Глушенков, Умяров, Карпов, Карапузов и другие «дети Миллениума», играющие в РПЛ: какими они были совсем недавно?

Президент ДФЛ Виктор Горлов — о поколении футболистов, за которыми будущее.

Впервые этот материал был опубликован летом 2020-го. Сегодня мы поднимаем его по грустному поводу — Виктор Горлов скончался на 69-м году. Он руководил ДФЛ в течение 28 лет со дня основания организации в 1993 году. И ровно год назад он рассказал нам очень много интересного про российскую футбольную молодежь.

Скоро Детской футбольной лиге стукнет 30 лет. Это всего лишь цифра, но за ней — жизнь почти миллиона мальчишек и девчонок, прошедших через наши турниры и познавших счастье общения с самой замечательной игрой на свете.

За это время ДФЛ стала одним из самых авторитетных детских объединений, причем не только в России. Ежегодно мы проводим более 300 турниров, в которых играли в разное время команды Англии, Бельгии, Турции, Чехии, Хорватии, Греции, Сербии, Финляндии, Китая, Южной Кореи.

• Максим Глушенков жил в солдатской казарме и до сих пор хранит пилотку со звездочкой

• Наиль Умяров играл за команды родной Сызрани сразу по нескольким возрастам

• Владислав Карапузов был с малых лет настырным, упрямым, маневренным и умным

• Вадим Карпов занимался рукопашным боем, но на родине, в Котласе, о нем почти никто не знает

• Павел Маслов, сын знаменитого тюменского футболиста, имел серьезные проблемы с техникой

Академия «Краснодара»: тренеры прессовали судей и грозились позвонить «самому Галицкому»

У меня собралась большая коллекция историй о первых шагах известных сегодня футболистов, но самым памятным и дорогими остается год основания лиги — 1994-й. Он дал возможность проявить свой талант ребятам из глубинки, для многих из которых ДФЛ была единственным шансом выбиться в люди. Его не упустили Александр Анюков, Роман Адамов, Денис Колодин, Алексей Жданов, Илья Калашников, Антон Рогочий, Игорь Стрелков, Алан Засеев, тренеры Леонид Слуцкий, Игорь Осинькин, Олег Василенко…

Турниры ДФЛ, конечно, и позже помогали раскрыться ярким личностям: Алану Дзагоеву, Александру Кокорину, Роману Зобнину, тренерам Андрею Талалаеву, Мураду Мусаеву, Михаилу Буренкову, Алексею Лунину, но первый чемпионат, собравший 46 команд ребят 1982 года рождения, оказался самым урожайным за всю историю лиги.

Подобных по таланту и перспективе игроков мы ждали очень долго. Кажется, время это пришло — аккурат на стыке двух веков.

1999-й год дал целую плеяду из замечательного «питомника» Сергея Галицкого — Матвея Сафонова, Ивана Игнатьева, Шапи Сулейманова, Даниила Уткина. Эта команда феерила всегда — на детском, юношеском, молодежном уровне. Но, в отличие от других лидеров вроде волгоградской «Олимпии» и Академии Коноплева, с краснодарцами мы «не сошлись характерами». Тренеры некоторых команд академии требовали к себе особого внимания, конфликтовали с организаторами, предъявляли претензии к судьям.

Так было в финале чемпионата ДФЛ в Санкт-Петербурге, повторилось на традиционном турнире памяти Бескова в Москве, где команда опоздала на церемонию награждения, а тренеры во время игр прессовали главного арбитра и грозились позвонить «самому Галицкому».

С Сергеем Николаевичем мы встречались, когда о краснодарской академии только начинали говорить. Кажется, поняли друг друга, а он узнал от меня, что в Англии клубы дают воспитанникам своей школы зарплату больше, чем приглашенным. Помню, Галицкий даже записал эту информацию, чтобы позже проверить. А вот внедрили в «Краснодаре» зарубежный опыт или нет — не знаю. Судя по демаршу Ивана Игнатьева, вряд ли.

Жалею, что зародившаяся было дружба прервалась после смены руководства академии и возросшего влияния специалистов из Сербии. В результате проиграли все: мы лишились сильных команд «Краснодара» на своих турнирах, а ребята — возможности получать опыт в условиях жесткой конкуренции.

К великой радости многих тренеров, имевших «счастье» трудиться под руководством «братьев-сербов», в Краснодаре наконец-то приняли решение с ними расстаться. Ситуация сразу изменилась: мы опять видим в списках участников турниров теперь уже именитую краснодарскую академию. Очень рады, что ее воспитанники Матвей Сафонов и Шапи Сулейманов стали лауреатами престижной премии «Первая пятерка», вручаемой ДФЛ лучшим молодым футболистам РПЛ.

Максим Глушенков: куда смотрел «Локомотив», отпустивший его в «Чертаново»?

Если краснодарцы, рожденные в 1999 году, закрепились в основе, то ребята годом младше только начинают свой разбег. Талантов тут тоже хватает.

Начнем с Максима Глушенкова. Вместе с Наилем Умяровым он перешел в «Спартак» из «Чертанова» в прошлом году. Но Умяров быстро обосновался в команде и даже получил по итогам сезона приз лучшего дебютанта, а Глушенков отправился набираться опыта в «Крылья Советов». Аренда, как известно, далеко не всегда приносит пользу. Часто ребята в чужом городе не приживаются, теряют веру в себя и навыки, которые приобрели в школе. Тут нужно иметь крепкий характер и упорство. Глушенкову их не занимать.

На радарах ДФЛ он появился в 2012 году — в родном Смоленске, на турнире «Товарищ Гвардии футбол», который был посвящен Дню Победы. Мы очень постарались, чтобы ребята прочувствовали особую атмосферу турнира. Например, вместо отелей поселили их… в армейской казарме. На что резко отреагировали родители пацанов из ЦСКА: мы, мол, только что из Парижа приехали, а тут казармы! Пришлось объяснять, что казармы — особые, в них в свое время жили не только воины, но и игравшие за местную «Искру» Сергей Шавло, Георгий Ярцев, Сергей Филиппенков.

Призы тоже были редкие — кубки с военной символикой для команд, солдатские пилотки со звездочками для лучших игроков. Одна из них, думаю, сохранилась у Максима Глушенкова, лучшего полузащитника турнира. В ворота ФК «Минск» он, как сейчас помню, положил два мяча, великолукскому «Экспрессу» загрузил три. Хотя его команда (СКА) заняла только четвертое место.

Тренировал ее Сергей Пучков. Как рассказывает отец Максима, Пучков, набравший ребят из детских садов, не налегал на физподготовку, как многие из его коллег, а давал мальчишкам возможность подольше возиться с мячом. Не стеснялся советоваться с родителями-земляками — Сергеем Филиппенковым (известен по выступлениям за ЦСКА и работе в командах мастеров), Дмитрием Нежелевым (играл за «Уралмаш», «Зенит», «Кристалл»).

На этом турнире Максима и приметили скауты Академии Коноплева. Попасть туда было большой удачей: отличные поля, восстановительный центр, общеобразовательная школа, возможность играть в самых престижных, в том числе и зарубежных, турнирах, тренерский коллектив, заряженный идеями Юрия Петровича Коноплева. Тренеры буквально дневали и ночевали в академии. По крайней мере, часто прилетая в Тольятти поздним авиарейсом, я неизменно заставал их на рабочем месте.

После ухода Коноплева из жизни академия начала рушиться. Уезжали тренеры, уходили в другие школы ребята, с которыми «работали» агенты. Отправился с отцом в Москву, в «Локомотив», и Максим.

Но здесь не сложилось: помешали травмы, тренеры не увидели в Глушенкове перспективу. А вот в «Чертаново», куда перешли несколько специалистов из Тольятти вместе с главным селекционером Дмитрием Поляцкиным, его разглядели. Сейчас Максим на виду и, будем надеяться, рост его только начинается.

Наиль Умяров: родители очень боялись оставить его в Москве одного

Много лестного — и заслуженно! — говорят сегодня об академии «Чертаново». Я же помню ее обычной средней школой, отличавшейся от других разве что наличием своего манежа. Изменения начались с приходом молодого, энергичного, общительного руководителя Николая Ларина. Романтика по духу, который сумел обратить внимание на школу Министерства спорта Москвы.

Именно в «Чертаново» одними из первых среди столичных школ осознали важность турниров ДФЛ. Не пропустили ни одного! А мы, соответственно, не прозевали первые шаги будущих звезд.

Наиль Умяров, как и Максим, тоже «ранний». В свое время папа Наиля, сам игрок городской команды Сызрани, попросил оценить способности сына известного детского тренера Виктора Вечкина. Узнав, что Наилю всего 4,5 года, тот отказался: рано. Через месяц в Сызрани стартовал турнир, в котором играл отец Наиля. Не скучали и мальчишки, гоняя мяч на соседней «гарюхе». Оказавшийся рядом Вечкин отметил среди них маленького, но очень шустрого пацанчика. Это был Наиль.

Вскоре он уже выступал за лучшую детскую команду Сызрани — точнее, сразу за несколько, даже за те, где играли ребята на пару-тройку лет старше. Но и этого ему было мало: по выходным ездил в Академию Коноплева, чтобы поучаствовать в турнирах.

— В 10 лет Наиля позвали в Москву, — рассказывает Людмия, мама Наиля. — Конечно, заманчивая перспектива: не каждому выпадает такой шанс. Но и сомнения были. Отправлять его одного не было и мысли, совсем ведь кроха. И уезжать из Сызрани не хотелось — свой дом рядом с Волгой, устраивавшая нас с мужем работа, друзья. Да и старшего сына на кого оставить? Но мы видели глаза Наиля — как они вспыхивали, когда речь заходила о Москве. И решили рискнуть.

Первый просмотр он проходил в «Спартаке» у Евгения Сидорова. Прошел. Но тогда спартаковские ребята жили по несколько человека в арендуемых квартирах — под присмотром, но все-таки почти самостоятельно. А нам хотелось, чтобы Наиль был рядом. Так он оказался в «Чертаново», где мне предложили работу медсестры. И отношение к мальчишкам мне понравилось, и желание руководства создать сильную команду 2000-го года рождения.

Из приезжих мы были в ней первыми. Потом подтянулись Дима Великородный из Ставрополя, Кирилл Колесниченко из Камышина, Саша Михайлов из Барнаула… Сейчас они успешно играют за вторую команду «Чертаново», а тогда наводили шороху на многих турнирах, в том числе под эгидой ДФЛ.

Владислав Карапузов: никогда не боялся идти в обыгрыш

Мамы юных футболистов нередко становятся главными вершителями их судеб. Не могу, например, представить успеха братьев Миранчуков без участия их мамы. Ради детей Елена уехала из родной станицы Славянск-на-Кубани в Москву и устроилась воспитателем в интернате — сначала «Спартака», а потом «Локомотива». Не так просто ютиться в общежитии много лет. Но, как со временем выяснилось, игра стоила свеч.

Еще одна яркая мама, которую хорошо знают в ДФЛ, — Ирина Карапузова. Не просто мама подающего серьезные надежды футболиста «Динамо» Владислава Карапузова, но и заместитель директора академии ФК «Локомотив». Первые тренировки Влад провел в «Трудовых резервах». Ирина, мастер спорта по синхронному плаванию, работала в РГУФКе, по соседству с Черкизово. Вот и решила для удобства перевести сюда сына. Ну и потом, «Локомотив» — все-таки марка!

https://twitter.com/fckazanka/status/1001100498634706944

Рассказывает первый тренер Карапузова Сергей Клочков, среди воспитанников которого — Александр Кокорин, Дмитрий Полоз, Заурбек Плиев:

— Владик выделялся в команде. Маленький росточком, жилистый, настырный. Я ему место в нападении определил. На правом фланге. Старался развить в индивидуальном плане, чтобы он шел в обводку, стремился обыграть соперника один в один. Ведь защищаются всегда большим числом игроков, чем атакуют. Владик это быстро усвоил. Бывало, пошел в обыгрыш — потерял мяч. Опять пошел — снова потеря. Другой бы, наслушавшись упреков в свой адрес, дал по тормозам, но только не Владик. Говорю же — настырный, с характером. От природы ему досталось нестандартное мышление. Получит мяч — не знаешь, что сейчас сделает. А еще он очень маневренный, быстрый в решениях.

В академии «Локомотива» не комментируют, почему Карапузов после ее окончания оказался вдруг в «Динамо». Кто-то говорит, что предложили несерьезный контракт (100 тысяч рублей в месяц), кто-то предполагает, что Влад не проходил в основу, а играть ему хотелось много и сразу…

Вадим Карпов: архангельские мужики играли в футбол еще в XIX веке

Вадим Карпов свой поход на Москву тоже начал с «Локомотива». В его метриках местом рождения числится Котлас, городок в Архангельской области. Ну какие, казалось бы, могут вырасти таланты в поморском крае, где и полей-то нормальных днем с огнем не сыскать?

Между тем футбол там появился еще в XIX веке — в соседней с Котласом Коряжме. В самом городке подходящей поляны не было, поэтому энтузиасты переправлялись на лодках на недалекий Шилов остров, прихватив колья для ворот и простенькую амуницию, состоящую из рубашек и отрезанных по колено брюк. А в 60–70-е годы прошлого века Коряжма играла даже во всероссийских соревнованиях.

Почему я неплохо знаю историю северного футбола? Да потому что в годы становления ДФЛ в турнирах принимали участие команды из Вычегды, Шалакуши, Красавино, Бабаево, все тех же Котласа и Коряжмы. Большинство спонсировались леспромхозами. Но с годами они перешли в руки московских и иностранных «оптимизаторов», которые посчитали спорт и культуру непрофильными дорогими забавами, и резко сократили финансирование. Местные мальчишки, по сути, лишились футбола…

Здорово, что в последние годы северяне потихоньку стали возвращаться. Вадик Коломинов из Котласа даже стал победителем престижной «Дзюбиады» в Анапе, получив в награду поездку на матч «Зенит» — «Динамо», где его приветствовали тысячи болельщиков. А после матча прошел в раздевалку питерцев и пообщался с самим Артемом Дзюбой.

Казалось бы, Карповым в Котласе должны гордится. Оказалось, немногие знают о его корнях. Во-первых, в раннем детстве он занимался рукопашных боем, а во-вторых, рано уехал в Санкт-Петербург, в «Смену», где вырос в прямом и переносном смысле. Рост его, сына баскетболиста, сегодня 190 сантиметров, и выступает он за ЦСКА. Хотя мог бы подменить в «Локо» сдающего позиции Ведрана Чорлуку.

Просмотрели его, как и Глушенкова, тренеры «Локомотива».

Павел Маслов: 4 года играл за ЦСКА, а потом вернулся в родную Тюмень

Детский футбол 90-х годов прошлого века и нынешний — земля и небо, если говорить об инфраструктуре и организации. Сейчас даже в маленьких городках искусственные поля совсем не редкость — спасибо экс-президенту РФС Виталию Мутко, который в начале своего восхождения к вершинам власти определил путь развития футбола: строительство полей, формирование методических кабинетов в школах, учреждение грантов для детских тренеров.

Здорово помогал в этом деле фонд Романа Абрамовича, где трудилась в основном расторопная молодежь. Были задействованы даже структуры Министерства обороны, который возглавлял очень неравнодушный к спорту Сергей Иванов.

Жаль, что существовала такая связка недолго. Многое из задуманного (например, базы для основной и юношеских сборных России) так и не было реализовано. А главное — не создана система подготовки детских тренеров, не решена проблема достойной оплаты их сложнейшей работы.

В подавляющем большинстве случаев уровень грамотности детских тренеров по-прежнему на низком уровне. Среди них очень мало тех, кто пришел в профессию по призванию, кто действительно любит возиться с малышней. И даже те немногие, кому дарован талант детского наставника, стремятся уйти в большой футбол или на административную работу.

Один из примеров — Роман Христич, проработавший несколько лет в академии ПФК ЦСКА, где, кстати, уже четверть века трудится и его отец Михаил Васильевич (болельщики со стажем наверняка помнят его игру за «Памир» из Душанбе). Роман, конечно, тоже мечтал стать футболистом. Получилось не так здорово, как хотелось: побегал за команды второй лиги «Мосэнерго», «Вышний Волочок», немного поиграл в первой, за «Луч» из Владивостока.

Зато в 17 лет, что в ту пору большая редкость, прошел школу третьего дивизиона Германии, попытал свои силы в Чехии. Европейский опыт не прошел даром — такой можно сделать вывод, вспоминая его работу детским тренером в ЦСКА. Как вел он игру, как общался с игроками, как выстраивал отношения с родителями!

Его команда 2000 года рождения прошла многие турниры ДФЛ, редко оставаясь без наград. Состав ее был, можно сказать, звездным: Павел Маслов, который сейчас играет в «Спартаке», Константин Марадишвили, с недавних пор основной игрок ЦСКА, Михаил Игнатов, рано начавший выступать за «Спартак», Виталий Жиронкин, стоящий на пороге армейской основы.

Они выделялись уже в детском возрасте. Маслов, к примеру, был очень быстрым, но маленького роста. С характером, однако с пробелами в технике. Не то что Марадишвили, который, как истинный грузин, с малых лет с мячом «на ты». Паша начинал в Тюмени — он сын знаменитого защитника Евгения Маслова, рекордсмена «Тюмени» (374 игры), выступавшей в высшей и первой лигах чемпионата России. Понятно, что отец и был его первым тренером.

В академии ЦСКА у Христича Паша провел почти четыре года, а потом сменился тренер, начались непонятки. В итоге талантливый парень вернулся в родную Тюмень. В 15 (!) лет дебютировал в команде мастеров, выйдя на замену в матче против иркутского «Байкала», а вскоре появился в основе в игре против «Тосно». Его второе пришествие в Москву, на сей раз в «Спартак», оказалось удачным.

Виталий Жиронкин: казнил голами «Чертаново» и Череповец

Как сложится судьба Миши Игнатова, лучшего игрока ДФЛ на многих турнирах? Здорово начав в «Спартаке», сейчас он застрял на скамейке запасных. Будет ли столь же удачливым в большом футболе Виталий Жиронкин (ЦСКА), который на чемпионате ДФЛ 2012 года в полуфинале забил все три мяча в ворота далеко не слабого «Чертанова», а потом сделал дубль в игре против команды из Череповца? Роман Христич, который работает сейчас директором подмосковного УОР-5, считает, что их время обязательно наступит.

Примерно такую же потерю, как ЦСКА, понес тренерский состав детского футбола Алтая: на административную работу, возглавив новую школу «Темп», перешел Олег Киушкин, бывший игрок местного «Динамо», сразу после завершения карьеры ставший детским тренером. Наделен он был очень важным талантом: умением распознать способности у мальчишек, а главное — развить их.

Из состава барнаульской команды 2001 года рождения добрая половина игроков разъехалась по ведущим академиям страны. Некоторые уже потихоньку подбираются к основе: Робинзон Звонков — в столичном «Динамо», Даниил Зарецкий и Артем Карпукас — в «Локомотиве», Степан Никитин — в «Краснодаре», Михаил Наумов после окончания академии «Чертаново» пробует силы в новотроицкой «Носте».

Почему ушел в директора Киушкин? Не потому, что тянуло в кресло начальника. Просто понял: работаешь «на дядю». Условия роста ребят в Барнауле, мягко говоря, ограничены, да и с зарплатой туго.

Пройдет еще чуток времени, и его бывшие воспитанники будут стоить немалых денег. Да только Киушкин ни копейки не получит. Разве это правильно? Думаю, в наведении порядка по выплате компенсаций и поддержке детских тренеров РФС должен действовать жестче. Не как в резонансной истории с Александром Головиным (несмотря на шум в прессе и многочисленные интервью заинтересованных лиц, проблема «наследия Головина» до сих пор остается нерешенной).

Уверен, что российский футбол находится на пороге больших перемен со знаком «плюс». В клубах все чаще смотрят на своих воспитанников. Некоторых я упомянул. А где-то рядом — те, кому надо «еще немного, еще чуть-чуть»: Алексей Миронов, Александр Черников, Данила Прошляков, Даниил Хлусаевич, Леон Мусаев, Тигран Аветисян, Максим Турищев…

Всех и не перечислить по памяти, этих детей Миллениума. За драгоценную россыпь — спасибо тренерам. Это они находили таланты, росли вместе с ними, переживали, радовались, гордились и надеялись.

Будем надеяться и мы.

* Соцсеть, признанная в России экстремистской

Сокращение премьер-лиги: плюсы и минусы. Разбираем возможную реформу

РПЛ и РФС рассматривают возможность изменения схемы проведения чемпионата России. Как сообщает «РБ Спорт», существует вариант сокращения Тинькофф РПЛ до 12 клубов. «Матч ТВ» пытается примерить на наш футбол этот укороченный кафтан.

Логичный вопрос: «А как у них?» А вот так.

• Турция — 21 команда в высшей лиге.
• Испания, Англия, Италия, Франция, Сербия, Япония, Бразилия — 20.
• Германия, Нидерланды, Португалия, Чехия, Бельгия — 18.
• Норвегия, Швеция, Белоруссия, Польша, Мальта, Румыния, Люксембург, Китай — 16.
• Сан-Марино — 15.
• Израиль, Болгария, Греция, Кипр, Украина — 14.
• Дания, Исландия, Финляндия, Косово, Босния и Герцеговина, Венгрия, Австрия, Северная Ирландия, Шотландия, Ирландия, Словакия, Македония, Гибралтар, Уэльс, Южная Корея — 12.
• Казахстан — 11.
• Эстония, Грузия, Албания, Черногория, Хорватия, Словения, Швейцария, Фареры, Латвия, Молдавия, Армения — 10.
• Азербайджан, Андорра — 8.
• Литва — 6.

США (26 клубов) и Аргентину (24) не трогаем, для нас это зазеркалье.

Тенденции улавливаются нечетко, поскольку на количество команд в лигах влияют не только и не столько футбольные факторы, сколько экономические и географические. Ясно лишь, что все топ-чемпионаты — в верхней части списка. И что на всякое правило есть исключения: Люксембург, Сан-Марино, Мальта, Сербия, Чехия.

Россия подумывает опуститься в этом списке ниже, сохранив потенциал, вероятно, за счет формулы чемпионата. «РБ Спорт» рассматривает несколько вариантов обновленного турнира — с делением на лучших и худших по итогам первой части, с матчами на вылет и так далее. Не станем повторяться, загляните в источник. 

На мой взгляд, формула вторична. Она задается целью реформ. И также их причинами.

Высокие футбольные начальники упоминали две возможные выгоды: увеличить число матчей в сезоне, потому что нынешних 30 игр регулярного чемпионата маловато, и увеличить плотность матчей высшей категории, когда между собой встречаются гранды. Понятно, что это разные цели. Не противоречащие друг другу, но достигаемые неодинаковым путем.

Для увеличения матчей в сезоне, согласно прямой логике, необходимо не сокращать, а увеличивать число участников. 18 команд — 34 тура вместо 30 при двухкруговой системе. 20 команд — 38 туров. И так далее.

Но вмешиваются экономика с географией. При 20 командах высока вероятность перелетов на Дальний Восток и рост числа проходных матчей: гранд против аутсайдера, аутсайдер против аутсайдера (эти и сейчас не слишком чаруют). Сильным клубам такая формула в плане уровня и мастерства ничего не даст. Слабым, пожалуй, тоже: кто только ни бил «Томь» с «Тюменью», гигантами индустрии они от этого не стали.

Другое дело — сохранение футбола в регионах. Визит гранда в провинцию всегда праздник и ажиотаж. Сохраняется видимость того, что игра номер один на местах жива, «кузьмичи» не вымирают, а затаились в ожидании лучших времен, детки, увидев раз в год дядю-кумира, бегут записываться в секцию и тому подобное. Отчасти это правда. Но можно ли удержать футбол на плаву одной лишь формулой соревнований?

В Англии полно всяких «Престонов», которые периодически млеют от кубковых матчей с «Арсеналами». Они не превращаются от этого в элиту, а если превращаются, то от другого. От инвестиций, многолетней работы, зашкаливающей инициативы и кипучего бизнеса. Э-ко-но-ми-ка.

Если так, решили авторы реформ, стоит сократить число команд, но увеличить число матчей и одновременно их качество. Мысль понятна, прочее — варианты. Можно играть в четыре круга, как в Швейцарии. Или в три, как в Шотландии. С последующим разделением на верха и низы, со стыками и пульками — на здоровье. Допускаю, что будет интереснее, чем сейчас.

Правда, географию, скорее всего, ждет обрезание. Задумаются о продолжении мучений и беднейшие. В этом смысле реформы выглядят спроектированными в интересах лишь части российских болельщиков и наиболее богатых клубов.

С другой стороны, ничто не меняющих реформ не бывает, иначе это и не реформы вовсе. Наверное, инициаторы перестройки просчитали последствия, сверились с чужими ошибками. Тот список, что приведен выше, в оригинале был двухлетней давности. Мне пришлось перепроверять его вручную, и знаете что? Бездна изменений. Страны Европы постоянно варьируют число команд в лигах, пытаясь выйти на оптимальный формат. Возможно, настало время российских экспериментов.

Остается добавить кое-что важное. Быть может, даже главное. Имей Россия много крепких команд, о сокращении лиги не было и речи, это очевидно. Реформы — следствие обратного процесса. Хиреет «Тамбов», померли «Тосно» и «Амкар», спеклась «Мордовия» — список последних лет очень длинный. 12 команд в лиге — попытка зафиксировать макроэкономические тенденции в футболе. Но — на текущий момент. А что будет дальше?

Чем глобально отличаются от «Тамбова» «Ахмат», «Арсенал», «Ротор», «Уфа», «Урал» или «Химки»? Много ли стабильных гигантов, готовых прийти им на смену из ФНЛ? Любая команда с бюджетным финансированием — потенциальный кандидат в мир иной. Да и с частным тоже, поскольку зависимость наших частников от экономики вообще и государства в частности огромна. При этом помощь государства в создании системы развития профессионального футбола (не путать с подачками) могла бы быть более глубинной.

Меняя формат соревнований, мы признаем проблемы в экономике футбола и пытаемся остановить сползание страны в международных рейтингах. Но при этом не страхуемся от дальнейших изменений. Причины наших бед останутся прежними, во многом не подвластными футбольным реформам, а требующими общегосударственных мер. Теоретически желание сохранить уровень турнира потребует лет через пять еще одного сокращения. Выживут сильнейшие. Армия будет играть против железной дороги, нефть против алмазов, полиция против оборонки, как в условном Мозамбике. Шесть команд — почему бы и нет? Как в Литве или Армении несколько лет назад.

Но если, реформируя, зрить в корень, число клубов зафиксируется, а потом и возрастет. Они станут ровнее по силе, что благо для любого турнира, залог его выживания и развития. 

Регламент на прокачку. В Казахстане и Белоруссии из-за возможного наплыва «евразийцев» изменили формат заявки. Что скажет Россия?

Ни одного футболиста с местным паспортом на поле — теперь это законно. Серьезно?

Посторонним вход разрешен

Борцы за полную отмену паспортных ограничений в чемпионате России выиграли бой, но не войну. Им теперь дышится чуть легче.

Во-первых, с нового сезона РПЛ, как известно, переходит на относительно мягкую формулу лимита на легионеров — «8+17» (если точнее, 8+4+13, об этом чуть ниже). Во-вторых, с 1 июля 2020 года легионерами в России перестают считаться футболисты из стран Евразийского экономического союза (ЕАЭС). А россияне, соответственно, получают абсолютно свободный доступ в четыре дружественных турнира: чемпионаты Казахстана, Белоруссии, Армении и Киргизии.

Вряд ли, конечно, поток рабочей силы «на вход» в РПЛ вырастет в разы и отразится на общем качестве лиги. Грядки соседних стран Россия и без того окучивает тщательно. Интересные русскоязычные ребята у работающих на нашем рынке агентов — всегда на самом кончике карандаша (белорус Илья Шкурин, которого подписал зимой ЦСКА, — самый свежий пример), поэтому партнеры России по ЕАЭС так или иначе отмечены в премьер-лиге.

А по ФНЛ и особенно ПФЛ, регламент которой в принципе не допускает наличие в заявке легионеров, — разговор отдельный. Тоже, кстати, очень любопытный.

Объем же и качество трансферного потока «на выход» с точки зрения развития российского футбола, извините за имперские замашки, вторичны. Рост уровня миграции серьезных (ключевое слово) российских футболистов на сопредельные футбольные территории нам точно не угрожает. Он, к слову, и сейчас внушительный, просто немногим в России это интересно. Ниже есть кое-какая статистика — удивляйтесь на здоровье.

Да и единичные случаи этой самой миграции (речь, опять же, о качественных футболистах — скажем, о кандидатах в сборные) не факт что обнаружатся. Способных ребят с российским паспортом и здесь неплохо кормят, поэтому трансферы россиян в Казахстан, Белоруссию, Армению и Киргизию (есть и такие, да) — почти всегда личные истории. Игровая практика, возраст, деньги (в ФНЛ и ПФЛ не особо заработаешь, а у соседей можно финансово приподняться, если с клубом повезет), интересы агентов и так далее…

Но не все так просто. Свободный доступ на российский рынок «евразийцев» может породить проблемы, с которыми прежде нам дел иметь не доводилось. Как новый уровень свобод отразится, например, на самочувствии перегретого рынка? На и без того невысоких шансах российских юниоров пробиться поближе к основе?

Цены на качественных дефицитных «паспортистов» — что с ними будет? Взлетят еще выше? Или припадут?

Относительно дешевый, без изначально высоких запросов «евразиец» — как он себя поведет в новых реалиях? А ну если, наученный агентом, начнет массово ломить миллионные запросы?..

Вот вам, например, коллизия из области неизведанного. Клуб из нижней половины таблицы РПЛ, условный «Тамбов» («Оренбург», «Сочи», «Крылья Советов» и так далее), более-менее качественно закрыв 8 легионерских позиций, вдруг ясно понимает, что поймал шанс прилично сэкономить. Ведь больше нет нужды маневрировать в рамках лимита и охотиться за дефицитным «товаром» с российским паспортом.

Можно, в сущности, вообще обойтись без россиян в основе. Потому что на три оставшиеся позиции претендуют такого же примерно уровня (понятно, что очень среднего, ибо лучших давно разобрали лидеры), но на порядок более дешевые, не избалованные вниманием и деньгами «евразийцы».

Что происходит дальше? Как регулируется рынок? Цены на полноправных братьев-варягов растут — или на россиян падают? Куда деть излишек доморощенной рабочей силы, если он действительно образуется (а он неизбежно образуется, вопрос только в масштабах)?

А может, с регламентом РПЛ предстоит поработать?

Прямая защита национальных интересов на данный момент сформулирована в п. 12.9.1 регламента РПЛ, который гласит:

«В сезоне-2020/21 для участия в чемпионате клуб сможет единовременно зарегистрировать не более 25 футболистов, в том числе не более 8 легионеров и не менее 4 доморощенных футболистов. В случае отсутствия в заявке клуба указанного обязательного количества доморощенных футболистов, квота уменьшается до 24-21 футболистов».

Вот она, более точная формула нового лимита: 8 легов + 4 доморощенных + 13 «евразийцев» (включая россиян).

Тут еще одна оговорка: доморощенный игрок — совсем не обязательно россиянин. Для него в регламенте придумана скучная длинная формулировка, которая подразумевает клубную, но не национальную принадлежность.

***

В общем, вопросы к новой футбольной реальности есть, и вопросы не праздные. В Казахстане и Белоруссии уже ищут на них ответы, Армения держит паузу, Киргизия — вещь в себе.

Прокатимся по ЕАЭС?

Казахстанская Премьер-лига («весна-осень»)

Сезон-2020: 7 марта — 8 ноября

12 клубов играют по принципу «каждый с каждым» в три круга (календарь матчей третьего круга составляется на основании Таблицы Бергера)

Чисто по хронологии КПЛ — пионер процесса евразийской футбольной интеграции: чемпионат стартует раньше всех. Чтобы вписаться в новые реалии, перед сезоном-2020 в регламент турнира пришлось вносить математические по форме, но идеологические по содержанию поправки.

Смотрите, что теперь получается.

Вместимость клубной заявки КПЛ согласно регламенту — 30 позиций. Не меньше 12 из них должны занимать воспитанники казахстанского футбола. 8 отдано «классическим» легионерам, но с поблажкой: еще двух легов клуб вправе заявить дополнительно, перечислив за каждого по 35 миллионов тенге (примерно по 6 миллионов рублей). Соответственно, оставшиеся 8 или 10 мест в заявке остаются футболистам из стран ЕАЭС.

При этом на поле могут одновременно находиться не более 6 легионеров (игровая формула лимита «6+5» продолжает действовать), тогда как для «евразийцев», разумеется, никаких ограничений не существует в принципе: их права охраняет высший закон.

То есть вполне реальна ситуация, при которой казахстанским футболистам места в составе вообще не найдется: 6 «настоящих» легионеров + 5 «евразийцев» = соблюдение всех норм регламента. Или, допустим, такой расклад: 1 классический лег + 10 россиян (белорусов, армян, киргизов) = закон тоже не нарушен.

Глава ПФЛ Казахстана Олжас Абраев на недавней встрече с журналистами обозначил уровень тревоги:

— Решение открыть наш чемпионат для игроков из стран ЕАЭС может на первых порах негативно отразиться на результатах сборной. Допускаем, что не все кандидаты в главную команду будут получать достаточно игрового времени в своих клубах. Однако даже если полностью отменить лимит на легионеров, человек 15-20 из числа казахстанских футболистов будут играть постоянно. Надеемся, что некоторые игроки решатся попробовать свои силы в зарубежных чемпионатах.

Заявочный период в КПЛ продлится до 3 апреля, но уже сейчас понятно, что шлюзы работают с тройной нагрузкой. Если за весь прошлый сезон в 12 клубах казахстанской лиги отметились всего 4 россиянина (из общих 96), то сейчас, когда заявки только формируются, — уже 12. На контрактах, а не на просмотрах. Просмотров — многие десятки.

• «Ордабасы» Чимкент: Александр Клещенко
• «Кайсар» Кзыл-Орда: Алексей Шумских
• «Окжетпес» Кокчетав: Даниил Чертов, Исламнур Абдулавов
• «Иртыш» Павлодар: Максим Житнев
• «Шахтер» Караганда: Давид Юрченко, Арсен Хубулов
• «Тараз» Джамбул: Аюб Бацуев
• «Кызыл-Жар» Петропавловск: Иван Маркелов
• «Каспий» Актау: Денис Кавлинов, Лионель Адамс, Владислав Сиротов

Белорусов, кстати, в КПЛ-2019 было больше, чем россиян: целых 5 футболистов. Армян — 2, а киргизский рынок братьев-казахов не привлек вообще.

Белорусская Высшая лига («весна-осень»)

Сезон-2020: 21 марта — 5 декабря

16 клубов играют по принципу «каждый с каждым» в два круга

У белорусов времени в запасе чуть больше, да и опыт уже имеется: в прошлом сезоне россияне легионерами в БВЛ уже не считались. Поэтому там принципиально иная ситуация. В регламент по сравнению с сезоном-2019 внесены нормы, защищающие внутренний рынок. Протекционизм чистой воды.

Сезон-2019: на поле одновременно могли находиться не более 5 легионеров, в заявке на матч — не более 8, в заявке на сезон их количество не было ограничено; россияне приравнены в правах к белорусам (как и, соответственно, в чемпионате России).

Сезон-2020: на поле должно находиться не менее 5 игроков с белорусским паспортом и не более 5 легионеров (+ еще максимум 3 в запасе); количество россиян не ограничено; по игрокам из Армении, Казахстана и Киргизии документация пока не согласована с Минспортом РБ.

Показательная статистика: в 2016 году в чемпионате Белоруссии сыграли 100 иностранцев, в 2017-м — уже 120, в 2018-м — 128, а в 2019-м — целых 162. При том что россияне, напомним, в 2019-м легами уже не числились. А их, между прочим, набралось 53 единицы на 16 команд!

Популярнейшее белорусское издание «Прессбол» приводит такой пример:

— Теперь на законодательном уровне невозможен казус, когда на матч с «Дняпро» (Могилев) «Гомель» выставил в старте двух белорусов и девять иностранцев (включая семерых россиян). Вера в зарубежные активы, кстати, тогда не спасла — встреча завершилась унылыми 0:0…

Не менее любопытен и другой казус: из 32 иностранцев, защищавших цвета трех лидеров прошлого сезона («Динамо» Брест, БАТЭ Борисов, «Шахтер» Солигорск), — только один россиянин: Джамалдин Ходжаниязов с ничтожными двумя матчами. Что-то как-то не привлекает лучшие белорусские клубы российский рынок вторсырья.

И посмотрим, что будет дальше. Ведь теперь конкурентами россиян в белорусских клубах становятся не местные парни, которым гарантированы 5 мест в составе, а классические леги — всякие там бразильцы с французами да балканцы с африканцами. Тренерам же команд БВЛ нужно срочно прибавлять в математике: история знает случаи, когда в паутине замен по ходу матча нарушались и более простые схемы лимитов.

Армянская Премьер-лига («осень-весна»)

Сезон-2020/21: август 2020 — май 2021

10 клубов играют по принципу «каждый с каждым» в два круга, после чего шестерка сильнейших продолжает борьбу за медали

В чемпионате Армении, который проходит примерно в одним сроки с РПЛ, действует очень демократичная схема лимита. Его фактически нет: в заявке на матч должны фигурировать 8 футболистов с армянским паспортом (из 23), только и всего. Пойманных на нарушении несильно журят и чуть-чуть штрафуют, более тяжелые санкции не предусмотрены. А на поле — хоть 11 иностранцев выпускай, нет проблем.

Получается, что на структуру клубных заявок армянских клубов евразийские веяния вообще никак не повлияют (если не изменится регламент). Зато отток талантливой молодежи усилится, потому что денег в армянском футболе — кот наплакал. В Казахстане и Белоруссии, уж не говоря о России, толковым футболистам платят существенно больше. В этой связи протекционистские меры перед сезоном-2020/21 исключать нельзя. Белоруссия Армении в помощь.

Для сведения: россияне давно протоптали дорогу в чемпионат Армении. Вот текущий кадровый расклад (именно в таком порядке располагаются клубы в таблице чемпионата Армении после 15 туров сезона-2019/20):

• «Лори» Ванадзор — 1 игрок с российским паспортом
• «Арарат-Армения» Ереван — 4
• «Алашкерт» Ереван — 2
• «Арарат» Ереван — 14
• «Ширак» Гюмри — 2
• «Ной» Ереван — 13
• «Пюник» Ереван — 4
• «Урарту» Ереван — 5
• «Гандзасар» Капан — 1
• «Ереван» Ереван — 5

Киргизская Премьер-лига («весна-осень»)

Сезон-2020: 14 марта — ноябрь 2020

9 клубов играют по принципу «каждый с каждым» в четыре круга

Чемпионат Киргизии в евразийской пятерке — самый, как бы это сказать поделикатнее, непрезентабельный. Информации о нем в открытом доступе — минимум: даже полного календаря на стартующий в середине марта сезон обнаружить не вышло (его, говорят, в окончательном виде просто не существует). Зато окольными путями выяснилось, что КПР в грядущем сезоне неожиданно приросла одним участником, 9-м по счету (в прошлом сезоне было 8). 5 из 9 клубов — частные, 4 — муниципальные.

Поправки в регламент уже внесены: граждане ЕАЭС легионерами отныне не считаются. Пробный шар запустил чемпион страны «Дордой» из Бишкека, подписавший контракт с полузащитником Федором Шереметовым, который в прошлом сезоне выступал за ставропольское «Динамо» (ПФЛ).

Поживиться качественным «товаром» в КПР России едва ли светит, но давайте не забывать, откуда родом Ильзат Ахметов, один из кандидатов на участие в Евро-2020. А также игру Валерия Кичина припомним, который отметился в «Тюмени» и «Енисее» (2015-2019).

Кичин, кстати, прошлый сезон провел в Белоруссии («Динамо» Минск). Как и еще два киргизских парня: Гульжигит Алыкулов («Неман» Гродно) и Атай Джумашев («Энергетик-БГУ» Минск).

«Бухгалтер после увольнения найдет другую работу. Футбольному судье идти некуда». Интервью с экс-арбитром, ныне спортивным директором

Тимур Арсланбеков с 2004-го по 2017-й отсудил в чемпионатах и Кубке России 235 матчей, предъявил 840 желтых, 60 красных карточек. Потом резко закончил и теперь трудится спортивным директором нижнекамского «Нефтехимика», высоко идущего, к удивлению многих, в первенстве ФНЛ.

Встретились. Поговорили о нынешней и бывшей его профессии. Даже двух.

• Беседа с Нагельсманном
• Можно ли в луже растворить кроссовок
• Как сэкономить на «весне-осени»
• Что Александр Егоров делал не так
• О двух самых сложных часах в жизни

— Вам 43, а уже не судите. Почему?

— Вообще-то сужу — первенство Москвы среди любителей и ветеранов, матчи Совета федерации с регионами. Последнюю игру на профессиональном уровне отработал в апреле 17-го. По возрасту и физически мог продолжать, до сих пор в отличной форме, но не пригодился. И уже не верю, что возврат возможен. Чтобы через два года арбитры возвращались на топ-уровень — таких прецедентов в России не было. Плюс кураж. Точнее, минус. Нет того чувства, с которым раньше выходил на поле. Его не было уже тогда, когда вернулся на один матч РФПЛ.

— А когда вы вернулись?

— В марте 17-го, «Томь» — «Амкар». До этого два года элиту не судил, только дивизионы ниже.

— Вернулись — и через месяц случился матч ФНЛ «Факел» — «Кубань», где вы назначили пенальти на 90-й минуте.

— Вот после него и не работал.

— На премьер-лигу куража, говорите, нет. А первенство Москвы без настроения судить можно?

— Эмоции в любой игре важны, без них нет смысла выходить на поле. Иногда сам себя заводишь. Ставишь задачу, допустим: в первом тайме вообще не останавливаться.

— То есть в паузах игроки стоят — вы бегаете?

— Ищу правильную позицию. В первенстве Москвы скорости не такие, как в РПЛ, приходится немножко себя подгружать. К тому же рывки с хода лучше, чем с места, если надо ускориться. Такое необходимо постоянно тренировать, тонус держать.

— А как же спортивное директорство в «Нефтехимике»?

— Сужу только в свободное от основной работы время.

— Из бывших судей, ставших руководителями клубов, на ум приходите только вы и словак Любош Михел.

— Почему, Игорь Егоров возглавлял «Нижний Новгород»,. Алексей Потапов работал в Саратове, Алексей Харламов — в «Тюмени», Олег Целовальников — в «Волгаре», Сергей Марушко — в «Крыльях», Александр Гвардис — в «Балтике»… И это только директора. Наверняка еще кого-то упустил, примеров много.

— Кто кого нашел — клуб вас или вы его?

— Наверное, клуб меня. Давно знаком с главным тренером Юрием Уткульбаевым. Когда команда вышла из второй лиги в первую, руководители сочли, что смогу помочь «Нефтехимику» в новых реалиях. Все-таки часто бываю в Москве, рынок знаю, за игроками слежу. В последние два года не раз приезжал в Германию, стажировался в разных клубах.

— Например.

— «Лейпциг», «Штутгартер Кикерс», «Хайденхайм». Первую, вторую и третью бундеслиги изучил глубоко. Общался с Юлианом Нагельсманном, главным тренером «Лейпцига». Мне и Алексею Шпилевскому, главному тренеру «Кайрата», организовали с ним получасовую встречу. Говорили о тактике.

— Зачем вам тактика на административной должности?

— Интересно. Система «Лейпцига» и Red Bull вообще изумляет: клуб основан 10 лет назад, а уже играет в Лиге чемпионов, даже по меркам Германии необычно. Вообще срез там таков: есть деньги, команда идет высоко, нет — теряет в ранге. Но по 30 тысяч на те же дрезденское «Динамо» или «Кайзерслаутерн» ходят постоянно.

— У них-то почему денег нет? С именем клубы.

— «Кайзерслаутерном» владеет какая-то политическая партия, финансовая ситуация запутанная.

— Познали секреты «Лейпцига»?

— Узнал очень многое. У «Нефтехимика», кстати, похожий игровой стиль, с поправкой на уровень исполнителей. Класс игроков «Лейпцига» высочайший, котируются на рынке. Тимо Вернер под 80 миллионов стоит, все его хотят. Нам таких сложно воспитать, но подходы, структуру, методику перенять можно. Тем более что в «Нефтехимике» стабильность. Финансирование по меркам ФНЛ не рекордное, зато все в полном объеме и в срок. Это позволило безболезненно пережить повышение в классе: шагнули наверх практически всей командой. Девять человек основы играли и во второй лиге, лишь двое пришли после выхода в ФНЛ.

— До «Нефтехимика» представляли чьи-то интересы, участвовали в трансферных сделках?

— Нет, но себя натаскивал. Выделял определенных игроков и начинал следить за их карьерой, чтобы понять, ошибся или нет. Пытался разобраться в причинах, если у кого-то не пошло. Правильно подбирать футболистов — целая индустрия, нужен и особый нюх, и опыт. Насчет первого не знаю, но второе можно натренировать. Тот же «Ростов», посмотрите, почти не ошибается с приобретениями, почти каждый новичок там растет.

— С покупками у «Ростова» нормально — с продажами было не очень. Акционеры «Нефтехимика», полагаю, были бы в шоке, если бы Денис Макаров, находясь на контракте, перешел бы в «Рубин» бесплатно. А «Ростов» раздал людей таким образом, и как с гуся вода.

— По Макарову президент выдал четкую установку: трансфер должен устраивать как клуб, так и игрока, быть для него комфортным. Именно поэтому Денис предпочел «Рубин». К тому же в штаб Леонида Слуцкого вошел Олег Веретенников, при котором Макаров начинал в «Оренбурге».

— Слухи о не пройденном медосмотре — чья-то игра на понижение?

— Не знаю. Но такое бывает. Я играл за команду университета и тоже не прошел диспансеризацию, а через два дня все было в норме. Может, не выспался или перенервничал. Макаровым давно интересовался ЦСКА, в итоге было принято решение в пользу «Рубина», футболист понимал, насколько важна для него в карьерном плане эта веха.

— Какая у «Нефтехимика» глобальная цель? Выращивать игроков на продажу? Для сборной? Играть для зрителей? Произвести фурор в Лиге чемпионов?

— В принципе хорошо играть. Радовать болельщиков. Растить свою молодежь. Сейчас в городе силами республики начинается строительство манежа. Огромное подспорье, потому что в наших условиях пять холодных месяцев тренироваться по большому счету негде. Другое дело, поставить на поток продажу собственных воспитанников не так просто. Кому продавать? В Европе попадаем под их лимиты, причем африканцы или югославы обходятся дешевле. Там даже американцев или японцев больше, чем россиян. Уровень подготовки тоже играет роль, если сравнивать наших и европейских детей, разница заметна. Желание выращивать качественных футболистов есть, но рыночная ситуация отрегулирована для нас не слишком удобно.

— Клубом владеет компания «ТАИФ»?

— Предприятие «Нижнекамскнефтехим», которое является нашим главным акционером, — часть корпорации «ТАИФ».

— «Нефтехимик» в таблице ФНЛ идет пятым. Если пробьетесь в РПЛ, не будет ли конфликта интересов с «Рубином», который тоже финансирует «ТАИФ»?

— Не путайте владение и спонсорство. «ТАИФ» помогает «Рубину» финансово, но хозяева у клуба другие.

— Инфраструктурно готовы к повышению в классе?

— Не совсем. Нет стадиона большой вместимости, а арена, позволяющая выступать в ФНЛ, войдет в строй только в начале сезона. Пока играем в Казани на резервном стадионе «Рубина».

— В городе строится стадион на 3,5 тысячи, изначально не готовый к премьер-лиге. Почему не довести вместимость до 10 тысяч? Дороже, зато снимет головную боль.

— В планах завода, насколько знаю, значится возведение такой арены. Выделено место. Остальное зависит от руководства и успехов команды.

— В нижнекамской луже можно растворить кроссовок, как поется в песне Семена Слепакова?

— Бросьте. Город заводской, рабочий, трубы дымят, люди живут. Иногда появляется информация про какие-то выхлопы, но это характерно для любого места, где есть крупное производство. Розового снега и кислотных луж ни разу не видел.

— Должна ли меняться география ФНЛ с учетом расстояний и дороговизны перелетов? Может, вернуться к двум зонам?

— Не мне решать, но 20 команд, наверное, многовато. Когда в неделю выпадает три матча, игроки не успевают восстановится, тем более при семичасовых перелетах. Тройник «дома — в гостях — дома» еще ничего, а «в гостях — дома — в гостях» тяжело дается. Хочется, чтобы календарь минимизировал такие моменты. Клубам и так непросто. Ищут деньги, решают проблемы с инфраструктурой. На одном из совещаний в РФС, говорят, люди из региона попросили Александра Дюкова помочь с поиском инвестора. У него есть выход на крупный бизнес, вдруг кто-то откликнется. 

«Вы сначала хотя бы козырек над трибунами постройте, — ответил глава РФС. — Когда спонсорский баннер заметен снегом, нет желания на него тратиться».

— Виталий Мутко в начале 2000-х рассказывал обратное: у «Зенита» были спонсоры, которые давали деньги, но просили себя не афишировать. А чуть позже в Раменском рекламу олицетворял огромный баннер «Правительство Московской области».

— Были и такие времена. Теперь иначе: из 60 команд ПФЛ только шесть хотят подняться выше. Зачем заявляться в турнир, если не стремишься выиграть? А в детском футболе требуют результат, хотя задачи там совершенно другие. Парадокс. Вообще спонсорство — отдельная тема. Деньги всем нужны, но у нас почему-то считается, что сначала должен прийти спонсор, потом победы. На самом деле наоборот: заиграет команда — найдутся люди, желающие с ней себя ассоциировать. Как говорил Сергей Галицкий, на футболе должно рекламироваться то, что доступно обычному человеку: семечки, конфеты, запчасти, мебель… У нас чаще — связанное с недрами. Тоже сектор экономики, но не очень близкий к конкретному потребителю.

— Почему клубы ФНЛ мирятся с тем, что на летнее переукомплектование команды в случае повышения в классе им отведено полторы-две недели? Изначально приходят в РПЛ жертвами.

— По факту это проблема четырех верхних клубов. Если они собираются в премьер-лигу, должны заранее понимать, на кого делать ставку.

— Но если не выйдут, получится потратятся впустую.

— Дело не только в трансферах. Новичков нужно наиграть, для этого необходим хотя бы месяц.

— Алекс Фергюсон и Юрген Клопп начали давать результат даже не в первый год. У нас — месяц. В итоге появляются команды-поплавки.

— Поменять 15-20 игроков за две недели невозможно, значит, надо думать заблаговременно.

— Вам не надоела «осень-весна»?

— В климатическом смысле без разницы, если сроки не меняются. В финансовом разница есть. Контракты заключаются до конца сезона. Футбола во время зимней паузы нет, но зарплату игроки получают. Им хорошо, клубу — бремя. При системе «весна-осень» была бы экономия. Не все гладко и с планированием. Частным клубам проще решить вопрос, бюджетным надо идти в правительство, просить деньги на год. Но они не знают сколько, потому что структурные перемены в лигах происходят летом. Это проблема.

— Вернемся к судейству. Уход Александра Егорова, судя по тому, как вы его критиковали, приветствуете.

— Критика не была направлена против Егорова лично. Просто не велась работа, позволяющая арбитрам нормально судить. Были закрепощены, витало напряжение. То ли на сборах что-то шло не так, то ли в личном общении с руководителем. При этом недоумение вызвали один-два матча, не больше. Ошибки — да, но это рабочий процесс: не увидел арбитр, неправильно позицию занял. Другое дело, что в первом дивизионе есть немало ребят, готовых судить премьер-лигу. Их надо постепенно подпускать. Пусть считаются судьями ФНЛ, но если человек в хорошей форме и принимает правильные решения, почему не дать ему два-три матча в сезоне?

— Кажется, назначения больше зависели от вкусовых предпочтений, чем от силы арбитра.

— Такое бывало. Не нравится руководителю манера судейства — остальное отходит на второй план. Но важно понимать, чего в принципе требовать от судей. И им довести.

— Неужели чего-то кроме нормальной работы?

— Есть быстрый, медленный, плотный, жесткий, агрессивный футбол. Нужны стандарты на уровне лиги. Сейчас так: один арбитр позволяет играть, не фиксирует мелкие нарушения в центре, побуждает к смелой игре. Выходит та же команда на следующий матч — попадает на судью с другой манерой. Более спокойный, любит посвистеть, себя показать. Вот этой разницы не должно быть.

— Считаете, Егорову инкриминировали только разную манеру судейства?

— На мой взгляд, повторяю, проблема в неправильной работе с судьями. Есть арбитры, работающие давно и достигшие потолка, они уже не сделают качественный скачок. Еськов, Безбородов, Карасев — куда выше, и так всего добились. Расставаться с ними неправильно, но направить, дать понять, какого стиля от них ждут, можно и нужно. Взять Узбекистан. Страна представлена в Азиатской конфедерации пятью арбитрами категории «топ». Вектор четкий — увеличение темпа игры. Иными словами, чистое игровое время должно постоянно расти, такая задача поставлена на уровне национальной федерации. Соответствуешь — получаешь шанс, нет — уступи место другому. Для этого требуется время, больше сборов, больше турниров. С ходу потребовать такое невозможно.

— Стиль — хорошо, но если все знают, что у Лапочкина пять двоек, а он продолжает получать назначения, тут не до стиля.

— Назначения всегда были вотчиной главы департамента.

— А должны быть?

— И должны быть. Но когда судьи видят, что за ошибки их коллеги не отстраняются, размываются критерии. Мое мнение — после двойки назначать человека на матч неправильно даже психологически. Он понимает, что один неуд уже есть, начинает нервничать, судить с оглядкой. При Роберто Розетти как было? Тур официально пропускаешь, потом едешь на тур в ФНЛ и, если все нормально, возвращаешься. Система работала. Потом пришел Валентин Иванов и ее отменил.

У Саши Егорова первая ошибка была, считаю, когда после игры «Спартак» — «Краснодар» он сначала оправдал судью за неназначение пенальти, а через два месяца дал понять, что фол Промеса на Ари был. Тут уж либо одно, либо другое.

— Слово «бывает» в характеристике судейской ошибки — не ошибка?

— В судействе, как известно, разбираются все, но судят единицы. Такие вещи публике надо объяснять, но никто этого не делает, кроме Игоря Федотова. Да и тот редко. Хорошо бы устанавливать не только наличие или отсутствие ошибки, а еще и причину.

Судейская профессия в чем-то особенная. Если ты слесарь, дворник или бухгалтер, после увольнения с одной работы найдешь другую. А футбольному судье идти некуда. Он либо судит российские соревнования, либо нет. Получается, у арбитров нет права на ошибку, это накладывает отпечаток. Отсюда и выбор не очень богатый: не всякий согласится идти на жертвы, овладевая профессией, без дальнейших гарантий.

— Егорова сменил венгр Кашшаи. Что изменится?

— Верховное руководство, как я понимаю, возложено на Ашота Хачатурянца. Остальные должны выдерживать генеральную линию.

— Вертикаль — хорошо. Но и оппозиция еще ни одному прогрессу не мешала.

— В российском судействе последних лет всегда была оппозиция. Это привело к чему-то хорошему? Нет. Значит, надо пробовать единоначалие при строгом контроле, системности и доверии. Как сейчас, к примеру, составить рейтинг, если исходные данные разные? Один судит топ-матчи и всегда на линии огня. Другой обслуживает домашние игры лидера с аутсайдерами и не имеет проблем, получая высокие баллы. Выходит, одного надо переводить в первую лигу, а второго оставлять?

Не помешает разбить арбитров не только по рейтингу, а и по статусу. Допустим, в рамках РПЛ на три группы по 6-7 человек. Может, зарплату им сделать разную. Как в Европе, где судьи, которые обслуживают Лиги чемпионов, получают больше, чем допущенные к Лиге Европы. Тогда конкуренция развернется и внутри, и снаружи этих групп.

— Хачатурянц и Кашшаи для сложившейся системы чужие. Что помешает сформироваться ниже еще одному, неофициальному центру власти, заинтересованному в том, чтобы все осталось, как есть? Именно так, думаю, было при Розетти.

— Если связка иностранец-россиянин подобрана правильно, она будет работать. Важно и то, кто станет заниматься VAR. Сейчас это Леонид Калошин, сам ни разу свистка во рту не державший. Такое влияет на отношение к теме.

— Но все же в меньшей степени, чем-то, о чем я спросил. Ниже венгра свисток все держали. И представьте, что приходят к ним люди из прошлого. С конкретной просьбой. Они готовы порушить связи, переступить через знакомства, забыть собственные грехи?

— Футбол меняется, поколения тоже. Появился VAR. Личные отношения никуда не денутся, но почему они должны мешать работе? Выбор в любом случае индивидуален. Если тебе доверяют, ценят, платят хорошие деньги, решай сам, готов пренебречь этим или нет. Новая команда обрисовала тезисы, посмотрим, как они воплотятся в дела. Мгновенно ничего не изменится, потребуются время, терпение и понимание. 

А ошибки никуда не уйдут, главное, чтобы за них не было стыдно. 

Самому себе судья всегда признается в правоте или неправоте. Будет ночами не спать, переживать. Важно, чтобы все остальные тоже поняли, почему он принял то, а не иное решение. Случайность? Неправильная позиция? Не успел? Не готов? И так далее.

— Чем занимается сейчас Андрей Будогосский?

— Не интересовался.

— Он объяснил вам причину «зачехления» после матча «Факел» — «Кубань»?

— Встреча была. Сказал, что по-другому поступить не может, потому что я скрыл информацию: не внес в протокол оскорбления со стороны тренера Павла Гусева.

— При Будогосском все судьи, кроме вас, вносили мат в протокол?

— Видимо, да. Сути это не меняет: я стал первым арбитром, которого отстранили с такой формулировкой. Был мат. Скрыл. Хотя чего там скрывать? Сложный вопрос.

— Вы в Москве с какого года?

— С 1995-го.

— А до этого?

— Таджикистан, город Чкаловск, теперь он называется Бустон. Урановая переработка, закрытый населенный пункт, большинство населения — русские. Я по-таджикски только понимаю, сам не говорю. Мама до сих пор там живет, отец похоронен в Узбекистане. 

— В юношестве я пару лет играл за «Худжанд», закончил техникум, в 19 поехал в Москву, поступил в МИСИ. Выступал за мини-футбольную команду вместе с Сережей Карасевым. Знаменитый судья Валерий Баскаков заметил нас, стал привлекать к московским турнирам.

— Как выпускник МИСИ что-нибудь построить сможете?

— Конечно. Лет семь проработал заместителем главного инженера компании «Мосфундаментстрой-6», которая возвела почти все новые дома в районе Речного вокзала. Знаю профессию изнутри. Отвечал за сдачу объектов в эксплуатацию: нудный технический труд, но при этом он помог отточить навык общения с людьми. Уволился, только когда начал судить в премьер-лиге, совмещать уже не было возможности.

— Перед интервью мы договорились, что не буду спрашивать про наезды, угрозы, привозы на кладбище и вот это все вашей карьере. Тайна?

— Да нет особой тайны. На кладбище в Чите кого только не возили, оно расположено по дороге из аэропорта. А во Владикавказе, например, Беслан по дороге, там совсем другие эмоции испытываешь. Просто не было особого экстрима.

— Совсем?

— Ну, что-то было, конечно. Самый неприятный эпизод случился лет 12 назад, в Махачкале. Дерби «Анжи» — «Динамо», я помощник. У клубов были очень плохие отношения, все звенело от напряжения, а тут хозяева проиграли, и у них удалили Люка Зоа, помните такого? Второй помощник, куда опытнее меня, предупредил, когда шли в судейскую: «Сейчас у тебя будут самые некомфортные в жизни два часа». Растянулось все, правда, на четыре. Заходили какие-то люди, обкладывали матом, уходили, их сменяли новые. Кто угодно мог зайти. А ты даже не знаешь, как реагировать, кто там чей сын, сват, брат? Потом отключили свет, мы протокол не смогли отправить, пришлось идти на почтамт. Серьезный опыт получил. Без рукоприкладства, но неприятно.

— Другой случай, когда работу Миши Вилкова в Грозном прокомментировали с трибун крылатой фразой. Розетти вызвал и сказал: «Следующий матч в Чечне судишь ты». Ясно было, что игра предстоит архисложная. Хотя Грозный по атмосфере на стадионе один из самых футбольных городов страны, там потрясающая аура. Надо отдать должное хозяевам: стандартный ужин, никакого прессинга, рабочая атмосфера. Единственная просьба: «За команду болеет вся республика, отработайте так, чтобы не испортить людям праздник». Сыграли 2:2, «Терек» пропустил от «Кубани» на 87-й минуте, никаких претензий не было.

Работал я там и на матче с «Краснодаром», перед которым досталось Гогниеву. Прилетаем, смотрим протокол дублеров: игра остановлена. Инспектор на нервах, готовится к худшему, тем более матч в турнирном смысле многое решал. И снова никаких последствий — все прошло идеально.     

* Соцсеть, признанная в России экстремистской

«Абрамович дал команду: показать все! И нам показали все». Большое интервью с лучшим тренером России

«Чертаново» — главная сенсация российского футбольного сезона.

Будь моя воля, я бы так и сделал: титул лучшего тренера сезона отдал бы Игорю Осинькину. Невзирая на прописку в ФНЛ.

Юное наглое «Чертаново» под его управлением наделало такого шороху в российском футболе, что только держись. Между нами говоря, организация клуба и команды «Чертаново» — фантастическая история. За такие истории всем нам и нужно болеть.

«Википедия» пишет, что «в 2018 году «Чертаново» стало самой молодой командой, которой удалось пробиться в ФНЛ: средний возраст игроков меньше 19 лет», и «Википедии» хочется верить. По крайней мере, защитник Владимир Бартасевич (37 матчей в сезоне-2018/19, все в основе, два забитых мяча) в свои 25 смотрится в составе мамонтом: вокруг него 20-летние пацаны носятся, а те, которые на лавке, ему мячи с бровки подавали пару лет назад.

ФК «Чертаново» в год дебюта в ФНЛ поднялся сразу на пятое место, передал в РПЛ трех молодых перспективных футболистов, сделав на этом неплохой бизнес, а в концовке сезона получил в спарринг-партнеры национальную сборную России.

Главный тренер ФК «Чертаново» Игорь Осинькин в эксклюзивном интервью «Матч ТВ»:

• Счастливый русский парень из Северной Осетии
• Мог играть в «вышке», но сам себя угробил
• Голодное «Чертаново», сытая «Кубань»
• Как получить поддержку от «Барселоны»
• Почему не стоило играть со сборной России
• Встречи с Абрамовичем, стажировки в «Челси»

«Так, как любят футбол на Кавказе, его не любят нигде»

— Про ФК «Чертаново» теперь в футбольном мире знают все, история его главного тренера известна немногим. Между тем у вас очень интересный бэкграунд. Вы, я так понимаю, человек кавказского менталитета…

— Как правильно рассудить? Отец — военный, родился я в Пензе. Когда мне не было и года, семья через Украину, где провела всего несколько месяцев, переехала во Владикавказ. В Орджоникидзе, точнее. Я прожил в этом чудесном городе целых 40 лет, но назвать себя носителем кавказского менталитета все равно не могу.

В Северной Осетии, конечно, свято чтят национальные традиции, но ведь время сейчас такое — космополитизм, глобализация, дружба народов, взаимопроникновение культур… Не сказал бы, что меня окружал какой-то особый кавказский колорит. Я, например, не знаю осетинский язык: просто необходимости такой не было, все вокруг говорили по-русски. Рос себе спокойно, был счастлив, как все мы счастливы в детстве, вообще никак не комплексовал.

А самое главное, что рядом всегда был футбол. Или я рядом с ним. Вот в этом смысле — да, я настоящий кавказец, потому что так, как любят футбол на Кавказе, а особенно в Осетии, его не любят нигде.

— Зная судьбу «Алании», трудно поверить.

— Очень грустная история. Все мы смотрели владикавказский сюжет «КраСавы», что тут добавить? Но в те годы было иначе. Как будто на другой планете жили. Я, например, и представить себе не мог, как это вообще возможно — не пойти на стадион, если играет наш «Спартак»? Нет ни одной причины для размена!

Все вокруг болели футболом, жили футболом, молились на футбол. Эту страсть я действительно впитал на ментальном уровне. Ни с чем не могу ее сравнить.

— В вашем игроцком профайле обнаруживаются, кроме «Спартака», узбекская «Амударья», «Локомотив» из Минвод, «Динамо» (Махачкала), «Автодор», «Иристон»…

— Не самая великая карьера.

— Могла сложиться иначе?

— Немножко не повезло. Я, как говорится, подавал надежды, попал в обойму главной команды, на четвертый курс университета перешел, но от армии это не спасло. Из «Спартака» тогда в течение нескольких дней угнали девять человек.

— Далеко занесло?

— Не очень. В Миллерово Ростовской области.

— Кто же не знает Миллерово, родину Дениса Глушакова!

— Ну да. Денис 1987 года рождения, моя служба — 1985-1987, такое вот совпадение. К сожалению, выбраться оттуда в спортроту, как изначально планировалось, не вышло. Собираясь на дембель, думал об одном: надо сделать так, чтобы сразу, ни дня, ни часа, ни секунды не теряя, начать играть на том уровне, с которого забрили! Все подчинил этой мысли, тренировался как проклятый — три раза в день, в зале, на асфальте, с мячом, без мяча.

Однажды вышло так, что просто зверски отбил пятку, вообще ступать на нее не мог. Надо было паузу взять, потерпеть, подлечиться, но куда там! Все не так сделал, запорол восстановление. Бегал, ступая на носок, и просто добил ногу: порвал связку, которая держит стопу.

Если честно, после этого я уже никогда не играл в нормальный футбол. Только пыжился. По сути, закончил карьеру в 21 год. Зато до сих пор могу предсказывать погоду: нога — отличный барометр.

«Рядом ходит если не беда, то серьезная проблема»

— Как бы оценил потенциал молодого футболиста Осинькина опытный тренер Осинькин? Мог он летать?

— До армии выглядел неплохо, мне кажется. Тогда была очень высокая конкуренция, но я считал, что в высшей лиге играть могу и буду. Сто процентов! У меня была достаточно стабильная техника, забивал много, вызывался в юношескую сборную РСФСР. Сережа Колотовкин, Игорь Скляров, Федя Гаглоев — многие из той команды хорошо поиграли на высоком уровне.

— В атаке, значит, решали?

— По юношам — да, а в профессиональном футболе чаще атакующего хава исполнял, «десятку».

— Идеальная позиция.

— Ее я лучше всего понимал и чувствовал, особенно ближе к концу карьеры. Может быть, поэтому позже, на тренерской работе, удалось передать что-то Алану Дзагоеву и многим другим ребятам. Хотя какая там карьера? Вторая лига…

— Очень серьезный турнир по тем временам.

— Это правда. С нынешней ПФЛ вообще никакого сравнения, небо и земля. В общем, так сложилось, так бог распорядился, что в 24 года я начал тренировать мальчишек. Параллельно цеплялся, конечно, как мог за профессиональный футбол, но уже четко понимал: совсем не тот уровень, о котором мечталось. Нужно что-то в жизни менять.

Какое-то время футбол еще помогал зарабатывать, но в Осетии как? Если ты не в главной команде — нормально не заработаешь. А в главную я уже точно не попадал.

— Как вела себя нога?

— Плохо. В моменты пиковых нагрузок от колена и ниже я ее практически не чувствовал. Страшновато было, помню. Постоянное ощущение, что где-то рядом ходит если не беда, то серьезная проблема. Выпрыгиваешь — и не знаешь, как приземлишься: то ли пополам, то ли пронесет. И чем дальше, тем яснее: травма — мой крест.

— Жестокое разочарование?

— Как сказать? Это же процесс был, а не момент. В течение нескольких лет я пытался вернуться, реанимироваться. Боролся, старался, верил, но в конце концов смирился и принял новые условия игры. А куда деваться…

— В тренеры, куда же еще.

— Я не пропустил в своей жизни ни одного футбола, который была возможность посмотреть. Ни одна публикация мимо не прошла: «Советский спорт», «Футбол-Хоккей», «Спортивные игры» — до сих пор архив где-то хранится, все собирал, до чего мог дотянуться. Настолько был фанатичен, что дальше, наверное, и некуда. Но реализоваться мечтал именно как игрок. Мало кто в 24 года всерьез думает о тренерской карьере, согласитесь. Так и у меня было: да, мое, очень нравится, хочу, но когда-нибудь потом. Следующий этап жизни, далекий.

Но случилось так, как случилось. Год проработал в школе Пригородного района, а в 1990-м набрал свой первый возраст. Терек делит Владикавказ примерно пополам, в городе две школы по разным берегам: «Спартак» и «Юность». Моя — «Юность».

— Теперь понятно, почему вы с отличием закончили ВШТ.

— Голова у меня так устроена, ничего не поделаешь: если нравится — будет и пять баллов, и восемь, и десять. Не нравится — все мимо. К оценкам я сроду относился равнодушно, в институте даже стипендию не всегда получал, потому что на первом, втором и третьем местах был футбол. А в Высшую школу тренеров пришел вполне сложившимся человеком и вытянул из процесса обучения все до последней капли.

«Есть возможности — пользуйся, нет — не ищи оправданий»

— «Чертаново» — главная сенсация сезона ФНЛ. Никто на самом деле не понимает, что произошло, как сложилась эта команда, какими причинами обусловлен скачок. Ваша оценка? Диво дивное или абсолютно земная история, все так могут?

— Допустимы оба взгляда, оба верны по сути. Смотрим на результат — видим чудо. Оцениваем качество работы — понимаем, что воздалось по заслугам. Я принял команду три года назад, в июне 2016-го, она была в нижней части таблицы (11-е место в зоне «Центр» ПФЛ по итогам сезона-2015/16. — «Матч ТВ»). Уже тогда было понятно, что ее потенциал недораскрыт. С тех пор движемся поступательно — и по игре, и по результату.

— В «Чертаново» условия в целом не царские, едва ли сравнимые со «Спартаком», «Зенитом» или «Краснодаром», которые тоже представлены в ФНЛ. Возможностей у сверстников-конкурентов гораздо больше, а турнирные результаты хуже («Краснодар-2» — 10-е место в сезоне, «Спартак-2» — 14-е, «Зенит-2» — 19-е. — «Матч ТВ»). Парадокс?

— Это как минимум некорректно — утверждать, что «Чертаново» младше всех и лучше всех. По возрасту мы приблизительно равны, а в концовке, например, «Спартак» был и помладше. У «Краснодара» в первом круге на определенном отрезке была очень хорошая игра, потом молодежка передала в главную команду Сулейманова с Игнатьевым, а чуть позже Уткин и Сафонов стали к играм в РПЛ привлекаться.

— Другое дело, что возможностей таких у нас действительно нет, это объективно. Но, знаете, я вспоминаю свой первый год во Владике, 1982-й, который стал чемпионом России на выпуске.

У нас ведь даже поля не было, тренировались на каком-то закутке, 50 метров на 30. В купе ни разу не ездили, только в плацкарте. Что такое помощник, я не знал. Билеты — да никто, кроме меня, ими не занимался: надо — значит надо, я и делаю, все нормально. Нас всеми силами поддерживал директор школы Нодар Захарыч Папелишвили, но какие у него были возможности? Поэтому на все турниры, кроме самых важных, вроде финала чемпионата России, мы ездили за счет родителей.

Есть возможности — пользуйся, нет их — не ищи оправданий. Я так привык думать. Из команды 1982 года человек шесть заиграли потом в высшей лиге. Валерьян Бестаев, Амзор Айларов, Алан Засеев, Давид Цораев, Артур Кулумбеков, Марат Цаллагов — дай бог никого не забыть.

— В общем, футболист, как и художник, должен быть немножко голодным.

— Если он не голодный, к нему тоже надо найти подход. Голодные ли Месси с Роналду? Разве что до забитых мячей, побед и титулов. Тем, кто хочет, всегда можно помочь, уверяю вас.

— А с сытыми доводилось работать?

— В «Кубани» разве что, но «Кубань» — отдельная история. Ситуация в сезоне-2015/16 сложилась так, что команда посыпалась. Там немало было квалифицированных игроков, но пошла одна распродажа, вторая, в какой-то момент травмпункт заработал на полную мощность — в общем, все в кучу, как иногда бывает.

За семь туров до финиша ушел с поста главного тренера Сергей Ташуев, на одну игру поставили Арсена Папикяна, потом меня из дубля подняли… Решения немножко торопливые, конечно.

— Фирменный знак отличия «Кубани».

— Команда вообще не понимала, что творится. Перед первым своим матчем я провел ровно одну тренировку, не все игроки твердо знали, как меня зовут, не говоря о требованиях. Мы для начала сгорели «Мордовии», прямому конкуренту, и нас сразу похоронили. Но рановато, как выяснилось. Немножко пообщались с ребятами, поняли друг друга, встряхнулись — и получилось перезагрузиться. Почти выбрались из ямы.

— Три победы на финишном отрезке, если правильно помню.

— Правильно помните. Их, к сожалению, не хватило. Плюс «помогло» не очень внятное судейство в ответном стыковом матче с Томском (1:0 и 0:2. — «Матч ТВ»). Но мы сделали тогда все, что могли. У команды в сезоне было семь побед, три из них в той самой концовке — нет, мне не стыдно за такую работу.

«Лучшие должны идти на повышение»

— В «Чертаново», рассказывают, премия за победу — 30 тысяч рублей. Жить можно?

— Можно. Но в ФНЛ ни у кого таких премиальных нет.

— Футболисты в 18-20 лет могут и даже, наверное, должны быть альтруистами. А тренеры? Знаю, что у вас были в последнее время предложения. Подозреваю, что и новые не за горами. Или работать с молодежью — все, чего вы от этой жизни хотите?

— Так скажу. Я не считаю себя тренером исключительно молодежного диапазона. У меня достаточно опыта и знаний, мне не 25 лет, чтобы перед кем-нибудь комплексовать. К себе, к штабу, к футболистам есть базовое требование: развиваться, двигаться вперед. Все остальное вторично, включая деньги. Они всегда тебя найдут, если будешь хорошо работать.

— Очень оптимистично.

— Все именно так и устроено в «Чертаново»: мы должны показывать уровень, понимая, что рано или поздно каждый из наших парней уйдет. Мне несказанно жалко, когда они уходят, я понимаю, что сильнее команда от этого не становится, но именно такой заложен вектор: лучшие должны идти на повышение. Не туда, где им пообещали на 10 тысяч больше, а туда, где их ждет новый вызов и шаг вперед. Таких ребят мы отпускаем.

Зимой расстались с тремя (Антон Зиньковский подписал контракт с «Крыльями Советов», Наиль Умяров и Максим Глушенков — со «Спартаком». — «Матч ТВ»). Шли тогда на четвертом месте, от которого в итоге отстали на одно очко. Как знать, где мы его потеряли?

Вот так и ходим по кругу: лучших обязательно нужно отпускать, но в обойме должны быть пацаны, которые придут на их место.

— Это нормально. Так живет, например, «Аякс».

— Да, только «Аякс» легко может по десять человек в сезоне отдавать и заводить, а мы должны работать точечно. Мы держимся за своих футболистов, ценим их, и они это знают. Я сейчас о чисто спортивной стороне дела говорю, а есть ведь и организационная, которая, может быть, в тысячу раз сложнее. Но ее Николай Ларин и Дмитрий Поляцкин (директор и генменеджер «Чертаново» соответственно. — «Матч ТВ») делают настолько профессионально, что порой не замечаешь, где эта грань, где разделяются наши функции.

— Идеальный союз?

— Мы уже о чуде поговорили, сейчас начнем об идеалах. Но красивые слова в футболе не очень много значат. Мы все не идеальны, поэтому пусть будет так: надежный.

«Где-то зацепили чужие очки, где-то отдали свои»

— Очка для «стыков» не хватило, говорите. Неужели при таких скромных стартовых позициях — я финансы имею в виду — ФК «Чертаново» реально хотел зайти в РПЛ?

— По состоянию на начало сезона — конечно, нет. Стояла задача закрепиться в лиге. К серединке, когда поднялись на четвертое место, — конечно, уже смотрели вверх. Но назвать выход в РПЛ через стыковые матчи конкретной турнирной задачей все-таки нельзя. Тем более что зимой ушли лидеры.

— Хорошо, берем последние шесть туров. Вся лига устала, мучается, еле ноги двигает, все теряют очки, а у «Чертаново» — четыре победы и две ничьи.

— Я бы не стал оценивать финишный отрезок линейно: мы добавили, набрали очки — значит, мы в полном порядке. С «Химками» забили два на последних минутах, вытащили победу 2:1, а сюжет мог развернуться как угодно. Вели 3:0 в Ярославе — закончили 3:3, но могли проиграть. Над «Факелом» имели ощутимое преимущество, однако два очка потеряли. «Спартак-2» как минимум в первом тайме нас переигрывал, но мы сумели додавить — 1:0.

Это, видите ли, футбол. Именно так здесь и бывает: где-то зацепили чужие очки, где-то отдали свои. Но в целом по сезону, думаю, недополученных очков все-таки больше. Так скажет любой тренер, понимаю, но я добавлю: для молодых футболистов это нормально.

— Соперники, наверное, во втором круге стали иначе к вам относиться: обозлились, напряглись.

— ФНЛ — сверхровная лига. Ни одного проходного матча! У нас, правда, случился один относительно простой, против Питера, 4:0. Но там как? Забили в первой же атаке, через 25 минут — второй. Попали в зону комфорта, сыграли грамотно, умно, ответственно. Но все, кто думал, что с «Зенитом-2» будет легко, потеряли очки. А сколько ФНЛовской крови «Сибирь» и «Тюмень» выпили! Даже когда, казалось бы, бросай уже весла, все поймут.

Нет, очень ровный турнир. Когда начинали, я команде сказал: «Ребята, давайте ценить свой шанс: здесь именно то, что всем нам нужно. Много разноплановых команд, к каждой игре надо готовиться по-новому, а это значит, что будем развиваться».

— Пока получается, правда?

— У нас был удачный сезон. На этом приятном фоне вспоминаю работу в тольяттинской академии футбола, когда в нее инвестировал Роман Абрамович. Я три года спортивным директором и главным тренером работал. Одновременно. Мы вылезли тогда на самый верх. Если считать профессиональные успехи, то не уверен, честно признаюсь, что нынешний намного выше тольяттинского. Мы выиграли за три года шесть чемпионатов России по разным возрастам! Не спали, не ели, но сделали большую работу.

Я уже говорил про команду 1982 года, а потом во Владикавказе был ведь еще и 1990-й. Восемь человек играют в высшей лиге — во главе с Дзагоевым. Восемь! Такого не было и нет ни в ЦСКА, ни в «Спартаке», ни в «Зените». А мы поднялись из города с населением 300 тысяч и заняли второе место в чемпионате России. Переехав в Тольятти, я кое-кого с собой забрал. Всех просто не мог, а то забрал бы всех.

Уж если доводится иногда себя любимого хвалить, я в первую очередь хвастаюсь теми давними историями. И не очень понимаю, честно говоря, почему журналисты не обращают на них внимания. Ну, вам виднее.

«Встаньте 7-3-0 — и будет вам счастье»

— Теория футбола гласит: оборону строить проще, чем атаку. У «Чертаново» в этом плане любопытная статистика — предпоследние в лиге по пропущенным мячам, но первые по забитым. Откуда столько дерзости?

— В какой-то мере помогла кадровая стабильность: мы уже третий сезон играем примерно одним составом. Есть тактические наработки, есть стилевые. Ну и подбор игроков у нас соответствующий: мы одна из самых быстрых команд ФНЛ, немало забили именно за счет того, что чуть-чуть быстрее многих. При этом, в отличие от большинства конкурентов, от стандартных положений — ноль отдачи. Близко к нолю.

https://twitter.com/FCChertanovo/status/1136150790513528832

— Почему?

— Во-первых, это всегда проблема для молодых футболистов. Во-вторых, нам банально не хватает ростовых данных. С «Ротором» играем, у них два центральных, Васильев и Байрыев, — оба сильно за 190, какие тут стандарты? Ну нет у нас таких футболистов! А учитывая особенности селекции, пока и не предвидится.

— Что за особенности?

— В ближайших возрастах таких ребят в школе на подходе нет, а со стороны мы никого не берем.

— С атакой понятно, а сзади-то что? Встаньте 7-3-0 — и будет вам счастье.

— Перед стартом мы прикидывали планы, обсуждали с командой тактику, стратегию на сезон. Договорились так: никто не может знать, какое займем место, но как бы мы ни играли — рыть окопы не будем. Всегда должны иметь контригру.

А что касается организации обороны… В прошлом сезоне, играя в ПФЛ, мы пропустили очень мало (15 мячей в 26 матчах. — «Матч ТВ»). Но хватало, скажем так, необязательных: ведем 2:0 или 3:0 — бах, на 90-й минуте откуда-то прилетает. Был, помню, отрезок из четырех таких матчей подряд. В общем, усложняли жизнь сами себе. И в этом сезоне нечто похожее наблюдалось, только в другом сценарии, конечно.

— Уж в Ярославле-то всяко.

— Каждый случай индивидуален, но по Ярославлю в этом смысле претензий как раз нет. «Шинник» забил на 56-й хороший гол, потом была наша грубая ошибка со скидкой назад — пенальти, и вот уже 3:2, а играть еще целых 30 минут…

Так сложился матч. Нам все давай пихать: да вы что творите, да разве так можно?! Но через недельку «Барселона» в Лиге чемпионов дала поддержку: оказывается, можно. А потом и «Аякс» с «Тоттенхэмом» закрепили важное знание: футбол неисчерпаем на сюжеты.

Но ярославская заноза засела, конечно. Рана до сих пор саднит.

— Плюс два очка — четвертое место, опять же.

— Нередко в обороне мы выглядело стабильно. Стабильно неплохо. Но единственный за весь матч полумомент мог закончиться голом. Во второй части сезона нам три штуки положили ударами с лету. Хорошими ударами, красивыми! Один гол Обухова чего стоит — победный, кстати, для «Тамбова». Потом пошла череда рикошетов — все, что можно поймать при отскоках, мы поймали. Плюс не забываем про стандарты, о которых я уже говорил: к игре в обороне эта проблема тоже имеет самое прямое отношение.

Вот так и наприлетало. Это называется «опыт, сын ошибок трудных».

«Никто не ворчал, никто не уехал»

— Вам уже объявили, кто уйдет в межсезонье?

— Пока нет. Знаю, что интерес к кое-кому из ребят есть, но костяк сохраним в любом случае.

— А турнирные задачи поставлены?

— Для этого как раз и надо понимать все нюансы по составу. Слово «чудо» прозвучало сегодня не раз, но придется повторить.

Мы заняли в чемпионате ФНЛ пятое место, многие считают такой результат чудом. Но если кому-то кажется, что мы должны поставить производство чудес на поток, — он заблуждается. Прогнозы — эфемерная штука. Главное, о чем стоит думать, — рост футболистов, возможность прогрессировать. Это неизменная задача, место — потом.

Понятно при этом, что желательно избежать борьбы в подвале. Выживание — тяжелый опыт, уж не говоря о том, что разница в качестве игры, в возможностях для роста между ФНЛ и ПФЛ очень серьезная.

— Что значит для ФК «Чертаново» матч против сборной России — бонус или, может быть, тяжкое бремя? Могли ведь давным-давно разбежаться по отпускам…

— Все так: между последним матчем в лиге и спаррингом со сборной России — девять дней. Но давайте я чуть пошире отвечу на этот вопрос.

По ходу сезона так получалось, что глубины состава нам часто не хватало, из-за этого порой возникали трудности. Упрекать запасных в этом плане мы не имеем права: на скамейке совсем молодые ребята, у многих даже практики ПФЛ нет. Календарь между тем выдал шесть или семь «тройников», когда матчи идут через три дня на четвертый. Это естественная ситуация для длинной дистанции, совершенно нормальная. От нее не уйти, если волевым решением не отменить в России зиму.

https://twitter.com/tass_agency/status/1135588310368305152

— Так вот, у нас всегда были проблемы в третьем матче. Всегда. Едва ли не все из них мы проиграли. 3:3 «Шинником» — это был как раз второй тайм «тройника». Разумеется, мы очень внимательно отслеживаем уровень физической и психологической усталости, чтобы не загнать ребят.

Когда мне сообщили, что сезон продлевается матчем со сборной России, я, скажем так, слегка расстроился и вступил в дискуссию с руководством. Но потом вдруг выяснилось, что столько позитива вокруг матча, столько разговоров, звонков, поздравлений! И все потихоньку затравились. Ребята, нужно сказать, восприняли новость гораздо позитивнее, чем тренерский штаб. Оно и понятно: такое событие! Да и профессиональный вызов, в конце концов. Мы должны знать свою силу, чтобы понимать, куда расти.

Никто не ворчал, никто не уехал, все работали с полной отдачей. К сожалению, травмы помешали выставить основной состав, но мы постарались сделать все, чтобы национальная сборная России получила полноценный спарринг.

«Бейся за район!»

— В соцсетях жизнь ФК «Чертаново» сопровождается хэштегом #БЕЙСЯЗАРАЙОН! Вот зайдете вы в РПЛ, потом дотянетесь до Лиги Европы, а там и до Лиги чемпионов ногой подать — так и продолжите играть за район?

— На самом деле очень важный вопрос. В мировом футболе это распространенная практика — привязка клуба не к городу, а к конкретному району. Local team. Челси, Тоттенхэм, Фулхэм — это ведь районы Лондона, если вдруг кто не знает. В Москве тоже богатая география и много команд.

Одна из самых популярных кричалок у наших фанатов такая: «Бейся, бейся, бейся за район!» Мы ее ждем, слышим, чувствуем. Знаем, что болельщики с нами. Должны ли мы ассоциировать себя с чем-то большим, чем родное Чертаново? Играть за Москву, за Россию? Я не знаю. Трудный вопрос, трудный ответ.

В любом случае я бы очень хотел, чтобы мы не потеряли ни одного болельщика. У нас с ними очень хорошие отношения, как и положено нормальному клубу.

— Через несколько дней 60-летний юбилей справит мэтр Карло Анчелотти, у которого вы в свое время проходили стажировку…

— В «Челси» мне довелось побывать четыре раза.

 — Знаете знаменитую историю? Группа российских тренеров приезжает в «Челси», где главным тренером Жозе Моуринью. В программе — беседа со Special One, вопросы, ответы. Ждут час, ждут два. Теряют терпение, собираются уйти, но тут выходит Жозе — халат, шлепанцы, рассеянный взгляд. Наши слегка прибалдели, он поздоровался, произнес пару слов, передал инициативу помощнику и удалился. Вот и вся беседа…

— Слышал, да, но это не наш случай. Я регулярно встречался с Абрамовичем. Он вызывал меня то в Москву, то в Лондон, сам приезжал в Тольятти пару раз. Роман Аркадьевич действительно любит футбол, он с удовольствием в него погружается.

Так вот, в «Челси» я был четырежды, из них дважды — именно на стажировках. Одна из них — ну очень большая! Техническим директором клуба был Майк Эменало, сейчас он в «Монако» на такой же должности. Вот Майк нас и сопровождал. Абрамович дал команду: показать всё! И нам показали всё. Взрослых, молодых, «физику», науку, медицину, социалку — в течение 16 дней «Челси» расстилался перед нами во всей своей красе. А встреча с Анчелотти продолжалась часа два.

Я ездил на стажировки и в другие серьезные клубы — «Эспаньол», «Баварию», «Фиорентину», — но та, лондонская, была, конечно, круче всех…

https://twitter.com/FCChertanovo/status/1136001600928079875

* Соцсеть, признанная в России экстремистской

Лишенная очков «Тюмень» лучше погибнет, чем вернет долг. Но почему это тянется 5 лет?!

Удивительная история об упрямстве и бюрократической гуттаперчевости.

О команде:

• «Тюмень» выступает в ФНЛ
• По итогам 30 туров команда занимает предпоследнее место. Ниже только «Зенит-2»
• Последняя победа одержана 4 ноября (над «Нижним Новгородом — 2:1)

В конце марта КДК РФС снял с выступающей в ФНЛ «Тюмени» шесть очков. На первый взгляд, бывает. Финансовая ситуация в российском футболе сложная, у клубов долги, не все могут рассчитаться. Только вот «Тюмень» могла: сумма задолженности по нынешним временам мизерная, а разбирательство началось еще в 2014 году. Не рассчиталась, однако.

Вообще очки с наших клубов снимают нечасто. В основном грозятся снять. Интернет-поисковики пестрят обещаниями кары, реальных же наказаний единицы. В 2004-м, скажем, сразу 57 очков лишился «Содовик», нахимичивший с российским паспортом грузина Джеладзе. Три года назад без шести очков осталась нижегородская «Волга», не погасившая задолженность перед Асильдаровым, правда, вскоре очки вернули. Теперь «Тюмень».

Каждая такая процедура для клуба — клиническая смерть. Тот же «Содовик» в свое время лидировал в зоне второго дивизиона, а после экзекуции остался без повышения в классе. В трубу вылетело порядка пяти миллионов долларов годового бюджета. Стерлитамакский комбинат «Сода», владевший командой, наверняка нашел бы более удачное применение этим деньгам, если бы мог что-то изменить. Но было поздно.

У «Тюмени» своя история, напоминающая бесконечный ужас, который перерастает в ужасный конец. После снятия шести очков команда идет на предпоследнем месте в ФНЛ. Шансы остаться в первом дивизионе невелики, а если учесть, что долги клуб так и не покрыл, не исключено автоматическое понижение в классе, — следующая санкция ФИФА именно такова.

Чтобы понять, в чем тут дело, обратимся к хронологии этих странных событий.

В сезоне-2013/14 «Тюмень» выиграла зону ПФЛ. Действующим в клубе положением «О премиальных выплатах спортсменам-профессионалам по футболу и административному составу структурного подразделения Футбольная команда «Тюмень» в ГАУ ТО «Футбольный клуб «Тюмень»», подписанному главным тренером команды Константином Галкиным, были установлены размеры премий за победы и ничьи, а также бонус по итогам сезона за повышение в классе. В случае решения главной задачи игроки и тренеры должны были получить прибавку в размере 100 процентов начисленных за сезон премий. То есть в два раза больше.

И получили. Но не все. Бонус перепал только тем, кто остался в команде. А те, у кого контракт закончился или был расторгнут, двойную премию не увидели. Пофамильно — тренеры Галкин, Кузнецов, Сычев, футболисты Аксютенко, Башилов, Бурдыкин, Шайморданов, Фурсин, Морозов, Сердюков и Шумейко.

Почему так вышло? Читаем дальше.

Первым в палату по разрешению споров РФС пришел за справедливостью футболист Бурдыкин. Было это в сентябре 2014 года. И палата жалобу Бурдыкина удовлетворила. 27 февраля 2015 года комитет по статусу РФС (апелляционный орган, следовательно, была апелляция клуба) оставил решение в силе.

Необходимое уточнение. Как можно отказаться платить, если есть документ, обязывающий это делать? А вот так. Положение о премировании было подписано главным тренером Галкиным, а не генеральным директором Александром Поповым. Следовательно, по мнению клуба, юридической силы не имело.

Но! В дисциплинарные органы РФС были представлены приказы «Тюмени» о поощрении работников; свидетельские показания сотрудников клуба, которым спорный бонус был выплачен; расчетные листки по Бурдыкину и остальным соискателям бонуса, подтверждающие начисление премий в размере, установленном положением о премировании.

Иными словами, подписанный Галкиным документ в отношении одних имел законную силу — в отношении других не имел. Границу, отделяющую первых от вторых, прочертил клуб.

На деле, полагаю, все выглядело так. Перед сезоном команде пообещали двойные премии. Нашлись свидетели, подтвердившие, что при этом присутствовал и главный тренер, и генеральный директор. Более того, аналогичные обещания, заверенные аналогичными документами, практиковались и в предыдущие годы. Затем между Поповым и Галкиным пробежала кошка, имевшая вид обвинений в сдаче матча (10 мая 2015 года, «Анжи» — «Тюмень» — 3:1). 

Тренер с группой игроков (некоторые называли их «его игроками») покинули клуб. Выплачивать им бонус «Тюмень» не стала. И нарвалась на претензии.

Вернемся, однако, к хронологии. Обиженные уходили из «Тюмени» в разное время. Еще работал в команде Галкин, еще не был сыгран скандальный матч «Анжи» — «Тюмень», а футболист Бурдыкин уже оспорил невыплату, причем оспорил успешно. Клуб утверждал, что тренер просто нацарапал на бумажке какую-то мотивирующую ересь, назвал ее «Положением о премировании» и раздал команде в качестве фантиков. Но и палата по разрешению споров, и комитет по статусу постановили: надо платить.

Вдохновленные Бурдыкиным, в РФС потянулись Аксютенко, Шумейко, Морозов и Сердюков. И 19 марта 2015 года палата по разрешению споров им отказала.

Чтобы осознать это, требуется допинг. Одному в 2014 году — зеленый свет, другим в 2015-м — красный. Это как?

Необходимое уточнение. Чтобы больше не трогать тему сданного матча и не путаться в хронологии, признаем: взаимная нелюбовь между клубом и ушедшими имела место быть. «Тюмень» могла чувствовать себя обманутой и счесть оскорбительными выплаты людям, не оправдавшим ее высокого доверия. Есть обязательства? #Атыдокажь.

Но к РФС имеются вопросы. Юрисдикционные органы обязаны находиться над схваткой и уж тем более над обидами. Они руководствуются законами и регламентами, буквой и духом. Что произошло с палатой в промежутке между Бурдыкиным и Аксютенко-Шумейко-Морозовым-Сердюковым? Откуда взялись разные подходы и вердикты?

Дальше — больше. 9 июля 2015 года комитет по статусу отменил решения палаты от 19 марта 2015 года и обязал «Тюмень» выплатить футболистам бонус за выход в ФНЛ. В комитете пришли к выводу: «Директор клуба был соответствующим образом проинформирован о существовании положения о премиальных выплатах и своими действиями утвердил/согласовал изложенные в нем условия. Более того, руководство клуба, зная о наличии указанного положения, полностью его исполняло в течение всего сезона, не предприняло мер к его отмене как недействительного нормативного акта и не проинформировало футболистов и главного тренера о его недействительности. Данные действия полностью опровергают многочисленные аргументы палаты о недействительности положения о премировании, подтверждают тот факт, что указанное положение было действительным, и не позволяют сделать вывод о том, что положение не подлежит применению».

Надеюсь, вы продрались через канцелярский язык и готовы изумиться. В московском здании на улице Народная, дом 7, периодически заседают две группы людей: палата и комитет. Изучают одни и те же документы, но приходят к противоположным выводам. С чего вдруг? Дело в запутанности случая или в мотивировке заседателей?

А у нас веселье продолжается. Состоялся, наконец, матч «Анжи» — «Тюмень», вратарь Соколов прыгнул не в тот угол, тренер Галкин с помощниками Кузнецовым и Сычевым угодили в опалу, расстались с клубом и 30 декабря 2015 года обратились в палату с требованием о взыскании бонусной выплаты за выход в ФНЛ. 11 марта 2016 года требования тренеров были удовлетворены. Палата заложила новый галс и вернулась в прежний фарватер.

Но ненадолго. Весной 2016 года начальник команды Павел Черных обратился в тюменский суд общей юрисдикции с иском, который сторона футболистов назвала «срежессированным». Формально он тоже требовал премию. Но при этом «в суде Черных ожидаемо не усердствовал и проиграл, а суд признал соглашение о премировании неправомерным», — цитирую сторону футболистов.

Необходимое уточнение. Игрокам, тренерам и клубам ФИФА запрещает решать юридические проблемы в гражданских судах — только в футбольных органах. А вот простому сотруднику клуба такое не возбраняется. Черных, как бы тоже не получивший двойной премии, как бы обиделся на клуб и как бы проиграл. Что особенно ценно — по решению суда.

После этого случилось внезапное — РФС изменил регламент, добавив в него пункт об отмене своих решений «при наличии новых обстоятельств». В том числе — об отмене решений комитета по статусу. «В порядке надзора за самим комитетом». Через несколько лет этот пункт был исключен из регламента (сделал дело — гуляй смело), но тогда он был мигом применен к делу «Тюмени». Постановление гражданского суда признали «новым обстоятельством», на основании которого все решения в отношении футболистов и тренеров, не только вынесенные, но и вступившие в силу, в июле 2016 года были отменены. Закон, говорите, обратной силы не имеет? Ну-ну.

Необходимое уточнение. Законы страны для РФС так же обязательны к исполнению, как и законы ФИФА. Проблема лишь в том, что тюменский суд не обязывал РФС что-либо исполнять. Он вынес локальное решение в отношении начальника Черных. Почему это заставило Дом футбола отменить свои прежние вердикты? Можно лишь догадываться. Реальных побуждений к этому не просматривалось.

По факту, говорят, все выглядело так. Заседала палата, как раз по «Тюмени». Объявила перерыв. Параллельно было экстренно созвано бюро исполкома РФС, живое или селекторное. И прямо в перерыве палате довели: «Концепция изменилась, регламент тоже. Всем отказать, даже тем, кому разрешили».

Весомо. Грубо. Зримо. Не ради всякого клуба меняют регламент в перерыве заседания палаты. Чем-то «Тюмень» сумела РФС очаровать. А тюменский суд, оказывается, бывает страшнее Басманного.

Футболист Сердюков, узнав про такой поворот, обратился в CAS. Лозанна в апреле 2017 года признала действия РФС незаконными и обязала выплатить Сердюкову запрошенное. Такое надо выполнять, CAS — это святое. И дорогое: стоимость обжалования — минимум 20 000 франков. Логично, что в Лозанну обратились не все обиженные «Тюменью». Однако РФС, наложив на «Тюмень» санкции и признав решение по Сердюкову, отказался считать его обязывающим для остальных дел — при полной их юридической аналогии.

И это тоже невозможно понять, если не заподозрить лоббирование или вредительство. Палата, получается, не по разрешению споров, а по их созданию и запутыванию. Как насчет прецедентного права? Зачем отправлять в CAS всех, если дела аналогичны? Назло? Вопреки? Чтобы футбол медом не казался? Ну бред же! Либо умысел.

Следующая станция — тренеры. 30 июня 2017 года палата должна была повторно рассмотреть заявление Галкина, Кузнецова и Сычева. В тот же день в адрес РФС поступило ходатайство о приостановлении примененных к «Тюмени» санкций в связи с обращением клуба в правоохранительные органы. Футболистов и тренеров начали вызывать на допросы.

Речь, как мне сказали, шла об ОБЭП. Минспорта Тюменской области обратилось к силовикам с жалобой на вымогательства со стороны бывших игроков и тренеров клуба. Рассмотрение спора в РФС было приостановлено. Положение о премировании-2013/14 Калининский районный суд Тюмени снова признал недействительным. А заодно обязал РФС снять с клуба запрет на регистрацию игроков. И это ходатайство было удовлетворено. Так «Тюмень» смогла заявиться на новый сезон, имея непогашенные долги.

Вот, собственно, цена нашим футбольным разбирательтсвам. CAS-шмас, регламент-шмегламент — все тлен, руки на стену, ноги вширь. Кому там не заплатили? Перебьются. Калининскому суду видней, чем лозаннскому. Положение подписано неуполномоченным лицом? Это незаконно. Почему оно выполнялось в отношении других? Не ваше дело.

15 декабря 2017 РФС отказал в удовлетворении заявлений тренеров о взыскании задолженности по премиям. Очередной галс, бог знает какой по счету. Сегодня красное, завтра направо, и так уже пять лет. С кем-то за это время клубу удалось договориться. Другим надоели судилища, они отказались от денег. Но нашлись трое, которые продолжили.

В 2018 году футболисты Шайморданов, Шумейко и Фурсин обжаловали решение отказать им в выплатах в CAS. Лозанна снова обязала клуб рассчитаться по премиальным. «Тюмень» не рассчиталась. Игроки обратились в РФС за исполнением решения CAS. В конце марта 2019 года с «Тюмени» сняли шесть очков.

Но и это еще не все. Троица подала жалобу в ФИФА. Следующей за снятием очков санкцией, по их мнению, должен быть перевод клуба в низший дивизион.

А теперь барабанная дробь. Знаете, о какой сумме идет речь? С 2014 года каждому из трех жалобщиков набежало с процентами по полтора миллиона рублей. Четыре с половиной на всех. При 150-миллионном бюджете «Тюмени», далекой, говорят, от нищеты.

Крайне сложно понять, почему клуб не отдал игрокам столь смешные деньги, а предпочел пять лет судиться, потерять очки и фактически вылететь из-за этого в ПФЛ. Принципы? На миру и смерть красна? «Тюмени» надоел футбол?

Но по моей информации, не так давно мятежной троице поступило предложение закрыть тему за 500 тысяч на брата. То есть принципы не такие уж и принципы, а деньги все-таки играют роль.

CAS, одна апелляция в который стоит дороже полутора миллионов, раз за разом говорит: «Платите». «Тюмень» раз за разом уклоняется. РФС раз за разом инсценирует песню: «Шумел камыш, деревья гнулись, и ночка темная была». Какой смысл пять лет менять решения и регламенты, чтобы затем все-таки прийти к очевидному?

Невозможно, повторяю, такое понять. Но мы попробуем.

Первое. Нынешнее изменение ситуации связывают с приходом в РФС Александра Дюкова. Якобы у него был разговор с губернатором Тюменской области, подключившим региональное минспорта. До Дюкова Тюмени, имеющей еще и крепкую мини-футбольную команду, удавалось занимать по отдельным вопросам доминирующую роль даже по отношению к РФС, не говоря уж о тех, кому клуб должен.

Второе. Про гендира «Тюмени» Попова мне говорили не только плохое. С судьями не работает, договорняки не играет, блюдет кодекс. Не исключено, что у него были причины заподозрить кого-то в чем-то, да потом еще подивиться наглости: «И эти люди требуют двойных премиальных?».

Но нельзя подменять юрисдикцию понятиями. Нельзя путать моральное с правовым, даже если предположить на секунду, что в данном случае мораль в загоне. В проигрыше тот, кто не подстраховался, не просчитал последствий. Кто думал, что выйдет хорошо, а вышло не очень.

Невозможно просто взять и не выполнить решений CAS. Если клуб остался должен тем, кто не заслуживает денег по мнению генерального директора, но заслуживает по мнению швейцарского арбитражного суда, надо платить. Это искупление, контрибуция за собственные ошибки, за приглашение «не тех людей». Это опыт, который никогда не обретается даром.

Третье. На одной чаше весов — минус шесть очков и вылет в ПФЛ. Если «Тюмень» не заплатит, ее ждут еще более жесткие санкции. В случае банкротства, а такой вариант, как говорят источники, в клубе тоже рассматривают, — четырехлетний запрет на регистрацию теми же учредителями в новом юридическом лице.

На другой чаше весов — 4,5-миллионный долг. Как можно это сравнивать? Полузащитник Шаймарданов сказал в недавнем интервью Sportbox.ru: «Грустно, я не сторонник снятия очков, когда страдает команда и болельщики. Но у нас просто не оставалось других вариантов. Как еще повлиять на исполнение решения международного спортивного суда? Мои юристы пытались договориться с клубом, решить вопрос без обращения в КДК РФС, но обратной реакции не последовало. Насколько знаю, за время нашего разбирательства «Тюмень» проиграла все апелляции. Вместо того, чтобы оплачивать работу юристов, могли бы уже рассчитаться с нами».

И ведь могли бы. Иначе что сказать болельщикам, на глазах теряющим команду?

За ответом я обратился к Александру Попову, генеральному директору «Тюмени».

— Почему нельзя заплатить трем недовольным и закрыть вопрос раз и навсегда? По моей информации, если это случится, вам могут вернуть шесть очков, РФС готов пойти навстречу.

— Есть решение тюменского суда о признании недействительным положения о премировании пятилетней давности. Согласно какому документы мы должны рассчитаться? Как это провести? Свои деньги отдать наличными? Или еще чьи-то?

— Истцы были готовы решить вопрос, не доводя о судов и обращений в CAS. Почему вы на это не пошли?

— Потому что не все измеряется деньгами. Мы честные люди, действующие в рамках закона. И хотим такими оставаться.

— Но вы же понимаете, как это выглядит. Размер компенсации несопоставим с вероятным спортивным ущербом.

— Понимаю, выглядит странно. Проблем с деньгами у клуба нет, на кону небольшая сумма, а мы не платим и лишаемся очков. Но есть, повторяю, гражданская позиция и весь комплекс обстоятельств. Остаться в ФНЛ любой ценой, наверное, можно. Нужно ли?

— Готовы вылететь?

— Вылетим, значит, вылетим. Начнем с чистого листа, зато соблюдем принципы. Смешно цепляться за первый дивизион, теряя при этом лицо. Вы видели, как нас судили в Сочи? Все ведь всё понимают, про судейство в том числе.

— Болельщики тоже поймут, если вылетите?

— Среди них много порядочных людей, они поймут. Не платить судьям, не играть договорняки, не идти на компромиссы, если уверены в своей правоте, — для «Тюмени» это важно. Остальное рассудит футбол.

Ужас перед понижением в классе в директорских словах, согласитесь, не просматривается. Вряд ли отступят и истцы, которые мысленно уже попрощались с деньгами и продолжают воевать за идею. Значит, будет жарко. А CAS и РФС, наверное, скоро начнет подтряхивать от одного слова «Тюмень».  

«Они посчитали, что им так выгоднее». Почему ЦСКА оказался в особенном положении?

Московский ЦСКА стал единственной командой РПЛ, которая свой матч 1/16 финал Кубка России проведет во время паузы на игры национальных сборных. «Матч ТВ» с помощью экспертов и болельщика армейского клуба разбирается в ситуации.

Бывший капитан сборной России Евгений Алдонин не видит в переносе матч «Тюмень» – ЦСКА на 10 октября ничего необычного.

– Это нормальная практика. Тем более, если команда участвует в еврокубках, – сказал Алдонин. – Я не отношусь к этому ни плохо, ни хорошо. Ничего страшного я в этом не вижу. Какие вопросы могут возникать, если была взаимная договоренность между клубами?

– Можно ли в целом оценивать данную ситуацию, как пренебрежение Кубком России?

– Ну перестаньте, нет никакого пренебрежения. И в прошлом сезоне много говорили по поводу Кубка, когда из розыгрыша повылетали команды, выступающие в премьер-лиге. Но сейчас же мы видим противоположную ситуацию и почти все (14 из 15 – Прим. ред.) команды РПЛ вышли в 1/8 финала турнира. Думаю, что ЦСКА не сбрасывать со счетов. Армейцы всегда ставят задачу победить в Кубке. Этот год – не исключение. Вопрос может быть в том, что кто-то из игроков будет отсутствовать из-за травм или же по другим причинам. Понятно, что у ЦСКА новая команда и она только начинает находить игровой ритм, сыгранность.

– То есть, можно сказать, что в данной ситуации руководство лиги поступило правильно, разрешив перенести матч?

– Если есть разумные аргументы в пользу переноса матча, если обе команды поддерживают это решение, то я не вижу никаких проблем, связанных с переносом игры.

Председатель правления отечественных тренеров Михаил Гершкович не видит противоречия регламенту.

– Все матчи 1/16 финала Кубка России сыграны, кроме матча «Тюмень» – ЦСКА. Нормальна ли ситуация, при которой эти две команды получили своеобразную отсрочку?

– Думаю, что все это предусмотрено регламентом. Команда, которая играет в Лиге чемпионов имеет право на какие-то бонусы? Но дело в том, что, насколько я понимаю, футболисты, которые отправятся в сборные, не смогут принять участие в этой встрече.

– Все верно.

– Этот вопрос нужно задавать руководству ЦСКА. Они посчитали, что им так выгоднее – они так и поступили. Понятно, что ряд игроков армейцев отправится в национальные команды. Но у них был матч со «Спартаком», потом игра с «Реалом». Думаю, что они просто разгрузили график. Лишний матч им, наверное, не совсем в жилу, как говорится. Но ничего сверхъестественного я в этом не вижу. Это предусмотрено регламентом.

– А вы не считаете, что это – недооценка Кубка России или проявление неуважения к сопернику?

– Нет, я так не думаю. ЦСКА просто рассчитал свои силы. Плюс в лиге идет на ведущих ролях. При этом, учитывая результаты. Можно сделать вывод, что команды премьер-лиги серьезно относятся к Кубку. Только «Уфа» из РПЛ вылетела из розыгрыша, все остальные коллективы прошли дальше.

Известный российский артист, пародист и болельщик ЦСКА Михаил Грушевский:

– Я оцениваю это абсолютно нормально, - начал Грушевский. - А когда ЦСКА нужно было играть этот матч? В пятницу они играют с «Оренбургом», во вторник – матч против «Реала» в Лиге чемпионов. По-вашему армейцы должны были после игры со «Спартаком» в воскресенье во вторник сыграть фейковый матч против «Тюмени»? Так тоже не бывает. Выпускать на матч этой стадии Кубка совершенно не настоящий состав – тоже неуважение к болельщикам, в том числе и к фанатам клубов низшего ранга. В итоге ЦСКА воспользовался возможностью, которую предоставил регламент и перенес матч на более позднее время. Мне кажется, что это меньшее из зол, нежели сыграть составом, который совсем не задействован ни в матчах РПЛ, ни в матчах Лиги чемпионов и таким образом, как любят говорить журналисты, проявить неуважение к Кубку России.

Считаю, что это – большой успех руководства, менеджмента ЦСКА, который воспользовался возможностями регламента. И стонать по этому поводу незачем. При этом никогда не знаешь, где найдешь, а где потеряешь – в прошлом сезоне ЦСКА поменялся кругами со «СКА-Хабаровск». Но кто мог предположить, что потом армейцам придется играть при температуре -20 градусов Цельсия? При этом два футболиста получили травмы. И тогда решение о переносе казалось стратегически грамотным, учитывая борьбу за место в Лиге чемпионов. Таким же оно и кажется в этой ситуации.

Бывший президент «Спартака» Андрей Червиченко:

– Когда одна команда получает какое-то, пусть и небольшое, но преимущество, это, конечно, не хорошо, - сказал Червиченко. - Но с другой стороны помните, как у Ильфа и Петрова: «Согласие есть продукт непротивления сторон». Если никто не был против, то что тут поделаешь? Я так понимаю, что до этого была такая ситуация с «Енисеем» и «Спартаком». Помимо этого в прошлом сезоне номинальный домашний матч «Амкар» провел в Москве на поле «Локомотива» и проиграл. Все эти вещи иногда сильно наказываются. А если не наказываются, значит, что все было правильно.

Единственное, конечно, когда присутствует вопрос выступления наших клубов в Лиге чемпионов, я думаю, нужно делать поблажки. Потому что на сегодняшний момент заработки в еврокубках являются одним из основных источников доходов для наших лидирующих клубов. И в целом хорошее выступление – это задел для всех. Здесь можно обижаться командам, которым точно ничего не светит. Но коллективы, которые гипотетически претендуют на попадание в еврокубки, такие решения должны поддерживать.

 Фото: РИА Новости/Александр Вильф, РИА Новости/Алексей Куденко, РИА Новости/Владимир Федоренко

«Оренбург» - лидер. Пора бояться?

По словам Юрия Семина, до пятого тура все команды одинаковые. Но это не исключает того факта, что они уже на этом отрезке способны обыгрывать друг друга. «Оренбург» одержал три победы в четырех стартовых турах и стал механическим зайцем нового сезона.

Кстати, «Локомотив» уже обыгран. И вообще южноуральцы встретились с чемпионами двух последних лет и в обоих матчах смотрелись крепко, и если бы Евгений Фролов не уронил мокрый мяч на ногу Самюэлю Жиго, «Оренбург» вполне мог бы рассчитывать на четыре очка в матчах, где рациональные прогнозисты не выделили бы им, пожалуй, ни одного.

Насколько далеко все это может зайти? Если опереться на опыт последних десяти сезонов в премьер-лиге, сказать наверняка можно только одно: «Оренбург», скорее всего, не вылетит. И это уже большой результат для новичка. В десяти последних чемпионатах было семь случаев, когда неожиданная команда набирала не меньше девяти очков в четырех первых турах. И диапазон финишных результатов для этих выскочек оказывался широк: от чемпионства «Рубина» в 2008-м до 12-го места «Волги» в переходный сезон 2011-2012. По схожему с «Оренбургом» графику прошлый чемпионат начинал «Ахмат», который в итоге стал девятым, а «Динамо» сезона-2014/15 дослужилось до Лиги Европы, но не было допущено решением УЕФА.

Нынешний «Оренбург», конечно, на прошлогодний «Ахмат» похож больше, чем на черчесовское «Динамо». С последним «Оренбург» объединяет только фигура вратаря Фролова. Его контракт с бело-голубыми истек как раз в том самом сезоне. И хотя в «Динамо» Фролов не заиграл, клуб, живший вопреки финансовому фэйр-плей, платил Евгению такую зарплату, что тот сумел накопить на «феррари».

Так что даже исход сезона по образцу прошлогоднего грозненского означает, что «Оренбургу» впервые светит задержаться в премьер-лиге. Свежий опыт вылета и возвращения в элиту так же, как и примеры из недавней истории, играют за команду Владимира Федотова. По сравнению с «Оренбургом» Роберта Евдокимова нынешний, сохраняя костяк из победителей ФНЛ, все-таки помоложе: из настоящих ветеранов в обойме только защитники Андреев и Ойеволе.

А созидательная группа у оренбуржцев совсем свежая, собранная специально под премьер-лигу. В нее вошел молодой чемпион и обладатель Кубка Словении Мишкич, чей бывший клуб – в одном этапе от группового турнира Лиги Европы, да и сам хорват успел сыграть этим летом в еврокубках. В прошлом году после многократных попыток договориться «Оренбург» просто выкупил у «Енисея» контракт его лучшего нападающего Козлова. Из «Волгаря» переманили острого флангового игрока Сутормина, а в «Тюмени» добыли русского форварда итальянского происхождения Андреа Чуканова, который два тура подряд забивает самые красивые голы в лиге.

Центральная фигура для сборки команды – ее главный тренер. У него есть собственный опыт наблюдения за «Оренбургом» и помощи ему в первый заход наверх, но сегодняшний Федотов – не просто старый знакомый большинства игроков команды. Он явно старается не потерять ни одного дня карьеры, дорожит временем ее активности и берется за любые проекты, вплоть до экзотических. Еще три года назад тренировал любителей в Каменске-Уральском, прошлый сезон начинал с «Араратом», где задержался всего на пару суток, потому что нашел своей редкой для низовых лиг лицензии PRO более интересное применение.

На первой встрече с игроками «Оренбурга» Федотов сформулировал три опорных принципа работы: «Дисциплина, организация, самоотверженность». В конце фразы для равновесия еще добавил про «сумасшедшее мастерство», которым, по его мнению, обладают игроки «Оренбурга», но все-таки поставленные на видное место добродетели труда с засученными рукавами для Федотова явно важнее.

Его команда опирается на тройку центральных защитников, в которой пока не достигнута игровая надежность: «Оренбургу» через игру бьют пенальти. Но ответ на это – выбор основного вратаря, сделанный не иначе как на интуиции. На лавке сидит Александр Довбня, в прошлом году лидировавший среди голкиперов лиги по количеству отбитых ударов по воротам «СКА-Хабаровска», а играет – Фролов, который тоже отбивает больше всех, но кроме этого еще и вытаскивает пока все одиннадцатиметровые.

В атаке «Оренбург» - образец прагматичности. При худших в РПЛ цифрах контроля мяча, точности и количества передач южноуральцы имеют недосягаемую для других точность ударов: 50% к матчу последнего тура, а там случилось любопытное. В Каспийске «Оренбург» нанес в первом тайме четыре неточных удара по воротам «Анжи», зато во втором – 11, пять из которых пришлись в створ, а три – стали голами.

Вратарь, который спасает от пенальти, и форварды, которые бьют нечасто, но наверняка, - пока это два видимых игровых компонента успеха «Оренбурга». Не слишком много, чтобы разубедить скептиков, указывающих на явное везение и эффект утренних сумерек сезонного старта, когда все кошки серы, а все Алексы – сэры. Но «Оренбург» все-таки начал с трех побед в четырех играх, и это обязывает его к чему-то большему, чем просто фотография турнирной таблицы на память.

Фото: РИА Новости/Михаил Докудовский, РИА Новости/Александр Вильф

Лига Зеро. В ФНЛ теперь можно играть как угодно, главное, с деньгами

Во втором эшелоне российского футбола решено оставить всех, кто после сезона должен был покинуть лигу по спортивному принципу.

Есть шикарный перестроечный фильм «Город Зеро». Человек попал в довольно странный населенный пункт и не мог оттуда вырваться. Хотя внешне – город как город: с видимостью жизни, суетой, прокурорами, заводами и незнакомыми барышнями, звонящими в гостиничный номер: «Мы пельменей сделаем, а ты вина возьми».

В ФНЛ произошло нечто похожее. С той разницей, что герой Леонида Филатова хотел покинуть свой город Зеро, а пять клубов - не очень. Теперь это лига замкнутого цикла, этакая недоНБА. 

Под «Зенитом-2», «Ротором», «Лучом», «Тюменью» и «Факелом» по итогам сезона провалился пол. Облажались. Стали лузерами. Но на их места оказалось некому прийти, и клубам позволили остаться. «Какая разница, как вы играете в футбол, – сказала лига. – Айда с нами для количества, а то больше некому». – «Ну, ладно, – согласились лузеры. – Вам все равно – нам приятно».

Вообще есть некий символизм в том, что эти процессы затеялись в национальном футболе в канун домашнего чемпионата мира. Витрина и зазеркалье, праздничный камзол и сползшие порты. «У нас тут все сложно, но банкет будет».

С другой стороны, надо бы подсунуть идею ФИФА. Россия, мол, на чемпионате мира очень хочет выйти из группы, нельзя ли помочь с этим делом при любом турнирном раскладе? Внутренние наработки имеются, готовы претворить в жизнь на международном уровне.

Вот в какой озорной винегрет оформилась ФНЛ следующего сезона:

– пять команд сохранили те самые места, которых лишились;

– «Кубань» и «Волгарь» мест не лишались, но не сохранили их, сказав «Привет участникам соревнований» по финансовым причинам;

– выпавший сверху «Тосно» пролетел и следующий этаж тоже, осиротив попутно Лигу Европы и Суперкубок страны: данной профессиональной команды, похоже, на планете больше нет;

– «Арарат» и «Сахалин», наоборот, выиграли свои зоны ПФЛ, но от повышения в классе отказались: «Нас и здесь неплохо кормят»;

– среди прочих команд – нижегородский «Олимпиец», переделанный из «Волги» вплоть до состава руководства; «Волга» же обанкротилась, простила всем свои долги и подверглась расчлененке;

– «Чертаново» срочно меняет юрлицо, поскольку на момент выигрыша зоны ПФЛ вообще не являлось клубом;

– «Анжи» внесен в календарь ФНЛ, но продолжает косить глазом в направлении РФПЛ: для этого летальный путь «Тосно» должен повторить «Амкар»;

– у пермяков своя кадриль: денег нет (в нашем футболе это уверенный штамп), по лимиту на легионеров первая лига команде явно жмет, времени мало, почему вылетевший «Анжи» должен оставаться – непонятно, что сказать болельщикам… впрочем, это как раз не проблема, плевать.

Вопрос с «Амкаром» должен решиться 8 июня, но общую картину финальному мазку уже не украсить, она максимально пестра. Зато строен календарь и соблюден регламент.

Да, лигу не обвинишь: пункт о реинкарнации закреплен в параграфах. До этого тянули за уши недозревших, теперь оживляем усопших. Важно только понимать, насколько эффективна припарка. И что важнее, форма или содержание, – это наш футбол тоже забывает все крепче.

Вот интервью искренне уважаемого мной Игоря Чугайнова. Ключевая мысль: что ж мы за страна такая, если стадионов понастроили, а денег на профессиональные клубы найти не можем; давайте выделять их законодательно.

Это выход, конечно. Как и футбольный оброк с населения, допустим. Или создание министерства футбола с централизованным финансированием. Или федеральный закон, предписывающий футболистам играть бесплатно. Ну, чтобы сохранить радость для народа.

Возникают, однако, безответные вопросы.

1. Вот эти пять оставшихся – по ним есть уверенность, что не помрут? А по остальным 15? Или даже 95? Доходы профессиональных клубов в России – это вообще что-то системное? Нет. Так во имя чего мы сейчас блюдем формулу турнира, если к следующему сезону может отмереть половина клубов, и обмен между лигами окончательно превратится в тыкву?

2. Если уподобляться 1 проценту стран мира и законодательно переходить на гособеспечение клубов, какую сумму закладывать на сезон? Она должна быть одинаковой, иначе сразу удивление: почему одним больше, другим меньше? Будут ли введены региональные надбавки? И каков приоритет футбольных расходов бюджета над прочими? Если, к примеру, в дотационном регионе совсем плохи пенсионеры, рушатся детсады и дороги превратились в сыр, на что сперва перечислять? Надо бы футболу какой-то номер присвоить, что ли. Чтобы сначала – «Амкару», потом – ЖКХ. Или наоборот. (Хотя непонятно, что в таком случае перепадет «Амкару».)

3. Наши лиги в ежегодном росте футбольной смертности, по их словам, не при чем. А кто при чем, можно осведомиться? Или оно традиционно само? Насколько жестки гарантии при лицензировании? Нельзя ли их ожесточить еще больше, чтобы футбольные «Рога и копыта» не сливались пачками, да еще под уголовные дела?

4. ФНЛ, ясно, не банкротила «Кубань», не сжигала сейф «Волгаря» и не отпугивала дустом «Сахалин». Но когда в последний раз, напомните, звучали разговоры про коммерциализацию лиги? Сколько сейчас стоят права на телепоказ этого увлекательного соревнования? Хватает ли клубам этих доходов? И почему средняя посещаемость за восемь последних лет рухнула с пяти тысяч до двух?

Во всех лигах у нас руководящая стабильность, РФС, слава богу, тоже на позитиве. А ситуация в «хозяйстве Семибаба» почему-то такая, что вылететь спокойно людям не дают. Играй, говорят, и все тут. К стенке прислоним, поработаешь сезон мебелью, не убудет.

И ведь система не меняется, это главное. Тут хоть про кактус с мышами вспоминай, хоть про оружие массового поражения. Словно не ясно, отчего мрут клубы, словно не видна дыра, куда все утекает, будто главная причина разложения – не то же госфинансирование, за которое ратует искренне уважаемый мной Игорь Чугайнов. 

Игорь Чугайнов: «Если клубы не хотят повышения в классе, значит, на реальный футбол в России денег нет»

Фото: РИА Новости/Алексей Филиппов, Василий Пономарев / Эдгар Брещанов / Sportbox.ru,  РИА Новости/Нина Зотина

В ФНЛ апокалипсис: верхи не могут, низы не хотят. Что происходит с нашим спортивным принципом?

Кто виноват и что делать?

Вырывать ФНЛ из контекста российского футбола глупо и неправильно. Первый дивизион – буфер между премьер-лигой и ПФЛ, между спортом высших достижений и массовостью. Это индикатор и катализатор процессов в футбольном сообществе.

Кабы руководители ФНЛ могли сделать лигу закрытой по примеру ВХЛ, где порядка стало гораздо больше, они бы этак и поступили. По крайней мере на вход – добавляя и исключая клубы по параметрам «финансы, гарантии, перспективы». Спортивный принцип сейчас все равно попирается, зато несуразиц, вызывающих гнев народный, столько, что можно вывозить баржами. Но УЕФА подобную инициативу наверняка зарубит на корню. А без нее обмен между лигами в России превращается в фикцию.

Наш футбол закручен на экономике, как гайка на болту. А экономика в России со всеми этими санкциями – чего уж ходить дворами – в оторопи. Рад за тех, кто, читая эти строки, предаст их анафеме, но большинство чувствуют по себе: жить стало тяжелее. С 2014 года, когда случился валютный скачок, ситуация ухудшается. И хотя футбол у нас долго жил по своим законам, теперь за горло взят и он. 8-10 клубов с приставкой «топ», в том или ином разрезе финансирующихся республиками, убираем за скобки. В остальных либо курс на минимизацию, либо из кормушек высасывается то, что еще можно высосать. Спонсоры уходят, областные бюджеты трещат, клубы сдуваются.

Показательна история с «Волгарем», от которого зимой отказался инвестор. Молодцы, что еще допыхтели до конца сезона, набрав свободных агентов, играя без премиальных и за зарплаты в 40-100 тысяч рублей. Астрахань команду ФНЛ не потянула – дотационный регион.

А ведь такое может произойти с каждым, хотя «Волгарь» и до так называемой «перезагрузки» не шиковал. Другой вопрос, что во всем отечественном футболе была задрана финансовая планка. Где-то баловались, где-то «мыли и пилили» (и продолжают это делать, зарясь на последние лакомые кусочки), у кого-то просто не хватало ума для четкого менеджмента.

В России так и не определились с ролью футбола – социальное ли он явление или забава. Выясняется, что все же последнее. Когда с футбольной карты России исчезают Пенза или Кострома, о развитии говорить точно не приходится. Это тупик.

Если разобраться, весенние астраханские зарплаты в 40-100 тысяч вполне адекватны как с учетом посещаемости команды, так и относительно среднего уровня зарплат в стране. Понимаю, что век футболистов короток, что они идут на многие жертвы и зачастую не имеют другой профессии, а, следовательно, к завершению карьеры должны иметь подушку безопасности. И не понимаю, когда их обвиняют в рвачестве: эти люди прилетели не с планеты Плутон. Они дети общества, они – это мы. Но извините, если нет рыночного спроса, а зарплаты – искусственные, приправленные варварскими агентскими комиссионными, что поделаешь? Значит, не повезло с ремеслом.

Наглядный пример, о котором знаю не понаслышке: в город Y приехала поп-дива, но билетов на нее продали только ползала. Чтобы реализовать все, пришлось снижать цены. Закон рынка. А футбольный рынок в России был невменяем. Рано или поздно он обязан встать на общие экономические рельсы. Пока же условные «Волгари» – все еще чужеродные тела для ФНЛ.

С «Амкаром» почти тот же сюрпляс, но на более высоком уровне. Будут играть – не будут? Если будут, то где? Пермь команду не тянет.

Кроме того, бывают ситуации, сопротивляться которым невозможно. Взять московский «Арарат». Он действовал в рамках регламента – в соответствие с ним заявился в ПФЛ (правда, минуя ЛФЛ, но вторая лига нынче совсем куцая, и там рады всем), затем выиграл зональный турнир. А потом закрылся: учредители решили развивать проект в Армении. И кому тут предъявишь? Частный клуб – что хочу, то и ворочу.

«Тосно» – такое же. Даже выигрыш Кубка России оказался его владельцам побоку. Самоликвидировались. Наигрались. Долги, массовый отток игроков, смута с финансированием. Гендиректору Вячеславу Матюшенко надо вывернуться наизнанку, чтобы «Тосно» продолжил существование. Сомневаюсь, что все бывшие игроки подпишут бумаги о рассрочке выплат.

Мимо и «Сахалин». Футбол как состязание в зоне «Восток» издох – чего удивляться, что игроки там играют на ставках, если нет спортивной составляющей?

Погрязшая в долгах и исках «Кубань» могла уйти в мир теней еще раньше, если бы ее не поддерживали извне. Но опять же – в чем здесь вина ФНЛ? Это с руководителей «Кубани» надо спрашивать за то, что загнали клуб в такую клоаку. Хотя они не первые и не последние. Секрет Полишинеля, например, что вышла за рамки бюджета «Балтика», подписывавшая игроков на жирные контракты. И ради чего? Чтобы занять 5-е место, не найдя аргументов в борьбе против эконом-модели «Тамбова»? В «Роторе» долгов нет, но при имевшихся там условиях 17 место – плинтус. И за это должны отвечать не только тренеры, а еще и те, кто их приглашает.

А к ФНЛ у меня только один вопрос: если «Луч» вылетит в третий раз подряд – его опять оставят? Поощрять лузеров, из раза в раз заваливающих работу, – стагнация. Общался на данную тему с директорами клубов, в том числе теми, кто принимает регламент. Все были солидарны: это моветон. Жутко интересно, внесут ли 5 июня на совете лиги в свод правил ремарку о недопустимости сохранять клубы, стабильно финиширующие в нижнем отсеке таблицы? Или все ограничится словами, потому что каждый голосующий будет держать в уме, что подобное может произойти с ним?

Все случаи с отказниками индивидуальны. Однако вместе они – система. Недопустимо, когда де-юре зона вылета охватывает пять мест, а по факту – максимум одно. «Факел» ведь тоже может остаться. Хотя и он, скорее всего, возьмет самоотвод. Слишком накосячили в Воронеже за два предыдущих года.

А ведь помимо «Тосно» и «Амкара», чье место в РФПЛ может высвободиться под «Анжи», скользкая ситуация у «Чертаново» и победителя зоны «Юг». Районному клубу из столицы нужно срочно менять юридический статус, ибо с ГАУ (государственное автономное учреждение) вступить в ФНЛ «черти» не смогут. Это противоречит действующему футбольному законодательству, хотя вопрос, как говорят руководителя клуба, «решаемый». «Рубин» же поменял юрлицо на самом финише сезона, словно подождать не мог… Что уж тут «Чертаново».

А на «Юге» – темный лес. «Армавир» уже прошел лицензирование для ФНЛ, но он второй, с очковым отставанием от «Афипса». Развязка – 27 мая, в заключительном туре. В кулуарах судачат, что чистый «Афипс» могут объединить с «Кубанью» под вывеской «Екатеринодар». Держу связь с президентом клуба из Афипского Андреем Андреевым. И ведаю, что там возможны и другие варианты: а) поселковая команда сама пойдет в ФНЛ, если Андрееву помогут компаньоны; б) поселковая команда никуда не пойдет, а ее место в ФНЛ сгорит. Андреев, собственно, не ставил задачу выиграть вторую лигу. Его проект – детско-юношеский футбол, а профессиональную команду он создавал в качестве пирамиды. Если соперники – трупы, это явно не проблема Андреева.

А «Зенит-2», «Ротор», «Луч» и «Тюмень», формально вылетевшие из ФНЛ, де-факто очень близки к получению билетов счастья. Абсурдность ситуации, надеюсь, понимают все.

Знаю, что в недрах лиги и лично Игорем Ефремовым давно вынашивается идея о сокращении ФНЛ до 18 команд. При системе «осень-весна» и при обмене с ПФЛ три на три это благотворно скажется на гладкости календаря. Камнем преткновения являлось то, что во втором дивизионе пять зон. Теперь, когда хотят реформировать «Восток», разделив его на две группы, будет проще. Как распределять путевки между желающими – проводить между победителями зон стыки или «пульку», собрав их в одном месте, – вопрос дискуссионный. Но главам РФС, ФНЛ и ПФЛ надо садиться за стол переговоров и однозначно его решать. Ну, не набирается во второй лиге полного комплекта для ротации с ФНЛ пять на пять!

Хотя глобально, боюсь, ничего не изменится, каким бы ни был регламент. Можно издать жесткую директиву: вылетел – скатертью дорога. Но проводить турнир с 14-16 участниками – бред. Это приведет к потере смотрибельности, как уже произошло с ПФЛ. Да еще эта идиотская для низших лиг система «осень-весна», из-за которой клубы посыпались один за другим. Во втором дивизионе перерыв в 5-6 месяцев – нонсенс!

Кроме того, клубные бюджеты принимаются в январе. Если зимой еще есть время что-то порешать по финансам, у кого-то что-то выпросить, довинтить, то в летнее блиц-межсезонье – секир-башка. Без государственной же поддержки российский футбол в его нынешнем виде – не жилец. А другого вида мы после долгих десятилетий не представляем. Хотя он наверняка есть, просто не такой распальцованный и убыточный.

Идея разделения ФНЛ на две зоны? Ересь! Даже не буду мусолить тему о том, что «восточное полушарие» получится кастрированным по числу участников. Не стану напирать и на то, что в первый дивизион иногда заносит жар-птиц вроде московского «Динамо» и «Крыльев Советов», которых хочется увидеть всем болельщикам, а не избранным. Для регионов визит таких клубов – событие, для спонсоров – мощнейшая мотивация.

Заострю внимание на двух вещах.

Во-первых, статью «транспортные расходы» это сократит незначительно. Те же дальневосточные клубы летают на Урал и в Сибирь, как правило, через Москву – такова логистика. 70 процентов бюджета клубов ФНЛ – это зарплаты, так что не надо пудрить мозги с перелетами.

Во-вторых, и это главное, и без того объективно снижающийся уровень первенства просто рухнет. Образование еще одной зоны ФНЛ подразумевает включение в нее 4-5 лучших команд из зон ПФЛ. Пусть даже таких, как занимающие на «Западе» и в «Центре» второе и третье места ивановский «Текстильщик» и «Рязань». Окститесь! Ни те, ни другие к этому не готовы.

ФК «Рязань» / Фото: ФК «Рязань» 

О родной «Рязани» знаю всё. И уровень зарплат, и то, что играют без премиальных, и то, как у арендованного на последний выезд в Белгород (самый дальний вояж) автобуса полетела помпа недалеко от Старого Оскола. Хорошо еще, что «Энергомаш» через пару часов прислал за командой «корейца». Какая, к лешему, ФНЛ? Там-то придется летать, но из «Центра» готово взлететь только московское «Торпедо». У которого, как и у «Армавира», хронические проблемы с результатами.

Есть ли во всем этом плюсы? Есть. Включая главный. Можете всадить в меня иглы, но наш футбол, считаю, проходит стадию очищения. Только это процесс не одного года. И оттого – жутко болезненный.

P. S. Апелляционный комитет РФС – последняя инстанция для тех, кто не прошел лицензирование, – соберется 30 мая. Совет ФНЛ, на котором будет утвержден состав участников турнира-2018/19, намечен на 5 июня. 

Фото: 1fnl.ru, ФК «Волгарь», ФК «Луч-Энергия», ФК «Афипс», РИА Новости/Владимир Астапкович, ФК «Рязань»

Турнирная таблица и полная статистика ФНЛТурнирные таблицы и полная статистика ПФЛ