«Я был уверен, что все куплено». Попасть в телевизор через конкурс комментаторов

«Я был уверен, что все куплено». Попасть в телевизор через конкурс комментаторов

Четыре года назад Карен Адамян обошел 5 тысяч конкурентов и стал одним из победителей конкурса комментаторов. Сейчас он ведет на «Матч ТВ» авторскую рубрику Moneyball. В интервью Matchtv.ru Карен рассказал, какое испытание в конкурсе было самым трудным, почему он дрался во время трансляции, а также много других историй, которые подтверждают, что конкурс комментаторов «Матч ТВ» – отличный шанс исполнить свою мечту.

О шпаргалках

– Меня достают сообщениями: «Карен, помоги! Как стать комментатором?» Иногда это бесит, а иногда думаю, что и правильно. Просыпаюсь несколько дней назад, а у меня сто сообщений в личке: «Карен, что писать в шпаргалке? Как она должна выглядеть?» Думал, что-то случилось. Наверное, Губерниев сказал, что шпаргалка – главное в конкурсе. Когда в 2012-м я сам отправлял запись, никакими подсказками не пользовался. Хотя в комментариях все равно писали: «Да он по бумажке читает».

Людям на вопросы я отвечаю, но уверен, что советы никому не помогут. Здесь ты сам за себя. Самый главный совет тем, кто решит участвовать, – нельзя стесняться. Когда вы говорите, что чего-то боитесь, представьте, что вам лет семьдесят (или восемьдесят, или девяносто), вы лежите и умираете. И думаете о шансах, которые упустили: познакомиться с девушкой, поучаствовать в конкурсе, который мог изменить вашу жизнь, ударить кого-то. А вы это не сделали. Так что расслабьтесь и получайте удовольствие.

Важно быть готовым к шансам. Иногда люди просто хотят быть комментаторами и ничего для этого не предпринимают. Я в 14 лет пошел на курсы веб-дизайна и сделал сайт об итальянском футболе. До этого работал дворником: школа предлагала грязную работу, мы с друзьями согласились, и нам раздали метлы. Тогда я понял, что лучше зарабатывать умом. И каждый день приближал себя к цели. К девятнадцати годам, когда был конкурс, уже работал в Оренбурге на «Европе Плюс», озвучивал фильмы и сериалы в интернет-студиях, вел аудиотрансляции. Даже в Новотроицк ездил – где-то на сайте Рамблера хоккей с мячом комментировал. Долго мучил одного мужика, говорил, что хочу работать. Он меня туда и отправил. Слушали тот эфир человек шесть: мама и пять родственников.

Еще я играл в КВН. Наша самая смешная шутка вряд ли покажется смешной в текстовом виде, но она звучала даже в премьер-лиге. Программа «Спокойной ночи, малыши», у ведущего чешется рука. Он начинает чесаться зайцем об стол, а другой рукой пытается это остановить. Мы этим поймали «лесенку» – так говорят, когда зал несколько раз подряд смеется.

О жизни до конкурса


– Я родился в Армении, в Гюмри. За несколько лет до моего рождения случилось землетрясение. Родители поняли, что если не уедут, то ни у меня, ни у сестры не будет ничего хорошего. Они поселились в Оренбурге и стали торговать обувью. Рассуждали так: Россия, холодно, сапоги нужны. Первое время никто не планировал там задерживаться, но в итоге мы остались в Оренбурге на 19 лет. В Москву я переехал, когда мне было 20.

Комментатором я мечтал стать лет с 14: слушал репортажи Вовы Стогниенко об итальянском футболе, болел за «Рому». Бабушка разрешала делать звук погромче, хотя было уже поздно. В конкурсах комментаторов от «НТВ-Плюс» я участвовать не мог, потому что мне еще не было 18. Но я все равно отправлял аудио. Мне даже Олег Пирожков на форуме ответил, что все неплохо, но ничего не получится. А потом я Арустамяну написал в «ВК» – несмотря на то, что мы не были знакомы: «Нобель, так и так, как мне стать комментатором, если не могу участвовать в конкурсе?» Он ответил, что конкурс – не панацея, у каждого свой путь. Тем не менее, через два года у меня все получилось именно через конкурс.

О конкурсе в 2012 году

– На первом этапе нужно было озвучить небольшой видеофрагмент. Я отправил заявку в последний день и с третьей попытки. В первый раз все отлично записал, но видео не отправилось. Очень разозлился, зато голос прорезался. Хотя повода кричать особо не было: просто повозил мяч, рассказал какую-то интересную историю.

Читаю сейчас комментарии про новый конкурс – пишут, что все заранее решено. Четыре года назад я писал бы то же самое и голосовал бы точно так же. Никогда не думал, что такие конкурсы бывают честными. Был уверен, что все куплено. Но если не ввязаться, то никогда и не узнаешь правду. Когда я начал получать первые отзывы, стал понимать: «Так-так-так, что-то может получиться». По итогам голосования был первым – среди кучи людей, пяти тысяч участников.

Потом надо было отработать матч в паре с профессиональным комментатором. Мне досталась игра «Эвертон» – «Рединг», сенсеем был Юрий Дудь, а все это транслировали на «Спорт 1». Во время игры был эпизод, когда я назвал песню группы LMFAO и думал, что ее все знают – все-таки на «Европе-Плюс» работал. А Дудь переспросил: «Что? Какая группа? Какая песня?» Еще мне казалось, что в эфире я говорил достаточно много, но друзья сказали, что Дудь не давал мне слова. На обсуждении кандидатов Юра меня покритиковал, но отметил старание. А когда конкурс закончился, прислал эсэмэску с поздравлением.

О бильярде

– В том конкурсе я занял второе место, из-за чего был очень зол. Победил Саша Логинов – он сейчас на «Матч ТВ» ведет новости. Мне дали диплом победителя, ему тоже, мы оба поехали на Евро, где попали на игру Россия – Греция. Но официально, когда Вова Стогниенко зачитывал вердикт, сказали, что победитель Саша Логинов. Так получилось, потому что в финале я завалил бильярд. Задание было такое: мы стояли перед жюри и комментировали какую-то случайную картинку. Мне дали бильярд, который я знать не знаю. Было потрясающе, когда я сказал: «Мячик закатывается в лунку». А там не мячики, а шары, не лунки, а лузы. Еще сказал, что счет становится 1:1. После этого играть в бильярд не буду никогда.

До сих пор не согласен, что в конкурсе футбольных комментаторов надо было комментировать такие виды спорта. Нельзя быть крутым во всем, надо сосредотачиваться на чем-то одном и делать это классно. Кроме футбола, я могу комментировать теннис. Люблю его, занимался им, однажды комментировал игру Роджера Федерера – это было счастье.

В моей практике был только один непредвиденный случай – мы тогда жили в Оренбурге. Я еще занимался текстовыми трансляциями, комментировал хоккейный матч. В окно увидел, что к машине папы стал приставать какой-то пьяный мужик. Я выбежал и полез в драку – мы завалили его, пытались отвести в отделение. Сестра смотрела на все это и говорила, что это выглядело смешно. Я опоздал на второй период, но, к счастью, никто не заметил, что меня все это время не было.

О форматах

– Телевидение и ютьюб – совершенно разные вещи. В интернете нужно ценить время людей и делать все быстро. Ролики на полтора часа никому не нужны. Но я люблю телевидение и хочу делать как можно больше. Поэтому не вылезаю из «Останкино». Представьте: с момента, когда запустился канал, рубрика Moneyball не выходила в эфир только два раза – собственно 1 ноября, потому что в этот день был траур, и еще однажды. Это немножко сводит с ума, но я привык. Воспринимаю происходящее как миссию: Moneyball – единственный проект, который перекочевал с «России-2». Выживший, можно сказать! В нем мы стараемся иди в ногу с новостями. После «Оскара», например, сделали выпуск о самых кассовых спортивных фильмах. Есть бессрочные темы, тогда мы записываем наперед несколько выпусков. Был день, когда записали сразу четыре. Не могу сказать, что это утомительно. Съемка одного эпизода занимает минут двадцать – это если нет технических сбоев. Каких? У меня в руках айпад, я сам все листаю, приближаю. И бывает, что вай-фай тормозит.

Влог на ютьюбе я делаю с большим удовольствием. Многие интересуются, как куда-то там попасть. И я решил показать этот мир, чтобы влюбить в него остальных. Они думают, что в телевизоре все подонки, а я показываю людей абсолютно нормальными. Недавно слепил 50-минутный выпуск, в итоге оставил 27. Вообще стремлюсь к сериальному формату: хочу, чтобы люди могли есть и при этом смотреть выпуски. Из-за того, что несколько раз менял название шоу, мне в шутку говорили, чтобы я и дальше выпускал каждую серию под своим именем. Но я определился: будет «Антураж». Есть же сериал «Антураж». Его у нас перевели как «Красавцы», а я, можно сказать, сделал продолжение.

О командировках


Никогда не забуду поездку в Пешелань – поселок, о котором никто ничего толком не знал. Там была команда, которая в Кубке России чуть не грохнула «Шинник». Я вычитал эту историю в тексте Влада Воронина и загорелся. В конце там был крутой момент: после игры в раздевалку пришел тренер «Шинника» Побегалов и сказал такую фразу: «Выиграли мы, но настоящие герои – вы». Это было как в кино: ребята-любители вели в счете, могли победить. Сюжет в эфире давали дважды!

Не хочу показаться Нострадамусом, но когда мы прошлой осенью летели в Париж, я в самолете пробил по новостям, что там вообще происходит. Сижу, читаю: авианосец «Шарль де Голль» отправился к берегам Сирии. И когда был этот момент со взрывом, кому-то показалось, что взорвалась петарда. Но это было очень громко! Не описать словами, когда ты читаешь пост Breaking News от CNN о теракте у «Стад де Франс», где сам находишься, потом – BBC, потом – Sky. А потом французы начинают что-то обсуждать: «теракт», «заложники»…

Я сразу позвонил родителям и сказал, что у меня все нормально. Попросил папу, чтобы он ничего не говорил маме. Но она все равно узнала и, когда папа отошел в другую комнату, стала плакать. Сейчас пытаюсь об этом не думать. Террористы же хотели пройти на стадион и могли взорваться на любой трибуне. А каково тем людям, которые выжили в клубе? Чтобы их не добивали, они притворялись мертвыми. Такие моменты тебя меняют. И точно так же они изменили меня. Через несколько часов после штурма я поехал к клубу, где проходил тот концерт. Нужно было выйти в эфир. Никакой обязанности – я все-таки не военный журналист, просто не мог иначе. Это тоже нечто из разряда «миссия принята»: ты здесь, людям нужна информация. Не все бы согласились. Но так уж получилось.

Там было огромное количество журналистов, полиция. Я ехал на такси. Мне нужен был бульвар Вольтера, дом 50. Но таксист довез до сотого дома и сказал: парень, дальше сам. И вот я шел эти пятьдесят домов и думал: «Что я здесь делаю?» То есть я понимал, что нахожусь в месте, где недавно был совершен теракт и что по улицам, возможно, ходят террористы с автоматами. Там же все было перекрыто: ленточки, подходы к улицам заблокированы. А больше всего поражало, что были люди, которые шли туда на работу. Некоторые подсказывали дорогу. Родители потом говорили, что я дурак. Может быть, и так, но я должен был это сделать. В ту ночь выходил на связь со всеми, кто обращался.

О мотивации


Часто слышу от людей, которые работают на телевидении: «Как же задолбало все – так много трансляций». Да в этой стране столько людей, которые хотят быть на твоем месте, они бы все за это отдали! А ты говоришь, что устал? Мне трудно это понять. Последний раз я комментировал месяц назад – и это убивает меня изнутри. Трансляция матча – те два часа, когда я по-настоящему счастлив. Как бы это ни звучало. Весь мир куда-то уходит: ощущение полной гармонии.

P.S. Через два часа после разговора стало известно, что 13 марта Карен Адамян будет комментировать игру «Удинезе» – «Рома».

С момента запуска «Матч ТВ» один из самых популярных вопросов формулировался довольно просто: «Как попасть к вам на канал?» Сегодня шанс стать частью нашей команды появился у каждого. Все просто: участвуйте в конкурсе комментаторов «Матч ТВ».

Текст: Ярослав Кулемин, Глеб Чернявский

Фото: страница Карена Адамяна «ВКонтакте» 

Поделиться в соцсетях: