«Я ничего плохого не сделал СКА, чтобы со мной так поступили». Куда пропал Евгений Артюхин

25 декабря два клуба КХЛ хотели забрать из СКА 32-летнего Евгения Артюхина, но в итоге вот уже два месяца самый фактурный русский нападающий (рост 195 см, вес 116 кг) сидит без работы. Как это получилось, Артюхин рассказал в интервью Matchtv.ru.


 Расскажите, как вы провели 25 декабря – последний день, когда в КХЛ были возможны обмены.

– В ночь мы приехали из Магнитогорска в Уфу. Утром я встал, обновил ленту новостей и сразу увидел заголовок: «СКА планирует расторгнуть контракт с Артюхиным». Набрал агенту, он сказал, что сейчас выясняет этот вопрос. Потом перед тренировкой вывесили состав на завтрашнюю игру – моей фамилии там не было. После этого я поговорил с генменеджером клуба Андреем Точицким и главным тренером Сергеем Зубовым. Мне сказали не тренироваться.

В этот момент уже пошли разговоры о вариантах обмена. Мой агент параллельно договорился с Новосибирском. То есть даже за такой короткий промежуток времени у нас возник готовый вариант. Потом я купил билет и в шесть утра следующего дня прилетел в Петербург в полной уверенности, что перешел в «Сибирь». Сразу после прилета лег спать. Я думал тем же вечером вылететь в Новосибирск. Но, когда проснулся, узнал, что СКА не успел подать какие-то бумаги (26 декабря СКА расторг контракт с Артюхиным, уточнив, что предлагал игроку варианты обмена до закрытия трансферного окна – Matchtv.ru).

 Когда поняли, что в этом сезоне больше не сыграете?

– Когда прошел дедлайн, еще была надежда. 25 декабря выпало на пятницу. Мне говорили, что СКА отправил бумагу, но это попало на выходные дни, – и в понедельник в лиге посмотрят, увидят дату исходящего сообщения и примут решение в нашу пользу. В понедельник-вторник надежда еще была, но потом я уже понял, что все. Никто не разбирался, какое там было время.

 В заявлении пресс-службы СКА говорилось, что все документы о вашем переходе в «Сибирь» были готовы в срок к отправке в лигу, но без вашего согласия это было невозможно.

– Я удивился этому заявлению. Мы уже достигли договоренности с генеральным менеджером «Сибири» Кириллом Фастовским. Все было в финальной стадии: «Сибирь» выслала мне контракт на почту. Оставалось только дождаться бумаг из Петербурга. И я правда не понимаю, какого согласия ждали от нас в СКА, если я уже согласился перейти в «Сибирь».

 После отставки Андрея Назарова ваше игровое время в СКА резко сократилось: в среднем при Зубове вы проводили на льду 6 минут 16 секунд и выходили всего на 9 смен за матч. Вам было сложно с новым тренерским штабом?

– Сергей Зубов сказал, что хочет видеть меня в команде и что он обеими руками за меня. Так что это было не его решение расторгнуть со мной контракт. У нас сложились хорошие отношения. Я практически всегда попадал в состав, хотя у команды очень длинная скамейка и частая ротация. Я благодарен всем тренерам СКА за то, что они меня поддерживали, хотя моя статистика была очень плохой.

Это вообще получилось худшее начало сезона в моей карьере. Никогда такого не было. Когда у тебя 0+3 за 35 матчей, это действует угнетающе. Ты ждешь каждой игры с надеждой, что сейчас сможешь забить и после этого прорвет. Потом видишь пустой угол, бросаешь туда – и попадаешь в штангу или во вратаря.

В регулярном чемпионате-2011/2012 Артюхин забил за СКА 16 голов в 47 матчах, причем отличался даже в меньшинстве:

Можно сколько угодно говорить, что не все измеряется статистикой и что где-то важно бросок накрыть, в обороне отработать, но люди все равно всегда смотрят у нападающего количество голов и передач. И сложно исправить эту статистику, если за игру ты выходишь на шесть минут. Я надеялся, что после Нового года все нормализуется, потому что я всегда ближе к плей-офф расхожусь и лучше играю.

 У вас был очень странный матч с «Барысом« в ноябре. Вышли на лед, подрались с Рыспаевым – и больше на площадке не появлялись. Ваше игровое время: 10 секунд. То есть все выглядело так, будто вас выпустили только ради драки.

– Возможно, тренеры решили, что мне лучше не выходить больше на лед, чтобы избежать провокаций и дальнейших драк. Здесь все просто: у меня был контракт со СКА – и какую роль мне отвел тренер, ту я и играл. Я вышел на лед и решил для своей команды проблему.

Команде это было надо – и я это сделал, пусть со стороны это и смотрится так, как если бы я был тафгаем. А то, что я был готов играть дальше, но меня не выпустили на лед,  это уже мои личные переживания.

 Но вот из-за таких ситуаций закрепляется мнение о вашей одномерности.

