Футбол

«Когда «Торпедо» стало выигрывать, сверху донеслось: «Что вы творите?!» Бывший спортивный директор обвиняет клуб в невыплате премий

«Когда «Торпедо» стало выигрывать, сверху донеслось: «Что вы творите?!» Бывший спортивный директор обвиняет клуб в невыплате премий
Владислав Бондаренко / Фото: © ФК «Торпедо»
Обозреватель Matchtv.ru побеседовал с Владиславом Бондаренко, два года возглавлявшим селекционную службу черно-белых.

— Чем сейчас занимаетесь?

— Ничем.

— Завидую. Но долго такое не вытерпеть.

— Все как обычно в футболе: работаешь-работаешь, бац — перерыв. Есть время поразмыслить, понаблюдать.

Владислав Бондаренко / Фото: © ФК «Торпедо»

— И поискать работу?

— В нашем деле поиск и ожидание зачастую одно и то же. Внутренне готов к тому, что работы может не быть, это нормально. Идеей обязательно проникнуть на какое-то теплое место не озабочен. Если работать, то в интересном проекте, а ковыряться или числиться не вижу смысла. Не мое.

— Сколько спортивный директор клуба ФНЛ может протянуть без работы сугубо материально?

— Кто как. Для меня футбол не единственный источник средств к существованию. Хотя, конечно, это жизнь, свет, яркое пятно, называйте как хотите. Вырос в футбольной семье, варился в этом с детства. Но если нет футбольной работы, жизнь не заканчивается.

— Как попали в «Торпедо»?

— Позвонили, пригласили на собеседование.

— Предпринимали для этого какие-то усилия?

— Никаких. Закинул три резюме, и всё. Не люблю просить.

— Недавнее интервью Сергея Игнашевича пресс-службе «Торпедо» озаглавлено: «Нет сомнений, что проведем хороший сезон». И у вас нет?

— По сравнению с прошлым сезоном команда особо не обновилась, костяк остался, тренерский штаб знает игроков. Должны выступить достаточно ровно.

— Но уже без вас. Ушли в связи с окончанием контракта?

— Все верно. Старый закончился, клуб его не продлил.

— Причины вам довели?

— Нет, но расстались нормально. С президентом «Торпедо» Еленой Еленцевой вообще не было проблем. Два года сотрудничества — отличный контакт. В клубе все было налажено, результатов добивались хороших.

— С кем из оставшихся руководителей общались перед уходом?

— Зашел в отдел кадров, забрал трудовую книжку, — все общение. С Еленцевой и сейчас на связи.

— В какой момент стало ясно, что контракт не будет продлен?

— Когда в клуб пришел Денис Маслов. Сначала он курировал спортивное направление в одной из компаний владельца «Торпедо» Романа Авдеева — «Россиуме». Летом стал президентом клуба.

— Плотно занимался командой?

— Дважды видел его на зимних сборах, в Турции и Испании. Но влияние чувствовалось. Не сказать, что позитивное.

— В чем проявлялось?

— Во всем. Любое решение по любому игроку тормозилось или блокировалось, хотя времени на заявку порой оставалось впритык, а кандидатуры были согласованы с Игнашевичем и Еленцевой. Фактически человек постоянно мешал. Зачем? Не знаю, может, хотел показать свою значимость. Стало ясно, что ситуация неустойчивая, скорее всего, придется уходить.

— Дело было в желании показать, кто главный, или, скажем, в деньгах?

— По всем новичкам мы вписывались в утвержденный бюджет. Все фамилии получали одобрение главного тренера и президента. Тема денег не звучала ровно до того момента, когда дошло до премий по итогам сезона. Бонусы были оговорены еще до начала чемпионата. Игрокам, тренерам, персоналу. Причем не только за выход в РПЛ, но и за третье, восьмое, даже десятое место. Суммы разные, но все равно поощрение. Чем выше — тем больше. К сожалению, бонусы получили не все, включая людей, внесших громадный вклад в четвертое место «Торпедо».

— Кто принимал решение, кому платить, кому нет?

— Маслов.

— Владелец был с ним согласен?

— Он перечислил обещанное на счета клуба, но распределяли другие. У владельца и без того дел полно.

— Сам Маслов получил бонус?

— Думаю, да.

— Мои источники утверждают, что Маслов и новый спортивный директор Максим Ляпин были премированы суммами от 800 тысяч до миллиона рублей. Хотя оба заняли должности в начале лета, когда матчей уже два месяца как не было.

— Не могу подтвердить цифры, но вполне возможно. Заработали — получили.

— Заработали?

— Владельцу виднее. И болельщикам.

— Вам заплатили бонус по итогам сезона?

— Нет.

— Договоренность о премии была зафиксирована на бумаге?

— Тоже нет. Но она и в предыдущем сезоне, когда мы выходили в ФНЛ, не была зафиксирована. Тогда всем всё выплатили. Обычная практика, потому что премиальные за матчи — одно, бонусы за сезон — другое. Приглашая игроков, мы обещали им эти деньги. Люди рассчитывали на них и на выходе получили ноль.

— Сейчас каждый чих фиксируется в контрактах. Что мешало оформить премии официально?

— Суммы согласовывались в процессе сезона, формальная сторона даже в голову не приходила, поскольку было доверие. Все знали, что за решение задачи положена премия. И она была. Но не для всех.

— Сколько человек не получили бонусы?

— 12-15. Игроки, тренеры, врачи. Все, кто ушел в этом году.

— И все смирились?

— Почему? Будем судиться.

— Устное обещание руководства — основание для иска?

— Вполне. В «Урале», насколько знаю, была похожая картина. Клуб обязали рассчитаться. Мы тоже попытаемся выиграть. Направили коллективное письмо Авдееву, председателю совета директоров Поселенову. Изложили суть, сослались на случай «Урала», где футболисты выиграли суд. 20-30 свидетелей — не шутка. Команда готова подтвердить: обещание было. Более того, оставшиеся получили бонусы в полном объеме. Почему не дали другим?

— Напрямую с высокими кабинетами не общались?

— С кем? С Масловым? Мне этот человек неинтересен. С Игнашевичем был разговор. Сказал, что президент аргументирует невыплату просчетом по Галояну. Якобы ему не был вовремя предложен контракт, из-за чего футболист ушел в «Велес» без компенсации, которая составляла 5,8 миллиона рублей.

— Так и было?

— Галоян нам помог, хороший игрок, но пока не для тех задач, на которые мы замахивались. Решение было совместным. Подчеркиваю — совместным! Отпустили парня, чтобы играл, Маслов за это зацепился. А то, что я участвовал в летнем комплектовании, когда пришло 12 человек, в зимнем обновлении под премьер-лигу, то, что команда долгое время лидировала благодаря тем же тренерам, селекционерам, футболистам, врачам, он как-то запамятовал.

— Был ответ на ваше коллективное письмо?

— Маслов прислал отписку: «Сэкономленные в сезоне деньги направлены на премирование действующих футболистов». На кого это рассчитано? Проблему так не снять. Команда не доиграла чемпионат, целых девять туров, сэкономлена действительно куча денег. Но бонусы по итогам сезона не выплачены людям, имеющим к этим итогам прямое отношение. Если президент действительно не понимает, что нельзя валить все в кучу, он либо непрофессионален, либо лукавит.

— Селекция в «Торпедо», на взгляд со стороны, не была простым процессом. В том числе по финансовым причинам.

— Когда вошли в ФНЛ, стоимость наших футболистов оценивалась на transfermarkt в три с половиной миллиона евро. Пришли 12 новичков, все бесплатно. И уже к зиме стоимость выросла до 10 миллионов. Только после этого взяли троих за деньги — Нетфуллина, Ботнаря и Адаева. С полного одобрения акционеров, без всякой переплаты, в рамках бюджета, который для ФНЛ был вполне достаточным — 330 миллионов.

— Комиссии агентам платили большие?

— При мне за два года не было выплачено ни одной агентской комиссии или подъемных. Ноль копеек. Возможно, вознаграждение было заложено в трансфер, но это точно не моя ответственность. Я даже не знаю, правда это или нет. Просто мы умели договариваться — по минимуму. А Галоян, выходит, все перевесил.

— Еленцева тоже не получила премию?

— Ей выплатили. Но она ушла раньше, чем закончился контракт, поэтому применялась другая схема расчета.

— Кто из футболистов остался без премии?

— Шишкин, Багаев, Самошников, Калугин… У всех больше 20 игр. Эти люди сделали результат, но отблагодарили их нулем. Тренеры Шереметов, Бородкин, доктор Гришанов, массажист Гасов — то же самое.

— Всегда интересовало, как в клубах, которыми владеют занятые люди, появляются топ-менеджеры: не сами же Роман Авдеев и Леонид Федун мониторят рынок. Через кого Маслов попал в «Торпедо»?

— Есть соображения, но озвучивать не хочу. Завели.

— Вместо новичков, которых Маслов отклонял, он привел других?

— Нет, потому что каждый новичок согласовывался с главным тренером. Претензии Маслова были не к качеству приобретений, а к самому их факту. Аргументация звучала разная, чаще нелепая и нефутбольная. «Переплачиваем», «возраст не тот», еще что-то, хотя эти стадии трансфера были давно одобрены. О мастерстве игроков, подбиравшихся по спортивным критериям, объективно нужных команде, речь не зашла ни разу.

— С Ляпиным, пришедшим на ваше место, общались?

— Ничего о нем не знаю, видел только фото в интернете.

— Жил в Европе, работал журналистом, говорит на нескольких языках.

— Я тоже на четырех, но в ФНЛ это не слишком востребовано.

— Почему владелец так легко смирился с невыходом «Торпедо» в РПЛ и отменой стыковых матчей?

— Ему это не нужно. В первом дивизионе тратит три рубля, в высшем пришлось бы тратить пять. «Торпедо» для него один из многих активов, отдал в управление подчиненным, сам занимается более важными вопросами. Для строительства стадиона команда не лишняя, придает процессу смысл. Молодой тренер Игнашевич, болельщики — антураж в порядке. Остальное…

— Сделать «Торпедо» победителем Лиги чемпионов — не мечта жизни Романа Авдеева?

— За него говорить не готов, но думаю, что нет. Даже уверен.

— Как команда восприняла невыход в РПЛ?

— В тот момент все сидели на карантине, но разочарование и негатив возникли, конечно. К спортивной стороне вопросов нет, семь матчей без побед — наша вина. Однако мы шли в четверке, в трех очках от лидера, причем в розыгрыше оставалось 27 очков, включая игры с прямыми конкурентами. Зимой взяли восемь новичков с прицелом на повышение, готовились по меньшей мере к стыкам. Думаю, решили бы задачу, учитывая настрой и состав.

— Посетил одну из тренировок «Торпедо» — номинально главный тренер Николай Савичев стоял в сторонке, не принимая участия в занятии. У них с Игнашевичем был рабочий контакт?

— Савичев — большой профессионал, очень сильный психолог, имеет лицензию Pro. Игнашевич делал ставку на других помощников. Его право, его выбор, в этом нет ничьей вины.

— Суров Игнашевич в повседневной работе?

— В личном разговоре изложил ему свое видение ситуации. Он пока ищет себя, молод как тренер. Но не мягкий, нет. Суров. Хочет учиться, анализирует ошибки, движется вперед. Если не остановится на пути к цели, из него выйдет сильный тренер.

— Едва ли не единственный в «Торпедо», кто открыто выступил против отмены «стыков».

— Если повышение в классе не нужно владельцу, что взять с подчиненных? Все понимали тенденцию и одновременно надеялись.

— Вы пришли в клуб при главном тренере Игоре Колыванове, уход которого поняли не все. Что там случилось?

— Была встреча с Авдеевым, поговорили, ушел. Часть профессии. Сложно понять другое: зачем менять тренера, если нет задачи подняться выше? Колыванов вывел «Торпедо» в ФНЛ, его требования знали игроки. Наняли другого, придумали цель «от игры к игре», «победа в каждом матче» или что-то вроде, больше подходящее любителям. Смысл? Кинуть кость болельщикам?

— Какой для себя главный вывод сделали после торпедовской эпопеи?

— Всегда нужна команда единомышленников. Твои человеческие и профессиональные качества не играют роли, результат тоже мало кого волнует, каждый решает не глобальную, а свою локальную задачу. И клуб как ширма.

— Игнашевича наверняка волновал результат.

— Не сомневаюсь. Но когда владелец ясно дает понять: играй, только побеждать нам как бы не нужно, — что делать тренеру? Как тренировать? Ему надо имя сделать в профессии, а тут намек: лучше в РПЛ не ходить. Начали выигрывать, сверху донеслось: что вы творите? Идешь на работу и думаешь: зачем? Разрыв шаблона, психологически тяжелый момент. Постоянно собираешь мысли в пучок, и ведь команда все видит, чувствует, знает.

— Цели «Торпедо» могут измениться после завершения строительства стадиона?

— Когда это случится, возможно, у команды появится новый владелец. Не хочу плохо говорить об Авдееве, человек содержит «Торпедо». Другое дело — полупозиция и необъяснимые решения. Пришел Маслов. Что такого он сделал или сделает, чего не умела действительно сильный президент Еленцева? Не понимаю.

— Допускаете, что владелец хочет не только вкладывать в клуб, но и зарабатывать на тех же игроках? Маслов мог показаться ему более сильной фигурой в этом смысле.

— Покажите хоть один клуб ФНЛ, который зарабатывает. И скажите, на чем. Взяли мы Самошникова на ноль рублей, продали за четыре миллиона. Заработок? Да. Но он не превратится в 40 миллионов евро, это очевидно. Почему зимой к нам пришли люди, а летом ушли по собственному желанию? Не понравилось происходящее. Кичин вернулся в «Енисей», покинули команду Филиппов, Руденко, забивший 13 мячей за «Спартак-2». Пресс-атташе Маслюк не захотел оставаться.

Если бы стояла задача переориентироваться на заработок, превратиться в клуб-донор, наверное, мы хоть раз услышали бы это от руководства. Но не было такой задачи, не озвучивалась. Соответственно, спрашивать за ее невыполнение бессмысленно. Упреков за время своей работы вообще не припомню, иначе обязательно отреагировал бы. Как — другой вопрос.

— Судя по торпедовскому форуму, болельщики не сильно опечалены вашим уходом. Не проклинают, но хотят чего-то большего. Есть объяснение?

— Все болельщики мира хотят чего-то большего. Мое к ним отношение и мой ответ — результат. За свою работу в клубе не стыдно. Спасибо обоим тренерам, с которыми сотрудничал, Колыванову и Игнашевичу. Спасибо Еленцевой. Жаль, что человек с таким потенциалом и деловыми качествами оказался не нужен «Торпедо». 

Читайте также:

* Соцсеть, признанная в России экстремистской

Больше новостей спорта – в нашем телеграм-канале.