«Топ-теннисист проиграл в первом матче, потому что всю ночь ему угрожали ножом». Как начинался Кубок Кремля

«Топ-теннисист проиграл в первом матче, потому что всю ночь ему угрожали ножом». Как начинался Кубок Кремля
Андрей Черкасов / Фото: © РИА Новости / Сергей Гунеев
Невероятные и дикие истории о Кубке Кремля от основателя турнира.

Первый Кубок Кремля состоялся в Москве в 1990-м. Человеком, который решился основать международный теннисный турнир в нестабильные для страны годы, был швейцарский бизнесмен Сассон Какшури.

В 2019 году Тамар Гиндин собрал воспоминания из жизни Сассона и его жены Голлар в книгу под названием «Золото в пыли». Значительная часть книги посвящена Кубку Кремля. Сассон и Голлар рассказали массу удивительных историй о турнире и событиях в стране.

Фото: © Amazon

Сайт «Матч ТВ» выделил главное из книги «Золото в пыли», но интересных и атмосферных историй так много, что мы решили разделить материал на две части. В первой части читайте:

  • Кто из известных людей СССР помогал Сассону в организации первого Кубка Кремля
  • Какой советский «лайфхак» помог супругам Какшури сэкономить на организации
  • Как одному из приглашенных на турнир топ-теннисистов всю ночь угрожали ножом
  • Почему половина деликатесов из кухни не доходила до VIP-ресторана
  • Как КГБ следило за Какшури
  • Какую сумму попросил Сассон у премьер-министра СССР на организацию второго Кубка Кремля

Идея проведения турнира в Москве появилась благодаря популярности Андрея Чеснокова в Европе

Сассон родился в Иране. В 1960-х он переехал в Германию и начал вести бизнес с СССР, часто приезжая в Москву. История Кубка Кремля в книге начинается с 1987 года, когда семья Какшури перебралась из Гамбурга в Цюрих. В Швейцарии Сассон впервые познакомился с теннисом. Так как он часто бывал в СССР, карьера Андрея Чеснокова была одной из любимых тем для обсуждения с друзьями.

Сассон: «Во время моих месячных поездок в Москву я чувствовал, что теннис — это спорт, который не очень-то хотят в СССР. Он считался «капиталистическим». Это было время серьезных изменений и состояния неопределенности. В 1989–1990 годы Советский союз прошел через критический период, который истощил страну как политически, так и экономически. Ни у кого не было уверенности в завтрашнем дне. В это время и в этой атмосфере организация теннисного турнира выглядела невозможной. Некоторые называют это безумием, другие — мотивацией.

Человеком, который положил эту пчелу под мою шапку, стал один из моих русских друзей по фамилии Букаев. Газеты были полны репортажей о русском игроке, о «коммунисте», как они называли Андрея Чеснокова. Он появлялся на турнирах в очень скромной, изношенной экипировке. Но было удивительно, что ему удавалось выигрывать турниры в Германии. Однажды, когда мы с Букаевым обсуждали этого феноменального игрока, он сказал: «Почему ты не организуешь теннисный турнир в России?»

Андрей Чесноков / Фото: © РИА Новости / Юрий Сомов

Тогда я ничего не знал о теннисе. Даже не понимал, что такое «Большой шлем»! И, конечно же, не знал правил и был абсолютно не знаком с регламентом. Например, не знал, что нужно получить лицензию для проведения турнира. Я думал, раз турниры проходят в Австралии, в крупных городах Европы, в Нью-Йорке, насколько сложно будет организовать похожие соревнования в Москве? Ответ, на который я абсолютно не обращал внимания, состоял из одного слова — «очень».

Все смеялись над идеей Сассона, пока он не встретил правильных людей

Для реализации своей идеи Сассон нашел партнера — Пинки Суссмана, с которым познакомился в синагоге. Пинки еще меньше Сассона разбирался в теннисе. Они распланировали бюджет и уже представляли, как считают прибыль.

Сассон: «После двух лет поездок между Цюрихом, Москвой и Нью-Йорком я осознал, что наш план был ошибочным. В США мы встретились с членами Международного совета мужского профессионального тенниса, которые высмеяли нашу идею об организации теннисного турнира в стране за железным занавесом».

Сотрудничество с Пинки было недолгим. В 1988-м в один из шабатов Суссман подсунул Сассону контракт, который взбесил жену Какшури, и они отказались от сотрудничества.

Сассон продолжил работать над своей идеей. Многие знакомые семьи думали, что Какшури сошел с ума. Все шло плохо, пока один из друзей Сассона не дал ему простой совет — не делай все в одиночку, а ищи «правильных людей».

Сассон: «Встретившись в Москве с бывшим членом теннисной федерации СССР Борисом Фоменко, мы встали на нужный путь.Он познакомил нас с руководителями «Московских новостей» — Егором Яковлевым и Александром (Сашей) Вайнштейном. После подписания соглашения с «Московскими новостями» для меня было честью встретиться с премьер-министром СССР Иваном Силаевым. Мистер Силаев согласился стать председателем организационного комитета турнира. Это решило большинство визовых проблем для теннисистов и другие бюрократические вопросы.

Многие новые «правильные люди», которых я встретил, способствовали реализации идеи. Например, режиссер Никита Михалков, глава теннисной федерации СССР и персональный тренер Бориса Ельцина Шамиль Тарпищев».

Изменения в мужском мировом теннисе помогли получению лицензии для Кубка Кремля

Обретя нужные знакомства в Москве, Сассон понимал, что план воплощается в жизнь. Но ему необходимо было найти профессионального директора турнира. Он полетел в Израиль, где встретился с одним из основателей теннисных центров в стране Яном Фроманом. Однако тот не согласился, потому что одновременно с Кубком Кремля должен был проходить турнир в Рамат-ха-Шароне. Фроман посоветовал обратиться к Джину Скотту — бывшему американскому теннисисту, директору турниров в Нью-Йорке.

Сассон: «На меня давил дефицит времени. Я хотел пригласить Джина в Цюрих. Но у него была операция на бедре. Он не мог путешествовать. Skype в то время не было. Что я мог сделать? Отправился в Нью-Йорк на конкорде.

Прилетел утром и на следующий день вернулся обратно. Рассказал Скотту идею и предложил роль турнирного директора. Когда я предложил ему определенную сумму для продвижения турнира, он сказал, чтобы мы заплатили ему меньше».

В это время в мировом теннисе менялась власть. Международный совет мужского профессионального тенниса прекращал свое существование. ATP становилась главной организацией.

Сассон: «В 1988 году ATP анонсировала создание ATP-тура, который стартовал в 1990-м. Из топ-100 игроков 85 теннисистов выразили желание участвовать в наиболее важных международных теннисных турнирах, чтобы бороться за первую строчку рейтинга. Для того чтобы Кубок Кремля был включен в календарь ATP-тура, требовалось получить лицензию. Было созвано собрание для голосования по запросам, один из которых был наш — для Москвы. Когда члены ассоциации голосовали, мы грызли ногти в ожидании. К великому счастью, нам предоставили лицензию».

За год до Кубка Кремля жена Сассона испугалась, что они потратили весь бюджет турнира на икру и водку. Но потом узнала «лайфхак»

В июне 1989-го в гостинице «Савой» была запланирована пресс-конференция, которая анонсировала первый международный теннисный турнир в СССР в следующем году. 

Голлар: «Я отправилась в Москву, где не была 12 лет. Когда мы влетели в воздушное пространство СССР, нам сообщили, что с этого момента запрещено фотографировать. Я слышала об этом раньше, но после объявление меня бросило в дрожь. Когда приземлилась в Москве, меня никто не встретил. Взяла такси. Потом все мне говорили: «Ты сумасшедшая? Это опасно для жизни». К счастью, я не знала, что могла умереть по дороге из аэропорта. Я приехала с сумкой, полной наличных, а в то время люди убивали за 100 долларов.

Когда я прибыла в офис, там были Джин Скотт и люди из ATP, Саша Вайнштейн и Сергей (Голлар называет его «членом семьи Сталина». — Matchtv.ru), наш пиарщик Мартин Рейс. Когда увидела, что было на столе, у меня начала кружиться голова: красная икра, блины, шампанское, водка… Я стала задумываться, как мы будем за это платить?

Чего я тогда не знала — давая хорошие чаевые, ты можешь платить в рублях. Туристы, которые не дают чаевые, за все платят в долларах. Таким образом, этот пышный стол с икрой и водкой на 20 человек стоил примерно 100 долларов. Эти дни давно прошли. Не пробуйте так сейчас.

На следующий день у нас была пресс-конференция в отеле «Савой». Она прошла великолепно. Это придало всему официальность. ATP была рада, что турнир будет в Москве, потому что они хотели соревнования на Востоке. Но мы были шокированы ситуацией: магазины практически пустовали, было сложно купить еду. Нам нужно было импортировать все из Дании, Германии, Норвегии… Кроме икры, блинов и дикого осетра — рыбы, которая дает икру. И алкоголя, конечно же. Все это становилось очень дешевым в магазине, если ты платишь в рублях.

Гостиница «Савой» / Фото: © РИА Новости / Дмитрий Донской

Все было проблемой: от рыбы до зрительских кресел. Нам требовалось все закупить и импортировать. Вложения становились все больше и больше. Российская сторона хотела быть уверенной, что теннис будет использован для улучшения имиджа России в мире. Мы пригласили 40-50 гостей и друзей из Нью-Йорка, Цюриха, Германии. Я переживала, подсчитывала наши убытки. Но Сассон был спокоен. Я наблюдала, как он исполняет свою мечту, и это стоило всех затрат. У нас был один большой спонсор и несколько маленьких компаний.

Для первого Кубка Кремля я взяла 12 чемоданов:

• 2 для лекарственных препаратов

• 6 чемоданов с хлопьями и мюсли для теннисистов на случай, если мы ничего не найдем

• 2 с зимней одеждой и аксессуарами для наших израильских друзей. Я сказала им не привозить ничего с собой, потому что у нас достаточно курток, перчаток и колготок

• 2 оставшихся чемодана были для меня».

В первые дни турнира трибуны были пустыми, организаторы заманили зрителей бесплатным аспирином

Несмотря на неспокойную ситуацию в стране, первый Кубок Кремля все-таки состоялся. Перед турниром прошел прием в Кремлевском дворце.

Сассон: «Среди 400 гостей были премьер-министр СССР Иван Силаев и другие видные политики. Русские организовали превосходное шоу, от которого зарубежные гости и спонсоры потеряли дар речи. Но это была не единственная крутая вещь.

В то время Россия являлась крупным бизнес-партнером для арабских стран, а процесс перемирия между Израилем и этими странами тогда еще не начался. Среди 400 гостей были также 40 израильтян. Я до сих пор помню, как мой юрист и близкий друг Эли Бен Дор шептал мне на ухо, что невероятно видеть столь много израильтян, отмечающих такое событие с русскими в Кремлевском дворце».

Церемония открытия первого Кубка Кремля прошла на стадионе «Олимпийский» в запланированную дату — 5 ноября 1990 года.

Голлар: «На церемонии открытия было всего несколько сотен зрителей, и ходили слухи, что в любое время может начаться гражданская война. В первые дни трибуны были абсолютно пустыми. У меня был стресс по поводу наших инвестиций, которые улетали в трубу. Но Сассон сказал, чтобы я не беспокоилась, потому что в первые дни зрителей никогда толком нет».

Сассон: «Стадион был пустой вначале, но освещение в СМИ — супер. Я никогда не забуду смелость Ивана Силаева и сотрудничество с ТВ, особенно с Анной Дмитриевой, которая работала комментатором. Телевидение было одним из наиболее важных инструментов для пиара и новостей. Телеканалы делали включения с турнира по несколько раз в день. Поэтому спасибо, Анна, за любовь к теннису и позитивные репортажи с Кубка Кремля. Мы стали популярным и престижным турниром».

На самом деле Сассон был не так спокоен по поводу пустых трибун в первые дни. Поняв, что люди не идут на теннис, он организовал специальное собрание оргкомитета. На нем приняли решение выдавать зрителям бесплатный аспирин (видимо, от компании Bayer, главного спонсора турнира). И трибуны постепенно начали заполняться. Этой истории нет в книге «Золото в пыли». Сассон рассказывал о бесплатном аспирине в эфире израильского телеканала.

Еда с кухни не доходила до VIP-ресторана, официанты уносили ее домой

Голлар: «В VIP-секции мы принимали очень влиятельных политиков. В один из вечеров мы и наши гости были приглашены в замок (видимо, Голлар имеет в виду дворец царской эпохи, но использует именно это слово. — Matchtv.ru), где нам организовали концерт классической музыки.Там было полно еды.

Магазины были пустыми, но, по всей видимости, это был не единственный источник еды. Мы узнали об этом сложным путем. Некоторые из наших официантов брали еду с VIP-обедов, засовывали ее в сумку и уносили домой. Примерно половина подносов с кухни никогда не добиралась до VIP-ресторана. Как вы понимаете, это вдвое увеличило наши затраты. Позже я поняла, что люди не были голодными. Просто они всегда уносят еду с рабочего места. Из правительственных кабинетов уносят яйца и фрукты, а из нашей кухни брали деликатесы.

На каждом турнире за сценой работали около тысячи человек: охранники, боллбои, обслуживающий персонал в ресторанах и другие. Мы нанимали этих людей не напрямую, а через другие компании. Российская сторона взяла на себя транспорт, бронирование отелей и работу внутри стадиона, включая безопасность. От отеля до стадиона и обратно теннисистов сопровождали охранники. Также были организованы туры для игроков и нас. Мы могли увидеть места, где обычным туристам и простым российским гражданам было запрещено находиться (сейчас можно).

Во время первого Кубка Кремля я не могла есть и спать, сильно сбросила вес. Каждый день приносил новые трудности».

Сассон запрещал жене общаться в отеле, потому что боялся прослушки КГБ

Голлар: «Во время первого Кубка Кремля мы остановились в гостинице «Международная», которая была недоступна для обычных туристов, а только для функционеров высокого уровня. Во время второго турнира мы жили в гостинице «Октябрьская», она тоже предназначалась для VIP-персон. Она была красивая, вся в мраморе, но в очень советском стиле и абсолютно некомфортная. Позже построили отель рядом со стадионом — «Пента», он принадлежал международной сети отелей. Мы жили в нем, начиная с третьего Кубка Кремля, размещали всех теннисистов. Отель находился в пешей доступности от «Олимпийского», что сократило наши затраты и головную боль по поводу транспорта для игроков. В течение года мы останавливались в «Метрополе».

Гостиница «Олимпик Пента» / Фото: © РИА Новости / Юрий Сомов

Кубок Кремля оплачивал номера в отеле для всех игроков и для некоторых наших гостей. Как только мы зарегистрировали российскую компанию для организации турнира, мы смогли платить в рублях за некоторые номера. Платить в рублях — равно низкие цены. К сожалению, мы могли заказать ограниченное количество номеров через компанию. Другие гости, которые не вписывались в этот лимит, должны были платить в долларах, что означало высокие цены.

Русские не пускали в отель без разрешения. Гостиницы были открыты только для гостей. Когда я хотела встретиться с кем-нибудь, то должна была ждать напротив входной двери и поговорить с охранником, чтобы мой гость мог зайти на один час.

В любые времена и в любых отелях в России Сассон запрещал мне разговаривать в комнатах, потому что, как говорится в персидской пословице: «В стене есть мышь, у мыши есть уши». Я не верила ему. Но он был очень серьезен. Когда Сассон хотел поговорить с кем-нибудь в комнате, они шли в ванную и общались при включенной воде из-под крана.

Директор «Метрополя» Юрий Матков говорил, что отель полностью безопасен, но Сассон ему не верил. После распада СССР Матков привел нас в подвал отеля, где показал помещение для прослушки. Все комнаты записывались. Они могли заглянуть в любой угол комнаты и услышать каждый вдох гостя. Сассон был прав!

Во времена СССР в отелях на каждом этаже сидела пожилая женщина от имени КГБ. Она была единственной, кто выдавал ключ от вашей комнаты. Предполагалось, что она должна быть там 24/7. Но однажды я вернулась очень поздно. Женщины на этаже не было. Я не могла попасть в комнату, потому что больше никто в отеле не может выдать тебе ключ. Сассон вернулся раньше и быстро уснул. Я не могла его разбудить, стучась в дверь. Провела ночь в коридоре. Больше никогда не возвращалась поздно.

У меня также был персональный «сторож» — пожилая женщина, которую звали Маша. Она была представлена и вела себя как мой переводчик. Ее муж был членом Академии наук. Это были люди высокого уровня. Понятно без слов, что их назначили, чтобы они шпионили и контролировали нас, а также были уверены, что мы не шпионим для нашей страны».

На первом Кубке Кремля один из топ-игроков проиграл в стартовом матче, потому что всю ночь ему угрожали ножом

В одиночном разряде Кубка Кремля-1990 принимали участие 16 теннисистов. Некоторым топовым игрокам помимо призовых была обеспечена плата за участие. Эта сумма оставалась неизменной вне зависимости от результата. Но один из таких теннисистов не оправдал надежды Сассона, вылетев после первого круга.

Сассон: «Я был шокирован. Теннисисты, которым платят за участие, обычно стараются изо всех сил, чтобы выиграть турнир. Я пошел к нему в раздевалку и спросил, как такое могло произойти. Он рассказал мне невероятную историю: «Прошлой ночью я пошел с другими теннисистами на дискотеку. Мы отдыхали с несколькими русскими девушками, которых встретили там. Одна, роскошная женщина, пригласила провести ночь у нее. И какой же это был кошмар! Внезапно в ее руке появился огромный нож. Всю ночь она наводила его на меня и на себя, выкрикивая: «Кого я должна убить первой? Себя или тебя?»

Бедный парень не спал всю ночь и все еще был напуган. Я услышал его. Но тем не менее я же заплатил ему за участие и привез в Россию, чтобы он выиграл турнир. Что за невезение! Или, может, везение? Кто знает?»

В интервью израильскому телеканалу у Сассона спросили, кто был тем игроком. Какшури не назвал фамилию. Можно только определить кандидатов. После первого круга Кубка Кремля-1990 вылетели два сеянных теннисиста: победитель «Ролан Гаррос» того года Андрес Гомес из Колумбии и швед Магнус Густаффсон.

Перед финалом Кубка Кремля прошла вечеринка, которую испортила речь одного из организаторов

Голлар: «Вечеринка прошла в Кремлевском дворце. Русские пригласили на нее две тысячи гостей (и мы платили в рублях). Эта вечеринка стала традицией для последующих турниров. В России на вечеринках обычно высокие столы без стульев. Представьте, две тысячи человек стояли. А за главным столиком стояли мы с Силаевым и другими VIP-персонами.

Там было прекрасное фольклорное выступление коллектива из Грузии, но Игорь Волк из нашей организационной команды произнес речь. Речь была не лучшей. Он перечислил все ошибки, которые мы совершили, и рассказал, как он все спас. Это звучало так, будто мы ничего не делали, только мешали, а он сделал все. Сассон был в ярости, но что мы могли поделать?

Вечеринка закончилась в 22:30, как и все события в Москве в то время. На следующий день был финальный матч Кубка Кремля».

Сассон: «В первый день турнира я был глубоко расстроен, потому что мой любимый игрок проиграл свой матч. Но Господь выбирает загадочные пути. Из-за подобных сюрпризов, которые всегда случаются на турнирах, мы получили лучший финал из возможных: российский теннисист Андрей Черкасов против лучшего американского игрока Тима Майота. 18 тысяч зрителей. Стадион был забит. Все пришли посмотреть на «холодную войну» в теннисном матче.

Черкасов выиграл, что многих удивило. На Западе он был анонимом. Но по-настоящему важным стало то, что турнир повлиял на международные отношения. До Кубка Кремля люди на Западе по-другому думали о России. Турнир позволил им увидеть страну в другом свете».

Супруги Какшури ничего не заработали на первом Кубке Кремля и отказывались проводить второй турнир. Их переубедил премьер-министр СССР

Первый турнир получился громким и престижным, но с финансовой точки зрения абсолютно неуспешным. Доходы от спонсоров не покрыли все затраты. Голлар Какшури надавила на мужа, чтобы тот поговорил с премьер-министром СССР о государственной поддержке Кубка Кремля в следующем году.

Голлар: «После турнира мы провели встречу с Силаевым в Белом доме. Игорь Волк тоже пришел и повторил свою речь из Кремлевского дворца, жалуясь, что ничего не работало, и спасибо ему, что он всех спас. Сассон снова разозлился. Но слова Игоря не произвели впечатление на Силаева. Он был радушен к нам, спросив, как нам понравилось в Москве и есть ли у нас пожелания. Затем он поблагодарил Сассона словами: «Вы принесли солнце в эти очень темные для нашей страны дни».

Затем Волк начал опять декларировать. Он проинформировал обо всем: кто и сколько граммов икры взял на черном рынке, сколько бутылок забрал из мини-бара. Не знаю, откуда у него доступ ко всей это информации. 

Силаев равнодушно кивал, а затем сделал жест рукой, показывая Волку заткнуться: «Встреча окончена». Мы сказали, что, возможно, не будем продолжать организовывать турнир, потому что теряем много денег. Он ответил: «Пожалуйста, продолжайте. Нам необходимо солнце в нашей стране. Скажите, что вам нужно. Я помогу».

Иван Силаев / Фото: © РИА Новости / Юрий Абрамочкин

Сассон: «После того как Игорь ушел, мы получили еще одну встречу с премьер-министром. У нас был завтрак в Белом доме. Силаев спросил: «Что я могу для вас сделать?» Я ответил: «К сожалению, мы не можем продолжать Кубок Кремля. Мы так заняты турниром, что теряем драгоценное время, которое должны тратить на наш бизнес. Нам необходимо правительственное спонсорство или бизнес-возможности в России». Силаев спросил: «Дайте нам больше деталей. О какой сумме идет речь? На какую сумму вы хотите бизнес?» Я сказал: «Пять миллионов долларов».

Силаев позвонил своему секретарю и попросил его соединить с министром экономики. Затем он сказал министру: «Я посылаю к вам Сассона Какшури. Пожалуйста, предоставьте ему возможность для бизнеса на пять миллионов долларов». Я пришел на встречу с министром. Он выдал мне список продуктов, которые им нужны. Несколько миллионов долларов в этом списке стоила зимняя одежда для фермеров. Мой брат Ниссан был рад это услышать. Он отправился в Турцию, где закупил большую партию кожаных курток и прислал их в Россию.

Из Москвы мы вместе с Шамилем Тарпищевым и Сашей Вайнштейном полетели во Франкфурт, где проходил ATP Masters Cup. На турнире мы получили специальную награду, за то, что справились с невыполнимой миссией, организовав Кубок Кремля в такое сложное время. Я был настолько уставшим во Франкфурте, что спал весь день и всю ночь и с трудом проснулся».

Во второй части мемуаров супругов Какшури вы узнаете:

  • Как Никита Михалков помог Шамилю Тарпищеву стать председателем Кубка Кремля
  • Какой подарок получил Сассон от Ельцина на свой ненастоящий день рождения
  • Зачем подруга теннисиста ждала Какшури ночью в отеле
  • Как ресторан Какшури в Москве «крышевали» бандиты
Открыть видео

Читайте также:

Нет связи