Бокс/MMA

Ян и Чимаев отжигают после боя: сын Петра играет с поясом в машинки, Хамзат советует Волкову

Петр Ян буквально забирает пояс для сына, Александр Волков получает совет от главного ньюсмейкера UFC. Что было на турнире в Абу-Даби.

Все факты есть в нашем онлайне. Если коротко: было 8 пар, где бойцы из России дрались с бойцами не из России. Счет 7:1. Проиграл Шамиль Гамзатов, и это очень обидное поражение. Гамзатов очень чисто разговаривает на русском, и до этого момента никому не проигрывал в 14 боях по правилам ММА.

В главном карде турнира люди из России были сверхубедительны. Хамзат Чимаев, родившийся в Надтеречном районе Чеченской Республики и переехавший в Швецию, одержал четвертую досрочную победу в UFC. В первом же раунде Чимаев перевел китайца Ли Цзиньляна и задушил до бессознательного состояния. В комнате для пресс-конференций Чимаев встретил тяжеловеса Александра Волкова и в шутку сказал. Когда-нибудь и за тобой тоже приду, пока ты не ушел из тяжелого веса. Разница на взвешивании между Хамзатом и Волковым была 41 килограмм 250 граммов.

— Что вы сказали Дэйне Уайту после боя? — вопрос Чимаеву

— Я ему сказал: «Я король». Что он ответил я не понял, там фанаты кричали. У кого есть пояс, за тем я и гонюсь. Я выиграл бой, это большой шаг для меня и моей команды.

— Принципиально было задушить соперника сегодня?

— Не знаю как: принципиально, не принципиально. Я хотел бить, забрал шею и удушил, аккуратно спать отправил.

— Готовы ли вы выйти в титульном бою на замену, если чемпион или претендент не смогут подраться (бой Камару Усман vs Колби Ковингтон запланирован на 6 ноября. — «Матч ТВ»).

— Конечно. Кто бы ни хотел в титульном бою подраться? Если словечко Дэйна кинет, буду готов. Я бургеры никакие пока не кушал…

Посмотрим, что Эйнштейн Дэйна Уайт придумает, но я думаю, что являюсь главной звездой UFC сейчас. Я сделаю им бабки и себе заработаю. Надеюсь, что какого-то именитого бойца мне дадут.

— Как вы видите свою победу над чемпионом UFC Камару Усманом? За счет чего?

— Парень пока на пике, я не думаю, что они сразу бой за титул мне дадут. Могу ему… не знаю… или бороть его, не знаю. Я не знаю — сделают бой, братан, у меня нет никаких планов: если получится бороться — бороться. Иногда я выкидываю такие удары, что люди падают, может вырубил бы его. Или меня бы вырубили. Не знаю, может и такое бывает.

— Когда вы ждали Ли Цзиньляна в клетке, вы метались из стороны в сторону, что происходит в голове в этот момент?

— Не знаю, брат, такие странные вещи происходят. Хочется кинуться в бой и разорвать его. Будто не кушал два месяца, а тут «Сюда иди» кусок мяса, стейк хороший. Я и перед спаррингами так бегаю, может голодный волк такой.

— Что у вас были за проблемы на взвешивании?

— Все шло по плану, все шло очень хорошо, но последние 250 граммов не уходили, просто перестал потеть. Пришли вниз, говорят, что вот полфунта осталось убрать. И тогда Альберт Дураев просто засунул меня в ванну горячую, чуть меня не утопил, но сказал, что надо сделать это. Спасибо ему огромное. Я не умирал, ничего трудного не было, просто перестал потеть. Сказали, что такое бывает. Я пацанам говорил, может что-нибудь отрежем там, палец, или еще что-то.

— Вы держались за полотенце на взвешивании…

— Братан, когда ты настолько уставший и еще видел Минеева голым на взвешивании, не хочется так оказаться. Минеев еще славянский парень, бывал в бане без шорт, а у нас если такое сделать, в «Камеди клаб» пойдешь, в «ЧП Чечня». Все будут смеяться. Поэтому я держал полотенце, чтобы оно не упало. Мы проверили, я был в весе, был уверен. Но потом они сказали: «Подними руки, мы полотенце сами держим». Я поднял и сделал вес.

— У вас был непростой год, кто был самый главный человек в том, чтобы вы вернулись?

— Мой брат. Он многое сделал, чтобы мы были там, где мы сегодня. Он во всем был лучше меня раньше. Получше телом, получше здоровьем, он 110 кг где-то весит, и я всегда с ним боролся и хотел у него выиграть. Желание было такое, что, если один раз возьму балл у своего брата, всю жизнь буду гордиться, но потом он перестал бороться и сделал все, чтобы я был там, где я сегодня.

— В эту неделю многих интересовало, была ли у вас встреча с Хабибом или с кем-то из его команды. Вы же жили в одном отеле.

— Ислам вон выиграл (смотрит на телевизор, где идет бой Ислама Махачева. — «Матч ТВ»). С Исламом виделись, салам кинули друг другу. А с Хабибом тоже виделись, но там суета была, они вес гоняли. Хорошие пацаны, хорошо работу свою делают. Поздравляю, рад за них.

— Вокруг вас на протяжении этой недели было столько камер — не было мысли специально для прессы пожать руки с Нурмагомедовым?

— Конечно, почему нет. Он мусульманин, дагестанец, у меня очень много братьев дагестанцев, я их люблю. В интернете те, которые пишут такие вещи, болтают про нас плохое. Я не знаю, что у них в голове. Мы мусульмане. И даже не обязательно быть мусульманином, мы хорошие люди, он заработал для своей семьи хорошие деньги, я уважаю его за это, как и всех пацанов, кто делает свое дело хорошо, не страдают фигней, как знаешь, те, кто на улице сидят щелкают семечки. Достойные пацаны.

— Махмуд Мурадов не хочет выступать за Чехию, Рафаэль Физиев — за Кыргызстан, а у вас на рукаве сейчас шведский флаг. Вам по-прежнему нравится представлять эту страну?

— Да, потому что Швеция дала мне очень много. Моя семья там живет, люблю, как свою родную страну, у меня все друзья из Швеции. Все знают, что я представляю свою родину, у меня в сердце лежит Чечня. Многострадальный народ такой, я рад и горд за них выступать. Многое пережили — у кого-то брат умер, у кого-то мать, сестра. Сделать этих людей счастливыми, я горд этим. Когда мою руку поднимают, я знаю, что в этот момент моя маленькая страна гордится мной.

— У вас прозвище Борз (Волк с чеченского языка. — «Матч ТВ»), вы выходите под песни Тимура Муцураева, много говорите о Чечне. А было такое, что вам приходилось на английском или шведском что-то объяснять про вашу культуру?

— Нет, такого не бывает. Чечня — такая маленькая страна, а все ее знают. Нас как-то полицейский остановил и спрашивает, сколько у нас вообще населения. Я говорю: «Ну где-то два миллиона». Он говорит: «Вы такие знаменитые чеченцы, везде про вас говорят, а только два миллиона». Все знают горцев, мы доказали, что мы достойные люди. И будем доказывать. Не только плохими вещами. Было много чего плохого, но мы доказываем теперь и в спорте и в культуре.

Фото: © Вадим Тихомиров / Матч ТВ

— У вас был непростой год: Covid-19, операция на щитовидной железе. Сколько вы весили максимум за этот год?

— Сначала пошел вверх, был где-то 95 кг, много чего кушал, делать нечего было, но потом начал пахать, убивать себя в зале и вес вниз ушел.

Уходя Чимаев обратился к Волкову: «Брат, говори, «ай эм смэш эврибади» [я снесу любого] и все нормально будет». Волков рассказал иностранным журналистам, что ему сказал Хамзат.

Петр Ян вернул пояс для сына

Ян впервые в UFC прошел полный пятираундовый бой, и это был очень красивый бой в стойке с кикбоксером Кори Сэндхагеном. Яну дали бонус в 50 тысяч долларов и пояс временного чемпиона. Пояс Яна больше всего понравился сыну Даниле. Пока Петр ждал своей очереди на интервью, младший Ян играл на поясе в машинки.

— Хороший парень, хороший боец. — говорит Ян про соперника. — Вы, наверное, заметили, что у нас после боя не было какого-то неуважения, я уважаю его как человека. Момента, чтобы он меня потряс, не было, но шишки есть на голове.

— Кто это (журналист показывает на сына Яна)?

— Мой сын, я два месяца не видел семью, вот они прилетели на поединок. Было волнительно, что прилетело столько народу поддержать меня. Но семья — это дополнительная мотивация.

— Видите в ком-то конкурента для себя?

— Много достойных ребят, достойных соперников. Я говорил, если кого-то достойным считаете, скидывайте контракт. Готов драться со всеми, с любыми.

Я побил Стерлинга раз. Он бегает сейчас. Диллашоу болтает по поводу легитимности моего титула, но сам он читер пойманный [Ти Джей Диллашоу был уличен в употреблении эритропоэтина]. Я бы побил его.

Мне только 28 лет, я еще очень молод, мой менеджер мне говорит, что на эмоциях я говорю, что могу закончить карьеру до 30. Но я мог бы драться еще пять лет. Наверное, все равно будет не хватать возни вот этой, так что буду продолжать.

— У вас первый пятираундовый бой в UFC, до этого вы дрались только один раз пять раундов против Магомеда Магомедова в АСB в 2016 году.

— Пятираундовая дистанция — это моя дистанция. Я понимал, что если я раньше не попаду и не потрясу соперника, то он будет постоянно двигаться за счет своей работы ног. Его задача держать меня на дистанции, а мне нужно постоянно поддавливать, искать углы. Мы понимали, что после второго раунда должен переломиться ход поединка. Так и получилось.

— Во втором раунде Кори несколько раз ударил по печени. Прочувствовали эти удары?

— Он попадал, да, но я долго боксировал и знаю, что такое удар по печени: «Подождите, аккуратнее, локоточки пониже». Жозе Алдо бил гораздо сильнее.

Очень доволен своим углом, рад, что для этой подготовки взял своих ребят. Это простые ребята, с которыми мне по энергетике, по душе просто по кайфу. Они дисциплинированные. В углу было все четко, я понимал, кто говорит между раундами. Что во время отдыха мне подсказывает только один человек.

Это были ребята, кого я знаю очень давно. Я им написал: «Мне нужна ваша помощь, вы нужны мне рядом». И для меня было важно, что, если они приедут, они тоже получат какой-то опыт для себя, побудут у меня в углу.

— С вами стало сложнее поговорить, чем в 2015 году, у вас в инстаграме чуть больше дорогих машин, вы уверены, что это не звездная болезнь

— Не-не-не-не, звездная болезнь вообще не началась. Мне человек один сказал: «Тебя должно везде не хватать». Вот меня даже на себя, на семью бывает не хватает.

— В команде Алджеменйа Стерлинга тренируется Мераб Двалишвили, он борец и выступает в вашей же весовой категории. Не интересно было бы подраться с ним?

— Команда Стерлинга не интересует меня вообще. Вся команда их… с ними даже диалог вести не хочется. 

Читайте также: