Евгения Бирюкова можно назвать легендой российского хоккея — 1001 матч в КХЛ, два Кубка Гагарина в составе «Металлурга». Он любимец не только магнитогорской публики, но и «Салавата Юлаева», в котором заканчивал свою карьеру в 2024 году.
После завершения игровой карьеры Бирюков сразу вошел в тренерский штаб «Салавата Юлаева», а через полгода получил предложение, от которого невозможно отказаться, — вернуться в родной «Металлург», чтобы занять должность спортивного директора. И можно сказать, что со своими обязанности 39-летний специалист справляется очень неплохо: магнитогорский клуб летом 2025 года провернул несколько громких трансферов, которых никто не ждал. Например, подписал нападающих Владимира Ткачева, Евгения Кузнецова и Сергея Толчинского.
«Матч ТВ» встретился с Бирюковым и обсудил:
- как изменилась его жизнь после завершения карьеры;
- насколько неожиданным стало предложение от «Металлурга»;
- самые запоминающиеся моменты: два Кубка Гагарина с «Металлургом», встречу с президентом России Владимиром Путиным после золота на ЧМ-2012;
- переходы Владимира Ткачева, Евгения Кузнецова и Сергея Толчинского в «Металлург»;
- работу главного тренера магнитогорского клуба Андрея Разина.
«К завершению карьеры я готовился ментально, понимал, что нужно принимать уже решение, переходить на другую ступень в хоккее»
— Прошло уже полтора года после того, как вы завершили карьеру. Не скучаете по хоккею?
— Да нет, не скучаю. Его в моей жизни стало еще больше. Сейчас работаю немного в другом русле хоккея, так скажем, по другую его сторону, и сейчас я в полной степени ощутил на себе эту работу. Мне все нравится, в хоккее я с самого детства, мне это все знакомо, так что работаем.
— Помните день, когда пришло осознание, что пора заканчивать?
— В последний сезон, который я провел в «Салавате Юлаеве», понимал, что он точно будет заключительным в карьере. Для меня это не стало неожиданностью. К завершению карьеры я готовился ментально, понимал, что нужно принимать уже решение, переходить на другую ступень. Хорошо, что так и получилось — сначала поработал в «Салавате Юлаеве» тренером, потом продолжил свою хоккейную жизнь в Магнитогорске.
— Как сильно изменилась ваша жизнь после завершения карьеры?
— Форму я продолжаю поддерживать, занимаюсь каждый день. Понятно, что нагрузки уже не такие. Стало больше аналитической работы, переговоров, общения. Я присутствую на каждой тренировке команды, бываю с ней на выездных играх. То есть плюс-минус все то же самое.
— Свободного времени, которое можно было бы уделять семье, больше не стало?
— Наверное, даже его стало чуть меньше (смеется). Даже не чуть, а меньше. Раньше ты знал, что придешь, потренируешься, подготовишь свое тело к играм, и у тебя голова свободная, ни о чем думать не надо, четко знаешь, что тебе нужно. Сейчас же наоборот — работает голова, приходится больше времени проводить на работе. То есть физическая нагрузка сменилась на аналитическую.
— После завершения карьеры вы сразу вошли в тренерский штаб Виктора Козлова. Вообще хотели стать тренером или получилось спонтанно?
— Заранее это не обговаривалось. После окончания сезона поступило предложение, я поговорил с Виктором Николаевичем (Козловым), он озвучил желание, чтобы я остался в клубе. Спасибо ему огромное за это — это был большой опыт для меня. Руководство Уфы отлично ко мне отнеслось, предложив такую должность. Да, потребовалось какое-то время на раздумье, но в конечном итоге я принял решение.
— Понравилась работа тренером?
— Конечно. Я остался в хоккее, в том клубе, где заканчивал карьеру, меня хочет видеть Виктор Козлов, чьи требования я знаю, как и ребят в команде. Так что в этом плане проблем не было. Но этот опыт, так скажем, был не таким большим и я не смог полностью ощутить работу тренером. Хотя я окунулся в раздевалку и теперь понимаю, как думают тренеры. Когда ты являешься игроком, иногда не понимаешь, какой взгляд у тренеров на ту или иную ситуацию, на того или иного игрока, но мне удалось это прочувствовать, будучи тренером.
— Предложение от «Металлурга» стало неожиданностью?
— Честно скажу, было неожиданно. Прежде всего я подошел к Виктору Козлову и руководству «Салавата Юлаева» и сказал, что поступило предложение. Мы пообщались, поговорили, все меня прекрасно поняли, пожелали удачи и сказали, что такой шанс бывает редко.
Я такой человек, который не может бросить начатое. То есть не мог сказать Уфе, что все, ухожу. Нет, я пообщался со всеми, подумал и принял для себя решение перейти на другую работу в Магнитогорск.
— Когда принимали это предложение, не волновались, учитывая, что у вас нет соответствующего опыта?
— Новый опыт всегда подразумевает какие-то раздумья. Некое волнение, безусловно, присутствовало, но в то же время я понимал, что «Металлург» мой родной клуб, а Магнитогорск — родной город, где я вырос и знаю каждый угол. Конечно, мне многому надо было научиться, ведь это совсем иная работа. Но мне это интересно, и я не пожалел о своем решении.
«Безусловно, весь российский хоккей держится на Владимире Путине. Его отношение к хоккею вызывает уважение»
— Можете назвать тренера, который сильнее всего повлиял на вас?
— Буду банальным. Кого-то выделить прям не могу, потому что каждый тренер внес что-то. Работая со многими тренерами, как в сборной, так и в клубе, я подчеркивал какие-то вещи, каждый тренер требовал от игроков такое, что несвойственно твоему стилю игры и так далее.
Может быть, особняком стоит Дейв Кинг, под руководством которого я и еще несколько игроков моего возраста провели первые сезоны за «Металлург» в Суперлиге. Спасибо ему огромное за это, потому что мы были молодыми, а он относился ко всем одинаково. Именно он дал нам небольшой толчок.
— Есть ли особая разница в плане эмоций между выигранными двумя Кубками Гагарина?
— Эмоции были плюс-минус одинаковые. Да, финалы были разными, в первом мы играли с «Левом». Ту финальную серию можно назвать противостоянием России против Европы, где большинство болельщиков болело за нас. Во втором же играли с ЦСКА. В обоих финалах была настоящая борьба, по семь игр было сыграно.
Но с «Металлургом» я еще выигрывал Суперлигу, где в финале был обыгран «Ак Барс» и там мы выжали себя по максимуму. Тогда мы были более молодыми, не в тех ролях, на которых выигрывали Кубки Гагарина, потому что на нас не лежала такая ответственность, как в будущем. Эмоции при победе плюс-минус одинаковые, просто в каждом финале были свои нюансы, ситуации.
— Каково осознавать, что ты являешься чемпионом мира? С чем это можно сравнить?
— Конечно, это очень ответственно и почетно. Вся страна за нас болела. Чемпионат мира 2012 года сложился для нас очень удачно, мы не проиграли ни одного матча. Состав, как и коллектив, был очень хорошим. То, что ты представляешь свой родной клуб, магнитогорский «Металлург», в сборной на чемпионате мира — это доставляет некое удовольствие.
— После турнира вся сборная была на приеме у Владимира Путина. У вас даже есть фотография, где он вручает вам грамоту.
— Такие моменты не забываются, остаются на всю жизнь — вся эта встреча, фотографии. Сначала была официальная часть, потом посидели, пообщались и даже спели песню «Команда молодости нашей». Конечно, это круто и останется в сердце на всю жизнь.
— Какой президент в общении?
— Не могу сказать, что мы прям сидели и каждый из хоккеистов задавал вопросы. Была такая домашняя, веселая обстановка, где Владимир Владимирович рассказывал какие-то истории.
— Шуми Бабаев говорил, что весь хоккей держится на нем. Согласны?
— Безусловно. Когда президент показывает своим примером такое отношение к хоккею — это для меня важно и вызывает только уважение.
«Билялетдинов в какой-то степени прагматичный тренер. Знарок же больше мотиватор, он за общение с игроками в неформальной обстановке»
— ЧМ-2015. Для вас после матча со словенцами турнир закончен. Что ощущали в тот момент, когда понимали, что больше не поможете партнерам?
— Я и несколько игроков, в том числе Данис Зарипов, получили травмы, но мы приняли решение, что не поедем домой, а останемся до конца турнира с командой.
Нас собрали за месяц до чемпионата мира, мы прошли полноценные сборы, приложили много усилий. Конечно, было досадно, тем более, что я выбыл во второй игре, мне тогда сломали челюсть в нескольких местах. Но это хоккейная жизнь и ко всему надо быть готовым. В свою очередь мы чем могли помогали ребятам, которые оставались в команде. Все равно они большие молодцы, что взяли серебро, хоть и было обидно проиграть канадцам в финале. Считаю, что любая медаль на чемпионате мира — это все равно результат.
— Состав канадцев действительно был сильнейшим, который можно было привезти?
— Да, у канадцев был безумно сильный состав. На тот момент получилось так, что мы были хуже них.
— Но счет 6:1 …
— Игра проиграна, а с каким счетом — это уже не так важно. Нельзя говорить, что мы вышли какими-то несобранными, этого априори не может быть, потому что чемпионат мира. Такое бывает, Данный факт надо принять и просто двигаться дальше.
— Как оцените тот самый перфоманс во время награждения, когда сборная России покинула площадку во время гимна Канады?
— Думаю, что это было сделано не из-за того, что ребята не хотели слушать гимн Канады, а просто произошла какая-то техническая накладка. Уверен, что это не было сделано специально. Понятно, что всем было досадно, грустно и это все наложилось.
— В сборной вы работали с мастодонтами российского хоккея — Зинэтулой Билялетдиновым и Олегом Знарком. Можете их сравнить?
— Я еще работал в сборной с Вячеславом Быковым. Согласен, что Билялетдинов и Знарок разные. Зинэтула Хайдарович, наверное, более системный тренер, в какой-то степени прагматичный. Многие думают, что при нем шаг влево, шаг вправо — расстрел, но это не так. Знарок же больше мотиватор, он за общение с игроками в неформальной обстановке.
— Верите, что Быков еще потренирует какой-нибудь клуб?
— Я надеюсь на это. Вячеслав Аркадьевич — тот человек, который многое выиграл, как хоккеист, тренер. Он по-настоящему во всех смыслах глыба. Наш хоккей нуждается в нем, потому что Быков имеет огромнейший опыт.
— В сборной обычно бывают разные ритуалы в день игры или за сутки до нее. Какие можете вспомнить?
— Помню, что у нас всегда перед выходом из раздевалки играла песня Басты «Россия». Как только она заканчивалась, мы выходили на лед. По-моему, насколько помню, это было при всех тренерах, при которых я играл в сборной.
«Сборная — это вершина российского хоккея. Но наше нынешнее положение — это политические моменты»
— Грустно, что так и не поехали ни на одну из Олимпиад?
— Конечно, мне хотелось сыграть на Олимпиаде. Мечта любого хоккеиста сыграть там. Но на тот момент в составе были сильнейшие хоккеисты, которые могли быть. Я отношусь к этому как к опыту и всегда стараюсь извлекать уроки из таких моментов. Наверное, тогда я был не в самой своей лучшей форме. Но жить прошлым не стоит, надо просто извлечь опыт и двигаться дальше.
— Бьет по ребятам решение IIHF отстранить нашу сборную от международных соревнований?
— Сборная — это вершина российского хоккея. Если ты попал в нее, значит ты сильнее других игроков. Этот опыт должен быть, он полезен, даже если смотреть с точки зрения развития. Участие на чемпионатах мира показывает, на каком уровне мы находимся и в правильном ли направлении двигаемся. Я бы назвал участие на чемпионатах мира экзаменом для любой страны-участницы. Но наше нынешнее положение — это политические моменты. Нужно надеяться на наше возвращение, в любом случае все нормализуется как можно скорее.
Не сказал бы, что мы каждый день думаем об отстранении и это по нам как-то бьет. Каждый стремиться развиваться. Конечно, повторюсь, опыт международных матчей нужен. Но не сказал бы, что кто-то думает, что после нашего отстранения все кончено. С другой же стороны, это шанс для молодых игроков, воспитанников, потому что мы часто видим, как из Европы к нам не едут игроки из-за политической ситуации.
— Верите, что начнет таять лед на фоне последних рекомендаций МОК?
— Я надеюсь на это, потому что пора. С чего-то же надо начинать. Если юниоры поедут на международные соревнования — это будет здорово.
— У вас действительно ни разу за всю карьеру не было ни одного предложения из НХЛ?
— Были разговоры после чемпионата мира 2012 года, что можно поехать и попробовать. Но тогда не было какой-то конкретики и на том этапе у меня была семья, родился ребенок, на кону было подписание долгосрочного контракта с «Металлургом». Я тогда принял решение остаться в России, тем более, что это все происходило в преддверии Олимпиады в Сочи. Скажу сразу, что я не жалею об этом решении, потому что непонятно, как бы все сложилось в Америке. Я доволен своей карьерой, много чего выиграл, многое повидал в хоккее.
— Самое обидное поражение в карьере?
— Их было много. Обидно проиграли СКА в финале Кубка Гагарина в 2017 году. Тогда мы играли хорошо, могли победить. Когда проигрываешь в финале — это самое обидное. И, наверное, поражение от «Салавата Юлаева» в 2011 году в седьмом матче финала Конференции.
— А самая большая победа?
— Наверное, седьмая игра с «Левом» в финале, которая проходила в Магнитогорске, потому что тогда мы выиграли Кубок Гагарина. Решающие игры, когда мы тоже брали Кубки, что в сериях с ЦСКА, что с Казанью в Суперлиге были на выезде, а эта была дома. Победа в серии в домашнем матче всегда важна и дорога, тем более я забил в той встрече.
«Первые полгода на должности спортивного директора были достаточно тяжелыми. Я приходил рано утром на работу и уходил поздно вечером»
— Долго привыкали к новой должности в «Металлурге»?
— Это новый опыт, было много информации. Первые полгода я приходил рано утром на работу и уходил с нее поздно вечером. Первым делом нужно было банально выучить всех игроков системы «Металлурга». Если про игроков КХЛ я всё знал и видел, кто как играл, то игроков ВХЛ и МХЛ нужно было выучить, чтобы понимать, кто есть кто, что из себя представляет.
Сейчас же достаточно посмотреть несколько смен, чтобы сложилось то или иное впечатление об игроке. Я брался за всё, информации было много. Каждый день мне звонили агенты и предлагали разных игроков, были предложения обменять кого-то. Но самое главное было не навредить, потому что ты не всё рационально можешь переварить. Понятно, пока ты не прочувствуешь весь этот опыт на себе, ты не поймешь, как нужно расставлять приоритеты в работе. Признаю, что первые полгода были достаточно тяжелыми.
— Нынешний состав «Металлурга» на данный момент сильнейший в КХЛ?
— Мы знаем свои нюансы, проблемы, какие позиции надо усилить. Наверное, после сезона можно будет говорить, чей состав был сильнейшим в лиге. На бумаге может быть одно, а на деле совсем другое.
— «Металлург» удивил подписанием Владимира Ткачева. Как вообще такой вариант появился, как долго шли переговоры и за счет чего удалось уговорить Ткачева переехать в Магнитогорск?
— Мы знали ситуацию Владимира с «Авангардом». Когда появилась информация, что он расторг контракт, мы сразу включились, созвонились, пообщались с агентом, было несколько очных встреч. Здорово, что Владимир посмотрел в нашу сторону. Думаю, что хоккей «Металлурга» ему подходит.
Надеюсь, в будущем Ткачев будет еще сильнее развиваться. Сейчас он подходит к такому возрасту, когда он не просто игрок, который набирает много очков и много забивает, а лидер, который тянет команду на себе.
— Основываясь на ситуации с Ткачевым и его долгосрочным контрактом с «Авангардом», который впоследствии был расторгнут, нужны ли изменения в регламенте КХЛ в отношении длительных соглашений, чтобы у игроков было больше гарантий?
— Нельзя всё сделать сразу, лига развивается постепенно. Да, появляются какие-то прецеденты, и КХЛ сразу на них реагирует, пытается нивелировать. «Авангард» же в ситуации с Ткачевым всё сделал по регламенту. Сейчас идут обсуждения о правках в регламенте касательно контрактов. В ближайшем будущем точно будут изменения.
— Подписание Толчинского тоже было громким, но 17 (6+11) очков в 35 матчах, наверное, не то, что вы ждали от него, верно?
— Безусловно, когда мы подписываем игроков, надеемся, что они будут играть в свой лучший хоккей. Но есть много вещей, с которыми сталкиваются хоккеисты: город, коллектив, стиль игры, требования тренера. Сергей — оснащенный, техничный, быстрый нападающий. По всем параметрам он нам подходит. Стиль игры «Металлурга» все равно отличается от большинства команд КХЛ, к нему надо привыкнуть. Сейчас мы видим, что Толчинский более адаптирован и показывает игру по нарастающей.
Кому-то потребовалось времени на адаптацию меньше, как, например, Владимиру Ткачеву, а кому-то больше. У того же Дерека Барака в начале были проблемы, не связанные с нежеланием игроков бороться, отдаваться полностью, а больше с тактическими вещами, требованиями.
— Буквально в конце ноября были слухи, что Толчинский может покинуть команду.
— Тут нельзя говорить по персоналиям. Если мы будем понимать, что на рынке есть лот, который нас усилит, поможет команде в будущем, мы будем анализировать, рассматривать все варианты. Хоккей — такой вид спорта, где надо всё время двигаться вперед.
«При подписании контракта с Кузнецовым рисков с нашей стороны никаких не было»
— Как возникла идея пригласить Евгения Кузнецова в «Металлург»?
— Позиция центра не была такой явной. У нас, можно так сказать, полуцентральные нападающие, которые могут сыграть как в центре, так и с краю. Мы понимали, что нам нужен еще один центр.
Когда появилась возможность подписать Кузнецова, мы сели, пообщались — я долго с ним разговаривал, Андрей Владимирович [Разин] тоже озвучил свои требования, что мы хотим от него увидеть, чего ждем. После переговоров приняли решение, что Евгений будет в нашей команде.
— Клуб осознавал, что идет на большой риск?
— Мы прекрасно знаем, что у Евгения не такой большой контракт, и учитывая, что мы до подписания все проговорили, рисков с нашей стороны никаких не было. Тем более что Кузнецов — игрок высокого уровня с огромным потенциалом.
— В чем была проблема Кузнецова?
— Проблема Евгения — это отсутствие оптимального физического состояния. Он играть умеет, является оснащенным игроком с прекрасным катанием. Но как ни крути, годы берут свое, и я на себе это ощущал, проходил. Нужно двигаться дальше и приводить свое состояние в оптимальное. Это все рабочие моменты, не было никакой предвзятости. Вы прекрасно знаете, что Андрей Владимирович [Разин] относится ко всем хоккеистам одинаково. Кто на данном этапе выглядит более готовым, тот и играет. Тут всё чисто и прозрачно.
— Многих удивило, что вы обменяли права на Самсонова в «Сочи». Неужели лишь сочинский клуб был заинтересован в Илье?
— «Сочи» нужен был вратарь, они вышли на нас с конкретным предложением. Мы понимали, что Илье Самсонову нужно играть, а держать его, учитывая, что у нас есть два вратаря, которые хорошо выступают. Тем более мы приложили большие усилия, чтобы Илья Набоков остался с нами еще на год. По-спортивному принципу и по-человечески было бы неправильно брать еще одного вратаря. Все трое могут взять на себя роль первого номера.
— Его вы не рассматривали для подписания в «Металлург»?
— Мы рассматривали все варианты, но приняли решение, что идем парой Набоков — Смолин, которая имеет как положительный опыт выступления, выиграв Кубок Гагарина, так и отрицательный, если говорить про прошлый сезон. Но все мы учимся на своих ошибках, как и ребята, поэтому в этом году идем таким тандемом.
— Роман Канцеров проводит свой лучший сезон в КХЛ. Вас удивляет, что многие болельщики «Чикаго» уже вовсю его ждут в НХЛ?
— Да нет, не удивляет. Все клубы НХЛ ждут своих игроков, которых задрафтовали. Рома — трудяга-работяга, безусловно, талантливый парень. У него очень хорошо складывается игра, особенно в тройке с Ткачевым и Силантьевым. У него есть зазор, задел, чтобы превратиться в более зрелого, топового игрока. Работы впереди непочатый край. Всё идет по плану, и надеюсь, что будет продолжаться в том же духе.
— У него летом кончается контракт. Будете пытаться удержать Романа хотя бы еще на год в клубе или пойдете навстречу?
— Это диалог, при котором учитываются все желания. Конечно, мы хотим оставить у себя всех игроков, которые зреют для игры в НХЛ. Будем разговаривать и приложим все усилия, чтобы сохранить Рому в составе.
— У вас нет ощущения, что Илья Набоков чуть сдал по сравнению с прошлым годом?
— Это все проблемы ментального характера, они часто бывают с молодыми игроками, которые уже что-то выиграли. По оснащению, работе, навыкам игры к Илье нет вопросов. Очень редко бывает, когда ты показываешь высокий уровень игры, а после держишь его на протяжении долгого времени. Считаю, что какие-то провалы неизбежны. Но негативный опыт все равно должен быть, и на нем игроки прогрессируют, развиваются. Уверен, у Ильи все будет нормально.
— Сейчас Набоков выступает у вас на правах аренды. Он готов к тому, чтобы следующий сезон провести уже в НХЛ?
— Мое мнение такое, что ему нужно отключить в голове мысли про НХЛ, какие-то лишние вещи и играть здесь и сейчас. У него есть цель — выиграть со своим родным клубом заветный Кубок, а остальное уже второстепенное. Тут нельзя распыляться.
«Для Разина по большому счету нет разницы — молодой игрок перед ним или взрослый»
— При Разине как правило прогрессируют молодые игроки. Сначала был Юров, теперь Канцеров, подтягиваются Козлов, Нечаев и Федоров. В чем секрет?
— Он видит игроков, чувствует их и в какой-то степени доверяет. Тут нет такого, что тренер позвал хоккеиста, дал ему время и больше его не трогает. Нет, Андрей Владимирович четко дает понять, что если ты выполняешь те требования, которые он дает, то будешь играть. Для него по большому счету нет разницы — молодой игрок перед ним или взрослый.
— Как вы относитесь к иногда своеобразному стилю общения Андрея Владимировича на пресс-конференциях?
— Мы постоянно с ним находимся в диалоге. Я не раз говорил, что люди, которые добились определенного успеха в своей сфере, они непростые, и это им позволяет добиваться результата. Такое общение — это часть работы Андрея Владимировича, к тому же он развивается в этих вещах в лучшую сторону.
— Вы выигрывали Кубок Гагарина с «Металлургом» как игрок, уже в этом сезоне можете выиграть его в качестве спортивного директора. Нынешний состав способен выиграть Кубок уже в этом сезоне?
— Мы все нацелены на это. У нас другой цели в клубе, что тогда, когда я играл, что сейчас, нет. Цель выиграть Кубок Гагарина была, есть и будет в дальнейшем. Президент нашего клуба (Виктор Рашников) максималист и ставит перед командой максимальные задачи. Надеемся и готовимся к тому, чтобы выиграть Кубок в этом сезоне.
— Как вы видите развитие своей дальнейшей карьеры? Какие цели ставите?
— Мои цели сопоставимы с целями клуба. Цель только одна — сделать всё, чтобы команда выигрывала.
— Когда-нибудь мы увидим Евгения Бирюкова на посту главного тренера? Вы лично хотите поработать на такой должности?
— Я только начал путь на должности спортивного директора, и глупо думать, размышлять, что хотел бы дальше. На данном этапе о работе главным тренером мыслей у меня нет. Сейчас у меня лишь одна мысль — выиграть с командой Кубок Гагарина, приносить «Металлургу» пользу, а потом уже можно размышлять, что будет дальше.
Прямые трансляции матчей Фонбет чемпионата КХЛ смотрите на канале «Матч ТВ», а также сайтах matchtv.ru и sportbox.ru.
Больше новостей спорта – в нашем телеграм-канале.
