Футбол

«Австрийцы хотели переименовать «Анжи» в «Ред Булл». Я на это не пошел». Откровенное интервью президента клуба

«Австрийцы хотели переименовать «Анжи» в «Ред Булл». Я на это не пошел». Откровенное интервью президента клуба
Осман Кадиев / Фото: © ФК «Анжи»
Осман Кадиев рассказывает о долгах махачкалинского клуба, спонсорах, предателях и настоящих болельщиках.

В конце мая стало известно, что махачкалинский «Анжи», еще недавно гремевший в России и Европе со звездами мирового масштаба в составе, потерял профессиональный статус. В интервью «Матч ТВ» президент клуба Осман Кадиев назвал причины такого решения Российского футбольного союза и обнадежил болельщиков о будущем «Анжи».

«СДЕЛАЮ ВСЕ, ЧТОБЫ ВОЗРОДИТЬ «АНЖИ»

— Вы жалеете, что взяли «Анжи»?

— Нет. Я ни о чем, что было в жизни, не жалею. Это принцип.

— Что бы вы сделали по-другому? Или не сделали?

— Единственное, что можно было сделать и было не сделано — более активный поиск спонсоров. Другого выхода не было. Сулейман Керимов отказался от футбола, от «Анжи». И надо было бросить, если вы предполагаете какой-то другой вариант. Я такой вариант не рассматривал и сейчас об этом не жалею.

— Но что значит более активный поиск спонсора? По триста раз в день звонить кому-то?

— Не по триста раз. Возможно, недоработали те, кому я поручал и кого я просил. Возможно, нужно было самому разговаривать со многими представителями российской или зарубежной олигархии, но я не имел возможности с зарубежными сам работать и разговаривать. Это единственное, о чем я жалею. В остальном я сделал все, что мог. И мне жалеть не о чем. Я никогда не оставляю дела так, чтобы можно было потом сказать: «А вот надо было…» Если б я знал, как надо было, я бы это сделал.

— В одном из наших разговоров вы сказали: «Я не хочу, чтобы с моей фамилией ассоциировался вылет «Анжи» куда-либо». А вы хотите, чтобы с вашей фамилией было связано возрождение «Анжи»?

— По крайней мере, я сделаю все, что от меня зависит, чтобы возродить клуб.

— Что именно?

— Необходимо финансово оздоровить обстановку. И решить проблемы. Других препятствий я не вижу. Еще есть взгляды на «Анжи» со стороны руководства Дагестана. Я бы хотел их поменять, но это не в моих силах. Я не могу влиять на руководителей республики, которые приходят с антагонизмом к «Анжи».

— К вам или к «Анжи»?

— Отчасти, наверное, и ко мне. Может, даже скорее ко мне. Но я не могу влиять на то, чтобы им понравиться как-то. Я же не красна девица. Может, им не нравится моя гражданская позиция, но это тоже скорее их проблема, а не моя. При этом эти вещи выливаются в проблемы клуба.

«ДАЖЕ ХОТЕЛ ПЕРЕДАТЬ КЛУБ РУССКОМУ, НАЗНАЧИВ ЕГО ПРЕЗИДЕНТОМ»

— Опровергните или подтвердите факт: в 2019 году Александр Дюков сказал, что найдет спонсоров для «Анжи», если Кадиев не будет говорить что-то про власть.

— Это неправда. Дюков сказал одно: наладить отношения с руководством республики, с (бывшим главой Дагестана Владимиром) Васильевым. Наладить отношения с Васильевым я не мог ни при каких обстоятельствах. Я антагонистически настроен против него, против (бывшего председателя правительства республики Артема) Здунова, против (бывшего вице-премьер Дагестана Екатерины) Толстиковой и всех, кто пришел в Дагестан руководить, не понимая ни наш край, ни наш народ, ни наши обычаи, ни наш уклад жизни. Я видел, что они являются не благом для Дагестана, а его тормозом. Во всех отношениях.

— Если вы знали, что такая история будет и она ударит по «Анжи», можно было вести себя как-то более политкорректно?

— Я не думал, что они предпримут какие-то вражеские шаги против республиканского бренда, известного во всем мире. Абсолютно не думал, что это дойдет до такой степени. Я даже хотел передать клуб другому человеку, русскому, назначив его президентом. Но в какой-то момент увидел, что улучшений не будет. И с точки зрения финансирования клуба, и с точки зрения восприятия «Анжи» в руководстве республики.

— Недавно я был в Уфе и спросил Шамиля Газизова, почему клуб вылетел. Он ответил, что спектр проблем огромный, но основная претензия у него к самому себе. У вас к кому есть претензии из-за того, что произошло с «Анжи»?

— Естественно, к себе.

Фото: © ФК «Анжи»

— Почему?

— Значит, я сделал что-то не так. Человек всегда должен спрашивать прежде всего с себя. Обвинять кого-то еще — легче всего. Значит, надо было победить тех, кто был против тебя. Если ты не сумел этого сделать, кто виноват? Я же знал, что они будут против. Я знал, что, когда эти, как я их считаю, национал-предатели, побегут к Васильеву и Здунову, они начнут открывать третий клуб в Дагестане.

— Правда, что вы против, чтобы ваши футболисты переходили в махачкалинское «Динамо»?

— Я против, чтобы они переходили в плохие клубы. Я никак не против развития футбола в Дагестане, иначе я бы вообще не принял «Анжи» и жил бы в свое удовольствие. Но мои же ребята перешли туда. Одни из самых лучших футболистов «Анжи» сейчас играют там.

— Что будет с офисом клуба в Махачкале?

— Как был, так и будет в аренде. Покупать я его пока не собираюсь.

— Если сейчас футболисты «Анжи» переходят в команду ФНЛ или выше, клубу полагаются выплаты.

— Я не большой знаток регламента по переходу игроков. Ну какие деньги могут быть при переходе в ФНЛ? Это незначительная сумма, которая проблему не решит. При возрождении клуба существенную роль два-три миллиона не сыграют.

— Какая ситуация с гербом, с названием команды?

— Как все было, так и остается. Мы — собственник.

— Говорят, что прошло десять лет, нужно было пролонгировать эту историю.

— Мы пролонгировали. Это все давно у меня, и даже 30 лет назад оно было у меня. Люди знают, просто я не вникал и ничего не делал. Конечно, нефтедобыча, химическая промышленность, этот бренд мне не нужен. То есть то, что было у большого «Анжи». Но те бренды, которые мне нужны, они у меня.

«ДОЛГИ УМЕНЬШИЛИСЬ С 400 ДО 74 МИЛЛИОНОВ РУБЛЕЙ»

— Вы команду брали без долгов, правильно? Чистую?

— Должна была быть чистая команда, но так не произошло.

— То есть уже были долги?

— Конечно.

— Вы сказали, что долги были 400 миллионов, вы спустили их до 85, правильно?

— До 74 сейчас.

— А до 400 миллионов какие были долги?

— Нет, эти долги возникли через 2,5 года после того, как я взял команду. Когда мы отыграли в РПЛ с большими затратами, зарплатами. У многих ребят еще продолжали действовать контракты. Не от всех дорогостоящих контрактов мы смогли избавиться. Конечно, мы существенно снизили расходы, которые были при Сулеймане Абусаидовиче.

— Что за иностранный бренд готов был спонсировать «Анжи»?

— «Ред Булл». Разговор был через посредников. Они просили переименовать команду в «Ред Булл», но я не готов был пойти на это, как и сейчас.

— Насколько верно, что вы продали собственную землю в Подмосковье, чтобы платить по долгам «Анжи»?

— У меня заложена земля для налоговых структур и для судебных приставов. Да, заложено 16 гектаров земли.

— Это своя земля?

— Конечно, своя. А что, я чужую отдам? Я же свои квартиры продал, чтобы поддержать команду. Каждый год во второй лиге содержание команды обходится порядка 30-33 миллионов рублей. Ее же никто не содержал. Конечно, мне помогали мои близкие друзья, я брал деньги взаймы, или кто-то приходил, помогал. Это мой близкий круг, 3-4 человека. Они всегда со мной. У меня друзья на один день не бывают.

— Правда ли, чтобы подать на апелляцию, надо было заплатить 38 тысяч рублей, и вы заплатили со своей карты, а нужно было подать со счета «Анжи», и из-за этого лицензирование клуб не прошел?

— Это абсолютная правда. То есть это причина, то, что они сказали. Но ведь это же формальность, абсолютная формальность. 

Я — единоличный учредитель клуба. Они могли просто спросить: почему вы оплачиваете со своей карточки 38 тысяч рублей? Они знают, что счет был закрыт. Но я бы нашел способ, чтобы заплатить, это была небольшая проблема для меня. Но возникает вопрос: когда у меня около 400 миллионов долга, мы проходим лицензирование. Когда 250 миллионов — мы тоже проходим. И когда 180 — проходим. А когда 70 с копейками миллионов, то мы не проходим. 

Причем горящих, актуальных долгов на сегодняшний день у клуба меньше 10 миллионов рублей. А что такое для футбольного клуба 9-12 миллионов? Это вообще ничего! Учитывая, что 57 миллионов, а с учетом нового курса намного меньше, это трансферные долги перед иностранными клубами, долги перед ФИФА и УЕФА за переход футболистов. А мы сегодня даже не рассматриваем возможность им заплатить, потому что из-за санкций у нас нет SWIFT и мы не сможем осуществить перевод.

«ДАЛЕК ОТ МЫСЛИ ОБВИНЯТЬ «АНЖИ» В МОИХ ПРОБЛЕМАХ СО ЗДОРОВЬЕМ»

— У вас были проблемы с сердцем. Насколько ситуация с «Анжи» повлияла на ваше здоровье?

— Я далек от мысли обвинять «Анжи» в моих проблемах со здоровьем. Каждый человек виноват сам. Говорить, что из-за «Анжи» у меня заболело сердце… это глупость. Вины «Анжи» в том, что Осман Гаирбекович заболел, нет. У меня расширенная аорта, поэтому предполагается операция.

— Будущее «Анжи»?

— Устраиваем ребят на работу в другие клубы. Остальные, кто не сможет найти команды, останутся у нас, возьмем еще ребят, будем играть на КФК. Турнир уже идет, но надеюсь, нас добавят в число участников. Если же не получится, найдем другие варианты для игры.

Будущее только Всевышний Аллах знает, и тут речь не только про «Анжи», а про жизнь любого клуба или человека. Я буду делать все, чтобы у клуба было хорошее, светлое будущее.

— В этом направлении есть какие-то конкретные шаги?

— Конечно. Не хочу раскрывать. Потому что-то, что заранее планируется, обычно не совершается. Как говорится, ни над чем так не смеется Всевышний, как над планами людей.

— В Махачкале болельщики говорят: есть шанс, что «Анжи» поиграет год в КФК, а в это время Осман Гаирбекович найдет деньги, погасит долги и возродит профессиональный клуб. Но ведь в регламенте написано, что придется ждать четыре года, чтобы восстановить статус.

— По регламенту — два года. Они могут прописать хоть 57 лет, это их проблемы. Если нам не дадут, то будем играть в каком-то другом регионе. Или даже не в России, раз на то пошло. Сейчас происходит коммерциализация футбола, и я не знаю, как ее переломить. Требовать от футбола, чтобы он приносил доход, особенно в ФНЛ-2 или ФНЛ, это требовать невозможное.

— Если вы планируете восстановить «Анжи», зачем продавать игроков?

— Так они год где-то должны играть. Мы стараемся не продавать, а отдавать в аренду. Футболисты же не должны быть ущемлены: они должны развиваться, должны играть.

— То, во что играл «Анжи», вам нравилось? Последнее поколение.

— На уровне второй лиги в прошлом сезоне мы отыграли очень хорошо. Хорошая команда. Но без конкуренции друг другу со временем все надоели, ушел Агаларов, Магомедов, другие игроки. И в этом году мне нравилось чуть меньше, чем в прошлом. В прошлом году была агрессивная команда, в этом — чуть хуже, это объективно.

Гамид Агаларов / Фото: © ФК «Уфа»

— Из-за качества игроков?

— Не только, там много причин. Одной причины не бывает, когда команда играет хуже. Это стечение обстоятельств, получилась такая ситуация. Бывали матчи, когда «Анжи» сидел по три-четыре месяца без зарплаты, но мы обыгрывали «Зенит» или играли вничью и обыгрывали «Спартак».

— Много таких было со знаком плюс?

— Очень много. Не меньше, чем со знаком минус. Если вы смотрели за развитием «Анжи» в последние годы, посмотрите эти игры. С кем мы всегда плохо играли, так это с ЦСКА. Неудачные игры были с «Ростовом», причем два матча были убийственными для нас со стороны судей. Неплохо играли с «Локомотивом», хотя проигрывали. А вот с «Краснодаром», «Зенитом» и «Спартаком» всегда удавались хорошие матчи. Остальные — неяркие и обычные.

«ЗАТО ЕСТЬ ГЛАВА ДАГЕСТАНА И ЕГО ЛЮБОВЬ К МОСКОВСКОМУ «ДИНАМО»

— «Анжи» проходил лицензирование, несмотря на долги. РФС шел навстречу?

— Верно, они видели, что у нас идет динамика по уменьшению долгов.

— А что сейчас произошло?

— Не знаю.

— Но мысли у вас есть?

— Думаю, что это политический вопрос.

— Сейчас?

— Да.

— Нет Васильева, нет Здунова…

— Зато есть (глава Дагестана Сергей) Меликов и его любовь к московскому «Динамо».

— Не хотелось уходить в политическую составляющую.

— И я не хочу. Это их проблемы и их вопросы.

— Вы президент очень известного клуба с очень большим брендом, который потерял профессиональный статус. Казалось бы, вас должны не любить, относиться плохо, но я говорил с игроками и тренером этого «Анжи» — ни один из них не сказал о вас плохо. Что это — уважение или боязнь?

— Спросите у них.

— Спрашивал. Говорят, что всегда Кадиев вытаскивал деньги, помогал. Но помимо их и моего мнения есть и ваше. Как думаете почему?

— Я не спрашивал у них, уважают меня, любят или ненавидят. Я этого не знаю. Я делаю свое дело. Если человек видит, что я делаю все возможное, чтобы он выздоровел, он меня должен ненавидеть, любить или уважать, как вы считаете? Если больной человек видит, что я делаю все для того, чтобы ему стало хуже, он будет меня любить? Нет.

«ПРО ОТКАТЫ СО МНОЙ НИКТО НЕ ГОВОРИЛ. КАК И Я САМ»

— Три клуба для Махачкалы будет много?

— Нет. Много футбола не бывает. Сегодня Россия страдает, что у нас мало футбола. Его в России должно быть минимум в два раза больше. Во всей Европе и Бразилии футболист в среднем играет от 45 до 70 матчей. Один из лучших молодых игроков мира Педри сыграл 73 матча в прошлом сезоне. Он хуже стал? Нет. А лучший игрок России сыграл 30 матчей. И лучше он никак не может стать.

— Там много частных команд.

— А какая разница, частные или государственные? У нас Россия, богатейшая страна. И нет денег на футбол. А у Захарченко и губернаторов находят миллиарды долларов дома.

— Если богатейшая страна, почему вы не нашли спонсоров?

— Стечение обстоятельств, потому что в футбол вкладывать почти никто не хочет.

— Если нет откатов?

— Может быть, и откаты. Я ни с кем не говорил об этом, и со мной об откатах не говорят.

— Я не о вас, а в целом про российский футбол.

— Вполне возможно. Все, с кем я говорил, никогда не говорили об откатах. Футбол не приветствуется в России, как должен. Трибуны должны быть полными, футбола должно быть в два раз больше. Минимум 120 команд во второй лиге, 35-40 — в первой лиге, 20 — в РПЛ.

— Где найти столько стадионов, футболистов, денег?

— Сколько коррупционеров сидят за огромные хищения? Значит, есть деньги в России. Россия — одна из самых богатых стран в мире. Но когда чиновник думает о личном обогащении, а не о развитии спорта в России, не о государственных задачах, никогда денег нет. У одного Захарченко нашли дома 12 миллиардов рублей. Раздайте всем в первой лиге по 500 миллионов. Деньги есть, их надо направлять в нужное русло и правильно расходовать.

— Знаю, что вы нашли 70 тысяч рублей после игры с «Ротором», чтобы заплатить административный штраф за болельщиков. Вы спасли пацанов, когда они зажгли файеры.

— 80 тысяч. И на поездку дал деньги. Но это не вопрос. Ребята приехали на прощальный матч, их было человек 25-30 из Москвы, Ростова-на-Дону, Петербурга, Махачкалы. Как их не поддержать? Мы же играем для болельщиков. Мы не играем для руководителей республики. Сколько бы раз глава Дагестана ни приходил на стадион, мы будем играть для болельщиков, без которых клуб не может существовать.

— Прощальная встреча с болельщиками состоится?

— С самыми преданными встретился в перерыве того матча. Если у них будет желание, я приеду в Махачкалу, встречусь.

— Мы с вами знакомы много лет, но делаем только третье большое интервью. Все время не было такого, чтобы вас не отвлекали: раз в 2-3 минуты вам приходят СМС, раздаются звонки, идут люди. Вы говорили, что потратили немного времени на поиск спонсоров. Было бы его больше, если бы не отвлекались?

— Конечно, больше. Но я не могу отвергнуть людей. Ко мне приходят с просьбами помочь в беде, с болезнями. Я и не могу ответить, чтобы зашли через год, потому что за это время ситуация сама исправится. Я стараюсь помогать и не ищу благодарности людей, я ищу довольствие Аллаха.

— Сколько раз приходили в кабинет люди и говорили: вот наша помощь клубу, возьмите деньги.

— Два человека.

— Что за люди, какие суммы?

— Незначительные. Но для меня важна не сумма, а желание помочь. Это благоразумные и очень хорошие люди, мои близкие друзья. Есть случаи, когда я у близких друзей попросил взаймы и они обратно деньги не брали. Понимали, что клуб в тяжелом состоянии, что мне тяжело. Я им очень благодарен, это настоящие патриоты Дагестана. И я все равно найду способ вернуть эти деньги. Я готов поименно назвать этих людей, Дагестан и Москва их знают, но они просят не афишировать их имена.

— Чтобы пожелал Осман Кадиев самому себе в личной и в футбольной жизни?

— В футбольном плане желаю, чтобы Аллах дал силы возродить клуб. Себе лично желаю здоровья.

Также хочу сказать огромное спасибо болельщикам. Нашей молодежи, ребятам-футболистам желаю двигаться наверх, футбольного счастья, удачи и везения. У игроков «Анжи» и преданных болельщиков привязанность к клубу сумасшедшая. Спасибо всем.

***

Смотрите 23 июня в 12:40 на «Матч ТВ» спецрепортаж Мурада Латипова «Анжи», который мы потеряли»