Футбол

«Я однажды за «Динамо» три пенальти подряд махнул». Игорь Колыванов вспоминает прошлое и возвращается в Италию

«Я однажды за «Динамо» три пенальти подряд махнул». Игорь Колыванов вспоминает прошлое и возвращается в Италию
Игорь Колыванов / Фото: © Matthew Ashton - EMPICS / Contributor / PA Images / Gettyimages.ru
Серьезно? Зачем? Один из сильнейших форвардов в истории нашего футбола дал интервью «Матч ТВ» и уехал в Болонью, где его по-прежнему помнят и любят.
  • Кто и что ждет Колыванова в Болонье?
  • Какая связь между Сан-Марино и «Интером»?
  • Можно ли отказать Алексу Фергюсону и «МЮ» и ни разу об этом не пожалеть?
  • Почему не стоит ходить на «Торпедо»?
  • В чем конкретно мы уступаем Европе?

«Чувствую — хрумк в колене! И сразу стало понятно: дело плохо»

— Там будет большой праздник. Клуб хочет, как я понимаю, собрать лучших футболистов за всю историю, около 100 человек, самых ярких представителей разных футбольных поколений. Гвоздь программы — матч с легендами «Реала». На 90-летие «Болоньи», кстати, тоже приглашали.

— Такие вещи реально трогают душу или событие — просто одно из?

— Событие — классное! Наверное, какой-то след я все же оставил в итальянском футболе, раз до сих пор не забыли. Так что жду с нетерпением, конечно. Давно в Италии не был. Поедем с дочкой, она тоже по своим друзьям соскучилась: ей полтора года было, когда мы уехали в Италию…

— Если выбирать между «Фоджей» и «Болоньей», какой клуб — ваш?

— Немножко разные истории, хотя за обе команды отыграл по пять лет — чуть больше, чуть меньше. В «Фоджу» приехал в 23, все только начиналось. Жизненный опыт, конечно, небогатый, зато амбиций хоть отбавляй, а чемпионат Италии считался на тот момент (1991 год. — matchtv.ru) в Европе самым сильным. Англия и рядом не стояла, все мировые звезды стремились в серию А.

— Легче затеряться, чем заявить о себе.

— Команда у Зденека Земана была веселая, мы тогда много кого погрызли. Самому старшему — 27, остальные — наши с Шалимовым ровесники, всем по 20-22. Хорошее время, интересный футбол, непередаваемая атмосфера. Годы в «Фодже» — очень подходящая платформа, чтобы двигаться дальше.

— А дальше была «Болонья». Не топ.

— Топ, к сожалению, сорвался. После двух сезонов в «Фодже» был вариант уехать в «Интер», там хорошая команда собиралась после кризисного отрезка. Роналдо в итоге приехал, Вьери был в порядке. У меня билеты на руках, президент (Массимо Моратти. — matchtv.ru) ждет, ему моя игра очень нравилась: обсуждаем условия, подпись, печать, va tutto bene. И тут травма в матче за сборную. Значит, не судьба.

— Причем на последней минуте выигранного с крупным счетом матча с «карликом».

— Да, 4:0 с Сан-Марино (квалификация Евро-1996, 12 октября 1994-го. — matchtv.ru). Залетел с мячом в штрафную, защитник идет в подкат, я хочу отдать, а поле вязкое. Нога попала в ямку какую-то незаметную, я толком ничего и не понял. Слышу, чувствую — хрумк в колене! И сразу стало понятно: дело плохо.

— Что творилось в душе, когда объявили: «кресты»?

— О плохом в любом случае старался не думать. Да и некогда было. Поехал в Америку, сделал операцию. Потом восстановление. Почти на год выпал. Про «Интер» пришлось забыть, конечно. «Фоджа» в том сезоне заняла третье место с конца и вылетела в серию В. Ничего, поиграл и там, все нормально.

В «Болонье» была совсем другая атмосфера, там собрались большей частью опытные футболисты, под задачу. Марокки, Фонтолан, Кеннет Андерсон, Клас Ингесон, потом Роберто Баджо пришел, Джузеппе Синьори, который три раза становился лучшим бомбардиром серии А. В трех сезонах подряд мы показали хороший результат. Играли в полуфинале Кубка Италии, вышли в полуфинал Кубка УЕФА в 1999 году — финал убежал от нас на последней минуте ответного матча. В Марселе сыграли 0:0, дома вели 1:0 и пропустили с пенальти…

— Трагедия.

— Наверное. В общем, делить свои клубы я не буду. Все, что было, — мое. Горжусь тем, что попал в эту в плеяду — тех, кто уехал из России в начале 90-х и закрепился во многих серьезных европейских клубах.

