Почему фигуристы выступают так редко? Колонка Елизаветы Худайбердиевой
Чемпионка России объясняет, в чем сложность танцев на льду — от подготовки до непосредственно исполнения программы.
Привет, дорогой читатель! Совсем недавно закончилась серия Гран-при России по фигурному катанию, а это значит, что возвращается ваш открывающий глаза на мир фигурки колумнист. Сегодня хочу рассказать, почему же карьера фигуриста не такая длинная и с какими жизненно-бытовыми трудностями сталкиваются спортсмены.
Многие люди задаются вопросом: почему фигуристы не выступают чаще? Почему соревнования проходят раз, дай бог, два в месяц? Вон же, у хоккейной команды игры через день, футболисты встречаются на поле тоже пару раз в неделю… Чего в фигурке такие лентяи? Я писала ранее в колонках, что два дня после соревнований я часов сорок пребываю практически в невменозе. Так давайте расскажу, как проходит подготовка фигуриста к заветным четырем минутам на льду.
С апреля идет кропотливая, творческая работа поиска музыки, образов, элементов и находок. Зачастую в межсезонье мы проводим на льду от четырех до семи часов в день. Одиночники часто крутят у виска пальцем, когда мы, танцоры, рассказываем, что можем биться в попытках одной хореографической фишки два часа без остановки. Танцы на льду — это про детали: идеальная музыкальность, чистота ребра, кропотливая проработка каждой дуги на синхронность, параллельность, близость позиции и артистизм. Ведь хорошего танцора отличает именно взаимодействие и единение партнеров вкупе с эмоциональностью, артистизмом и техничностью катания.
Дальше примерно за месяц до соревнований начинается активная подготовка к турниру. Сложность состоит в том, что условно марафонец для подготовки к забегу не бежит каждый день 42 км. В фигурном катании, как бы ты ни накатывал программу частями и кусочками, физическую выносливость без целиковых прокатов не наработать. Можно убегаться на беговой дорожке, узаниматься силовыми тренировками в зале — все без толку. Мышцы, которые задействованы на льду, не наработать ничем, кроме как количеством прокатов.
А о том, что в танцах на льду колоссальная нагрузка, вам с удовольствием расскажут бывшие одиночники. Например, мой дорогой друг Артем Фролов был в полной уверенности, что откатывая произволку с четверными прыжками, уж с твиззлами и дорожками справится без каких-либо усилий!
Сложность танцев на льду заключается в другом — полное погружение в образ, эмоциональность, артистизм и психологическая нагрузка на тренировках. Казалось бы, простые четыре минуты, а сил не остается даже на то, чтобы сделать поклон после проката, ты выжатый лимон. Именно в танцах на льду самая высокая точка профессионализма — эмоциональная отдача судьям, всему залу и каждому человеку на арене. Своей энергетикой ты должен захватить каждого из бригады, заставить не дышать и, не моргая, следить за каждым твоим следующим движением. Неважно, в каком ты настроении, болит ли у тебя нога/рука/душа, поссорился с партнером и видеть его не можешь — нужно встать в стартовую позу, абстрагироваться от всего внешнего, соединиться энергией с человеком рядом, а когда от усталости немеют руки, мышцы ног и приливает вкус железа в десны — не подавай виду и катайся с той же скоростью и чистотой, что и в первые секунды. И так изо дня в день на каждой тренировке. Я уверена, что именно про эту сложность и эмоциональное выгорание говорила Габриэлла Пападакис, из-за чего они пропустили предолимпийский чемпионат мира.
И вот мы пришли в оптимальную форму, уже привыкли замедлять пульс на третьей минуте проката, наступил день перелета на другой конец страны/планеты. Со всеми вытекающими джет-лагами и сменами часовых поясов. Два соревновательных дня задействованы на все 24 часа в сутках, каждую минуту. Именно танцоры испокон веков выходят на официальные тренировки как на старт: прическа, костюм, макияж, прокат, все как на соревнованиях. И неважно, на часах 6 утра или 9 вечера.
Тренировка в 8:15? Значит разминка в 7:00. Соответственно, автобус из отеля в 6:30, а подъем в 4:00 утра. Двадцать минут на осознание бытия, холодный душ, макияж, начес и завивку волос, сбор чемодана с костюмом и коньками. В 9:00 автобус в отель, завтрак, разобрать прическу, смыть макияж, дневной сон и… всё заново: макияж, нервотрепка с симметричностью стрелок, причёска, глажка костюма, сборы, автобус в 14:30, в 15:00 разминка, за полчаса до выхода на лед переодевание, обрезать колготки, чтобы не торчали в разрезе костюма, проверка шнуровки и литр лака на голову, чтобы точно ничего не развалилось. Выход на лед, пятиминутная разминка, перерыв — и вот он, момент X!
Максимальная концентрация, борьба с нервами, кис-энд-край. Дальше выход к пишущим СМИ, комментарии по поводу проката, когда еще толком не отдышался и хочется выплюнуть легкие, дождаться окончания вида и молиться, чтобы твое имя не попало в рандомайзер проверки РУСАДА (иначе нужно потерпеть еще пару часов на арене для сдачи анализов). И вот, на часах 20:30, автобус в отель, ужин и долгожданный сон. И точно так же на следующий день.
Самое сложное — настроиться на следующий день, если в первый все покатилось по наклонной. В хоккее бывает, что игра не пошла, не хватило времени, просто не повезло. Нужно просто зарядиться на победу, разозлиться и выдать свой максимум. Переломные моменты и срывы — это неотъемлемая часть фигурки.
Сразу вспоминается чемпионат России в Красноярске, два дня — два падения. В эту секунду рушится весь мир в мгновение, опускаются руки, пустота внутри сжирает каждую клеточку тела. Но нужно встать и, понимая, что ты уже проиграл и не выдал свой максимум, собрать себя, свои мысли, эмоции и концентрацию и выдать оставшийся прокат на 100000%. Наверное, тот турнир был самым сложным в моей жизни. Болезнь, отравление, общее давление и хейт людей — все это спровоцировало нервный срыв сразу после проката. Сначала у меня не было никаких эмоций, кроме ощущения, что я подвела Егора. Вся его работа — коту под хвост. А я просто не смогла сделать то, что исправно делаю уже 15 лет. Дальше — резкое осознание и выплеск всех эмоций. Но ты встаешь, идешь дальше. Прошло два года, но люди не забудут твоего факапа, цена ошибки очень высока. Ты идешь, снова и снова доказываешь свое мастерство и бьешься за свое место под солнцем.
Надеюсь, этот текст хоть немного объяснил вам, почему танцы на льду — сложный, интересный вид спорта. Здесь главное — живые эмоции, что дарит зрителю наш вид. Закончу как и всегда: любите танцы на льду также, как люблю их я, сложной, зависимой и абьюзивной, но самой настоящей любовью.
Ваша спортивная Кэрри Брэдшоу.