Хоккей

«Макдэвид может обогнать Овечкина по голам за карьеру. Но ему важнее другое». Интервью Клима Костина

23-летний форвард Клим Костин рассказал «Матч ТВ», как вписался в «Эдмонтон», каково играть в одной команде с Коннором Макдэвидом… А вообще это история о том, как сбываются мечты.

Клим Костин с большим трудом искал свое место в НХЛ. Габаритный форвард (191 см / 96 кг) был выбран в первом раунде 2017 года — под номером 31 его взял «Сент-Луис».

Но заиграть в «Блюз» толком не получилось. Достаточно сказать, что Костин провел 207 матчей в АХЛ, набрав 92 (34+58) очка. То есть в фарм-клуб его отправляли на протяжении четырех лет в «Сент-Луисе», а стандартный контракт новичка вместо трех лет затянулся аж на пять! Есть такое правило, что если ты не провел достаточное количество матчей в НХЛ, твой договор переносится на год.

В сезоне-2020/21 на правах аренды Костин уехал в «Авангард», с которым завоевал Кубок Гагарина. В этом сезоне из «Сент-Луиса» удалось уйти, и теперь Клим в «Эдмонтоне» чувствует себя как «ребенок в конфетной лавке» — есть такое американское выражение.

Впрочем, обо всем пусть рассказывает сам Костин.

В этом интервью:

  • как состоялся обмен в «Эдмонтон»;
  • что в раздевалке сразу же сказал Макдэвид;
  • какой он — лучший хоккеист мира?
  • почему Клим начал так много драться;
  • какие сообщения ему шлет Боб Хартли;
  • какие приколы есть в НХЛ, и как он заработал прозвище Klim Shady.

«Я уже хотел ехать в Омск, но тут позвонил агент»

— Когда мы общались летом в Москве, вы сказали «Матч ТВ», что были готовы остаться в НХЛ даже за тарелку супа. Вы тогда как раз подписали однолетний контракт с «Сент-Луисом» на 750 тысяч долларов.

— Ну да, если есть хотя бы один шанс зацепиться в НХЛ, побороться за место, я им воспользуюсь. Так и получилось.

— «Сент-Луис» вам давал обещания, но что-то пошло не так?

— Это уже не новость, что тебе могут обещать одно, но потом этого не происходит. Просто нужно реально смотреть на вещи. И ты должен сам понимать, что можешь получить, а до чего не добраться.

— Когда вы почувствовали, что обмен не за горами?

— Просил обмен из «Сент-Луиса» последние года три, даже когда выступал в АХЛ. Но что-то не получалось, стороны не могли сойтись по сделке. Обмен так и не произошел.

А вот в начале октября, после предсезонной игры с «Коламбусом», я попал на драфт отказов. Ничего плохого в этом не было — понимал, это тот же шанс сменить команду. Когда услышал про это, даже выдохнул с облегчением.

— И как вы попали в «Эдмонтон»?

— Меня на драфте отказов никто не взял. Когда об этом услышал, то начал рассматривать варианты, чтобы вернуться в КХЛ. Потому что не был больше готов играть в АХЛ, куда меня отправляли. Там уже достаточно наигрался.

Несколько дней сидел дома в Сент-Луисе. Позвонил своему агенту Полу Теофаносу: «Ну, что будем делать?» Я был на грани того, чтобы вернуться в Россию. Уже отцу набрал: «Папа, я что-то устал. Так много сил отдал, так долго мы боролись… Теперь хочу домой».

И все, с «Авангардом» связались, уже хотел поехать в Омск. Но вдруг в какой-то момент мне звонит Пол: «Мне набрал генменеджер «Ойлерз» Кен Холланд. Они хотят дать тебе шанс и посмотреть, воспользуешься ли ты им. Они в тебе заинтересованы. Если ты даешь согласие и останешься у них, то «Эдмонтон» сделает обмен».

— И вы согласились.

— Не сразу. Потому что нужно было на первое время все равно поехать в АХЛ. Провести там две-три недели, пока мне делают канадскую визу. И мне так не хотелось в АХЛ этот ехать! Поэтому взял еще день на раздумья. Поговорил с мамой и папой, с сестрой. Услышал их мнение, и они в один голос мне сказали: «Раз уж столько мы боролись, то стоит попробовать».

Перезвонил Полу: «Хорошо, давай». Потом состоялся обмен. Пишу сообщение своему другу Диме Саморукову, он играет в системе «Эдмонтона»: «Сэмми, я еду к тебе, братуха!» Он мне отвечает: «А я в другую сторону еду, братан!»

— В смысле?

— Нас друг на друга обменяли. Блин, запереживал сильно. Русских теперь нет в команде, и даже в «Бейкерсфилде» не было знакомых, с кем я раньше играл в АХЛ. Это на меня давило, не знал, чего ждать. Мой первый обмен в Северной Америке. Как меня примут в новой команде? Чего ждать? Но в итоге все сложилось замечательно.

«Как я забиваю голы? С божьей помощью!»

— Бейкерсфилд — это же Калифорния?

— Это полтора часа езды от Лос-Анджелеса. Пока там играл, мне делали визу. Там еще так получилось, что «Сент-Луис» подавал на мою канадскую рабочую визу. И когда произошел обмен, на такую же визу подал уже «Эдмонтон». Случилась какая-то неразбериха в посольстве, из-за чего я получал визу три недели вместо положенных десять дней.

— И вот травму в «Ойлерз» получает Эвандер Кейн, а у вас уже оформлены документы, и вас вызывают наверх.

— Да-да, Эвандер получил серьезный порез кисти. И утром у меня раздается звонок. Это сам Кенни, и он такой: «Ну, давай».

— Сам Холланд набрал?

— Ну да. Здесь хорошие отношения в команде между игроками, тренерским штабом и руководством, включая хозяина клуба. Ты в раздевалке можешь с любым поговорить, что-то спросить. Там очень простые люди.

— Вас в день матча вызвали наверх?

— Не совсем. Я был в отеле, мне позвонили, вызвали меня и Маттиаса Янмарка. Мы собрали вещи, вылетели из аэропорта Бейкерсфилда и с пересадкой в каком-то городе оказались в Каролине.

— И вот вы входите в раздевалку, где сидит Коннор Макдэвид — самый ценный хоккеист НХЛ. Была ли трясучка?

— Конечно, только мертвые не переживают. Но я недолго нервничал. Потому что все в команде настолько хорошие ребята сами по себе, что меня приняли очень здорово. И там быстро пришел в себя.

— Что вам сказал Макдэвид?

— Он много со мной разговаривает. А я не упускаю возможности иногда спросить у него какой-то совет. Коннор — обычный добрый парень. Он мне говорит: «Просто играй в свой хоккей, не надо ни под кого подстраиваться, ничего не меняй. Делай то, что ты умеешь».

— В какой момент вы поймали уверенность? Вот отрезок из девяти матчей, в которых вы забили семь голов. Макдэвид на этом отрезке забил шесть голов, Леон Драйзайтль — пять. Хотя у вас 23 процента реализации. Так будет не всегда, но тут поперло.

— С божьей помощью — другого объяснения у меня нет. Взять гол в ворота «Сан-Хосе». Сстою на пятачке, в меня попадает шайба — и в сетку. Ну как это объяснить? Мне воздается за хорошие поступки. Стараюсь, с тренерами работаю. Мне это напомнило «Авангард», который возглавлял Боб Хартли…

— Вы выдали серию из 18 матчей без очков.

— Но я оценил, как Хартли подходил к деталям, как он относился к игре, как просматривал само видео с моментами. А иногда мы полностью смотрели весь матч, сидели по полтора часа.

И в «Эдмонтоне» то же самое. Здесь тренерский штаб настолько профессионален, что детали не упускают и к моментам относятся тщательно.

Конечно, Макдэвида ничему новому не научишь. Но без разницы, какой игрок — смотрят видео, работают со всеми: и на льду, и вне льда. И тренер по катанию постоянно с нами, занимается с молодыми. Здесь тяжело не прогрессировать.

Коннор Макдэвид / Фото: © REUTERS / Walter Tychnowicz-USA TODAY Sports

— Ваш главный тренер Джей Вудкрофт много лет приезжал в Екатеринбург, работая в летнем лагере Павла Дацюка.

— Да, такое было. Джей мне рассказывал про Дацюка.

«Нужно в НХЛ бить первым — и побыстрее»

— Вы в «Эдмонтоне» начали постоянно драться, хотя в КХЛ за вами такое не водилось. Вот с Заком Кэссианом вы что не поделили?

— Не знаю, не обзывался. Обычно не предлагаю подраться. Хотя недавно одному такое предложил. Он применил жесткий силовой прием на Драйзайтле. А когда бьют одного из лучших твоих игроков, то люди должны платить по счетам. Такое им с рук сходить не должно. Так вот, я предложил, но обидчик Драйзайтля отказался.

С Кэссианом получилось так, что за пару смен до этого мне в своей зоне прилетело сзади клюшкой в шею. И так сильно, аж искры из глаз. Без раздумий скинул краги, развернулся и схватил первого попавшегося игрока «Аризоны». Смотрю — это их маленький пацан Клейтон Келлер. Думаю: ну что буду его обижать? Я ведь больше его, и он — не драчун, поэтому силы не равны.

Схватил его и сразу отпустил, но нам дали по две минуты. Ему — за удар клюшкой, мне — за то, что краги скинул. Выхожу из бокса штрафников, и в конце матча меня Кэссиан у борта раз в спину, потом два, три…

Я поворачиваюсь: смотрю — стоит. «Что надо?» — говорю. Он мне: «Ты не можешь трогать нашего лучшего игрока! Он еще молодой!» — «Так я моложе его на год!»

Но на словах разрешить конфликт не получилось. Подумал: «Ну почему я?» Но в НХЛ в такой ситуации может быть только один выход — надо бить первым и побыстрее. Краги скинул и хорошо ему с первого удара попал. Он сразу упал, а потом нас судьи разняли.

— Благодаря этому вы сделали хет-трик Горди Хоу. А что вы не поделили с Брэндоном Лемье из «Лос-Анджелеса»?

— Мы проигрывали, и в каком-то моменте их номер 24 (Филлип Дано) почему-то захотел подраться с Макдэвидом. Не знаю, какой бес его попутал. Подъезжаю к Дано: «Если ты хочешь подраться, то девяносто седьмого-то не трогай. Давай тогда со мной».

Филлип Дано / Фото: © REUTERS / Jayne Kamin-Oncea-USA TODAY Sports

Уверен, что Коннор может хорошо помахаться и дать приличных люлей кому угодно. Он сам по себе парень с характером. Но зачем это нужно?

А потом Лемье поехал заступаться за их двадцать четвертого. До конца матча осталось полторы минуты, счет 3:6. Нам только что забили шестой гол, эмоции кипят. Стою на вбрасывании. Подъезжает Лемье: «Че, подеремся?» Я так: «Да отстань ты от меня».

А он: «Че, слабо?» А мне не слабо! И я ему: «Ладно, хрен с тобой, давай».

«Коннор — это человек не с нашей планеты»

— Какими глазами вы смотрите на Макдэвида? Чем он удивляет вас?

— Смотрю очень большими и круглыми глазами на каждой тренировке. Ну что тут скажешь? Человек просто не с нашей планеты. У него нет слабых мест.

Многие говорят о том, как быстры его руки, как быстро он бежит, как резко оттормаживается. Но никто не говорит, насколько Макдэвид умный игрок. А у него очень высокий хоккейный IQ!

Коннор после каждого своего матча на следующий день перед тренировками сидит и просматривает все свои смены по несколько раз. Однажды у нас был тяжелый период, мы проиграли три матча подряд. Макдэвид в раздевалке после матча толкнул речь: «Нам нужно быть профессионалами, анализировать свои ошибки, изучать свои смены. А я ни разу никого не видел с айпадами. Что-то свои смены никто не смотрит».

На следующий день все были с айпадами! Я лично стал за компьютером полдня проводить. Макдэвид — очень большой профи сам по себе.

— Все ждут, что Овечкин обгонит Гретцки по голам за карьеру. Но вы не думаете, что Овечкина однажды может обойти Макдэвид? У него в этом сезоне фантастический ритм — 40 шайб в 48 матчах. И ему только 26 лет.

— Если он захочет, то сможет. Для Макдэвида нет чего-то недостижимого. Просто Коннор — такой человек, который не гонится ни за голами, ни за очками. Он по своей натуре победитель. Такой стержень, характер. Он хочет выигрывать.

