«Bad guy» Загитовой и другие примеры плагиата в фигурном катании

«Bad guy» Загитовой и другие примеры плагиата в фигурном катании
Алина Загитова / Фото: © globallookpress.com
Даниила Глейхенгауза, хореографа группы Этери Тутберидзе, обвинила в плагиате известная танцовщица Джоджо Гомез.

История конфликта

В день рождения Алины Загитовой хореограф «Хрустального» Даниил Глейхенгауз поставил ей новый показательный номер на песню «Bad guy» суперзвезды Билли Эйлиш. Этот номер Алине предстояло обкатать в туре японских ледовых шоу Fantasy on ice.

Тогда же Глейхенгауз выложил в свой инстаграм-аккаунт фото со льда, обозначающее изюминку номера: закушенная зубами кофта.

Шоу продолжались на протяжении двух недель, и все это время в интернет попадали небольшие фрагменты выступления Загитовой, а полная версия появилась лишь в субботу, 22 июня.

https://www.instagram.com/p/BzAPY7vli4x/?igshid=uvknofrurm4m

В тот же вечер американская танцовщица и хореограф Джоджо Гомез взорвала инстаграм негодующим постом:

https://www.instagram.com/p/BzBl2OghM6C/

Джоджо, которая работает с Бейонсе, Деми Лавато и другими культовыми артистами, написала следующее:

То чувство, когда твоя хореография для «Bad Guy» украдена и транслируется по национальному телевидению. Даниил Глейхенгауз, я польщена, что так вдохновила вас, но в следующий раз просто наймите меня и забронируйте мне рейс в Японию, вместо того чтобы своровать идею.

«Матч ТВ» разбирается, можно ли считать плагиатом работу Глейхенгауза, какие могут быть последствия для него и Алины Загитовой и как вообще обстоят дела с заимствованием идей в фигурном катании.

Оммаж, заимствование или плагиат?

В искусстве существует такое понятие, как оммаж — использование художественных приемов и характерных черт другого творца как дань уважения его таланту и мастерству. Являясь в данном случае формой заимствования и копирования, оммаж не облегчает работу тому, кто его использует, — напротив, накладывает дополнительную ответственность за результат и упоминание великого имени.

В фигурном катании тоже нашлось место оммажу. Самое первое, что приходит на ум, — произвольная программа Евгения Плющенко в сезоне 2003/2004, она была поставлена в посвящение русскому танцовщику Нижинскому.

Смотреть на YouTube

Несмотря на старания спортсменов избегать одинаковую музыку в сезоне и вообще демонстрировать оригинальность, по факту в фигурном катании заимствования если не приветствуются, то не возбраняются. Копирование затрагивает все аспекты, начиная от костюмов и заканчивая пластическими находками — связками, поддержками и позициями во вращениях.

Приведем несколько примеров.

Гениальный произвольный танец под «Адажио» Моцарта, который 5 лет назад вознес французов Пападакис/Сизерон от подножия к самой вершине Олимпа танцев на льду, поставлен Романом Агенауэром с заимствованием концепта современного балета Le Parc.

Смотреть на YouTube https://www.instagram.com/p/Biuea3Rjnkc/

Агенауэр так вдохновился балетом, что взял для своих подопечных и музыку, и стилистику костюмов, и самое важное и сложное — перенес на лед культуру движений — плавную и одновременно пульсирующую чувственную волну.

Ксения Столбова и ее версия платья Валентино коллекции зима 2014/2015:

В позапрошлом сезоне одна китайская пара показала произвольный танец, идентичный постановке российских фигуристов Виктории Синициной — Никиты Кацалапова образца 2015/2016. Совпадение в музыке (оба выбора — в основе Андреа Бочелли), в костюмах до деталей и в движениях.

Получается, что фигуристы высшей лиги повторяют, например, платья от кутюр или используют идеи балета, а спортсмены попроще часто копируют лидеров вообще во всем. Как, например, увиденная мной неделю назад на массовом катании десятилетняя девочка, отрабатывающая короткую программу под «Survivor», в мелочах похожую на показательный номер той же Загитовой.

Еще недавно болельщики широко обсуждали костюм Евгении Медведевой под кодовым названием «розовое безумие» — облегающий короткий топ с мини-юбкой, розовыми чулками и шубой. Но этот костюм просто повторяет образ певицы Арианы Гранде, под песню «7 rings» которой и каталась Женя.

Правда, в данном случае хореография от Миши Ге не имеет прямых отсылок и заимствований из того, что показано в клипе.

Так все же как быть с Загитовой?

С номером Алины Загитовой ситуация другая. Главная фишка танца Джоджо Гомез — кофта в зубах в начальной растанцовке и высунутый язык под «duh» (в переводе «ага». — «Матч ТВ») в припеве. Если вся остальная сумасшедшая модерновая пластика забудется, тогда видео можно идентифицировать словами: «Помнишь танец, где девушка сидит с кофтой в зубах, странно двигается и показывает язык?»

Эта же находка выделяется и в показательном выступлении Алины Загитовой. Она делает прыжки, танцует, но когда номер закончится — первой вспомнится закушенная кофта и язык в тот же музыкальный акцент в припеве.

И несмотря на то, что настроение у обеих интерпретаций песни «Bad Guy» совершенно разное — намеренно-фриковое у Гомез и облегченно-чудаковатое у Алины, — концепт все равно один. И претензии хореографа в связи с этим вполне обоснованы.

Смотреть на YouTube

Извинения Глейхенгауза после того, как неприятная история получила широкую огласку, были запоздалым, но единственно правильным решением. Еще было бы стратегически верно, если бы кто-то из команды Загитовой попросил Джоджо Гомез о мастер-классе и хореографии для нового номера Алины. Это исчерпало бы конфликт в восприятии Гомез и ее миллионной аудитории, а заодно стало бы интересным опытом для фигуристки и ее хореографа. Тем более что Джоджо уже озвучила, что не против поработать с Загитовой.

Вины самой спортсменки, понятное дело, в этой ситуации нет. И самым неприятным последствием станет (и уже стала, кстати) очередная лавина гневных комментариев в соцсетях. Джоджо даже призвала подписчиков перестать буллить Алину.

Как можно было предупредить скандал? Довольно просто: Даниилу стоило изначально попросить у Гомез право использовать ее идею или хотя бы сразу сослаться на вдохновляющее видео и его героиню.

Несмотря на полученные извинения, Джоджо Гомез при желании может уже сейчас обратиться к юристам и будет иметь неплохие шансы выиграть дело. В Америке с отношением к интеллектуальной собственности все очень строго.

Главная проблема, пожалуй, в том, что Даниил Глейхенгауз использовал чужую идею не для соревновательной программы, художественная и материальная ценность которой всегда вторична по сравнению со спортивной составляющей. Номер Алины Загитовой под «Bad Guy» — прежде всего постановка для коммерческих высокооплачиваемых шоу. А это уже бизнес, где по законам хорошего тона и авторского права принято делиться гонораром с автором идеи.

Нет связи