– Есть такое. Тренеры считают, что я могу схватить лишние две минуты и подвести команду. И говорят: «Женя, аккуратнее, не удаляйся». Но тут же судья может дать мне две минуты там, где другого игрока не удалил бы, потому что за мной закрепился этот стереотип и потому что я физически крупнее большинства хоккеистов лиги – и любое столкновение трактуется не в мою пользу.

Удаление Артюхина в предпоследней игре за СКА было реализовано соперником. В последней игре было так же.

 Если тренеры СКА были за вас, то кто был против?

– Руководство клуба.

 Несправедливо получилось?

– Да. Это на сто процентов несправедливо. Я считаю, что такого отношения не заслужил. Мне казалось, что я не сделал команде ничего плохого, чтобы со мной могли так поступить. Ведь вряд ли решение убрать меня пришло в последний день перед дедлайном. А значит – можно было сделать все это раньше и дать мне возможность продолжить играть. Но в последние часы перед дедлайном мне предложили выбор: либо обмен в «Витязь», либо расторжение контракта.

 Почему вы не хотели в «Витязь»?

– К «Витязю» у меня нет абсолютно никакого пренебрежения. В этом клубе я начинал свою карьеру, у меня там много друзей. Критерий был простой: я хотел сыграть в плей-офф, а «Витязь» туда не попадал. Тем более был вариант с «Сибирью»: меня хотели видеть в Новосибирске – и я был рад этой возможности. В СКА сначала дали добро, но потом передумали. Если бы я пошел в «Витязь», сезон для меня закончился бы уже в этот четверг.

 Став свободным агентом, рассматривали варианты с Европой, НХЛ?

– Европу – нет. Это не особо интересно. В НХЛ был диалог с несколькими клубами, но мы не смогли договориться. Люди долго не видели меня в деле: в сборную я не вызывался, а за европейским хоккеем там не так пристально следят. С одним клубом НХЛ мы были на стадии обсуждения контракта, но не сошлись по условиям. Не получилось – и ладно. Считаю, что за это время полноценно отдохну, восстановлюсь. Я чувствую, что мне нужна была перезагрузка.

Весь январь я тренировался, рассчитывая, что смогу продолжить в НХЛ. Когда стало понятно, что сыграть в этом сезоне не получится, я на десять дней выбрался в Таиланд – на Пхукет.

 Пхукет сейчас – центр спортивного туризма, там много тренировочных лагерей. Не тренировались там?

– Была такая мысль, у меня есть много знакомых, которые ездят туда именно потренироваться. Но я приехал и понял, что хочу просто эмоционально разгрузиться после всех этих событий: побыть на солнце, зарядиться витаминами. Так что я просто несколько раз сходил в зал, чтобы не заплыть. А вернулся в Москву – и теперь постоянно тренируюсь, не выключаясь.

 Как сейчас выглядит ваш день?

– С понедельника по пятницу по утрам хожу в зал. Два основных направления работы: штанга и кардио. У меня сейчас нет задачи выйти на пик формы, я формирую базу физподготовки. Поэтому веса на штанге небольшие: жим делаю со 100 кг, приседания – 100-120. Кардио – либо велотренажер, либо эллипс, потому что бегать с моим весом противопоказано для суставов. В хоккей играю два раза в неделю с любителями. Ближе к предсезонке мы как обычно начнем с профессиональными хоккеистами арендовать лед – там уровень будет уже подходящий и количество и качество занятий на льду вырастет.

 До начала предсезонки еще почти пять месяцев. Как планируете их провести?

– Вообще идей по функциональной подготовке много. Думаю практиковать кроссфит, потому что в сезоне не особо получается, а сейчас на это появилось время. Я знаю руководство бойцовского промоушена Fight Nights. И есть мысль попробовать ходить на кроссфит в зал к их бойцам.

 Вы обычно в межсезонье боксом занимались. Сейчас говорите, что кроссфитом хотите заниматься в зале с бойцами. Люди прочтут и будут думать: »Все понятно, Артюхин готовится драться».

– Чтобы люди понимали: просто пять месяцев ходить каждый день в зал и делать одно и то же – это монотонно, не хватит эмоций, придется себя заставлять. Поэтому важно менять вид двигательной активности, чтобы тренировки в межсезонье были в радость. Можно было бы играть в футбол, но там очень высокий травматизм. Для ребят помельче хорош теннис, но с моей комплекцией теннис чреват травмами коленей, голеностопа. Поэтому я ищу другие способы держать себя в форме и внести разнообразие в тренировки. Точно так же можно заниматься и борьбой. Я сам из борцовской семьи – и знаю, какую выносливость развивают единоборства, как хорошо они поднимают функциональную готовность. Так что для меня это просто разновидность фитнеса.

 Шесть месяцев до следующего официального матча – это долго?

– Я думаю, время быстро пролетит. Через два месяца кончится плей-офф, потом чемпионат мира – и там уже 50 дней до начала предсезонки в клубах. Пока у меня нет понимания, в каком клубе я буду играть в следующем сезоне. Но предсезонная подготовка у меня уже идет.

Автор: Александр Лютиков

Фото: КХЛ

  • sportbox.ru
Присоединяйтесь к нам в социальных сетях