Например, мы забиваем гол на стыке большинства и равных составов. Макдэвид едет на лавку и спрашивает у тренера: «В равных составах забили?» Для него очень важно, чтобы плюс-минус был хороший. Он больше по этой теме загоняется, чем по очкам.

Если бы Коннор был заточен на то, чтобы побить рекорд Гретцки или Овечкина, он бы это легко сделал. Но у него цель одна: завоевать Кубок Стэнли. И Макдэвид хочет побеждать в каждом матче. От игры к игре он хочет прогрессировать. Невероятный профи.

— Считается, что «Эдмонтону» не хватает глубины состава для успеха в плей-офф. Так ли это?

— Так говорят, потому что Макдэвид и Драйзайтль сильно выделяются на фоне других. Но не скажу, что «Эдмонтон» — команда двух-трех человек. Боюсь сглазить, но скажу: у нас очень хороший коллектив в раздевалке. Все работают на команду, а не команда работает на кого-то, чтобы тот рекорды бил и очки набирал. Есть сильный командный дух в «Ойлерз».

Может, раньше не было глубины состава, недоставало определенных игроков в звенья. Но в других клубах НХЛ лидеры так сильно не выделяются на фоне остальных. А тут Коннор и Леон выходят на лед в большинстве — и это гол. Вероятность очень высокая.

Коннор Макдэвид и Леон Драйзайтль / Фото: © Jason Franson / Keystone Press Agency / Global Look Press

— А в чем сила Леона Драйзайтля?

— У него очень сильно развито чувство пауз, при этом хоккейный IQ как у Коннора. Своими движениями Драйзайтль лично мне очень напоминает Павла Валерьевича Дацюка. Конечно, Леон, может, не такой магистр. Но может делать ложные движения на паузе, отправляя людей за пивом.

«Хартли мне шлет сообщения из Майами»

— Вы играете в тройке с Райаном Ньюджент-Хопкинсом и Маттиасом Янмарком. Кто за что отвечает?

— Да у кого что получится. У нас нет такого, что одному говорят: «Ты носишь рояль, а вон тот парень на нем будет играть». Мы просто кайфуем от того, что получается хорошо взаимодействовать друг с другом, забивать голы, помогать команде победить.

Понятно, что ты вечно забивать не можешь. Обязательно наступит такой период, что шайба в ворота не пойдет и случится безголевая серия. Этого даже звезды избежать не могут. Значит, в таких матчах нужно помогать команде другими способами. Блокировать броски, где-то подраться, зацепиться, завести ребят, дать им энергию, хорошо в обороне отработать. Нет такого, что одни забивают голы, а другие ловят шайбу зубами.

— Вы — второй по хитам в «Эдмонтоне» (91), отставая только от Йесси Пулюярви (93), но финн провел на 15 матчей больше.

— Не скажу, что тренер мне поставил задачу бегать и бить всех подряд. Это давно пришло ко мне. Силовая игра помогает завестись в начале матча, дает энергию. Особенно на домашней арене поднимает болельщиков, а они нас гонят вперед. Это маленькие детали, на которые люди обычно не обращают внимания. Но важно вовремя сделать хит, это может изменить ход матча.

Причем я не хочу кого-то травмировать или сильно кого-то расколоть. Всегда стараюсь провести силовой прием, как мне говорит отец, ради отбора шайбы. И самое последнее, что бы при этом хотел — если бы кто-то получил травму.

— Вы про Хартли вспомнили. Он же из Калгари, это рядом с Эдмонтоном.

— Он сейчас в Майами. Боб мне присылает сообщения. Вот после последнего матча: «Ты наращиваешь свою уверенность. Продолжай упорно трудиться. Будь сфокусирован на игре. Играй от простого. На льду выглядишь очень хорошо, продолжай».

Вот в таком духе мне Хартли пишет. Или с Новым годом поздравит, с Рождеством.

— Вы верили, что Боб может в этом сезоне перейти в «Ак Барс»? Шли такие слухи.

— Когда мы последний раз разговаривали после завоевания Кубка Гагарина, то Хартли мне прямо сказал: «Знаешь, я так устал, что хочу просто вернуться домой и быть со своей семьей, наслаждаясь жизнью. Я уже добился того, чего хотел, и чего-то нового не хочу».

«Отрежешь галстук Макдэвиду — тебе потом руки отрежут»

— Как вы там живете в Эдмонтоне? Машину из сугроба выкапываете?

— Машина сейчас придет, мне сестра должна ее из Лос-Анджелеса прислать. Сейчас в Эдмонтоне нет больших сугробов. Очень холодно только иногда бывает.

А так живу пока в гостинице и жду, чтобы освободилась квартира в билдинге, где хочу ее снять. Отец сейчас должен приехать, поэтому нормально все. Если возникают какие-то вопросы или трудности, то ребята из команды всегда помогут.

— Там же в Эдмонтоне есть гигантский молл.

— Да, West Edmonton Mall. Но я там почти не был, потому что много времени на арене провожу. У нас раздевалка самая большая в НХЛ — три тысячи квадратных метров. На втором месте какой-то клуб, где полторы тысячи.

Прихожу в отель после тренировки, часок вздремлю, потом опять иду на арену. Смотрю телек, в холодильнике что-нибудь утащу, да и кухня там есть.

— В такой раздевалке и ночевать можно.

— В принципе да. Еще не пробовал, но все впереди. Когда в первый день пришел в эту раздевалку, то заблудился.

— На новой арене «Авангарда» вы не были? Там тоже все очень круто.

— Пока не был, но могу представить. Из КХЛ слежу только за «Авангардом». Там выступает Чистый (Семен Чистяков), мы с ним на связи, как и с Егором Чинаховым, который сейчас в «Коламбусе». Все-таки мы Кубок Гагарина вместе взяли, родная команда. Хорошо, что у них в последнее время дела идут в гору. Видел, что на старте сезона буксовали немного.

— Кто вам дал прозвище Klim Shady? Я так понимаю, по аналогии с хитом Эминема «Slim Shady».

— В том году меня так один раз назвал Тайлер Бозак в «Сент-Луисе», и завирусилось. Теперь так часто называют.

— Как шутят в НХЛ? Могут отрезать галстук Макдэвиду?

— За такое могут потом руки отрезать! Я пока какие-то пранки не встречал. Только когда был ужин новичков, одному парню на кроссовки намазали масло, и он должен был встать, чтобы произнести речь. А ноги-то разъезжаются… Других приколов не видел.

— Уэйн Гретцки не приходил к вам на матчи «Эдмонтона»?

— Он был, когда мы против «Флориды» играли. Но я так и не успел с ним сфотографироваться.

Уэйн Гретцки / Фото: © Ethan Miller / Staff / Getty Images Sport / Gettyimages.ru

— Болельщики вас в городе узнают?

— Каких-то историй пока нет. Но когда выходишь после матча, и если кто-то просит сфотографироваться, расписаться, поговорить, то всегда остановлюсь. И без разницы, устал я или нет, победили мы или проиграли. Потому что люди приходят смотреть на нас и заслуживают уважения. Даже когда мы играем не пойми как, они остаются и до конца поддерживают. Поэтому мы не можем пройти мимо.

И я всегда болельщиков благодарю. А если в соцсетях нет вала сообщений, то могу и лично ответить. Просто после того, как голы пошли, у меня директ завалило, и в личке не всегда отвечаю.

— Количество подписчиков растет?

— Да, но на этом не акцентирую внимание.

— Ваш пример похож на карьеру Валерия Ничушкина, который много страдал, но в итоге нашел свою команду в НХЛ.

— Я бы не сказал, что страдал. Что Бога гневить. Просто были трудности. Не скажу, что сейчас воздается. Просто где-то везет. Но на этом не акцентирую внимание. Просто продолжаю работать, помогаю команде побеждать.

— С кем вы делите номер на выезде?

— Если у тебя не контракт новичка, ты живешь отдельно. Но в нашей компании шесть-семь молодых. Фогель, Бушар, Холлоуэй, вратарь Скиннер. Такой бандочкой ходим на ужины на выезде.

И я очень рад, что вне льда у нас такой коллектив. От него кайфуешь! С утра просыпаешься и бежишь на арену, чтобы быстрее с пацанами о чем-то за завтраком поугорать.

— Разве это не счастье?

— Да!