОСЬ РАЗГОВАРИВАТЬ С ЖЕНАМИ ИГРОКОВ»

— Вы ушли во время сезона из «СКА-Хабаровска» и извинились перед игроками. За что?

— Я этих футболистов собирал. Было непросто. Вплоть до того, что приходилось разговаривать с женами некоторых игроков, уговаривать, чтобы ехали в Хабаровск. Поэтому чувствую перед всеми вину. Но я принял решение, о котором не жалею. Как и обо всех других решениях, которые принимал.

— До этого вы работали только с клубами ФНЛ…

— Открываю Википедию и читаю: в 2009–2010 годах я был ассистентом главного тренера «Нижнего Новгорода». Но я был фактически главным, официально не мог им считаться, так как не было необходимой лицензии. В 2010-м мы в итоге заняли третье место, но тогда еще не было стыковых матчей с клубами премьер-лиги. Потом был первый приход в Хабаровск, «Луч-Энергия», потом опять Хабаровск. И везде были результаты.

«Когда я собираю команду по понятиям, мотивация действует несколько лет». Григорян – о Хабаровске в премьер-лиге 

— Почему тогда Григорян воспринимается вашими коллегами как белая ворона? И есть ли у вас такое ощущение? Мол, человек не работал раньше в премьер-лиге, у него своеобразные методы работы…

— Послушайте, когда я в женский футбол пришел, была такая же ситуация. Так же меня воспринимали, как белую ворону. Говорили: «Кто он такой? Пришел из мужского футбола, здесь своя специфика, свои авторитеты». В первую лигу приходил из женского футбола, такие же разговоры были. Потребовалось время, чтобы хоть какое-то признание получить.

«КУПАЯСЬ В АМУРЕ, ЕЛЕ ДОБРАЛСЯ ДО БЕРЕГА»

— Пока многие тренеры были профессиональными футболистами, я много учился, — говорит Григорян. — И начал работать тренером в 25 лет. С детишками, с юношами, со взрослыми, с командой мастеров. В женский футбол перешел, будучи главным тренером «Олимпа» в третьей лиге. Мне было 29 лет, почти 30 исполнилось. Как раз тот возраст, когда перестал употреблять спиртное вообще.

— Почему?

— Решил, что люди делятся на два варианта: кто умеет пить и кто не умеет. Отношусь ко второй породе, поэтому решил, что если хочу чего-то в жизни добиться, то должен исключить спиртное. Потому что возникали случаи, когда становился агрессивным.

— Милицию приходилось вызывать?

— Ну, зачем это сейчас?.. Просто случалось многое. Выпивка отключала какие-то моменты самоконтроля. Много глупостей успел наделать за тот маленький промежуток времени, что выпивал.

— Вы – экстремальный человек?

— У меня есть склонность к экстриму. Лет пять или шесть назад, когда работал в Хабаровске, решил искупаться в Амуре. Там опаснее, чем в море. Прихожу на берег, какой-то дед удит рыбу. Спросил его, можно ли тут вообще плавать и – главное – какое здесь течение. «Тут все нормально, сынок», — ответил он мне.

— Что-то пошло не так?

— Метров 500 я проплыл и испугался как раз из-за течения. Повернул к берегу, стал суетиться, начал сильно грести. Короче, еле приполз обратно. Злой подхожу к этому деду, говорю: «Ты же сказал, что здесь нормально». Он и отвечает: «Ну, ты ж выплыл!». Загорелый такой дед, уже почти черный. Давно, видно, там сидит. Я его юмор оценил.

«СЛОЖНО РАЗГРАНИЧИТЬ ПУШКИНА И ЛЕРМОНТОВА»

— Правда, что вы – ценитель поэзии?

— Думаю, это естественно, когда в юношестве человек увлекается поэзией, что-то пишет. Но у меня самое сильное, из того, что могу прочесть, возникло в возрасте 30 лет. Когда стоял возле какой-то забегаловки. Там были солидные люди, интеллигенты в галстуках, там такой контингент разный по возрасту был! Думал: боже мой, какие разные люди и разные возраста, и всех объединяет одно и то же. И вот тогда родилось оно:

Наутро, с рассвета, с могиканами века

Я трясусь у буфета, чтобы стать человеком…

Это шло от души. Похмелье дало толчок для творчества.

— Вам больше нравится творчество Пушкина или Лермонтова?

— Сложно разграничить Пушника и Лермонтова. Вот два четверостишия:

Что дружба? Легкий пыл похмелья,

Обиды вольный разговор,

Обмен тщеславия, безделья

Иль покровительства позор.

Кто устоит против разлуки,

Соблазна новой красоты,

Против усталости и скуки

И своенравия мечты?

Как будто это одно произведение. На самом деле, первая часть – это Пушкин, вторая – поэма Лермонтова «Демон».

Трудно представить, что такое пишет 25-летний пацан. Так и в футболе – смотришь игры выдающихся команд и хочешь, чтобы и твоя играла в такой же футбол, добивалась таких же результатов.

«ДЕВЧОНКИ ПРЕВРАТИЛИСЬ В ДУР. И ПОБЕДИЛИ»

— Вы, придя в «Анжи», сказали, что деньги для вас не на первом месте. Может, вы и бесплатно готовы работать?

— Нет, я не альтруист. Допустим, деньги для меня действительно на -дцатых местах. Но я хочу, чтобы мои дети ни в чем не отказывали себе, хочу помогать родственникам, хочу хорошо одеваться.

— У вас трое детей?

— Три дочери.

— В футбол не собираетесь их отдать?

— Ни в коем случае.

— Почему?

— Просто знаю, что такое женский футбол.

— Понимаю, о чем вы. Как вы там работали вообще? Ведь даже в раздевалку без стука не войдешь…

— В какой-то момент стал для них больше отцом, нежели тренером. Меня стеснялись, как отца. Конечно, старался в такие ситуации, которые вы имеете в виду, не попадать. Но если случайно кто-то мимо пробежал, это не вызывало эмоций ни у меня, ни у футболисток.

— Самые сильные эмоции, которые вы испытали, когда тренировали женские команды?

— В Лиге чемпионов «Звезда» играла с «Франкфуртом», у них в составе было восемь действующих чемпионок мира. Когда увидел своих девчонок на предыгровой разминке, понял: надо что-то делать.

— И что сделали?

— Сказал помощнице, чтобы придумала какую-то игру, заставила смеяться, превратила в детей. Немки смотрели на нас, как на кого-то с первенства водокачки. Ей удалось придумать игру, во время которой девчонки просто превратились в дур, самых обыкновенных дур. И забыли о матче на несколько минут. Ушло волнение.

— Вы победили?

— Да, 1:0. Но помню, как сейчас: мне было неловко смотреть на эту разминку. Я рисковал многим, видел, как ржали над нами. Но мы обыграли выдающуюся команду.

«СТЕНА ОКАЗАЛАСЬ КРЕПЧЕ РУКИ»

— Что у вас с рукой? Она в лонгетке…

— Была неконтролируемая мной ситуация после матча с «Томью», когда сыграли дома 3:3. Эмоции выплеснул не на команду, а в стену. Она оказалось прочнее моей руки. Теперь я как кутенок, который в кипяток сунул нос, на всю жизнь понял, — нельзя. Думаю, вопрос по ударам в стену закрыт. Надеюсь, хватит выдержки и мозгов, не делать больше этого.

— Вы уже практиковали боксерские тренировки в «Анжи»? Футболисты, которые играли под вашим руководством, рассказывали, что в других командах такое бывало.

— В «Анжи» — нет. Мне предоставился шанс работать в премьер-лиге, были разговоры, что я применяю боксерские спарринги. Много советчиков появилось: «Ты со своими новшествами пока повремени. Сначала закрепись». И теперь жалею, что боксерские тренировки не стал применять с первого дня работы в премьер-лиге. На первом же сборе вернусь к истокам.

— Что такие тренировки вообще дают?

— Это для развития реакции. Каждому футболисту дается вводная: нужно быть аккуратней. Но даже когда ты аккуратен, все равно можешь нанести небольшую травму. А футболистов, которые могут хорошо драться, владеют жестким ударом, я в спарринги не ставлю.

— Почему?

— Можно не совладать с эмоциями, перебрать с силой… Но вообще многие футболисты в боксерских перчатках дерутся, как первые встречные девушки, которых вы попросите надеть перчатки. Так что вероятность травмы близка к нулю.

— Сами боксом занимались?

— Борьбой. В футболе полуторачасовые тренировки, но очень интенсивные. Это не тот вид спорта, где можно тренироваться по пять часов. Хотя, можно, конечно, но толку будет мало. А если одна тренировка длится полтора часа, можно стать лодырем. Поэтому стараюсь разнообразить подготовку. Мы можем сходить пострелять в тир, например.

«МОУРИНЬО С МЯЧОМ – УБОГОЕ ЗРЕЛИЩЕ»

— Свое первое футбольное поле помните?

— Конечно. В Кисловодске. Приходил часов в десять вечера, когда сторож отправлялся в свою конуру. А я жонглировал мячом, отрабатывал дриблинг в темноте. Ощущение поля, когда темно, когда звезды освещают небо, запомнилось с детства. Поэтому люблю бродить один по полю. Иногда хожу до игры, рано утром, чтобы никто не видел.

— Вспоминаете что-то из своих игроцких времен, когда говорите с футболистами?

— Нет. Мне и вспоминать особо нечего…

— Как относитесь к тренерам, которые не играли в профессиональный футбол?

— Видел несколько кадров, как Моуриньо с мячом работал. Это, конечно, убогое зрелище. Видел, правда, и более деревянных футболистов, но, все-таки тренер должен понимать, что такое техника, нюансы какие-то. Я много работал над собой, над техникой, поэтому понимаю, что к чему. А ранний выбор в пользу тренерства сделал потому, что посчитал: футболист я посредственный. Это самое страшное – быть посредственным.

«С ТАКИМ ШЕФОМ Я НА ПОРОХОВОЙ БОЧКЕ»

— Начальником «Анжи» сейчас работает бывший арбитр Игорь Егоров. Только он мог сказать Виталию Мутко, чтобы тот шел руководить ЖКХ. Как вы ладите с Егоровым?

— Игорь Вячеславович – талантливый человек и противоречивый. Иногда мы с ним ругаемся вдребезги, блин. Это еще со времен «Нижнего Новгорода», когда он был, по сути, руководителем клуба. Но друг друга дополняем.

— Он помогает разруливать судейские вопросы?

— Он начальник команды и больше даже помогает как тренер. Игорь хороший психолог, умеет влиять на футболистов, конфликтные ситуации разгребать.

Открыть видео

— В «Анжи» вас позвал новый президент клуба Осман Кадиев, к которому до сих пор есть вопросы у ФБР. Вроде бы по поводу его бизнеса в США, которым он занимался там в начале 1990-х.

— Такие, как он, рождаются раз в 20 лет. Мне все равно, кто разыскивает Кадиева. У меня с ним не было конфликтных ситуаций, хотя я готов ко всему. Мог возглавить «Динамо» из Махачкалы в 2001-м, куда Кадиев звал, но я решил уйти в женский футбол. Показалось, что там добьюсь максимальных результатов. Но вот он снова позвал меня.

Имея такого шефа, надо понимать: ты на пороховой бочке. И я готов к любым ситуациям. И готов постоянно доказывать.

— Зачем это все?

— Чтобы все говорили, что, оказывается, он не просто так выигрывал в женском футбол, неспроста добился результатов в первом дивизионе. И я не собираюсь шлифовать себя в интервью, потому что я не актер, а тренер. Обладающий какими-то актерскими способностями.

Текст: Артем Петров

Фото: Getty Images, globallookpress.com, РИА Новости/Александр Вильф, РИА Новости/Владимир Астапкович, РИА Новости/Сергей Расулов, РИА Новости/Виталий Белоусов, РИА Новости/Павел Лисицын

Александр Григорян – в проекте «Тренеры. Live»

Открыть видео

Еще больше Григоряна на «Матч ТВ»

Григорян цитирует Зырянова во флэш-интервью

«Попасть в финал женской Лиги чемпионов сложнее». Тренер «СКА-Хабаровска» объясняет, как обыграть «Спартак»

Поделиться в соцсетях: