Проклятье тройного акселя у женщин, работа тренером и прогресс, который не остановить. «Матч ТВ» общается с Максимом Ковтуном

Проклятье тройного акселя у женщин, работа тренером и прогресс, который не остановить. «Матч ТВ» общается с Максимом Ковтуном
Максим Ковтун / Фото: © РИА Новости / Рамиль Ситдиков
Взгляд молодого тренера на проблему поднятия возрастного ценза в фигурном катании, конкуренцию у мужчин и другие вопросы.

Являясь представителями разных видов спорта, фигуристы и хоккеисты с детства конкурируют… за лед. Его всегда не хватает ни одним, ни вторым. Но на самом деле между ними действительно много общего — неудивительно, что фигуристы и хоккеисты периодически ходят поболеть друг за друга уже во взрослом возрасте.

Так, на матче КХЛ ЦСКА — «Куньлунь Ред Стар» корреспонденты «Матч ТВ» встретили экс-фигуриста, призера чемпионата Европы и четырехкратного чемпиона России Максима Ковтуна. Он сам много лет катался, представляя армейский клуб, и на игре появился вместе с товарищем, чтобы поддержать ЦСКА.

Ковтун пришел в медиа-клуб традиции «Бесценная лига» и согласился пообщаться с нами о фигурном катании. В этом интервью:

Максим Ковтун / Фото: © РИА Новости / Александр Кряжев

— В момент завершения карьеры казалось, что это решение далось вам довольно легко. Спустя время вас не накрывало сожаление и желание вернуться?

— Сожаления точно нет. Моментами бывали наплывы приятной грусти, так как я отдал фигурному катанию очень много лет, да и в будущем, думаю, в каком-то виде останусь в этом виде спорта.

Это было осознанное решение, хотя далось на самом деле непросто. Но иногда нужно думать головой, а не сердцем.

— Как прошёл процесс адаптации к новой жизни вне спорта? Какие занятия успели попробовать, что больше всего нравится, а что — точно не ваше?

— Первым делом я максимально наслаждался тем, что мог посвятить все время себе, своим хобби и увлечениям. Но работать надо много, это я понял еще за время карьеры в фигурном катании. Если брать время до пандемии, мой график был расписан на год вперед, и возможности попробовать что-то кардинально новое для себя — скажем, в гольф поиграть — у меня просто не было. Сейчас (в пандемию) все иначе, но я воспринимаю этот период просто как время, которое нужно переждать.

Я окончил университет, получил высшее образование как тренер по фигурному катанию. Сейчас занимаюсь этим, дополнительно изучаю много материалов по теме. Хочу попробовать себя в качестве постановщика программ.

— С какими эмоциями следите за тем, что сейчас происходит в фигурном катании? Что из увиденного в последнее время наиболее впечатлило?

— Я горжусь нашими фигуристами. Я помню, что значит тренироваться, когда ты не знаешь, будет ли у тебя старт. В этот раз ребята долгое время не знали, будет ли вообще сезон. Это во много раз сложнее того, через что мне приходилось проходить.

А так я был на гран-при России, в очередной раз убедился в высочайшем уровне нашего фигурного катания. Несмотря на болезни, травмы, скомканную подготовку: лед то есть, то его нет, старт то будет, то его не будет… Это выматывает, но по фигуристам этого не видно. Скажу даже — я давно не видел, чтобы наши одиночники катались на таком высоком уровне. Молодцы, что продолжают прогрессировать, тем более что соперники тоже сильны.

— С чем бы связали рост конкуренции в мужском одиночном катании в сборной России?

— Как-то резко получилось, что ребята одновременно вышли на примерно одинаковый уровень. Не ново, когда человек, не имеющий еще большого статуса на международной арене, уже прыгает 3-4 четверных и показывает высокий уровень. Это давит на остальных, что создает конкуренцию и приводит к росту.

Сейчас мне очень нравится смотреть на Мишу Коляду. Он спрогрессировал очень сильно с переходом к Мишину. Они нашли какой-то ключик, потому что теперь смотришь на него и не переживаешь. Чуть облегчили программу, прыжки стали стабильнее, плюс у него высочайшие надбавки, потому что отменное качество элементов. Это верное решение. Коляда все-таки лидер нашей сборной.

Михаил Коляда / Фото: © РИА Новости / Александр Вильф

— Александра Трусова разучивает тройной аксель и пока не может стабилизировать этот прыжок. Расскажите о своём опыте — в чем сложность акселя, почему с ним могут быть проблемы?

— Я бы сказал, что она его уже выучила и может стабильно исполнять на тренировках, но на соревнованиях прыжок пока не идет. Может, адреналин где-то чуть подкашивает. Там же буквально маленькая осечка — не то движение ногой, рукой — и элемента нет. Думаю, дело времени. Надо продолжать над ним работать. Девочка прыгает все четверные! Тройной аксель должен ей легко в будущем даться.

У девочек часто проблемы с акселем — не знаю, с чем связано, просто какое-то проклятье (улыбается). Для мальчиков — обычный элемент, который легко можно во второй половине программы прыгнуть. У девочек — всё, на аксель идут через весь лед, невероятный накал страстей. Хотя при этом делают легко тот же четверной лутц — сложнейший элемент, который я, например, не исполнял. Никто точно не скажет причину ошибок, это всегда индивидуально.

— Возможно, в скором времени Международный союз конькобежцев поднимет возрастной ценз для фигуристов, выходящих на взрослый уровень (с 15 до 17 лет). Оцените это нововведение с точки зрения спортсмена, который был бы ограничен новыми правилами, и с точки зрения взрослого человека, который уже вне спорта. Поднятие ценза — зло или благо?

— Я тут не Нострадамус, конечно, могу только предположить. Думаю, это несколько сократит интерес к женскому фигурному катанию, потому что многие юниорки, которые могли бы учить сложные прыжки, будут докатываться до 17 лет и заканчивать карьеру. В то же время это даст шанс взрослым фигуристкам показывать максимум и соревноваться на международной арене.

Неоднозначно, в общем, но я думаю, что лучше было бы оставить все как есть. Фигурное катание у женщин действительно омолодилось, но под это уже есть целые схемы подготовки, по которым тренируются дети. Сбивать это все было бы не очень правильно.

— Пандемия заставляет федерацию проводить некоторые соревнования без зрителей. У вас был такой опыт — выступать при пустых трибунах? Как думаете, это тяжелее, чем кататься при аншлаге?

— У меня такого опыта не было, только если на каких-то тренировочных прокатах. Или же на прокатах сборной в закрытом формате, где присутствовали только судьи и специалисты федерации фигурного катания. Думаю, без зрителей на соревнованиях спортсмены могут столкнуться с нехваткой мотивации. Конечно, выступать при аншлаге в сто раз круче.

Фото: © Дмитрий Челяпин / Матч ТВ

— Сейчас многие фигуристы сталкиваются с большим количеством негатива в социальных сетях. Стало ли этого меньше в вашей жизни после завершения карьеры?

— Я, наверное, был одним из первых, кто с этим столкнулся, как раз когда стал популярен инстаграм и другие социальные сети. Было сложно. Сейчас ребята уже к этому больше готовы, они другой закалки, поэтому чуть легче воспринимают все. К тому же бывает и много приятных вещей, когда тебя поддерживают, пишут добрые слова. Да и в негативе можно найти пользу — многих он цепляет и мотивирует.

— Вам в жизни приходилось менять тренеров. Как сделать так, чтобы остаться с экс-наставником в хороших отношениях после расставания и возможно ли это вообще?

— Это возможно. На моем примере — я до сих пор в прекрасных отношениях со всеми своими наставниками. Для этого нужно вести себя честно. Я подходил, прямо объяснял ситуацию, говорил, почему я так должен делать, и что это совершенно не влияет на отношения вне льда. Это можно сравнить со сменой работы, хотя тренер, конечно, не совсем начальник. Может, мне просто везло с людьми — они меня понимали. И я не относился к этому как к предательству.

— Вы сами сейчас работаете тренером. Как вам кажется, изменился ли уровень подготовки детей по сравнению с тем, что был раньше, когда вы сами были ребёнком?

— Сейчас очень сильно давят на детей, что все нужно делать быстрее. Больше прыжков, больше скольжения, скорее учить ультра-си. Уровень нешуточный. По сравнению с тем, что было пятнадцать, даже десять лет назад сейчас стало сложнее в два раза. Но при этом и популярность фигурного катания увеличилась раза в три. Это прогресс, его нужно не бояться, а поддерживать.

— Не мешают ли старые травмы нормальной жизни сейчас?

— Слегка поясница болит, так как две грыжи и протрузия. Не могу долго стоять. Но у нас, у спортсменов, как — завершил карьеру, и все болячки проходят. Поэтому не жалуюсь, нормально все.

Открыть видео