— «Динамо» отпустило без проблем?

— «Динамо» все сделало очень грамотно. Толстых и Газзаев отнеслись к моему вопросу с абсолютным пониманием, мы расстались друзьями. Чемпионат СССР подходил к концу, если не ошибаюсь, последний матч я сыграл с «Днепром», когда забил пять мячей.

Валерий Газзаев / Фото: © EuroFootball / Stringer/ Getty Images Sport / Gettyimages.ru

«Чемпионат Англии по сравнению с итальянским был дохленький»

— Ваше время в Италии — расцвет катеначчо. Серия А при всем ее величии играла в предельно рациональный, чтобы не сказать скучный футбол.

— Не совсем так. Стиль катеначчо (тактическая схема с акцентом на оборону, в переводе с итальянского — «дверной засов». — matchtv.ru) повально доминировал чуть раньше. К началу 90-х многое поменялось, хотя забивали тогда в Италии прилично меньше, чем сегодня, это правда. Но мы, например, играли строго 4-3-3. «Милан» с великим голландским трио Райкард — Гуллит — ван Бастен, «Фиорентина» с Батистутой, «Ювентус», «Интер» тот же — клубы с серьезными финансовыми возможностями делали акцент на атаку, на комбинационный футбол, который нравится зрителям. Те, кто поскромнее, понятно, садились глубже, брали свое за счет «физики».

Но с тех времен не итальянский футбол изменился, а футбол вообще. На мой взгляд — в хорошую сторону, потому что созидать сложнее, чем разрушать. Про англичан раньше что говорили? Борьба, навесы, толкаются, бьются, головы друг другу сносят — такой был стереотип восприятия. Наверное, объективный. Сейчас все хотят играть, а не бороться.

— Потому что в Англии англичан почти не осталось.

— Но те, кто остались, играют иначе. И сборная у Англии совсем другая теперь. Она старается играть в футбол, который нравится зрителям.

— У вас, насколько известно, был шанс оказаться в Англии. Да не просто в Англии, а в «Манчестер Юнайтед» Алекса Фергюсона.

— В мае 1991-го сборная СССР принимала участие в турнире. На «Уэмбли» сгорели англичанам 1:3, на «Олд Траффорд» сыграли 1:1 с Аргентиной, я забил как раз. После матча подходит Фергюсон

Алекс Фергюсон / Фото: © Mark Thompson / Staff / Getty Images Sport / Gettyimages.ru

— Прям вот лично.

— Лично. С переводчиком. В раздевалку зашел. Я ему очень понравился: «Хочу видеть этого парня у себя».

— Шок и трепет?

— Как сказать? «Манчестер» только набирал ход тогда, Фергюсон еще не был великим, а чемпионат Англии по сравнению с итальянским был, честно сказать, дохленький. У меня было к тому моменту два-три нормальных предложения, самое конкретное и интересное — от «Фоджи», потому что мы зимой неплохо отметились со сборной в Италии. Короче, с «МЮ» по деньгам клубы не договорились, «Фоджа» давала прилично больше. А Фергюсон взял потом Андрея Канчельскиса.

— Это называется «точка невозврата». Качнись маятник судьбы в другую сторону — и был бы, глядишь, в карьере великий клуб и карьера с большими титулами…

— А может, не было бы вообще ничего, кто может знать? И потом, я считал, что английский футбол — мимо. Приеду туда, и что? За счет чего буду играть-то? Верховая борьба — точно не мой козырь, толкаться 90 минут я не хочу, нарезать постоянно с флангов скучно, отупеешь. А в Италии — тепло, красиво, зрелищный футбол на радость публике, там голландцы, Маттеус, Марадона, Карека, Дунга, Мальдини, Барези, Манчини, Костакурта и все остальные. Лучшие люди — в Италии, ну какой может быть «Манчестер»?

Так что выбор был несложный, хотя сегодня он выглядит странным, конечно.
Роберто Манчини / Фото: © John Marsh — EMPICS / Contributor / PA Images / Gettyimages.ru

«Баджо — своеобразный парень. Спокойный, домашний, отрешенный»

— Самое время спросить: как выглядели молодые россияне на этом ослепительном звездном фоне?

— Не мялись. Нормально выглядели, наверное, если я в «Фодже» капитаном стал, а сегодня приглашают в Болонью на клубный юбилей Баджо, Марокки, Андерсона, Торризи и Колыванова из нашего поколения. О чем-то это говорит, как думаете?

— Ага, Баджо тоже приглашен на праздник?

— Конечно. Он в своем единственном сезоне в «Болонье» забил два десятка мячей, после полутора лет паузы получил вызов в сборную и сыграл на чемпионате мира во Франции вместо Дзолы. Но приедет Роберто на юбилей или нет, не знаю. Он своеобразный человек.

— В чем своеобразие?

— Домашний парень, семейный. Спокойный весь такой, отрешенный даже. По-моему, он с футболом сейчас не сильно пересекается. Живет в своем уютном мире.

— Личная трагедия Баджо однажды потрясла планету. Я про незабитый пенальти в финале чемпионата мира-1994.

— А до него не забили Барези и Массаро. Баджо, так получилось, принял на себя главный удар. Впервые в жизни пробил с «точки» выше ворот. На фоне усталости и нервного напряжения. Ну что поделать, никто не идеален. Я однажды за «Динамо» три пенальти подряд махнул.

Но это, конечно, для всей Италии и для Баджо глубокая была трагедия. Так же как для моего друга Луиджи Ди Бьяджо, который в 1998-м в ¼ финала чемпионата мира не забил пятый послематчевый пенальти французам. В перекладину засадил.

— Как вы успокаивали Баджо и Ди Бьяджо? Рассказывали, что не забили три пенальти подряд?

— Да кому в Италии это интересно? Никто толком не знал, что творится в России. Иногда спрашивали про медведей на полном серьезе. «А как же? — говорю. — Медведи водятся в массовом количестве, иногда даже по поле выбегают. Все у нас есть».

Мы очень долго были закрыты от мира. Зато сейчас мои итальянские друзья приезжают в Москву — у них реальный обморок. В прошлом году на чемпионате мира все поголовно были в шоке. Глаза квадратные: лучше страны, чем Россия, не видели, Москва — топ!

Матч между сборной России и сборной Испании / Фото: © Василий Пономарев / Эдгар Брещанов / Sportbox.ru 

«Российский футбол — удивительный мир. Никем до конца не познанный»

— Все у нас есть, кроме больших футболистов. Ремарка: на данном историческом отрезке.

— Должны вырасти.

— Серьезно? 2006 год, чемпионат Европы U17, который выиграла сборная России под вашим чутким руководством. Заголовок интервью с главным тренером: «Эти парни заражены!» Где они — парни, зараженные футболом?

— Пока в юношах играли — были заражены. Любили футбол искренне, как говорил Эдуард Васильевич Малофеев. Мечтали попасть в хорошие клубы. Многие попали, начали нормально зарабатывать. И растеряли все, что имели. Почти все. Мне очень обидно за то поколение было. Пацаны были интересные, а съехали на очень средний уровень.

А некоторым просто не повезло: «кресты» по два-три раза ребята рвали. Ума не приложу, с чем это связано. Мы тренировались на страшных полях, бутсы — пара на весь сезон, мячи не пойми какие — и ничего, целые были. Сейчас играют на шикарных полях в идеальной экипировке, наблюдаются у знающих врачей в шикарных медицинских центрах — и без конца болеют.

Какие-то хилые поколения после нашего пошли. В «Спартаке» в прошлом сезоне человек пять или шесть порвались. Как понять?

— Наблюдаю на вашей толстовке стилизованную букву «Т» и все думаю: как бы пограмотнее сформулировать вопрос?

— Осталась на память с того года. Пробежечка была перед интервью.

— С «Торпедо» странная вышла история. Знаком с вашими комментариями после ухода. Их было немного, все предельно лояльные. Не хочу обижать недоверием, но разве это справедливо: получить расчет, уверенно выполнив задачу на сезон?

— Я же не актер театра и кино, чтобы удивлять публику яркими эмоциями. Мой штаб отработал в «Торпедо» два года. Мы вывели команду в ФНЛ, поставили интересную, считаю, игру. Но у руководства, видимо, были другие виды на будущее. Может быть, еще зимой клуб договорился с Игнашевичем, может, ближе к весне.

— Когда вы стали понимать, что контракт продлен не будет?

— Месяца за полтора-два до финиша пошли какие-то неясные движения. Где-то что-то мы, помню, проиграли — и баланс вдруг сместился. Да это сейчас сплошь и рядом, я же не один такой весь из себя обделенный судьбой. Вот еще смешнее история: «Тамбов» в прошлом году задачу по выходу в РПЛ решил с Искаковым, а в самом конце сезона главным стал Григорян. Как понять логику?

У всех свои тараканы в голове, я много видел в этой жизни, ко всему привык, но российский футбол — удивительный мир. Никем до конца не познанный.

— Значит, ни обид, ни разочарований?

— Мне 51 год. Я старенький уже. Я живу своими принципами, стараюсь относиться к футболу и к футболистам честно и профессионально. За это, надеюсь, меня в футболе уважают. Тренер к любым поворотам судьбы должен быть готов. Если за кого и переживаю — за пацанов, с которыми я работал. За них — да.

Сергеев Ваня, которого никто брать не хотел, когда он в «Тамбове» грустил после травмы. У нас стал лучшим бомбардиром, теперь в ФНЛ забивает. Артур Галоян. Его отец хотел уводить, я настоял, чтобы остался. 17 лет парню, я был уверен в его потенциале. Макс Шоркин, Олег Калугин… Человек пять-шесть из второй лиги пришли, добились результата, прогрессируют, и очень рад, что в чем-то им помог. Дай бог чтобы дальше росли.

— Просится штамп: «Торпедо» едет на багаже Колыванова.

— Да нет, конечно. Пришел новый тренер, пришли серьезные игроки: Рязанцев, Лебеденко, Багаев, Самошников. «Торпедо» очень прилично укомплектовано для первого дивизиона. Команда уверена в себе, чувствуется запас прочности.

Тренер «Торпедо» Сергей Игнашевич / Фото: © Олег Бухарев / Матч ТВ

— Бываете на трибунах?

— Игры смотрел, на стадионе не был ни разу. Это не очень корректно, мне кажется. Вопросы разные задают… Не всегда приятно на них отвечать. Довольно тонкий момент. Новый главный тренер работает нормально, дай бог ему дальнейших успехов. Все мы один хлеб едим.

— И все-таки. В вашей тренерской коллекции титул с юношеской сборной, титул с «Торпедо», выход в премьер-лигу с «Уфой». Три команды — три результата.

— Кое-что получалось.

— Я к чему? Сейчас вот «Динамо» подвисает, а тут коренной динамовец, тренер с отличным профайлом без команды…

— Ситуацией по «Динамо» вообще не владею, честно. Там каждые два-три года что-то круто меняется. Люди приходят, деньги уходят.

— Не чужая команда же.

— Родная. Но в футболе нет такой профессии — родственник.

— Сигналов, значит, не было.

— За сигналами я не слежу, а предложений пока не было.

«Лучше вообще не играть, чем цепляться за 1:0 без моментов»

— Вас уровень чемпионата РПЛ больше радует или огорчает?

— Вопрос, наверное, философский, потому что в лиге очевидная линия разделения: есть пять-шесть команд, которые выглядят явно сильнее конкурентов. Но одни без вариантов горят швейцарцам, другие болгарам, третьи испанцам. Мы радикально проигрываем Европе в скорости, даже средним командам, не топам. Мы не привыкли играть на таких скоростях. Значит, у нас довольно средний уровень, это нужно признать.

И звезды к нам приезжают не самые яркие. «Спартак» взял Шюррле, который полтора года из-за травм на поле не выходит: человек приехал, пару туров отыграл и встал. Ножки не готовы, теперь смеются все над ним. В любой команде РПЛ — перебор средних по уровню исполнительского мастерства футболистов.
Матч между командами «Спартак» и «Зенит» / Фото: © Олег Бухарев / Матч ТВ

— Но это не дает нашим командам права пропускать по пять мячей от «Базеля» и «Лудогорца».

— Не дает, зато подчеркивает наш нынешний статус. В лиге есть всего несколько человек, которые могли бы зацепиться в Европе. Приезжают люди, смотришь на них — никакой разницы между своими и легионерами. Так, может, лучше дать шанс молодому?

Но никто не хочет ждать. Несколько туров неудачно прошел — все, приговор, тебя тут же сгноят. Наверное, поэтому многие команды перестроились на игру в пять защитников: страхуются, ставят гарнизоны. Автобусы, как принято сейчас говорить. Играют в тот футбол, который им неинтересен, потому что надо тылы прикрывать. Но если, не дай бог, два-три матча без очков — не сыграешь уже ни в какой.

Это не мой футбол. Лучше вообще не играть и не тренировать, чем цепляться за 1:0 без моментов.
Игорь Колыванов / Фото: © РИА Новости / Владимир Песня

— Не на этом ли вы погорели когда-то в Уфе?

— Первый сезон в премьер-лиге мы прошли более-менее ровно, неплохо стартовали в следующем (2015/16. — matchtv.ru), начали с выездной ничьей со «Спартаком», после пяти туров шли в середине, а потом пошел провал, при том что денег на усиление было совсем немного. Но мы не играли в закрытый футбол. Мы играли в футбол, который я привык ставить: 4-3-3, акцент на атаку. Я свою тактику никогда не ломал.

Второй сезон всегда сложнее. В «Уфе» понимали, конечно, что дело не в главном тренере или не только в нем. Что-то нужно было менять. Поменяли. Но так до самого финиша и ехали по ухабам — что с Колывановым, что без. Спаслись в последнем туре…

Читайте также:

Нет связи