Сергей Карякин: «Карточку с призовыми 400 тысячами евро отдал жене»

Российский гроссмейстер, остановившийся в шаге от шахматной короны, рассказал «Матч ТВ», бывают ли в шахматах договорные матчи, зачем лучшие спортсмены скрывают имена своих тренеров и куда он потратит свои призовые деньги.

- Очень устал от медийности, но и от шахмат тоже. Даже смотреть не могу ни на них, ни на Карлсена. Но это моя работа. Сойдя с трапа самолета, я понимал, что мне спать не дадут. Это все-таки не мешки таскать. Ладно, не посплю месяц. Все ради шахмат. Это не только какие-то мои спонсорские обязательства по контракту, но и для того, чтобы мальчишки и девчонки занимались шахматами. Если не врет статистика, то около десяти тысяч записались в школы. Ради этого стоит и не поспать месяц, а может и годик.

- Вы заинтересовались шахматами после того, как услышали фразу из рекламы «Даже пешка может стать ферзем». Ваша пешка ферзем уже стала?

- Нет, конечно. Она наверно дошла до предпоследней клетки и вернулась назад. Не в самое начало, а куда-то в середину. Потому что не надо снова проходить отбор на турнир претендентов. Место получают всего 8 человек. Например, Владимир Крамник, который долгую часть отбора был на втором месте мирового рейтинга, умудрился не попасть на турнир претендентов. Это облегчение, что мне не нужно проходить его снова. Тем не менее, я обязательно буду играть на Кубке мира. Не хочу никому отдавать этот титул.

- По словам вашего менеджера на подготовку к матчу было потрачено около одного миллиона долларов. А можно ли без денег стать чемпионом мира?

- Можно и без денег, если ты гений. Хотя мы это, конечно, абстрактно говорим. Деньги нужны. Если мы раньше шли к первым спонсорам немного с протянутой рукой, чтобы взять какую-то супер-технику и тренерский штаб, то сейчас все по-другому. Я, конечно, не претендую на славу Шараповой, но стал довольно популярным спортсменом. Почему я должен говорить, что спонсорская поддержка - это исключительно затраты на компьютер или на другую помощь для тренировок? Хочется заработать денег. Нечего этого стесняться.

- После переезда в Москву вас долгое время тренировал Юрий Дохоян, несколько лет работавший с Гарри Каспаровым. Однако в Нью-Йорке его не оказалось.

- Он никуда не пропал. Мы отработали все сборы вместе. У нас своя специфика. Мы просто грамотно распределили силы. Работа была круглосуточной. Сейчас же не обязательно находиться рядом. Он работал из Москвы и почти месяц не выходил из дома. Мы ему присылали задания. Когда просыпались, то получали от него уже готовые установки.

Человек, за которого болел каждый из нас. История Сергея Карякина

Шахрияр Мамедьяров был вызван в основном для спарринга. Может быть, надо было больше играть с ним в быстрые шахматы. Чаще всего в Нью-Йорке виделся Владимиром Поткиным. Он был единственным, с кем я гулял по городу. Саша Мотылев сидел в номере, почти не выходя. Он видел наверное только Фултон Стрит, где игрался матч. Не представляете, сколько надо проработать материала, чтобы найти хотя бы маленькую изюминку в дебюте.

- Почему гроссмейстеры скрывают имена своих помощников?

- Вы не слышали истории, как раньше продавались варианты, записанные от руки? А бывало, что тренер переходил к сопернику со своим багажом.

- Допустим, вы узнали фамилию секретного тренера Карлсена. Что от этого изменится?

- У каждого есть определенный стиль, определенные наработки. Например, я работал секундантом Крамника на турнире претендентов 2011 года и у нас были совместные наработки. Если я буду знать, что Крамник помогал Карлсену или какому-нибудь другому сопернику, то естественно пойму, откуда плясать. Карлсен долгое время говорил, что у него есть только Нильсен и больше никого. Однако я точно знаю, что у него работало 3-4 мощных гроссмейстера. Толку-то? В дебюте у нас ничего особенного не получилось. Но все эти дебютные наработки на сто процентов помогут мне в будущем. Такие подготовки просто так не проходят. Может выстрелить через год или через два.

- В вашей команде оказалось несколько гроссмейстеров топ-уровня, в том числе вам давал советы по скайпу Владимир Крамник. Эта помощь потом не может сыграть против них самих?

- Нет. На сборах же мы тоже, когда идет командная игра, жертвуем своими личными новинками ради общего успеха.

- К тай-брейку изначально была подготовка?

- Слишком была. Переподготовился. Наверное, это была моя ошибка. Я много повторял вариантов, а потом долго их вспоминал. Может, надо было очистить голову. Возможно, Магнус принял решение не играть двенадцатую партию уже после одиннадцатой. Когда мы все готовили классическую защиту в двенадцатой партии, он мог вполне тренироваться в быстрые шахматы. Можно сказать, что он тут рискнул. Если бы я выиграл на тай-брейке, то шахматная общественность ему бы никогда не простила, что он слил белый цвет в двенадцатой партии. Он очень сильно рисковал репутацией.

- Когда вы поняли, что в двенадцатой партии он играет на ничью?

- Там понимать было нечего. Прошло полчаса, а он просто все разменял. А мы готовились к 7-часовой осаде. С моей стороны перегибать палку и играть на выигрыш там, где его нет, - это самоубийство. Но это только предположение и утверждать не могу. Может, он принял решение о ничьей во время двенадцатой партии. А может, готовился с тренером в быстрые шахматы эти два дня.

- Бывают ли в шахматах договорные матчи?

- Гроссмейстерские ничьи были всегда. Если, к примеру, в последнем туре ничья ничего не значит, то зачем мучиться?

- Но кто-то ведь ставит на это деньги.

- Во-первых, я далек от ставок. Во-вторых, слышал от друзей, что на шахматы принимают копейки. В-третьих, это очень опасно для репутации. Вряд ли кто-то рискнет из гроссмейстеров заниматься такой ерундой. Мы все-таки прилично зарабатываем. Это просто глупо и никому не нужно. Конечно, никто и никогда не признается. Но в матчах на первенстве мира никаких договорняков не бывает. Посмотрев на нашу двенадцатую партию, люди могут легко сказать, что это была расписная ничья, потому что быстро разменяли фигуры. Но это была тактика Карлсена.

- Вы использовали на Карлсене какие-то психологические приемы во время игры?

- Много говорится о психологии и это, конечно, важно. Но мы просто играем в шахматы. Часто спрашивают: кто стучит ручкой или пинается - но у нас такого не было. Как можно Магнуса психологически проучить? Он сам себя выводил после третьей и четвертой партии. Ему было плохо, что он не победил в выигранных партиях. После восьмой не пришел на пресс-конференцию. Может другого шахматиста бы это сломало, но не Магнуса. Надо было в девятой его добивать.

- Когда Магнус вальяжно откидывался на спинку стула, вас это не раздражало?

- Не обращаю на это внимания. Слишком глубоко погружаюсь в позицию. У него такая манера и это его право. Меня это не раздражает. Никаких претензий к нему нет.

- Что бы вы сделали в этом матче по-другому?

- Абсолютно по-другому подготовился бы к тай-брейку и попытался бы в десятой партии найти тот самый вечный шах. Хотя там еще позиция была не такая очевидная. Надо ее внимательнее посмотреть.

- После матча с Карлсеном общались?

- Нет. Быстро сказал ему: «Happy Birthday», и он убежал праздновать. Понятно, что у него груз с плеч свалился. Это мне терять было нечего, а он как бы выдохнул.

- А по скайпу в последние дни не созванивались?

- Наша дружба преувеличена журналистами. У шахматистов-конкурентов не бывает дружеских отношений. У нас с Карлсеном они просто ровные.

- Куда потратите призовые 400 000 евро?

- Эта карточка у жены. Пусть она решает, что с ними делать. Посмотрим. Может, что-то приобретем. Пока, у меня с жильем и машиной все нормально.

- Вы играете в шахматы онлайн?

- Раньше играл, а сейчас на это нет времени. Знаю, что многие гроссмейстеры играют и даже под своим ником. Сейчас на некоторых ресурсах они устраивают прямо открытые соревнования онлайн. Например, перед первенством мира был розыгрыш на chess.com и в финале сошлись Карлсен и Накамура. Если будут такие предложения, то почему бы нет?

Я иногда играю за своего менеджера Кирилла. Он меня просит. Бывает, подсказываю ему. Причем он играет под ником Карякин. Позорит меня своим низким рейтингом.

- Через два года, когда будет следующий турнир претендентов вам будет 28. Не боитесь, что шанса сыграть за шахматную корону уже может не быть?

- В 2013 году перед первым турниром претендентов мне говорили то же самое, что я попал туда случайно. В итоге занял тогда второе место, а со второй попытки выиграл его. Сейчас многие злопыхатели говорят, что феерии, как в Москве, у меня уже не будет. Надо доказывать обратное. Возможно, не будет. У меня долгая карьера впереди и я еще достаточно молод. Надеюсь, будет еще одна попытка.  

Текст: Михаил Кузнецов  

Фото анонса: Getty Images, AP/FOTOLINK/East News, KENA BETANCUR/AFP/EAST NEWS, РИА Новости/Нэнси Сисель