Макларен выложил новые доказательства. И никому про это не сказал

Макларен выложил новые доказательства. И никому про это не сказал

Пока Россия думает, признавать доклад профессора Макларена или нет, и если признавать, то в какой части, пакет доказательств этого доклада заметно обновился, причем без какой-либо огласки и пресс-релизов.

Когда в декабре 2016 года канадец опубликовал свой доклад, в пакете доказательств было 1166 файлов. Теперь их 1225.

59 новых, судя по их свойствам, созданы в феврале–марте 2017 года. Вы что-нибудь слышали про дополнения? Может быть, читали пресс-релизы? Я нет. Более того, на самом сайте, откуда можно скачать доказательства, дается ремарка, что пакет доказательств все еще содержит 1166 файлов.

Что же в этих новых файлах? Почему их добавили так тихо?

Это переписка, которая относится к периоду между 19 июля 2012-го и 17 января 2013-го. Сразу предупреждаю, упоминаний Мутко и Путина, угрожающих Григорию Родченкову трофейными парабеллумами, там нет.

Переписка в основном идет не между Родченковым и аналитиком Министерства спорта Алексеем Великодным, а между сотрудником лаборатории (судя по всему, Тимофеем Соболевским) и начальником отдела антидопингового обеспечения и межведомственного взаимодействия Министерства спорта РФ Натальей Желановой.

В основном это письма в одну сторону, от Соболевского к Желановой. Ответы последней крайне редки и нет ни одного указания, что делать с пробами, о которых сообщает Соболевский. По сути, это просто рапорты лаборатории представителю Минспорта. Которых не должно было быть, конечно, если соблюдать кодекс ВАДА.

Содержание переписки стандартно – номер пробы, вид спорта, найденная субстанция или несколько субстанций.

Вот наиболее интересные файлы, из добавленных в 2017 году.

EDP1182 – Королева спорта

От Соболевского Желановой, по поводу проб легкоатлетов, взятых 12 октября 2012 на сборе в Кисловодске:

Наташа, привет! ГМР (сегодня утром) говорил с ЮДН про несколько проб л/атл, и попросил отправить тебе списочек, чтобы в понедельник чего-то там обсудить (я не очень понял, кто с кем, возможно ЮДН позовет Мельникова?), в смысле надо фамилии чтобы были: 2745144, М, толкание ядра, оралтуринабол (небольшой, но можно сдать); 2747269, М, легкая атлетика, Т/Е=9.5 (подозрительно высокое значение); 2747637, Ж, толкание ядра, оралтуринабол (небольшой, но можно сдать); 2745223, М, легкая атлетика, Т/Е=4.8 (тут скорее всего будет все хорошо, т. е. атипично); 2745242, легкая атлетика, оралтуринабол (мелкий); 2747730, Ж, легкая атлетика, метенолон (совсем мелкий); 2747584, легкая атлетика, синтетическая марихуана (не запрещено в УТС, просто для справки); 2745307, М, легкая атлетика, марихуана (малое кол-во; не запрещено в УТС, просто для справки)

Пояснение

По логике, «ГМР» это Григорий Михайлович Родченков, «ЮДН» – Юрий Дмитриевич Нагорных (заместитель министра спорта РФ), ну, а «Мельников» – Алексей Владимирович Мельников, бывший старший тренер легкоатлетической сборной России по группе выносливости. Судьбы у них сложились по-разному, Родченков теперь в США под программой защиты свидетелей, Мельников дисквалифицирован пожизненно, а вот что с Нагорных – совершенно неизвестно, кроме того что он в октябре 2016 был освобожден от своей должности в Минспорта.

Штрих, может, и не имеющий отношения к теме: Соболевский с Желановой общаются на ты.

EDP1189 – Борьба

Не буду приводить текст письма, скажу лишь, что сообщают о девяти положительных на фуросемид пробах у женщин-борцов вольного стиля, которые были взяты на сборе в Лобне 20 ноября 2012 года.

Несколько непонятно, к какому турниру девушки сгоняли вес или выводили следы применения допинга с помощью мочегонных, учитывая, что международный и российский сезон были уже давно закрыты. Возможно, к какому-то коммерческому старту.

Наркотики

В письме от 7 декабря 2012 Желанова пишет Соболевскому:

У нас опять горят сроки по вашему порядку (по наркотикам). От вас конструктивных предложений нет. Я очень тебя прошу, договорись с Настей, когда ты сможешь к нам в ближайшее время подойти и посидеть обсудить с ней. Спасибо!

Это письмо форвардится получателем Олегу Мигачеву, сотруднику лаборатории, отвечавшему за информационные технологии, который позже уехал вместе с Соболевским в США. Кто такая Настя – непонятно. Кроме того Соболевский пишет Родченкову:

Интересно что они понимают под конструктивными предложениями. Полностью написанное постановление правительства? Олег с Настей общался неоднократно, и тексты сочиненные ей отправлял.

Григорий отвечает:

Это желание Желановой довести до конца никогда ничего ей до конца не доводимого. Можно канонизировать как скороговорку.

Соболевский беспокоится:

Зато она намекала, что если что – то в жопе будем мы, а не она. Типа мы не выполнили обещанное.

Родченков подводит итог:

Она только этим и занимается.

Пояснение

Сложно сказать, о каких именно «наркотиках» и в каком разрезе идет речь и при чем тут постановление правительства. Возникают два вопроса. Первый – почему этим занимался Олег Мигачев, который в лаборатории отвечал за, условно, компьютеры? Какое отношение компьютерщик, даже самый продвинутый, имеет к наркотикам? Второй вопрос – кто такая Настя, с которой Мигачев контактировал по этому вопросу?

EDP1202 – Фигуристка

В Новогорске 13 декабря 2012 года была взята проба у девушки-фигуристки. В ней обнаружили следы гидрохлортиазида – мочегонного средства.

Судя по совпадению дат, речь может идти про Алису Лисовскую, которая получила девять месяцев дисквалификации начиная с 19 декабря 2012.

Если это Лисовская, то ее проба была обработана по всем правилам, не считая того, что о ней узнала Желанова. По стандарту для лабораторий этого не должно было случиться.

Пищальникова

В 00:12 18 декабря 2012-го года в СМИ было опубликовано интервью метательницы диска Дарьи Пищальниковой о том, что у нее имеются вопросы к режиму хранения и документации по ее пробе, в которой лаборатория Лозанны нашла следы допинга (оксандролона), а проверявшая ранее эту же пробу лаборатория Родченкова не нашла ничего.

Это интервью вызвало, судя по всему, бурную последовательность реакций, которая привела к тому, что Родченкова заставили к семи часам утра того же дня написать шпаргалку для Минспорта. Что он и сделал, полностью раскрыв все приключения проб «А» и «Б» спортсменки. Текст был отправлен Елене Зеньковой (сотруднице министерства спорта РФ), Юрию Нагорных и Наталье Желановой.

Шпаргалку использовали для составления официального документа под названием «Комментарий антидопинговой службы Минспорта России по вопросу обнаружения в пробе спортсменки Дарьи Пищальниковой запрещенной субстанции», который был немедленно опубликован и до сих пор доступен на сайте Минспорта.

Некоторое время спустя на Родченкова снова наехали, и он был вынужден писать Желановой новую объяснительную, дескать, он не виноват в том, что швейцарцы нашли в пробе Пищальниковой допинг, а он ранее – нет. В качестве причины прокола, Родченков указал то, что они не могут каждую из проб проверять достаточно кропотливо:

У нас есть МЕТОДОЛОГИЯ очистки пробы, которая позволит увеличить чувствительность в десять или сто раз в зависимости от соединения. Только производительность ее три пробы в день. Это не нужно. Нужно брать спортсмена на пару недель пораньше – тогда все видно будет по самым простым методикам. А это задача тестирующих организаций.

В целом Родченкову можно посочувствовать. Написание шпаргалок для пресс-службы Минспорта – несколько не то, чем должен заниматься директор антидопинговой лаборатории. А вот указание в качестве причины того, что спортсмена нужно брать на пару недель пораньше, звучит очень странно. Вся часть переписки по Пищальниковой ведется так, будто не существовало никакой системы скрытия и подмены проб, в которой признался позже Родченков. Разговор идет исключительно о том, «почему не поймали», а не «почему не прикрыли» Но, если верить утверждениям Григория Михайловича, спортсмены уровня Пищальниковой, которая на тот момент являлась призером Олимпийских игр (позже медаль забрали), должны были быть надежно защищены, в том числе и путем замены мочи на заведомо чистую. Однако в переписке нет таких намеков.

Упоминание того, что качественная подготовка пробы с хорошей очисткой занимает очень много времени, тоже нужно рассмотреть отдельно. По словам Родченкова, с соответствующим Лозанне качеством московская лаборатория могла готовить к проверке три пробы в день. Получается около тысячи проб в год. Но еще в 2010 году РУСАДА, если верить их отчетности, собрали 15 000 проб! Московская лаборатория была у РУСАДА основным подрядчиком для проверки, то есть выходит, что они могли идеально провести подготовку примерно 6% от того, что им поступало? Как же тогда лаборатория могла обеспечить надлежащее качество работы? Как она могла быть застрахована от ошибок?

Почему это не выложили сразу?

Вот это самое интересное и тут можно только предполагать. Возможно, эта часть переписки не очень хорошо смотрелась в пакете доказательств. Напомню, в письмах нет указаний на манипуляцию пробами, там просто сообщается информация о результатах анализа. То есть в переписке с Великодным есть четкие указания, что делать, а тут нет.

Более того, тон части переписки и последующие заявления Родченкова в СМИ говорят о том, что его не слишком устраивала работа с Желановой. Она, во-первых, очень долго отвечала на каждое письмо, вызывая вопросы у WADA по срокам проверки проб, а во-вторых, намекала сотрудникам лаборатории на серьезные последствия в случае возникновения каких-либо проблем. Скорее всего, именно в тот момент у Родченкова и Соболевского появилось внутреннее понимание: нужно подстраховываться, занимаясь подобными делами. Потому что угрозы и намеки – не лучший способ усыпить бдительность людей, которые свободно могут выговорить слово «хлородегидрометилтестостерон» даже будучи пьяными в стельку.

Судя по обсуждению наркотиков, лабораторию еще и заставляли выполнять работу самой Желановой, то есть составлять практически полные тексты рекомендаций по обороту наркотических и сильнодействующих веществ, которые затем уходили из Минспорта куда-то в сторону правительства. Почему это делал сотрудник, отвечавший за компьютеры, остается загадкой. Впрочем, Мигачев мог быть лишь оформлен как «компьютерщик», а по факту выполнять в лаборатории другую роль. Но какую и чьи распоряжения он в этом случае выполнял?

Каждое новое доказательство, публикуемое Маклареном, лишь подтверждает: делая вид, будто он играет по чьим-то правилам, Григорий Михайлович вел свою игру, в которой преследовал только свои интересы. И продолжает вести.

Как сказал один знакомый: «Они все думали, что управляют Родченковым, а на самом деле им не управлял никто. Он был умнее их всех и лишь давал им повод думать, что они им управляют».

Фото: РИА Новости/Алекс Макнотон

Поделиться в соцсетях: