Больных изолируют на две недели, а у нас не везде есть запасные. Анализ COVID-регламента Олимпиады и рисков команды ОКР

Неблагоприятные сценарии, увы, возможны.
  • Сборная России прилетает в Токио несколькими рейсами, причем спортсменам на выбор были предоставлены ряд дат, в частности, легкоатлеты летят 25 июля и 1 августа.
  • Художественная гимнастика летит 3 августа из Владивостока.
  • Антиковидный регламент для спортсменов и официальных лиц в данный момент датирован 2 июля, но еще может измениться. Однако даже изучение текущей версии обнажает существенные бреши в менеджменте рисков, связанных с участием наших атлетов в ОИ. В этом материале мы попробовали описать эти риски.

Итак, после прибытия в Японию прямо в аэропорту все обязаны будут сдать антиген-тест. Если результат теста будет подозрительным, берется повторный тест, но уже не антиген, а более надежный ПЦР. Если второй тест подтверждает результат первого, то спортсмен изолируется.

Теперь неприятная статистика: на данный момент известно о нескольких случаях, когда спортсмены и персонал команд, чей ПЦР-тест перед вылетом был отрицательным, получали положительный результат по прилете в Японию.

  • Два неназванных члена команды Уганды
  • Сербский гребец Милош Влашич
  • Неназванный член команды Израиля
  • Неназванный атлет и представитель персонала команды
  • Массажист женской сборной России по регби-7

Все они были помещены в карантин: Влашич на неделю, израильтянин и остальные — на две. Угандийцы прилетели сильно заранее, в середине июня, их карантин уже, скорее всего, завершен. Девушки из сборной России по регби-7, контактировавшие с массажистом, отбыли два дня в карантине, сдавая тесты, которые все оказались отрицательными.

Прохожие в масках на фоне Олимпийских колец в Токио / Фото: © REUTERS / Issei Kato

Тут нужно прояснить, что, даже не сдав положительный тест, спортсмены рискуют оказаться в кратковременной изоляции, если будет подтвержден контакт длительностью более 15 минут с зараженным, это то, что произошло с регбистками. Учитывая формат тренировок, под ударом могут оказаться целые команды, причем четкого дальнейшего регламента в данный момент просто не существует — решение будет приниматься специальной экспертной группой (RAEG) индивидуально в каждом конкретном случае. Регбисток вот закрыли на два дня. А если кого-то решат закрыть на три?

Теперь считаем: турнир легкоатлетов начинается 30 июля, и в первый же день в борьбу вступят наши мужчины-высотники Илья Иванюк и Михаил Акименко, у них пройдет квалификация. 1 августа стартует женская длина, где выступает Дарья Клишина, но она, скорее всего, прибудет в Японию напрямую из США, дата пока неизвестна. Зато Валерий Пронкин выйдет в сектор метания молота 2 августа, а раньше 25-го числа он в Токио прибыть не сможет.

И вот тут возникает вопрос: что будет, если кто-то из тех наших легкоатлетов, чей вид начинается до 2 августа, сдаст положительный тест? Ответ дается в официальном руководстве: «Вы не будете допущены до старта или выполнения своей роли». Про роль — это для тренеров и персонала. То есть вместо соревнований человек окажется в карантине, и точка.

То же самое касается и второй группы легкоатлетов, которая прибывает 1 августа: они, по сути, тоже оказываются перед риском смотреть свою дисциплину, будучи в изоляции.

Ситуация патовая: даже если привезти спортсменов с запасом в несколько дней, то после недели в карантине человеку потребуются пара недель, чтобы вернуться в соревновательную форму, и то не факт. А если изоляция продлится две недели, о возвращении формы речи вообще не идет.

Но у легкоатлетов нет особого выбора, там едут десять человек и без возможности замены, так что или пан или пропал. Совсем другое дело — прочие виды спорта, возьмем для примера художественную гимнастику.

Для начала вводная информация: в составе команды ОКР на данный момент заявлено семь гимнасток: две личницы и пять групповичек, без запасных.

По словам Ирины Винер, команда вылетает в столицу Японии 3 августа. Турнир художниц начинается 6-го числа с квалификации личниц, 7-го пройдут финал у личниц и квалификация группового, а 8-го — финал группового.

Снова считаем: 3+7=10. И если условная гимнастка Иванова сдаст положительный тест 3 августа, то на ковер Токио она точно не выйдет, к десятому числу Олимпиада уже закончится два дня как.

Везти команду на неделю раньше, например 27 июля, не вариант. Как уже было сказано выше, за неделю в карантине любая гимнастка-художница выпадет из формы и частично потеряет тонкую моторную память в части работы с предметом, и «собирать» ее после такого будет нужно еще примерно неделю. Да и непонятно, как — если речь о групповом упражнении — оставшиеся будут проводить тренировки и опробование вчетвером, это же не юношеская Олимпиада в Сингапуре в 2010-м, где в группах стояли по четверо, а не по пять спортсменок. Плюс не забываем, что, скорее всего, остальную команду, как и регбисток, закроют «до выяснения».

Регбисткам повезло — их турнир начинается только 29 июля, у девушек есть еще достаточно времени, чтобы отойти от двухдневной паузы, нормально подготовиться и выступить. Плюс в составе команды ОКР, прибывшей в Токио, заявлена хотя бы одна запасная, Алина Артерчук. Есть запасные и у синхронисток, и у велотрека, и у водного поло, и у гандбола, у гребцов и даже конного спорта. Но не у гимнасток-художниц.

Единственный разумный выход при положительном ПЦР в Токио — срочно досылать запасную из Владивостока, будь то личница или групповичка. Только вот, по словам Лалы Крамаренко, запасные, в то время как основа улетает в Токио, возвращаются в Москву. Это, конечно, странно, запасных нужно держать во Владивостоке до…

И вот в оценке даты, до которой нужно держать запасных, надо понимать, что на протяжении первых трех дней после прибытия все спортсменки будут ежедневно сдавать тесты, то есть до 6 августа включительно.

А теперь представим, что 6 августа у все той же условной Ивановой тест дает положительный результат.

  • Если Иванова личница, то это конец всему, запасную просто не успеют привезти, да и вообще непонятно, когда этот тест станут делать, до квалификации или после. Если после, то никакую запасную уже вообще не поставить, даже если и привезут.
  • Если речь о групповичке, то имеются считанные часы, чтобы успеть привезти ее в Японию, сдать тест по прилете, доставить в олимпийскую деревню и дать отдохнуть перед квалификацией 7 августа.

Так что никакой отлет запасных из Владивостока в Москву 3 августа невозможен. Точнее, он может привести к апокалипсису. Si vis pacem, para bellum (с лат. — «Хочешь мира — готовься к войне»). И если российская команда, у которой, как сказала Ирина Винер, «настрой не на победу, а на очень серьезную работу», хочет результат этой работы показать, то им надо быть готовыми к сценарию, когда 6 августа все семь гимнасток (две личницы и пять групповичек) сдадут положительный тест. И вот если они будут к нему готовы, тогда и все остальные, более мягкие сценарии, пройдут спокойно, а, вероятнее всего, конечно, вообще никто ничем не заболеет.

Таким образом, в данный момент антиковидный регламент в Японии способен обрушить целые карьеры, и с этим почти ничего нельзя поделать. ОКР наверняка уже не успеет создать во Владивостоке «базу запасных» по всем ключевым видам спорта и держать там самолет, готовый к вылету, чтобы закрыть проблему в тех видах, где запасных в заявке нет. Кроме того, прибытие каждого спортсмена в Японию должно согласовываться заранее, то есть для прилета человека срочным порядком надо сначала договориться о таком же срочном согласовании. Запасные, находясь во Владивостоке, должны тестироваться каждый день, причем тесты должны быть в том формате, какого требуют организаторы.

Ситуация, безусловно, очень, очень непредсказуемая. С одной стороны, это своего рода лотерея, только вот в ней не фанты разыгрывают, а карьеры спортсменов. С другой — первый вопрос, который человек, пропустивший свой старт из-за чужого положительного теста или из-за отсутствия запасных в командных дисциплинах, задаст, будет адресован руководству его команды: «Вы что, не могли такое предусмотреть?» И это будет вполне справедливый вопрос.