И мертвый месяц еле освещает путь. Что рассказали Смирнов, Колобков и Лукин

И мертвый месяц еле освещает путь. Что рассказали Смирнов, Колобков и Лукин

Осень для России будет горячей: мы ждем публикации результатов работ комиссий МОК, ждем результатов встреч рабочей группы МПК (Международного паралимпийского комитета), ждем каких-то новых шагов от свеженазначенного руководства РУСАДА. В общем – сплошные ожидания, и, по национальной традиции, все-таки оптимистичные.

В понедельник прошло заседание Независимой общественной антидопинговой комиссии. Прессу на него пустили, но как-то странно – на полчаса, послушать доклады Виталия Смирнова, Павла Колобкова и Владимира Лукина. Остальная часть заседания прошла за закрытыми дверями.

Новости

Во-первых, иностранцев не пустят в закрытые города, но для российских граждан, работающих инспекторами допинг-контроля, будут сделаны многоразовые пропуска, которые позволят им проводить внезапные проверки.

Во-вторых, Россия предоставила позицию по докладу Макларена, но есть беда – позицию эту нигде нельзя прочитать. Закрытый документ, так что какая у России позиция – непонятно.

В-третьих, рабочая группа МПК признала выполненными порядка 50 из 67 пунктов по допуску наших паралимпийцев. Было это 28 августа в Бонне.

В-четвертых – спортсмены теперь смогут сами добровольно проходить внесоревновательный допинг контроль, непонятно, правда, за чей счет. По поводу кандидатов в члены сборных команд, судя по всему, расходы будут нести федерации, во всяком случае это обозначил министр спорта.

Но главное не это. Главное – то, что сквозило в паузах, тембрах речи, построениях предложений. То, что не было сказано. То, что оставило тягостное впечатление.

Высказывания

«Чего вы ждете от сессии МОК в Лиме?», — задали вопрос Виталию Смирнову.

«Насколько мне известно, вопросы антидопинга там обсуждать не будут, а рассмотрят лишь промежуточные итоги работы двух комиссий, Освальда и Шмидта. Не думаю, что по поводу России будут собирать чрезвычайную сессию МОК, а это значит, что вопрос допуска на Олимпиаду будет рассмотрен на очередной – которая пройдет прямо перед Играми. Ну, помните, как в Лиллехаммере, в 1994, когда наши спортсмены там уже были, но еще не имели разрешения на участие? И сессия, которая прошла тогда за два дня до церемонии открытия, предоставила им такие полномочия», — ответил почётный президент Олимпийского комитета России. 

Забыв, видимо, что тогда речь шла о признании нового государственного образования и соответствующего национального олимпийского комитета, а сейчас – об адском допинговом замесе, который, будучи негосударственным, тем не менее вовлек в себя весьма высокопоставленных чиновников. И это разные случаи, их нельзя ставить в один ряд.

«Получили ли вы ответ от официальных организаций о позиции России в отношении доклада Макларена?» — спросили Павла Колобкова.

«Россия не ждет никакого ответа, эта информация была приобщена к той, что уже имеется в распоряжении WADA и комиссий МОК», — сказал министр спорта.

Владимира Лукина спросили, что он ждет от заседания МПК, которое проходит в эти дни, а он ответил, что результаты предсказать невозможно, что выполнение условий зависит не только от его организации он и еще от ряда других, что все их хвалят, но загадывать результаты он не будет.

По сути, ничего нового не прозвучало, если не считать допуска россиян в закрытые города и добровольных проверок на допинг, но, заметьте, это пока в стадии планов или запуска, это еще не работает, не реализовано. Пока еще никто в закрытые города по пропускам не въезжает, и никто не опубликовал стоимость проверок для любого спортсмена, если ему вдруг захочется убедить себя и окружающих в своей чистоте.

Компендиум

Все сказанное создало впечатление того, что никто ничего не знает. И все стараются снять с себя персональную ответственность, размазав ее по остальным спортивным организациям. А главное – позиция России, повторюсь, неясна. Что там было отправлено в WADA или МОК – непонятно. Почему это не было опубликовано – непонятно. Какие именно пункты не выполнили, и от кого они зависят – непонятно, хотя могли бы просто зачитать с листка, там у паралимпийцев осталось всего 17, так что это недолго.

Сплошные недомолвки, осторожные заявления, и отказ Макларена от обвинений в государственной системе поддержки допинга в России – как главное достижение всей работы комиссии, к которому при общении с прессой возвращаются вновь и вновь. И полная неопределенность во всем.

«Россия готова пойти на компромисс с WADA?» — последний вопрос Павлу Колобкову.

«Я не готов ответить на ваш вопрос», — сказал министр спорта.

Фото: РИА Новости/Владимир Трефилов, РИА Новости/Антон Денисов

Смотрите также:

Сергей Лисин: «Дубровину должны полностью оправдать, а вот мне светят восемь лет дисквалификации»

Половина спортсменов принимают допинг. Они сами признались

Поделиться в соцсетях: