Футбол

Клаудио Маркизио: «Когда перешел в «Зенит», Рамазотти пообещал дать концерт в Петербурге»

Клаудио Маркизио: «Когда перешел в «Зенит», Рамазотти пообещал дать концерт в Петербурге»
Клаудио Маркизио / Фото: © РИА Новости/Александр Гальперин
В большом интервью «Матч ТВ» полузащитник петербуржцев рассказал о том, как общается с Анюковым, почему ушел из «Ювентуса», о легендах и правилах «Старой Синьоры», что в ней не разрешал делать Фабио Капелло.

Из этого интервью вы узнаете:

  • каким образом на штрафы Каморанези детская больница в Генуе построила отдельный корпус;
  • на что злился Капелло на тренировках «Ювентуса»;
  • что связывает Маркизио с Буффоном и Лихштайнером;
  • с какими звездными болельщиками знаком Клаудио;
  • чем похожи Артем Дзюба и Дани Алвеш.

— В свое время вы написали книгу «Черное на белом». Название навеяли цвета «Ювентуса», или вы вложили в него еще и философский смысл?

— И то и другое. Книга была написана в то время, когда я играл в «Юве». Но «Черное на белом» включает в себя и жизнь. Как футбольную, так и личную. Белый и черный цвета оказались очень важны на этом моем этапе.

— Чего в вашей карьере было больше — черного или белого?

— Обернувшись сейчас назад, не могу сказать, что у меня было много черного. Я молодой человек, который родился с определенной мечтой и смог ее осуществить. У меня семья и двое детей, много радостей жизни в прошлом и, надеюсь, в будущем. Немало трофеев. Так что белого больше.

Клаудио Маркизио / Фото: © Valerio Pennicino / Stringer / Getty Images Sport / Gettyimages.ru

— Мечта начала сбываться в 7 лет, когда вас, юного болельщика «Юве», взяли в туринский клуб?

— Когда я был маленьким, у меня было две страсти: футбол и «Формула-1». Совмещать оба вида спорта оказалось сложно. Но в любой итальянской семье страсть к футболу так велика! В общем, логично, что в такой среде мечта стать футболистом пересилила.

— Вы помните свои ощущения, когда мальчишкой пришли в школу «Юве»?

— Я был счастлив. А самое приятное воспоминание, когда перед началом нового футбольного сезона тебе дают фирменную сумку. Открываешь ее, а там настоящая футболка, щитки, бутсы! Это был самый прекрасный момент — ты сразу чувствуешь себя настоящим футболистом. Кстати, такой баул давали не только в Турине, но и в других городках, где есть школы «Юве». Я, например, в двух таких поучился. Но вообще получалось как Рождество, только летом, и подарки не под елкой, а в сумке.

«В «Зените» взял «десятку» в честь Дель Пьеро»

— В детстве вашим кумиром был Дель Пьеро, так?

— Да, потому что в 1993 году я стал частью «Юве», и в том же за команду стал играть Алессандро. Сразу выбрал его как кумира. А потом оказаться с ним в одной раздевалке несколько лет спустя — это было неописуемо. Как в кино. Или так, как если вам нравится какой-то актер, вы смотрите все фильмы с его участием, а потом вам вдруг предлагают сняться в одной с ним картине.

— Да, но ведь бывает и по-другому. Человек знакомится с кумиром, и тут его постигает разочарование — герой оказывается совсем не таким, каким ты его себе представлял.

— Конечно, такое случается. Но и с хорошо вроде бы знакомыми друзьями — тоже. Я же выбрал Алессандро своим кумиром еще и потому, что играл на его позиции. А впоследствии убедился, какой он человек.

— И какой?

— Чемпион!

Алессандро Дель Пьеро с трофеем / Фото: © Valerio Pennicino / Stringer / Getty Images Sport / Gettyimages.ru

— Читал, что он стал вашим другом, несмотря на 11-летнюю разницу в возрасте.

— Когда я пришел в главную команду, то был еще очень молод. Алессандро на тот момент исполнилось 30. Когда ты начинаешь профессиональную карьеру, у тебя в жизни происходит очень много перемен. Не только в футбольной жизни, но и в личной. Алессандро здорово помогал мне сделать в той или иной ситуации правильный выбор.

— Например?

— Найти в мире футбола человека, который поможет тебе вне поля, непросто. С чем в основном связана наша работа? Тренировочный газон, раздевалка, стадион, сборы. А потом дома у каждого своя жизнь. Так что мне очень повезло, что я нашел такого друга — Дель Пьеро много раз помогал мне советами именно вне поля.

— Могли позвонить ему в любое время дня и ночи?

— Да, но это и сейчас так. Мы по-прежнему большие друзья. Хотя он живет между Лос-Анджелесом и Миланом, а я между Петербургом и Италией. Кстати, вы же знаете, что в «Зените» я играю в основном не под нападающим, но взял 10 номер. В честь Алессандро в том числе. И карьеру хотел бы закончить с десяткой на спине. Это было бы как признание, благодарность Дель Пьеро от меня.

— Одним из ваших тренеров в «Ювентусе» был Фабио Капелло. После сборной России о нем рассказывали как об очень строгом Мистере. Он был таким всегда?

— Да, это правда. Сейчас идет смена поколений тренеров. Старая школа, новая… Молодые специалисты менее закрытые, не такие строгие. Я про Клоппа, Гвардиолу, Аллегри. Но Фабио был тренером с достаточно современными взглядами. Он, например, сразу видел молодого игрока, который может стать звездой. Так было с Кассано в «Роме», с другими ребятами. Теми, что потом брали титулы в мадридском «Реале».

Фабио Капелло и Антонио Кассано / Фото: © New Press / Stringer / Getty Images Sport / Gettyimages.ru

— Сейчас старая школа сдает позиции?

— Не думаю, что одна школа лучше другой. Просто верю, что специалист должен уметь находить общий язык с любыми игроками. Ведь карьера тренера может быть очень длинной, а в команде у него — и молодые игроки, и опытные. Взять нынешний «Зенит». Допустим, есть Анюков, Дзюба, Иванович, я, которые уже пережили футбольную молодость. А Мусаев, Дриусси, Маммана — еще нет. Вот и считаю главным для тренера — умение понимать, что в голове у 22-летнего, а что у 33-летнего. И еще — предупреждать споры, которые могут возникнуть между поколениями футболистов.

— Рассказывают, что у Капелло в сборной России было такое правило — на обед и ужин команда вместе пришла, вместе ушла. Некоторых это раздражало. Было ли строгое правило у Капелло в «Юве», которое тяжело переносили вы?

— На самом деле это правила, на которых я вырос. Например, в молодежной команде «Ювентуса» нас еще строже учили: встал из-за стола, задвинь стул. А насчет есть всем вместе… Антонио Конте, который стал частью истории «Юве», сейчас тоже следует этим вещам. Это просто привычки. Но я думаю, что уважение к подобным клубным, казалось бы, мелочам — это первый шаг к большим вещам в большом коллективе.

— Вы не рассказали про Капелло…

 — После тренировок мы, молодые игроки, часто оставались работать еще. Знали — это для нашей же пользы. Но все равно приходил момент, когда сил оставалось немного. Уходить же с поля при этом не хотелось — очень интересно было понаблюдать, как великие игроки, которые тоже остались, бьют по воротам. Тогда, бывало, прямо на поле садились на мячи и смотрели. Но если это замечал Капелло, то очень злился. И мог сказать: вам по 20 лет, и значит, вы не можете сидеть на мячах на поле. А если хотите смотреть, обязаны встать. Приходилось так и делать, хотя в тот момент мы реально бывали очень уставшими.

— Еще были при вас в «Ювентусе» какие-то есть особые правила?

— У нас была система штрафов за опоздание. Причем довольно больших. Поэтому все приезжали часа за полтора до начала тренировки. Так было безопаснее. И только Мауро Каморанези ничего не мог с собой сделать и все равно все время опаздывал. Штрафы же уходили на благотворительность. В итоге на все что, выплатил Каморанези, детская больница в Генуе построила отдельный корпус и написала благодарность нашему товарищу.

Мауро Каморанези / Фото: © Clive Mason / Staff / Getty Images Sport / Gettyimages.ru

«Дешам решил возглавить «Юве» в непростой момент в благодарность клубу»

— Давайте вспомним 2006 год, когда «Ювентус» лишили чемпионства и сослали в серию В. Это раскололо команду?

— Сейчас я, наверное, скажу не как Клаудио Маркизио, а как человек и итальянец, который любит футбол. Это было невероятное лето. В течение месяца или полутора «Юве» выигрывает чемпионат, неделю спустя идет в серию В, все рушится, потом сборная с нашими футболистами в составе становится чемпионом мира. Почти тут же стартует новый сезон, многие начинают уходить, а мы не знаем — кто останется, а кто еще покинет команду. Представляете наше состояние? Но сейчас, когда прошло столько лет, я понимаю: вся эта ситуация стала шансом для меня. Тем самым, про который говорят: такое бывает только раз в жизни. И я им воспользовался! Да и еще многие молодые игроки в «Милане» и других командах, которые тоже наказали.

— Вас ведь именно тогда окончательно перевели из второй команды в первую?

— Да.

— Тогда из команды ушли Ибрагимович. Каннаваро, Тюрам…

… (Подхватывает) Дзамбротта, Эмерсон, Вийера, Муту.

— Но ведь Недвед, Дель Пьеро, Буффон, Трезеге остались. Почему одни поступили так, а другие иначе, особенно с учетом того, что «Ювентус» называют единой семьей?

— Это просто. У тех ребят, что ушли, оказалось меньше желания играть в серии В. Одновременно клубу нужны были деньги — «Юве» тем летом понес очень сильный экономический ущерб. И иметь такую же платежную ведомость, как годом ранее, в серии А позволить себе не мог. В общем, клубу надо было сделать выбор по игрокам в соотношении примерно 50 на 50. Чтобы заработать. Предложения были по многим из нас, но клуб оставил тех, у кого были чувства к цветам нашего клуба.

— Те, кто остались, не смотрели косо на тех, кто ушел?

— Все мы прекрасно понимали ситуацию. Осознавали: если бы не ушел один, это сделал бы другой из нас. Знали, что все вместе уже не сможем остаться. И потом, не все были привязаны к футболке «Ювентуса». Многие были молодыми и хотели попробовать себя в других чемпионатах. А кто-то только что стал чемпионом мира и имел план по максимуму использовать последние годы своей карьеры. В общем, многие встали перед выбором, которые случаются в жизни.

— Говорят, и вы могли отправиться вместе с Канаварро в мадридский «Реал»?

— Через полгода после того, как мы начали сезон в серии В, у меня заканчивался контракт с «Ювентусом». Капелло, который возглавил «Реал», знал об этом. В итоге пришло хорошее предложение из Мадрида. Но вы же помните, с чего начался наш разговор? Моя мечта начала осуществляться, и я не мог этим не воспользоваться.

— Те, кто остались играть за «Ювентус» в серии В, потеряли в деньгах?

— Нет, их контракты не изменились. В том числе потому, что за счет продажи одной группы игроков удалось сохранить зарплаты другой.

— Судя по вашей карьере, вы и Буффон, видимо, и бесплатно согласились бы тогда отыграть сезон…

— Возможно (улыбается). Кстати, у Павла Недведа тогда тоже было очень хорошее предложение от «Интера» с Моуриньо. Но Павел от него отказался, чтобы закончить карьеру в «Юве». Вот и я, перед тем как стать игроком «Зенита» примерно в это время в прошлом году, говорил, что в Италии не надену футболку никакого другого клуба. А если бы были предложения только из моей страны — предпочел бы завершить карьеру. Но тут появилась возможность перейти в «Зенит».

— Как ваши болельщики пережили сезон в серии В?

— Вся эта ситуация очень сплотила их с командой. В итоге они были горячими как никогда. Видно было их желание быть вместе с нами.

— А как вас принимали на выезде?

— Представляете, маленькие города без особых затрат получили возможность принимать у себя «Ювентус»! Да еще и с чемпионами мира в составе — Дель Пьеро, Буффон, Каморанези. Доходило до того, что болельщики других команд на своих стадионах пели им песни. В этом, конечно, был парадокс. Но это было красиво. Сейчас представить себе такое, наверное, уже невозможно.

— Дидье Дешам рисковал, когда принял команду в серии В?

— Очень. Он пришел сразу после того, как довел «Монако» до финала ЛЧ. Но я думаю, Дешам решил взять «Юве» в такой момент в том числе и как дань благодарности клубу.

— За что?

— За то, что «Юве» дал ему как футболисту. Конечно, потом, по прошествии месяцев, мы увидели, насколько Дешаму пришлось сложно. Речь не только о возвращении в серию А — это как раз было просто. Главное, надо было показать лицо «Ювентуса». Но в итоге карьера для него стала важнее, чем любовь к «Юве», и после того сезона он ушел.

— Помните чувства, когда завоевали право вернуться в серию А?

— Когда закончился сезон, мы хотели, чтобы тут же без каникул начался следующий. Мечтали вернуться на прежние стадионы. Кстати, никто не ожидал, что, вернувшись, мы с ходу займем третье место. Да, конечно, у нас в команде были все те же чемпионы. Но им стало на год больше, а у молодых еще не было большого опыта. Болельщики же еще больше начали верить в команду.

«Уезжал от Раньери с недопониманием, вернулся с благодарностью»

Клаудио Маркизио / Фото: © Twitter Classic Calcio

— Почему летом 2007 года Клаудио Раньери отправил вас в аренду в «Эмполи»?

— Набираться опыта. Дела в серии А шли неплохо, но у тренера были немного другие идеи. Сейчас я понимаю — наверняка он отправил меня в «Эмполи» для моего же блага. Но тогда был иного мнения и сначала это решение не принимал. Мне казалось, что я провел отличный сезон в серии В, а Раньери посылает меня в другую команду. Но оказалось, что в «Эмполи» очень хорошо работают с молодыми игроками. И сейчас там так работают, что оттуда выходит очень много отличных футболистов. Лео Паредес, кстати, там тоже побывал. В общем, я провел там год, чтобы вернуться готовым к следующему сезону и ЛЧ.

— Уезжали с недопониманием, вернулись с благодарностью?

— Да. Как сын, на которого накричал отец. Сначала он не возьмет в толк, почему так, обижается, но через какое-то время понимает, что папа был прав, и возвращается.

— Впервые капитаном «Ювентуса» вы стали, когда, уходя на замену, повязку вам передал Давид Трезеге. Тот факт, что капитаном легендарного итальянского клуба был француз, нормально воспринималось?

— Абсолютно! Капитанская повязка в «Юве» всегда переходит к тому, кто на данный момент сыграл за команду наибольшее количество матчей. Дель Пьеро, Буффон, Трезеге, после Недвед, потом Каморанези… А в России разве не так?

— В российских клубах есть три варианта: один — ваш, второй — капитана назначает тренер, третий — его выбирают игроки.

— В «Юве» такого никогда не случалось. Но в то же время капитан — это всегда тот человек, который не должен ошибаться. Иначе будет повод, чтобы его сменить. Но те, кто принимают на себя такую ответственность, знают, как это работает и как себя вести.

— Для болельщиков «Ювентуса» капитан команды — это полубог или должность, скорее, номинальная?

— Им в первую очередь важна связь этого человека с клубной футболкой. Старание, которое он демонстрирует. Все капитаны на моей памяти имели огромное признание у болельщиков и внутри раздевалки.

— Ваша капитанская повязка хранится дома?

— Все, с которыми выходил на поле.

— Вы и Буффон ушли из «Ювентуса» в один год. Символично?

— Я бы добавил еще Штефана Лихштайнера — мы втроем ушли в 2018-м. Вместе завоевали 7 скудетто в составе «Юве». С 2012 года был цикл побед, который всегда останется в истории клуба и итальянского футбола. Мы с Буффоном и Лихштайнером — три разных человека с разными характерами, но мы отдавались команде на все 100 процентов и все эти годы были очень привязаны к клубу. Это непросто забыть.

Клаудио Маркизио и Джанлуиджи Буффон / Фото: © Alessandro Sabattini / Stringer / Getty Images Sport / Gettyimages.ru

— Случайность или совпадение, что три легенды ушли в один год?

— Штефан и Джиджи уже знали, что уходят. У них через 6 месяцев заканчивался контракт. Буффону уже было 40, и «Юве» хотел дать шанс новому вратарю, у которого сейчас все очень хорошо получается. Штефану тоже было уже 35, клуб хотел обновить команду. Это так работает. У меня, правда, было по-другому.

— В чем разница?

— У меня еще был год контракта, и я мог бы остаться. Кстати, считаю, если бы Штефану и Джиджи предложили продлить соглашения, то они, думаю, согласились бы. Что касается меня, то у нас с тренером были разные взгляды. При этом мы никогда не ссорились и не спорили. Если честно, после стольких лет в Юве и после травмы у меня не хватало больше позитивной энергии для команды. Если бы я остался, думаю, не смог бы помочь моим товарищам по команде. Так что итоговый выбор — перейти в «Зенит» — был моим. Чтобы быть в гармонии с самим с собой, мне нужно было уйти.

— Не получилось так, что «Юве» без особых сантиментов обошелся с легендами?

— В «Юве» всегда было так. Даже с Дель Пьеро. Для «Старой синьоры» на первом месте всегда благополучие клуба, а не кого-то отдельно. «Юве» всегда выигрывает благодаря всем, а не отдельному игроку. Здесь ни при каких обстоятельствах нет слова «я» — только «мы». Мы проигрываем, мы выигрываем… Вообще «Юве» можно узнать, понять и начать уважать, только если живешь в нем несколько лет. Даже сейчас, когда в команде столько чемпионов, есть только «мы», а не «я».

— Криштиану Роналдо соответствует философии клуба?

— Может, это и разные вещи вне поля. Потому что популярность Криштиану огромна. Он сам по себе — это как один клуб или общество. Удивительно, что его окружает сколько всего. Но на поле он уже дал понять, какой он профессионал. А для «Юве» такие люди очень важны. Подумайте только, в Турине его встречало больше людей, чем если бы к нам приехала голливудская звезда. А ведь в городе и миллиона жителей нет. Все-таки люди такого масштаба чаще приезжают в Милан, чем в Турин.

— Тяжело провести всю карьеру в одном клубе?

— Очень! Я считаю, это намного сложнее, чем играть в разных. Даже если это клуб из твоего родного города. Сложности есть всегда, но находить из года в год мотивацию в одном и том же месте в течение стольких лет — это совсем непросто. Особенно если хочешь улучшать свой уровень, а не оставаться на одном и том же. Это нормально, что я так говорю, потому что это была моя жизнь. Но за свою карьеру я видел много игроков, которые переходили из клуба в клуб просто потому, что у них не получалось самореализовываться. Они сдавались и предпочитали менять клуб, а не пытались стать лучше в прежнем. Опять же, легенды появляются именно так.

— Оглядываясь назад, не жалеете, что столько лет одному клубу отдали?

— В течение карьеры, жизни всегда есть моменты, когда ты счастлив, а когда нет. Когда тебе поступают предложения, и когда нет. Мне 33 года, и у меня есть опыт. Сейчас, оглядываясь назад, я по-прежнему помню, что было в начале: моя детская мечта. Если бы мне маленькому сказали: ты выиграешь 7 скудетто, поедешь в сборную, я бы сразу же подписал этот контракт! Ведь в итоге на мою долю выпало намного больше, чем то, о чем я мечтал ребенком! Так что даже если и были негативные моменты (травма, год в аренде, сезон, когда никак не мог забить) — все это не было проблемой.

«Моду мы обсуждаем как большой труд, который стоит за всем этим»

— В Википедии список знаменитых болельщиков «Ювентуса» выглядит так: Алези, Горбачев, Рамазотти, Плачидо, Паваротти…

— Горбачев??? Я не знал! (Смеется.)

— С кем-нибудь из них знакомы?

— Микеле Плачидо (сыграл роль комиссара Катани в сериале «Спрут». — «Матч ТВ») — это мой друг. Эрос Рамазотти тоже. Знаком со многими итальянскими политиками. Они приходили на наши матчи и в отель, особенно когда мы играли в Риме. А с Плачидо часто видимся в Милане, потому что оба сотрудничаем с модным домом Армани. А в России знают Плачидо?

Микеле Плачидо / Фото: © Dominique Charriau / Getty Images / WireImage / Gettyimages.ru

— Люди постарше — безусловно. В 90-е годы в России это был культовый актер. А какой он в жизни?

— Это великий итальянский актер и очень любит «Юве». Поэтому мы и познакомились.

А в жизни — очень интересный, солнечный человек. Ему нравится общаться с людьми, находиться в центре внимания — он совсем не закрытый. Помните, в начале мы говорили с вами, что при знакомстве с кумиром есть риск в нем разочароваться. Плачидо — не тот случай. Вам бы понравилось с ним пообщаться.

— Вы с ним в основном на какие темы общаетесь?

— В основном о двух главных вещах, которые есть в Италии. Это мода и футбол. Кстати, моду мы обсуждаем как большой труд, который стоит за всем этим. Об этом многие не знают.

— А с Рамазотти что вас связывает, помимо «Юве»?

— Расскажу такую историю. Когда Эрос узнал, что я перехожу в «Зенит», — сразу позвонил и сказал: «Жди меня с концертом в Петербурге». Что ж, осенью этого года он действительно будет выступать в нашем городе.

— Кто был главным трудоголиком в ваши годы в «Ювентусе»?

— Павел Недвед тренировался с утра, потом вечером бегал. Это в нем было всегда. И остается сейчас, когда он работает в клубе уже не футболистом. Павел — он как посредник между игроками и клубом и наоборот. Его опыт очень ему в этом помогает. Все дни он на поле и смотрит все матчи. Это пример профессионализма, я считаю. Не зря же ему в свое время дали «Золотой мяч».

— А кто был Дзюбой вашего «Ювентуса»?

— Артем просто потрясающий парень. Очень светлый. Он шутит каждый день, всегда и везде. Не видел еще одного такого же человека, который делал бы это все время! А в «Юве» самыми веселыми обычно были приезжие ребята. Дани Алвеш, например. Он тоже был большим профессионалом, но постоянно острил.

— То есть история, когда ему кинули на поле банан, а Дани Алвес его просто взял и съел, вас не удивила?

— Это его манера воспринимать жизнь — всегда позитивно. В той истории контекстом был расизм. И я рад и тому, что это произошло именно с Дани Алвесом, и тому, как он отреагировал на поступок тех 2-3 глупых людей на стадионе. Будь на месте Дани Алвеса другой человек, более агрессивный или закрытый — это вылилось бы в большую полемику. Я не говорю, что не надо бороться с расизмом. Наоборот! Но он отреагировал хорошо, и я считаю, только человек с таким характером, как у него,  мог дать именно такой отпор неумным людям.

Дани Алвес / Фото: © globallookpress.com

— Самая веселая история с ним в «Ювентусе»?

— Ну если вы посмотрите его профиль в инстаграме, то увидите те же истории сейчас в «ПСЖ». Он, например, постоянно прятался где-то, чтобы пошутить над тобой. Или появлялся на поле, одевшись в очень специфической манере. Но если ты вдруг найдешь в себе смелость ему что-то об этом сказать, Дани Алвес начнет смеяться. Он живет жизнь с такой легкостью, которая в наших странах, да и вообще в Европе, пригодилась бы каждому. Мы все тут сконцентрированы на работе, а южноамериканцы относятся ко всему легче. Взять наших зенитовских аргентинцев. Они проживают жизнь с большей легкостью чем мы. И иногда — это лучше.

«Люди, которые кажутся закрытыми и молчаливыми, потом тебя удивляют»

— Считается, что самый немногословный игрок в «Зените» — это Александр Анюков. Похожий товарищ был у вас в «Юве»?

 — Манингер, вратарь. И Манджукич. Но про Сашу Анюкова должен сказать одну вещь. Я в «Зените» уже несколько месяцев, и у меня не раз была возможность провести время с Анюковым вне поля. Он мне нравится, и вообще — очень открытый, веселый и позитивный. Саша улыбается, разговаривает. Так, кстати, часто в жизни бывает — люди, которые кажутся закрытыми и молчаливыми, потом тебя удивляют.

— Если не секрет, на каком языке и как вы общаетесь с Анюковым?

— Где-то на английском, где-то на русском. Но мы прекрасно понимали и понимаем друг друга.

— Зимние сборы стали вашими первыми в «Зените». Они помогли лучше влиться в команду, обрести кондиции?

— Да! Для меня очень важны были эти сборы. Ведь в «Зенит» я приехал в прошлом году, когда чемпионат уже начался. Что касается тренировочного процесса, то мы делали много упражнений и тестов, касающихся линии защиты. Многое в нашем механизме, считаю, улучшилось. Но дело не только в том, что происходит на поле. У нас было время получше узнать друг друга. Так возникает доверие, какие-то общие привычки и т. д.

— С кем, помимо Анюкова, общаетесь в «Зените» больше всего?

— С Анюковым! (Смеется.) Иванович, Эрнани, Мак, Себа (Дриусси), Риго (Ригони) — да на самом деле со всеми.

— Вы стали больше своим в «Зените», чем в декабре?

 — Я считаю, что мне повезло, что я встретился с такой группой футболистов, с такими ребятами, рядом с которыми всегда чувствую себя хорошо. 

Фото: Valerio Pennicino / Stringer / Getty Images Sport / Gettyimages.ru, New Press / Stringer / Getty Images Sport / Gettyimages.ru, Clive Mason / Staff / Getty Images Sport / Gettyimages.ru, Twitter Classic Calcio, Alessandro Sabattini / Stringer / Getty Images Sport / Gettyimages.ru, Dominique Charriau / Getty Images / WireImage / Gettyimages.ru, globallookpress.com, ФК «Зенит»

Нет связи