Формула 1

Гран-при Железного занавеса. Какую трассу в СССР хотели построить для «Формулы-1»

В 1980-е боссу королевских гонок Берни Экклстоуну едва не удалось совершить невозможное – договориться о проведении Гран-при СССР.

Да, в это сложно поверить, но страна, прятавшаяся за Железным занавесом от всего капиталистического, могла стать хозяйкой одного из этапов самого богемного чемпионата в мире автоспорта.

Когда все началось?

в 1980-м на Олимпиаде в Москве. «Наш ласковый Мишка» еще не успел улететь в свой сказочный лес, когда в столицу Союза прибыл на тот момент руководитель Ассоциации конструкторов «Ф-1» Берни Экклстоун.

Что он предложил?

Британец тогда еще не был седым и не зарабатывал миллиарды на продаже прав на трансляции. Но он уже знал, каким способом это можно сделать. Берни был настолько впечатлен панорамой Ленинских гор, что последние сомнения отпали сами собой – гонка в самом сердце Страны Советов станет хитом календаря. Ради нее он предложил партийным боссам более чем выгодные условия: «Ф-1» готова была взять все расходы на себя, а также предоставить боевой болид советскому пилоту. Учитывая любовь генсека Леонида Брежнева к автоспорту – у Берни были все шансы на успех.

Почему не вышло?

Экклстоун был настолько уверен в перспективах Гран-при СССР, что даже внес его в предварительный календарь на август 1983 года. Казалось, ничто на этом свете не способно помешать Берни. Но тут в дело вмешалась смерть. В ноябре 1982 года Брежнев скончался. На смену одному из самых демократичных генсеков в истории СССР пришел экс-председатель КГБ Юрий Андропов. Отвечать на письма Экклстоуна он посчитал делом не самым важным. Идея «красного» Гран-при ушла вслед за эпохой оттепели.

Как бы все это выглядело?

Чертежей московской трассы нет. Но сохранился рисунок, сделанный Экклстоуном и представителями советского автосоюза. На нем изображены несколько вариантов трассы по улицам и проспектам возле главного здания МГУ. Но все их объединяет одно – столичные дороги в большинстве своем узкие и протяженные. Поэтому вряд ли Гран-при СССР изобиловал бы зрелищными обгонами и неожиданными поворотами. Это был бы этап, близкий по характеру к гонкам в Монте-Карло или на «Хунгароринге» в Венгрии. Но недостаток зрелищности восполнял бы антураж «Империи зла», негативный образ которой мог быть развенчан почти на 20 лет раньше…