Косторной перед Канадой поменяли сразу две программы. Теперь у нее есть шансы на Олимпиаду

Колонка Анастасии Паниной о том, почему новый выбор Алены Косторной лучше предыдущего.

Сегодня в профайле ISU официально поменялась музыкальная заявка Алены Косторной. На Гран-при в Канаде мы увидим что-то новенькое: в короткой программе культовую джазовую песню «New York, New York» вместо блюза «Am I the one», а в произвольной — «lovely» Билли Айлиш вместо Антонио Вивальди.

Еще три дня назад источники сообщили «Матч ТВ» о том, что Косторной поменяли обе программы после Finlandia Trophy — тогда же у нас вышла новость. За эти три дня Алену Косторную и ее олимпийские шансы практически закопали заживо — болельщики всегда очень болезненно реагируют на такие метания, воспринимая их как тренерское безразличие. Или как чистосердечное признание команды «Хрустального» в том, что одну из самых ярких своих спортсменок они попросту не чувствуют.

Идти против толпы в одиночку страшновато, но я все же озвучу свое мнение, явно непопулярное. На мой взгляд, только теперь, после этих изменений, у Алены Косторной появился осязаемый шанс на Олимпиаду. И вот почему.

Антонио Вивальди применительно к Косторной еще на прокатах показался мне плохой идеей. Поймите правильно: Вивальди однозначно велик и гениален, а я безусловно маленькая и глупая, но я столько сотен раз переиграла его в музыкалке, что до сих пор воспринимаю как часть школьной программы. Как гаммы: с ними можно научиться играть на инструменте, но они никогда не станут шедевром на века, не будут поднимать толпу людей на ноги в концертных залах, не заставят нашу кожу покрыться мурашками. Они просто для другого предназначены: ровно ставить пальцы, не терять ритм и скорость, подготовить руку к сложным переходам.

Программы-гаммы нужны и в фигурном катании. С ними фигуристы учатся кататься, интерпретировать образ и быть музыкальными. При этом даже под «гаммы» можно поставить что-то качественное и работающее на спортсмена — из недавнего вспоминается хотя бы «Зима» Вивальди в исполнении Шомы Уно на Олимпиаде-2018. Он попадал в музыку коньками, полностью выдерживая ее темп, и добивал впечатление своей необъяснимой харизмой.

Под «Времена года» как-то катались канадские танцоры Кейтлин Уивер — Эндрю Поже. Танец был, возможно, не самым запоминающимся, но партнерша от старта к старту меняла платья по сезонам — становилась то «зимой», то «осенью», то «весной», и это было интересно.

В программе Косторной под Вивальди по состоянию на начало сентября не было ничего, кроме Вивальди. Ни свежей идеи, ни новой хореографии, ни украшающих программу деталей, ни концептуального костюма. Неудивительно, что Алена на прокатах забывала шаги в дорожке: дело было даже не в невкатанности, а в том, что шаги должны отражать задумку хореографа и идею программы. Вместо них там была пустота, за которую невозможно зацепиться ни руками и ногами, ни мыслями.

И эта пустота в программе в итоге вышла на передний план, забивая собой то, что в принципе сложно затмить — энергетику Алены. Виданное ли дело — одна из самых компонентных фигуристок современности на турнире в Эспоо проиграла второй оценкой бельгийской фигуристке Луне Хендрикс (прекрасной, кстати, фигуристке). Проиграла не Алена, а ее программа — это она не понравилась судьям.

Так какой смысл был держаться за явно неудачный выбор, если совсем недавно был выбор удачный, но так и не доведенный до конца? Имею в виду программу на песню Билли Айлиш «lovely», которую Алене ставили накануне ее ухода к Евгению Плющенко. После возвращения к Тутберидзе Косторная катала Айлиш в качестве показательного номера в ледовых шоу «Чемпионы на льду».

В том номере, даже с учетом всего двух прыжков и в целом тогда неважной формы Косторной, было на что посмотреть. Мощная дорожка шагов, разнообразная работа корпуса, а главное — абсолютно все поставлено и исполнено в музыку. В «lovely» очень удобный темп именно для катания — размеренный, но не вяжущий ноги.

Да и чисто мелодически «lovely» можно считать одной из самых благозвучных композиций Айлиш. Она не примитивная, не плоская, влекущая за собой и при всей своей вроде бы холодности вызывающая эмпатию — как раз то, что нужно Косторной, чтобы завладеть нашим вниманием. Жаль, что она не начала накатывать эту программу еще с прошлой весны. Хорошо, что в команде решились вернуться к ней хотя бы сейчас.

Что касается замены короткой программы, тут все не так очевидно. На судейский скепсис не сослаться — в Финляндии Косторной за прежнюю короткую даже без тройного акселя поставили почти 79 баллов — это высокий результат, учитывая, что Туктамышева с чистейшим трикселем набрала всего на три балла больше. И второй оценкой Алену не обидели, и сама она выглядела довольной после проката. Возможно, немного промахнулись с платьем, но это всегда вкусовщина и дело легко поправимое. Зачем же менять программу целиком? Попробую ответить на этот вопрос на уровне своих зрительских ощущений, пока у нас нет прямой речи главных героев.

Блюз Бетт Харт прекрасен сам по себе, но он своим настроением как будто переносит фигуристку и зрителей в крошечный прокуренный бар с печальным синим неоновым светом. Без окон и перспектив. В то время как Алене нужен воздух большого города или широких полей, а не прокуренного бара — в этом ее индивидуальность и органика.

Там даже в тексте блюза прямой вопрос: «Я единственная? Я для тебя лучше всех? Я та самая?» В этой музыке гораздо больше отчаяния, чем уверенности и свободы. Под «Am I the one» могла бы получиться крышесносная программа у взрослой томной Елизаветы Туктамышевой. Или у демонстративно сексуальной Эшли Вагнер, продолжай та кататься до сих пор.

В песне «New York, New York» — новом выборе для Косторной — есть праздность, игривость, размах. В ней полно воздуха во всех смыслах, включая самый поэтический — воздух свободы. Если у тренеров была именно такая логика, когда они отказывались от, в принципе, неплохой прежней программы, я могу с этой логикой согласиться.

Как видите, тренерским безразличием тут не пахнет. Безразличием было бы оставить все как есть, получив неприятный сигнал от судей после Финляндии, — и пусть Косторная дальше барахтается со своим неудобным Вивальди. Зачем Этери Тутберидзе, Даниилу Глейхенгаузу и Сергею Дудакову тратить время и силы на постановку и разучивание новых программ с Косторной, будь они к ней равнодушны, если в группе прямо сейчас есть еще пять претенденток на Олимпиаду?

Метания с программами в чем-то усложняют Алене подготовку, но они такая же часть работы, как возвращение стабильного тройного акселя. Не всегда получается с первого раза нащупать нужную струну. Но, на мой взгляд, лучше перешивать платье прямо на себе в самую последнюю ночь перед выпускным балом, чем покорно идти на бал в уже готовом, но том, что тебя явно не украшает.

Читайте также: