Алексей Швед: «Первые деньги заработал, сдавая бутылки»

Алексей Швед: «Первые деньги заработал, сдавая бутылки»

В России стартовал баскетбольный сезон, но для самого яркого игрока страны Алексея Шведа он начнется на месяц позже. Лидер «Химок» восстанавливается после операции и нашел время поговорить с «Матч ТВ» о своей зарплате, отношении к критике и родителях.

– Номинация «Самая баскетбольная семья России» – точно ваша. Ваш отец Виктор Швед  заслуженный тренер России, мама Надежда – тоже баскетбольный тренер, старшая сестра Евгения — вице-чемпионка мира и Европы, участница двух Олимпиад. Выбор профессии в такой ситуации перед вами не стоял?

– Какой у меня мог быть выбор? Баскетбол я начал смотреть, еще когда мама играла. Правда, плохо помню – совсем маленький был. Сестры играли, папа был тренером. И, конечно, когда я начал только ходить, пришел, подобрал мяч и пошел играть с ним. Ни разу желания оставить баскетбол не было. Это большая и значимая часть моей жизни.

– Отец ведь пожертвовал своей карьерой ради вашей?

– Да, так и было. Папа тренировал польский баскетбольный клуб, за который играла сестра. В какой-то момент даже обе сестры играли. Команда завоевала медали чемпионата Польши, папе предложили новый контракт. Но он вернулся в Россию, потому что я подходил к возрасту, в котором надо начинать заниматься баскетболом. Я очень благодарен ему. Как и маме, и всей своей семье.

– Есть какая-то фраза отца, которую всегда вспоминаете?

– Их много. Я постоянно прислушиваюсь к папе. Знаю, что он мне желает только хорошего, как и вся семья. Он всегда говорил, что надо работать, тренироваться. С 6 лет я занимаюсь баскетболом. Когда не было тренировки, я шел на уличную площадку и играл в стритбол. Потом возвращался, шел на тренировку. То есть, получалось, что у меня с 6 лет тренировки были два раза в день. И до сих пор получаю такое же удовольствие, как в детстве.

В 14 лет я поехал в Санкт-Петербург, в интернат «Спартака», к Анатолию Штейнбоку (легендарный детский тренер воспитал олимпийских чемпионов Сергея Тараканова и Александра Белостенного, а также нынешнего президента РФБ Андрея Кириленко – «Матч ТВ»). Тяжело жить 14-летнему парню в городе, где рядом нет ни родных, ни друзей, с которыми раньше учился или играл в баскетбол.

– Тогда вы и повзрослели?

– Это был большой шаг. Когда живешь один в столь раннем возрасте, становишься независимым, самостоятельным. Ты ведь сам все делаешь. В Белгороде приходишь домой – тебя ждет ужин, теплая постелька и все остальное. Здесь – нет. У тебя есть только время, в которое нужно успеть поесть. Если поздно пришел с тренировки – все, ты не поел. Стирать полотенца, простыни – тоже все сам. В 14 лет, думаю, не каждый ребенок захочет это делать.

– Первая зарплата была в Санкт-Петербурге?

– Да, я получал там 50 долларов. Хотя первые деньги заработал раньше, когда сдавал бутылки. В 90-е все этим занимались. Покупал себе какую-нибудь шоколадку или картридж на «Сегу». Или джойстик. Я очень люблю компьютерные игры, с детства и по сей день.

– Опишите одним словом, что такое в 17 лет оказаться в ЦСКА.

– Восторг. Вот это слово подходит. Ты приходишь тренироваться с людьми, за которыми ты наблюдал с трибуны во время матчей ЦСКА. Они – твои кумиры. Первые несколько тренировок я стеснялся, но потом раскрепостился.

– Из восторга в реальность вернул тренер Мессина?

– Конечно. Взрослеешь намного быстрее в таких условиях. У тебя нет времени привыкать. Есть же разные ситуации перехода из юношеского баскетбола во взрослый. У кого-то этот период длится год, у кого-то 5 лет. У меня все произошло буквально за пару месяцев. В ЦСКА никто не будет ждать, смотреть, чтобы ты привык к мужскому баскетболу. Много людей стоит сзади тебя, которые хотят прийти и доказать, что они могут что-то. Буквально за пару месяцев я освоился. Старался показывать максимум. Это очень тяжело было сделать в 17 лет, рядом со звездами европейского баскетбола.

Родители всегда говорили, что ничего не дается легко. Всего нужно добиваться трудом, и все в этой жизни тяжело, если хочешь достичь какого-то большого результата. Так и было. Вообще-то когда в ЦСКА был выходной у основной команды, я шел играть и тренироваться с молодежкой. Помню, что у меня вообще не было выходных несколько месяцев. Но через это каждый должен пройти. Кто выдерживает, идет дальше, кто нет – тот остается на месте. Все просто.

– Только трудиться и все? В 17 лет – в мегаполисе с кучей соблазнов?

– Нет, почему же, я гулял. Главное, что нужно знать – нельзя идти гулять, если у тебя игра. Ты, конечно, можешь все равно пойти и повеселиться с ребятами – но потом выйти на тренировку и отбегать не на 100, а на 150 процентов, чтобы тренер не поверил собственным глазам. Показать, что работаешь сильнее, чем другие.

***

– С ЦСКА в 2008 году вы стали чемпионом Евролиги. Считаете этот титул своим?

– Хотелось играть, помогать команде. Но столько звезд было в тот момент, что как ни играй, шансы выйти на площадку практически равнялись нулю. Спросите в ЦСКА, вам подтвердят: претензий по тренировкам ко мне не было. Я всегда пахал. На двусторонние игры выходил с таким настроем, будто я не баскетболист ЦСКА, а соперник. Я должен был делать то, что обычно делает на площадке, например, Спанулис. Или еще какой-то игрок другой команды. Тем самым я помогал партнерам – Холдену, Лэнгдону. И в матче им было легче играть против тех, кого я «изображал».

Да, потом приходилось слышать: «Он не играл, а получил титул». Но какая разница сейчас? Я – чемпион Евролиги. У нас была отличная команда, отличная атмосфера. Мы с ребятами общаемся. Редко, конечно, видимся, потому что многие завершили карьеру, живут в других странах. Но все равно пересекаемся, есть что вспомнить. У нас была суперкоманда.

– Финал Евролиги в 2012-м, когда ЦСКА упустил 21 очко преимущества, – самый кошмарный матч в карьере?

– Я уверен, сыграй мы с «Олимпиакосом» еще 10 матчей, выиграли бы все 10. Но это был их день: греки играли как будто вшестером. У них все стало получаться во второй половине. До перерыва ничего не могли сделать, а после стали забивать какие-то сумасшедшие броски: через руки, через голову. Очень тяжелое было поражение. А в тот же год еще как-то надо было готовиться к Олимпиаде. Но бронза Лондона все исправила.

– После поражения в Стамбуле вы плакали. Впрочем, как и многие игроки в той раздевалке. Обычно долго переживаете поражения?

– Мы такие же люди, переживаем эмоционально. На площадке можно выглядеть уверенным и сильным, но всегда есть опасность таких моментов. Ты весь год работаешь ради этой победы, а потом вот так проигрываешь в финале. Это убивает. В спорте бывают победы и поражения. А еще бывают поражения в финале с разницей в одно очко.

 Но после бронзы Лондона в том же 2012-м у вас сбылась мечта детства – сыграть в НБА. Сильно волновались?

– Не особо. Может быть, совсем капельку. Я вообще очень редко волнуюсь: на площадке мне все равно, кто будет передо мной. Не страшно, за редкими исключениями. Да, может быть, НБА – как раз тот случай. С детства смотрел эти игры: интернета не было, брал кассеты, вставлял в видеомагнитофон и пересматривал раз по двести. А потом пришел в эту лигу и понял, что кто-то из этих людей закончил, а кто-то – твой партнер по команде. Переживал чуть-чуть разве что в первом матче в НБА, а после этого – нет. Волнение мешает играть в баскетбол, без него легче. Леша Швед думает, но Леша Швед не переживает.

 Вне площадки вы так же уверены в себе?

– Стараюсь быть уверенным, но иногда бывают моменты, когда стесняюсь. Нужно всегда быть уверенным, поставить цель, идти к ней и ни за что не сходить с тропинки, которую ты себе выстроил. У меня есть друг, и у него любимое выражение: «Или ты ешь мясо, или ты сам мясо». В этой жизни нужно быть сильным. Ты не должен уступать кому-то, должен биться за свое место. Каждый день ты приходишь на тренировку и понимаешь, что многие хотят быть на твоем месте. Но ты просто не можешь дать им это. Каждый день ты должен приходить тренироваться, работать и быть сильнее на голову, на две головы, на три. Чтобы просто не пришли и не забрали твое место. Желающих много.

***

– Это правда, что вам плевать на мнение окружающих?

– Так и есть, ты же не можешь угодить всем. Нет такого человека, которого любят все. Есть люди, которые ненавидят тебя, хотя ты им ничего не сделал и вообще они тебя не знают. А есть люди, которые тебя любят. У меня есть много друзей, семья, жена – хватает любви. Так что я вообще не переживаю, когда кто-то говорит обо мне какую-то гадость. Я могу повернуться, улыбнуться ему, пожелать здоровья и пойти дальше.

https://www.instagram.com/p/dkTLamuPxd/?taken-by=shved.1

– Что, даже не читаете комментарии в интернете?

– Нет. Просто можно авторам этих комментариев попробовать хотя бы в течение месяца делать то же, что и мы. Когда тренируешься два раза в день, когда нет времени никуда сходить, никуда съездить, потому что у тебя все время либо тренировка, либо игра. Не факт, что раз в неделю будет выходной. Если слушать всех подряд – не поймешь, где правильная мысль, а где нет. Я просто делаю свою работу, а то, что говорят у меня за спиной – плохое или хорошее – это их личное мнение.

– Одним из самых популярных баскетбольных запросов в гугле на русском языке до сих пор остается ваша зарплата в «Химках».

– Да откуда гугл знает, какая у меня зарплата? Вот скажите, кто-то видел мой контракт или что? Я могу сейчас сказать, что у меня зарплата 20 миллионов – и все будут об этом говорить? Ребята, какая мне разница. Я выхожу на площадку и работаю. Если у меня что-то есть, значит, я заработал на это. Но, видимо, такое время пришло, что людям интереснее обсуждать не Олимпиаду или красивые моменты, а то, сколько у кого-то тачек и сколько денег.

Чем считать деньги, лучше приходите на мои игры. Да и не только на мои, вообще на баскетбол. Потому что баскетбол – это одна огромная семья. Даже если мы соперничаем на площадке друг с другом, то вне площадки мы общаемся с ребятами, созваниваемся, переживаем друг за друга. Много болельщиков приходит, нас поддерживают. Конечно, критикуют – и иногда есть за что. Но мы их тоже очень любим, без них мы не играли бы так эмоционально и красиво. Они кричат, поддерживают нас, им огромное спасибо за это. Пускай все придут на баскетбол и убедятся, что это лучшая игра с мячом.

– Прошлый сезон «Химок» многие называли сезоном разочарований. А вы?

– Я очень огорчен. Но после такого сезона ты становишься сильным, и в этом году будем совсем другой командой, поверьте. Вообще с каждым годом я чувствую, что становлюсь только сильнее и умнее во всех отношениях. В том числе и в баскетбольном. Несколько лет назад стал замечать, как меняется моя игра, как я стал по-другому мыслить на площадке.

***

– Есть матч, который вы пересматриваете?

– За бронзу Олимпиады. Я, конечно, помню каждый момент той игры, но все равно пересматриваю – то нарезку, то игру целиком. Почти никто не верил, что Россия может победить Аргентину. Никто, кроме нас самих, близких родственников и болельщиков. Но я и все ребята, выходя на паркет, были уверены, что завоюем медаль. Это был день закрытия Олимпиады, и сборная России никогда не проходила на Играх так далеко. Сказали сами себе, что сегодня не уйдем с площадки, если проиграем. Мы сыграли отлично как команда, и те эмоции до сих пор не утихли внутри.

Эта олимпийская медаль – в первую очередь заслуга моих родителей. Знаю, как они переживали, болели, нервничали. Я просто не мог к ним вернуться и сказать, что занял 4-е место. Слава Богу, этого и не произошло. Никогда не забуду тот момент, как мы вышли на пьедестал и как поднимался флаг России. Такое запоминается на всю жизнь. Каждое движение любого, кто стоял рядом – все это помню.

Выступая за сборную, ты не получаешь каких-то денег или привилегий. Просто приезжаешь – и играешь. В этом году ребята отлично выступили в отборе на чемпионат Европы. Жаль, что я не добрался до официальных матчей – участвовал в подготовке с первого дня, но за полторы недели до турнира пришлось лечь на операцию. Виталик Фридзон тоже не сыграл из-за травмы, но знаю, как он переживал и рвался в бой. Даже был готов приехать на последний матч в Краснодар. Хотя работа, которая его кормит, – в клубе, а не в сборной.

Видеоверсия интервью с Алексеем Шведом и другие материалы – в свежем выпуске тележурнала «Вид сверху» 5 октября в 16:15 на канале «Матч! Наш спорт»

Текст: Надежда Перепечко

Фото: РИА Новости/Евгений Биятов, РИА Новости/Юрий Боград, РИА Новости/Григорий Сысоев, РИА Новости/Алексей Филиппов, РИА Новости/Илья Питалев

Поделиться в соцсетях: