«Бой с Федором был в здании цирка. Платили 1000 долларов». Монолог  соперника Федора Емельяненко

«Бой с Федором был в здании цирка. Платили 1000 долларов». Монолог соперника Федора Емельяненко

Перед боем Федора Емельяненко на шоу Bellator 172 «Матч ТВ» продолжает вспоминать истории о российском бойце, которые лучше послушать дважды, чем не услышать вообще.



Федор дебютировал в ММА в 2000 году. Это была организация Rings, бои проводили в Туле, тусклая видеокамера снимала помещение с таким же тусклым светом. Мартин Лазаров — человек, с которым впервые разделил ринг Емельяненко, погиб в автокатастрофе в 2010-м году. А Федор через четыре месяца после поединка с Лазаровым дрался с Леваном Лагвилавой. Мы нашли Левана во Франции в бодрейшем состоянии и расспросили, как выглядел второй профессиональный бой Емельяненко глазами его соперника. И что такое ММА в нулевые годы.

Как выглядят и что делают соперники Федора Емельяненко

Кто такой Леван Лагвилава


 — Я начал заниматься борьбой в городе Сухуми. Меня отец отвел: я с детьми и во дворе, и в школе хорошо боролся. Занимался несколько лет, потом — каратэ. Когда тебе 13–14 лет, ты смотришь все эти фильмы про восток, про Китай, и тебе хочется повторять. Грузия отделилась от Советского союза, и каратэ почти сразу разрешили, хотя я еще немного застал подпольное каратэ. Ребята чуть постарше меня занимались нелегально. Даже помню, как сам один раз занимался у афериста: тренер был бывший боксер, прочитал какую-то книгу и стал преподавать. А я тоже любил читать, доставал книги про каратэ, про ушу. И вот когда про киокушин прочел, стал понимать, что тот тренер, который у нас ведет занятия, не знает ни ката, ни движений каких-то. Просто аферист. В каратэ я дошел до черного пояса, а потом в моду вошли бои без правил. В Тбилиси появилась секция, я был вторым, кто записался в нее.

Первый серьезный бой проиграл грузину. Он был борец бывший, а я решил ударной техникой брать. Двойку пробил, бровь порвал ему, потом мы в партере оказались. Тут мне психологически сложно стало. 22 года, десять тысяч зрителей.

Почему Левану пришлось драться с Федором


 — Была весна 2000-го, меня пригласили поехать в Екатеринбург потренироваться с тульскими бойцами, там был и Федор. У менеджеров была идея сделать турнир: грузины против лучших тульских бойцов. Все уже было оговорено, все документы были. Но тут пришел мой друг и позвал меня в Минск выступать. Я отказывался, говорил, что в Екатеринбург есть поездка. Друг начал просить: «Поехали, нам не хватает бойцов». Он хотел тогда как менеджеру себе сделать имя, и ему нужно было кого-то привезти. Согласился.

В Минске выиграл. Но там у меня был бой с Максом Кониковым, его уже нет в живых, но тогда он был чемпионом по боксу, по самбо, по джиу-джитсу. Макс знал меня, я его на турнире в Москве задушил за 54 секунды. Он намазался вазелином, чтобы я его не смог в партер перевести. Но все равно понимал, что я его поймаю, и в одном моменте, когда я упал, он мне пробил ногой в голову. Это вообще запрещено было, поэтому я даже не защищался, а он ударил. Он потом извинился, но удар-то прошел, сильный удар. У меня сотрясение мозга. Попросил 20 минут восстановиться и вышел в финал. В финале выиграл. Сотрясение оказалось сильным, а я еще и сначала в Москву на поезде поехал, потом в Тбилиси на самолете, а когда у тебя сотрясение, это все нежелательно вообще-то.



В Грузии стало плохо, меня сняли с того выезда в Екатеринбург, поехал другой парень, познакомился со всеми, с Федором поборолся, потренировался. Приехал, говорит: «Да ничего особенного, так, средние бойцы».

Я за полтора месяца так и не восстановился до конца, мне сказали, что выступать нельзя, но я начал по чуть-чуть тренироваться. Парня, который ездил вместо меня, встретил в зале, а он здоровый такой, чемпион Грузии по вольной борьбе. Стали бороться с ним, я его на болевой поймал, держу, говорю: «Стучи». Он говорит: «Нет». Я: «Тебе больно будет». А там болевой на колено был, держал хорошо, ну и на принцип пошел. А то он бы потом сказал, что я бы не смог или еще что-то подобное.

В колене у него что-то щелкнуло. Получилось, что я его с турнира снял. По идее, сейчас бы вы могли с ним говорить. Он бы дрался с Федором. Сказали мне ехать выступать, я не отказывался, но понимал, что подготовки мало. У Погодина (менеджер Федора Емельяненко на тот момент, организатор поединков — «Матч ТВ») была идея сделать турнир «Чемпионы из Грузии против лучших бойцов из Тулы». И так получилось, что у нас все в команде были чемпионами. По боксу, по вольной борьбе, один был даже чемпионом по сумо, правда, по любительскому. Чемпион по каратэ. Я же был единственный, кто выиграл турнир в сетке по боям без правил. Тогда они как раз хорошо разглядели в Федоре, что он может стать тем, кем сейчас является. Они и готовили его к боям по смешанным правилам, а тут возможность проверить его с человеком, кто выигрывал турнир по таким боям. Решили его со мной поставить. Сотрясение у меня не отошло, подготовки ноль. Но я не хочу сказать, что выиграл бы тот бой.

Какими были ММА в нулевые годы


 — Мы дрались в организации «Рингс». Если честно, изначально там первые бои были типа театра, как рестлинг. Какие-то бои были настоящими, некоторые договорными. Потом они начали терять зрителей и стали менять правила: надели маленькие перчатки, разрешили бить по лицу. Сразу после этого многие звезды оказались избитыми. Американец Дэн Хендерсон пришел и рвал там всех (уже 2012-м году Дэн Хендерсон выиграл бой у Федора Емельяненко на совместном турнире Strikeforce и М-1 — «Матч ТВ»). Правила «Рингс» в то время были не самые жесткие. Жесткими были правила в UFC на первых турнирах. У меня даже есть контракт на грузинском. Написано, что нельзя только плеваться, кусаться, тыкать в глаза, сдавливать горло пальцами и бить в позвоночник. Там была даже какая-то страховка по контракту на случай смерти во время боя.

Бой с Федором был в помещении цирка, в Туле. Зрителей пришло больше 5 000, это даже сегодня будет хорошо для боев. Переодевались там, где обычно гримерные у артистов. Даже помню, как я разминался: там был свернутый цирковой мат и выглядел он как отличная груша — ну, мешок для ударов. И я по нему бил и разогревался, и как раз Федор проходил, а я его не знал. То есть видел фотографию его как своего соперника, но самого не видел. Это сейчас готовятся за несколько месяцев, а тогда я спросил у менеджера, с кем я дерусь, он говорит: «Ты боец или кто? Идешь драться — значит, тебе должно быть плевать с кем». И вот когда Федор проходил мимо меня, я обратил внимание, что он даже не разогревался, а стоял обычно. Я удивился: просто спокойный парень прошел. Думаю: это он, что ли, со мной будет драться?!

Каким был бой Лагвилава — Емельяненко


 — У нас в бою можно увидеть, что судья мне отсчитывает нокдаун — сейчас такого нет. Или, если мы выходим за пределы ринга (ринг я по этой причине ненавижу), судья натягивает канат там, где мы выпадаем. Если касается канатом пять раз, то рефери в ринге перемещает нас в центр. Это были правила организации «Рингс».

ВИДЕО БОЯ

Горло Федора в одном моменте я хорошо взял, обычно, когда брал на этот прием, бои часто заканчивались за 40–50 секунд. Это удушение у меня всегда получалось, но с Емельяненко меня снял судья. Он должен был нас в центр поставить в ту же самую позицию, но судил литовец, а ему в Туле пообещали, что хорошо помогут, что в Литве тоже будут турниры «Рингс». Я Федора взял, а судья говорит «Стоп» и начинает бой сначала. Думаю, у меня шансов мизер, появляется один, лишают и его.

Когда Федор в стойке первый раз меня атаковал, сразу попал слева, и эффект от сотрясения вернулся тут же. В боях, если тебя бьют, ты падаешь, и вы продолжаете, как получится. А тут для меня было неожиданно, что рефери начал отсчитывать нокдаун. Там не было нокдауна, я просто хотел перевести бой на землю, не дать Федору нанести более плотный удар в стойке, которым он мог бы меня нокаутировать.

В партере самый опасный момент для меня был, когда он мне стал болевой на руку делать. Просто я эластичный очень, и вышел. Хотя, когда Федор этот болевой делал другим людям, все попадались. У меня есть второй вариант видео, с кассеты, там видно, что моя рука в таком положении, что даже представить трудно. А второй опасный момент, когда он сверху сидит на животе и начинает меня душить корпусом. Он там взял голову, и я понимаю — дышать не могу. Он сжал сильно и ломал, очень сильно, я с такой мощью никогда не встречался, хотя был в таких ситуациях.

Но там у него подмышкой маленькое пространство осталось, и мне кислород проходил. Я просто расслабился полностью, потому что в захвате ты обычно наоборот сопротивляешься, сердцебиение учащается, кислорода надо больше, а взять его негде, и ты сдаешься или засыпаешь. А тогда я по чуть-чуть стал дышать, он разжал захват и начал просто бить по животу, по селезенке.

Потом я ногу взял, Федор стал уходить, но я-то ногу держу. А нас снова в стойку поднимают. Почему? Я ведь взял ахилл! Судья много ошибок допустил, но я не в обиде, потому что Федор очень сильный, он и без судьи мог бы справиться. Просто у меня тогда такая мысль была: зачем Федору помогать? Он и так выиграет. Я бы вот с удовольствием принял помощь. Помогли бы мне.

Восемь минут я дрался с головокружением, держался до конца, как мог. Но когда судья меня снял с Федора и вернул в стойку, потерял интерес к этому бою. И я устал, и судья так поступил, и сотрясение вернулось. Когда я постучал, там уже было видно, что я не хочу ничего от этого поединка.

Заплатили нам тогда по-моему около двух тысяч долларов. Что-то вроде 1000 + 1000 за победу. А в Грузии нормальная зарплата была в районе ста долларов. Получается, кто-то десять месяцев за эти деньги работал, а я восемь минут в ринге простоял. И все.

Почему Емельяненко уважают примерно все


 — Хоть я и был недоволен собой и был неподготовленным, этот бой мне везде в жизни помогает. Кто бы ни спрашивал о моих выигрышах, победах, все интересуются только этим боем. Насколько я знаю, его больше миллиона человек посмотрело. Федор стал таким знаменитым, что и меня поднял своей знаменитостью. А то, что я проиграл — а кто ему не проигрывал? И когда узнают, что я против Федора восемь минут дрался, реагируют так: «О-о-о, значит ты хорош». Этот бой пересматривал много раз — по работе. Работаю сейчас во Франции, в клубе, шефом охраны. И там люди, когда выпивают, подходят, спрашивают, я это или не я. Включают этот бой на телефоне и просят объяснить. Федор очень знаменитый здесь. Люди могут президента не знать, страну, город, но Федора знают. И им интересно просто поговорить, дотронуться, потому что я дрался с ним.



Многих бойцов встречал: в Голландии, когда тренировался, в других странах. Выше Федора, больше Федора. Я сам не очень большой для тяжелого веса, тогда был 94 кг, Федор был 106, но дело не в его внешнем виде, он физически очень сильный. Он сильнее, чем выглядит. Двухметровых и более крепких парней я свободно валил на землю, а Федора не получилось. У него сила не в накачанных мышцах, не в таких, которые ты штангой накачал до большого объема, а просто натуральная физическая сила в нем. Выносливость, реакция.

После боя я сидел прямо на арене, в раздевалку не пошел, даже и не переодевался, сел в зале, стал следующий бой смотреть. Вдруг чувствую, как кто-то подошел сзади, наклонился, приобнял, говорит: «Спасибо тебе за бой». Гляжу — это Федор. Мне так приятно стало. Обычно, когда боец выигрывает, ему плевать, что с тобой, он ходит, радуется, а Федор посчитал нужным подойти, поблагодарить. Сразу стало понятно, что человек хороший. Может не только морду набить, но и еще душевный.

Таких людей, как Федор, очень мало, и я ему только удачи желаю. Надеюсь, что он выиграет. Я за него болею.

Почему в Интернете нет видео боя Леван Лагвилава — Вячеслав Дацик


 — У меня есть страшный бой с Вячеславом Дациком (известный ММА-боец, запомнившийся по неадекватному поведению во время ряда поединков — «Матч ТВ»). Мне, к сожалению, видео никто не отдал, а так там такой бой, что и в Голливуде не видели. Он кусал меня, бил по яйцам, мы через ринг падали. Это был, кажется, 2000-й год, сентябрь, наверное. Называлась «Студия 10» на Тверской. Я входил в сборную России по боям без правил, вице-президентом был Юрий Кобылянский, а президентом — актер Александр Иншаков. Дацика я видел на чемпионате мира. Он там дрался с белорусом, танцуя грузинский танец. Думаю: как я с таким клоуном буду драться? Ты хочешь бой провести, а он такое устраивает. Я у него спрашивал, зачем он так делает, он сказал, что для него это шоу, ему надо развлекать людей. А я не актер, я выступаю, чтобы выиграть. Долго отказывался, говорил, что с любым, с самым сильным подерусь, но не с ним.

Мы открывали эту площадку. Зал был маленький, от силы квадратов 50. Ринг размером, наверное, два на два. Это была пятиэтажка, и на третьем этаже все происходило. Все, кто приходили, думали, что будет спектакль, а нужно было показать, что это действительно страшные, настоящие бои. Дацику-то было наплевать на правила. Когда наш бой начался, он даже в стойку не встал — просто пригнулся, как в фильме «Хищник» раскрыл руки и пошел на меня. Бой начался страшный, он мне в пах стал бить, а в конце поймал мой палец и кусал.

Когда Дацик начал правила нарушать, я рефери говорю: «Три нарушения, надо его убирать с ринга. Или я тогда тоже буду правила нарушать». Мне говорят: «Делай что хочешь». И начался чисто уличный бой. Дацик начал бегать, бороться-то он не умел. Когда я ему болевой на ногу делал, он меня в лоб ударил пяткой. А там стоял один мой друг, с которым мы тренировались вместе. Он разозлился очень, хотел уже вмешаться. Я говорю: «Подожди, сейчас посмотришь, что я ним сделаю». В общем, я его засунул между канатами, зажал как в мышеловку, а сам поднялся на канаты, и начал просто в голову бить. А ему деваться некуда. Судья же сказал, что все можно.

Я хотел лицо ему рукой приподнять, чтобы как следует в затылок попасть, и тут он меня уже просто укусил за палец. Кусает и не отпускает. Хорошо, что капа была на верхних зубах. Судья начал его по лицу бить, чтобы он отпустил. Он отпустил, я его начал добивать, и тут, видимо, мой друг не выдержал и тоже ударил его и вырубил. Дацик, говорят, после боя ничего не помнил. Мне засчитали выигрыш. Когда из этого боя сделали нарезку и стали ее крутить как рекламное видео, люди пошли навалом.

Как Лагвилава пообещал бандитам забрать с собой пару человек


 — В Москве я прожил год. Тогда не были популярны ММА, из Москвы ездили в Бразилию, в Японию, но много денег было трудно заработать. Были одни перспективы, а так мы с Юрием Кобылянским в метро ездили. Мне говорили, что можно будет в будущем заработать хорошо. Но в России в тот момент мне было очень плохо на улице. Москва была больше бандитская, я жил в Дзержинске, где постоянно были какие-то бандитские разборки и перестрелки. У меня соседа убили. Избили, повесили на его же ремне и написали, что повесился. Мне тогда еще родственники сказали, что лучше никуда не влезать, потому что увидят, что спортсмен — пристрелят. Кто захочет со спортсменом драться? Я думал, что буду просто жить и тренироваться, не будет проблем, никто меня не заметит.

А оказывается, все-все замечали. Был день города, ко мне подошли, «Кто? Что? Познакомимся?» Потом начали объяснять, что это, мол, наш город, что приезжих здесь не любят, что тут свой бизнес начинать не надо. Говорю: «Я же просто спортсмен, тренируюсь, занимаюсь, мне разборки не интересны». Ну они все равно начинают мне что-то свое. Я говорю: «Слушайте, я никого не трогаю и не хочу, чтобы меня трогали. Я не супермен, одна пуля любого положит, и вы можете меня пристрелить, но не забывайте, я без оружия могу двоих-троих человек взять с собой в другой мир. Кто первый будет рыпаться, того и возьму».

И вот после этого они уже сказали, что все нормально, ты, мол, настоящий мужик, стали здороваться первыми издалека. Но все равно эта вся атмосфера давила, и я решил, что не останусь.

Один раз в метро был такой вариант. Два бритоголвых парня в тяжелых ботинках. К ним подходит пьяный мужик и что-то начинает им объяснять. Они его отправили. Он не понял, они его толкнули, он на пол упал, и один ему с ноги маваши по голове — на! И все — он отрубается, один прыгает на голову, другой на живот. И не останавливаются. Я смотрю, у него уже кровь черная пошла. А я тогда без регистрации ходил, и чтобы милиция меньше цеплялась, книгу читал или носил с собой и постоянно очки надевал. Сижу, не рыпаюсь, но вижу, что мужика убьют. Думаю, совесть замучает. Все остальные сидят и просто смотрят. Встаю. «Давайте стоп. Побили и хватит». Они на меня, но я-то в стойку встал и говорю: «Давайте, мозги вам вышибу». Они убежали.

Мужика поднял, положил на лавочку, и он когда проснулся, очухался, глаза туманные. Решил стоп-кран сорвать. Думаю, он его сейчас сорвет, милиция придет, меня поймает, а я без регистрации. А этот очнулся и, видимо, ему что-то померещилось. Говорит: «Ты меня бил». Отвечаю: «Я тебе жизнь спас», а там уже в вагоне люди, которые недавно зашли, видят, что я держу мужика, он весь в крови и орет «Ты меня бил!». Хорошо, что какая-то девушка сразу вступилась, начала говорить: «Сволочь, он тебе жизнь спас, как ты на него пальцем показываешь». В общем, я не стал дожидаться милиции, выбежал из вагона и не оглядывался.



Вернулся из Москвы в Грузию, потом из Грузии уехал в Европу, там много где жил: в Бельгии, в Голландии, в Германии. Хотел поехать в США, уже навел каналы, но травма дала о себе знать. Были проблемы с шейными позвонками. Во Франции, когда боролся, сильно усугубил эту травму. По рукам мурашки начали бегать, голова стала болеть, врачи сказали, что если буду продолжать бороться, на инвалидной коляске закончу жизнь.

У меня депрессия была жесткая, с семи лет в спорте, а тут тебе говорят такое. Я набрал килограммов двадцать почти. А мне сказали, что даже плаванием заниматься нельзя. Только ходить можно. Врачи в итоге у меня три года из жизни так отняли, посадили на какие-то лекарства наркотические, чтобы головные боли убрать. А я потом только понял, что у меня как раз от них голова и болела из-за привыкания. И просто взял и начал тренироваться. Думаю, уж лучше инвалидом буду или вообще не буду.

Начал опять бороться, но поменял стиль, стал из атакующего борца обороняющимся борцом. И я подходил к хирургу, показывал на тренировках, что умею, и говорил: «Ну что, если вы меня прооперируете, я смогу все так же делать?» Врач в шоке был, он не видел, чтобы кто-то с такими повреждениями подобное делал. Иди, говорит, домой, как только окончательно замкнет — тогда приходи. А я как тренировался, так и тренируюсь.

Еще больше Федора на «Матч ТВ»

Текст: Вадим Тихомиров

Фото: фейсбук Левана Лагвилавы

Поделиться в соцсетях: