Истерика Трусовой — это обращение к Тутберидзе. Как стоит воспринимать самое обидное поражение Олимпиады

Истерика Трусовой — это обращение к Тутберидзе. Как стоит воспринимать самое обидное поражение Олимпиады
Фото: © REUTERS / Eloisa Lopez
Счастливого российского пьедестала не случилось.

Признайтесь, вы тоже мечтали о российском пьедестале в женском одиночном катании. О картинке красивой и сладкой, как плитка молочного шоколада. Три непобедимые девчонки, три ученицы одного тренера, три блестящих выступления, три радостные улыбки — вот это все. Валиева, Трусова, Щербакова — в любом порядке — вынесли бы на щитах весь мир. «Триумф российского фигурного катания» — зевнув, написали бы все российские СМИ. 

Чувствуете, как на зубах скрипит сахар? Это блюдо было бы невозможно есть. Но что главное, это не могло случиться, потому что фигурное катание — не командный вид спорта, хотя такой турнир и появился в программе Олимпийских игр восемь лет назад. Соперницы не подруги и никогда ими не станут. Золото одной всегда оборачивается трагедией другой, поэтому хотя бы одна из трех улыбок будет со слезами.

Жизнь трактовала эти шоколадные фантазии по-своему. Российского пьедестала не случилось: олимпийское золото все-таки наше, как и серебро — Анна Щербакова и Александра Трусова выиграли их именно в таком порядке. Но бронза досталась японской фигуристке Каори Сакамото. Четвертое место, что совершенно немыслимо было представить себе еще неделю назад, заняла Камила Валиева.

Когда в микст-зоне журналисты оказались посреди бушующего океана с тремя течениями, несущими наше сердце и голову в разные стороны (за стенкой плачет Саша Трусова, молча и тяжело прошла мимо Камила Валиева, а скоро к микрофону придет счастливая Аня Щербакова), подумалось вот о чем. Фото с награждения, на котором девушки счастливо позируют с медалями в окружении тренеров, в инстаграме Этери Тутберидзе в этот раз ведь не будет? Потому что если будет, это точно заявка на самое лицемерное событие года. Ну, если бы кому-то пришло в голову вручать такую премию.

Все фигуристы и фигуристки эгоцентричны от зубцов коньков и до макушки. Но особенно это касается тех, кто проходит сито жесточайшей детской конкуренции, выживает в юниорах и выбирается на уровень сборной команды страны. Каждый из них уверен в своих силах, осознает собственную значимость и, естественно, считает себя достойным победы — не слушайте их одинаковые ответы в микст-зоне про «я не смотрю на других, мне просто нужно делать мою работу». Этим унылым словам бойких эмоциональных детей обучают скучные серьезные взрослые, которым не хочется потом разгребать последствия чьего-нибудь яркого спича. Хотя если бы яркие спичи звучали регулярно, а не только тогда, когда терпеть уже невыносимо, они бы не выглядели таким порочаще-темным пятном от растаявшего шоколада из наших фантазий на белом пальто.

Александра Трусова / Фото: © REUTERS / Eloisa Lopez

Трусова не выигрывала крупные турниры уже три года. Последним был чемпионат мира среди юниоров в 2019-м. То есть всю свою взрослую карьеру одна из самых талантливых фигуристок в истории проводит крепким третьим номером, периодически вообще оставаясь за пьедесталом — это к слову о том, почему Саша упорно идет на свою пятиквадку с тройным акселем. Саша существует не в информационной изоляции и не может не понимать и не слышать, что все время оказывается недостаточно хороша для побед. Не так мягко скользит, не так чувствует музыку, не так хорошо растянута, не так покладиста и спокойна, как другие девочки.

В фигурном катании крайне сложно выбраться из колеи общественного представления о себе. Если тебя в детстве записали в отряд «летающих табуреток», то даже спустя годы реальной работы над второй оценкой ты все равно будешь получать баллы ниже тех, кто вроде как с молочных зубов натура тонкая и хореографичная. Инерция — упрямая сила, и Саша нашла для себя единственно возможный способ с ней бороться — кроме работы над второй оценкой, она никогда не снижала свою планку сложности прыжков. Что показательно, в решающий олимпийский момент планка устояла, хотя накануне произвольной программы тренеры уговаривали Сашу отказаться хотя бы от сальхова. 

Поэтому как бы Саша ни прикрывалась кержаковской футбольной ширмой «бил, бью и буду бить» в своей упрямой любви к неподъемному количеству четверных, больше всего в жизни на этой Олимпиаде ей хотелось выиграть золото. Особенно после того, как командный турнир с участием сборной России стал для нее чужим триумфом.

В это же самое время больше всего на свете хотела победить на Олимпиаде такая же оставшаяся без командного счастья Аня Щербакова. Камила Валиева когда-то тоже мечтала о личном золоте, но ее историю нужно разбирать отдельно, потому что к утру сегодняшнего дня она, казалось, не хотела уже ничего. За недельную нервотрепку с сомнительной допинг-пробой, отстранением и последующим допуском за день до соревнований, из рекордсменки и всеобщей любимицы Камила превратилась в тень своей тени. Какой уж тут четверной сальхов, тройной аксель и «Болеро» Равеля.

На всех углах сейчас будут обсуждать и даже осуждать истерику Александры Трусовой, которая случилась с ней после объявления результатов, упуская главное — она в этот момент все-таки не игрушку у родителей слезами выпрашивает в детском магазине. Человек, черт возьми, совершил невозможное, после десятка провальных тренировок в полном раздрае собрав пять четверных прыжков в произвольной программе на Олимпиаде! Перестаньте относиться к этому как к чему-то обыденному! Тот факт, что пять квадов удались Трусовой на соревнованиях, не превращает их в однострочный рецепт типа «как сварить яйцо всмятку». Это по-прежнему то, что не может сделать ни одна другая одиночница в мире, включая тех, кто стали на этих Играх олимпийскими чемпионками — и в команде, и в личке.

Чувство разочарования, обиды, ярости и последующий за ними срыв Саши абсолютно естественны. Она отдала себя всю, она ничего больше не могла предложить судьям, но все равно проиграла. Осознавать это — примерно как пережить пять неразделенных любовей одновременно. А теперь просто представьте, что вы переживаете пять неразделенных любовей в семнадцать лет — именно столько сейчас Александре Трусовой.

Осознающая происходящее Саша очень долго не могла успокоиться, чем совершенно разрывала сердца всем в микст-зоне всем — от организаторов до волонтеров и итальянских и российских журналистов. Она долго плакала за стенкой, потом нервно прошла мимо всех бродкастеров, с надрывом отвечала на вопросы пишущей прессы и лишь к концу пресс-конференции нашла в себе силы говорить без слез в голосе. И в тот момент, когда над черной маской появились привычные смеющиеся глаза, я поняла, что у Трусовой еще будет олимпийское золото. По крайней мере, она точно захочет попробовать.

Вместо послесловия хочется обратиться к Этери Тутберидзе. Этери Георгиевна, почему бы вам вместо одной брендовой фотографии, прославляющей тренеров, не сделать на этой Олимпиаде сразу три отдельные фотографии с фигуристками? На одной — поддержать Камилу в самый тяжелый момент ее спортивной карьеры. На другой — поздравить Анну с ее блестящей победой. На третьей — напомнить Саше о том, что она удивительна и недосягаема. Они у вас не «обе золотые», они у вас все разные и прекрасные. Три личности, каждая со своей судьбой и историей.

Когда отряд десантников поднимается в небо на задание, то парашют за спиной, чтобы выжить, есть у каждого. Когда ваши ученицы выходят на лед главного турнира четырехлетия, много месяцев выдерживая дикие нагрузки и чудовищный прессинг, у них есть только одно золото на троих. И если уж в самой сути этого вида спорта не предусмотрено справедливости, мы хотим по крайней мере знать имена всех, кто взлетел. А не только тех, чей парашют раскрылся.

Читайте также: