«Слуцкий — отличный психолог и просто очень хороший человек». Поговорили с самым прогрессирующим игроком в сборной России

«Слуцкий — отличный психолог и просто очень хороший человек». Поговорили с самым прогрессирующим игроком в сборной России
Илья Самошников / Фото: © РФС
Интервью Ильи Самошникова из «Рубина».

23-летний Самошников дебютировал в РПЛ меньше года назад, а сейчас он один из лучших крайних защитников чемпионата и игрок сборной. Причем в прошедшем сезоне он еще стал лучшим по успешности отборов.

Добавьте к этому топовую скорость, умение играть обеими ногами, характер (Илья пробивался на топ-уровень с любительской лиги и сквозь недоверие тренеров на начальных этапах) — и получится очень перспективный портрет.

Илья Самошников / Фото: © РФС

Мы поговорили с защитником в Австрии, где сборная готовится к Евро. Из интервью вы узнаете:

Как натренировал левую ногу, чтобы стать лучше, топовый Жирков, что будет успехом на Евро и что ребята из «Рубина» рассказывали о строгости Бердыева

— Как ты узнал о попадании в расширенный список сборной?

— На тот момент был еще в клубе, и мне показали список перед тренировкой. Не могу сказать, что был удивлен, очень наделся, что попаду. Очень рад и горд, что получилось. Осталось закрепиться, хочется поехать на Евро.

— Нойштифт, где готовится сборная, находится на высоте. Тренировки в среднегорье отличаются?

— Да, легче дышится, воздух чище. Чувствуется, что лучше в плане дыхания, чем в Москве или той же Казани.

Илья Самошников / Фото: © РФС

— Тут есть прыжки с парапланом. Что самое экстремальное делал?

— По-моему, вообще ничего. Но давно хочу попробовать свободное падение — это когда ноги привязывают и ты прыгаешь. На сноуборде хотел бы научиться кататься еще.

— Ты правоногий футболист. Готов сыграть на другом фланге защиты?

— Есть ли такой вариант — это надо у тренеров спрашивать. Но левый фланг или правый — для меня разницы нет. На обоих могу играть.

Чтобы лучше играть на левом, специально тренировал подачу с левой ноги. Оставался на тренировках, подавал. Гораздо лучше стало. Раньше просто поднимал мяч, и он летел — куда полетит. А сейчас, когда вижу своего нападающего или крайнего хава, то подаю на него.

— У тебя в конкурентах Жирков. Потренировавшись, понял, в чем проявляется его уровень?

— Ну Юрий Валентинович — сам и есть уровень. Где он играл и как он играл, как он сейчас выглядит. Он топ, тут ничего другого не могу сказать.

— Черчесов в плане дисциплины — самый строгий тренер в карьере?

— Не могу сказать, что в сборной все слишком строго и жестко. Нормальная дисциплина и отличная внутрикомандная атмосфера. Я не работал в «Рубине» с Курбаном Бердыевым, вот там, я так понял, прям строго было. Ребята говорили, что вроде как улыбаться нельзя было перед игрой.

— Как проводишь свободное время на сборе?

— Фильмы смотрю, сериалы. Читаю. Например, сейчас дочитываю биографию Джеррарда. Начинал на первом сборе, сейчас добиваю. Мне нравятся такие книги, интересно узнавать про чью-то футбольную карьеру, как эти люди вели себя в жизни, как готовились к матчам, как проводили свободное время. Можно себе что-то перенять.

— В сборной сейчас необычно тяжелые тренировки: после большой нагрузки в конце идет еще скоростная работа, чтобы игроки могли взрываться на 80-90-х минутах. Сталкивался с таким раньше?

— У меня такое было только в детской школе. В клубах не помню, чтобы мы после большой нагрузки еще дополнительную работу делали. Думаю, это нормально, мы готовимся к очень серьезному турниру.

— Что будет успехом на Евро?

— Как и для любого футболиста — дойти до финальной стадии. Это будет успехом для нас.

Три главных черты Слуцкого, как VAR мешает радости от голов, почему у Макарова такой непростой для защитников дриблинг

Илья Самошников / Фото: © РИА Новости / Павел Лисицын

— Как оценишь сезон? И для «Рубина», и для себя.

— Еще зимой мы с ребятами разговаривали о том, что можем добраться до еврокубков, до тройки. Получилось так, как получилось. Думаю, это удачный сезон: после первого круга уходили 10-ми, пусть и с отставанием от пятого места в три очка, а доросли в итоге до уровня еврокубков.

Это мой первый полноценный сезон в команде премьер-лиги. Очень неплохо все сложилось, но на будущее планирую еще прибавлять.

— Ты стал лучшим по успешности отборов в лиге. За счет чего?

— Еще в спортшколе играл защитника, поэтому было понимание, как отнимать мяч. Потом во второй лиге играл крайним полузащитником, но когда вернулся в оборону, стал дополнительно работать над отборами. И сейчас как-то само получается.

— Кто три лучших игрока сезона для тебя?

— В любом случае назову Дзюбу, он стал лучшим бомбардиром, забил 20 мячей и голевых передач у него немало. Выделю Квару [Кварацхелию], он молодой, очень перспективный футболист. И мне всегда нравился Влашич, пусть он будет третьим.

— Ты один из самых быстрых защитников в РПЛ. С кем было сложнее всего в нашем чемпионате?

— Если в плане скорости, то, наверное, не могу сказать, что против кого-то было тяжело. А так, когда играли с «Краснодаром», много сложностей доставил Леша Ионов. Он быстрый и всегда ныряет за спину, то есть его можно просто потерять в моменте. Мы так и пропустили в той игре.

В плане обводки непросто было с Вандерсоном из «Краснодара». Он стал крепче стоять на ногах, к нему трудно подобраться, ну, и дриблинг у него хороший.

— Три главных черты Слуцкого?

— Он отличный тренер, отличный психолог и просто очень хороший человек. На самом деле. У него к каждому футболисту индивидуальный подход. Например, в моей ситуации — я шагнул из низшей лиги в высшую, где другие скорости, все другое. Поначалу было трудно, и он со мной постоянно разговаривал, помогал, когда-то пихал. Особенно запомнился разговор за месяц до моего дебюта: я остался после тренировки на поле, мы минут 15 говорили. Постепенно я стал спокойнее себя чувствовать, прибавлять. И он так к каждому футболисту относится.

Леонид Слуцкий / Фото: © ФК «Рубин»

— Чувствуется, что у него во многом европейская ментальность?

— Не знаю, каким он был до того, как уезжал в Европу. Но, мне кажется, он самый открытый человек на тренерском поприще. К нему можно в любой момент подойти по любому вопросу. Он никогда не скажет: «Иди отсюда, не буду тебя слушать».

— Еще он периодически врывается в комменты в инстаграме. Тебе, например, написал.

https://www.instagram.com/p/COiL2sNJ2qX/

— Это, кстати, первый комментарий от Леонида Викторовича в моем профиле. В команде к этому прекрасно относятся. Все привыкли к его юмору, нет такого, что кто-то не будет выкладывать пост из-за этого.

— Он рассказывал что-то об Англии и Голландии, где работал?

— Было много историй. Взять, например, исполняющего обязанности тренера «Тоттенхэма» (Райан Мэйсон. — «Матч ТВ»), он же был у Слуцкого в «Халле» футболистом. Он тогда пытался вернуться в футбол после очень тяжелой травмы — ему вставили пластину, и она мешала играть. Кстати, недавно у Леонида Викторовича был день рождения. И Мэйсон поздравлял его по видео.

— Тебе нравится VAR?

— Нет.

— Почему?

— Потому что единственный раз, когда я попал под VAR, меня удалили (улыбается). После просмотра показали красную карточку вместо желтой.

— Нет ощущения, что VAR крадет радость от голов? Есть страх, что отменят.

— На самом деле есть такая ситуация. Дважды, когда забивал, была мысль: «Радоваться сразу или подождать решения?» Потому что когда ты забиваешь, ты выплескиваешь эмоции, тратишь какую-то энергию. Потом этой энергии после отмененного гола может не хватить на 90-й минуте.

— Кто техничнее Хвича или Макаров?

— У Макара очень специфичная техника. Когда у него мяч под левой ногой, тяжело. Потому что он обладает хорошим ударом, и если ты вблизи штрафной, то не знаешь, что делать: можешь выбрасываться на удар, а он уберет тебя на замахе либо наоборот — не станешь выбрасываться, и он возьмет и пробьет. У него техника тяжелая для восприятия защитников.

У Хвичи скоростной дриблинг. За счет обманных движений в любой момент может обыграть, остановиться и снова обыграть. Тоже очень непросто ему противостоять.

Самое ужасное поле в карьере (трава, как асфальт), как Измайлов удивлял техникой и помог стать профессиональнее, почему не уехал в Бельгию, когда звали

— В 20 лет ты играл еще по любителям, потом тяжело адаптировался в первых профессиональных командах. Что мотивировало не сдаваться?

— Я сам себя мотивировал. Не было такого, что мне кто-то постоянно что-то говорил, куда-то толкал. Конечно, была и поддержка от близких в тяжелые времена. Например, когда в «Шиннике» не попадал в заявку. Я прошел сборы, а перед первой выездной игрой мне говорят: «Ты остаешься». И первый месяц я попадал в заявку только на домашние матчи, просто сидел всю игру.

Да, было тяжело, каждому футболисту тяжело, когда он не играет. Но это не повод опустить руки и расслабиться, думая: «Ну, не играю и не играю». Я пытался доказывать в любой момент, что могу навязать конкуренцию. Теми же дополнительными занятиями. Главный тренер считал, что мне нужно набрать мышечную массу. Тренажерного зала не было, поэтому, когда все уезжали на выезд, я оставался работать на турниках, на скамейках.

Упаднических мыслей не было. Думаю, для молодого игрока чем раньше столкнешься с тем, что никто тебе на блюдечке место в составе не принесет, тем лучше. Ты сам должен работать и доказывать. Это был хороший опыт.

В «Рубине» в плане мышечной массы еще добавил. Когда приезжал, весил 64 кг, сейчас — 72. То есть у меня добавилось 70 процентов мышечной массы и 30 — просто массы. Нормально себя чувствую, стараюсь быть в этом весе.

— Самое ужасное поле, которое встречал в низших лигах. Опиши его.

— Прекрасно помню поле во второй лиге в Красногорске, на нем команда «Зоркий» играла. Там было искусственное поле, но его зимой заливали для хоккея с мячом. Ужасное качество, оно было прям очень жестким.

Марат Измайлов вышел на него, сказал: «Если буду играть, то в кроссовках. Не вариант что-либо другое надевать». Потому что поле было прям как асфальт, ни резины, ничего. Я тогда не играл, но ребята говорили, что это ужас. Колени болели, мышцы спины схватывало, все схватывало. Ну, у тех, кто постарше, молодым, понятно, проще было.

Марат Измайлов / Фото: © РИА Новости / Алексей Филиппов

— В «Арарате» ты пересекся с известными игроками — Павлюченко, Лебеденко, Ребко, Измайловым. Чем впечатлили в плане скиллов?

— Всегда удивляло, как Рома [Павлюченко] забивал голы. Если у него есть момент для удара и он находит этот шанс, он всегда забивает. Это очень сильно удивляло.

Леша Ребко мог любую передачу отдать — диагональ, низом, плассер, на 70 метров, любую. И 95 процентов передач — точные.

Лебеденко очень работоспособный, он никогда не останавливается, всегда бегает на поле. Туда-обратно: сзади помог, потом — впереди.

У Марата [Измайлова] нереальная техника, работа с мячом. Вот серьезно, был момент, когда мы на тренировке делали одно упражнение: 10 игроков напротив других 10, одни с мячами бегут, другие встречают, отбирают. Так Марат [в конце упражнения] один бегал от шестерых футболистов, обыгрывал их. Честно, у него очень тяжело отнять мяч, он как привязанный.

Ну, и еще они все большие профессионалы. Для меня на тот момент многое было непонятным. Например, не знал, как восстанавливаться, не знал, когда ходить в баню, бассейн, на процедуры.

Помню, у меня было микроповреждение и мы отдельно тренировались с Измайловым. После занятия он говорит: «Давай приезжай, сходим в баню, бассейн, восстановимся. Нормально отпустит, если мышцы болят». Конечно, не отказался от такого варианта, приехал, восстановились, в баню и бассейн сходили. И на следующий день сам почувствовал, что мне серьезно легче. Мышцы расслабились за один вечер, и я могу дальше спокойно тренироваться.

— Из «Арарата» тебя звали в Бельгию. Команда из высшей лиги?

— Из высшей, команда была ближе к концу таблицы. Но на тот момент я не был готов к переезду — психологически. Плюс у меня тогда были проблемы с языком, я только попал в профессиональный футбол — и сразу уезжать в Европу? Мне бы было тяжело во всех планах. Объяснил это своему представителю, решили, что будет лучше выбрать другой вариант.

— Язык подучил сейчас?

— В процессе, учусь с репетитором. Понимаю, что говорят, но в плане разговора пока тяжело.

Какой тренер Игнашевич, самый тяжелый момент в карьере, немного атмосферы Реутова

Илья Самошников / Фото: © РФС

— Самый тяжелый момент в карьере?

— В «Шиннике» и первые полгода в «Рубине», в Казани долго вообще не было ни одной игры, даже на 2-3 минуты не выходил, не дебютировал.

В такие моменты нет ничего такого, что бы могло меня как-то взбодрить, поставить на ноги. Я все равно начинаю грузиться, могу приехать домой и 2-3 часа ничего не смотреть, просто лежать и думать, что я не так сделал на тренировке, разбирать моменты, оценивать, что буду исправлять на следующий день. Семья знает, что в такие моменты меня лучше не трогать.

— Ты поработал с интересными тренерами в прежних клубах: Григорян, Игнашевич, Побегалов. Можешь описать их несколькими словами?

— Игнашевич — профессионал из профессионалов. Всегда сосредоточен на работе, на команде, на командных действиях. Всегда разберет с тобой индивидуальные ошибки.

С Григоряном немного поработал. Он больше мотиватор, может нормально высказать на повышенных тонах.

У Побегалова запомнились очень длинные теории, был даже разбор тренировок. Могли часа полтора сидеть. Но после 45 минуты уже становилось тяжело воспринимать информацию.

— Что смотришь на YouTube?

— Футбольные челленджи, матчи команд блогеров. Что выберу — просмотр АПЛ или матч блогеров? АПЛ.

— Когда последний раз дрался?

— Очень давно, еще по юности. Из-за чего? Да я вырос в таком городе (Реутов. — «Матч ТВ»), где можно было подраться просто так. Ты мог спокойно идти по улице вечером и получить за то, что криво посмотрел на кого-то. Но я не конфликтный человек. Да, если ситуация неизбежна, то надо конфликтовать, но лучше решить момент на словах.

— О чем сейчас мечтаешь?

— Прям глобальной мечты нет. Есть цель — сыграть за сборную.

Читайте также: