«Нервяки, стресс, конечно, были. То отпускало, то накатывало». Шубенков — о победе на ЧР и снятии обвинений

«Нервяки, стресс, конечно, были. То отпускало, то накатывало». Шубенков — о победе на ЧР и снятии обвинений
Сергей Шубенков / Фото: © РИА Новости / Александр Кондратюк
Беседует Сергей Лисин.
  • Сергей Шубенков выиграл 110 метров с барьерами на чемпионате России в Чебоксарах с результатом 13,37.
  • При этом в полуфинале, за полтора часа до финального забега, Шубенков показал 13,24, и это лучший результат сезона в Европе. Лучший результат в мире — 13,01 — принадлежит Омару Маклеоду, ямайец пробежал так во Флоренции 10 июня.
  • Учитывая, что за день до начала ЧР, 22 июня, с Шубенкова были сняты обвинения в нарушении антидопинговых правил, состояние спортсмена и его готовность, конечно, вызывали огромный интерес. После финиша Сергей подвел итог своему выступлению на ЧР и рассказал подробности того, как развивалась история с обвинениями, которая длилась всю зиму и весну.
Открыть видео
— Я в расстройстве. Ну как — в полуфинале бежать хорошо, а в финале сделать непонятно что. Так нельзя.

— Разозлит этот забег?

— Не люблю злиться на соревнованиях, люблю, когда мне хорошо и приятно, я удовольствие получать люблю. Сегодня не реализовался, не получилось, но в спорте всякое бывает. Перенервничал я, столько фальстартов было, протестов.

— Какой результат сегодня мог быть?

— Где-то 13,15.

— Жара не могла повлиять на результат и состояние?

— Не так радикально. Водичку пей, и все будет нормально. Я, конечно, не люблю жару, терпеть не могу, но у меня самые быстрые секунды примерно по такой жаре и были всегда. Тренер сказал, что я не только засиделся, а вообще все медленнее сделал по дистанции.

— Собираетесь еще стартовать перед ОИ?

— Если будет статус, то собираюсь, пару стартов сделаю. О самом статусе, честно, вообще стараюсь не думать. Хотел пробежать здесь хорошо и красиво, и из-за этого [что не удалось] расстроился.

— Хорошее настроение начала недели, после снятия обвинения, немного испортилось?

— Настроение не то чтобы было хорошее. Просто тебя словно сжимали, сжимали, а затем отпустили, и все закончилось. Какой-то эйфории у меня не было.

— Поздравлений с оправданием много было?

— Как с победой на чемпионате мира примерно.

— Иностранцы поздравляли?

— А мы Дарью Клишину считаем иностранкой? (Смеется.)

— Беспокоитесь, что статус не дадут?

— Да ну нет. Это уже будет совсем некрасиво с их стороны. Они же сами признали, что все нормально, что я не виноват, а затем так подленько… Я ничего загадывать не хочу, все может повернуться самым разным образом, как показывает практика. Но это было бы совсем некрасиво.

— Фраза «Прогуляемся в суд» в инстаграме реальна или это было просто на эмоциях?

— Мне пока что есть чем заняться, но исковая давность еще не вышла, поэтому — вопрос открытый.

— Результат Маклеода 13,01 беспокоит?

— Он показал его на «Бриллиантовой лиге», это нормально, не беспокоит. А вот Хэллоуэй, зараза, не выезжает никуда. Посмотрим, как он пробежит на отборе в США, он вообще не любит выезжать из Штатов.

— Зима прошла под давлением из-за этой истории. Обычно зиму вы пропускаете и реализуете какие-то тренировочные задачи. Насколько тяжело было это делать в той ситуации?

— Сложно. Нервяки, стресс, конечно, были. Но глобально с точки зрения тренировок, хочется думать, что не повлияло, объективно. Потому что временное отстранение на меня не накладывали. Но стресс был такой… то отпускал, когда процесс по делу шел, то накатывал, когда мне какое-то письмо пришлют, где какие-то документы запросят. А эти ребята — бюрократы до ужаса, все по бумажкам. Когда дело принесли в трибунал, оно составило около ста листов.

— В слушаниях участвовали? Насколько это было трудно?

— Да, я все делал. Но сами слушания — это как экзамен в универе, по-английски поговорить. Я общался без переводчика, а вот супруга воспользовалась его услугами. Но ничего на самом деле не было, никто палкой не стукал, не крысился, асфальт не грыз. Все прошло благопристойно.

— Как развивалось дело?

— AIU изначально приняли нашу позицию, что это было ненамеренно. Приняли, что я российский спортсмен и говорю, что это лекарство, прописанное врачом (смеется). И принес справку от врача. Как вы думаете, насколько быстро российскому спортсмену поверят? Но закончилось все тем, что мне поверили, бумаг, правда, пришлось предоставить очень много. А спор был об определении степени вины, и если бы хоть какая-то степень вины моей была установлена, то последовали бы санкции. И на слушаниях решали именно это.

— AIU представлял Росс Венцель. Как он себя вел?

— Скажем так, спорил по-честному, уточнял определения, приводил прецеденты, пытался все это увязать, разложить. Не цеплялся за мелочи, детали, не стремился ловить на разночтениях.

— Давайте вернемся к сегодняшнему бегу. Забудем про старт. Что еще не получилось?

— Дело действительно не только в реакции. Бег в принципе ни о чем, грязный, некрасивый и не мой. Я немного эмоционально перегорел. Закончилось бы все полуфиналом, все было бы отлично. Я и на разминке сегодня очень нестабильно разбегался, то до первого барьера пробегал за 2,00, то за 2,15, за семь шагов по полторы десятых секунды разброс был, собраться не могу.

— И все-таки если дадут статус, то следующая «Бриллиантовая лига», где будут барьеры, — Гейтсхед. Ждать вас там?

— Не буду говорить, боюсь спугнуть.

Сергей Шубенков / Фото: © РИА Новости / Григорий Сысоев

Читайте также: