«Ближайший «родственник» биатлон делает рейтинги, а мы в кризисе». Дебютная колонка Вероники Степановой

«Ближайший «родственник» биатлон делает рейтинги, а мы в кризисе». Дебютная колонка Вероники Степановой
Фото: © Личный архив Вероники Степановой
Олимпийская чемпионка объясняет, почему решила стать автором сайта «Матч ТВ».

Да, для чего мне все это надо — работать над текстом, когда можно что-то почитать, посмотреть стендап, поиграть онлайн, в конце концов чай попить с подругами по команде под неспешную беседу…

Это Дэйна Уайт меня убедил. И Конор, который Макгрегор. Они на пару произвели революцию в мире спорта. Раньше спортсмен был известен ровно настолько, насколько много медалей он или она выиграли и как часто в газетах об их победах написали. Эти ребята из UFC такой порядок сломали — медиа для них партнер, но не контролер. Они на фанатов и хейтеров воздействуют напрямую, потому что сделали из спорта схватку личностей, за которыми следят миллионы. А сами соревнования, как бы они ни назывались, — лишь кульминация процесса.

А еще был (и есть) Петер Нортуг. Я росла, когда он блистал на лыжне и за ее пределами. Этот парень еще как умеет привлекать внимание и поведением, и высказываниями. Внимание не только и не столько к себе. Как-то в одной норвежской газете я вычитала, что резкий всплеск популярности лыжных гонок в этой стране — заслуга Нортуга. Именно он показал всем, что лыжные гонки — это необязательно суровые мужики и женщины на снегу, это может и должно быть entertainment. Именно в его десятилетие телевизионные рейтинги выросли, финансирование лыжных гонок в Норвегии утроилось. А когда Петер объявил о завершении карьеры, интерес к этому виду спорта у него на родине стал падать. И падает до сих пор.

Петтер Нортуг / Фото: © Getty Images

Это не означает, что меня не вдохновляют наши отечественные лыжники. Александр Легков, Сергей Устюгов, Александр Большунов в разные годы становились чуть ли не самыми популярными спортсменами страны через комбинацию побед и имиджа.

Просто сегодня этого уже недостаточно. Мир меняется, появляются виды спорта, которые умело продвигают, аудитория все более взыскательна. Я уверена, что надо делать как можно больше для привлечения внимания именно к твоему спорту, — чтобы включали и смотрели.

Извините, если повторю очевидные вещи: профессиональным спортом в XXI веке правит телевидение — и чем дальше, тем сильнее. Английская футбольная премьер-лига зарабатывает три миллиарда фунтов в год от продажи телевизионных прав, бюджет МОК вообще на три четверти состоит из денег телевидения! Теннис и уже упоминавшийся UFC не только строят свою деятельность вокруг нужд «главного заказчика» — они все время стараются что-то придумать для привлечения новых зрителей. Наш ближайший «родственник» биатлон делает рейтинги, которые лыжам, увы, недоступны.

Фото: © Денис Бушковский / Матч ТВ

А мы в кризисе. В последнем сезоне Кубка мира по лыжным гонкам наш основной старт посмотрело на 27% телезрителей меньше, чем в предыдущем сезоне. Причем везде — в России, Норвегии, Швеции, Германии — падение интереса значительное. Это, если упростить, означает, что в следующем году телеканалы заплатят на 27% денег меньше за телеправа, уже и так весьма скромные в своей цене.

Четырнадцать лет назад за победу в «Тур де Ски» Шарлотта Калла получила свыше 100 тысяч евро призовых, а Наташа Непряева в этом году — около половины от этой суммы. Бюджет всех профессиональных мировых лыжных гонок меньше, чем у клуба-аутсайдера той же АПЛ. И любой профессиональный лыжник понимает: с падением популярности нашего спорта надо бороться и делать это решительно.

Я не хочу упрощать, но для меня давно стало очевидным: чтобы смотрели, необходимо создание и постоянное присутствие звезд в медиапространстве. Тут ничего нового нет — не зря «ПСЖ» так бился за Месси и Мбаппе, а «Вашингтон» немыслим без Овечкина. Чтобы стать звездой в 2022 году, необходимо активно действовать не только на льду, на поле или на лыжне, но за их пределами. Мбаппе, который мне наиболее близок по возрасту, недавно создал собственную продакшн-компанию. Человек будет производить в свободное от футбола время онлайн-контент. И совсем необязательно непосредственно на спортивную тематику — он очень часто комментирует все, что с связано, например, с расизмом.

Мы отстаем. Да, мы в заведомо сложной ситуации — выпадаем из телетрансляций на полгода, тренируемся далеко от столиц, участвовать в «Танцах со звездами» не успеваем. Даже в Норвегии, где топовые лыжники автоматически являются топовыми звездами, наблюдается резкий отток зрителей от экранов. Тому множество причин, но одна из них очевидна: когда Нортуг уходит, а появляются футболист Холанд и легкоатлет Ингебригтсен, то Клебо сложновато с ними конкурировать за внимание аудитории, а другие не хотят или не могут.

Без допуска россиян к международным соревнованиям дела в мировых лыжных гонках пойдут только хуже. У меня еще будет шанс порассуждать о несправедливости отстранения, но сейчас речь о другом. Если теперь лыжи плохо смотрят, то кто же станет это делать, если там не будет Большунова, Непряевой, Устюгова, Сориной и Ступак? Да и меня с моей привычкой комментировать заявления и поступки норвежцев. Скромность здесь неуместна: я видела телевизионные рейтинги нашей эстафеты в Лиллехаммере в декабре 2021-го. Это наибольшая аудитория лыжных гонок всего сезона в Норвегии и весьма неплохая у нас в России.

Мы обязательно вернемся, и довольно скоро. Я в этом убеждена, говорю на основании имеющейся у меня информации. А пока я вижу свою задачу в том, чтобы выстроить правильные отношения в треугольнике «телевидение/заказчик — болельщик/потребитель — атлет/исполнитель».

Я собираюсь писать о том, что сама вижу, чувствую, испытываю. Формат соцсетей стал для меня маловат, надеюсь найти новую аудиторию, которая станет пристально следить за лыжными гонками — разумеется, на «Матч ТВ». 

Читайте также: