«В Италии Шевченко воспринимают как царя». Интервью Кахи Каладзе

«В Италии Шевченко воспринимают как царя». Интервью Кахи Каладзе

Бывший защитник сборной Грузии дает эксклюзивное интервью «Матч ТВ» – о работе министром энергетики, Лобановском и «Милане».

– Как сейчас проходит ваш день?

– Я просыпаюсь очень рано – где-то в полдевятого-восемь. Обязательно тренируюсь. Можно сказать, каждый день. И после тренировки прихожу на работу, провожу всякие встречи. Мы строим много гидроэлектростанций, ветровые станции (в 2012 году Каладзе был назначен министром энергетики и природных ресурсов Грузии – «Матч ТВ»). Хожу, смотрю, как идет работа. У нас в Грузии очень много строительства сейчас. Энергетика – один из приоритетов для правительства. Есть ряд проектов, где надо ускорить. А где-то – похвалить.

– А из чего состоит ваша тренировка?

– В основном я в зале тренируюсь, чтобы форму поддерживать. После того, как футболисты заканчивают карьеру, обычно сразу вес набираешь. В 2012 году, когда я закончил с футболом, тоже 10-12 кг прибавил. Для меня это была катастрофа: просыпался и смотрел в зеркало – было неприятно.

– Сколько часов вы спите?

– Очень, очень мало. После работы поздно возвращаюсь домой, порой в 2-3 часа ночи. Хороший день получается, если в час иду спать.

– А сколько времени вам понадобилось, чтобы разобраться в энергетике?

– Честно говоря, не было тяжело, потому что, когда я пришел, сразу привез своих ребят, которые много лет работали со мной в компаниях здесь, в Грузии. Специальное энергетическое образование я не получал. Самое главное для того, чтобы быть хорошим менеджером, – нанять хороших людей, которые занимаются этой сферой и все знают.

– Что самое сложное в вашей работе?

– У нас есть проблема, особенно в зимний период. Начиная с сентября и до конца марта мы покупаем электроэнергию у наших соседей: Азербайджана, России, Армении, Турции – в зависимости от цены. При этом у Грузии есть все возможности, чтобы стать независимой. У нас маленькая страна, но в ней 25 тысяч рек. Из них 300 интересны по энергетическим направлениям, там можно построить новые гидроэлектростанции. И мы поставили задачу, чтобы в будущем, за 5-6 лет, страна стала независимой. Чтобы у нас было столько электроэнергии, что хватало бы даже на экспорт.

– Почему вы вообще пошли в политику?

– Первое время мне постоянно задавали этот вопрос. Я жил 12 лет в Италии и был очень высокооплачиваемым футболистом. У меня там семья, дети. Но, честно говоря, даже играя в «Милане», я все время возвращался на каникулы в Грузию. Здесь много друзей, родственников. Грузия для меня – все. Я без Грузии жить не могу. Все смеялись: «У тебя отдых, а ты приезжаешь в Грузию». Я им объяснял, что скучаю.

Последние годы в Грузии были очень тяжелыми. Особенно после 2007-го. Были репрессии. Если у тебя было другое политическое видение, чем у Саакашвили и его партии, они не воспринимали тебя. За последние 9 лет осужденных в Грузии было где-то 300 тысяч человек. Это огромная цифра, мы в Европе находились, по-моему, на первом или втором месте. В мире – на седьмом. Вот это все накопилось, и я решил сделать этот шаг. Я думал, обсуждал это с семьей, с женой, потому что мы хорошо понимали, что это нелегкий путь. 

И я сделал этот шаг вместе с господином Иванишвили, который создал партию «Грузинская мечта», и в 2012 году мы участвовали в выборах, где выиграли.

– Что вы делаете со своей зарплатой?

– Честно говоря, не люблю об этом говорить. Я не беру зарплату, я помогаю разным людям, которые в этом нуждаются.

***

– Когда вы переходили в «Милан», для вас было важно, что там играет Шевченко?

– Нет, это просто совпадение. В то время, когда «Милан» следил за Шевченко, они, оказывается, смотрели все игры Лиги чемпионов. А мы тогда вместе играли. Главным тренером был Лобановский. Очень сильный человек, очень сильный тренер был.

Потом за мной тоже начали следить. Мой трансфер состоялся через полтора года после перехода Шевченко. Но до этого у меня были переговоры с «Баварией». Я даже приезжал в Мюнхен, мы разговаривали о контракте, зарплате. Но так получилось, что когда я вернулся в Киев, мы вместе с «Динамо» поехали на Кубок Содружества в Москве. И на турнире я узнаю, что все – уже практически договорились с «Миланом». Сказали: «Езжай, посмотри там, если тебя устроит – останешься».

– Долго вели переговоры?

– Когда сделали предложение, я приехал, прошел медицинское обследование. И в тот же вечер подписал пятилетний контракт. Когда такой гранд предлагает, даже думать не о чем. Десять лет у нас была очень сильная команда. Мы выиграли все, что можно было выиграть. Два раза – Лигу чемпионов, два раза – Суперкубок Европы, Межконтинентальный кубок, скудетто, Суперкубок Италии… Хотелось бы, чтобы грузинские футболисты достигли того же, чего достиг я.

– Самый яркий момент вашей карьеры в Италии?

– Когда мы первый раз выиграли Лигу чемпионов, невероятная радость была. Ту ночь мы вообще не спали. Не верили, что подняли этот «Кубок с ушами». Очень-очень приятно было. Дерби, например, тоже всегда очень интересно было играть. Я принимал участие в матче, когда мы 6:0 «Интер» обыграли.

– Шевченко во время первой тренировки в «Милане» думал, что это разминка. Настолько все казалось просто после «Динамо».

– Да, в Киеве были очень тяжелые тренировки. Мне было 18 лет, когда я перешел из тбилисского «Динамо» в киевское. И я не выдерживал тренировок. Становилось плохо, сильные были нагрузки.

Помню, зимой мы отправились на сборы в Германию. Приехали, поселились и после ужина пошли спать. В 7 часов будят – стучат в дверь. Я думал, что-то произошло, потому что еще темно было. Оказывается, первая тренировка. Я чуть с ума не сошел!

Так что тренировки в «Милане» для меня были типа ничем. Я даже сам бегал, чтобы поддерживать форму, которая у меня была в «Динамо». Там просто другая культура тренировок. Потом я тихонечко перешел на их ритм. Но, вообще-то, сравнивать тяжело, две разные подготовки были.

– Машины у вас тоже были разные.

– «Феррари» с детства была моей мечтой, можно сказать. Когда мы с «Динамо» прошли в Лиге чемпионов в полуфинал, нам дали хороши премии, и я сразу купил себе красную «Феррари». Эту машину разбили мои друзья. Потом купили желтого цвета. Хотя сейчас, честно говоря, нет времени думать о машинах. У меня другой ритм. В Милане у меня были все машины, какие нравились: спортивные, внедорожники, разные.

***

– Остались ли у вас еще какие-то неосуществленные мечты?

– Я с детства очень хотел быть футболистом и играть на таком уровне. Единственное, что не получилось – это со сборной Грузии попасть на чемпионат Европы или чемпионат мира.

– С кем, кроме Шевченко, вы больше всего общались в «Милане»?

– С Мальдини у нас до сих пор очень близкие отношения, с Костакуртой, Амброзини, Гаттузо. Грузия и Италия, можно сказать, похожи. У нас тоже очень вкусно, наверное, вы заметили. И люди как в Италии: гостеприимные, горячие, любят громко говорить, обсуждать. Так что есть параллели.

– А кто был самым сильным футболистом того «Милана»?

– Мальдини, легенда! Сейчас очень много говорят о Месси и Криштиану Роналду. Естественно, они очень сильные. Но Рональдо был очень-очень сильный. И как человек он хороший. Роналдиньо тоже, Кака провел 3-4 хороших сезона. Индзаги.

– За «Милан» в Грузии болели?

– Многие болели. Я знаю, что люди, которые раньше болели за «Реал» или за «Баварию», после того, как я перешел, стали болеть за «Милан». Это нормально. Всегда приятно, когда грузин играет за хорошую команду за рубежом, мы все за нее болеем. Сейчас в НБА играет Заза Пачулия – и вся Грузия болеет за него.

– Финал Лиги чемпионов в Стамбуле. Что тогда случилось?

– Это была очень тяжелая игра. Я тогда сидел на скамейке запасных, потому что у меня была очень серьезная травма. Я в тот год всего 7 игр провел.

В первом тайме все было хорошо, 3:0 выигрывали. Ну, а потом пропустили первый мяч, и они начали нас давить. Такие игры бывают. Вот, например, «ПСЖ» – «Барселона» последний раз. А у нас на следующий год после того поражения была игра с «Депортиво». В Милане выиграли 4:1, а на выезде уступили 0:4. Тоже было тяжело, но финал – это что-то особенное. Трудно передать словами, что мы чувствовали.

– Шевченко кто-то мог предъявить претензии из-за промаха с пенальти?

– Нет, претензий нет. Это же случайно все бывает. Когда мы в 2003-м выиграли Лигу чемпионов в Манчестере, я тоже промазал с пенальти. Хорошо, что мы выиграли ту игру. Андрею было тяжело, естественно. И не только ему – там другие тоже мазали. Все хотели забить, но молодец их вратарь, он хорошо сыграл.

***

– Правда, что для Сильвио Берлускони все игроки и работники клуба были как семья?

– Даже в те сезоны, когда команда выигрывала Лигу чемпионов, убыток был примерно 40-50 миллионов евро, Сильвио со своего кармана это все вкладывал. Он верил и любил эту команду, до сих пор любит. 

Я горжусь что был футболистом «Милана». Эти 10-11 лет, что я провел в Италии, дали мне очень много. Даже жену – я с ней познакомился в Милане. Она грузинка. Мы случайно познакомились и после 4-5 месяцев поженились. Сейчас у меня трое детей – три мальчика. И все родились в Милане.

– Станет ли кто-то из них футболистом?

– Не знаю, посмотрим. Если у них получится – дай бог. Я хочу, чтобы они играли. Но самое главное, чтобы они сделали в жизни то, что у них получится. Чтобы они принесли пользу для Грузии, для своей родины.

– Вы ей приносили пользу не только в «Милане», но и в киевском «Динамо».

– Мне было 17 лет, я отыграл несколько матчей за сборную Грузии, в том числе 0:0 с итальянцами. Тогда у нас играл Цхададзе, который был капитаном. На 13-й минуте он получил травму, его заменили, а я вошел. И мне сказали, что надо сыграть с Кристианом Вьери персоналку. Я провел матч на уровне. И оказалось, что эту игру смотрели в Киеве. После этого у нас был матч со сборной Молдавии, там 3:0 или 3:1 выиграли – не помню точно.

А потом – какая-то игра внутреннего чемпионата. Лежим на базе, отдыхаем – и вдруг звонят из киевского «Динамо». Говорят, что хотят встретиться. Для меня это было очень приятно и неожиданно.

Позвали на переговоры. Я говорю: «Мне 17 лет – сам не могу приехать». Отвечают: возьми папу или дядю, приезжайте, мы все обеспечим. Тогда у меня и денег не было, чтобы билеты купить – зарплата в тбилисском «Динамо» была 200 долларов или около того.

– Какой была первая встреча с Лобановским?

– Я полетел туда с папой. Нас встретили и отвезли на стадион «Динамо». Сейчас, говорят, будет встреча с Лобановским. Помню, как мы зашли к нему в кабинет, он встал, поздоровался. И говорит: «Если хочешь стать хорошим футболистом, ты должен слушать меня».

– Чему он вас научил?

– Очень многому – не только как футболиста, но и как человека. Я был из Грузии, Белькевич и Хацкевич – из Беларуси, все остальные ребята – украинские. Он сделал такую команду, что мы тогда в полуфинале с «Баварией» играли. И не прошли из-за недостатка опыта. 

У Лобановского была своя тактика, очень строгая дисциплина. На самом деле горжусь, что у меня была возможность работать с таким тренером. Если мы посмотрим игры, то увидим, что команда с первых минут прессинговала. Я приехал в киевское «Динамо» как центральный защитник, а в итоге стал универсальным футболистом. Мог играть как левый защитник, как опорный, как левый полузащитник.

Я сам наслаждаюсь, иногда смотря те игры Лиги чемпионов. Это был футбол будущего. Раньше один техничный футболист вел мяч, никого из соперников рядом не было. А Лобановский смотрел вперед и говорил, что футбол развивается, что футбол – это скорости и сила. Сегодняшний футбол такой.

– Помнит, как узнали о том, что Лобановский в больнице?

– Да, у нас тогда была игра. После матча звонят и говорят, что Валерию Васильевичу стало плохо. Отвезли, он был в коме и, к сожалению, на следующий день скончался. Я тогда не смог прилететь. Шева прилетел – у нас была игра Лиги чемпионов, и Андрей был дисквалифицирован. А меня не отпустили.

– Давно виделись с Шевченко?

– Последний раз виделись где-то неделю назад. Я приезжал в Киев, у нас был официальный визит с премьер-министром, и Шеву тоже видел. Спиртное? Я не пью. Шевченко – не знаю, иногда, может, и пьет. Но в «Милане» – нет. В «Милане» у нас такие игры были, что пойти куда-то что-то выпить невозможно было.

Шева был талантом. Но главное – он очень работоспособный. Очень много работал над собой, много тренировался. У многих звезд есть эта проблема, когда они чего-то достигают. А потом привыкают к другому образу жизни. Мало тренируются, у них начинается звездная болезнь. Вот этого у Андрея не было.

Он стал лучшим футболистом Европы, несколько раз был лучшим бомбардиром серии А. В Италии его воспринимают как царя.

– Почему вы не перешли в «Челси» вместе с Шевченко?

– Вообще-то переговоры с Абрамовичем шли, мы договорились обо всем. Но он не стал подписывать контракт, и я вернулся. Слава богу, что так произошло.

Мне предложили пятилетний контракт в «Милане», и на следующий год мы попали в финал Лиги чемпионов, где выиграли во второй раз. Второй – для меня. У Андрея получается один раз. Мне повезло. 

– Обсуждали с Андреем этот переход?

– Нет, Андрей взрослый человек и сам принимал решение. Мы должны его уважать. Хотя я тоже считаю, что он не должен был переходить в «Челси». И естественно, ему было некомфортно, что он не играл там.

– В Италии вас до сих пор узнают?

– Да. И привет передают, приятно. Тогда тоже уважали все. Ну, если это болельщики «Милана», а не «Интера»! Но проблем с этим у меня никогда не было.

Текст: Кирилл Пупшев 

Фото: РИА Новости/Александр Имедашвили, Getty Images, globallookpress.com, РИА Новости/Игорь Уткин

Еще больше интервью на «Матч ТВ»

Кирсан Илюмжинов: «В Америке мне удивлялись — первый раз санкционный подозреваемый сам пришел»

«В Марселе полиция действовала как в комедии «Такси». Интервью Владимира Маркина

«В тюрьме чуть не подписал контракт с фанатом Криштиану». Русский менеджер и футбольный бизнес в Португалии

Поделиться в соцсетях: