Павел Зубов: «В Самаре зарплату приносили  в пакетах»

Павел Зубов: «В Самаре зарплату приносили в пакетах»

Главный тренер «Сибири» о своей новосибирской популярности, поездках в метро, тренировках Геннадия Цыгурова и разбитых «Жигулях».

На посту главного тренера клуба КХЛ Зубов дебютировал минувшим летом. До этого уроженец Тольятти два года ассистировал Андрею Скабелке в «Сибири», куда был приглашен в 2014 году из жлобинского «Металлурга».

«Сибирь» – так уж повелось – является кузницей тренерских кадров КХЛ. Помимо Скабелки обкатку Новосибирском в разное время проходили Дмитрий Квартальнов, Игорь Никитин, Петерис Скудра, Дмитрий Юшкевич, и вот теперь шанс заявить о себе получил Зубов.

Пока «снежинки» вне зоны плей-офф, но отставание от восьмой строчки символическое, да и очки, как известно, дело наживное. Куда важней игра, а она у «сибиряков» очень даже симпатичная. В Ледовом, например, они оказались тем редким наглым гостем, кто до последнего не выпускал интригу в подтрибунное помещение. И хотя по итогам этой встречи непобедимый СКА оформил свою рекордную, 19-ю победу кряду, Зубов, надо полагать, не пожалел, что пустил нас в тренерскую – карму «Сибири» мы вряд ли попортили.

«Сон хороший, но его мало»

– Павел Владимирович, полугода на посту главного тренера «Сибири» хватило, чтобы стать узнаваемой личностью в Новосибирске?

– Да. Жена, кстати, недавно рассказала, что воспользовалась моим служебным положением…

– Каким образом?

– Зашла в магазин, ее спрашивают: «Вы жена Зубова?». «Да», – отвечает. Ей тут же скидочную карту оформили. Мы с ней часто в этот магазин вместе заходим – запомнили, видимо.

– С «гаишниками» тоже проблем не возникает?

– Конечно, не возникает – я же за рулем не езжу. В основном на клубном автомобиле передвигаюсь, либо жене руль доверяю. Хотя вот недавно полицейский со мной в метро сфотографировался.

– Главный тренер «Сибири» ездит в метро?

– Бывают моменты, когда лучше на метро. В прошлом сезоне, когда я еще не был главным тренером, с женой то ли на концерт направлялись, то ли на спектакль. Город в сугробах, машины в пробках, жена на каблуках… Я еще после работы немного опоздал, поэтому если б не метро, точно не успели б. А так запрыгнули в последний вагон, проехали две станции – и на месте.

– А должность главного тренера оставляет время на культурный досуг?

– Уже нет. Сейчас у всего нашего тренерского штаба работа очень кропотливая. Перед сезоном команда фактически заново формировалась и дел хватает – там подправить, здесь подкрутить. Александр Макрицкий, например, отвечает за защитников, Андрей Тарасенко за нападающих, также мы совместно занимается системными процессами. У нас в «Сибири» вообще коллектив очень хороший, профессиональный. На следующий день после игры уже готовы видеонарезки, по которым игроки видят свою игру: где он красавчик, а где ошибся. С видео, кстати, став главным тренером, я стал больше работать – отсмотреть, разобрать, сделать выводы…

– Высыпаетесь на новой должности?

– Сон хороший, но его мало. Семье тоже меньше времени стало уделяться. А хочется видеть, как дети растут… Дочка, допустим, через два года школу заканчивает. Но куда деваться? Работа такая…

Хотел еще сезон отыграть, но здоровье стало бить в колокол: «Паша, уймись»

– Ваш земляк Андрей Разин фундамент своей тренерской работы строил на лекалах Валерия Белоусова, у которого много лет отыграл. А вы на кого ориентировались?

– До сих пор немало упражнений Геннадия Цыгурова и Юрия Моисеева используем. В жлобинском «Металлурге» я был ассистентом Василия Спиридонова, у которого тоже многое почерпнул. С появлением Интернета вариативности добавилось: можно подсмотреть тренировки других команд КХЛ и НХЛ, а оттолкнувшись от них, что-то новое для себя придумать.

– У Петра Воробьева в «Ладе» люди вешались от упражнения «злая собака» – когда двое по зоне против друг за другом бегают. А у Геннадия Цыгурова в «Ладе» от чего глаза закатывали?

– То, что вы говорите, «салки» называется. А у Цыгурова самое сложное – тренажерный зал на льду. Там было все: подрывы, приседания, так называемые боковые прыжки: с блинами и полностью в форме на коньках прыгали через скамейку.

– Кошмар. Жертвы были?

– Лед изуродовали прилично. А так – нет. Но больше такую тренировку мы не повторяли.

– Цыгуров понял, что перегнул?

– Видимо.

– Сейчас здоровье напоминает о подобных упражнениях?

– Еще как! Все дает о себе знать. Прыжки с 15-ю килограммами на тумбы, разумеется, не прошли бесследно. Я ведь игровую карьеру-то в 35 лет завершил из-за страшных проблем со спиной.

– Страдали, что так рано пришлось?

– Совершенно нет. Решение было осознанным. Думал, правда, отыграть еще сезон в «Ермаке», но здоровье стало бить в колокол: «Паша, уймись». Я позвонил Евгению Лебедеву, на тот момент главному тренеру жлобинского «Металлург», который предлагал мне работу в его тренерском штабе. Спрашиваю: «Предложение еще в силе?». Он говорит: «Приезжай». В общем, на третий день после окончания карьеры я уже тренировал в Белоруссии. Так что вовремя закончил.

«Закончилась предсезонка – закончился сезон»

– Павел Зубов в плане нагрузок суровый тренер?

– С нашими временами точно не сравнить. Тогда были гонки на выживание. Предсезонки – по два с половиной месяца. Была поговорка: «Закончилась предсезонка – закончился сезон». Хотя на самом деле не до смеха было. Месяцами на базах безвылазно сидели.

– Понятно, что в 70-х или 80-х хоккеисты терпели во многом из-за социальных привилегий – квартиры, машины, загранкомандировки, зарплата в разы выше, чем у большинства советских сограждан. А в 1990-х ради чего: голодный чемпионат, платили ерунду, да и ту с задержками?

– Понимаете, хоккей – это как стиль жизни. Парни с детства привыкли к нагрузкам, привыкли колесить по стране, по миру. На «гражданку» после такого сложно переключиться: сидеть дома и ходить с девяти до шести на работу. Да и, если честно, не сказать, что хоккеисты полуголодные тогда ходили. В Тольятти так вообще такого не чувствовалось.

– Для «Лады» начало 1990-х – золотая во всех смыслах пора.

– Тогда завод гремел, местный бизнес вкладывался в хоккей. Кстати, помню в ЦСК ВВС был коммерсант, который зарплату в пакетах выдавал. Банковских карт тогда ещё не было, и он таким вот образом переводил нам деньги. Родители видели – в обморок шарахались. В Тольятти мы нормально получали. По тем временам – даже много, не жаловались. Когда прошли смены курсов валют, зарплату индексировали. К тому же помимо основного оклада игрокам могли телевизор, например, подарить, мягкую мебель или еще что-то. Бывало, получали продукты от местного мясокомбината.

Когда делают самые плохие «Жигули»?

– Приятный бонус в виде «Жигулей» имелся?

– Да, в 1994 году за победу в чемпионате Межнациональной хоккейной лиги получили «шестерки».

– Долго на «шахе» ездили?

– Три месяца. Потом разбил и продал.

– Как разбили?

– Не то что разбил: назад сдавал и помял. На ремонт решил не замарачиваться и продал. Мне двадцать лет было – прав еще не имелось.

– После к отечественному автопрому не притрагивались?

– Почему? У меня «восьмерка» много лет была. До 2009 года на ней ездил.

– Когда на ГАЗе Виктору Коноваленко собирали «Волгу», на каждой детали писали имя легендарного для Горького вратаря, чтоб «с душой делали». Игроки «Лады» имели такую опцию на ВАЗе?

– Опция была другая – под названием «прогнать машину по конвейеру». Люди специально следили, чтобы все, что нужно закрутить закрутили. С этим у «Жигулей», как вы знаете, иногда проблемы. Кстати, рассказывали, что самые плохие машины делались в начале смены и в конце. Вначале – потому что еще не проснулись, а в конце – потому что домой спешат. Поэтому машины для игроков «Лады» собирались в середине смены.

– А если не повезло, самостоятельно до ума доводили?

– Нет. В Тольятти был человек, который игрокам «Лады» все эти вопросы решал. Брал ключи, увозил автомобиль на ремонт, после чего возвращал его владельцу.

– Не тянет порой сесть за руль «классики» – вспомнить, так сказать, молодость?

– Как-то не особо…

Читайте также

«Овечкин забивает не из-за Олимпиады». Главный хоккейный эксперт Северной Америки – о суперстарте капитана «Вашингтона»

Сколько рекордов побьет Овечкин?

Поделиться в соцсетях: