«Поехать в джунгли одному – самоубийство. Зачем – чтобы меня съели?» Играть в футбол в Индонезии и быть счастливым

«Поехать в джунгли одному – самоубийство. Зачем – чтобы меня съели?» Играть в футбол в Индонезии и быть счастливым

Латвийский вратарь Денис Романов играет в Индонезии больше пяти лет и не собирается уезжать. В интервью Matchtv.ru 37-летний голкипер рассказал, как его спасали от смертельно ядовитой змеи, чем может закончиться поход к папуасам и зачем один миллионер спонсировал все команды местной лиги.

 

Беглый поиск информации о футболе Индонезии создает мутное впечатление: вместе существуют две высшие лиги, которые по очереди то открывают, то закрывают. При этом на стадионы ходят толпы, а важные матчи собирают под 90 тысяч зрителей. Есть пара ярких историй про местный чемпионат: одна – про фанатов, другая – про коррупцию. Если первая обычная – болельщики могут избить арбитра и поджечь ворота, то вторая совершенно дикая. Однажды команды «Слеман» и «Семаранг» не хотели выходить в полуфинал плей-офф (по слухам, из-за связей будущего соперника с мафией) и специально забивали в свои ворота. Итог встречи: 5 автоголов, счет 3:2 и пожизненное отстранение от футбола 12 игроков и менеджеров обеих команд. Из-за таких историй футбол в Индонезии постоянно страдает от санкций, а самостоятельно разобраться в нем невозможно. На помощь приходит Денис Романов.

– Вы сказали позвонить в 11 утра по латвийскому времени. Почему вы сейчас в Риге, а не в Индонезии?

– В индонезийском футболе снова перестройки и перемены. Мой предыдущий клуб продан на другой остров, там новые владельцы. Я пока что в отпуске. Жду предложений, они вроде как начинают чемпионат в апреле. Надеюсь, со дня на день все решится, и вернусь в Индонезию.

– Объясните, как устроен индонезийский футбол. Я так и не понял, какая лига главная – супер или премьер.


– Премьер-лига образовалась 6 лет назад: второй самый богатый человек Индонезии решил создать свою лигу. Она ни вторая, ни третья – параллельная. Он пригласил туда клубы, которые хотели бы уйти из суперлиги. Там же вечные проблемы, разговоры о коррупции. В итоге эта премьер-лига добилась от ФИФА того, чтобы стать официальной главной лигой Индонезии. Но проект просуществовал всего два года и провалился. Все клубы содержал один человек и потерял на этом много денег. Он надеялся, что со временем клубы найдут других спонсоров и будут сами от себя зависеть. Этого не произошло, поэтому система прикрылась.

Суперлига снова осталась одна и проводила чемпионат. На один год ее признали официальной, но сейчас из-за той неразберихи ФИФА решила вообще всех забанить. Индонезию исключили из системы ФИФА, они не могут проводить чемпионат, матчи сборных и играть в азиатских кубках. Я так понимаю, сейчас проблема решается, с нового сезона они хотят вернуться в систему ФИФА. В прошлом году чемпионат должен был стартовать в январе, потом перенесли на февраль, в итоге начали в марте. Провели две игры, но возникли большие проблемы. Контракты игроков, неуплата налогов клубами – правительство запретило проводить чемпионат. Индонезийская суперлига не слушалась и все равно хотела проводить матчи. Чуть до военных действий не дошло. Сказали, что если продолжите, мы пришлем на стадионы армию, которая будет всех разгонять.

Народ страдал без футбола, демонстрации проводили, до президента дошло. Страшное дело было. Они в итоге стали проводить турниры – по 10-12 команд на разных островах. Так и играли последний год, но сейчас это должно прекратиться. Есть подтверждение на 99%, что чемпионат начнется в апреле. У них как раз сейчас решающее собрание, утверждается регламент, лимит на легионеров. Раньше только три-четыре легионера могли быть в заявке на сезон.

Папуа


– Ваш первый клуб в Индонезии находится на берегу острова Папуа. Если посмотреть на карту, трудно поверить, что вы захотели там играть добровольно.

– Моя бывшая команда – «Хазар-Ленкорань» из Азербайджана – не хотела меня бесплатно отпускать. Туда пришел новый румынский тренер, привел своих игроков, вместе со мной убрали 15 человек. Какой-то, видимо, у него интерес был в этом. Мне сказали, что контракт не разрываем, просто могу быть свободен. При этом платили зарплату еще три-четыре месяца, но дали понять: если соберусь в другой клуб, за меня должны заплатить. Тогда премьер-лига Индонезии только организовалась, еще не была профессиональной – просто любительский чемпионат. Чтобы туда перейти, не нужны были ни документы, ни трансфер, ничего.

Конечно, если бы возникли какие-то проблемы с финансированием, то ничего бы оттуда не получил. Но первые месяцы, когда играл на острове Папуа, продолжал получать деньги из Азербайджана. Я поехал в Индонезию на свой страх и риск – просто играть в футбол. Через какое-то время в Азербайджане поняли, что ничего за меня не получат: мы договорились, что не имеем друг к другу претензий и что стану свободным агентом. А вскоре премьер-лига в Индонезии стала официальной – вот так шикарно все сложилось.

– Хорошо, в Азербайджане не давали играть, а трансфер никто не выкупал. Но остров Папуа – неужели не боялись ехать?

– По Румынии знаком с одним очень хорошим человеком, который и посоветовал этот вариант. Он сказал: «Не волнуйся, там будет агент-немец. Он тебя встретит, все сделает. Если что-то пойдет не так, вернешься сразу обратно. Агент тебе и в этом поможет». Я решил все за два дня. Конечно, было немножко страшно. Ничего же не знал об Индонезии, кроме острова Бали. Не мог себе представить, сколько надо будет добираться до нужного места, когда уже прилечу в Индонезию. Я приземлился в Джакарте, прошел паспортный контроль и прямо в зале ожидания аэропорта подписал контракт. Мне купили билет до Папуа – в город Джаяпура летели еще 7 часов, с двумя остановками. Там самолеты, как автобусы, мы останавливались на двух островах и добирали пассажиров.

– Первая тренировка впечатлила?

– Мне сказали: «Потерпи, здесь только все начинается, со временем станет лучше». Но когда приехал на первую тренировку и увидел условия, подумал, что пришел конец моей футбольной карьеры. Я не поверил, что здесь вообще можно тренироваться. Нас привезли на поле, которое выглядело так, будто там рожь растет. Трава такая, что мяча не было видно. Просто команду только создали, все неорганизовано, бардак страшный. Подумал, что это несерьезно и что только нормальное финансирование может заставить меня тут остаться. Но потом увидел игровое поле, шикарный стадион и успокоился. Со временем стали траву на тренировочном поле стричь, появилась экипировка, насос для мячей нашли.

Единственное, на острове наша новая команда никого не интересовала: только обезьяны могли спуститься и посмотреть.  Диковато было, конечно. Играли на пустом стадионе, приходили только родственники, жены и дети. Популярна там другая команда города – «Персипура». У них стадион на 25 тысяч человек, он всегда полный был. Сильная команда с местными игроками, которую люди очень любят.

– Сколько платили легионерам в этой новой лиге, чтобы они приехали и не уехали?

– Все зависело от места. На Папуа – туда никто не рвался ехать – можно было получать по 10 тысяч долларов в месяц. На острове Бали – туда выстраивалась очередь на любые условия – меньше, в районе 4-5 тысяч. Но зависело и от игроков. В команду «Бандунг» пригласили известного англичанина, Ли Хендри из «Астон Виллы». Ему сделали очень хороший контракт, мы с ним даже встречались, он говорил, что все хорошо, его все устраивает. А местные игроки больше 300-400 долларов в месяц не получали.

Змея

 

– К чему сложнее всего привыкнуть на острове Папуа?

– К тому, что надо слишком рано вставать. После девяти утра становится очень жарко, тренироваться невозможно. Если тренироваться вечером, то в районе пяти часов, но солнце уже заходит, а освещения-то нет. Приходилось вставать в 5 часов, чтобы приехать на тренировку к 7 утра. Мне понадобился месяц, чтобы привыкнуть к этому. Я жил в городе Джаяпура. Он маленький, но цивильный: все люди одетые, ничего дикого нет. Не смотрели на меня, как инопланетянина. На Папуа живут христиане, хотя сама Индонезия в основном мусульманская. Но, по сравнению с Азербайджаном, это совсем другие мусульмане. Очень добрые, очень лояльные люди. Я ночью гулял, где хотел, и ничего не боялся.

На острове Папуа действительно живут папуасы, но они в джунглях, в глубинке. Говорят, там у них еще есть каннибализм. Если в джунгли поехать одному – это вообще, наверное, самоубийство. Зачем мне надо, чтобы меня там съели? У меня в команде были ребята, у которых родственники где-то в джунглях живут. Они приглашали в гости, говорили, что меня там вообще на руках носить будут. Отказался, потому что не хотел рисковать. Я же их хорошо не знаю, вдруг обманывают. Как барашка какого-то зажарят где-то, никто и не узнает. На сто процентов местным игрокам не доверял, чтобы ехать в джунгли и смотреть, как они живут.

Там не любят вкладывать деньги в инфраструктуру. Все тренировочные поля обычно плохого качества, во вратарской бывают камни. Признаюсь, если поле было ужасное, то на тренировках никогда не убивался. Когда видел, что там опасно, говорил тренеру, что не буду падать. Возьму, что смогу, а прыгать и рисковать на этом асфальте – нет. Но два раза в неделю мы тренировались на игровом поле, вот на нем приятно было поработать, там выкладывался максимально. Еще с докторами проблема: когда кто-то получал травму, выбегал тренер вратарей – и из бутылки поливал водой место, куда ударили. Я ему говорил: «Слушай, дай мне лучше эту воду попить». А если что-то серьезное было, просто сразу ехали в больницу.

– Где вы жили?

– Легионерам и тренерам давали жилье. Мы жили в очень хорошей гостинице, условия были супер. А местные игроки, которые из другого города, живут на базе. Но это трудно назвать базой: больше похоже на солдатские казармы. Там же и живут люди, которые отвечают за форму. Стоят стиральные машины, туда привозят еду. На Папуа нам даже каждому давали машину, но столько машин не было смысла брать. Ездили на двух машинах, а потом, когда перешел в другую команду, купил байк. В многомиллионных городах вроде Джакарты и Бандунга на машине ты будешь тратить очень много времени в пробках. Там на дорогах хаос, но никто не врезается. Потому что они очень лояльны друг к другу: даже если кто-то не прав, человек его без проблем пропустит и спокойно дальше поедет.

 – Вторая ваша команда в Индонезии – «Арема», с острова Ява. У нее самые сумасшедшие болельщики?

– Болельщики «Аремы» мало ездят на выезды, потому что со многими клубами подписаны договора: друг к другу не приезжать. У них там кровопролитие происходит, просто убивают друг друга. Когда я там был, не видел, чтобы они пересекались с другими болельщиками. Но самое безумие сотворили болельщики «Персебая Сурабая» – они ехали на выездную игру какую-то на поезде. Не хватило мест, сели на крышу, облепили весь поезд. И на повороте полкрыши улетело на землю, 50 человек погибло.

 – В Индонезии много животных в дикой природе. Были случаи, чтобы обезьяна выбегала на поле?


– Такой дикости, как в той легендарной истории, когда Виктор Понедельник сбил обезьяну с перекладины, конечно, нет. Однажды приехали на выездную игру, поехали гулять на гольфовые поля. Нам сказали, что лучше здесь не ходить: потому что крокодилы могут выскочить. Там эти гольфовые поля все в табличках: «Осторожно, крокодилы!» Они, если сильно голодные, могут прихватить человека. У меня самый страшный случай был в Маланге во время сезона дождей, когда в «Ареме» играл. Возле дома на дерево перед входной дверью залезла змея. Зеленая, неприятная. Вызвали охрану, охранник приехал и сразу убежал. Нам потом сказали, что это самая ядовитая змея. Если укусит, то все: 30 минут и ты умираешь. Вызвали каких-то специальных людей, которые работают со змеями. Они посмотрели на нее, отошли, сели и начали кушать. Я говорю: «Давайте, делайте что-нибудь». Они отвечают: «Мы не можем с ней ничего сделать, пока она на дереве сидит». По каким-то их там законам они не могут ее трогать на дереве, только на земле. Ждали три часа, пока она слезет. Когда она слезла, побежали за ней, но так и не поймали. Мы решили просто спилить это дерево, чтобы ее тут больше не было.

 – Во всех ваших командах тренировали в основном иностранцы. Никогда не сталкивались с местными специалистом?

– Однажды уволили испанца, его замещал полтора месяца местный. Он повторял все, что давал испанец. Никакой самодеятельности от него не увидел. Но, конечно, свои тренеры там не лучшие – это же те, кто когда-то играл в футбол в Индонезии. А вообще, когда приехал в «Арему», познакомился с сербским тренером Дежаном Антоничем. Мы с ним очень хороший результат показали, попали в азиатские кубки, дошли до четвертьфинала. После успеха тренер стал очень востребован в Индонезии и везде звал меня. Четыре с половиной года мы с ним вместе и ходим по всем клубам. Причем был и такой момент, когда я ему помог. Он оказался без работы, а я играл за «Медан» – и помог ему туда устроиться. Сейчас, кстати, пока говорим, он мне второй линией звонит. Но ничего, перезвоню ему.

В Папуа тренером был немец. Такой, старой закалки. И в команде играл парень – маленький, молодой. Еще очень сильно пахло от него – не знаю, с чем было связано. Перед каждой тренировкой на командном обеде он больше всех ел. Ел так, будто в последний раз в жизни. Он накладывал себе такие горы риса, которые за день не съесть. А он их съедал за один раз. Так вот, была тренировка перед игрой, этот парень съел очередную гору риса. Бегал-бегал, упал на поле и закричал. Тренер-немец подумал, что у него эпилептический припадок. Все подбежали к нему, а он просто рисом блюет. Тренер, который ему тысячу раз говорил, что не надо есть столько риса, сразу понял, в чем дело. Игроки тоже. Все отошли и даже не стали его уносить. Он минут пять полежал еще, встал и ушел.

 Бриллиант

 

– Вы облетали всю Индонезию. Самое красивое место?

– Мне больше всего нравится на Бали. Но туристы и местные жители по-разному видят остров. Туристические места там загажены, грязные пляжи, пьяные люди, маркеты «купи-продай». А люди, которые там живут, которые знают нужные пляжи и где надо кушать, уезжать оттуда не хотят. Это шикарный остров с очень красивыми пляжами, скалами, лесами, храмами. На каждом острове в Индонезии есть что посмотреть. Например, на Папуа есть нетронутые туристами пляжи, все дикое и натуральное, рыбалка шикарная. На рыбалку вместе с тренером вратарей ездили раз в две недели. Он жил на берегу, у него была своя лодка. Мы ловили крабов, как-то два лобстера поймали. Тренер разбрасывал вдоль берега мясо, а мы с другой стороны заходили с гарпунами и в крабов стреляли. Лобстеров точно так же парочку подстрелили, потом привезли в гостиницу – нам их готовили. Очень интересно.

Кроме Бали, хорошо жить на острове Ява в городе Бандунг – в 140 километрах от Джакарты. Климат идеальный для жизни. Там нет никакого океана, до ближайшего пляжа вообще 350 километров, но это горный район со спящим вулканом. Днем 27 градусов, вечером – 22. Круглый год одна и та же температура, только сезон дождей бывает. Живешь, дышишь свежим воздухом. Чего не сказать про Джакарту – там очень много людей, очень жарко. Оттуда все на выходные едут в Бандунг отдохнуть от духоты, просто подышать. В Джакарте всегда 34 градуса, в помещении находиться без кондиционера невозможно просто. Еще на острове Ява есть вулкан Мерапи – в городе Джокьякарта. Вокруг него очень специфический запах газа. Мы туда пытались зайти с другом, но нам сказали, что на самый верх нужен проводник и специальный джип. Желающих больше не было, а вдвоем получалось очень дорого. Не поехали, только походили и посмотрели вокруг. Все сожженное, туристы ходят, вид шикарный – могущественность вокруг тебя.

– Есть острова, на которые трудно добираться?

– Были болезненные выезды на автобусе, иногда ехали по 18 часов. Но в основном летали на самолетах, так что не сложно. У них там авиация развита, самолеты хорошие, правда, с пилотами завал. Начинают постепенно использовать пилотов из заграницы, потому что местные – низкого уровня. Все происшествия по ошибке пилотов возникают. Недавно, например, самолет в гору врезался. Якобы пилот отключил все датчики, которые об опасности предупреждали. Или однажды самолет на Бали приземлялся, промазал и сел в воду. Слава богу, все остались живы.

Из выездов запомнились поездки на азиатские кубки. Были, например, в Мьянме. Там знаменитый замок из золотых куполов, очень известный на весь мир. На одном замке стоит бриллиант размером с гандбольный мяч. Если на него с разных сторон смотреть в разное время суток, то разными цветами он переливается. Но в Мьянме было очень жарко, больше 40 градусов. Мы играли в 3 часа дня, и даже у меня – у небегающего – ноги стало сводить.

– На острове Ява шьют одежду на весь мир. Сколько нужно недель, что обойти какой-нибудь местный аутлет?

– Город номер один по аутлетам – Бандунг. Дня два-три нужно, чтобы все обойти. Их много, но они небольшие. На каждый магазин уйдет часа два-три. Но полно и таких, куда не надо заходить. Разные они по качеству, соответственно и по цене. Но даже в самых дорогих в два раза дешевле, чем в Латвии. Я всем все привожу из Индонезии. Еще там очень много часов. Есть качественные подделки, которые отличить от настоящих невозможно. Например, были часы за 700 евро – оригинальные такие стоят 2500. Я интересовался, в чем разница. Мне сказали, что отличить подделку от оригинала можно только в том случае, если их разобрать. Мне даже гарантию год давали. Это считается первым уровнем подделки. Есть еще вторая и третья. Третью вообще можно купить за два доллара.

Счастье

 

– Почему люди в Индонезии так любят футбол, почему там всегда полные стадионы?

– Это спорт номер один. Где-то рядом с футболом, может быть, бадминтон, но все равно и близко не собирает столько людей. У них там, как в Советском Союзе, делать нечего. Вот все и любят футбол. При этом очень слабая инфраструктура, слабые тренеры, детские школы. Правда, сейчас с этим работают, создают новые футбольные школы, голландцы даже кого-то тренируют. Лучше и интереснее всего в Идонезии болеют на Бали. Там небольшой стадион, всего на 15 тысяч. Мы были там на турнире год назад, второе место заняли. Шикарная атмосфера, отличное поле. Я всех родственников и друзей позвал на игры. Они сказали: «Мы даже представить не могли, что здесь так классно на стадионе и что здесь так футбол любят». Они-то думали, что играет непонятно кто – но был аншлаг и все невероятное удовольствие получили. Кстати, процентов 70 игр из тура транслируются по телевизору, на бесплатных каналах.

– Я смотрел нарезки чемпионата Индонезии и видел очень курьезные ошибки. Этим ведь можно пользоваться. Сталкивались с договорными матчами?

– Два раза звонили и представлялись какими-то странными именами. Я сразу сказал, что в такие игры не играю, никогда в таком не участвовал и участвовать не собираюсь. Клал трубку и менял номер телефона. Больше не подхожу к неизвестным номерам. Я всегда был честным к футболу, не люблю такие варианты. А эти, которые звонят, предлагают один раз заработать. Заработаешь один раз, хорошо. И что? Вдруг кто-то узнает, меня еще закопают на следующий день. Или может быть, звонят те, кто хочет просто проверить, соглашусь или не соглашусь. Лучше трубку даже поднимать не буду.

– Кроме Индонезии и Азербайджана, вы играли в Латвии, в Румынии и в Чехии. Где-нибудь было лучше, чем сейчас?

– Лучшие футбольные годы, конечно, провел в «Славии». Мы играли в Лиге Европы против «Валенсии», «Лилля» и «Дженоа». Самые яркие воспоминания футбольные оттуда. Со мной в команде был Владимир Шмицер, который забил за «Ливерпуль» в том сумасшедшем финале Лиги чемпионов против «Милана». Он очень скромный парень, не звездный, никогда ничего не говорил об этой победе. Я сначала не понял, что этот он: мне потом уже сказали, что это тот самый Шмицер, который с «Ливерпулем» в Лиге чемпионов побеждал. Но только в Индонезии почувствовал, что не зря стал заниматься футболом. Вижу, как люди ко мне относятся, как мой труд ценится. Индонезия даже принесла мне популярность. Например, в городе Бандунг за день человек по десять подходят, просят автограф, фотографируются. Белых людей там мало, когда меня видят, легко узнают и кричат: «Эй, Романов, (Денис делает ударение на последний слог – Matchtv.ru), давай фото!»

Они еще считают, что я из России – про Латвию там никто не знает. Если кто-то спрашивает, откуда я, говорю, что из Латвии. Если переспрашивают, говорю, что из России. Они сразу такие: «А, понятно!» Воспринимают нас дружелюбно, никакой агрессии не встречал. Есть мнение, что там не любят американцев. Был один преподаватель в  местном институте из Америки, с которым я общался. Он рассказывал, что всегда представлялся человеком из Канады. Говорит, что с американцами у них все сложновато, вплоть до похищений. А что касается местного языка, то первые два года было сложно. Только «здрасти», «спасибо» и «до свидания». А когда попал в команду, где не было легионеров, начал постепенно подучивать слова. Могу сказать, что на 75% язык выучил. В Индонезии полно диалектов, но меня все понимают. Я, правда, могу на каком-то острове их не понять. Но они меня все равно поймут.

– За последние годы вы стали другим человеком?


– Знаете, очень приятно просыпаться, когда 12 месяцев в году в 5 утра светает. Они даже не понимают, что может быть по-другому. Что у нас зимой светать может только в 8 утра, а летом темнеть только в 10 вечера. Не могу сказать, что жизнь в Индонезии меня сильно изменила, но есть вещи, которым нужно у них поучиться. Тому, как они лояльны друг другу, тому, как они умеют радоваться жизни. Даже бедные люди не ходят и не плачут. Они один день прожили, семью прокормили, сытые, обутые – и они счастливы. Такое ощущение, что о завтрашнем дне они особенно не думают. Конечно, у них там всегда тепло, не надо платить за отопление, покупать теплую одежду. Нет сырости и слякоти. Но мне в них нравится то, как они относятся друг другу: всегда добрые, всегда приветливые, всегда улыбаются. Нам бы у них этому поучиться.

Я понимаю, что конец карьеры не за горами. Думаю, еще годик-два поиграть. Потом хотел бы в Индонезии тренером вратарей поработать – вряд ли смогу там на главного выучиться. Но думать об этом рано: семья в Риге, дети учатся и большой вопрос, захотят ли они переехать. Если бы все зависело от меня, я бы уже был там и уже взял бы гражданство. И помимо работы в футболе, параллельно еще каким-то бизнесом бы занялся. Мои друзья, например, занимаются там недвижимостью. Снимают недвижимость и пересдают ее. Кто-то питонами занимается, потому что кожа питона там очень дешевая. Но семья в Риге, надо считаться с ней, будем еще думать. В Латвии футбол не любят. Зарплаты тренеров низкие, а на стадионах не всегда 500 человек собирается. Были сейчас предложения в Латвии поиграть, но я отказался. Просто сел и прикинул: «Зачем мне все это надо?» Лучше вернусь в Индонезию, закончу там спокойненько карьеру и буду счастлив.

Текст: Глеб Чернявский

Фото: Getty Images, globallookpress.com, личные архивы Дениса Романова, Елены Игониной, Глеба Чернявского

Поделиться в соцсетях: