«Рекорд мира — незакрытый гештальт, но помнят не рекордсменов, а олимпийских чемпионов». Интервью Рылова

Единственный российский олимпийский чемпион в плавании за более чем четверть века прощается со спортивной карьерой.

Двукратный олимпийский чемпион Евгений Рылов в рамках чемпионата России торжественно попрощался со спортивной карьерой. Но с плаванием он прощаться не собирается — уже работает в Федерации водных видов спорта. «Матч ТВ» поговорил с ним о блестящей карьере, болезни и планах на будущее. А еще Евгений подвел статистику по котикам.

«У меня было опустошение мышечной структуры. Не был способен надавить на воду от слова «совсем»

— Женя, чем ты занимаешься прямо сейчас?

— С прекращением тренировок я не ушел из спорта совсем и уже начал работать в Федерации над развитием водных дисциплин. Сейчас активно занимаюсь улучшением и продвижением программ «Плавание для всех» и «Я стану чемпионом».

— Как тебе реальность по ту сторону в спорте?

— Интересный, совсем новый путь, когда больше интеллектуального труда и меньше физической нагрузки. Мне помогает то, что я и будучи спортсменом не бездумно выполнял работу, а анализировал и старался разбираться досконально во всех аспектах своей тренировочной жизни. Я изучал психологию, анатомию, разбирал для себя все процессы самой механики подготовки. Поэтому к новой сфере деятельности тоже подхожу, так скажем, методично. Переношу свой подход уже на профессиональную жизнь после спорта. Ну и я просто умею работать. Я не говорю, что идеален, и даже не говорю, что я всегда идеально дисциплинирован. Но в целом вот эту структуру подготовки, деятельности в голове всегда держу. Плюс у меня есть чувство ответственности перед самим собой, я не могу относиться к тому, что делаю, недостаточно внимательно.

— «Рылов примерно всегда был недоволен своим результатом». Исключения можешь вспомнить?

— Я действительно был недоволен результатом в 90% случаев. Но был доволен тем, как проплыл стометровку на Олимпиаде. И нашей медалью в эстафете 4 по 200 м вольным стилем.

— То есть коронной «двести» тоже не был доволен?

— Был готов на большее. Но была и эстафета, там мы добрались до медали. Человеческие силы, знаете, имеют свои пределы. Плюс в Токио для моих видов был не самый простой график. Истощение чувствовалось, особенно если учесть, что по ходу я потерял 4 кг веса.

— Ты еще в начале карьеры задекларировал — хочешь побить рекорд Пирсола. Не отпустило еще ощущение, что не удалось этого сделать?

— Я уже смирился, хотя это незакрытый гештальт. Надеялся после Олимпиады попробовать сделать это, но в определенный момент начались проблемы, думал, что дело в психологии, но они были из-за стрептококковой инфекции. Тренировочный процесс на фоне этого не давал никакого результата, я понимал, что есть ограничения, пусть на тот момент и не знал точной причины — да, есть вопросы возраста, но реакция была уж очень неоднозначная. Предполагал, что сказалось изменение в тренировочном процессе, но когда вернулся к Андрею Геннадьевичу (Шишину), проблемы остались. В итоге разобрались, я пролечился антибиотиками и процесс пошел. Возвращение на мировую арену дало новую мотивацию. Спасибо Дмитрию Аркадьевичу Мазепину, что дал мне шанс еще себя попробовать. Но не сложилось. Может быть, даже судьба отвела. Мне пытались вернуть аэробные процессы и в какой-то момент меня очень сильно откатило. Когда выступал на Кубке России в Калининграде, ощущал, что был максимально пустой. У меня было опустошение мышечной структуры. Я не был способен надавить на воду от слова «совсем». Но я продолжал плавать. Адаптация на гипоксию начала возвращаться. Мы пытались делать имитацию гор дома, утомляемость организма начала возвращаться. В общем, это был тяжелый процесс. Сложилось как сложилось.

— Ты первый за 25 лет российский пловец с золотом Игр. В моменте чувствовал, что это особая история?

— При подготовке, конечно, о таком не думаешь. И я никогда не говорил, что хочу выиграть. Я даже никогда не говорил, что начал готовить «сотню», когда появился Климент Колесников. И спасибо ему за это, потому что в конкуренции у меня появился этот результат на 100 м. Понятно, что это где-то поддушило мои «двести». Хотя сейчас мы видим, что ребятам удается более или менее объединять выступление на 50, 100 и 200 м. Мне даже интересно посмотреть на их тренировочный процесс.

— После бурной радостной реакции на золото при первой же неудаче появились комментарии «Рылов — всё». Тебя это не задевало?

— Но результат же действительно упал, поэтому разговоры были отчасти объективными. Да я и сам не мог понять, что происходит. Хотя к 2024 году на 200 м я подготовился хорошо. Проплыл быстрее результата серебряного призера Олимпийских игр; мог бы, наверное, и быстрее проплыть в очной борьбе, если бы была подготовка именно под Олимпиаду. И вообще, когда надо было плыть — выходил на нужный уровень и показывал результат несмотря ни на что.

— Осознаешь, как тебе повезло с тренером, который не форсировал твою подготовку на юношеском уровне?

 — И мне с ним повезло, но и ему со мной тоже (смеется). У нас с ним был отличный симбиоз. И в целом, конечно, по пальцам можно пересчитать тренеров, которые в первом же поколении своих спортсменов воспитали олимпийского чемпиона. Андрей Геннадьевич всегда хорошо понимал структуру подготовки. И даже те, кто плавал с ним короткое время, выходили на хороший результат. В плане планирования подготовки, например, горной, он процесс понимает лучше других. Работая с ним, я начал понимать, что каждый использует свои преимущества. Кто-то обладает более ярким талантом, сложен анатомически так, что это дает преимущество. Я начал анализировать все аспекты, понимать анатомию, мышечную структуры, как работают мышцы в воде, и погружаться в психологию старта. Это сделало меня сильнее.

— Как воспринимаешь сейчас тот факт, что в конце карьеры остался без международных стартов?

— Отказаться от участия в нейтральном статусе было моим выбором. Да, я уже выиграл Олимпиаду, поэтому в чем-то мне было проще. Но и у нас все ребята из команды пришли в итоге к такому решению. Жалеть о своем выборе я не буду. Я сделал его осознанно.

— А личную дисквалификацию как воспринял?

 — К тому моменту я добился всего, чего хотел. Остался только тот самый рекорд мира. Я сам сделал свой выбор. И всегда так было.

— То есть ты считаешь, что полностью реализовался?

— Исключая рекорд мира — да. Всегда говорил, что хочу плавать быстрее всех в мире. С другой стороны, рекордсменов мира у нас много, но помнят только олимпийских чемпионов. Вряд ли кто-то назовет все рекорды мира Александра Попова, но люди помнят, сколько у него золотых олимпийских медалей.

У всех, уверен, после окончания карьеры есть хоть маленькие, но сожаления. Сослагательному наклонению нет места в спорте, но все мы люди и склонны порассуждать, а что было бы, сделай я это иначе или сложись всё иначе. Так что это нормально.

«В 2016-м я мог выиграть золото в Рио, но там сыграла психология»

— С детства был амбициозным? Даже на первых международных стартах и при первых крупных успехах всегда говорил, что недоволен. Даже в 2015-м, в Казани, хотя в тот момент это был хороший результат и первый значимый успех на чемпионате мира.

— Меня тогда перло в плане прогресса в результатах. И прекрасно понимаю, что в 2016-м я мог и выиграть золото в Рио, но там сыграла психология. В тот период я в принципе был очень серьезный и негативно настроенный по отношению к самому себе, был слишком строгим. Это всё накладывалось на большой объем физической работы, плюс гормональный фон зашкаливал. Когда стал меньше набирать объема, мне в любом случае стало легче. И отношение к себе улучшилось, и любви к себе больше появилось. До этого я всю свою жизнь находился в состоянии стресса, кроме отпуска после сезона.

— В общем, фиксируем — Рылов не зашоренный, он веселый и котиков любит. Так?

— Ну да! (смеется)

— Мне кажется, с точки зрения медиа тебе не удалось монетизировать весь тот успех на Олимпийских играх.

— Да, этот медийный потенциал не был реализован. И куда больше внимания было, когда меня отстранили — вот тогда вокруг был реальный хайп. Сама победа на Олимпиаде была моментом фурора, но привлекла меньше внимания. Да я и не пытался особо монетизировать. Всё внимание на тот момент было к маске с котиком, но не потому что я хотел хайпануть, а потому что я реально про это.

— Очень хорошо цитировалась новость про запрет на маску с котиком на награждении. Давай теперь расскажем, как там всё это происходило?

— Я в принципе понимал, что вряд ли мне разрешат, но надежда умирает последней. Менеджером у нас был Сергей Сергеевич Жилкин, он пытался договориться. В итоге разрешили надеть ее после награждения. Был рад этому.

— А после Рио-де-Жанейро вообще не хотелось медиаактивностей?

— Я постоянно работал, плюс я не тот человек, у которого всё это так легко получается. Не то чтобы я против ведения соцсетей, но по факту я не тот человек, который готов всем делиться и показывать каждый эпизод в своей жизни. И вот иду я куда-то и думаю: «может, кружок записать?» Люди ведь говорят, что хотят больше знать о том, что происходит за пределами бассейна в моей жизни. Но в итоге кружок не записываю, потому что сомневаюсь, действительно ли всё это нужно.

— Не хочешь после окончания карьеры почаще появляться в реалити? Флоран Маноду «прописался» в «Танцах со звездами».

— Жена говорит, что я недостаточно пластичный для танцев (смеется). Я вот в «Титанах» поучаствовал, там были испытания на выносливость. Но если люди думают, что самые сильные спортсмены одинаково выдерживают самые разные нагрузки, они сильно ошибаются. Например, висеть для меня — одна из самых неприятных и некомфортных нагрузок. Остальные испытания нормально зашли, а висеть — это для моих мышц нагрузка непривычная, было тяжело.

— Как насчет роли в кино? Возвращаемся к Маноду, он вот и полицейского в сериале играет.

— Ну он много чего успевает, как и многие спринтеры. Ну правда, Кэмерон Макэвой по 1 км в неделю плавает максимум. Делаешь зал, чувствуешь воду и всё, можешь с тренировки уходить. Будешь много плавать, убьешь взрывную силу.

— Кэмерон критикует Enhanced Games. Как тебе их концепция?

— Каждый делает свой выбор. Концепция этих Игр противоречит всем правилам чистого спорта. Но и за пределами этих «допинговых Игр» мы видим разное — терапевтические исключения, выписанные по реальным или, может быть, не совсем реальным причинам. Многое для меня остается непонятным. Вот Кэти Ледеки 30 лет, ее пиковая скорость была в 25-26 лет.

— Зажигать начала в четырнадцать…

— Я рад за нее, но пик был в 25-26. Может быть, она исключение, не знаю, но чаще пик приходится на 18-20 лет. Самая лучшая подготовка аэробная у меня была только в 2016-м. Я выше не выходил. Я просто в следующие годы поднимал максимальную скорость от этого. Но именно в тот момент я был готов шпарить 200 м на спине только в путь.

«Я максималист и требовал с себя всегда 100%, поэтому любая неудача била по мне эмоционально сильнее»

— Депрессию не словил после 2016-го?

— Это могло непоправимо больно по мне ударить, но я просто начал развиваться и идти дальше. Тут же вопрос выбора. Я выбрал другой вариант. Меня спрашивают на мастер-классах, как часто я хотел бросить плавание — да постоянно после сезона хотел бросить, это нормальное состояние. Даже если ты очень любишь плавать, а за неделю наплываешь по 80-90 км, возвращаешься в бассейн, снова видишь воду — ну чем не повод для депрессии?

Конечно, я не скажу, что депрессия — постоянный спутник профессионального спортсмена, но причин для нее у пловцов много. Я, например, максималист и требовал с себя всегда 100%, поэтому любая неудача била по мне эмоционально сильнее, а победа всё равно была поводом искать в себе ошибки.

— То есть принцип Алисы Лью — «получай удовольствие от процесса» — с тобой не сработал бы?

— Когда всё хорошо получается, понятно, что всё в удовольствие. А когда не складывается? Вряд ли в работе над всеми элементами она только кайфовала и радовалась.

— Плюс пережила тяжелый период в пубертате…

— И сейчас у нее психологический подход — снять с себя психологическую нагрузку с помощью таких заявлений. Обычная история. И, кстати, она тоже не со всеми работает. Некоторые без психологического давления вообще ничего делать не могут. Да, я в какой-то момент перегорел в 2016-м, но нашел подход к себе, больше такой ошибки не допускал, но такой хороший стресс тоже был мне на пользу. Была на пользу и эта внутренняя ответственность перед самим собой.

— А есть степень ответственности в домашних делах? Не вынес мусор, не купил хлеба, не погладил всех кошек — короче, с бытовыми задачами не справился. Есть чувство вины?

— В семейных отношениях ты тоже растешь. И да, я стрессовал раньше по каким-то моментам. И честно сказать, до сих пор в бытовых мелочах косячу.

— И что больше всего не любишь делать? Мыть посуду или гладить белье?

— Я ничего не люблю делать по дому, но если надо, всё равно делаю.

— У нас есть традиция — мы каждый год считаем твоих кошек. Не будем от нее отказываться. Итак, сколько их?

— 15. Всё хорошо, больше не стало. С тех пор как появилась дочь, большая часть внимания достается ей. И, конечно, ты прежде всего родитель. Теперь если коты что-то натворили, этому меньше внимания уделяешь. Теперь им достается, только если дочери спать не дают — вот это уже страшная провинность и, мне кажется, они это знают. 

Источник:Матч ТВ

«Ни разу не заходил в бассейн с тех пор, как закончил». Малютин впервые говорит об окончании карьеры

Призер Олимпиады в Токио российский пловец Мартин Малютин рассказал, почему ушел из спорта и чем занимается сейчас.

Серебряный призер Олимпийских игр в Токио в эстафете 4×200 метров вольным стилем Мартин Малютин решил официально объявить о завершении карьеры в спорте. Российский пловец, которому в июле исполнится 27 лет, пропустил ряд соревнований в последние несколько сезонов и, хотя новый тренерский штаб призывал его вернуться в спорт, Мартин все же решил этого не делать. Трехкратный чемпион Европы и двукратный призер чемпионатов мира в интервью «Матч ТВ» признался, что пока вообще не хочет плавать и в принципе заходить в бассейн.

— Мартин, о вас периодически упоминали в интервью тренеры, руководство. Чем вы сейчас занимаетесь и не собираетесь ли вернуться?

— Поддерживаю спортивную форму, занимаюсь здоровьем, что очень важно в наше время. Также занимаюсь бизнесом, развиваюсь в нескольких направлениях. Это приносит удовольствие вне спортивной жизни.

— Вы официально закончили карьеру?

— Да, я уже принял осознанное взрослое решение. Моя карьера сложилась удачно, я прошел путь от первых детских соревнований до серебряной медали Олимпийских игр, считаю, что моя карьера удалась.

— В период отстранения российских пловцов вы говорили, что вам сложно искать мотивацию только на внутренних стартах. Это сказалось на принятии решения?

— Возможность ездить на соревнования и сборы была хорошей мотивацией для многих из нас. После Олимпиады мы этого были лишены. Не хватало стартов высокого уровня, было сложно себя настраивать на какие-то тренировочные процессы в отсутствие очной конкуренции с иностранцами. Морально себя сложно настроить в такой ситуации на то, чтобы ходить в бассейн, в зал.

Но не могу сказать, что все это как-то повлияло на мое решение. Я всегда ставил себе целью Олимпийские игры, они прошли удачно, хотя хотелось бы побороться за медаль и на индивидуальных дистанциях. Но как уж сложилось.

— В какой момент решили, что все, заканчиваете?

— На соревнованиях в Екатеринбурге я понял, что выгорел эмоционально и психологически. На дистанции 400 м вольным стилем я даже не попал в финал. Понял для себя, что пора подводить черту под своей карьерой.

— Главный тренер говорил, что заинтересован в вашем возвращении.

— Да, Андрей Геннадьевич (Шишин) звонил, мы разговаривали, он предлагал отложить это решение, говорил, что, может, мне стоит поменять бригаду. Я сказал, что уже психологически выгорел, да и с тренером на протяжении нескольких лет было определенное недопонимание.

— Вы несколько раз повторили «выгорел». В чем это у вас проявлялось?

— Я даже не хотел идти тренироваться, вода вызывала отторжение. Сложно было себя заставить. В таком психологическом состоянии сложно двигаться дальше. Эмоций вообще никаких не было. Понял, что это все, конец.

— К психологу не ходили?

— У нас был в сборной психолог, я к нему заглядывал периодически. Но решение об окончании карьеры не было каким-то эмоциональным. Без энтузиазма спортсмену сложно двигаться дальше.

— После чемпионата мира в Сингапуре не было сожалений, что не дождались возвращения на мировую арену?

— Нет, ни разу не пожалел, желания вернуться не появилось.

— Наблюдали за тем, что происходит на российских соревнованиях? Перед Сингапуром решили не брать на чемпионат мира эстафетную команду на 4×200 м.

— На 200 м — да, почему-то не проявило себя тогда новое поколение и не было тех результатов, которые были у нас в свое время. Сейчас появились хорошие ребята из юниоров, но нужна большая работа. Пока рано судить о перспективах, посмотрим, как все будет на соревнованиях уровнем выше.

— Чем занимаетесь сейчас?

— Поддерживаю здоровье, началась новая жизнь вне спорта. Работаем. У меня есть бизнес. Но все равно после спортивной жизни не хватает того самого драйва, который был у меня в карьере.

— Часто пересматриваете эстафету в Токио?

— Давно не смотрел, не хватает времени, но иногда появляется ностальгия и хочется посмотреть — все-таки большой путь к этой медали был пройден. Я не жалею, что спорт был в моей жизни. С самого детства хотел поехать на Олимпийские игры. Спорт мне многое дал, что позволяет сейчас начать новую жизнь уже за его пределами. Хочу сказать спасибо своему тренеру Наталье Николаевне Рощиной, которая прошла со мной весь путь от первенства России до медали Олимпийских игр. Спасибо, что терпели и старались относиться ко мне с пониманием. Разное, конечно, бывало, были и недопонимания, разногласия. Но я все равно благодарен вам за путь, который мы проделали вместе.

— На соревнованиях категории «Мастерс» не хотите выступить?

— Я ни разу в бассейн не заходил с тех пор, как закончил. Нет никакого желания даже смотреть на воду. Разве что на море. 

Пловец Климент Колесников: «В подготовке беру норматив Фелпса. Надо бросать вызов себе!»

Двукратный призер Олимпиады, двукратный чемпион мира Климент Колесников рассказал «Матч ТВ», что к чемпионату Европы готовит сразу восемь дистанций. Увидим, получится ли всё реализовать в Париже.

В Санкт-Петербурге с 17 по 21 апреля проходит финал Кубка России по плаванию, который является отборочным на чемпионат Европы-2026 в Париже.

Климент Колесников уже завоевал золото на дистанции 100 метров на спине (53,20) и продолжает готовить себя к главному старту года. Важно и то, что 13 апреля международная федерация World Aquatics допустила россиян до международных соревнований с флагом и гимном. Также Россия и Белоруссия восстанавливают полноправное членство в международной организации. А ведь Климент не ездил на Олимпиаду-2024 в Париж, потому что для него было важным выступать именно как российский спортсмен.

Из этого интервью Колесникова вы узнаете:

• как он готовился в межсезонье;
• какие главные цели в финале Кубка России;
• что можно сказать о бассейне во Франции, где пройдет чемпионат Европы;
• какие дистанции Климент готовит к этому турниру;
• и как он попробовал себя в зимнем дрифте на «Порше».

«Зимой прошел сборы в Таиланде и Египте»

— Последний раз мы виделись на Кубке Сальникова в Санкт-Петербурге в конце декабря. Как вы провели межсезонье, где побывали?

— С января у нас подготовка начиналась в Таиланде, где прошел трехнедельный сбор. Мы поехали на Пхукет к Саше Тихонову. Потренировались там, погрелись, вернулись обратно, пару недель побыли дома, позанимались на «Круглом».

И поехали в Египет, где тоже сделали трехнедельный сбор. Такой рабочий блок — не особо интересный, скучный, нудный, тяжелый. Плюс в том, что не особо там жарко было.

— Там акулы, опасно.

— Куда в море-то идти? Не моё это. В бассейне потренировались. Солнышко с утреца и днем было. Под вечер — неприятные ветра. Но летом туда ехать смысла не вижу. Очень жарко.

Потренировались в Египте, потом я уехал на открытый чемпионат Китая, куда меня пригласили поучаствовать. Съездил, встретился с ребятами с международной арены — с австралийцами, итальянцами, китайцами… Простартовался в рабочем режиме, посмотрел, как вообще дела, в какой форме. Вернулся в Россию и заехал на базу «Озеро Круглое». А потом — вот финал Кубка России.

— Этот турнир для вас — простартовка, на пик вы выходите в июне?

— Я бы так не сказал. Нам же возможность дали дважды отбираться на чемпионат Европы. Это хорошо.

Плюс сейчас апрельский финал Кубка России — он по датам как чемпионат России в прошлые годы. Поэтому особой разницы по форме и не будет. Просто мы в июне получили очередную простартовку с возможностью отбора. И там мы будем в более оптимальной форме, потому что и лето, и ближе к основным соревнованиям. И организм лучше проснется. Будет приятнее соревноваться, выступать.

Конкретные приоритеты не расставляю. И там, и там постараюсь просто проплыть по результатам, чтобы отобраться на чемпионат Европы. Ведь всякое может случиться. Не отобрался в апреле — потом вдруг заболел. И по итогу остался за бортом.

А так мы готовимся к чемпионату Европы, и весь тренировочный процесс нацелен именно туда. Поэтому форма будет улучшаться от соревнования к соревнованию.

«Бассейн в Париже похож на «Невскую волну»

— Вас позвали в Китай, и сразу 12 российских пловцов получили приглашения на этапы «Маре Нострум». А раньше даже визы не давали. Идет потепление?

— Да, и это хорошо для спортсменов. Все ребята-иностранцы всегда тепло к нам относились как к пловцам. Мы всегда общались на соревнованиях, на последних международных турнирах. И в Китае я сейчас с ребятами общался — все положительно относятся к тому, чтобы мы соревновались вместе с ними. Потому что в сборной России есть сильные ребята, с которыми интересно конкурировать.

А так получается, что лидеры на каких-то дистанциях в мире остаются без конкуренции. Им не особо уже интересно так выступать. Да, легче выиграть золото. Но есть чисто спортивный интерес, который разогревает азарт. Он просыпается, и гораздо интереснее так выступать.

С этой точки зрения — очень хорошо, и я рад, что так получается. Тем более у нас уже много ребят, которые долго нигде никогда вообще не выступали в мире. Это будет классно для них — получить наконец-то этот спортивный опыт. И конкуренция будет выше, и этот антураж, обстановка. Эта варка, которая очень отличается от российских соревнований. Мы тут все друг друга знаем. Всё так приелось. Как домой к себе приходишь. А на международных соревнованиях ты как на праздник попадаешь. Все встречаются. Новые знакомства, общение.

Это классно, я такого жду. Очень надеюсь, что мы поедем и на «Маре Нострум», и на чемпионат Европы.

— Шенгенскую визу сделали?

— Нет пока. Да и отобраться еще надо. А вот как сделаю это, то и поедем везде. Буду стараться.

— Какой бассейн будет на чемпионате Европы в парижском Сен-Дени?

— Да там бассейн не супер вау. Я смотрел фотографии, как он выглядит. Трибуны там не особо большие для количества зрителей. Может, достаточно будет для чемпионата Европы. Он похож на бассейн в Санкт-Петербурге, где у нас Кубок Сальникова на улице Джона Рида проходит. Такой типа центр плавания «Невская волна». Приятнее даже выступать в Казани, чем в бассейне на чемпионате Европы. Такой чисто европейский бассейн, без излишеств.

— Что для вас самое главное на чемпионате Европы — показать лучшее время, победить в общем медальном зачете, победить условного Леона Маршана?

— Сейчас подход к соревнованиям уже строится так, чтобы по возможности максимально заработать медали. Ценится место на пьедестале, желательно — первое место. Уже так сильно не играет роль время, улучшение результатов, если ты не попадаешь на пьедестал. Тут просто задача победить, ну, а время приложится. У нас плавание на месте не стоит, результаты постоянно двигаются вперед.

— Сколько дистанций на чемпионат Европы вы готовите?

— На данный момент — думаю, что пять личных и три эстафеты.

— Это же норматив Майкла Фелпса, который завоевал восемь золотых медалей на Олимпиаде-2008 в Пекине.

— Подготовка — это одно. А как получится по программе чемпионата Европы — уже другое. Будем смотреть и думать, что плыть, а что не плыть. Надо не загоняться, как мы попробовали в 2021 году в Будапеште. Я выиграл 100 метров кролем и на следующей же дистанции попробовал проплыть 100 метров на спине. И не попал в финал, было тяжело.

— Вы заматерели за эти пять лет?

— Сейчас строим подготовку, чтобы опять это попробовать. Плавание — циклический вид спорта, ты каждый день в воде. Надоедает, поэтому хочется разнообразия. Бросать себе какой-то вызов. Сейчас интересно попробовать объем дистанций, что уже пытался раньше. Чуть поднять выносливость. Посмотрим, потяну ли я пять дистанций.

— Какие?

— 50, 100, 200 метров на спине. А еще 50 и 100 метров кролем.

— То есть на Европе вы хотите выполнить «норматив Фелпса».

— В плане подготовки. А так на Фелпсе мы все выросли. Он всегда стоял как пример.

Просто мне как спортсмену интереснее закладывать гораздо больше и максимизировать это. А потом уже отталкиваться от того, что я буду иметь, и как оно получится. Нежели чем взять просто 100 и 200 метров на спине, успокоившись на этом.

Как-то неинтересно это звучит. Все-таки хочется бросать себе вызовы и тренироваться по полной, при этом не перегружая себя энтузиазмом. Подходить с головой, в здравом уме. И с максимальными запросами к самому себе.

«Олимпиада в Лос-Анджелесе — мой последний важный старт»

— А к Олимпиаде вы готовите какие дистанции?

— Есть план подготовки, но пока не буду его оглашать.

— Чемпионат Европы — этап подготовки к Олимпиаде. Вы понимаете, что в Лос-Анджелесе должны выстреливать здесь и сейчас? Вам уже 27 лет. И непонятно, какая форма будет в 28.

— Да, это правда. Приоритет у меня в любом случае — Олимпиада. Бессмысленно ставить в приоритет другие соревнования. Ближайшие два года будут подготовкой к Лос-Анджелесу, и ничего более.

Смотреть будем, в какой форме, как меняюсь по ходу сезонов. Как мое тело реагирует на нагрузки, как вообще я подхожу к соревнованиям. И уже отталкиваясь от этого, будем думать, что делать на Олимпиаде.

Да, с каждым годом всё по-разному. Но в любом случае я ставлю себе целью Олимпийские игры. Возможно, это будет уже последний важный старт. После этого, я думаю, не особо что-то можно сделать. Объективно будет уже возраст мешать — ведь это 31 год на Олимпиаде-2032.

— Что за последние полгода вас, кроме плавания, сильно зацепило? Какая история?

— Я вот в феврале съездил на зимний дрифт. Попробовал на «Порше» на Moscow Raceway. Мне девушка подарила сертификат. Это, конечно, круто. Приезжаешь на трассу, у тебя — арендованный автомобиль. И ты на нем ездишь с инструктором.

Это дрифт на снегу. Мне понравилось, тем более я люблю быть за рулем. Вот это было одним из единственных развлечений в межсезонье.

А так, ничего такого. Рутина рутиной. Ничего интересного не происходит. Тем более время быстро идет, когда вот такие Дни сурка. Моргнул уже, и всё — мы на финале Кубка России.

— Вам на базе «Озеро Круглое» не скучно сидеть неделями?

— А знаете, тут бытовые условия изменились благодаря федерации. Питание стало лучше, проживание. Появился комфорт, чтобы ты через неделю-полторы не думал отсюда побыстрее съехать. Тут комфортно тренироваться.

Это радует. Без этого сидеть на централизованной базе тяжело. Именно мозгами. И руководство старается эти наши мозги разгрузить. Питание не надоедает. Номера теперь удобные.

Так-то база достаточно старая. И все эти технические составляющие будут менять. Всё идет к лучшему. И всё хорошо. Радует, что есть постоянная связь с руководством, с федерацией — как в одну сторону, так и в другую. Нас спрашивают, что нужно. Мы делимся советами, что можно изменить в лучшую сторону. Поэтому каких-то нареканий нет. Всё супер.

Прямые трансляции финала Кубка России по плаванию смотрите на канале «Матч ТВ», а также сайтах matchtv.ru и sportbox.ru.

Сергей Фесиков: «Леон Маршан улетел в космос в Сингапуре, но наши ребята могут составить ему конкуренцию»

Призер Олимпиады, спортивный директор по плаванию в Федерации водных видов спорта России (ФВВСР) Сергей Фесиков рассказал «Матч ТВ», как наши пловцы идут к чемпионату Европы в Париже и могут ли они составить конкуренцию знаменитому Леону Маршану.

В Санкт-Петербурге с 17 по 21 апреля проходит финал Кубка России по плаванию, который является отборочным на чемпионат Европы-2026 в Париже. Перед стартом турнира я пообщался с Сергеем Фесиковым. Он выигрывал чемпионат мира, побеждал на Европе, брал медаль на Олимпиаде. А теперь работает в федерации и помогает другим пловцам выступать на соревнованиях.

А там наши ребята должны отжечь! Тем более 13 апреля международная федерация World Aquatics допустила россиян до международных соревнований с флагом и гимном. Также Россия и Белоруссия восстанавливают полноправное членство в международной организации. И это прекрасно!

Из этого интервью Сергея Фесикова вы узнаете:

• почему об Олимпиаде в Лос-Анджелесе нужно думать уже сейчас;
• реально ли в Париже снова выиграть медальный зачет;
• что можно сказать о бассейне во Франции, где пройдет чемпионат Европы;
• как бросить вызов знаменитому Леону Маршану;
• что Фесиков ждет от нашего капитана Климента Колесникова.

«Хочется в Европу открыть не форточку, а целую дверь»

— Что вы ждете от нового сезона? Можно ли сказать, что у наших пловцов теперь идеальный календарь, с учетом допуска на международные соревнования, тем более под флагом и гимном?

— В этом году у нас действительно насыщенный календарь с большим количеством международных стартов. Наконец-то у спортсменов появляются приоритетные задачи по выступлению на чемпионате Европы в Париже.

Для нас это в самом деле ключевой турнир. Потому что за четыре года отсутствия в Европе нас действительно забыли, потеряли. И наша задача сейчас — вернуть статус. С нами всегда считались, нас уважали. И как-то подзабыла Европа, что мы существуем.

При общении со спортсменами я им говорю одно: очень большую работу делает Дмитрий Аркадьевич Мазепин как руководитель федерации, чтобы у нас открывались эти горизонты. И весь административный блок федерации тоже работает над тем, чтобы количество международных стартов увеличилось.

Хочется не просто форточку в Европу открыть, но и окно, целую дверь. И чтобы она больше никогда не закрывалась. А самое главное, чтобы мы, открыв дверь, хлопнули ей так сильно, чтобы нас запомнили.

У нас сейчас боевой состав, амбициозные ребята. И мы готовимся к Парижу в полном объеме, на полном газу. Сейчас этот локомотив движется, идет финал Кубка России. Он интересный, зрелищный. Не скажу, что крайне фееричный. Но так и не должно быть. Феерию мы должны увидеть на чемпионате Европы. Ребята подходят планово к сезону, работают на перспективу. В следующем году в Будапеште пройдет чемпионат мира на длинной воде. Это важная точка отсчета, после которой мы выходим на Олимпиаду-2028 в Лос-Анджелесе.

На днях у нас в федерации прошло общее собрание. Сейчас мы с главным тренером Андреем Шишиным планируем уже спортивный календарь на 2027 и 2028 годы. И как только он будет запущен, то всё, это прямая дорога в олимпийский сезон.

Времени уже нет. Надо брать быка за рога, двигаться вперед. И для немалого количества спортсменов из сборной России, возможно, это будет единственная Олимпиада в дальнейшей карьере. И этот старт нужно брать с ходу. Олимпийские игры — такой турнир, что-либо ты его забираешь, либо второго шанса может не быть.

— Пловцы, которым сейчас 19-20 лет — это не ребята на будущее, а те, кто должны делать результат здесь и сейчас?

— Да, это правда. Возраст 19-20 лет — можно думать, что впереди долгая карьера со множеством попыток. Но в плавании всё очень быстро проходит.

Плюс молодых в том, что у них пока нет этой зрелости, осознанности. Когда ты, не особо понимая и анализируя, безо всяких тормозов можешь приехать на Олимпиаду и забрать свою медаль. А через четыре года, через восемь лет всё уже будет абсолютно по-другому. И ты сам сильно изменишься, и плавание уйдет далеко вперед. Даже имея опыт и статус, какой-то блок подготовленности, все равно Олимпиаду надо брать сразу.

«У Колесникова на Олимпиаде будут все карты на руках»

— Пять лет назад, на чемпионате Европы в Будапеште, сборная России заняла первое место в общем медальном зачете (20+9+13=42). А в плавании мы стали вторыми (9+5+8=22), вслед за Великобританией (11+9+6=26). Какие у нас шансы повторить этот успех в Париже?

— Наша задача номер один — бороться не только за призовые места, а за топовые позиции в Европе и в мире. У нас сбалансированная команда. За последние 20 лет у нас был дисбаланс — то в сторону женского, то в сторону мужского состава. Где-то девушки брали на себя инициативу по набору медалей, а парни отставали. Где-то было наоборот, и выстреливали мужчины.

А у нас должна быть именно гармония. Наши девочки и в эстафетных видах прибавляют, и в индивидуальных видах появляются лидеры. Я очень верю и надеюсь, что никто не сорвет этот финальный этап подготовки. И подойдет к чемпионату Европы на пике своих возможностей.

У нас прекрасные звезды — и Даша Клепикова, и Даша Трофимова, которая восстанавливается после травмы. Идет плановый период реабилитации очень долгий, и я уверен, она снова войдет в стан сборной. Недавно мы общались. Я говорю: «Даша, нужно проплыть за 51 секунду». Она отвечает: «Хорошо, будет». — «Зуб даешь?» — «Даю».

Мне такой настрой нравится. И у парней очень боевой состав. Все спортсмены молодые, юные. Я говорю про спринтеров, про капитана. Несмотря на все сложности, Клим Колесников радуется тому, что международные границы снова открываются. И это новая возможность реализоваться.

Он был на пике в 2021 году. Не все получилось, но Климент собрал огромное количество медалей. И вот спустя пять лет снова открывается возможность пробиться на Олимпиаду и там себя показать. И теперь в программе есть полтинники, в том числе на спине. А это коронка Колесникова, его дисциплина. Пока никто в мире рядом с ним не стоит. И на этой дистанции можно завоевать золото.

Так что все карты на руках. Я говорю ему: «Клим, у тебя есть все шансы, чтобы реализовать себя в Лос-Анджелесе. Осталось не отпускать себя и сделать это».

— Нет опасения, что Колесников уедет готовиться во Францию?

— Нет-нет. По крайней мере, ни внутренних, ни внешних признаков не видно. Клим — патриот, он любит Россию. И готовится к сезону на подмосковной базе «Озеро Круглое». Клим готов отдать всё для того, чтобы снова подняться на подиум под российским флагом и под российский гимн, прославляя честь страны.

— Что можно сказать про бассейн во Франции, где пройдет чемпионат Европы? Есть какая-то специфика?

— Вы знаете, когда я во Франции всю жизнь соревновался, то Париж для меня всегда был каким-то загадочным. Лично я не очень любил плавать именно там. Да, Франция красивая, но соревнования в Париже всегда были очень сложными и трудными, потому что все бассейны и локации были какими-то специфическими.

Но надо готовиться как к понятному старту. Потому что в мире сейчас очень многие бассейны в самом деле скромные. Это мы в России привыкли к масштабу, чтобы если бассейн, то он обязательно лучший. А в мире я пока не видел действительно каких-то суперобъектов, на которых проходили бы последние международные соревнования. Ничто не сравнится с тем, когда на чемпионате мира в Казани в 2015 году бассейн соорудили на футбольном стадионе Рубин». Вот это был размах.

Наши водные центры в Казани и Екатеринбурге в самом деле капитальные, монументальные. Хороша еще «Дуна Арена» в Будапеште, вот это классный объект. А так, мало что потрясает воображение. Даже сейчас, побывав недавно на чемпионате мира в Сингапуре, там объект был без «вау». Но самое главное — это не качество дворца, а то, что сборная России там классно выступила и дала результат. Вот эту тенденцию надо продолжать и идти к своей цели, несмотря на любые трудности и нюансы. Нравится бассейн или нет — у спортсмена есть тумбочка, есть своя дорожка и есть результат, на который ты ориентируешься. Если ты его показываешь или плывешь еще лучше, то ты победил и тобой гордится вся страна.

«За два года еще подрастут молодые ребята»

— Эффект «вау» должен быть на Олимпиаде-2028, потому что в Америке очень любят плавание. Там соревнования пройдут на SoFi Stadium, вмещающем 70 тысяч зрителей. Он похож на футбольный стадион в «Лужниках».

— Это впечатляет.

— И я слышал, что финалы у пловцов могут начинаться в 9:00 утра.

— Мы смотрели программу плавания по дням. И пока там стоит вечерний тайминг. Есть нюансы по квалификации на основные соревнования через этапы Кубка мира с квотированием для отобравшихся спортсменов. Но по олимпийскому таймингу и расписанию я пока не готов делать заявления. В любом случае, все будут находиться в одинаковых условиях.

— Пройдет ли чемпионат Европы в Париже под лозунгом «Леон Маршан против остальных»? Реально ли составить конкуренцию этому французскому пловцу на каких-то дистанциях?

— Маршан доминировал на Олимпиаде-2024 в Париже, завоевав там четыре золотые медали. Но давайте прикинем. На дистанции 400 метров комплексом у нас есть Илья Бородин, который сейчас находится в сильной фазе подготовки. Мы видим, что он готов давать конкуренцию Леону. Я верю в Илью и уверен, что в Париже он покажет свои лучшие секунды.

200 комплекс — у нас сейчас растет классная плеяда комплексистов. Помимо Бородина, есть Максим Ступин, есть Михаил Щербаков, есть Леша Сударев. Вот этот квартет будет двигать вперед рекорд России, приближаясь к рекордам Европы и мира, установленным Маршаном.

Конечно, на чемпионате мира в Сингапуре он показал космические секунды. Даже у меня при комментарии с трибуны того заплыва прям все дрожало. Я был свидетелем, когда Райан Лохте устанавливал рекорд 1:54. И когда Леон Маршан ушел вообще в другие реалии, на 1:52 — это очень круто.

Но это и стимул для наших спортсменов, для тренировочного процесса. Мир не стоит на месте, а активно плывет. И нам надо повышать скорости для того, чтобы быть конкурентными.

200 метров брасс — я уверен, что наши брассисты проявят себя. У нас есть Кирилл Пригода, который абсолютно конкурентен, несмотря на возраст. Я уверен, что на Европе он даст бой.

200 метров баттерфляй — да, может быть, тут мы пока в полной мере не можем сравнить себя с Леоном. Но я верю в молодых ребят. Сейчас мы немножко просели именно в этой дисциплине. Однако у нас еще есть два года. И есть прекрасные юниоры. И знаете, за два года в мире происходит много изменений. Поэтому мы ждем молодых звездочек, которые смогут проплыть этот старт не за 1:55, а за 1:53 или даже 1:52. Тогда это будет уже борьба.

Вообще у нас есть прекрасные спринтеры. Есть эстафеты, в которых мы можем плыть быстро. И наша основная задача — работать на победу. Это касается и мужских, и женских, и смешанных эстафет. Здесь надо подтвердить свой статус, который у нас был четыре года назад. Пора возвращаться в Европу и снова заявлять о себе.

Прямые трансляции финала Кубка России по плаванию смотрите на канале «Матч ТВ», а также сайтах matchtv.ru и sportbox.ru.

«Вернули флаг — надо раскрывать паруса. Показывать, что россияне никуда не делись». Интервью Александра Попова

Четырехкратный олимпийский чемпион, член президиума Федерации водных видов спорта России Александр Попов рассказал «Матч ТВ», за кем из мировых спортсменов он сейчас наблюдает, и чего ждет от наших пловцов в финале Кубка России в Санкт-Петербурге.

В Санкт-Петербурге с 17 по 21 апреля проходит финал Кубка России по плаванию, который является отборочным на чемпионат Европы-2026 в Париже. И я был очень рад, когда в кулуарах встретил легенду из легенд плавания. Александр Попов приехал на турнир, но только на один день. Я очень попросил об интервью. Тем более 13 апреля международная федерация World Aquatics допустила россиян до международных соревнований с флагом и гимном. Также Россия и Белоруссия восстанавливают полноправное членство в международной организации. Большой прорыв!

«Турнир в Париже важен, но главное будет в Лос-Анджелесе»

— Вы на один день приехали на финал Кубка России. Что вам интереснее всего здесь посмотреть? На прогресс ребят?

— Спорт — это в целом про динамику и улучшение результата, достижение новых высот. Конечно, следим за нашими ребятами. Смотрим, переживаем. Потому что у них есть хорошие шансы на предстоящих турнирах международного уровня. Тем более World Aquatics сняла все ограничения. Надо раскрывать паруса и показывать, что россияне здесь, никуда не делись.

— Возвращение флага и гимна — это большой прорыв.

— Согласен. У нас не первая международная федерация, которая сняла все ограничения. Сняли в дзюдо. И боксеры выступали под российским флагом и гимном, но там своё кино… Всё когда-то должно прийти к своему логическому завершению, подойти к правильной точке.

— Хорошо, что Международный олимпийский комитет возглавила пловчиха Кирсти Ковентри. Новые люди, и лед тронулся.

— Работать надо. Как и в любом процессе, важно трудиться целенаправленно, каждодневно, тяжело. Надо работать, и всё будет в порядке.

— Отбор на чемпионат Европы в Париже у нас проходит в два этапа. Можно отобраться сейчас на финале Кубка России в Санкт-Петербурге. А можно в июне, на чемпионате России в Казани. Как это помогает спортсменам?

— У меня позиция такая, что всё нужно делать с первого раза. Финал чемпионата Европы, чемпионата мира, Олимпиады переплыть не дадут. Попытка должна быть одна.

Надо уже в финале Кубка России показывать высокие результаты. И держать хорошую динамику прогресса. Хорошо в Санкт-Петербурге, еще лучше — в Казани, потом — в Париже. Вот тогда это будет правильный ход за два года до Олимпиады.

Мы же понимаем, что чемпионат Европы — это проходящий старт. Пристрелка, промежуточное звено к Олимпиаде. Турнир в Париже важен, но самое главное будет в Лос-Анджелесе-2028.

«А что еще придумать в плавании? Катапульту?»

— Перед Олимпиадой иногда возникают какие-то моменты, которые кардинально меняют плавание. Лет 20 назад появились комбинезоны, и началась гонка технологий. Может ли сейчас случиться подобное?

— Сейчас я уже не знаю, что можно придумать. Старт-разножку сделали. Для спинистов пристроили планочку. Что еще можно сделать? Катапульту?

Всё решают талант, работа. Тренироваться надо, самосовершенствоваться.

— Председатель ФВВСР Дмитрий Мазепин сказал, что в России нужен большой центр водных видов спорта, чтобы принимать соревнования. И ведь нам World Aquatics задолжал один турнир.

— По-моему, чемпионат мира. У нас забрали турнир, который должен был проходить в Казани.

Наверное, нужен дом для водных видов спорта. Где и федерация расположена, все офисы, все старшие тренеры по возрастам, где все четыре водных вида спорта могут выступать. Это может быть местом притяжения всех пловцов. Это было бы правильно.

Надо бы такой центр построить, чтобы у нас была точка роста. Вот в Екатеринбурге есть хороший центр. Но все четыре вида спорта там не поместятся. Водное поло и синхронное плавание требуют своих площадей.

Но два-три неплохих центра в России у нас уже есть, где можно проводить серьезные соревнования: Казань, Екатеринбург, Питер. Но остальные — там просто много зрителей на трибуны не разместить. Есть и другие города, но там можно принимать первенства городов по России.

— А вы слышали, что на Олимпиаде в Лос-Анджелесе могут сделать старты для пловцов в девять утра?

— Кажется, в Лос-Анджелесе меняют местами олимпийскую программу: сначала пройдет легкая атлетика, потом — плавание. Обычно бывает наоборот.

Ну а в Пекине в 2008 году проходили финалы по утрам. И все были в равных условиях. Встали и делаем. Это не помешало Майклу Фелпсу завоевать там восемь золотых медалей. Ребята, берем пример — работаем, учимся.

«Мне в плавании интересно всё, кроме брасса»

— Кто вам интересен из современных спортсменов, выступающих сейчас?

— Безусловно, это спринт — вольный стиль на 50 и 100 метров. Это румын Давид Попович. Это австралиец Камерон Макэвой. Я очень давно за ним наблюдаю, как он полностью поменял тренировочную методику, и это дает результат.

Традиционно вызывает интерес Леон Маршан. В первую очередь он тренируется у Боба Боумэна, который воспитывал Майкла Фелпса. Зная этого человека, Боумэн точно может подкинуть пару сюрпризов.

Спинисты наши безусловно любопытны — Мирон Лифинцев, Климент Колесников, за ними слежу. Баттерфляй… В общем, мне интересно всё, кроме брасса.

— Колесников на чемпионате Европы может выступить на восьми дистанциях. Такой объем для наших пловцов не очень типичен. Это радует?

— Я думаю, надо нести ответственность за свои дисциплины, на которых ты специализируешься. Моя философия была и остается таковой. Я плыл на спине в утренней комбинированной эстафете в 1996 году на Олимпиаде. Но я делал это ради команды, чтобы ее подержать и вывести в финал. Но вечером я плыл индивидуально вольным стилем. Мне чужого не надо. Своё бы удержать!

Прямые трансляции финала Кубка России по плаванию смотрите на канале «Матч ТВ», а также сайтах matchtv.ru и sportbox.ru.

«Готов вложить свои деньги, чтобы у ФВВСР был дворец водных видов спорта». Интервью Дмитрия Мазепина

Глава ФВВСР — о проблемах с инфраструктурой, стоимости нового дворца и медальном плане на ОИ-2028.

13 апреля 2026 года войдет в историю российского спорта — в этот день Международная федерация водных видов спорта (World Aquatics) объявила о полноценном возвращении спортсменов из России до взрослых соревнований с флагом и гимном.

Корреспондент «Матч ТВ» пообщался с председателем Федерации водных видов спорта России (ФВВСР) Дмитрием Мазепиным и узнал, какие в стране существуют сложности с инфраструктурой, во сколько может обойтись стоимость дворца водных видов спорта и на какой результат российская команда может рассчитывать на Олимпиаде-2028 в Лос-Анджелесе.

— Вы уже сказали, что в России не самая хорошая ситуация с инфраструктурой для водных видов спорта. По вашим оценкам, во сколько может обойтись строительство одного спортивного комплекса, который объединит под крышей несколько площадок?

— Сумма — от 5 до 10 миллиардов рублей. Нужно смотреть, на что мы замахиваемся, чего мы хотим от дворца водных видов спорта. Несмотря на то, что нас объединили в одну федерацию, нам нужно три разных бассейна — для плавания, прыжков и синхронного плавания. В идеале, все в одном большом дворце с трибунами.

Россия — огромная держава, омываемая тремя океанами и большим количеством морей, и такая большая федерация, как наша, номер один по медалеёмким дисциплинам — 55 на Олимпийских играх — достойна того, чтобы у нас был современный дворец водных видов спорта. Я с сожалением констатирую, что спорткомплекс «Олимпийский», который в советское и российское время был базой российских пловцов, сегодня не принадлежит им. Открытого бассейна в «Лужниках» с трибунами тоже нет.

Считаю, что наша федерация максимально пострадала за время разных преобразований в нашей стране и превращений советских бассейнов в аквапарки и торговые центры. Думаю, восстановление инфраструктуры не только для занятий спортом, но и для популяризации наших видов спорта через проведение таких соревнований, как чемпионаты мира и Европы, — это совместная задача министерства спорта и ФВВСР. И я сам, как бизнесмен, готов участвовать в развитии инфраструктуры. Этот вопрос я уже открыто обсуждал, моя позиция заявлена: если будет предложен достойный проект, готов вложить свои деньги, чтобы у федерации был свой дворец водных видов спорта.

Наши спортсмены выезжают на крупные международные соревнования, но у нас есть только одна база — «Озеро Круглое» в Подмосковье, построенная в 80-е годы. Мы максимально приводим ее в порядок, но качество базы сильно уступает тем условиям, в которых тренируются наши конкуренты — Америка, Австралия и Европа. И чтобы выступать на высоком уровне, побеждать их, мы должны нашим спортсменам элементарно предоставить равные условия для тренировок.

— Раз с деньгами проблем не будет, то как быть с площадкой под строительство? Земельный вопрос крайне сложный.

— Да, вопрос сложный, но было бы желание.

— Где такой будущий дом для водных видов спорта может быть построен? В Москве, другом крупном городе или подальше от бурлящей жизни?

— В Москве. Это наша столица. Когда мы говорим о дворце, где можно проводить мероприятия международного уровня, мы имеем в виду не только современные условия для профессиональных спортсменов и тренеров. Также важно, чтобы у болельщиков была возможность прийти и поддержать своих.

Мы уделяем большое внимание как продвижению наших талантливых спортсменов, так и популяризации водных видов спорта в целом. Для достижения высоких результатов важно, чтобы наши граждане приобщались к этому прекрасному миру как можно чаще. Все должно быть доступно, близко и комфортно: пришел, поболел, вдохновился — и сам пошел тренироваться.

— А хватит ли одного такого центра?

— Нет, этого недостаточно, но с чего-то нужно начинать — и, на мой взгляд, делать это нужно немедленно. Мы собираемся подробно обсуждать этот вопрос на нашей сессии на ПМЭФ в июне и, надеюсь, выведем его на передний план.

— На Олимпийских играх в Токио в 2021 году наша сборная завоевала восемь медалей, четыре из которых — золотые. Чего ждать от команды в Лос-Анджелесе в 2028-м? Будет ли медальный план?

— Конечный результат — совокупная работа условий, возможностей и целей. Если мы создадим для наших спортсменов условия, которые есть у конкурентов, то можем замахиваться на большее количество медалей. Если же ребята будут готовиться в более плохих условиях, то можем из США и восьми медалей не привезти.

Скажу честно. Есть такое устройство как гидроканал, где тренируются практически все наши пловцы. Такой гидроканал есть на базе «Озеро Круглое», к сожалению, он один в стране. И, к сожалению, два месяца назад он сломался — мы его не можем ни починить, ни заменить. Построили его в 1981 году. И что мы хотим от наших спортсменов? Нельзя сказать им: езжай и привези медаль. В конце концов, они не боксом занимаются, где условия для тренировок куда доступнее, чем в наших видах спорта. Плавание и синхронное плавание — циклически очень сложные виды спорта, технологии здесь улучшаются постоянно, и вы видите, как меняются результаты. Рекорд мира на 100 метров кролем побит, на 50 метров — тоже. И это достижения не только спортсменов, это совокупность тренировок, методик и условий. К сожалению, мы сегодня в этом отстаем.

Я был избран на должность председателя Федерации водных видов спорта России полтора года назад, принял то хозяйство, которое есть. К сожалению, за этот короткий отрезок времени на базе «Озеро Круглое» поменялся уже третий директор, и это нехорошо, гидроканал сломан. Да, у синхронисток условия для тренировок более-менее нормальные, есть база на Автозаводской улице в Москве, но нам есть над чем работать, у нас большой пробел.

— Раз гидроканалу 45 лет, вряд ли при строительстве использовали зарубежные технологии.

— Да, конечно.

— Что мешает отремонтировать или построить его сейчас? Утерянные технологии?

— Сначала его куда-то надо поместить, потом где-то нужно взять и как-то привезти. Простые житейские вопросы.

Юлия Ефимова: «Если не будет результата, то какой смысл в этих тренировках?»

Трехкратный призер Олимпиад, шестикратная чемпионка мира Юлия Ефимова рассказала «Матч ТВ», что считает этот год для себя ключевым. Большой объем тренировок должен давать результат для того, чтобы пробиться на чемпионат Европы в Париж.

Ефимова на днях показала лучший результат по очкам, завоевав три золота на чемпионате Москвы. Это классическая линейка — 50 м (30,99), 100 м (1:08.45) и 200 м (2:32.38) брассом. На этих дистанциях, судя по всему, Ефимова выступит и на чемпионате России, который пройдет с 6 по 11 июня в Казани.

Ну а пока мы встретились с Юлей на футболе.

«Возможно, я и свою карьеру заканчивать буду»

— Мы с вами беседуем, когда в эти минуты играли футбольный и хоккейный «Спартак». Почему вы пошли на «Лукойл-Арену»?

— Меня активнее звали на футбол. Извините, хоккеисты, не поддержала вас в этот день. Атмосфера на «Лукойл-Арене» классная. Тем более на матче Кубка России, куда приходит больше болельщиков. У меня самой сейчас идут соревнования. Я как обычно разрываюсь между своими выступлениями и футболом-хоккеем.

— Как у вас идет подготовка?

— Это чемпионат Москвы — отборочные соревнования на чемпионат России. Пока всё идет хорошо, у меня три золота. Я даже 200 метров брассом проплыла зачем-то. Можно сказать, для тренировки. Хотя дистанция тяжелая и я ее не готовила. Но для сотки полезно так простартоваться.

— У вас впереди есть две очень яркие цели — чемпионат Европы-2026 в Париже и Олимпиада-2028 в Лос-Анджелесе. Реально ли до них дойти? Хотя бы подготовить олимпийский полтинник и на нем выстрелить.

— Насчет Олимпиады пока не знаю. Но сейчас ближайшая цель — это просто отобраться в Париж, постараться это сделать. А там уже буду думать. Если у меня не получится, то есть вопросики, стоит ли так сильно вкладываться. Потому что получается реально, что я ничем не успеваю заниматься. В последнее время переключилась, опять полностью ушла в плавание.

— Правильно, так и надо.

— Да, но если не будет результата, то в этом нет смысла. Хочется все равно жить полноценно. И уже нет такой возможности, как в детстве и юношестве, чтобы с головой уйти в спорт. Надо думать и о настоящей жизни. И, конечно, уже и сил у меня больше столько нет.

Честно скажу, я вспоминаю все эти тренировки из прошлого — и мне не хочется то же самое делать. Подготовить полтинник — да, это возможно. Но надо наработать старты, касания, немножко прибавить в скорости. И всё будет реально.

Но пока у меня такая мысль. Конечно, все может поменяться миллион раз… Но если я доплаваю до конца этого года, то дальше буду думать. Если у меня получится то, что я хочу, то останусь в большом спорте. Если не получится, то, может быть, что-то стану менять.

— Что именно?

— Возможно, я и свою карьеру заканчивать буду. А может поменяю так, что буду вообще лайтово тренироваться. И для полтинника это будет нормально.

«Наши паралимпийцы — это первопроходцы»

— Есть примеры, когда спортсменам около 40 лет — Новак Джокович, Александр Овечкин, Криштиану Роналду. Они уже выиграли всё, но при этом выступают на классе. Так возможно.

— Да, выступать на классе можно. Но хотелось бы побольше поддержки.

— Я недавно вернулся из Италии, где работал на Паралимпиаде.

— Я следила за выступлением наших ребят. И очень за них рада. И не только тому, что их допустили на Паралимпиаду. А то, что наши спортсмены выступали под российским флагом и в честь их побед играл российский гимн. Было всего шесть наших паралимпийцев, плюс один ведущий. Но какой фурор они устроили на весь мир! У меня аж мурашки по коже.

Больше даже нечего сказать, это было самое главное. И вот ребята стали первопроходцами. Я надеюсь, сейчас лед будет потихоньку таять.

— Что вы чувствовали, когда стоите на пьедестале на международном соревновании, а в честь вашей победы играет российский гимн?

— Это было так давно! — смеется Юля. — Но знаете, очень хочется даже не мне снова эти эмоции испытать. А чтобы наши молодые ребята, которые пропустили достаточный срок без международных стартов, но сейчас борются за самые-самые топовые места, — вот чтобы они это испытали. Вот что самое главное.

Они — молодцы, уже выигрывали в прошлом году чемпионат мира в Сингапуре, попадали в призы. Но именно испытать то чувство, когда ты под флагом своей страны, когда выступаешь в команде и чувствуешь поддержку — это немножко другие эмоции. И хочется, чтобы ребята наконец-то это ощутили на себе.

«Провела трехнедельные сборы в ЮАР»

— Где вы провели начало года? Видел ваши сторис — вы чуть ли не в ЮАР летали?

— Я была в ЮАР, а еще в Кисловодске и в Калининграде. Куча разных приключений — хороших и не очень. Везде я тренировалась. Была в ЮАР на трехнедельных сборах. Я хотела хмурый февраль пропустить, чтобы тренироваться под южным солнцем. В этом году была суровая зима. Но и в Москве теперь весна, приятная погода.

— Приключения не очень в ЮАР — уже звучит тревожно.

— Да всё как обычно. С едой были моменты, с машинами. По мелочи, не беспокойтесь.

— У вас есть планы, как выстраивать первую половину сезона?

— Всё зависит от результатов. Мне очень хотелось бы поехать на этапы «Маре Нострум». Вряд ли получится, но как обычно, я буду пытаться туда попасть самостоятельно. Плавание — дело недешевое. Так что если есть спонсоры, то можете меня поддержать. Возможно, еще выступлю в Италии на турнире Sette Colli. Тут большой вопрос. Поедем ли мы туда, возьмут ли меня в команду?

Конечно, глобальная цель — чемпионат Европы. Но всё зависит от результатов. Ребята занимаются на сборах. Я уехала в ЮАР, а остальные занимались в других местах. Мне пока не хватает рейтинговых очков, чтобы попадать на классные сборы. Хотя приглашали на базу «Озеро Круглое».

— Если вы не пробьетесь на Олимпиаду, хотели бы поработать в Лос-Анджелесе-2028 как комментатор и телеведущая? Вы прекрасно знаете этот город.

— Я бы согласилась поехать на Олимпиаду в любом качестве. Конечно, хотелось бы последний раз поехать на Игры как действующая спортсменка. Это была бы моя пятая Олимпиада.

Но если не получится… На таком турнире ты испытываешь очень классные эмоции. И я готова с удовольствием ехать на Олимпиаду в любом амплуа. Даже просто болельщиком.

— Напоследок, раз вы болеете за «Спартак» — как москвичи выступят в плей-офф КХЛ?

— При возможности хотела бы походить на матчи Кубка Гагарина. Думаю, шансы у «Спартака» 100% есть. Взять главный трофей будет тяжело. Но я всегда считаю, как у нас в плавании говорят — пока никто не дотронулся до бортика на финише, ничего не решено. Так что ждем, болеем, поддерживаем.

«Отдаю себе отчет, что синхронное плавание стало другим». Первое большое интервью Ромашиной как главного тренера

Светлана Ромашина — о задачах на Кубок мира, изменениях в тренировочном процессе и презентации программ.

Светлана Ромашина открывает сезон уже на посту главного тренера сборной России по синхронному плаванию. Впереди чемпионат Европы по водным видам спорта, в следующем году — чемпионат мира. Это главные точки на пути к Олимпиаде-2028. Поговорили об изменениях в этом виде спорта и первых шагах в работе на новом посту.

— Как изменился ваш быт с тех пор, как вы стали главным тренером?

— Для начала, мы с вами опять разговариваем пока я нахожусь на «Озере Круглом» (смеется). Так что в какой-то мере можно сказать, моя жизнь вернулась на круги своя. Моя семья это приняла. К сожалению, дома я действительно бываю крайне редко.

С Круглого я выезжаю в Москву для подписания бумаг, для встреч, поездок в федерацию. И на соревнования, конечно, где отсматриваю спортсменов разных возрастов.

Задач в принципе очень много. Много вопросов и не на все есть ответы. Так что добавилось стресса в определенных моментах, в том числе в тех, на которые ты повлиять никак не можешь. А ведь по-прежнему хочется сделать все красиво, правильно, честно, справедливо. Вкладываешь всю душу и ждешь, что из этого получится что-то хорошее.

— О хорошем. Говорят, условия на «Круглом» стали лучше, еда вкуснее.

— Это правда! В номерах даже есть и шторы блэкаут, так что теперь спортсменам лучше спится.

— Первый крупный старт сезона — Кубок мира в Париже?

— Да. И, естественно, мы выступим не только с групповыми программами, а также в дуэтах и соло.

— Много говорилось о том, что после Сингапура необходимы коррективы, изменения, в том числе по части постановки программ. С чего начали работать в этом направлении?

— Если говорить о каких-то изменениях, в техническую программу, которую везет Дарья Александрова, мы выбрали яркую музыку. В программе произвольной группы у Марины Голядкиной есть очень интересная задумка, идея. Не буду все озвучивать сейчас, потому что хочется, чтобы зрители ее увидели.

— Уже привлекали новых специалистов к работе по хореографии, актерскому мастерству?

— Мы начали работать, скажем так, в середине сезона. И на данный момент привлекать специалистов, например, по бальным танцам, хореографии, на это времени просто не было. Мы начали работать в достаточно сжатые сроки, чтобы успеть подготовиться к старту, который состоится в конце марта. В мае плотно начинаем работать с хореографом из Санкт-Петербурга. И в процессе будем представлять людей, с которыми мы работаем. Также на май намечено общение с тренерами из Федерации подводного плавания, потому что, как вы знаете, у нас очень сильно поменялись правила. Сейчас важно уметь правильно брать вдох на выполнение связки ногами и правильно брать вдох после нее, чтобы спортсменки не отключались, потому что приходится периодически работать на слишком длительной задержке дыхания.

Думаю, что международная федерация, конечно, еще рассмотрит вопрос по ограничениям в этой части, но на данный момент мы сами должны помочь нашим спортсменам.

— Я понимаю, что вам пришлось начать работу, что называется, с места в карьер, но какие все же были первые шаги в этом процессе?

— Это прежде всего те шаги, которые уже озвучила, в тренировочном процессе. Есть, конечно, и моменты с документами, в которые я продолжаю вникать. Гораздо лучше получается это делать благодаря помощи нашего прекрасного начальника команды Гератины Викторовны, которая осталась в штабе и продолжает работать со сборной командой. Плюс ведется работа по определению критериев отбора в сборную команду. Основная задача этого года — перестроиться и встать на новые рельсы с новым тренерским составом, обновленным составом команды. В одной из программ у нас состав обновился примерно на 70%. Так что пока мы только набираем обороты.

— И какие задачи ставите на Кубок мира?

— Выступить на «четверочку», посмотреть, как на нас будут реагировать публика и судьи. То есть нет сейчас задачи выйти и выдать все 100%. В принципе, это на данный момент невозможно. Так что будем смотреть и анализировать ситуацию уже после первого старта.

— Про «четверочку» даже как-то странно слышать от нашего синхронного плавания. Таковы реалии?

— Во-первых, да, таковы реалии и нужно понимать, что с таким большим количеством международных стартов в календаре постоянно быть на пике — это очень тяжело. Особенно с учетом того, что поменялась нагрузка. Я отдаю себе отчет, что синхронное плавание стало другим, и нужно вносить изменения в тренировочный процесс. Мы стараемся этим заниматься. И, во-вторых, с учетом того, что я уже озвучила, выходить на пик формы в марте было бы неправильно. Ранний пик формы в сезоне «убивает» спортсменов. Поэтому мы будем делать это планомерно, чтобы в лучшей форме подойти к чемпионату Европы. До него, на самом деле, осталось не так много времени. И «четыре» из «пяти» — для нас это будет хорошая оценка. Еще раз повторюсь, что такая оценка будет приемлемой для данного этапа, для первых стартов. Но, конечно же, мы планируем держать планку, которую задавали нам предыдущие команды, возглавляемые Татьяной Николаевной Покровской. Ведь основная наша задача — победа на Олимпийских играх в Лос-Анджелесе. Для этого будем делать все, что в наших силах.

— Вы уже сказали, что синхронное плавание изменилось. Эти перемены по-прежнему болезненны? Или единственный способ не ощущать эту болезненность — переставать рефлексировать, просто работать?

— Не скажу, что все проходит крайне болезненно, но, да, это процесс не одного дня. На такую перестройку нужно время. Уже после чемпионата Европы в Париже будут нововведения в работу — такой у нас план. Ускорять этот процесс, срывать резко пластырь сейчас не хочется. Хочется, чтобы все адаптировались, и прежде всего спортсмены. Чтобы психологически приняли то, что мы просим от них другой работы.

Также должны перестроиться и тренеры — мы сейчас должны работать немножко иначе, чтобы был конструктивный диалог между собой, между спортсменами, чтобы спортсмены также не боялись прийти и сказать, что вот здесь нам неудобно, может быть, здесь попробуем сделать что-то иначе.

— Вы сказали, что в программах будет современная музыка. То есть сохраняется тенденция на лучшее восприятие такого музыкального сопровождения.

— Думаю, на опыте стартов прошлого года мы можем говорить о такой тенденции. Современная музыка воспринимается легче. И важно, чтобы зритель, судьи в это включались, чтобы нога в ритм притопывала, чтобы под музыку постановок всем хотелось двигаться.

Но это не означает, что мы будем полностью отходить от классики. Она, кстати, тоже может быть и в другой подаче, в другой обработке.

— Честно сказать, хотелось озвучить тенденцию, но вопрос про более современную музыку было странно задавать Светлане Ромашиной, которая зажигала в постановке «Рок». Уточняю, чтобы не создалось впечатление, будто мы в плане музыки закостенели.

— Нет, ни в коем случае. Мы не закостенели. Но нужно продолжать экспериментировать, не нужно бояться! К сожалению, пока мы отсутствовали, другие страны взяли немножко другое направление. Мы должны соответствовать, при этом опережать эти тенденции и опять быть законодателями мод.

— После Олимпиады в Милане много разговоров о том, что наши фигуристы отстают в презентации программ, хотя технически круты. Эта ситуация сопоставима с тем, что происходит в вашем виде спорта?

— Я думаю, что и в случае с синхронным плаванием, и в случае с фигурным катанием, с художественной гимнастикой наше отсутствие сказывается на восприятии судьями. Многие специалисты говорят, что от нас немножко отвыкли. Нас не видели, не знают чего ожидать, поэтому могут сказать после соревнований — «прошли ровненько, но не вау». Плюс сами спортсмены отвыкли от соревновательной практики, где нужно выдавать сразу на 100%, поэтому стараются пройти программу аккуратно, чисто. И из-за этого кому-то может не хватить общего впечатления от выступлений.

Что касается презентации программ перед стартом, мы будем этим активно заниматься. Сильно заранее ничего анонсировать не станем, но работа над этой составляющей идет. Мы будем презентовать программы и спортсменов, которые выступают в индивидуальных видах.

— Пять лет назад темы программ усиленно скрывались. Настали новые времена!

— Мы не будем показывать все и раскрывать все карты. Тему при этом обозначим, чтобы было понятно, что хотим донести до судейской коллегии. И они уже будут к этому немножко готовы. Все смотрят соцсети, поэтому, выкладывая такие презентации, ты готовишь зрителей и судей к восприятию своих постановок.

— То есть будете тизерить. Уже был такой прецедент перед Сингапуром, когда тизерили свою программу Майя Дорошко и Татьяна Гайдай.

— Да. Постараемся сделать это красиво.

— Вы были великолепной солисткой в свое время. Какие сейчас требования к соло? И как у нас с этим обстоят дела, тем более на фоне окончания карьеры Гайдай?

— Как показала практика, у нас не так всё гладко с индивидуальными программами. Солисток именно взрослого возраста у нас нет, поэтому в этом году на международные турниры будет выезжать Валерия Плеханова, которая является победительницей российских соревнований, первенства Европы. И она еще юниорка. Индивидуальные виды — лицо команды. Но как бы это плохо ни звучало, мы знаем, что в некоторых видах спорта нужно дождаться своего времени. Что не факт, если ты выступишь лучше всех, то сразу получишь первое место. Это субъективный вид спорта, где нужно заработать свое имя. Поэтому считаю абсолютно правильным решением выставлять наших юниоров, чтобы мир их узнавал, чтобы знали, чтобы мир к ним присматривался, а они набирали свои определенные баллы. В дуэте у нас сейчас три спортсменки, но чтобы соответствовать олимпийским стандартам, их должно быть две. И сейчас на Кубке мира у нас будет два абсолютно разных дуэта — посмотрим, как их воспримут судьи.

В мужском соло выступит наш юниор Захар Трофимов, победитель прошлогоднего первенства Европы. В микст-дуэте он выступит с Алиной Румянцевой. Так что мы начинаем возить нашу молодёжь на соревнования, показывать их миру. Несмотря на то, что они молодые, это не значит, что борьбы не будет. Будет! И ещё какую борьбу мы будем навязывать всем остальным странам.

— А мужчина в группе у сборной России? Не исключаете такого развития событий?

— Не исключаю такого момента. Я рассматриваю такую возможность, но не факт, что у нас получится реализовать ее в этом году.

«Продолжать через «не хочу» — это не принесет результата». Гайдай решила завершить карьеру

Российская синхронистка Татьяна Гайдай — о чемпионате мира, стрессе и новой роли в бассейне.

Татьяна Гайдай объявляет о завершении карьеры. Сейчас она работает в Казахстане, а ее последним международным стартом стал чемпионат мира в Сингапуре. Почему она приняла такое решение и кем видит себя в будущем, Татьяна рассказала в интервью «Матч ТВ».

— Татьяна, сколько ушло времени на эмоциональное восстановление после чемпионата мира?

— Я еще в августе психологически отошла от этого, начала помогать своим тренерам Татьяне Евгеньевне Данченко и Елене Вячеславовне Вороновой тренировать маленьких детей и возраст постарше.

— А отдых был?

— Сначала я поехала в Питер на пару дней, потом за границу. Море, солнце, пару дней была в горах. Отдыхала 50 на 50, не то чтобы мне не хотелось лежать, не вставать и никого не видеть. Это состояние, если и было, то всего пару дней.

— Но нервов на чемпионате мира потеряли много.

— На самом деле, мне кажется, я потеряла их еще на тренировках перед чемпионатом мира. В принципе, я достаточно спокойный человек, внутри себя могу переживать, но не так, чтобы ходить трястись. Старт был важный, были переживания, но не более того.

— Как понимаю, по напряжению это было не сравнимо с Кубком мира, на который вы до этого съездили?

— Это была совершенно другая история. К тому же в Египте были не все команды, была открытая вода, что всегда сказывается.

— Не пожалели, что выступили в Сингапуре, а не посидели еще год в тишине, чтобы оценить обстановку?

— Вообще не жалела, предоставилась возможность выступать и я была всеми руками за. Если можно было бы выйти раньше, я бы это сделала.

— Соло после нескольких лет изоляции. Как вы на это решились?

— Тут и выбора особо не было, решает тренерский коллектив. Ты можешь вступать в обсуждение, но в итоге последнее слово за тренерами. До нас напрямую доходило уже финальное решение. Не было такого - «Таня не хочет, значит, не будем».

— Были готовы к этому уровню стресса?

— Я выступала до этого на международных стартах на юниорском уровне, поэтому понимала, какое это напряжение, тем более в индивидуальных видах. Так что недооценки ситуации у меня не было.

— Вам нравилось быть солисткой?

— Да. Правда из-за изменения в правилах не было абсолютного понимания на тот момент, как в полной мере сделать это наилучшим образом. Изменения в правилах случились несколько раз, последние уже были в лучшую сторону. Испанка Ирис Тио Касас выиграла произвольную программу, не гонясь за сложностью, а делая ставку на эмоции, представление программы. Нужно уже переориентироваться на это.

Старый формат сейчас подгоняется под новый, но при этом хореография остается хореографией. И если ты хорошая солистка, то это будет видно. Сейчас в правилах все разумно, на мой взгляд.

— Почему решили не продолжать карьеру?

— Надо уходить вовремя. Когда нет удовольствия от тренировок, если будешь постоянно делать все через не хочу, никакого результата не будет.

— Когда приняли решение уйти из спорта?

— Я ставила для себя некоторые пункты по задачам на тот сезон. Некоторые вещи были в приоритете, некоторые на втором плане. И поняла, что надо заканчивать сейчас. Так будет лучше. Оставаться и работать через «не хочу» — нервы тренеров портить и мои тоже. Не шел тренировочный процесс так хорошо, как он мог бы идти.

— Психологически было тяжело?

— Да, но и физически тоже. Я спортсменка старого поколения, мы работали над другими вещами и сложно было перестраиваться на новую технику. У меня такая конституция тела, что мне тяжело давались новые правила. Татьяна Евгеньевна [Данченко] и Елена Вячеславовна [Воронова] всячески пытались меня в этом плане подправить. И в 25 лет приходилось работать больше, чем до этого, так как нужен постоянный контроль и происходило постоянное изменение ощущений под водой.

— «Привычка» к золотым медалям синхронисток порождала неадекватные комментарии в соцсетях и под новостями. Вы их читали?

— Не читала. Мне важно только мнение тренеров. Я на него и ориентировалась. Плюс на то, что мы видели при пересмотре программ. Остальные комментарии зачем, когда у тебя и так много информации?

— После соло вы сказали, что переживали прежде всего за то, что подвели тренера. Удалось отпустить эту ситуацию?

— Конечно, особо не обсуждали даже после старта и нужно было думать о выступлении в дуэте. Я просто очень эмоциональный человек в моменте, но потом умею отпускать.

— Тогда вопрос, как вас отпускала Майя Дорошко? Она до этого лишилась партнерш, теперь и вы ушли.

— Думаю, она была к этому готова. К тому же я импульсивный человек и могла на тренировке сказать «все, больше не могу». После чемпионата мира уже сказала ей, что точно заканчиваю.

— Для нас ведь реально вернуться на золотой уровень по медалям?

— Конечно. У нас столько крутых профессионалов, девчонки настроены работать, все очень талантливые. Просто сейчас после чемпионата мира важно провести анализ ситуации, чтобы было понятно, за счет чего конкретно можно это сделать. Думаю, эта работа уже идет. Уверена, никто не будет «делить» медали, если команда будет выступать на нереально крутом уровне и отличаться от других сборных.

— То есть стандартно — надо быть на пять голов сильнее?

— И на сто голов интереснее. Сейчас программа должна держать от выхода команды и до самого конца. Обо всем этом говорилось на тренерских семинарах и, уверена, есть понимание, как нам прибавить в ряде составляющих.

— Вы свои программы пересматривали?

— Много раз. И казалось, что больше понравится одна программа, а получалось наоборот — в другой оказывается были моменты, которые изначально недооценивала.

— Кстати, перед чемпионатом мира была нехарактерная для нашего синхронного плавания история. Вы тизернули свою программу. Такое сложно было представить, скажем, пять лет назад. Чья была идея?

— Елена Вячеславовна Воронова была главной по контенту, заказывала нам костюмы, устраивала фотосессии. Это прикольно. И Андреа Фуэнтес начала это делать в Испании. У нас сейчас 60% успеха приходится на артистизм, все сидят в соцсетях и такая презентация важна для восприятия постановки. Думаю, все будут делать такие проекты. Это 100% интересно. Не понимаю, почему некоторые до сих пор стесняются так делать.

— Вы сами не были активны в соцсетях. Не жалеете?

— Нет, на тот момент не было на это спроса. Еще в юниорах, когда с Варей Субботиной делали дуэты, она все выкладывала, а я нет. Мне больше нравится выкладывать что-то из путешествий, а не из спортивных будней. Хотя люди говорят, что им интересен контент с тренировок, который для меня так просто «день сурка» в разных купальниках.

— Почему вы решили продолжать работать в бассейне?

— Мне дали поработать с детьми хорошего уровня, чтобы я поняла, насколько мне это подходит, я с удовольствием согласилась. К тому же нельзя так резко переключаться.

— Дети ментально, психологически отличаются от вас? Готовы они работать столько же, сколько вы?

— Также как мы нет, но тут вопрос не в количестве нагрузки. Даже, кажется, у них больше активностей — приходят и говорят, что пробовали себя и в гимнастике, и в фигурном катании. Но мне хочется, чтобы дети побольше читали и развивались в творческой сфере, чтобы понимали, почему тренер выбрал именно эту музыку и поставил эту композицию. Хотелось бы, чтобы у них хватало времени на это — почитать книжки, сходить в театр.

— И нет такого от родителей: «Сегодня столько плавать не будет, моя дочь устает»?

— Такого нет, разве что сбавить нагрузку на фоне или после болезни, что как раз нормально.

— Интересно было бы поработать постановщиком?

— Было бы здорово, но нужен опыт, чтобы о тебе узнали. Это не самый простой путь, но хотелось бы развиваться в этой сфере. Нужно нарабатывать программы, переводить их на более взрослый уровень. Тебя должны заметить. Это не такая простая история, как может показаться.

— Чувствуете, что в вашей жизни было мало отдыха во время карьеры?

— Отдых был. И мне как раз больше нравится не сидеть на месте, во мне кипит энергия. К тому же когда уходишь из спорта, ты оказываешься в ситуации, где у тебя нет конкретного расписания. Когда ты спортсмен, у тебя все расписано заранее, это определяется за тебя, все делается за тебя, ты должен только тренироваться. В жизни после спорта все иначе. Хочется побыстрее понять: что нужно, как нужно. Возможно, для этого важно сбавить обороты.

— Не страшно выходить в новую жизнь?

— Был страх, пока принимала решение закончить. Сейчас страха нет. Жизнь на этом решении не заканчивается.

— Есть мечты вне спорта, которые хотелось бы реализовать в новой жизни?

— Хотела бы проявить себя не только как постановщик программ, но и как постановщик шоу, как это есть в фигурном катании, например. Это непростой путь, но нужно все это уложить у себя в голове, составить список пунктов и работать.

— Смотрите ледовые шоу?

— Целиком не видела, только фрагменты в интернете. Но мне нравится.

— Судя по всему, вы очень основательный человек.

— Я стараюсь. При этом срываюсь, хватаюсь за всё и сразу. Но план должен быть!

— Готовы работать столько же, сколько Татьяна Евгеньевна Данченко и Татьяна Николаевна Покровская?

— Безусловно, они тренеры высочайшего уровня, которые добились огромных высот, что сделать очень и очень сложно. Возможно, меньше людей сейчас готовы столько работать, сколько это делали тренеры предыдущих поколений, но все зависит исключительно от человека, от того, насколько готов себя посвящать тому делу, которое любит.

«После ЧМ хотелось отвлечься и устроить детокс от соцсетей». Конаныхина возвращается к соревнованиям

Прыгунья в воду Анна Конаныхина — об отдыхе, прическе и нововведениях в тренировочном процессе.

В летних видах одними из первых международный сезон-2026 начнут российские прыгуны в воду. А первым стартом для них в сезоне станет Кубок России, который начнется в Саратове 31 января. Среди участников и призер чемпионата мира Анна Конаныхина. В прошлом году она завоевала свою первую медаль чемпионатов мира, став призером Сингапура-2025 в миксте с Александром Бондарем. После этого был отпуск и отбор уже к новому сезону.

— Аня, время на отдых вообще было?

— После Сингапура я провела день в Москве — нас пригласили на съемку в студию «Матч ТВ» и после, сразу вечером, уехала домой на ночном поезде. Дома была меньше 12 часов, успела пересобрать чемодан и потом обратный круг — улетаю в Таиланд.

Отдыхала в Краби, мне очень понравилось. У меня был совершенно ненапряжный, детоксный отпуск — отдыхала в том числе от соцсетей, почти ничего не выкладывала. Нужно было разгрузиться больше головой, чем физически после Сингапура.

На обратном пути мы с подругой летели через Китай, побывали в Чэнду. Почти сутки там находились, ездили в национальный парк с пандочками. Я впервые в жизни увидела панд, это было настолько мило! Видели не только обычных панд, но еще и красных. Вообще потрясающий был отдых, продлился он около месяца и первого сентября уже начался сбор в Алуште с командой.

— Раньше у вас межсезонье было более активным, даже экстремальным. Горные восхождения, например. Сейчас не было сил на это?

— В Сингапуре я устала больше морально, чем физически. Хотелось именно отвлечься от всего и полежать. Недельку я полежала, а потом пошла кататься на каяках, мы поднимались в храм. Активностей было много. Я просто ничего не транслировала и не выкладывала, скорее это для души было, чтобы я успокоилась, отдохнула от соцсетей, от всей этой суматохи.

А еще я обновила свой стиль, поменяла прическу. Занялась собой.

— Не хотелось поменять образ более радикально. Сделать «пикси», например?

— Нет, так сильно стричься не хотелось. Мне очень нравятся мои длинные волосы. Мне нравится мой золотистый цвет, который очень красиво отливается на солнце. Да и пока я в спорте, скорее всего, нужно будет оставлять длину, чтобы удобнее было убирать волосы.

Но новую прическу попробовала. Сделала каскад вместо прямого среза, обрезала челку, но, опять же, оставила ее длинной. Все-таки когда прыгаешь, нельзя чтобы она вывалилась и мешалась. Так что вот таким получился поход к парикмахеру, потом еще съездила к ней на обучение, чтобы научиться делать укладки. Теперь большинство укладок сама себе делаю. Еще бы научиться профессионально делать макияж, вообще было бы шикарно.

— Вы сейчас в золотом для себя возрасте как спортсменка? Как вообще себя в команде воспринимаете — где-то посередине в плане опыта?

— Скорее так. Потому что есть люди старше меня на два-четыре года, но уже есть и те, кто младше. Век спортсмена короток. Сейчас, вы правильно сказали, я нахожусь как спортсменка в золотом возрасте. Считаю, что это прекрасное время для меня.

— Вы выкладывали свои первые прыжки перед сезоном с «десятки». Что-то меняли в программе?

— Пока что нет. Я в прошлом сезоне поменяла программу, поскольку была травма и пришлось убрать прыжок со стойки на руках. До сих пор не могу его восстановить и до сих пор не снимаю тейпы со своих локтей. Работаем над этим, укрепляем, закачиваем. С «семерки» я прыгаю, с «пятерки» — без тейпов на локтях, а с «десятки» пока нет. Не позволяет организм делать спокойно, так чтобы я была уверена, что ничего не случится.

Так что скорее это даже подстраховка, профилактическая мера. Я убрала прыжок со стойки, поставила третий класс и в целом больше у меня ничего не поменялось. Я так и прыгала. Три передних входа в произвольных и два задних на обязательной в синхроне. В миксте тоже пока ничего не поменялось, так что работаем как есть.

— «Синхрон» по-прежнему прыгаете с Сашей Кедриной?

— Да, у нас все хорошо. Работаем, включаемся. Не успели подойти в нужной готовности к Суперфиналу, расстроились, потому что на Суперфинале была всего лишь третья тренировка и, возможно, нам не хватило времени. Были ошибки — в синхронных действиях по линиям мы расходились в обязательной и, конечно, по оценкам получали не сильно много. Прекрасно понимаем, где мы сделали ошибки, работаем, чтобы их больше не было.

— Глеб Гальперин рассказал об изменении структуры сезона. В частности, Суперфинал был в конце года. Вам это непривычно или наоборот — отобрались на международные соревнования еще в 2025-м и в 2026-й вошли спокойно?

— Честно говоря, конкретно для меня это было небольшим шоком, потому что мы изначально планировали с тренером подводиться к нынешнему Кубку России. И когда нам сказали за две недели, что отборочный старт на этапы Кубка мира это Суперфинал, я, честно, испугалась, потому что знала, что не готова. У меня программа была не напрыгана. Один прыжок я собирала буквально за неделю до старта. Тот случай, когда прыжок давно делаешь, но его нужно напрыгивать, чтобы было хорошее начало. И тут сказали, что будет отбор. Это, конечно, сильно ударило, пришлось как-то собираться по-другому, потому что мы изначально думали, что это просто простартовка перед сезоном и было бы неплохо там выступить. Но когда сказали, что это отборочный старт, конечно, появилась другая ответственность и другой подход. Но все находились в одинаковых условиях, никто не знал о таких планах заранее, так что это интересный опыт. Надо уметь прыгать на хорошем уровне всегда и везде, неважно в каком-то состоянии, готов ты или нет.

— Мы часто ставим ваш контент в «Водный Матч». Например, вы снимали тренировку у станка. Решили расшарить, потому что мало кто понимает — у прыгунов в воду есть и такая подготовка. Вам кстати как работа у балетного станка заходит?

— Мне она даётся легко и в целом чувствую тебя с этим комфортно, потому что всё-таки я пришла из гимнастики, и родители у меня танцоры, поэтому с самого детства я занимаюсь хореографией. Непросто дается тем, кто редко этим занимался. Я и сама уже года три как стала меньше заниматься у станка, а стоило бы делать это периодически. Такие тренировки мало того, что важны для нас, для нашего выступления, для грации, для красивых линий, но это еще и возможность переключиться на другую работу. У нас очень много таких моментов, которые, к сожалению, люди не знают. Многие думают: «Ну что там такого, взять и прыгнуть в воду». На самом деле это титанический труд, сочетающий в подготовке несколько видов спорта одновременно.

— Да, есть ощущение, что люди представляют ваши тренировки как полеты вниз головой по 10 часов в сутки. Ну или вообще плохо вас от пловцов отличают.

— Да, у меня вот тоже периодически спрашивают: "Значит, ты плаванием занимаешься?" Отвечаю: «А я похожа на пловчиху?». С моим-то ростом! (смеется). Хотя недавно мы начали плавать с трубкой, например. Сейчас у нас вообще много нововведений в подготовке, пришло новое руководство и произошли некоторые изменения в подготовительном процессе. Это прям интересно, что-то новое. Мы пока не ко всему привыкли, да и тело порой идет в отказ, говорит «Аня, стой, давай отдохнем». Но останавливаться нельзя, мы маленькими шажочками идем к хорошей форме.

Сейчас на сборе я в 8:30 уже должна быть в тренажерном зале — раньше начинали тренироваться в 9:30. После тренажерки мы идем тренироваться на воде. А у мальчиков иногда после тренажерки еще и тренировка на силовую выносливость и функционал, к которой мы тоже подключаемся после воды. Еще вот с трубкой плаваем. Нам сказали, это что-то вроде медитации. Правда пока для меня это скорее стресс, потому что порой паникую — не умею еще нормально с этой трубкой плавать. Но, думаю, мы привыкнем, и это нам даст определенный стимул. Очень важно научиться успокаиваться с помощью дыхания. В нашем виде спорта психология вообще имеет определяющую роль. Приезжаешь на международную арену и понимаешь, что прыгать умеют все, но побеждает тот, кто лучше соберется психологически.

— Глеб Гальперин сказал, что нужно больше работать над физикой. Вы почувствовали, что на международном уровне ребята из других команд мощнее физически? Понимаю, вышечниц это в меньшей степени касается, но тем не менее.

— Я думаю, что новый подход к физподготовке даст хороший буст нашей сборной. Если мы берем трамплинистов, ребята стали намного мощнее на международной арене. Смотрю на их телосложение — просто машины. Я по-другому это даже назвать не могу. Ребята молодцы, очень сильно подтянули свою форму. Это классно, когда человек работает с доской. Вживую это смотрится невероятно красиво. Но все это касается не только ребят-трамплинистов. Вижу в соцсетях у девочек-вышечниц, сколько у них силовой подготовки. Все сидят в тренажерке, все работают с железом. У нас раньше такого, к сожалению, не было и в этом плане мы отстали. Поэтому мне кажется, что новая подготовка, может помочь в нашем развитии.

— Что еще успели взять на заметку после возвращения на международную арену? Говорят, и судейство поменялось.

— Оно стало гораздо строже. Все это мы теперь тоже подгоняем под свои соревнования, чтобы привыкали к изменениям в судействе и на внутренних стартах тоже.

— В чем произошли изменения?

— Стала судиться удаленность снаряда. Раньше в синхронах, допустим, не акцентировали внимание на линии так сильно. По судейству синхронных действий тоже чувствуются изменения. Вертикаль прыжка стала больше цениться, даже если попадаешь прыжок с недохода или перехода, выше 7,5 тебе никто не поставит уже. Много чего еще поменялось. Как нам сказали, опять же не знаю, насколько это правда, хотят оценивать, как себя ведет спортсмен уже при выходе на «десятку», насколько он уверен в себе. Пока понятия не имеем, как это будет выглядеть, но даже когда смотришь с трибун, особенно по мужским прыжкам видно, что более спокойные, более расслабленные спортсмены прыгают гораздо лучше, чем зажатые. Ну, это в целом так и есть. Если зажаться, то мало чего может получиться.

В целом отметила, что в работе у других команд свой психологический подход. Все там улыбаются, смеются внутри команды и с тренером общение строится скорее в дружеской манере. Это меняет атмосферу и позволяет спокойнее работать в тандеме «тренер-спортсмен». Но и не могу сказать, что в этом плане есть какая-то большая разница между нами и другими командами. У нас все тренеры потрясающие и выстраивают индивидуальный подход к каждому спортсмену. Уже за столько лет знают, как и с кем работать, чтобы вывести нас на оптимальную форму.

— Что ждете от первого старта сезона?

— Хотелось бы просто пройти хорошо свою программу, без грубых ошибок. Суперрезультат мы должны позже показывать. Поэтому надо просто пройти все ровно, чтобы все нормально было. Я пока нахожусь не в суперформе, все еще под нагрузкой. Для меня это новый опыт. Знаю, что пловцы у нас, например, иногда выступают на короткой воде под нагрузкой, у нас такого опыта нет, и интересно, как оно получится.

Климент Колесников: «Мой план — выиграть два золота Олимпиады, чтобы купить Porsche»

Двукратный призер Олимпийских игр и двукратный чемпион мира Климент Колесников рассказал «Матч ТВ» о романе с пловчихой Анастасией Кирпичниковой, а также раскрыл план по покупке Porsche 911.

В плавании появилась очень красивая пара, практически как Владимир Высоцкий и Марина Влади. Он живет в России, она — во Франции. 

Климент Колесников и Анастасия Кирпичникова были вместе уже на нескольких соревнованиях — на чемпионате России в Казани, на Кубке Сальникова в Санкт-Петербурге… Клим плывет, а Настя его поддерживает. Раньше она выступала за сборную России, но теперь представляет Францию.

И как об этом не поговорить? Конечно же, под Новый год я решил узнать love story ребят. Из большого интервью Колесникова вы узнаете:

• собирается ли Клим уехать жить во Францию;
• вернутся ли российский флаг и гимн на международные соревнования;
• зачем вообще ему нужен автомобились Porsche;
• кого Климент назвал любимой звездой НБА;
• и почему Овечкин в его глазах — главный российский спортсмен на все времена.

«Руководство переживает, что я уеду во Францию. Но это так, в шутку все»

— Клим, как у вас сложился роман с Настей Кирпичниковой? Вы практически наши Дэвид и Виктория Бекхэм.

— Очень вовремя все это произошло. Судьба свела нас с Настей. Очень рад, что она со мной — смотрит мои заплывы, болеет и переживает гораздо сильнее, чем я. Мне-то просто в кайф проплыть, а со стороны всегда по-другому смотрится. Настя кричит что-то, но я в бассейне не слышу. Мне очень приятно, Настя очень помогает.

— Вы давно знакомы. Но когда у вас вспыхнули чувства?

— Мы познакомились еще в 2016 году, когда я поехал на свои первые соревнования. Потом, до 2021 года, мы вообще не общались. Как-то так получилось.

А на чемпионате мира-2025 в Сингапуре познакомились заново. И все, с августа начали встречаться.

— Какие планы? Может быть, вы теперь переедете во Францию тренироваться?

— Руководство переживает, что я уеду. Но это так, в шутку все. Нет, я никуда не собираюсь. Да и Настя тоже. У нас уже устаканилась спортивная жизнь. Полностью, где она и должна быть — каждый выбрал свое. Пока что плаваем, тренируемся, спортивная карьера еще не закончена. А там будем смотреть.

— Будете летать друг к другу, как Высоцкий и Влади.

— Да, но сейчас с этим гораздо проще, чем во времена Советского Союза.

— Чемпионат Европы-2026 в Париже для вас будет как дома, ведь Настя все расскажет и покажет?

— Да, хоть покажет, где живет. Пока только она у меня в гостях была. А я еще во Францию к ней не прилетал.

Но если говорить о самих соревнованиях, что нового я там увижу? Вы видели бассейн, где мы будем плыть? Мне Настя показала. Это, знаете ли, даже смешно. Может, к августу они все обустроят, будет классно. Но пока это не идеал. Что-то вроде бассейна в Копенгагене, с двумя трибунками сбоку. Не фонтан.

«Наша федерация показывает пример мягкой дипломатии в спорте»

— Вы не поехали в Париж на Олимпийские игры. Не думаете, что судьба спустя два года дает вам шанс все-таки выступить в столице Франции? Будет ли чемпионат Европы для вас как Олимпиада?

— Это все-таки чемпионат Европы. И я видел там бассейн. Он закрытый, но что-то так себе. Расположен в пригороде Сен-Дени.

— Там же «Стад-де-Франс», футбольное место.

— Там визуально хуже, чем в Будапеште. Но мы в любом случае будем готовиться, как и ребята из других стран. На короткую воду не особо кто ездит, а вот на длинной конкуренция будет покруче. Но сперва надо отобраться.

— Конкуренцию вам составить трудно.

— Это пока. Сейчас ребята подтянутся к лету. Новый сезон, отдохнем все. С Нового года начнем готовиться. Мы втроем сейчас в основном — я, Паша (Самусенко) да Мирон (Лифинцев). У нас постоянно выпирает то один, то кого-то другой. Так что загадывать нельзя.

Хотя на Европу, если не ошибаюсь, можно и больше возить людей. Увидим, как руководство распорядится этой возможностью. С одной стороны, можно повезти побольше народа, но тогда с утра придется всем прям работать. Или можно привезти всего двоих на каждую дистанцию и распределять силы по предварительным и полуфинальным заплывам.

— Насколько круто, что Федерация водных видов спорта России пробила всех своих спортсменов на международный уровень, включая водное поло?

— Я это знал заранее, и нам Дмитрий Аркадьевич Мазепин рассказывал, что водное поло тоже допустят в 2025 году. Он нам сказал: «Уверен на 99%, что всех наших допустят». Так и получилось.

— А с другими видами спорта — пока нет. Те же футбол и хоккей до сих пор под баном.

— Потому что люди в нашей федерации все правильно делают. Знают, какие предпринять шаги. А если на письма им не отвечают, то напрямую заходят в кабинеты к тем, кто принимает важные решения. То есть грамотно борются за наши права. Большое им за это спасибо, что так получается. Это выдающийся пример мягкой дипломатии в спорте. Надеюсь, что остальные федерации возьмут себе на заметку, как и что делается у нас. Может быть, даже спросят совет. Общими силами надо всех возвращать.

— Получится ли вернуть спортсменам флаг и гимн?

— Вот на чемпионате мира по боксу это давно есть. И кажется, не отменяли никогда. Думаю, и в плавании вернут. Это даже не привилегия, а база, неотъемлемое право спортсмена. На соревнованиях я могу выступать под своим флагом и гимном. Очень надеюсь, что нас вернут с полными правами.

А я, в свою очередь, как и другие ребята, просто будем показывать результаты. Надеюсь, что наши победы и рекорды помогут федерации работать в международном направлении. Это ведь постепенно происходит — сначала нас вернули на соревнования, потом мы стали выступать командами, нам разрешили давать интервью. А теперь ждем флаг и гимн, причем во всех видах спорта.

— Наши паралимпийцы здорово выступали на Играх-2024 в Париже, но в Милан-2026 их просто не допустили.

— Это абсурд. Даже не найду, какое слово подобрать. Это неправильно, что такое происходит. Паралимпийцы — последние люди, кого это должно касаться в мире спорта. Они и так стараются просто для себя, не ради чего-то. Можно сказать, победа на Паралимпиаде просто облегчит им жизнь. А с ними так поступают… Это бред.

«У меня сейчас Mercedes E63. Проблем с дорожными камерами нет»

— Нашумела ваша фраза, что вы хотите купить Porsche 911. Реально ли в плавании заработать на такой автомобиль? Кстати, сколько он стоит?

— Где-то 29 миллионов рублей.

— Это неплохая квартира в Москве.

— Надо выиграть две Олимпиады, тогда заработаешь. Да, я уже все подсчитал.

— Представляете, сколько будет стоить страховка?

— Это уже другой вопрос. Все решаемо.

— Вы повзрослеете, и мечта пройдет.

— Нет, потому что это происходит сейчас, в более осознанном возрасте. Это не как велосипед в детстве — у тебя его не было, а когда ты повзрослел, то он особо и не нужен. Здесь другое. Плюс это какой-то определенный внутренний стимул. Хочется прийти к чему-то такому материальному в жизни. Посмотрим, получится ли.

— Две Олимпиады — это надо плавать до 2032 года?

— Нет, две золотые медали в Лос-Анджелесе в 2028 году. И тогда можно будет купить Porsche.

— Где вы будете на нем ездить в Москве? Камеры же везде, штрафы будут прилетать.

— Это уже мои проблемы.

— Климент, мы не в Голливуде живем!

— Я сейчас прекрасно езжу на своей машине, у меня Mercedes E63. С камерами никаких проблем нет, все в порядке.

«Если б я играл в баскетбол, то стремился бы к стилю игры Кайри Ирвинга»

— Вы по-прежнему любите НБА?

— Очень люблю, как и баскетбол в принципе. Просто не слежу, времени особо нет. А если смотрю, то только какие-нибудь хайлайты.

— Кто ваш любимый баскетболист?

— Кайри Ирвинг.

— Он серьезно травмировал колено и в этом сезоне еще не играл.

— Он мне нравится как баскетболист — его манера игры, поведение на площадке. То, как он играет и что умеет.

— Если сравнить с плаванием, то вы — Виктор Вембаньяма. Выходите и доминируете.

— Наверное, да. Но если бы я играл в баскетбол, то стремился бы к стилю игры Ирвинга. Мне очень нравится, когда ты максимально контролируешь дриблинг, на 100%. Для меня нет лучше человека, кто бы мог с этим справиться.

— Круто, что в НБА появился русский парень Егор Дёмин?

— Я не особо за этим следил, поэтому не придал особого значения. Но круто, да. Я видел драфт, как Егор приходил с семьей, как его поздравляли после того, как его выбрал «Бруклин Нетс». Когда последний раз русский играл в НБА? Андрей Кириленко был выбран на драфте «Ютой», но это случилось в 1999 году.

— Ярослав Королев, Сергей Карасев, Павел Подкользин, Виктор Хряпа, Сергей Моня — их тоже выбирали.

— И Тимофей Мозгов стал чемпионом НБА с «Кливлендом». Круто, что нам есть кого вспомнить.

— Вот бы и в плавании проводили драфт, вас выбирали бы в команды.

— Все мы прекрасно знаем, где это было и откуда можно взять идею. И это все реально. Так что драфт пловцов — это было классно! Мы так плавали, нас выбирали. И вся эта система работала. Просто нужно время, чтобы ее построить. Вопрос лишь в том, кто этим будет заниматься.

«Овечкин — главный российский спортсмен в истории. Это бесспорно»

— Я вас однажды встретил на хоккее. Вы пристально следите за этим видом спорта?

— Не особо. Я в принципе не слежу за другими видами спорта. Но мне нравится сама динамика игры — хоккей, баскетбол, футбол. Я вообще к футболу отношусь без особого пристрастия. Потому что за ним надо прям следить, быть фанатом. Но сама игра нравится: она динамичная, непредсказуемая, много возможностей для реализации того или иного момента. Если есть возможность — хожу на игры. Обычно меня приглашают или сам пойду, если матч очень интересен.

— Сейчас принято считать, что главный российский спортсмен в истории — это Александр Овечкин. Ваше мнение?

— Конечно, это бесспорно.

— Почему? Вы пловец, у вас должны быть свои идеалы.

— Да, но просто заработать медали — это мало. Нужно так преподнести себя в мире спорта, чтобы потом в обычном мире все тебя услышали и все поголовно знали твое имя и твои заслуги. И ты становился бы символом своего вида спорта.

Когда произносят «Овечкин», то всем сразу понятно: «О, хоккей». А если где-то вспомнят Александра Попова, который завоевал четыре золотые медали Олимпийских игр в плавании и вообще легенда, то не каждый обыватель скажет, чем он занимался. То, что сделал Овечкин, как он себя построил, до чего довел, чего смог достичь — такой человек может быть один на несколько поколений. И я не знаю, кто следующий сможет так проявить себя в нашей стране.

— Овечкину жали руку Владимир Путин, Дмитрий Медведев, Барак Обама и Дональд Трамп. Что должно произойти, чтобы пловца знали президенты разных стран?

— Если взять восемь золотых медалей на Олимпиаде, тебе тоже президенты пожмут руку. Так же сделал Майкл Фелпс. Тут без шансов, чтобы тебя кто-то не узнал.

— А вы способны выступить на восьми дистанциях, как Фелпс?

— Сейчас не могу. Если только потренироваться, подготовиться. Но надо не забывать, что под Фелпса на Олимпиаде в Пекине работало много людей. У него была целая команда, и программу соревнований подстраивали под него. Это не секрет. И в эстафете у американцев были сильные ребята. У него просто все вместе сложилось. И второго такого, как Фелпс, просто нет.

Подвести себя к такому — это надо очень постараться. Но это титаническая работа, причем всех людей, которые окружают меня как спортсмена. У нас такого сейчас нет. Появится ли в России когда-нибудь такой Фелпс? Дай бог.

— Зато теперь на Олимпиадах есть полтинники.

— Да, плюс четыре медали — это хорошо. Но посмотрим, что будет к Олимпиаде. Не люблю загадывать. Подготовиться можно к чему угодно. А как оно дальше пойдет — посмотрим. Параллельно с тобой готовятся ребята из других стран. Там тоже могут повыскакивать молодые и перспективные.

А по поводу президентов — знаете, такой узнаваемости проще добиться, если бы ты был иностранным спортсменом. Но мне достаточно того, чтобы Владимир Путин пожал мне руку.

— Это уже произошло?

— Со мной пока такого не случалось. Но я вновь прихожу к тому, что нужно выигрывать золото Олимпиады, а желательно — два. И не только ради Porsche.

«Нам нужно стремительно меняться». Брусникина подводит итоги года для российского синхронного плавания

Главная цель на 2026-й — возвращение на высшую ступень пьедестала.

Сезон-2025 для российского синхронного плавания был знаковым. Возвращение на международную арену, перемены в тренерском штабе — и все это на фоне новых реалий в правилах, судействе. Поговорили с заместителем председателя Федерации водных видов спорта России (ФВВСР) Ольгой Брусникиной обо всем случившемся и о планах на следующий сезон.

— Для нас 2025 год был очень богат на разные события, — признается Брусникина «Матч ТВ». — Самым главным однозначно стало возвращение наших спортсменов на международные соревнования, в том числе европейские. Оно стало для нас знаковым не только потому, что мы вернулись, когда в нашем виде спорта уже появились новые лидеры, но и потому, что мы в целом возвращались в абсолютно другой, изменившийся вид спорта. И для нас было важно вернуться именно на пьедестал почета — с этой задачей наши спортсмены и тренеры успешно справились. Однако чемпионат мира действительно показал, что в период нашего отстранения многое изменилось в балансе сил. И чтобы вернуться на высшую ступень пьедестала, нам нужно тоже стремительно меняться, менять подходы и к формированию команды, и к тренировочному процессу, и к постановкам программ.

Еще одним знаковым событием стало решение Татьяны Николаевны Покровской покинуть пост главного тренера и перейти на должность советника председателя ФВВСР Дмитрия Мазепина. Татьяна Николаевна золотыми буквами вписала свое имя в историю российского и мирового синхронного плавания. Теперь перед ее преемницей стоит непростая задача — сохранить лидерские победоносные традиции в условиях уже новых тенденций в нашем виде спорта.

Обновленному тренерскому штабу предстоит большая работа. Прежде всего, есть планы обновить критерии отбора спортсменов в основной состав сборной команды, выработать подходы к выявлению сильнейших в индивидуальных дисциплинах. Изменить подход к тренировочному процессу в свете измененных правил и новых трендов в нашем виде спорта. И, конечно, обновить программы, с которыми будет выступать основной состав.

— Тренерский штаб Светланы Ромашиной уже приступил к работе?

— На сегодняшний день все процедуры, которые необходимы для подачи кандидатуры Светланы Ромашиной на пост главного тренера по синхронному плаванию в Центр спортивной подготовки и в Министерство спорта, уже проведены. Сейчас мы ждем ее назначения. Должна сказать, что тренерский штаб, с которым будет работать Светлана, уже приступил к работе. Они работают совместно с тренерами, которые также отвечали за основной состав в предыдущие годы. То есть это своего рода симбиоз, и специалисты обновленного тренерского штаба уже работают на базе «Озеро Круглое». Но, наверное, полноценно к своим обязанностям Светлана приступит, когда ее кандидатура пройдет утверждение Министерством спорта. При этом, как я уже сказала, работа не стоит на месте. Я знаю, проведен ряд тестовых мероприятий для спортсменов, которые сейчас находятся на базе, и уже началась постановка новых программ.

— Вы будете рекомендовать тренерам в регионах ставить мальчиков в группы?

— Безусловно, мы рекомендуем всем региональным федерациям проводить соревнования, в программе которых будут разыгрываться медали в смешанных группах, куда будет осуществлен допуск мальчиков. Но на сегодняшний день мы не можем включить мальчиков в групповые дисциплины на официальных всероссийских турнирах. Для этого необходимо изменить реестр по видам спорта, для чего требуется наличие проведенных мероприятий. У нас есть такая задача на 2026 год. Мы постараемся максимально увеличить количество турниров, где будет возможность заявляться и выступать в групповых дисциплинах с мальчиками. Мы ведем эту работу и промониторим этот год, потому что сейчас в мире уже достаточно часто ставят мужчин в группу, особенно в акробатическую, где мужская сила используется в прямом назначении — на поддержках и выбросах.

— Российские представители вновь включены в состав техкомов World Aquatics. Уже состоялись первые заседания?

— Первые совещания технических комитетов по нашему виду спорта уже пришли. И [Ромашина] принимала участие как минимум в одном из них.

— Наши судьи участвуют в образовательных мероприятиях World Aquatics?

— Они участвуют во всех мероприятиях, связанных с обучением судейского корпуса. В этом году World Aquatics провела несколько семинаров для технических контролеров. Также европейская федерация проводила большой семинар в Тбилиси, куда ездили и судьи, и тренеры, и технические контролеры. В принципе, мы имеем доступ к обучению наших судей, получаем всю информацию, которая имеется в общем доступе. И также проводим свои семинары: в этом году в начале декабря состоялся большой Всероссийский семинар, где у нас как раз присутствовали также и судьи World Aquatics, которые работали на чемпионате мира в Сингапуре, и член комитета судей World Aquatics. Поэтому сейчас мы ведем диалог относительного снятия запрета на участие всех официальных лиц, в том числе судей и технических контролеров. Хотим, чтобы наши представители поработали в теневой панели. Работа в этой панели позволит оценить навыки ее участников, и эта оценка может позволить получить место в списке судей World Aquatics. На сегодняшний день от федерации подано 10 человек в лист World Aquatics. Очень надеемся, что все представленные нами документы будут приняты, и десять человек судейского корпуса из России войдут в лист World Aquatics.

— Какие всероссийские старты сохранят свое место в календаре на 2026-й?

— Внутренний календарь у нас довольно насыщенный. Мы сохранили все соревнования, которые проходили и в предыдущем году — Всероссийские этапы Гран-при, ну и, естественно, первенство, чемпионат и Кубок России. Надеемся, что более 30 мероприятий будут включены в единый календарный план. Также мы планируем проводить и дальше международные соревнования «Русская матрешка». Новый формат получит турнир «Белые ночи», в следующем году он станет международным. И спрос на участие в этих соревнованиях уже есть. Также в конце декабря планируется проведение комплексного мероприятия по всем четырем видам спорта — тоже в формате международных соревнований, которые хотим проводить уже для взрослых спортсменов. Поэтому календарь обширный, практически каждый месяц у нас будут проходить те или иные мероприятия. Плюс, конечно, будут еще и региональные турниры. Нам предстоит большая работа, впрочем, как и всегда.

Что касается развития вида спорта в России, в 2025 году в нашей «синхронной семье» прибавилось пять региональных федераций. Это говорит о том что наш вид спорта развивается и расширяет свою географию. На сегодняшний день уже более 50% субъектов РФ имеют региональные федерации по синхронному плаванию. В 2025 году впервые были проведены Всероссийские соревнования во Владивостоке и первенство Дальневосточного федерального округа. Открыта точка развития нашего вида спорта на Сахалине.

— Какие планы по ключевым стартам на 2026-й?

— У наших юниоров в 2026 году будет очень насыщенный календарь соревнований, в котором есть и первенство мира, и первенство Европы. У основной команды, конечно же, главным стартом будет чемпионат Европы по водным видам спорта в Париже. Ну а проверочными и отборочными стартами для наших ведущих спортсменов станут этапы Кубка мира, которые начнутся уже в начале февраля, и чемпионат России, который традиционно пройдет в апреле в Екатеринбурге.

— Что пожелаете российскому синхронному плаванию в 2026-м?

— В новом году хочется пожелать нам всем полноценного возвращения на высшую ступень пьедестала чемпионата Европы.

«Если и называл себя лузером, то только в шутку». Интервью Самусенко — о ЧМ, проблемах со сном и экстриме

Завершает сезон победой!

Павел Самусенко в этом сезоне доплыл до медали чемпионата мира — в августе в Сингапуре на дистанции 50 метров на спине. В декабре на Кубке Сальникова пловец выиграл стометровку на спине, разменяв 49 секунд. Пока это его самый успешный сезон. До этого, несмотря на топовые секунды, была обидная череда четвертых мест. Даже после серебра чемпионата мира он вышел в зону для интервью со словами: «Я не четвертый».

— Это было легендарно, Паша. «Я не четвертый». Это, правда, была первая мысль?

— Первая мысль вообще была: почему не вижу, какой я. Когда приплыли и коснулся, не мог разобрать, на каком я месте. Видел первое место и четвертое. Подумал то самое «я не четвертый» — хорошо, но какой же я? И только потом я уже нашел себя, увидел, что мы вторые.

— Осознание, что между первым и четвертым местом какие-то позиции существуют?

— Да, что какие-то места там тоже есть (смеется).

— Это сейчас мы смеемся над этим, но на эти четвертые места даже со стороны было всегда тяжело смотреть. Для тебя это было психологической проблемой?

— В начале да. В Абу-Даби на чемпионате мира я вообще думал, что это уже что-то нездоровое. Потом потихоньку начал от этого абстрагироваться, настраивать себя на хорошие результаты.

— К психологу не ходил?

— Я работал с психологом на тему того, как успокоить себя перед стартом и убрать лишние мысли из головы, как спокойненько ночью вечером заснуть в преддверии следующего дня. Не скажу, что прям что-то кардинальное узнал, просто проговорил все это, выговорился, и мне сказали, что это частая практика — накручивание себя. Я принял это и понял, что можно хорошо выступать даже при таких условиях и использовать это в качестве эмоциональной подпитки.

— Есть проблемы со сном?

— Часто такое бывает. Иногда вообще начинаю засыпать чуть раньше, но если такое случится, я просыпаюсь ночью и не могу дальше заставить себя заснуть. Например, я уснул в 11 вечера и проснулся в 2.45 ночи. Во время тренировок, подготовки, на фоне перегруза нервной системы, сложно бывает себя успокоить, состояние после рабочего долго тебя держит.

 — Медитативные практики пробовал?

— Не помогают. Дыхательные упражнения тоже. Все пробовал, все делал. Мне проще на что-то переключиться — позалипать в телефон, почитать книжки, потому что если просто лежать и заставлять себя уснуть — будет только хуже.

— Ты был гиперактивным ребенком?

— Наверное, да. Даже сейчас бывает, что если у меня был не очень активный день, накапливается к вечеру столько энергии, что не знаю куда ее девать. Нужно чем-то себя занимать — прессик, отжимания.

— Может, это часть твоей спринтерской сущности?

— Возможно, это действительно и определило дистанции, которые я плаваю.

— Когда ничего не получалось, сам себя лузером называл?

— Только в шутку. Старался это в себе высмеивать, ведь понимал что я не лузер, показывал очень хороший результат.

— Так разумеется, это был расклад — ты в топ-3 мирового рейтинга при этом с коллекцией четвертых мест.

— Да, я пришел к этому осознанию. Высокие задачи и цели не переставал себе ставить. Стечение обстоятельств в спорте часто определяет итоговое место. Было, конечно, обидно, что место не то, на которое мог бы рассчитывать, при этом плыл на более высокий результат, о котором я и подумать не мог.

— Как медаль отметил?

— По сути — никак. После чемпионата мира нас встретили в аэропорту в Москве, было много интервью, эфиров. Все это с красными глазами — не мог уснуть в самолете, не успел переваривать все случившееся — плыл ведь в последний день. Сходили в студию «Матча», потом была встреча с руководством федерации, с Дмитрием Аркадьевичем Мазепиным. Потом я поехал домой в Полярные Зори. Меня встречали с колонкой, гимном и мыльными пузырями, «Паша — гордость наша». Мне было очень приятно, но слегка не по себе, потому что хотелось уже немного расслабиться — к такому вниманию не привык, всегда был темной лошадкой.

— Сейчас в Мурманской области туристический бум. Ездил отдыхать в последнее время, например, в Териберку? Или для местных жителей это теперь не очень доступный город для посещения?

— У нас в Мурманской области отдых — это, прежде всего, единение с природой. Покататься на лыжах, погулять по заповедникам, есть экскурсии к китам — можно обратиться в агентство и съездить. Мы думали об этом с девушкой, но ценник там неподъемный, собственно он и раньше был высокий из-за того что по транспортной доступности непросто, до сих пор мало отелей к тому же. Если нет машины, путешествовать непросто, с машиной — да. А в плане бюджета, Териберка, конечно, не тяжелый люкс, но все равно бьет по карману.

— Не могу не спросить про прыжок с парашютом, потому что Павел Самусенко и экстрим это… двойной экстрим. Истории про пятки на клее и разбитую о бортик руку не забыть.

— (смеется) Ну это все моя какая-то несобранность. Много что делаю на автопилоте, и, когда внутреннего контроля нет, случаются сбои. А тут у меня был инструктор — опыт прыжков с 1997 года, меня тогда еще на свете не было. Думал, что с таким инструктором со мной ничего не случится.

— Еще есть планы по экстриму?

— Я бы банджи-джампинг попробовал, покатался бы на какой-нибудь машине на треке, мотоцикл — это тоже интересно. Хайдайвинг — страшно. С десяти метров прыгал — грудь отбил. И фридайвинг тоже интересно — погрузиться на дно, куда еще не нырял. Из экстрима, наверное, все. Но вообще интересно было бы попутешествовать по стране — съездить на Байкал, на Камчатку, во Владивостоке бы побывал.

— Об Олимпиаде думаешь?

— Да, просто потому что идет олимпийский цикл и подготовка. И после этой Олимпиады будет решаться вопрос о карьере, нужно думать не только о спорте. Спорт конечен, и не хочется упустить свое счастье.

— То есть ты не тот человек, который хочет плавать полтинники до 40 лет?

— Все это реально, но становится рутиной, приедается. На сейчас ставлю себе задачу улучшать результат. Мной внутренний перфекционист пока не доволен.

— Почему перед ноябрьском чемпионатом поехал на сбор в Калининград?

— На Круглом было ограниченное количество мест, а мы тренировались с бригадой. Тренер обговорил с Андреем Геннадьевичем Шишиным, где можно провести сбор, выбрали Калининград.

— Нравится?

— Да, нравится, но опять же, нет ничего рядом с бассейном.

— В своем регионе нет возможности сборы проводить?

— 50-метровый бассейн закрыли на реставрацию, а в 25-метровом после сбора на Кипре мы плавали в фитнес-центре. На одной из дорожек была маленькая глубина, из нормальных четырех две отводили для нас. Но все равно это бассейн просто для фитнеса, совсем другие условия. Так что с плаванием в области тяжеловато, даже региональный чемпионат проводить негде. Летом бассейны не работают — воду сливают. Поэтому или едешь на сбор, или в деревню к бабушке копать картошку и плавать в речке. Моя мама — тренер и она говорит, что много детей, которые в плавании души не чают и хотят им заниматься. Так что, надеюсь, в регионе займутся этим вопросом, потому что желающих ребят заниматься плаванием действительно очень много.

Прямую трансляцию соревнований на Кубке Владимира Сальникова смотрите 20 декабря с 16:55 мск на канале «Матч ТВ», а также сайтах matchtv.ru и sportbox.ru.

«Мало что может вызвать такие эмоции». Коротышкин — о возвращении на мировую арену и планах на 2026-й

Пловцы зажгли в этом году и уже думают о следующем сезоне.

Нынешний год ознаменовался для российских пловцов возвращением на международную арену уже и на длинной воде, где они одержали ряд исторических для отечественного плавания побед на чемпионате мира в Сингапуре. «Матч ТВ» поговорил с заместителем председателям Федерации водных видов спорта России (ФВВСР) Евгением Коротышкиным обо всех событиях 2025-го и узнал о планах на следующий год.

— В этом году для меня мир перевернулся. Начав работать в команде ФВВСР, я заново окунулся в оперативную деятельность и региональное развитие плавания, а также в процесс выстраивания международных взаимоотношений. Это был нон-стоп в получении и обработке информации. Полная занятость.

Самым значимым моментом 2025 года стало возвращение на международные соревнования. Мы начали с небольших стартов: «Маре Нострум», «Семь холмов», этапы Кубка мира в плавании на открытой воде. И, конечно, в конце 2024-го — чемпионат мира по плаванию на короткой воде в Будапеште.

Но короткая вода все равно воспринимается не так, как наш основной плавательный «ивент» — длинная, олимпийская вода. Мы все понимали, что если вернемся на чемпионат мира на длинной воде, это будет победа. И несмотря на то, что всегда были и остаются какие-то «но», конструктивный диалог нашего председателя Дмитрия Аркадьевича Мазепина с World Aquatics и планомерное движение в сторону участия наших спортсменов на международной арене позволили нам там оказаться.

Это был очень волнительный момент. Спортсмены долгое время не стартовали на основном чемпионате мира, мы отсутствовали там 6 лет… И получилось так, что 80% спортсменов из нынешней команды вообще ранее не участвовали в таких соревнованиях.

Если учитывать, что объединение федераций состоялось совсем недавно, за это время нам пришлось решить очень много задач — и социально-политических, и финансовых, и административных, то могу сказать, мы этот тест прошли успешно.

— То есть если бы сейчас подводили итоги в соцсетях, что бы вы написали?

— «Мы это сделали! Мы правда это сделали!»

— Что чувствовали, когда стояли на трибунах и видели первую в истории победу в комбинированной эстафете, в которой сами столько лет выступали?

— Я первый раз так откровенно радовался за сборную. Мало что может вызвать такие эмоции. Для нас это дело всей жизни. До того, как я закончил карьеру, мне казалось, что о плавании знают все, все за ним следят. Но потом, уже в жизни после спорта осознал, что о спортивном плавании некоторые вообще не знают, даже о том, что чемпионаты мира по плаванию проходят. А мы, пловцы, этим живем. Поэтому, конечно, это была буря эмоций! Понимая, что вложил всего себя в подготовку к этому событию, продолжая этим заниматься, пытаясь сделать что-то действительно значимое для сборной команды и развития самого вида спорта, видеть, как ребята выигрывают — невероятный восторг.

— Вы ввели систему квалификации с двумя отборочными стартами. Это та тема, которая долго обсуждалась, настал момент попробовать?

 — Да. Мы не успели поменять квалификационный статус соревнований на 2025 год, потому что там есть свои административные нюансы.

— Единый календарный план?

— Да, к моменту объединения федераций он уже был утвержден. Но, конечно, уже тогда мы хотели попробовать что-то изменить. В этом сезоне решили подстраховаться: отбор будет двойной. Можно по-старому отбираться, а можно по-новому.

— Это общее решение?

— Безусловно. Все в команде понимают друг друга даже не с полуслова, а с полумысли. Мы обсуждали этот вопрос при формировании календарного плана. Тенденции меняются, меняется методика, подходы, психология. Необходимо всегда искать лучшие варианты и не останавливаться.

Методики, которые были написаны давным-давно, уже утратили свою актуальность, и сейчас тренировки поменялись даже в физиологическом аспекте: спортсмены могут «закисляться» гораздо сильнее, восстанавливаться быстрее. Необходимо брать в расчет еще и их гормональный фон. Такие нюансы говорят о том, что необходимо и несколько иначе пробовать подводить спортсмена к главному старту. Эту тему неоднократно обсуждали с главным тренером сборной, который подготовил олимпийского чемпиона, и решили, что обязательно надо пробовать, за этим кроется успех команды.

Я вообще за то, чтобы этот отбор сместить на время за месяц до основного старта, но сейчас мы находимся в ситуации, когда чисто физически не успеем решить административные вопросы по тем же визам, билетам, согласованию отобравшихся спортсменов.

— Нужен люфт побольше между отбором и основным международным стартом?

— Да, буквально чуть-чуть побольше. Но если говорить о физиологии, то чем ближе к основным соревнованиям мы двигаем этот отбор, тем лучше.

 — Каких специалистов вы привлекаете к работе с командой? Какие моменты теперь больше учитываются в подготовке? Во многих интервью спортсменов звучит, что «мяса на Круглом стало больше».

— И рыбы!

— Про рыбу мало кто упоминает.

— Сейчас мы проводим собеседования с разными специалистами, которые должны будут работать со сборной командой. И, конечно, мы уделяем большое внимание питанию. И важно не только чтобы спортсмен был сыт. Важно, чем он питается, достаточно ли в его питании всех полезных веществ.

Наесться после тренировки можно и жирными ребрышками, но тут ведь важно пополнить содержание жиров, белков, углеводов, сделать так, чтобы не нагружалась печень, чтобы гармонично шел процесс восстановления.

— Вы тренировались в Италии, чувствуется, что знаете толк в питании.

— Да, я вспоминаю эти ощущения. Казалось, ты не делаешь ничего сверхъестественного, но нормально питаешься и чувствуешь себя лучше, чем до этого.

— Основной старт следующего сезона — чемпионат Европы в Париже. Но как вы будете строить подготовку к этому? Будут предварительные международные соревнования?

— Да, мы планируем, что это будет серия стартов «Маре Нострум», «Семь холмов», может быть, какие-то еще открытые международные соревнования в том же Париже.

— На «полтиннике» баттерфляем мы увидели, что в новых реалиях многие хотят забрать хлеб у Олега Костина. Это эффект появления у дистанции олимпийского статуса?

— У нас всегда было много любителей побороться за медали только на «полтиннике» во всех способах плавания. Но все понимали, что если ты плывешь только 50 м, тебя могут не взять на основной чемпионат мира или Европы. С введением «полтинников» в олимпийскую программу это уже совсем другая история — отдельная дистанция, к которой необходимо готовиться. Мне, например, потребовалось очень много сил и энергии, чтобы подготовить «сотню», ведь тогда у «полтинника» не было такого статуса. Но натуральные спринтерские качества были безумно развиты именно для 50 м. Если бы тогда «полтинник» был в программе Олимпиады, я бы даже до «сотни» не доплыл. И я понимаю спортсменов, которые сейчас готовят «полтинник».

— Тут надо спросить, раз уж такое дело, вы не вмешаетесь в борьбу на 50 м?

 — Нет, уже другие цели и задачи (смеется). Но «полтинник» можно плавать долго. Тот же Николас Сантос, которому сейчас 45 лет, плывет по результату 23 секунды. Нужно просто заниматься фитнесом, поддерживающей какой-то аэробикой, работать на взрывную силу. Включение «полтинников» в олимпийскую программу продлевает спортивную жизнь. И это здорово. Кроме того, наши спортсмены на 50 м действительно могут показывать очень хорошие результаты.

«Четко вижу цель для наших спортсменов — выиграть на Олимпиаде». Габдуллин о возвращении на мировую арену и развитии водных видов

Планы самые амбициозные.

Генеральный секретарь Федерации водных видов спорта России Радмир Габдуллин подводит итоги сезона, который стал успешным и знаковым для россиян, а главным стартом был чемпионат мира по водным видам спорта.

— Главное событие года это, безусловно, возвращение на международную арену. Что в этой работе далось тяжелее всего?

— За время нашего отсутствия вода остыла и поменяла свой состав. Наши спортивные функционеры как будто бы осторожничали, так как понимали — такого отношения, как к великим синхронисткам, большим скоростным пловцам, напористым ватерполистам и очень выдержанным прыгунам в воду, больше уже не будет. К ним теперь будут относиться как к очень сильным соперникам. Все понимали, что вернувшись, мы составим конкуренцию всем топовым спортсменам в водных видах и поменяем этот мировой порядок. Сейчас, когда нас допускают везде и впереди Олимпийские игры, можем сказать, что этот план, замысел многих стран, уже не осуществится.

Что касается переговоров, Дмитрий Аркадьевич Мазепин вел их с World Aquatics, European Aquatics каждый день, вне зависимости от того, где находился и какой там был часовой пояс. Когда эти переговоры начались, он сразу же занял позицию лидера. Многим представителям в бюро World Aquatics это понравилось, так как он был максимально открытым, спортивным, прозрачным, уверенным в себе. Сейчас они понимают, что если российский спорт возвращается, значит это коснется и проведения соревнований — Россия подаст заявки на проведение крупнейших турниров. Им тоже важно, чтобы разные страны принимали объединенные чемпионаты — свой KPI перед МОК нужно выполнять.

Ну и, конечно же, было важно вернуть наших представителей в технические комитеты и комиссии World Aquatics. Это было сложно сделать. И когда мы внутри федерации определялись с кандидатами, желающих было много. Но тут нужны были люди, которые бы шли на это, осознавая всю ответственность. Возвращение наших представителей сейчас позволяет укрепить свои позиции и вернуть тот состав воды, который нам нужен, чтобы развиваться, плыть, побеждать.

— С European Aquatics вопрос закрылся не так давно. Буквально на прошлой неделе их руководство впервые публично высказалось за контакт с российской стороной. Важный для вас момент? Речь идет даже о встрече в России.

— Руководство European Aquatics в открытой форме не хандрит по отношению к нам и не видит в нас антагонистов. Это заслуга Дмитрия Аркадьевича. Его знают как человека слова, человека, разбирающегося в спортивной мировой и европейской политике. С их стороны мы пока видим только и исключительно открытый позитив. Но если говорить о Польше, как стране проведения чемпионата Европы, тут, скорее, ассиметрично сработала политическая машина.

Мы постоянно в контакте с европейской федерацией, мы в хороших отношениях, несмотря на то, что мы для них новые лица. Нам этот притирочный период важно пройти и мы зовем зарубежных коллег к себе в гости, демонстрируем своим отношением и результатом переговоров, что являемся людьми, хранителями олимпийской хартии. Спорт для нас не инструмент влияния. Они это осознают, воспринимают положительно и готовы еще больше открыть нам двери.

— Один из новых проектов за год — Евразийская лига по водному поло. Есть задача расширить число участников?

— Этот проект возник как только мы начали объединяться. Хотелось создать лигу по примеру КХЛ. Конечно же, мы хотим масштабироваться и расширить количество команд. Во многом это зависит от желания регионов. Безусловно, мы хотим, чтобы большие корпорации и каждый регион хотели открыть у себя команду по водному поло.

Этот вид спорта недооценен, хотя по своему азарту не уступает хоккею и футболу. Эти баталии в воде очень интересно смотреть. Мы также ведем переговоры с другими странами и предлагаем им приезжать к нам и играть. Не так давно приезжал «Дунайварош» сыграть с «Уралочкой», хорошая команда, интересные матчи были, захватывающие.

Понимаю, что мы сейчас отстаем в развитии мужского водного поло, но хотим в будущем сделать из него титульный вид спорта и вывести на новый уровень лигу, которая будет популярна и за пределами России. Первые шаги впечатляют и мотивируют на дальнейшую работу. Я часто общаюсь с ватерполистами, которые играли за СССР и в последующем за Россию, они считают, что популяризация лиги — правильный ход. Проект будет развиваться. Такую же лигу мы хотим открыть и в плавании, сделать из нее крутой проект для медиа, который будет собирать стадионы.

— Вы будете обязывать клубы вести соцсети, обновлять сайты. Сейчас при запросе комментария можно получить в ответ: «мы отдохнем неделю и вернемся к вам, обсудим чемпионство».

— Мы полностью будем менять этот подход. Я говорю это не для красного словца. Через колено ломаем эту культуру и объясняем, что благодаря журналистам и целевой аудитории вы становитесь узнаваемыми и востребованными. Объясняем, что если они будут так себя вести, их забудут. Мы стараемся развивать медиасоставляющую, проводим медиадни, привлекаем спортсменов, которые недавно закончили карьеру или начинают развиваться в другом направлении. Хороший пример — Дарья Муллакаева, которая активно ведет соцсети и на языке спортсменов может задать правильные вопросы, пообщаться, показать внутреннюю культуру. Мы будем увеличивать количество спортсменов, занятых в медиапроектах.

— Еще одна новая лига появилась в этом сезоне — Студенческая лига водных видов спорта. Какие задачи у нее в этой точке развития?

— Охватить все вузы, наладить контакт и проводить объединенные соревнования. Хотим структурировать весь этот процесс и полноценно развивать студенческий спорт. И я эти задачи перед нашими коллегами — Сашей Пацкевич и Сашей Красных — поставил. Сейчас есть равнодушное отношение со стороны некоторых университетов к студенческому спорту. Задача лиги на этом этапе ее становления — наладить контакт, поговорить с руководством вузов. Минспорт в свою очередь, администрация президента будут видеть активность таких вузов и учитывать при строительстве инфраструктуры для учебных заведений необходимость возведения спортивных объектов на территории. Например, закладывать строительство бассейна, который должен быть в каждом вузе. Как говорит Владимир Владимирович Путин, плавание — жизнеобеспечивающий навык. В России огромное количество водоемов и занятия плаванием помогут сократить количество инцидентов на воде во всех регионах.

— Анонсированная дата открытия «Олимпийского» — 2027-й. Она актуальна?

— Мы ждем открытия «Олимпийского» и ориентируемся в этом на 2027-й, сами от лица федерации были на строительстве объекта. Мы не имеем права их торопить, но можем попросить учесть все технические требования для водных видов спорта. Нам важно, чтобы этот бассейн снова стал доступен для всех наших спортсменов.

— Учесть требования в том числе для сертификации со стороны World Aquatics?

— Это уже вторая просьба и пожелание. Для начала хотелось бы, чтобы команды тренировались не только на Круглом. Нам нужен свой дом. «Олимпийский» — идеальное место для этого. И, разумеется, мы хотим пригласить туда весь мир и достойно встретить их в Москве.

— Где планируете провести чемпионаты России по плаванию в следующем сезоне?

— Уже есть заявка от Санкт-Петербурга. Екатеринбург, Сахалин, Казань тоже хотят принять чемпионат России. Слышал, что есть такое желание и у Новосибирска. В синхронном плавании и прыжках в воду те же локации — плюс-минус.

— Когда у водного поло появится свой дом?

— Прорабатываем несколько вариантов. Рассматриваем Подмосковье — бассейн, где тренировался «Штурм». Рассматриваем вариант с Валдаем, Краснодаром. Нужно место, чтобы команды могли тренироваться на постоянной основе. На Круглом постоянно высокая загрузка — пловцы, синхронисты, прыгуны в воду. В 2026-м нам нужно определиться с домом для водного поло. Конечно, вариант с Валдаем был бы идеальным, но есть крутая инфраструктура и в других регионах. Будем думать.

— Не могу не спросить про открытую воду. Она всегда чуть в стороне от всех активностей. Не хотите сделать коллаборацию по каким-то проектам для марафонцам вместе с триатлонистами? У них большое комьюнити в этом, безусловно, дорогом виде спорта.

— Я считаю, что Ксения Шойгу просто молодец. Сделала из этого вида спорта в России очень популярный проект. У меня есть своя история, связанная с триатлоном. Ксения подарила мне рюкзак и я пошел с ним тренироваться в Лужники. Сразу скажу, не триатлоном я занимаюсь. И уже в кафе в Лужниках подходят ко мне две девушки и начинают спрашивать, на каких соревнованиях по триатлону я намерен выступать. Может, с кем-то перепутали, но идентифицировали меня по этому рюкзаку как «своего».

Мы действительно обсуждаем стратегическое партнерство в этой сфере. У нас есть тренеры, спортсмены, которые им нужны. У них ивенты, которые тоже нам интересны. Но в целом хотелось бы на открытой воде создать такой же проект, как в Евразийской ватерпольной лиге. В других видах спорта у нас есть «Лыжня России» и есть Московский марафон, «Белые ночи», куча разных проектов. Хотелось бы сделать это и в плавании на открытой воде. Знаю, что X-Waters проводят такие мероприятия. Но, во-первых, хочется, чтобы таких мероприятий было как можно больше и хочется, чтобы они проводились исключительно под эгидой федерации. Нельзя давать абы кому это делать, тем более на открытой воде, где особенно важна тема безопасности. Должно быть лицензирование. И, я искренне убежден, если государство доверило развитие водных видов спорта Дмитрию Аркадьевичу Мазепину, то ФВВСР за это и отвечает. Мы наделены правами и полномочиями, а значит должны контролировать весь процесс. Это должна быть единая политика. Справедливая, жесткая и безопасная.

— Исторический момент — решение Татьяны Николаевны Покровской и передача полномочий Светлане Ромашиной. Как вы все это восприняли?

— В первую очередь я хочу сказать, что Татьяна Николаевна мудрая, великая женщина. Она сама задумалась о преемственности и готовила себе смену, потому что понимала — в условиях реформы правил, новых международных отношений это просто необходимо. Мы поддержали Татьяну Николаевну в этом решении, дали время подумать, потому что для нас это в какой-то мере тоже было неожиданно. Но чтобы общаться с новым поколением, нужно понимать новые правила риторики в воспитании этих спортсменов. Она сделала ход конем, это было красиво. Все спортивное сообщество восприняло это как очень мудрое и классное решение.

Она рекомендовала свою воспитанницу, семикратную олимпийскую чемпионку Светлану Ромашину, которая своими личными заслугами как спортсменка и уже как тренер молодежных команд, доказала, что может начать работу уже в новом качестве. Да, сложно. Да, страшно. Но она может. Она наследница этой великой школы.

Света сама говорит: «самое важное, чтобы сейчас Татьяна Николаевна оставалась рядом со сборной». И когда Татьяна Николаевна говорила с Дмитрием Аркадьевичем, она тоже подчеркивала, что ей важно поддерживать свою ученицу, свой выбор и тренерский штаб. Сейчас мы ждем утверждения кандидатуры Светланы Ромашиной со стороны министерства спорта.

— Дмитрий Мазепин на встрече с журналистами подчеркнул, что обозначить вопрос распределения средств от букмекеров было просто необходимо. Считаете, что Минспорт услышал ваше мнение?

 — Мы были услышаны, направили соответствующие письма, получили первые критерии и будем работать с фондом плотно. Михаил Владимирович Дегтярев слышит мнение спортивных федераций. С генеральным директором фонда мы тоже общались на эту тему и из всех утюгов будем кричать, что нам нужно больше всех получить. Это было бы справедливо, учитывая, что мы самый массовый вид спорта и при этому у нас катастрофическая нехватка спортивных объектов. Чтобы развивать детско-юношеский спорт, объекты нужны и нужна поддержка регионов. Так что ждем решений и, думаю, что мы эту поддержку получим по всей справедливости.

— Ваши личные итоги года работы на этом посту, они какие? Сколько у вас было выходных?

— Лично я за этот год полюбил водные виды спорта не просто как зритель, а как функционер. Мне нравится работать на этой позиции. Безумно благодарен богу и Дмитрию Аркадьевичу за эту возможность и за оказанное доверие, потому что начать в этом разбираться было непросто. Я пришел из других видов спорта. И после двух месяцев работы в ФВВСР понял, что если сравнивать с Федерацией смешанных единоборств России, можно сказать, там я вообще ничего не делал. Это была легкая тренировка. Здесь я увидел масштабы водных видов спорта, счастливые лица людей, которые были рады приходу команды Дмитрия Аркадьевича. Федерация масштабировалась, получила поддержку государства и спонсоров. 

Я очень благодарен всей нашей команде, которая работает ежедневно со мной без выходных и отпусков. Мне моя работа нравится. Да, не все получилось пока осуществить, но я четко вижу цель выиграть на Олимпийских играх и, если закрыть глаза, чувствую этот запах бассейна в Лос-Анджелесе. И еще я хочу, чтобы федерация для спортсменов стала социальным лифтом, чтобы после окончания карьеры они находили себя в новом качестве. И хочу, чтобы толпы людей шли в бассейны и приводили своих детей в водные виды спорта. Мне хотелось бы видеть по телевизору крутые трансляции, чтобы были крутые стримы. Это мое второе такое восхождение в спорте, от которого я кайфую.

— Вы уже прыгнули на медиадне с 10-метровой вышки. Но хайдайвинг не охвачен. Увидим вас на 27-метровой?

— Если цель поставить — можно сделать, но надо готовиться (смеется).

«Радоваться одной или двум медалям не очень правильно». Гальперин - об изменениях в подготовке прыгунов в воду

Заместитель председателя Федерация водных видов спорта России настроен на серьезные перемены.

В прыжках в воду новый кандидат на пост главного тренера, перемены в самом содержании подготовки. Поговорили обо всем с Глебом Гальпериным, который занимает пост заместителя председателя Федерация водных видов спорта России (ФВВСР) и настроен внедрять перемены, чтобы добиться лучшего результата в Лос-Анджелесе.

— Глеб, первый международный сезон после возвращения завершен. Какие основные выводы вы для себя сделали?

— Убедились, что расклад сил примерно такой же — Китай, Мексика, Великобритания, Австралия. Наши позиции остались неизменными, но, учитывая историю прыжков в воду в России, когда были такие большие победы в 2000-х годах, 90-х, нынешняя ситуация, так сказать, оставляет желать лучшего. Поэтому было очень важно поехать на чемпионат мира в Сингапуре, реально понять, где мы находимся, над чем надо еще больше работать.

— И над какими составляющими, как вы считаете, нужно работать прежде всего?

— В частности, мы очень сильно проседаем в физической подготовке наших спортсменов и в психологическом умении выдерживать накал борьбы, умении делать последние решающие прыжки и так далее. Если в плане техники и умения работать со спортсменами вопросов не возникает, мы где-то и сильнее, то в физическом плане мы, конечно, отстаем лет на 20. И уже в Сингапуре мы начали работу по поиску специалистов. С начала октября с нашей командой на тренировочных сборах начали работать новые тренеры по физподготовке, все бывшие прыгуны в воду, причем уровня заслуженных мастеров спорта, которые уже давно в профессии.

И работают они не только над физподготовкой в привычном понимании, а над всей физической составляющей, над всем, что помогает добиться нужных кондиций, включая восстановление и питание. То есть они не просто кинули штангу, и все начали качаться. Это серьезная комплексная работа.

Сборная Великобритании стала прицельно работать над этой составляющей, насколько мне известно, с 2012 года. У нас, к сожалению, этого не было, поэтому многие спортсмены не готовы даже к штанге правильно подступиться. Работа идёт в зале, дай бог к весне можно будет начать физические упражнения с весами.

При этом я ни в коем случае не хочу умалять заслуг других специалистов, которые работают над техникой, акробатикой, просто в физической составляющей нужно прибавлять. Только так мы сможем все вместе добиться хорошего результата.

— Никто не сопротивляется таким нововведениям? Провели беседу на эту тему?

— Все прекрасно понимают, что либо оставлять все как есть, либо нужно пытаться что-то поменять. Так что все готовы работать, хотя, конечно, вполне нормальное явление, когда нововведения не всегда сразу воспринимаются хорошо. Но, знаете, я по сути максималист, хочется попробовать сделать лучше, потому что радоваться одной или двум медалям, учитывая, что в 2000-х годах мы привозили по четыре-пять, это не очень правильно.

Я много разговаривал в Сингапуре с Алексеем Георгиевичем Евангуловым. Общался с представителем сборной Австралии. Все много работают над физикой. Вы видели, как выглядят мексиканцы? Как машины! Чемпион мира Осмар Ольвера 300 кг ногами поднимает. Нам до этого пока как до луны. Поэтому, еще раз повторюсь, в плане техники у нас все это есть, но физическую составляющую надо подтягивать.

— Объясните тем, кто не в курсе, почему прыгуны в воду стоят у станка? Люди в комментариях на «Водном матче» спрашивают.

— Для нашего вида спорта обычная история. Прыжки в воду вообще уникальны. Они сочетают в себе гимнастику, сложную координацию и акробатическую подготовку, умение плавать. И хореографическая подготовка нам тоже в помощь. Сейчас это чуть ушло на второй план, но все равно этого никто не отменял. В процентном соотношении составляющие подготовки меняются, но акробатика, хореография, физическая подготовка — это в принципе та база, на которой прыгуны в воду живут.

Нельзя просто прийти в бассейн, попрыгать, получить удовольствие и уйти обратно. Так не бывает. Это огромная работа в зале. Натянутые носки, руки, выход правильный. Плюс судейство изменилось. Сейчас оценивают уже не только сам прыжок, а как спортсмен к нему подходит, как он выглядит, какая у него на лице гримаса, какое у него натянутое тело еще перед прыжком. То есть все это тоже идет в общее восприятие.

— То есть спортсмен Гальперин в деми-плие легко садился?

— Не садился. И 300 кг ногами не поднимал, не буду лукавить, но тогда и спорт был другой. Хотя моя мама всегда уделяла много времени этой составляющей и все мы у хореографического станка стояли. Просто кому-то это легче дается. Дима Саутин в этом плане хороший пример. В 35 лет на шпагат садился.

КОМАНДА

— Как проходит восстановление у Жени Кузнецова? Ждет ли вы его возвращения?

— Ждем обязательно. Я думаю, что весной при правильном подходе он может вернуться к прыжкам. Но здесь такой момент, мы с Женей общались, он уже взрослый человек, ему надо понимать — вернуться это одно, но нужно и пересмотреть всю систему подготовки. Я все это проходил, многие это проходят. Когда ты становишься старше, то надо уже прицельно заниматься своим телом. Женя безумно талантливый парень, гений. Но тут нужно, как Криштиану Роналду, вкалывать ради продолжения своего пути в спорте, потому что просто на таланте в 35 лет прыгать уже очень тяжело. Если не занимаешься, то, к сожалению, происходят такие моменты, какие произошли этим летом.

— Вы готовите какой-то другой вариант под синхрон с Никитой Шлейхером? Гриша Иванов, кажется, вставал в этот синхрон, когда Женя травмировался.

— Мы сейчас в принципе будем формировать обновленный костяк команды под Игры-2028. В этом году у нас была возможность просмотреть весь наш состав на соревнованиях — хочется выразить большую благодарность Дмитрию Аркадьевичу Мазепину. Благодаря ему у ребят появилась возможность выступить на множестве международных турниров, для многих эти соревнования стали первым зарубежным стартом. При этом наша команда выступала в разных составах: одни соревновались на Сахалине, другие — в Больцано, кто-то ездил в Китай, в Малайзию. И с Нового года на основе всей полученной информации мы сформируем костяк, который будет готовиться к Играм. В него будут добавляться молодые, перспективные спортсмены и мы будем смотреть, как опытные прыгуны в воду будут выдерживать нагрузку. Поэтому слово «нет» на данном этапе не принимается, учитывая наши седьмые-восьмые места. Если мы хотим побеждать, то надо работать. И неважно сколько тебе лет — 30, 18 или 16.

Еще нужно понимать, где сборная будет готовиться, потому что Олимпийские игры будут в открытом бассейне, а это совсем другая история. Все мы помним, чем все закончилось для нас в Рио. Поэтому начинать готовиться нужно сейчас. Огромное спасибо нашим великим спортсменкам Вере Ильиной и Юлии Пахалиной, с которыми мы сейчас практически каждый день на связи в поисках хорошей тренировочной базы в Америке.

— Как дела у Александра Бондаря?

— С Сашей мы на связи, после Сингапура виделись достаточно много раз. Федерация, конечно же, поддержит его, если он вдруг примет решение об окончании карьеры. Есть определенные предложения, он о них знает, но взял паузу, я так понимаю. Саша собирается выступать еще какое-то время, вероятно, это будет только неолимпийский микст. Его решение на сейчас — попрыгать как минимум еще год, у нас чемпионат Европы. Мы Сашу всегда ждем в команде, неважно в какой роли.

— Как вы будете выстраивать календарь следующего сезона?

— У нас есть большие планы по изменению календаря, его переформатированию. Во всем мире, в том числе в Китае, в ноябре проходят основные отборочные соревнования. По их итогам формируется состав сборной на следующий год. У нас такого нет. Есть Кубок России в январе, который в принципе в этом сезоне особо ни на что влиять не будет. Мы уже занимаемся ранжированием соревнований, смещением календаря.

— Мы годами задаем этот вопрос, понимаю, но все же — не было мысли пригласить китайского специалиста в тренерский штаб?

— Я очень много говорил об этом в своих интервью еще с 2014 года. Никогда не скрывал этого желания. Считаю, что в работе с командой нужен человек с другим менталитетом и совершенно нейтральный, у которого нет любимчиков, который просто начнет вкалывать. Конечно, такие идеи были, но это все не так просто. Могу только сказать, что работа в этом направлении не прекращается. 

«У нас всегда будут достойные спортсменки, еще и покруче меня». Колесниченко объявляет о завершении карьеры

Три выигранные Олимпиады, в том числе в дуэте с Ромашиной.

Трехкратная олимпийская чемпионка, 16-кратная чемпионка мира Светлана Колесниченко на момент ухода в декрет была самой титулованной действующей спортсменкой в России. Но синхронистка решила не возвращаться в профессиональный спорт. Поговорили с ней об этом решении, а также обсудили планы на будущее.

— Светлана, когда поняли, что близки к завершению карьеры?

— Уже на Играх БРИКС. Но потом я решила подумать о будущем, отдохнуть, заняться здоровьем. Я была единственной из нашего состава сборной, кто не брал перерыв в карьере. За последние 15 лет я ни одного сезона не пропускала, не отдыхала.

Естественно, мы обсуждали всю эту ситуацию с Татьяной Николаевной [Покровской] и Татьяной Евгеньевной [Данченко]. Я очень благодарна, что они пошли навстречу и дали добро на отдых, чтобы я имела возможность все обдумать. В итоге решила, что надо двигаться дальше.

— Когда начали получать нейтральные статусы, для вас это ничего не поменяло?

— Нет. На самом деле, мне кажется, что пора дать дорогу молодым. Я все сказала в нашем виде спорта. Никто не молодеет. Уверена, что у нас есть и всегда будут достойные спортсменки, которые станут лидерами и будут еще покруче меня.

— Как вы себя чувствуете? Как вообще чувствует себя после окончания карьеры человек, отработавший 15 лет в бассейне по десять часов в день?

— Спасибо профессиональному спорту — говорят, он не про здоровье — но каких-то серьезных проблем у меня нет. Единственные отрицательные последствия, я совершенно не умею сидеть на месте. Я ведь думала, что буду месяцок лежать на диване, смотреть кино и ничего не делать. Полежала я на диване в итоге три дня максимум, потом мне стало скучно. И я такая: «Ой, а мне что-то надо поделать, надо съездить туда, съездить сюда». И по этой же причине, собственно, я начала помогать своему тренеру. Мне очень тяжело сидеть дома!

— В бассейн когда последний раз заходили? Так, чтобы нырнуть в воду.

— Пришлось сделать это ради участия в «Завораживающей красоте». Там у меня по сути был номер-импровизация. Перед этим пару раз поплавала. Раньше я на отдыхе могла зайти в воду и стоять вниз головой, а тут зашла, попробовала, и у меня голова закружилась. У меня в жизни такого не было, сказала себе — ой нет, Свет, давай не будем. Поняла, что наплавалась.

— А если просто плавать, не вниз головой. Как обычные люди!

— Просто красиво плыть! Да, ведь можно просто красиво плыть брассом, например. Но это надо было переключиться на новую жизнь и новое восприятие буквально всего. Я была 15 лет в сборной, но всего в спорте — 25 лет. Все это пролетело как один миг. И если меня спросят, повторила бы я этот путь — конечно, повторила бы. Повторила бы не задумываясь!

Я очень благодарна за все эти годы и хочу сказать спасибо прежде всего тренерам — Татьяне Николаевне Покровской, Татьяне Евгеньевне Данченко, Ольге Ивановне Васильченко и Ирине Владимировне Белоусовой — за то, что помогли мне достичь этой цели.

Все благодаря тренерскому составу, их труду. Мы люди, выполняющие задачи. Целеустремленность и трудолюбие должны быть в каждом спортсмене, но взращивает спортсмена тренер. Не хватит слов, чтобы передать всю мою благодарность.

— Много раз все слышали историю о том, как вас позвали в дуэт через СМС. Прошло столько времени, сейчас как все это воспринимаете? Для многих этот выбор казался неочевидным или это заблуждение?

— Это правда так. В дуэт обычно брали девочку, которая уже была на Олимпиаде. Я была уверена, что это будет одна из тех, кто стоял в группе на Олимпиаде-2012. И я, наверное, до конца своей жизни буду благодарна и Свете Ромашиной, и Татьяне Евгеньевне, за то, что их выбор пал на меня, и за то, что они ни на секунду потом не сомневались. Могли бы посмотреть и сказать — нет, не подходит, давайте другую.

Они прям бились, боролись и делали все, чтобы мне помочь. И это для всех было неожиданно. Пусть на тот момент я была уже трехкратной чемпионкой мира, но все равно оставалась молодым бойцом без опыта на Олимпиаде. Я только-только научилась работать в группе с Татьяной Николаевной, и тут уже надо переключаться на новую работу. Я очень благодарна, правда, за то, что все так произошло.

— Вы никогда не спрашивали Татьяну Евгеньевну, почему она так решила?

— Конкретно — нет. Вы ее спросите, потом, пожалуйста (смеется). Мы тогда тренировались на Круглом вместе с дуэтом: с одной стороны группа, с другой — Наталья Ищенко и Светлана Ромашина. Я в группе старалась все делать хорошо и работала в паре с Анастасией Давыдовой, думаю, она свою лепту тоже внесла. Сказала, что я очень стараюсь и у меня есть желание работать. Это был мой главный плюс тогда — желание работать. Техники у меня на тот момент не хватало, это 100%.

— Мне кажется, вас какое-то время мучил синдром самозванца. Вы постоянно говорили, что не понимаете, почему так все сложилось и в соло на себя смотреть не хотели. Ошибаюсь?

— Нет. Это ощущение до сих пор не прошло, я до последнего стеснялась. На последнем шоу в ноябре Татьяна Евгеньевна мне сказала: «Света, а ты, оказывается, такая артистичная!» Я ей говорю: «Татьяна Евгеньевна, если честно, я не знала, что вы будете на трибунах, иначе бы я так артистично не делала» (смеется). Мне всегда так стыдно было ее подвести, что-то плохо сделать. Так что и «синдром отличницы» присутствовал до последнего момента. А на том шоу я отпустила ситуацию, расслабилась и решила: «Вот сейчас немножко потанцуем». И когда она сказала, что я артистичная, мне так приятно стало.

— При этом вы отважная отличница. Прийти в дуэт на место Натальи Ищенко!

— Да, мне было ужасно страшно. Я старалась не показывать, как мне тяжело, но при этом осознавала — не дотягиваю. Вечером звонила в слезах маме и говорила, что не знаю, почему именно меня взяли в дуэт. Это была такая ответственность! Татьяна Евгеньевна приходила в свой выходной день в субботу, чтобы мы отдельно с ней работали над техникой, над поднятием высоты, над выносливостью. И только благодаря этой работе вместе со Светой через 9 месяцев стал виден результат.

— 9 месяцев на рождение дуэта.

— Именно этот срок, да! (смеется).

— Ваша карьера в сборной началась с того, что вы не попали на Олимпиаду. Как это пережили?

— Интересно как все сложилось, правда? Но, знаете, не случалось ничего тяжелее, чем перенос Игр-2020. Это было болезненнее всего. Именно тогда я научила себя принимать ситуацию. Да, мой путь начался с того, что меня не взяли в Лондон, а закончился тем, что я не попала на Игры в Париже. Но между этими событиями произошло столько хорошего. Перенос Игр-2020 был очень тяжелым моментом, но мне грех жаловаться. Сейчас в сборной девочки работают так много, а до этого чемпионата мира у них не было никаких международных титулов.

— После Токио вы были первой из команды, кто объявил о продолжении карьеры. Не жалеете?

— Нет. Я продолжила работать, выступала на внутренних стартах, посмотрела, как растет наше синхронное плавание в регионах.

— Какие планы на будущее? Вы никогда не рвались в медийность, например. Что дальше? Работа тренером?

— Про будущее сложно говорить. Порой нам открываются невероятные возможности, о которых мы и не могли мечтать. Я никогда не ставила себе целей на четырехлетие. Цели были от старта к старту. Так что посмотрим, как оно будет.

— Помню раньше были моменты, когда вы говорили, что сидите на жесткой диете. А как было, когда перестали выступать?

— Я всегда была фанатом киндер-макси. Пообещала себе поесть шоколадок, как закончу карьеру. Но все-таки старалась держаться. Мышцы тогда чуть спали, жирок пришел, но это, может быть, и неплохо. Я этому была очень даже рада. Старалась есть нормальную пищу, ем много рыбы. Вообще рыбу люблю!

— Вы по-прежнему берете собак на передержку, периодически вижу репосты про это.

— Не могу иначе. Пишут в чате, спрашивают, могу ли взять… Ну, конечно, могу. У меня две собаки, мне же мало. Потом ищем хозяев для собачек.

— Хорошо быть собакой Светланы Колесниченко! Им забота и почет!

— Я очень на это надеюсь. Забирали одного пса, он был дикий, всего боялся, а потом отошел. Так нам радовался, улыбался, танцевал! Надеюсь, что дали ему хороший шанс, а то бы замерз на улице.

— Кстати, как вообще обстоят дела в семье двух завершивших карьеру спортсменов (муж Колесниченко — пловец Андрей Арбузов, — прим. ред.) Это теперь новая жизнь для обоих!

— Это новый этап и это ужасно интересно. Муж работает в спортивной сфере. Спортсмены — очень целеустремленные люди, которые умеют работать в команде. Так что, думаю, у нас все получится. Я в этом уверена. Настроена двигаться только вперед. Главное — не сидеть на месте. Движение — жизнь. Я так считаю.

«Максимализм не позволяет комментировать другие виды спорта». Красных — о плавании и Студенческой лиге

Призер Олимпийских игр ищет себя в жизни после спорта и берется за интересный проект.

Пару лет назад призер Олимпийских игр Александр Красных завершил карьеру. С тех пор он стал чаще комментировать плавание, в том числе на «Матч ТВ», а недавно стал директором в Студенчесĸой лиге водных видов спорта. Поговорили обо всем, что произошло в его жизни за это время.

— Александр, успели за этот период разобраться с проблемами со здоровьем?

— Каĸ тольĸо заĸончил ĸарьеру, начались трудности, с ĸоторыми приходится справляться. Я думаю, что история со здоровьем — это уже навсегда. Общаюсь со спортсменами, ĸоторые заĸончили не вчера и не позавчера, почти у всех есть проблемы разного хараĸтера. Спорт не лечит, спорт ĸалечит. Мы же не физĸультурой занимались.

— Потом было участие во многих проеĸтах. Каĸ шло перепрофилирование?

— На самом деле, все это таĸ или иначе было связано со спортом. Был опыт спиĸерства, есть опыт тренерсĸой деятельности — не систематичесĸой, а импульсивной, что ли. Есть ĸомментаторсĸий опыт. Начал еще на чемпионате Европы в Глазго в 2018-м, ĸогда ĸомментировал с места с Денисом Панĸратовым.

— До того ĸаĸ начали ĸомментировать, ĸритиĸовали, сидя на диване, тех, ĸто работал на трансляциях?

— Я всегда очень лояльно относился ĸ тому, что есть. Спортсмену что самое главное? Чтобы о нем не сĸазали ничего плохого. И чтобы о нем сĸазали. Правильно же понимаю? Я вижу много ĸомментариев, много хейтеров, ĸоторые говорят, что все не таĸ, что эти ребята знают лучше. Но основная задача ĸомментатора — это давать информацию не тольĸо для граждан, ĸоторые хорошо знают и понимают плавание, а объяснить все широĸому ĸругу зрителей, посмотреть на вид спорта несĸольĸо с другой стороны, со стороны обывателя. Нужно ретранслировать вид спорта простым языĸом, бойĸо, чтобы было интересно.

— Вас хейтят в ĸомментах?

— Много раз слышал, что наша пара с Денисом Владимировичем самая лучшая.

— А ĸ самому себе ĸаĸие претензии?

— Их много, опыта не хватает.

— Хочется ĸомментировать что-то другое, ĸроме плавания?

— Против этого работает мой спортивный маĸсимализм. В плавании я могу удариться в определенную эĸспертность, а в других видах спорта нужно прям долго вниĸать в специфиĸу происходящего. Можно, ĸонечно, просто описывать все, что происходит на эĸране, но ведь ĸомментатор видит то  же самое, что и зритель, а это значит, что есть задача рассĸазать что-то дополнительно. Поэтому другие виды спорта поĸа смотрю тольĸо ĸаĸ зритель.

— Перед чемпионатом мира в Сингапуре было много разговоров о том, что нашей команды не будет в эстафете 4×200 м. Каĸ это восприняли?

— Это мой любимый вид программы. В целом то, что эстафеты не было, ĸонечно, очень печально, но, с другой стороны, было бы печальнее видеть, если бы ребята не попали в финал. Но меня очень порадовали результаты первенства мира, Универсиады, где наши ребята проплыли уже, сĸажем, на достаточно хорошем уровне. И с учетом того, что поĸа соревнований на длинной воде не будет, есть еще время подготовиться — праĸтичесĸи целый год!

Надеюсь, что результаты улучшатся, еще ĸто-то подтянется. Вполне вероятно, что и опытные пловцы реанимируют свои результаты на дистанции 200 м вольным стилем.

— Что почувствовали, ĸогда брат вашего бывшего партнера по эстафете Гриша Веĸовищев победил на первенстве мира? «Боже, я таĸой старый»?

— У парня большущие перспеĸтивы. Дай бог, что все сложится, медалей у него будет ĸратно больше, чем у Миши [Вековищева]. Это не в обиду Мише, ни в ĸоем случае, просто желаю парню хорошей, ĸачественной, интересной спортивной ĸарьеры.

— Чем сейчас занимаетесь?

— Работаю в федерации над развитием студенческого направления. Занимаюсь проектом Студенческой лиги водных видов спорта.

 — Расскажите о ней.

— Федерация ставит перед собой задачу по развитию студенческого спорта, поэтому возник этот проект. Сейчас проходят первые соревнования нашей лиги 15–16 ноября в Москве.

— Вы же понимаете — что бы вы ни сделали, сравнение всегда будет именно с NCAA (студенческая лига Северной Америки) и не в вашу пользу.

— Комментировать всегда проще, нежели делать. У NCAA 70 лет истории. И точно таĸой же продуĸт, я думаю, у нас не получится, но будем ĸ этому стремиться. Может быть, через 70 лет выйдем на таĸой уровень. Если не брать в расчет NCAA, можно сĸазать, что в Европе и Азии есть неплохие проеĸты, реализованные в студенчесĸом спорте, хотя, ĸонечно, NCAA собирает «сливĸи» со всего мира. Но выстроить хорошую систему можно. Сейчас наша основная задача — создать ĸомьюнити студентов- спортсменов, заинтересовать их в участии в наших соревнованиях.

К сожалению, мы не можем предоставить спортсменам возможность выполнения разрядов, например, мастера спорта, а это, по большому счету, основной запрос от них. Но мы ищем ĸаĸие-то возможности, плюс дополнительно стараемся развить ĸаĸую-то медийную историю для того, чтобы ĸ нам ездили, участвовали, вместе с нами двигались, росли дальше.

Впоследствии у нас будет отдельное юрлицо, ĸоторое будет всем этим заниматься. То есть это, опять же, свой бренд, свои соревнования, свои аĸтивности, полностью своя эĸосистема.

— Каĸие соревнования есть прямо сейчас?

— Всероссийсĸие соревнования по плаванию среди студентов «Кубоĸ студенчесĸой лиги водных видов спорта». Существует рейтинг вузов, соревнования идут по двум дивизионам — среди вузов со спортивной ĸафедрой и без нее. Понимаю, что здесь может появиться очень много хейта, посĸольĸу у нас неĸоторые вузы отĸазались от понятия ĸафедры ĸаĸ таĸового.

— Прозвучало, что «основная задача — привлечь спортсменов ĸ участию в соревнованиях». Что вы можете им предложить?

— Мы долго над этим думали. В первую очередь это возможность продолжить ĸарьеру, поучаствовать в приĸольной аĸтивности и разнообразить свою студенчесĸую жизнь. Сделать таĸ, чтобы студенчесĸий спорт ограничивался на просто походом на тренировĸу, участием в региональном соревновании, отбором ĸуда-то, а потенциально участием в соревнованиях, аналогичных чемпионату России, но тольĸо среди студентов.

Я и в целом вижу студенчесĸий спорт ĸаĸ этап между детсĸо-юношесĸим спортом и соревнованиях категории «Мастерс», ĸорпоративным спортом. Этот этап у нас раньше проваливался, вследствие чего терялось большое ĸоличество спортсменов. У нас ведь есть ребята, ĸоторые, сĸажем, не попали в 18 лет в сборную или переехали в другой регион, где не могут поддерживать свою ĸоманду, возить их на сборы, финансировать… И мы опираемся на интересы этих ребят, ĸоторые хотели бы продолжить ĸарьеру, участвовать в соревнованиях и вообще связывать свою жизнь со спортом.

— По продвижению ĸаĸие задачи первостепенные?

— Развитие медийного продуĸта ĸаĸ таĸового, хотим повысить медийность студенчесĸого спорта в целом, добиться того, чтобы наш медийный продуĸт был привлеĸательным для вузов, чтобы все захотели получить свою долю цитируемости, узнаваемости и т. д.

— Когда мы раньше ездили на Универсиаду чуть ли не первым составом, это всегда воспринималось ĸритичесĸи. В идеальном мире должно же быть иначе?

— В идеальном мире хорошо бы, чтобы наши спортсмены могли ĸонĸурировать с представителями сборной, ĸоторые тренируются 24/7.

То есть в идеальном мире ребята из нашей лиги должны отбираться на Универсиаду. Для этого нужно развивать эту лигу, выстроить систему нормальных соревнований, в ĸоторых будет не стыдно участвовать, куда студенты-спортсмены захотят приехать. Помните, ĸаĸ Китай в ĸаĸой-то момент захватил мировой рынок? У них позиция была таĸая: захватывают сначала весь мир своими товарами, а потом повышают ĸачество своей продуĸции. И я на нашу лигу смотрю сейчас примерно таĸ же.

— Заголовĸи «Красных хочет сделать лигу с ĸитайсĸим ĸачеством» гарантированы.

— Но ведь и правда таĸ в их случае и было. Нам нужно захватить всю нашу страну студенчесĸим спортом в этом формате, чтобы все знали, что таĸая лига есть, и потом уже ĸачественно повышать уровень и наших спортсменов, и наших соревнований. Понятное дело, что мы сейчас будем что-то тестировать, пробовать. Есть большое ĸоличество идей относительно того, ĸаĸ это можно сделать, но теория и праĸтиĸа — разные вещи. Нужно просто брать ĸаĸие-то пилотные ĸоманды или проеĸты, смотреть, ĸаĸ это будет влиять на спортивную составляющую студентов.

— С ĸаĸой ĸритиĸой сталĸиваетесь прямо сейчас?

— Критиĸуется наше решение провести первые соревнования в бассейне без трибуны в комплексе «Косино». В середине сезона вообще очень сложно найти бассейн в Мосĸве с трибуной. Я объехал уже весь город, пообщался праĸтичесĸи со всеми руĸоводителями этих объеĸтов. Смотришь, все вроде велиĸолепно, все ĸаĸ надо, но либо с тумбочĸами прям большая беда, либо элеĸтрониĸу ниĸаĸ не повесить, либо нет трибуны, либо спортзал не дают в эти сроĸи, либо время соревнований ставят сильно рано. Я уж не говорю о том, что не все спортобъеĸты входят во всероссийсĸий реестр, то есть там невозможно провести всероссийсĸие соревнования.

Поэтому решили пожертвовать зрительсĸой трибуной. Это больно, но мы стараемся решить этот вопрос с помощью трансляции.

— Каĸ у вас вообще с географией стартов, объеĸтами?

— Конечно, мы не ограничиваемся исĸлючительно Мосĸвой. На будущий год мы запланируем соревнования в Санĸт-Петербурге, Рузе — тут уже будут ĸомплеĸсные соревнования, будет представлено уже не тольĸо плавание. Планируем проводить старты в Новосибирсĸе. И это я уже не говорю про планы на Казань или Еĸатеринбург.

— Сĸольĸо у нас универов с бассейнами на территории? Даже если таĸие есть, думаю, бассейнов в них точно меньше, чем в Стэнфорде.

— Сейчас из более 1200 университетов таĸих порядĸа 173. Вполне вероятно, что ситуация изменится, но на все нужно время. На данный момент поĸа мы опираемся на вузы с бассейнами.

У ФВВСР уже есть программа «Плавание для всех», ĸоторая подразумевает обучение плаванию всего населения. Что-то похожее можно эĸстраполировать на студенчесĸий спорт.

— Есть желание привлеĸать звезд плавания для большей медийности в вашу лигу?

— В таĸом случае мы вновь замĸнемся на спортсменах сборной, будто бы у нас других больше нет. На первых порах точно нет, потому что это полностью убивает ĸонĸуренцию. Когда один университет сможет привезти одного или двух сборниĸов, ĸоторые выстегнут всех остальных в одну ĸалитĸу, в спортивном плане это будет совсем неправильно. В ближайшие несĸольĸо лет таĸой возможности выступления на наших соревнованиях у сборниĸов не будет. Жестĸовато, но ĸуда деваться. Нам нужно повышать средний уровень и делать проеĸт привлеĸательным именно для студенчесĸих ĸоманд.

«Мама увидела Фелпса на Олимпиаде и отдала меня в плавание». Интервью Михаила Щербакова

Рассказываем о рекордсмене мира среди юниоров.

Михаил Щербаков признан открытием сезона в российском плавании. В 2025 году он выиграл первенство мира, побил юношеский рекорд Европы и очаровал SMM-службу World Aquatics. «Матч ТВ» решил познакомить вас с 17-летним пловцом поближе.

— Вы из Ессентуков. Часто там бываете?

— В последнее время редко. Только на каникулах зимой и в конце августа, наверное. А так я там прожил до 15 лет.

— Плаванием там начали заниматься?

— Да, в 7 лет, как пошел в школу. У нас спортшкола была и пристройка с бассейном. Выходили из бассейна, сразу в школу и потом обратно.

— Какая ситуация в регионе с бассейнами?

— В Ставропольском крае бассейнов мало, это расстраивает. Сейчас построили в Кисловодске большой хороший комплекс, но хотелось бы, чтобы в таких городах, как Ессентуки и Пятигорск, тоже были новые бассейны. Бассейну, где я отплавал 9-10 лет, уже лет 60-70. Я его очень сильно люблю, я там вырос, но он уже старенький. Хочется, чтобы были новые бассейны.

— Мне кажется, было бы здорово в таких курортных местах построить и хорошие открытые бассейны.

— Это было бы кайфово, просто замечательно. Тогда я буду часто появляться дома.

— Сейчас больше времени проводите на базе «Озеро Круглое»?

— Нет, в Волгограде, тренируюсь в комплексе «Искра».

— Родители отдавали вас просто заниматься спортом или же целью было именно плавание.

— У меня старшая сестра плавала, но ей не повезло — попала не со своим годом. Потом родился я, мама узнала о Майкле Фелпсе и очень загорелась этим. Прямо очень сильно фанатела. И я ей очень благодарен, потому что если бы не ее увлеченность, то меня бы здесь не было.

— «Узнала о Фелпсе» — смотрела Олимпиаду?

— Да, в 2008-м. Так что сначала сестра плавала, теперь я.

— А вы за Фелпса, а не за Райана Лохте?

— Да, я за Фелпса (улыбается).

— Какой у вас набор дистанций по специализации?

— Плаваю почти весь комплекс. Мое — это дистанции 200 и 400 м. 100-метровка — тоже, но я пока слишком юн для сотни, а вот 200 и 400 — это мне хорошо подходит.

— То есть вы средневик, который плавает много объемов.

— Очень много. И я это люблю. Мне нравится сидеть в «Искре» и готовиться к соревнованиям на протяжении пяти месяцев. Мне нравится этот «день сурка»: просыпаться, идти на тренировку, отработать и отдохнуть. А потом повторять это изо дня в день.

— Кто-то скажет, что это слишком скучно.

— Я понимаю, но мне нравится.

— А какая дистанция любимая?

— Весь комплекс мне нравится.

— У нас есть Илья Бородин, Максим Ступин, Алексей Сударев, но в целом специалистов комплексного плавания всегда было не так много. Почему?

— Человек может плавать хорошо все способы, у него может быть хороший «дельфин», спина, он может чувствовать брасс, кроль, но, вставая на комплекс, нужно быстро переключаться между способами. А это, как говорится, что тебе бог при рождении дал. Думаю, дело в этом.

— Эстафета 4×200 нравится?

— Мы плыли ее на первенстве мира. Я расстроился, что американцы не попали в финал — была дисквалификация с утра. А вообще люблю эстафеты.

— Расскажите о главных эмоциях с первенства мира? Был момент, когда перенервничали?

— Понятно, что мандраж был, тем более у меня не так много международного опыта. Но такой мандраж, он скорее меня заряжает, ведь понимаешь, что можешь посоревноваться с сильнейшими. Меня это мотивирует.

— Удивились, когда World Aquatics опубликовала видео с вами в соцсетях?

— Не ожидал. Во-первых, никогда же такого не было. Это первый раз, когда видео с кем-то из нас выставили, тем более мы из России. Было приятно, я удивился.

— А этот вайб про неделю он вам соответствует или просто такой кадр получился?

— Скорее кадр получился, хотя я стараюсь стильно выглядеть. Мы еще с ними поговорили, пообщались на первенстве мира, может быть, это тоже сыграло свою роль.

— Хорошо говорите на английском?

— Нет, общались через переводчика. Подошел человек из World Aquatics, что-то спросил. Хотелось бы улучшить английский, но пока не получается уделить этому достаточно времени.

— Сколько времени в день вы плаваете?

— С утра два часа воды, потом час зала. Вечером также.

— Мама теперь не жалеет, что полюбила Фелпса? Сын постоянно не дома и плавает большие объемы.

— Не знаю, это надо у мамы спросить. Но, думаю, не жалеет. Я стараюсь ей часто звонить. Понятно, что ей в любом случае мало, но правда стараюсь. Пишу, рассказываю что-то. Но так как у меня постоянно «день сурка», особо рассказать и нечего.

— То есть челлендж «делай фотографию каждый день 10 дней подряд» у вас будет не очень увлекательным.

— Можно один раз сфоткаться и на протяжении 10 дней выкладывать одно и то же фото (смеется).

— В чем ваша сила в комплексе и что пока подводит?

— Подводит недостаток стартов — их у меня очень мало. На фоне Бородина, Сударева и Ступина у меня пока мало соревновательного опыта. Это со временем придет.

— Вы производите впечатление спокойного человека. Что может вывести вас из себя?

— Это очень сложная задача. Меня, наверное, раза два в жизни выводили из себя, и то в детстве.

— К рекордам тоже спокойно относитесь? Поставили галочку и пошли работать дальше?

— Да, безусловно, это приятно, но да — сделал, галочку поставил и надо дальше тренироваться.

— Свободное время как проводите? Думаю, любите полежать после такой работы.

— Очень. Мне кажется, я редко нахожусь в вертикальном положении. И в воде, и в жизни много времени провожу горизонтально (смеется). Когда Федя Есин был в Волгограде, мы с ним в теплую погоду ходили играть в теннис. Теперь это больше компьютерные игры.

— Не слишком затягивает?

— Нет. Главное — всё делать без фанатизма, не играть до 2-3 ночи, потому что утром у тебя тренировка, надо восстанавливаться. Не выспишься — будешь плохо чувствовать себя на тренировке. Плохо на тренировке — плохо в зале. Так что, зная это, легко себя останавливаю.

— Теннис — это нормально для пловца на сборе? Тренер не ругает за лишнюю нагрузку на руки?

— Мы это делали на выходных. Сперва теннис, а потом ходили в баню. Было хорошее комбо. То есть головой отдыхаешь, а потом и телом расслабляешься. Еще я в бильярд люблю играть.

— Это что-то опять про спокойное и размеренное.

— Да. Мне нравится такой процесс — долгий, муторный, однотипный.

— Трансляции по снукеру не смотрите?

— Я пока не настолько стар (смеется).

Прямые трансляции чемпионата России по плаванию на короткой воде в Казани смотрите на каналах группы «Матч», а также сайтах matchtv.ru и sportbox.ru.

«Шучу, что тренеру важно включать у меня режим «Беги, Форрест, беги». Корнев о мощной заявке на ЧР

Он запоем штурмует спринтерские дистанции на ЧР

Егор Корнев на чемпионате России выдал впечатляющий набор дистанций. К кролю добавил 50 «баттом», обновил дважды за день рекорд России, снялся. Потом навел шороху на полтиннике на спине. И это не говоря о том, что заплыл в топ-5 лучших результатов всех времен на сотне вольным стилем. Поговорили с ним об этой насыщенной программе в концовке очень крутого сезона.

— Этот сезон ты начинал в Калининграде, там у тебя было совершенно другое психологическое состояние. Как пришел к сегодняшнему дню и этой уверенности в себе?

— Эмоционально я, конечно, подрос. После Сингапура очень много всего обдумал, по-другому стал ко многому относиться. Из разряда — быть воином, жить вечно. И вперед! Очень стало легко это все переваривать и эмоционально, и физически. Это прям «левел ап». Так что все это пошло мне на пользу.

— Сам себя так прокачал?

— С психологом ни разу не работал. Была борьба с самим собой в голове. И справился!

— С чем или с кем боролся? С «тараканами»?

— Да, с «тараканами», с думкой вот этой, с неуверенностью. Люди — существа программируемые. И вот я так себя перепрограммировал. Рад, что получилось это сделать.

— А раньше был сбой в программе, когда постоянно говорил, что всем по итогам заплывов недоволен?

— Раньше я искал путь, теперь мне путь ясен. По мере взросления приходило осознание ценности любого результата. Можно сказать, вырос как личность.

— Вы с Ольгой Николаевной (Байдаловой, тренером — «Матч ТВ») выбрали такой мощный план на этот чемпионат России исходя из чего? Что нужно насыщенно провести осенне-зимний период, если учесть, что международных соревнований нет, или хотелось просто много из других дистанций попробовать?

— Просто так получилось. Мы вообще ничего не планировали, на чемпионате от меня никто ничего не ждал. Для меня этот старт вроде чемпионата Санкт-Петербурга. Ничего особенного, просто скорости другие. Я не подводился под этот старт, я не бритый. Так что это не предел — все впереди.

— Для кролиста баттерфляй — не родная дистанция, но, так скажем, двоюродная. Тем не менее два рекорда России за день и дальше снятие. Зачем плыл?

— Ольга Николаевна выпустила поприкалываться, а получилось вот так. Это что-то новенькое, и это замечательно. Сложились хорошо обстоятельства — побил рекорд. Но впереди были 100 м кролем, я переключился на другую цель — рекорд мира. Не получилось, но все равно остался доволен результатом. Свою задачу на этой дистанции я выполнил.

— Еще и комплекс был в заявке, но в итоге снялся.

— Да, тоже решение было принято под 100 м кролем. 50 м на спине принципиально уже плыву, а вот 100 м комплекс — как-нибудь в другой раз. В Минске как раз собираюсь проплыть.

— Захотелось окунуться в эту бешеную конкуренцию спинистов?

— Это как погоня за адреналином. Хочу доказать, что я не хуже, что я могу и достоин.

— Последним, кто плавал у нас такой спринтерский набор, был Вова Морозов. Для тебя это хороший ориентир в плане того, как это можно делать?

— По мере возможности, в зависимости о того, какой план выберет для меня тренер, будем решать. Вообще Ольга Николаевна не рассматривает короткую воду как что-то «вау», ну то есть да, конечно, классно, но в приоритете длинная вода.

— То есть хотелось бы поездить по этапам Кубка мира в следующем сезоне? Там как раз «Шелковый путь» — Баку, Астана, Ташкент!

— Мы уже это обсуждали с тренером. Вполне вероятно, что так и сделаем перед чемпионатом мира.

— Как Мирон Лифинцев отреагировал на появление в вашей программе 50 м на спине?

— Когда мы плаваем на тренировках, я обгоняю его периодически. Как он это воспринимает, это уже не мои проблемы.

— Ты всегда был таких спринтерских параметров?

— По сравнению с ровесниками всегда был довольно маленьким. У меня даже голос ломаться стал позже. Ну и результаты, соответственно у меня позже пошли. Мне даже сейчас еще матереть и матереть.

— Много зала в подготовке?

— Достаточно, но все равно больше на воде работаем.

— Мотивация на рекорд мира на сотне сохраняется до конца сезона? Попробуешь на Кубке Сальникова?

— Нет, я отпустил этот момент. Просто по ходу чемпионата России такая мысль закралась. Было бы классно, конечно. Совсем чуть-чуть не хватило до рекорда Европы, мгновение какое-то. Но у меня уже завтрашний день в голове.

— Расскажи про стояние на гвоздях, фотки с ваших тренировок ходят в соцсетях!

— Да мы на них только зимой стоим, когда необходимо большие объемы выполнить в бассейне. Я очень не советую на них стоять неподготовленным людям. В первый раз меня закинули в это, как ребенка в озеро. Я тоже был не готов. Но это классная штука, помогает в какой-то степени. В плавании очень важно расслабляться, напрягаясь. И на гвоздях ты не можешь полностью расслабиться, потому что все равно больно, но тебе приходится через напряжение уметь это делать. То есть нужно находить гармонию, даже если ты так напряжен и тебе больно.

— Успел поймать в Сингапуре спринтерский кураж. Кайфанул?

— Нет, в том числе потому что в первый день я ничего не плыл. У меня было четыре дня простоя. И психологически ты немного из-за этого теряешь в тонусе. Кто-то волнуется, кого-то тошнит, кого-то трясет, а я вот ничего не чувствовал. Не было никакой искринки, злости что ли стартовой не было, которую я мог бы реализовать в скорость. Но это был крутой опыт. Я, конечно, прикалываюсь сам над собой, что на чемпионате мира на короткой воде, на длинной — везде пятый, везде с пятеркой, везде отличник. Но это ничего страшного. Я до них еще доберусь, просто нужно время.

— Если вы бы мощно выступили в кролевой эстафете 4×100 м, это бы взбодрило психологически?

— Думаю, да. Это дало бы какой-то уверенности, драйва. А вот четыре дня сидеть и думать… Тогда я как раз и осознал, что лишние мысли, эти «думки» для спортсмена — все это лучше исключить. Надо уметь психологически выключаться из этого, абстрагироваться. Я прикалываюсь и говорю Ольге Николаевне, что для нее важно, чтобы в какой-то момент я включал этот режим «Беги, Форрест, беги». Вот сейчас в нем и нахожусь.

— Ты рассказал, что переписываешься в соцсетях с Кэмероном Макэвоем. Отсюда вопрос — как твой английский?

— На уровне начальной школы. Могу сказать простое предложение, но свободно не говорю. Понятное дело, использую переводчик. Надеюсь, когда-то удастся заняться изучением языка.

— К Лос-Анджелесу?

— Ну до этого еще надо дожить.

— Очень часто говорят, что зарубежные спринтеры тренируются по-другому — в Штатах набирают форму через большое число стартов. Веришь, что можно сделать круто, но через другую систему подготовки?

— Можно, но через старты все же проще. Это тренировка стартовой выносливости. В NCAA идет такая рубка, я бы хотел в ней оказаться, но уже, к сожалению, это невозможно. Там еще «скинсы» (заплывы на вылет) и то, и это. Круто было бы нам на чемпионат России добавит заплыв «скинс».

— Первый раз, когда у тебя была значимая победа на чемпионате России, вокруг тебя не было столько ажиотажа, как сейчас. Справишься с этим? Поймать «звездочку» легче, чем многие думают.

— Нет, я вообще простой парень, абсолютно. Я не считаю себя каким-то супер-пупер. Всех прошу обращаться ко мне на «ты». Я отзывчивый, стараюсь никому не отказывать, всегда помогу. Считаю, что надо быть ближе к людям, и люди к тебе потянутся.

— На Олимпиаде в Лос-Анджелесе будет много «полтинников». Ждем спринтерскую рубку?

— Да, и уверен, это будет круто. Надеюсь, у меня тоже получится к тому моменту подготовить еще один «полтинник» каким-нибудь другим способом плавания.

— К 50-метровке есть пренебрежительное отношение: «Прыгнул с тумбочки и уже финиш».

— Так говорят те, кто не понимает, в чем сложность этой специализации. «Полтинник» не прощает ошибок. Ты должен сделать все идеально. Вот представьте, каким мастером своего дела нужно быть. Ты плывешь 200 м, у тебя есть момент для работы над ошибками, а на 50 м такого нет. А те, кто думает, что это легкий труд — пусть средневики поплавают 3 км спринта в лактате 20, посмотрю на их лица спустя неделю. Уверен, пальцем у виска покрутят, скажут — не, мы в такое лезть не будем.

— В коллруме битва взглядов у спринтеров сейчас практикуется?

— Возможно, но если даже кто-то на меня как-то прицельно посмотрит, мне это вообще все равно. У меня было столько разочарований, неудач, постоянно были какие-то трудности. Было много эмоциональных моментов, когда я расстраивался из-за результата. Теперь у меня в голове уже такой бетон! Хоть пять человек будут на меня смотреть, вот все равно, абсолютно. Мою нацеленность на результат, мою уверенность ничто на миллиметр не сдвинет.

При этом я не скажу, что мне вообще все равно. Я просто в этот момент не испытываю ни страха, ни злости. Я ничего не испытываю. Просто жду старта, и все. Что там вокруг, меня вообще не волнует. Мне надо сделать то, что мне сказали, я запрограммирован и пошел выполнять задачу.

— Ты веришь в успешную карьеру без золота Олимпийских игр?

— Конечно, люди прекрасно продолжают жить без этой золотой медали. Золото Олимпиады — это роскошный максимум. И это по умолчанию то, о чем мечтает каждый спортсмен высокого уровня. Но ты можешь быть успешным спортсменом и без олимпийской золотой медали — рекордсменом мира, чемпионом мира. Золото Олимпиады — это как пройти всю игру до последнего уровня.

— Мечтаешь о нем?

— Конечно, мне этого хочется. Постепенно будем к этому идти. Сейчас начинаем справляться с короткой водой, потом будем переносить эти результаты на длинную. Я не тороплюсь, главное — дойти. 

«Наша работа — это одержимость». Тренер-эпоха Покровская стала помощником председателя ФВВСР

С ее именем связаны все наши олимпийские победы в синхронном плавании.

Татьяна Покровская представила свою преемницу на посту главного тренера сборной России по синхронному плаванию — ей стала семикратная олимпийская чемпионка Светлана Ромашина. Сама Татьяна Николаевна продолжит заниматься развитием синхронного плавания и вести национальную команду к медалям, но уже в новом качестве — она будет советником председателя Федерации водных видов спорта России (ФВВСР) Дмитрия Мазепина.

«Матч ТВ» поговорил с Покровской о кумирах, Ромашиной, победах на Олимпиаде в Рио и мужчинах в синхронном плавании.

— Это был самый тяжелый сезон в плане работы?

— Соревнования были очень нервные и тревожные. Хотелось доказать, что мы как были сильными, так и остаемся. Мы не были расслаблены — нет, это не про нас. Но то, что мы не видели соперников, спарринга, который, как оказалось, важен в нашем виде спорта, не выезжали на международные соревнования четыре года, а потом выступали в нейтральном статусе в Сингапуре — это было сложно. Мы впервые в жизни оказались в таких условиях: до этого всегда были на гребне волны и, если были какие-то изменения в тех же правилах, были в числе первых, кто их узнавал и даже принимал участие в их создании.

— На какой работе вы сосредоточитесь сейчас?

— Оглядываюсь назад и вижу в своей жизни только синхронное плавание. Все мои дни были заполнены только им. Теперь я не буду столько работать на воде, потому что сидеть круглыми сутками на бортике уже сложно. И в связи с новыми правилами мне это уже не так интересно. Моя миссия будет в другом.

Тренеры, которые придут в сборную, будут работать со спортсменами, над композициями. Они работали в юниорских командах, но это только лестница на пути в основную сборную. Работы много. Новые правила будто всех уравняли. Нужно заново выстраивать работу на воде и в зале. Нужно возвращать былые позиции.

— Если бы вы сейчас возглавили сборную России, было бы сложнее, чем в те времена?

— Мне бы не было так интересно, как тогда. Раньше составление композиций было самым сладким временем в работе. Мы в этот период все будто немножечко не в себе, движения крутятся перед глазами, пробуются разные варианты, чтобы это было похоже на мини-спектакль. Сейчас для меня это не такая интересная работа. Я пришла в этот вид спорта из художественной гимнастики, и тогда синхронное плавание мне не казалось таким уж интересным, но постепенно я втянулась, осознала его красоту, размах — у нас даже площадка больше, чем у них! Сейчас это нечто другое, и мне было бы менее интересно. Так что вопрос скорее в другом: приди я сейчас в этот вид спорта, осталась бы или нет. Думаю, что нет.

— На спортсменов-зумеров нет жалоб? Не как в офисных историях про постоянные жалобы на выгорание?

— Нет, я так не чувствую. И даже в эти четыре года я смотрела на них и задавалась вопросом: «Для чего они работают?» Даже когда не было мотивации, они продолжали выкладываться на полную, не задавая вопросов, зачем это надо. Мало кто ушел, а если и ушел, то по каким-то личным причинам, из-за здоровья. Все остальные тренировались в полную силу. И если нужно было увеличить время тренировок, они бы согласились. Когда проходишь столько ступеней до старшей команды, уже полностью заточен на результат! Синхронное плавание — очень сложный вид спорта: задержка дыхания, работа на руках под водой, сложные композиции. Девчонки у нас просто удивительные. К нам в сборную приходят просто герои.

— Мы часто слышим скандальные истории с родителями из фигурного катания и гимнастики. Почему у вас в публичном поле тишина и покой?

— У меня всегда было так: я работаю только со спортсменами. Родители благодарны, а кто не благодарен, даже близко ко мне не подходят. У нас никогда не было такого, чтобы мы собирались, и я выслушивала замечания родителей. Если они ездят на соревнования, то скорее как фанаты, они наша поддержка. Никогда не торчат рядом с нами и не мешают на соревнованиях. Никогда у меня не было никаких трудностей.

— Вы бы смогли работать в ситуации столь прицельного внимания, как в фигурном катании?

— Я всегда боялась преждевременной рекламы, и мои ведущие тренеры тоже — Татьяна Данченко, Гана Максимова. Выступят — пожалуйста. Думала, если реклама пойдет раньше, вдруг выступим как-нибудь не так. Я никогда не любила шумиху вокруг спортсменов. Наверное, я виновата в том, что мы такие скромные. Сейчас, наверное, все должно быть иначе. Но мне все это не нравилось — это же мешает спортсмену. Да, они реагируют на это по-разному. Давайте как-нибудь тихонечко. Я не говорю, что надо выступать в закрытом зале, но лучше напишите о нас после выступления.

— Вы суеверная?

— И я, и тренеры в сборной в целом очень суеверные. Мы все в приметах. Наверное, это неправильно, но это так.

— До какого момента вы не показывали новые программы перед соревнованиями?

— Ой (смеется). Ну, может, недели за две-три мы их показывали. Собирали родителей, знакомых и тех, кто любит синхронное плавание. Мы как-то отличались в этом от других видов спорта.

— И без видеосъемки на предварительных показах!

— Когда приезжали журналисты, показывали какие-то части, которые уже видели (смеется). Но ведь бывало и так, что когда рано показывали композиции, потом находили какие-то моменты в постановках у других сборных. Тут свои заморочки. Но это раньше так было, а сейчас в новых правилах нет каких-то изюминок в программах, чтобы их скрывать, а потом рассчитывать на эффект неожиданности.

ТРЕНЕРЫ: ХАРИЗМА И ДИАГНОЗ

— Светлана Ромашина — великая спортсменка. Она начинает новый этап в карьере, но теперь в качестве тренера. Будете ей помогать?

— Конечно. Я надеюсь на нее, она прошла большую школу сборной команды. Она была безупречно сильной спортсменкой, и с этим никто спорить не будет, но как тренеру ей еще нужно учиться. Группа — самый сложный вид синхронного плавания. Но ведь не просто так она завоевала столько медалей — у нее хорошая голова и сильный характер: она может повести команду. Так что надеюсь на Светлану и верю в нее.

— Какими личными качествами должен обладать тренер?

— Как я всегда говорю, хороший тренер должен быть с «диагнозом», он должен быть «болен» спортом. Тренер должен жить работой, только тогда будет успех. Закончил вовремя и пошел заниматься личными делами — так не получится.

У меня был очень хороший коллектив тренеров все эти годы, и это очень важно. Тренеру сложно работать в одиночестве, должны быть те, кто поддерживает, не переходят дорогу, а помогают. Должен быть хороший климат в коллективе. Когда ты выходишь на определенный уровень, когда работаешь на победу, рядом должны быть преданные люди.

Я начинала, когда Елена Полянская работала с индивидуальными видами: она шла в своей работе от образа. Она создала нашу первую солистку Ольгу Седакову, которой рукоплескал весь мир. Она создала солистку Ольгу Брусникину, которая на протяжении многих лет была недосягаемой. Затем за индивидуальные виды стала отвечать Татьяна Данченко — тоже «больна» работой, создавала прекрасные дуэты, всегда очень внимательно относилась к подбору музыки. Я не всегда этот выбор понимала, но, посмотрев на соревнованиях, соглашалась. Она воспитала таких солисток, как Наталья Ищенко и Ромашина.

Максимова вообще у нас театрал и человек из искусства! Продолжает дело мамы, великого тренера Марии Максимовой, с которой я начинала работать в синхронном плавании. Мария в композициях шла от шоу. Они работали в одно время с Зоей Барбиер, которая, напротив, шла от спорта, от техники. Со мной бок о бок работала чемпионка СССР Елена Грызунова, Екатерина Пискарева, которая ранее тренировала юниорскую команду. Они создавали и создают синхронное плавание. Дай бог, чтобы они продолжали это делать. На них еще долго может держаться хороший уровень нашего синхронного плавания. Они неравнодушны, что очень важно.

— Тренерство на таком уровне — это одержимость?

— Да! Только так куется победа. У меня всегда были тренеры-кумиры. Например, Сергей Михайлович Вайцеховский, создавший потрясающую команду пловцов в сборной СССР. Он был тренером такой мощной организации! Я всегда равнялась на Анатолия Владимировича Тарасова, он был кумиром для хоккеистов и болельщиков всего хоккейного мира. Он вел команду к победе. Тренер по фигурному катанию Станислав Алексеевич Жук, в прошлом главный тренер по волейболу Николай Васильевич Карполь! Это тренеры-гиганты и легенды. На них всегда можно равняться, нужно не забывать об этих именах.

— Есть мнение, что сейчас молодые кадры как никогда сложно удержать в профессии.

— Всегда так было. Сейчас просто жизнь поменялась. Поначалу мы работали за какие-то маленькие деньги. А сейчас мало кто может жертвовать благополучием во имя работы. Все хотят быть обеспеченными, хорошо одетыми, чтобы было согласие в семье. И сейчас в спорте очень много коммерции — групп, где можно не очень много работать, а получать гораздо больше. Как правило, там работают люди, у которых нет увлеченности, того самого «диагноза». У нас в синхронном плавании, как оказалось, есть тренеры, которые готовы вести спортсменов к высоким целям.

— Ваши спортсменки, да и Саша Мальцев, всегда говорят: «Главное, чтобы тренеры были довольны».

— Это точно (смеется). Я тренер-максималист, и девчонки знают, что понравиться мне — это высший пилотаж. Мы, тренеры, видим даже больше, чем судьи. Если тренер доволен — а со мной это редко случается — значит, все получилось и будет победа. И даже если победы не будет, все равно сработали хорошо. Иногда смотрю, как тренеры других сборных улыбаются во время композиции, кричат, показывают, что все окей. Мне бы, может, тоже так хотелось сделать, но я так просто не умею. Я по-другому работала, я вела своих спортсменок, особенно в акробатических элементах. Стояла и про себя проговаривала эти элементы, и мне казалось, что они эту поддержку чувствуют. Это очень важно. И Мальцев тоже знает, что понравиться тренеру — это 80% успеха. А если не понравился, то лучше не подходите близко.

«МОЛЬБА» И ВДОХНОВЕНИЕ

— В следующем году исполнится 10 лет победам на Играх в Рио-де-Жанейро. Тогда у группы была совершенно невероятная по красоте программа «Мольба», глубоко личная для вас. И сама Олимпиада была очень непростая.

— Да, там у нас впервые на Олимпиаде случился аврал с бассейном — вода пошла грязная, ее сливали, нагревали. Но с самого начала чувствовали, что победим. У нашей команды был очень сильный состав и воля к победе. И когда мы делали эту композицию, чувствовалось, что на нее среагирует зритель, что она будет трепетной и выразительной. Это была композиция — обращение к небу. А дуэт в Рио показывал программу «Русалки». На этой олимпиаде была очень сильная команда, и все говорили, что мы инопланетяне на фоне остальных.

— Считаете, что это была лучшая программа? Или не выделяете для себя какую-либо из постановок?

— Она была очень личная, были трагические события. Когда мы составляли эту композицию — а я вообще ничего не хотела составлять — девчонки очень подбадривали меня. Она была очень трепетная и серьезная. Но у нас было много особенных программ — например, «Карнавал». Музыку я писала в Бразилии, очень веселая, задорная. Но музыка остановилась прямо во время выступления на Олимпийских играх, и это тот случай, когда не было бы счастья, да несчастье помогло. И когда ее доделывали, когда девочки проявили себя по-лидерски — это был настоящий карнавал. Что ни Олимпиада, то герои. Просто герои.

— Кто ваши олимпийские герои из других видов спорта?

— Мне запомнилась в Лондоне победа наших волейболистов. Когда ничего не складывается, а команда собирается так, чтобы победить, такие победы особенно ценные. В баскетболе тоже есть такие примеры.

— А индивидуально какие олимпийские истории вас вдохновили? Алексей Немов, например?

— Это вообще что-то невероятное! Он повел себя как герой, смог успокоить публику, а она редко так выражает протест по поводу оценок. Это была победа, хоть и не зафиксированная в протоколе.

— Почему в России так успешны все «художественные» виды спорта?

— Думаю, это связано с нашими советскими традициями — в хореографии в целом и с балетом в частности. Мы на этом выросли, никуда не денешься. Мы всегда шли от танцев. Хотелось бы это сохранить, иначе будет сплошной автоматизм и никакой души в композициях. И многие страны сейчас тоже перестроились, они равняются на кумиров. Ими были мы, испанцы с фламенко, китайцы с их постановками от национальных танцев. Думаю, такие традиции останутся. Я смотрю художественную гимнастику по новым правилам и понимаю, как это сложно работать — сплошное жонглирование, а в это время ноги выплясывают ту же хореографию, тот же балет. И в гимнастике, и в синхронном плавании мы всегда занимались станком, классической хореографией. На ней росли наши спортсмены. Дай бог, так и будет дальше.

«НОГИ-НОГИ» И НОВАЯ ВЫРАЗИТЕЛЬНОСТЬ

— И вас никто не удивил на чемпионате мира в Сингапуре?

— Думала, что мы увидим команды, которые ушли от нас далеко вперед, и даже разочаровалась. Синхронное плавание как-то… остановилось. Считаю, что эти правила откинули наш прекрасный вид спорта далеко назад. Он основывался не только на технике, но и на эмоциональном творческом исполнении. И вдруг новые правила, которым мы не могли препятствовать. «Ноги-ноги», как я это назвала. Если и есть творчество, то его очень мало. Я и мои ведущие тренеры были в шоке, было грустно, во что превратили наш вид спорта. Знаю, что сейчас международная федерация пытается что-то поменять. И надеюсь, что все вернется если не в прежнее русло, то в похожее. Сейчас ситуация вызывает тревогу.

— Что нужно делать, чтобы к чемпионату Европы снова быть в лидерах? Или просто должен пройти период адаптации и чтобы к нашему возвращению привыкли?

— На чемпионате мира в Сингапуре все сборные были немножко в шоке, так как техника у нас осталась очень серьезная, даже получше, чем у стран-лидеров. Они увидели, что мы как были лидерами, так и остаемся. Конечно, нам нельзя почивать на лаврах, нужно расти и искать пути этого прогресса. Но не нужно забывать, что судейство всегда было субъективным и сейчас остается таковым. Хочется, чтобы оценки ставили не странам, а спортсменам, выполняющим программы.

— Какой должна быть идеальная солистка в вашем понимании?

— Такой, как Ольга Седакова, Наталья Ищенко, Ольга Брусникина, Светлана Ромашина и Светлана Колесниченко. Яркие девочки с блистательной техникой. И они должны быть самыми выразительными и артистичными. В Сингапуре смотрела соревнования солисток и грустила.

МУЖСКОЙ ВОПРОС

— Как считаете, команда с мужчиной в составе может завоевать золото Олимпийских игр в 2028 году?

— В принципе, да. Как оказалось, это вполне приемлемо, если композиция построена так, чтобы парень не выделялся. А то у Испании вся композиция была сосредоточена на парне. Считаю, это неправильный путь. Если все правильно составлено и работа техничная, то все возможно. Убедилась воочию. Но это сложная работа. Говорят, что мужчины помогают в поддержках. Но поверьте, это сложно. Иногда мужчина даже больше мешает в поддержках. И, конечно, нужно, чтобы он постоянно работал в группе. Но я думаю, что синхронное плавание пойдет по этому пути. Они считают мужчин в группе ноу-хау, а мне это по-прежнему режет глаз, привыкла видеть восемь пар одинаковых ног.

— Вы пробовали ставить Сашу Мальцева в группу?

— Да, выглядело это хорошо, не резало глаз, что это мужские ноги. Но выдержать на чемпионате мира три программы в группе, если ты еще и выступаешь в двух программах с дуэтом и в двух соло, это сложно.

— Вы привлекли к работе Рому Измайлова как тренера по акробатике. В связи с новыми правилами в синхронном плавании стало больше разных специалистов? Или все как раньше?

— Я в принципе давно работаю с акробатами, но это действительно были акробаты. А Рома — тренер-акробат, работает на том же уровне, что и мы. Он изучает новые правила, очень волнуется, как девчонки будут готовы к соревнованиям. Волнуется даже больше, чем я!

— Как вы работали над выразительностью? Привлекали актеров, водили спортсменок на балет?

— Я знаю, что Данченко приглашала спецалиста из театра для работы над артистичностью. Работа сложная. Думаю, что по мере возможности будем привлекать артистов театра, например. Другое дело, что пока я действительно не понимаю, по какому пути пойдет синхронное плавание.

Никто ведь не сможет сказать, что Ищенко или Брусникина не были выразительными. Брусникина читала Сервантеса, чтобы лучше показать образ девочки «Кармен». Ее тренер Елена Полянская шла от образа. Наши композиции вообще всегда этим отличались.

— Вы про то, что мимика должна выражать образ, создаваемый в программе?

— Да, именно так, а то у нас в синхронном плавании сейчас странное происходит.

«МНОГОЕ НУЖНО НАВЕРСТЫВАТЬ»

— За эти годы, наверное, накопилось много отложенного «на потом». Какие планы? Путешествовать, просто полежать или, может быть, шкаф разобрать?

— Покопаться в женском шкафу — это вообще такое удовольствие! Можно найти столько вещичек, которые годами там лежали, а ты о них забыла. И когда отдыха мало, полежать и посмотреть телевизор — тоже большое дело. Я это обожаю. Я в этот момент как бы общаюсь с кем-то другим, проживаю эту историю. Переключение для мозгов — это важно, они должны отдыхать от работы.

Конечно, много осталось нереализованного. Пока даже не хочу об этом задумываться, плюс есть свои секретики. Что было в жизни во время синхронного плавания? Были и походы в кино, и в театр, и на концерты. Всегда успевала это делать, пусть и редко, бегом. И, конечно, мы, тренеры с диагнозом, мало общаемся с детьми. Вспоминаю, что мое общение с ребенком до определенного момента было в формате «вот придет мама — разберемся», «что ты сделала, что не доделала». То есть это все существовало в форме такого назидания, что неправильно, но иначе на тот момент и быть не могло. Это нужно наверстывать.

Я была настолько далека от дочери, которая училась и была под присмотром моей мамы. Но бог нам помог, свел нас в Испании, где мы жили камерно — я и дочка. И вот тогда началось сближение. А ведь могло сложиться иначе! Смотрю на многих актеров — с детьми у них бывают неудачи, как будто не получилось контакта. Это издержки работы для тех, кто болен своим делом.

— Что можете сказать в качестве напутствия?

— Я верю, что синхронное плавание остается и всегда будет одним из самых интересных и зрелищных видов спорта! Мы все в России верим в это и безмерно любим наш вид спорта!

Юлия Ефимова: «Идеальное окончание карьеры — я выступаю до 2028 года, отбираюсь на Олимпиаду в Лос-Анджелес и беру там золото»

Трехкратный призер Олимпиад и шестикратная чемпионка мира Юлия Ефимова в большом интервью «Матч ТВ» заявила, что только олимпийская мечта держит ее в спорте.

Я сразу скажу, что сейчас никто от Юлии Ефимовой не требует результатов, которые будут соответствовать золоту Олимпиады. Великая спортсменка выступает на чемпионате России на короткой воде в Казани на фоне травмы, не показывая свое лучшее время.

Но мечта живет, и Ефимова плывет, и об Олимпиаде в Лос-Анджелесе говорит, хотя там ей будет 36 лет. По меркам хоккея — это как в НХЛ играть в 50. С другой стороны, был же Горди Хоу…

Из интервью Юлии Ефимовой вы узнаете:

• какую травму получила спортсменка;
• как бороться с самокопанием;
• что Юле говорят в сборной России;
• сколько стоит плавательная карьера;
• почему Ефимова задумывается о переезде в Геленджик.

«Иногда задаюсь вопросом: «А нужно ли мне это?»

— С каким настроением вы приехали в Казань на чемпионат России по плаванию на короткой воде? Чего от себя ждете?

— Хочу просто тут простартоваться и улучшить свое время, которое у меня было официально в прошлом году.

— Почему вы здесь не плывете 200 метров брассом?

— К сожалению, меня немного подводит травма. Можно терпеть на 50 и 100 метрах, там амплитуда не такая широкая. А вот с 200 метрами тяжеловато, и мы решили эту дистанцию даже не трогать.

— А что за травма?

— Еще в феврале я травмировала приводящую мышцу. Пах — это хронические проблемы брассистов. В таком случае ты сбрасываешь нагрузки, принимаешь противовоспалительные, делаешь физио. И через три недели всё проходит.

Но на этот раз не прошло. Травма беспокоила весь чемпионат России в апреле, и на «Маре Нострум». Там я решила, что снимаюсь и больше никуда не еду, буду лечиться.

Думала, что отдохну, и всё пройдет. Но нет — и получилось, что два месяца летом я провела в ФМБА. Ходила туда ежедневно как на работу, проводила там по три-четыре часа. Доктора делали мне уколы, физио, ЛФК, массаж. После всего этого стало полегче, но до конца не прошло.

Брассом я вообще не плавала. Поддерживала форму, но другими стилями. А в сентябре решила снова поплыть брассом. Папа-тренер не хотел, чтобы я опять начинала: «Здоровье — это главное».

Я ответила: «Всё понимаю, но уже не могу. Если я снова больше плавать не буду, то точно закончу карьеру». У меня не будет сил на еще один рывок после длительного перерыва. Потому что три месяца это и так очень много.

И мы начали снова тренироваться. Травма еще есть, но я нашла более-менее короткую технику, чтобы не так сильно напрягать ногу. Ну и плыть терпимо.

Травма приводящей мышцы очень долго проходит. А это же мой хлеб — это основная мышца, которая работает в брассе. Когда она болит, то тяжеловато.

— Какая у вас сейчас главная мотивация? Например, чемпионат Европы-2026 в Париже.

— Это прекрасный ориентир. И хорошая мотивация. Но я сейчас нахожусь немного в подавленном состоянии. Может, из-за травмы, или потому что наступают холода. И вроде как я работаю, но не вижу особой отдачи. Хотелось бы выйти на какой-то свой уровень, который у меня был до этого.

Пока это не получается. Конечно, опускаются руки. Да еще идет давление со всех сторон. Даже в моем окружении иногда спрашивают: «Зачем тебе это надо?» И я тоже стала задавать себе этот вопрос: «В самом деле, а зачем?»

Особенно когда ничего не получается. Если бы у меня было какое-то просветление, если бы я отобралась на чемпионат мира в Сингапуре, получила бы эмоции от этого праздника, то настроение было бы другим. А так у меня и травма, и не отобралась, и всё это накапливается. Поэтому иногда встает вопрос, который сам себе задал Андрей Минаков на чемпионате мира: «Когда столько тренируешься и не даешь результат, то зачем это надо?»

Вроде есть мотивация, плавать хочется, но иногда возникают вопросы в голове: «А нужно ли мне это?» Наверное, я вправду немного устала. Нужно отдохнуть, и все будет хорошо.

«Меня федерация очень поддерживает. Так необычно!»

— Недавно вы сказали, что у вас еще есть шансы на олимпийское золото. И они выше 50%.

— Я так сказала?

— В августе этого года. Ну, так цитируют.

— Не очень помню. Но шансы всегда есть. Уже потому, что на Олимпиаде теперь будет дистанция 50 метров брассом. Да, это лотерея. Но в ней можно выиграть.

Вот мечта об олимпийском золоте и держит меня в спорте. И если бы Олимпиада-2028 проходила в другом месте, то навряд ли. А тут — Лос-Анджелес. Город, в котором я провела много времени. Это мне очень интересно. И нужно на свою пятую Олимпиаду отбираться. А то четыре — не туда, не сюда. И попасть в Париж-2024 не получилось.

Вот это меня держит. Но иногда очень тяжело — когда идут тренировки, и нет результата. Но меня федерация очень-очень поддерживает. Так это необычно! Раньше ведь был игнор. При этом я была номер один в мире. А теперь — вторая-третья на чемпионатах России. И все равно приехала на сборы в Кабардинке, и многие тренеры в сборной ко мне подходили и говорили: «Тебя не хватало на чемпионате мира. Ты нам нужна». Так и сказали: «Отбирайся, мы тебя ждем!»

Даже главный тренер сказал: «Ты нам точно нужна уже в эстафетах. Одному человеку тяжело плыть все дистанции и утром, и вечером». Но и на вечерних дистанциях меня ждут.

— Где вы будете выступать в этом году?

— Планирую еще на Кубке Сальникова в декабре.

— А как вы по жизни получаете хорошие эмоции? Нужен всплеск эндорфинов!

— Это бывает, когда на сноуборде можно покататься в Сочи. Или когда перед этим чемпионатом я выбирала себе купальник. Хожу яркая, и мне комплименты делают. Даже приехав в Казань, я чувствую, как у меня поднялось настроение.

— Как вы отнеслись к тому, что все водные виды спорта разблокировали, допустив к международным стартам?

— Вот видите, как работают люди в нашей федерации. Это колоссальный прорыв! Вообще у нас сразу же стали видны перемены внутри федерации. А теперь и снаружи. Это прям бросается в глаза. Даже с ребятами общаюсь — они говорят, что и на базе «Озеро Круглое» есть изменения и по еде, и по бытовым вопросам.

Главное, что нас всех допустили. И даже до последнего шла борьба за чемпионат Европы-2025 в Польше. Я знаю, в федерации делали всё что могли, чтобы наши ребята могли там выступить.

— Ну ничего, до Парижа-2026 недолго осталось ждать. Но есть проблема: говорят, что теперь шенген не будут давать как мультивизу. 

— Это большая проблема, если хочешь выступать в Европе. Я на связи со своими трэвел-агентами, они сказали: «Если хочешь летом куда-то поехать во Францию, нужно уже подавать документы».

«Плавание — это дорогой вид спорта»

— Вы находите время болеть за футбольный «Спартак»?

— Полтора месяца были тяжелыми, я вылетела из новостей. Даже не вспомню, когда последний раз смотрела футбол или хоккей. Вот только в августе–сентябре приходила на стадион. Ни телевизор не включаю, ни фильмы не смотрю.

Куча всего навалилось, а еще — домашние дела. Но это было нужно — три недели побыть дома, потому что я всегда где-то мотаюсь и летаю. А тут хоть остановилась, вдохнула и выдохнула.

— Хороший кружок вы записали в Telegram: идете по Волгодонску, звенящая тишина, никого нет.

— Я могу на соревновании сиять, улыбаться, всех заряжать энергией, но потом чувствую большое опустошение. И мне нужно укрыться в очень нелюдимое место. Я заметила: чем старше становлюсь, тем больше это нужно.

Даже когда с собакой гуляю, то всегда выбираю безлюдные тропы. Я не люблю, когда много народу, по набережной не пройти. Мне лучше в лес или на речку, где спокойно и тихо, где собаку можно отпустить с поводка.

— Вы по России гоняете на олимпийской машине?

— Чаще всего на автомобиле, но бывает, что на самолете или на поезде. Просто покупаешь билет Джасперу, и всё.

— Машина за Олимпиаду-2016 в Рио?

— Нет, малышка с Лондона-2012. Пробег там не такой большой для ее возраста. В первые 10 лет на ней почти никто не ездил. А потом я вернулась из Америки и начала на ней гонять.

— Каким вы видите идеальный сценарий завершения своей карьеры?

— Я выступаю до 2028 года, отбираюсь на Олимпиаду в Лос-Анджелес и беру там золото. Это был бы красивый конец сказки. Что я когда-нибудь в этой жизни выиграю это золото наконец-то уже!

— Если представить, сколько денег вы вложили в эти годы карьеры…

— А как я могу не вкладываться, если золото Олимпиады это моя мечта?

— Сколько вы тратите в месяц на плавание?

— По-разному. Когда живу в Волгодонске, то ничто не уходит. В мой бассейн пускают плавать бесплатно. Жилье у меня там тоже есть, единственное. Нужны только еда, фармакология, массаж, восстановление.

— Ну, а за год сколько выкладываете?

— Всё зависит от того, где проходят сборы. Вот я ездила в Кабардинку, и просто за жилье отдала 120 тысяч рублей. Но мне разрешили плавать со сборной, поэтому бассейн бесплатно. А так аренда дорожки в больших городах стоит 6-8 тысяч в час. И нужно два часа на тренировку. Маленькие города — это 4-5 тысяч рублей.

— Пять миллионов рублей в год выходит?

— Учтите еще дорогу — машина, поезд. Когда лечу из Москвы, то оплачивает московская федерация, за которую я выступаю. Я столько не зарабатываю, сколько трачу на свои хотелки в плавании. Зато у меня есть спонсор, который покрывает почти всё.

Вот для того и нужны спонсоры, чтобы развивать плавание. Это недешевый спорт, поэтому всегда приходится искать поддержку.

— Ездите со сборной России.

— Я уже не в том возрасте, чтобы сидеть на долгих сборах. Хотела провести два сбора за границей, но у меня сейчас недостаточно рейтинговых очков. Если их наберу, то поеду. Надо выполнить нормативы.

У меня же собака, я много и не летаю. Мне предпочтительнее оставаться в России. Но когда такие унылые месяцы как ноябрь и февраль, то я хотела бы тренироваться там, где солнце.

Вот в январе поеду в Кисловодск. Посмотрим, что там будет. И мне очень нравится в Кабардинке. Я очень полюбила Геленджик. Вообще думаю о переезде туда. Там море, горы и шикарный бассейн на 50 метров.

— А в Адлере — нет.

— Я уже сколько лет умоляю, чтобы там построили бассейн. Там столько олимпийских объектов! Поставьте рядом с футбольным стадионом, например. И он будет очень востребован. Туда со всей России поедут на сборы. Верю, что в Сочи однажды такой бассейн откроют. И я тогда сразу туда перееду. Ну, а пока нет, то возможен Геленджик.

— Доплывайте до Лос-Анджелеса и берите золото. В конце концов, мечты можно визуализировать.

— Сколько я уже лет визуализирую, и пока не получается! Но надо работать, только так что-то возможно.

«Не спала всю ночь, была в шоке, что у меня в руках медаль». Кирпичникова о годе после ОИ

Тысячи зрителей кричали ей «Ана» с трибун на парижской Олимпиаде.

Анастасия Кирпичникова в свое время стала первой россиянкой, выступившей на Играх в плавании и в бассейне, и на открытой воде. Уже к тому моменту она несколько лет тренировалась во Франции. К Играм в Париже Кирпичникова сменила спортивное гражданство на французское и завоевала серебро на тяжелейшей дистанции 1500 метров, проиграв только Кэти Ледеки. Поговорили с ней о жизни «после того, как все случилось» и о том, как перезагрузиться на новый цикл.

— В Сингапуре вы сказали, что вам надо было отдохнуть после Олимпиады, потому что иначе вы не сможете выступать до Лос-Анджелеса. Восстановление после Олимпиады шло настолько тяжело?

 — Оно до сих пор идет тяжело. Даже больше эмоционально. Очень тяжело воспринять, что нужно все это заново делать. И хочется что-то поменять в своих тренировках.

— В Париже вы сказали, что после медали эмоционально нужно было переварить всё перед дистанцией 800 метров. Вы не привыкли к такому вниманию? К таким эмоциям?

 — Это была мечта детства и когда она исполняется, это невероятные ощущения. Я смогла завоевать медаль, я шла к ней и даже не настраивалась на несколько (медалей), особенно со всеми ситуациями, которые были перед Парижем. Я думала, что у меня вообще нет шансов. И когда все это случилось, меня просто не хватило психологически еще на одну дистанцию.

— Потому что это была не просто медаль, а весь этот ажиотаж и трибуны, которые кричали «Ана!»

— Это правда было очень приятно, я шла к тому, чтобы были увидеть такие эмоции у людей… Но на тот момент я даже не могла переварить все случившееся. Но многое поменялось после Олимпиады, в том числе в моей самооценке. Я стала намного увереннее в себе. Да, может быть, результаты у меня немного похуже, чем тогда, но это связано с тем, что я пока не готова начать тренироваться так, как делала это до Олимпиады.

— Это было адски тяжело?

— Да. Столько слез было пролито, сколько было всего. Люди видят только, когда выигрываешь, думают, что это легко, а сколько всего стоит за этим, они не думают.

— Были проблемы со здоровьем?

— Нет, со здоровьем перед Олимпиадой не было никаких проблем. Просто случилось выгорание прямо за месяц перед Олимпиадой. Я не знаю, как с этим справилась. Иногда я уходила с тренировок, потому что тренер видел, как мне плохо. Он говорил: «Ну все, выходи из воды».

— Ваш суровый тренер может такое сказать?

— Уже да. Раньше не мог. Сейчас уже намного лучше стало. По крайней мере, со мной он точно стал мягче, потому что я уже свою основную цель выполнила, а сейчас нужно дальше искать мотивацию.

— Помните свое первое утро с медалью?

 — У меня не было утра с медалью, потому что я в практически не спала всю ночь. Помню, была в шоке, что вот она у меня в руках. Но мне нужно было плыть эстафету. Возможно, стоило с утра с нее сняться — 800 метров были на следующий день, но я думала, что всё смогу. В принципе нормально проплыла, но в финал мы, конечно же, не попали. Больше так не буду делать.

— Понимаете, как Кэти Ледеки раз за разом возвращается в топ после каждой Олимпиады?

— Нет. Вот серьезно, я не понимаю. Думаю, у нее вообще отпуска нет. Она просто целый год плавает. Хотя, может быть у нее есть выходные (улыбается). Слышала, она, по-моему, в какой-то год все-таки отдыхала.

— Ощущение праздника когда поймали? Когда вас возили на Трокадеро?

 — Да! Вот это было очень классно. Климу показывала, как там было всё, около Эйфелевой башни. Он сказал, что это реально круто. Тогда я и прочувствовала праздник, что это всё только для нас. И, конечно, для нас это по атмосфере иначе было, потому что это домашняя Олимпиада, можно сказать. Такие были овации. И фамилию мою болельщики как-то выучили… бедные.

— Праздник продолжился?

— Дома попраздновала немножечко. Но я почему-то стесняюсь говорить о своей медали, мне кажется, это хвастовство какое-то.

— У вас синдром самозванца?

— Я не знаю. Ходили с подружками тусить, они говорили на весь клуб, что у нас тут призер Олимпийских игр, но мне как-то неловко из-за всего этого, хотя понимаю, что я эту медаль заслужила. Сейчас постепенно научилась принимать это, ищу новые цели.

— Ходили к психологу?

— Пробовала после Олимпиады перед чемпионатом мира на короткой воде. Я должна была пойти в отпуск на 6 месяцев, но мой клуб вызвал меня на чемпионат Франции, так как он был в моем городе. А потом уже был чемпионат мира. И вместо шести запланированных месяцев я отдохнула два с половиной. В тот момент и начала заниматься с психологом. Это продолжалось месяц.

— Сейчас сами с этим справляетесь?

— Я пока не справляюсь, если честно. В Сингапуре эмоционально было очень сложно. Я очень быстро плавала на тренировках, но, так как начала тренироваться только в апреле, естественно, времени не хватило. Тренер сказал: «Это нормально, ты ведь плаваешь 1500 метров, а не «сотню». И то, что за три месяца ты в финал попала, это уже очень хорошо». Но я максималист, мне этого недостаточно.

— Всегда была убеждена, что вы делаете невероятные вещи. Еще с юниорских времен. Но вы так скромно об этом говорите. То есть журналисты «Кирпичникова — крутая», а вы так сдержанно это воспринимаете. Мешает такое по жизни?

— Почему мешает? Скромность украшает.

— Вы же понимаете, что это, безусловно, итог хорошего воспитания и хороший тон, но в реальной жизни сейчас другие тренды.

— Согласна. Сейчас нужно говорить о себе, чтобы привлекать внимание. Сейчас нужно говорить, какая ты классная. Пока я этому не научилась. Надеюсь, когда-нибудь сумею так делать.

— Нет желания вернуться на открытую воду?

— Нет, ненавижу ее (смеется).

— Благодарили Бога за то, что не отобрались на нее и не плыли в Сене?

 — Да, я потом этому радовалась.

— Из-за качества воды? Шарон ван Раувендал колола антибиотики.

 — Да. Все знают, какие были условия. Сборную Франции обязали ставить какие-то прививки за полтора месяца до Олимпиады. На самом деле, если говорить об открытой воде, я бы попробовала нокаут на 3 км. Но это так, разочек. И то — не в Сене.

— Сократили сейчас объемы тренировок?

— Да. Сейчас плаваю по 6,8—7 км, раньше было по 8-8,5. Но это когда я открытую воду плавала. А сейчас, да, уменьшили. Ну и мой тренер дает мне немного свободы, потому что видит, как мне тяжело настроиться заново на все это. Настраивалась на чемпионат мира в Сингапуре. Быстро плавала на тренировках, полностью отдавалась. Но у меня опять не получилось то, как я хотела, и меня очень подкосил этот момент. В новый сезон зашла замотивированной, но потом опять как переклинило — все, ничего не получится. У меня есть такая проблема в голове, хотя я прекрасно понимаю, что могу хорошо плыть, просто пока морально не готова.

— Стайерские дистанции вымораживают эмоционально?

 — Очень. Я всегда думаю: ну почему я не плаваю 50 метров. Очень это тяжело. В детстве, конечно, этого не понимаешь. Когда тебе 20, 21 год тоже. Мне сейчас тоже не очень много лет, но это сложно. Это намного сложнее, чем спринт, и энергозатратнее.

— Истории про депрессию у пловцов уровня Фелпса и Пити из-за монотонной работы — это все туда же?

— Да. Тем более, когда одно и то же каждый раз, каждый год, каждую тренировку. Это очень-очень-очень сложно.

 — Как отвлекаетесь? Ходите на шоппинг?

— Для девочки, я хожу на шоппинг редко. Если увижу какую-то вещь в соцсети, люксовую, и мне понравится, пойду и куплю, чтобы себя как-то порадовать. Но шопоголизма у меня нет.

— Полежать на диване любите?

 — Обожаю, хотя на самом деле сейчас поменьше. Я очень рано просыпаюсь, высыпаюсь очень быстро, не могу долго лежать. Если, конечно, сериальчик посмотреть, могу и подольше полежать.

— А как отрываетесь?

— Раньше отрывалась, выходила куда-то. После Олимпиады со сборной Франции много тусили, ходили в клубы. Сейчас у меня отрыв — сходить в кино, в хороший ресторан и полежать после сериала.

— Что мы знаем точно, так это то, что вы ходили в парк развлечений в Сингапуре!

— После 1500 м я расстроилась. Вообще хотела сняться с 800 м, даже всем сказала, что не поплыву, а в итоге стартовала — даже журналисты удивились, потому что я им говорила, что не буду плыть 800 м. Но было два дня отдыха между дистанциями, пошла в парк аттракционов, погуляли, купили очки. И потом решила, что надо плыть 800 м, я же Настя Кирпичникова, и если есть хоть один шансик, я его не упущу.

— Откуда это в вас?

— Мама говорит, что это у меня от бабушки. Она с очень сильным характером.

— Хочется иногда побыть слабой?

 — Я сейчас слабая, такая девочка-девочка.

— Мы говорили с Машей Каменевой о том, что в других сборных есть практика брать не то что бы даже паузу в карьере, а хотя бы просто несколько месяцев на отдых. У наших спортсменов такой практики практически нет. Вы тоже так чувствуете? В вас так это заложили?

 — Да, такое не было принято. Но я начала учиться отдыхать. Мне кажется, что сейчас как раз такой момент, что если я продолжу себя нагружать, в скором времени завершу карьеру. Нужно чуть-чуть выдохнуть и просто пожить для себя.

— Прямо сейчас какой у вас ориентир по стартам в голове?

 — Чемпионат Европы 2026 года в Париже. Это моя цель, буду работать для этого.

«Челлендж за деньги? Просто поднимите призовые за рекорд мира». Колесников — о ЧМ и дальнейших планах

Вспомнили все эмоции чемпионата мира в Сингапуре и поговорили о планах на 2026 год.

Рекордсмен и чемпион мира Климент Колесников готовится стартовать на чемпионате России по плаванию на короткой воде в Казани. Для него этот сезон ознаменовался возвращением на международную арену и первым личным золотом на длинной воде на чемпионате мира в Сингапуре. Поговорили обо всех эмоциях лета и планах на сезон-2026.

— Климент, сколько отдыха себе позволил после чемпионата мира?

— Отдохнул я до 27 августа, так что было плюс-минус недели три. Хорошо съездил в Санкт-Петербург с ребятами. Погуляли, прыгнули с парашютом, походили по ресторанчикам.

— Все прыгнули?

— Да. Я, Паша и Илья (друзья Колесникова — прим). Понравилось, очень необычный опыт.

— Это из чек-листа «успеть сделать к 25 годам» или просто «а давайте попробуем»?

— Да просто сидели, увидели рекламу и на следующий день решили поехать и прыгнуть.

— Это самое экстремальное, что успел сделать в жизни на данный момент?

— Думаю, да.

— Еще есть какие-то планы по экстриму? Прыгнуть с тарзанки с моста, еще что-то в этом духе?

— Нет, с тарзанки прыгать не особо хочется, но с парашютом еще бы прыгнул.

— В плане эмоций как долго отходил от чемпионата мира в Сингапуре?

— Буквально пару дней. Ничего нового, так скажем, для меня не произошло. Сразу в отпуск, на отдых. Как только закончил с походами по студиям, сразу отключился.

— Классическое «медаль — это классно, но идем дальше».

— Так оно и есть.

— От тебя всегда максимально спокойная реакция на любое достижение. Все-таки первый чемпионат мира за столько лет и личное золото! Первое в карьере на длинной воде.

— В моменте, на соревнованиях, были эмоции. Все это было. Но как только заканчиваются соревнования, проходит пара дней, и ты уже не думаешь об этом.

— Сделали разбор всего произошедшего с тренером? Как ты сам сказал: неделя чемпионата мира по эмоциям была похожа на американские горки.

— Вся проблема в том, что подготовка не была полностью завершена. Были какие-то ошибки, которые в итоге сказались.

— На твоей «сотне».

— Да.

— Как сейчас обстоят дела с кролем? Есть амбиции на высокие результаты?

— Конечно. Просто сейчас такой период получился, что кроль немножечко отстал. Над этим нужно работать. Плавать мне его хочется, но посмотрим, как будет складываться. На сегодняшний день ничего не могу сказать, пока просто работаем. Увидим, как оно будет на соревнованиях.

— Но кроль не вычеркиваем? Нет такого, что планируешь сосредоточиться только на спине.

— Нет, нет, нет.

— На чемпионате мира ты смотрел комбинированную эстафету с трибун. Там была буря эмоций!

— Мне очень хотелось, чтобы ребята победили. Самый последний день, эстафета. Болел сильно, переживал. В эстафете всегда борьба по-другому ощущается, не как на личных дистанциях. Тем более когда ты уже все свое отплыл и смотришь финальную эстафету. Это были ощущения из тех времен, когда мы плавали по юниорам и ездили на международные соревнования. Как, например, это было на юношеских Играх в Буэнос-Айресе. Давно я так не стоял на трибунах.

— Перед чемпионатом мира было ощущение, что рубеж падет и наконец-то будет золото в этой эстафете? Понятно, что рейтинги и расклады мы все видим, но внутри команды какие были ожидания?

— Настраивались на борьбу. А уверенность в том, что близки к золоту, думаю, появилась после предварительных заплывов. Рассчитывали побороться. Обычно выстреливают то китайцы, то американцы, то итальянцы, но в этот раз все сложилось в пользу нашей команды.

— Тема с очками Шрека не до конца раскрыта. Понятно. что поспорил с Настей Кирпичниковой. Но с чего вдруг?

— Настя пошла в местный Диснейленд и купила там очки. Я попросил ее взять мне такие же. Она сказала, что купит, но когда выиграю, должен в них выйти. Вот так и получилось. Наколдовала мне.

— Какие планы на оставшуюся часть года? В прошлом году пропускал Кубок Сальникова.

— После чемпионата России будет чемпионат Республики Беларусь и Кубок Сальникова. И на этом все.

— Много было разговоров по поводу изменений в квалификационных стартах. В следующем сезоне будет два шанса отобраться — Кубок в апреле и чемпионат летом. У тебя какой вариант в приоритете?

— Для меня ничего не меняется. Буду и к весне работать, и к июню. Но мне, скорее, ближе вариант с отбором попозже, чтобы организм пришел в себя после зимы. В апреле плавать — привычное дело.

— Хотелось бы выступить на этапах Кубка мира по плаванию на короткой воде?

— Было такое желание, но не получилось. Это было сложно реализовать, как понимаю.

— В этом году перед Сингапуром были «Маре Нострум» и «Семь холмов» в Риме. Хочется повторить такой график в следующем сезоне?

— Да, это хорошо вписывается в подготовку и помогает. Другое дело, что я немного приболел, поэтому не проплыл нормально на этих соревнованиях.

— Сейчас всех в интервью спрашивают про Enhanced Games — «Олимпиаду на стероидах». Знаю, что ты спокойно к этому относишься. Вопрос — почему?

— Да, я к этому отношусь максимально нейтрально. Кому-то из ребят это выгодно — им предлагают хорошие деньги, они подписываются выступить. А кто-то держится за моральные нормы, которые прививали с детства, и вся эта идея не укладывается у них в голове. Не могу сказать, что я против, но участвовать точно не собирался.

— В каком челлендже за большие деньги ты бы поучаствовал?

— Просто поднимите призовые за рекорд мира на 50-метровке на спине до миллиона долларов, и я впишусь. Ничего лишнего даже придумывать не надо (смеется).

Евгений Рылов: «Выступать лучше в нейтральном статусе, чем вообще не выступать»

Двукратный олимпийский чемпион по плаванию Евгений Рылов в интервью «Матч ТВ» рассказал о планах на жизнь и заявил, что пока еще не сдался в борьбе за возвращение в большой спорт.

Мы беседовали с Рыловым в день его рождения. Было это не так давно — в сентябре, и удивило, что в праздник Евгений пришел на букмекерский форум, где сидел сначала на сцене, потом раздавал интервью. А мог бы просто отдыхать дома!

С другой стороны, Рылов и так много времени уже находится вне большого спорта и не выступает на крупных соревнованиях. Хотя спортсмен великий, один из самых титулованных в истории нашего плавания. Пока в его карьере пауза, и Евгений сосредоточен на делах Федерации водных видов спорта России (ФВВСР).

«Мне надо расширять аудиторию и прокачивать медийку»

— Евгений, вы не трепетно относитесь к личным праздникам? Пришли на форум, потратили время. А могли бы дома сидеть с тортиком.

— Тортик я всегда успею съесть. Мне гораздо важнее общаться с другими представителями спорта, знакомиться с интересными людьми, расширять свою аудиторию и прокачивать медийку, которой мне не хватает.

— Вы ведь дважды олимпийский чемпион.

— Ну и что? Не знаю, как в свое время аудиторию набирал тот же Никита Нагорный. Он говорит, что нужно находить время и снимать про себя видео. Теперь с кружочками в Telegram попроще стало. Но у меня все равно пока не получается.

— Как работник Федерации водных видов спорта России вы видите, что букмекеры понемногу заходят в плавание? Так, Юлия Ефимова нашла уже себе крепкого партнера.

— Правда, Юля не отобралась на чемпионат мира в Сингапуре, как и я. Но громкое имя себе сделала, учитывая, как она работает и общается с аудиторией. Она молодец, и все делает интересно. Кстати, как я слышал, в Австралии очень распространены ставки на плавание. Там вокруг этого просто бум.

— Откуда вы знаете?

— На Олимпиаде рассказывали, как австралийцы делали ставки на мои победы. Я был удивлен, что на меня такие коэффициенты. Хотя восемь участников в финале, победить может любой.

— Когда вы завоевали два золота Олимпиады в Токио, к вам было обращено внимание всей страны — случился приток рекламодателей в 2021 году?

— Да. Но это были заграничные спонсоры, которые быстро отвалились в связи с определенной ситуацией. Например, мой менеджер присылал возможность заключения контракта с Omega, но это длилось недолго.

Больше мной интересовались зарубежные рекламодатели и контрактники, чем российские, потому что плавание больше развито и раскручено в других странах. А сейчас Федерация водных видов спорта России и лично я активно стараемся это исправлять. Но даже я сам имею с этим определенные сложности. Потому что не обладаю хорошей медийкой. Но вроде как неплохо разговариваю, поэтому стараюсь этим пользоваться.

«Пока принимаю антибиотики и не могу тренироваться»

— Сейчас вы восстанавливаетесь после серьезной болезни.

— Да, у меня стрептококк. Я лечился непосредственно после 2024 года. Но долечился не до конца, и даже когда готовился к чемпионату мира, начал набирать хорошую форму — и опять заболел. Произошел просто срыв, и теперь у меня уже второй курс лечения. Мы надеялись, что после первого курса закончится болезнь. Тем более анализы крови показывали, что инфекции больше нет. Но когда я снова переболел, то показатели опять взлетели — на 50% от того, что было.

В любом случае мне надо пролечиваться, восстанавливаться. А тренироваться во время приема антибиотиков противопоказано.

— Получается, что вы пропускаете ноябрьский чемпионат России по плаванию на короткой воде в Казани.

— Да, 100%. Хотя, возможно, приеду в Казань как представитель федерации.

— Допускаете ли мысль о том, что в следующем году на длинной воде все-таки поплывете?

— Надо посмотреть, в любом случае. Я надеюсь, что вернусь. Но жизнь всегда будет расставлять свои приоритеты. Посмотрим, что будет с моим здоровьем — это на первом месте. Если я пойму, что здоровье мне не позволяет — другое дело. Тем более у меня уже семья, ребенок — это другой опыт.

И мне понравилось работать в федерации, ездить по регионам, встречаться с людьми. А новое общение — это всегда приятно.

— То есть дверь в плавание вы оставляете открытой? А то есть мнение, что вы уже завершили карьеру.

— Я пока не сдаюсь.

«Когда делаешь большие перерывы, вернуться трудно»

— Какой у вас контакт с главным тренером сборной России Андреем Шишиным, который раньше тренировал лично вас?

— Естественно, с тренером я продолжаю общаться. Но сложный вопрос в том, что у него тоже сейчас переключено внимание — он загружен уже делами сборной. Плюс надо понимать, что если мы опять начнем работать, как работали раньше, то ему просто не хватит времени на все. Я отдаю себе в этом отчет. Тренер — тоже человек, у него появляются другие желания — развивать плавание более масштабно в стране.

— Сейчас все ребята выступают на международных турнирах в нейтральном статусе. Будет ли для вас это препятствием?

— На самом деле, как показала практика, выступать лучше в нейтральном статусе, чем вообще не выступать. Поэтому, возможно, мое прошлое решение было не совсем верным.

— Когда вы отказались брать этот статус.

— Но мне было легче принять это решение, потому что я уже дважды побеждал на Олимпиаде.

— Климент Колесников тоже не брал нейтральный статус, а потом передумал — и выиграл чемпионат мира в Сингапуре.

— Да, я согласен. Но когда тебе дают возможность и говорят: «Всё, надо» — естественно, по-другому все спортсмены на это стали смотреть.

— Имеется ли у вас стимул готовить себя к Олимпиаде-2028 в Лос-Анджелесе? Есть же время вылечиться.

— Это еще очень далекая перспектива. И я понимаю, сколько раньше тренировался, как подходил к занятиям. Если делаешь большие пропуски, это очень сильно сказывается на подготовке и здоровье. Мне же не 10-15 лет, когда я могу с нуля начинать спокойно подготовку. Мне уже 29. Меняется же функциональное состояние.

«Нас на Олимпиаде в любом случае ждут»

— Новый президент Международного олимпийского комитета (МОК), бывшая пловчиха Кирсти Ковентри пока не изменила позицию, которую занял ранее Томас Бах, не вернула Россию на Олимпиаду. Пока рано делать оптимистичные выводы, что с Ковентри что-то изменится?

— Я думаю, она пока ничего не поменяла — но и нас не запретила, и это говорит о том, что нас в любом случае ждут. Хотя бы в нейтральном статусе. Но сейчас 2025 год, скоро будет зимняя Олимпиада-2026 в Италии. По сути, только год остался до Олимпиады-2028 в Лос-Анджелесе, потому что потом стартует подготовка.

Бывало, всё менялось за два-три месяца. Вспомните, как быстро переиграли с Олимпиадой-2020 в Токио, когда перенесли ее на год из-за коронавируса. Я в политике не разбираюсь, но спортсмены готовятся и верят в лучшее.

Радует, что в российском плавании пошла очень сильная молодежь. У нас идет двойная смена поколения, учитывая, что мы пропустили 2024 год. И я думаю, что с тренером Андреем Геннадьевичем Шишиным будет более стабильный вывод ребят на международный уровень. Потому что у нас часто бывало, что на чемпионате России и Европы одни результаты, а на чемпионате мира и Олимпиаде иногда не все попадали в форму.

— Журналисты единодушно говорят, что Шишин — крутой. Как он выходит в микст-зону после каждого дня соревнований, всё честно объясняет, какие при нем результаты.

— Давайте мы скажем честно, что у нас вырос средний результат пловцов, чего раньше не хватало. Потому что в эстафетах мы могли занимать максимум второе место при самом лучшем раскладе. Там все плывут на уровне мировых рекордов.

— Чемпионат мира в Сингапуре показал, что общие результаты ушли далеко вперёд?

— Не на всех дистанциях, но в среднем — да. По дистанции 200 метров на спине я понял, что будет быстрее. Если учесть, что он (победитель Хуберт Кош) проплыл на четыре сотых быстрее меня (1.53,19), когда я плыл в 2021 году на чемпионате России, и мне было нехорошо. А когда я выиграл Олимпиаду (1.53,27), то мне было еще хуже.

Понятно, что я не могу говорить, что проплыл бы быстрее. У меня такое время, какое есть. Но я плыл 1.53 уже в утреннем отборе. А он пока плывет вечером. В этом плане у меня преимущество. Однако Кош моложе меня на семь лет. И ему есть еще куда расти и развиваться.

«У меня живут 15 котов, и этого хватает»

— Вы встречали сборную России в аэропорту, когда команда прилетела из Сингапура. Почувствовали единодушие?

— Да, я порадовался, что все ребята приехали довольные. Рад был видеть всех, они как родные люди. Но такое необычное ощущение, что они приезжают, а я их встречаю. Но в каком-то плане это было приятно.

— Какие изменения в федерации вы видите при Дмитрии Мазепине?

— Если говорить о смене руководства, то нужно смотреть в долгосрочной перспективе. Но в целом изменения хорошие. И у меня появилось больше возможностей участвовать в деятельности федерации, чего раньше я не мог себе позволить.

— Трудно ли искать мотивацию, когда вы выиграли два золота Олимпиады?

— Наверное, да. Можно идти и за четырьмя золотыми медалями, как Владимир Сальников или Александр Попов. Но если так оценивать ситуацию, то я являюсь последним чемпионом, кто на Олимпиаде выиграл одновременно 100 и 200 м на спине. Раньше таким был Райан Мерфи. А так как сейчас добавятся полтинники, то я не знаю, кто теперь станет абсолютным чемпионом.

— Вам было интересно участвовать в шоу «Титаны», которое выходит на ТНТ?

— Да, и узнаваемость повысилась. Меня вообще обычно узнают или по маске котика, или по шоу «Титаны». Так и подходят иногда, говорят: «А-а, это ты побеждал в бассейне в маске кота?»

— Новые котики у вас не появились?

— Нет, пока 15 котов — мне хватает.

— Как с ними управляться?

— А зачем? Они наслаждаются жизнью, все нормально. И стресс снимают замечательно.

— Поэтому вы такой спокойный.

— Нет. Я рациональный, но не самый спокойный человек в мире.

— Желаю вам удачи в карьере и в развитии своих соцсетей.

— Спасибо. Я просто не очень понимаю, что нужно выставлять людям. Или что-то особое, или все подряд. Помню, решил в Telegram выкладывать посты про технику плавания. И увидел, что это собирает меньше всего отзывов. В итоге я это убрал, и комментарии были недовольные. Но статистика показывает, что специфика плавания меньше всего интересна людям. Как я вижу разные каналы, все хотят развлечений и веселья. Наверное, я не очень готов этим делиться.

— Ну, не все по характеру такие веселые! А чисто теоретически спрошу — вы можете представить, что однажды станете тренером?

— Я не буду говорить, что нет. В этой жизни все возможно. Но я не хотел бы себя в этом видеть. Потому что знаю, через что прошел мой тренер, как он к этому шел, сколько времени работал. Я не хочу всего этого. Это надо жить в бассейне и постоянно испытывать психологический стресс, который даже выше, чем у пловцов.

Ну вот сами представьте — вы ведете спортсмена, тренируете его и учите. А потом он выходит на заплыв — и просто надо смотреть… И ты не знаешь, что будет. Я видел по своему тренеру, как он переживал. Сейчас смотрел, как Андрей Геннадьевич нервничал на чемпионате мира. Это очень сложно!

«Люди стали чувствовать дефицит живого общения». Синхронистка Смирнова — о ЧМ, офлайне и балете

Сестра танцует в Мариинке, а она выбрала синхронное плавание.

Елизавета Смирнова в нынешнем сезоне дебютировала на чемпионате мира в составе нашей команды по синхронному плаванию и вернулась с этих соревнований с двумя медалями. Ее история интересна уже тем, что она сразу попала в первую команду, хотя в предыдущих возрастных категориях оставалась вне состава.

— Я не попадала ни в юношескую, ни в юниорскую сборную, — рассказывает «Матч ТВ» Лиза. — Попала сразу в старшую и с этого момента встала в команду с Катей Коссовой, Лизой Минаевой, Майей Дорошко, Татьяной Гайдай.

— Как так получилось?

— Я просто раскрылась как спортсменка немного позже. В юниорках всегда была где-то близко к попаданию в команду, но не складывалось. И когда был просмотр уже во взрослую команду, видимо, Татьяна Николаевна (Покровская) что-то во мне заметила и позвала на первый сбор, а потом оставила меня в составе.

Конкуренция у нас очень плотная, все очень сильные, способные, трудолюбивые. На тот момент у меня была маленькая вероятность попадания в состав, я даже не рассчитывала на что-либо и, когда попала в группу, долго не могла осознать случившееся. Безусловно, в этом есть элемент везения. Поэтому при всем проделанном труде постоянно крутилась в голове мысль: «Неужели я этого достойна?» Теперь стараюсь оправдывать доверие.

— Это самый тяжелый сезон в карьере?

— И морально, и физически это пока был самый непростой сезон в моей карьере. В ноябре нам озвучили, что допустят на международные соревнования, так что и мотивации прибавилось, и ответственности. До этого из международных соревнований я выступала в 2019-м на Comen Cup, и на этом все.

— Во время отстранения семья не отговаривала вас бросить все это?

— Такого не было. Они мне полностью доверяют, не лезут в мою спортивную карьеру. Только поддерживают, и я очень благодарна своей семье за это. Даже если где-то что-то не складывается, меня всегда поддерживают. Даже если мелькает мысль: «Зачем это вообще?», я чувствую эту поддержку. И здесь было так же. Когда нас допустили, появилось чувство — не зря терпели, трудились.

Появился еще больший стимул работать, будто новые силы появились. Внутри ощущалась энергия, которая позволяла преодолеть все нагрузки. Хочется сказать спасибо нашей федерации, потому что сейчас чувствуем улучшения во всем — и по части финансирования, и по части условий проживания на нашей базе. Очень многое поменялось при Дмитрии Аркадьевиче Мазепине. Хочется поблагодарить и Радмира Илдаровича Габдуллина — от себя лично и от команды. И работа пресс-службы сейчас стала лучше, берут интервью, что-то интересное придумывают. Мы за все эти шаги очень благодарны новому руководству федерации.

— Вы из спортивной семьи?

— Мама у меня занималась велоспортом, выступала на всесоюзных соревнованиях, братья занимались плаванием. Я из многодетной семьи — нас шестеро, две девочки и четыре мальчика. Старшая сестра у меня балерина, училась в академии имени Вагановой и сейчас работает в Мариинском театре. Я очень хотела быть похожей на нее. Но у нас разные данные, мои для балета так не подходят. Так что занималась балетом и ходила на плавание. Видимо, в какой-то момент родители решили мои активности объединить и отдали в синхронное плавание. Но занималась я поначалу для общего развития, чтобы дома не сидеть, чтобы заводить новые знакомства, и для здоровья, конечно. Не было поначалу никаких особых амбиций.

— В театр ходите? Есть любимые постановки?

— «Бахчисарайский фонтан». Конечно, очень люблю более привычные и популярные для зрителя «Щелкунчик» и «Лебединое озеро», но «Бахчисарайский фонтан» такой быстрый, яркий и всегда оставляет у меня особое впечатление.

— Какая программа на чемпионате мира была самой сложной для вас?

— Техническая — «Танец с саблями». Там больше упор на физическую составляющую — задержку дыхания, идет работа на усталости. После смены правил у нас вообще было ощущение, что это другой вид спорта — мы приходили в другое синхронное плавание. Но приняли эту ситуацию и стараемся сделать максимум в этих условиях.

— Что вы сказали себе после чемпионата мира? «Мы сделали все, что могли»?

— Могу сказать, что я даже благодарна за такой исход. Звучит внутри такой голосок: «Надо возвращать себе лидерство». Это заставляет еще больше требовать от себя, ставить цели еще выше, не сдаваться, бороться каждый день. Такой результат дал нам задел на будущее.

— У вас довольно сдержанный и скромный аккаунт в соцсетях. Почему?

— Мне тяжело активно вести соцсети, потому что я человек созерцающий. Я люблю встречи офлайн. Чувствую, что когда что-то постоянно снимаешь на камеру, порой ты не можешь до конца прочувствовать этот момент. Я понимаю, что надо вести соцсети, и мне нужно работать над этим, постепенно себя приучать, но тем не менее самые прекрасные моменты я оставляю для себя.

— Сейчас в тренде уход в офлайн. Почему, как думаете?

— Потому что люди стали чувствовать дефицит живого общения. Людям уже хочется просто насладиться закатом, а не просто его сфотографировать. Сейчас соцсети уже не новинка, поэтому период, когда фотографируешь все подряд, у многих уже прошел.

— А как вы относитесь к людям, которые говорят по телефону во время балета?

— Я бы точно так делать не стала (смеется). Говорить по телефону во время спектакля — терять атмосферу, уникальный момент, прекрасные впечатления.

«Хочется больше выступать и выигрывать». Гурбанбердиева о ЧМ и планах на будущее

Победный камбэк на чемпионат мира мотивирует продолжать карьеру.

Синхронистка Майя Гурбанбердиева вернулась с чемпионата мира в Сингапуре с золотой медалью. За период отстранения несколько раз поменялись правила в ее виде спорта, пришлось переварить плохую новость об отсутствии олимпийского статуса у микст-дуэтов, а также решить проблемы со здоровьем. Поэтому интервью мы начали с главного вопроса.

— Вы вообще верили, что у вас в карьере еще будет чемпионат мира?

— Я не верила даже после того, как объявили, что мы едем на чемпионат мира, что нашу команду допустили. Осознание пришло только в мае.

— Не хотелось бросить спорт в период отстранения?

— Такое состояние у меня было последние пару лет. Очень сложно быть в таком же тренировочном режиме, когда в принципе находишься в подвешенном состоянии. Было сложно именно психологически. Да, физически тоже были проблемы, какие-то травмы всегда были — надеюсь, это в прошлом, но именно морально было непросто.

— И как вы себя мотивировали в этой ситуации?

— Я просто люблю свою работу и знаю, что не наплавалась, не все сказала в этом виде спорта. Помогала поддержка родителей, поддержка нашего тренера Ганы Владимировны (Максимовой), которая очень за меня билась, чтобы я поехала на чемпионат мира. Поддержка и Саши (Мальцева), и Олеси (Платоновой) была очень важна. Наш тандем уже как семья.

— Было страшно, когда допустили? Или это неправильное слово? Были опасения? Правила ведь поменялись.

— Было все, что вы сказали. Мы не знали, как к нам отнесутся судьи, тренеры других команд. Все-таки внутри страны и на международном уровне судейство, критерии разные. Но мы могли наблюдать за соперниками на Кубке мира и тактически удалось все выверить, сохранив и артистическую составляющую, и технический уровень тоже.

— Правила за время вашего отсутствия изменились несколько раз, верно? Последняя редакция поменялась в лучшую сторону?

— Да, все верно. К чемпионату мира было проведено много корректировок, стали искать баланс между технической и артистической составляющими. Уже можно было смотреть на программы с кое-каким, но все же удовольствием. Потому что сразу после публикации новых правил, в первой их, так скажем, редакции, на программы было больно смотреть. Сейчас постепенно появился баланс.

— Вы начали иначе готовиться к соревнованиям из-за новых правил — добавили зал, например?

— Мы стали еще больше думать во время подготовки и исполнения программ. При старых правилах было важно выполнить все высоко и синхронно, при этом артистично. Сейчас нужно более пристально следить за недокрутами. Стало больше моментов, требующих дополнительного внимания. Нужна очень высокая концентрация. Ну и, конечно, изменения правил привели к тому, что ты больше работаешь на недостатке кислорода.

Поэтому мы стали больше плавать под водой. Если раньше нам хватало 50 м без остановки, сейчас увеличиваем метраж. Олеся (Платонова) проплывала уже 100 м и даже больше. Задержка дыхания сейчас очень важна. Знаем, что были с этим проблемы у спортсменок, они «тонули» на соревнованиях в том числе.

— Вы из-за новой нагрузки так подсушились?

— Я очень сильно похудела. Ко мне всегда были претензии в этом отношении. Я всегда следила за этим и сейчас удалось добиться оптимальной формы. Я даже в юниорском возрасте так не выглядела, как на чемпионате мира в Сингапуре. Очень довольна собой.

Работаю давно со специалистом в плане своего психического состояния и нашла для себя идеального психотерапевта, который помогает мне в этом.

— Как вы называете между собой вашу команду? Тут видела формулировку «трио нашего микст-дуэта». Забавно.

— Мы не трио! Мы — квартет! Нас в команде четверо, потому что без нашего тренера Ганы Владимировны все это было бы невозможно. Она для нас больше, чем тренер, можно обратиться к ней с любым вопросом, не касающимся тренировочного процесса.

— Какая была реакция внутри квартета на отсутствие микст-дуэтов в программе Игр-2028?

— Мы пытались это обсудить, но у меня был истерический припадок — слушать и слышать ничего не хотела. Для меня Олимпийские игры — это мечта, с которой я просыпаюсь как спортсменка каждый день.

— И готовы теперь просыпаться с мыслью, что ради этого, возможно, стоит встать в группу?

— Конечно, рассматривается такой вариант. Буду работать, стараться. Но все же надеюсь, вдруг что-то поменяется и микст-дуэты введут в олимпийскую программу. Возможности встать в группу не исключаю.

— У девчонок в группе не было опыта выступления на чемпионате мира, у вас был. Вы больше или меньше «на опыте» нервничали?

— Это действительно палка о двух концах. У нас было два золота в Кванджу, но с тех пор сменились чемпионы мира, и даже не раз. Но статус этот у нас был, к тому же, как понимаю, мы самые взрослые спортсмены в смешанных дуэтах. Планку опускать было нельзя. Так что и девочкам в группе, и нам было по-своему волнительно. К тому же все мы понимали, что у российского синхронного плавания золотой знак качества, к которому все привыкли. Так что нервничали одинаково, просто у всех были свои причины для тревоги.

— За «баддичку» Анну Конаныхину переживали?

— Я безумно рада за нее. Была уверена в ней. Переживала за нее очень сильно, за последние несколько лет ей пришлось очень много пережить, были и травмы, и психологически было непросто, но рада, что теперь у нее есть медаль.

— Чего вы сейчас хотите, после столь успешного чемпионата мира?

— Я почувствовала вкус победы на международных стартах, по которым очень скучала. Это первое лето за последние четыре года, которое я провожу с таким чувством наполненности в душе, чувством выполненного долга. До этого были золотые медали на внутренних стартах, но я привыкла к другому. Сейчас отдыхаю, хочется забыться и потом уже врубаться в работу, продолжать пахать, раз нас допустили. Надеюсь, и European Aquatics тоже нас допустит. Хотелось бы побольше выступать, и, конечно, выигрывать.

«Переключаюсь на футбольные новости во время соревнований». Ступин о плавании комплексом и финале ЧМ

Плавает тяжелейшие дистанции и наконец вышел на новый уровень.

До чемпионата мира-2025 никто из наших пловцов не попадал в финал на дистанции 400 метров комплексным плаванием. В Сингапуре в финале были сразу два наших пловца — призер чемпионата мира Илья Бородин и Максим Ступин, для которого этот результат — выход на новый уровень. Поговорили с ним о прогрессе в результатах, скорой свадьбе и взрослении.

— Вы написали, что финал чемпионата мира для вас был мечтой. Правда так?

— Да, к этому финалу я шел очень давно. Очень ждал, когда же нас допустят до международных стартов, думал уже, что этого никогда не произойдет. Хорошо, что все получилось.

— Многие, кто не понимает расклад сил на вашей дистанции, не поймут, скажут — о медали надо мечтать. Что таким людям ответите?

— Начнем с того, что чемпионат мира - это вторые по значимости соревнования после Олимпиады. Я ехал с 20-м заявочным временем, видел результаты ребят, с которыми предстоит бороться, понимал, что все будут решать сотые. Но потом осознал, что это всего лишь цифры, надо просто плыть по максимуму, стараться выигрывать свой заплыв. Сделал все, что мог и попал в финал.

Сам я оцениваю свои результаты трезво и понимаю, что нам всем до Леона Маршана еще расти и расти. А люди должны знать своих чемпионов, спортсменов, которые выступают на чемпионате мира. Поехать туда уже престижно, страна должна знать своих участников чемпионата мира.

Конечно, нужно расти дальше, до призов чемпионата Европы, мира и Олимпийских игр. Мы сейчас заново начали свой путь на международной арене, медали, я думаю, не за горами.

— Страшно представить все эмоции вашего тренера на чемпионате мира, если учесть, что и вы, и Климент (Колесников) плыли свою дистанцию в последний день. Скажите честно, сводили его с ума?

— Мы друг друга с ума не сводили, понимали, что все будет в последний день, чисто психологически были к этому готовы. Но вы правы, действительно непросто ждать старта, пока твои партнеры по команде выигрывают медали, бьют рекорды. Готовились и психологически, и физически — тренер подобрал специальные задания. Мы много общались, я старался не смотреть результаты, не смотрел трансляции, комментарии в соцсетях, потому что знаю — от этого выгораю и распыляю энергию. Ребят поздравлял с их успехами при личной встрече, и все.

— А трансферные новости вашего любимого «Спартака» читали?

— Да, читал. Это в хорошем плане отвлекает, помогает справиться с привычной рутиной. И вообще я часто переключаюсь на футбол, на новости своей любимой команды, чтобы выйти из психологической загруженности.

— Быть фанатом «Спартака» — это постоянный стресс.

— Я согласен. Помню, как переживал за команду в чемпионский год, думал тогда, что будет еще пару чемпионств, но из года в год этого не происходит. Надеюсь, в этом сезоне все изменится.

— Тренер этот футбольный стресс не запрещает?

— Нет, он мне ничего не запрещает. Мы уже взрослые и сами знаем, что нам помогает отвлечься, а что мешает в работе.

— Вы уже другой человек, нежели тот, что был перед Играми в Токио?

— Определенно. Другой человек и спортсмен — в психологическом, в физическом плане, во всем.

— Тогда тот самый вопрос — вы со своим паспортом вылетели в Сингапур? Ребята троллили на этот счет?

— Было такое, это теперь клеймо, которое по жизни ко мне приклеилось (смеется). Отношусь к этому с иронией. Тогда перед Токио мне было 19-20 лет, ветер в голове, я паспорт свой с отцовским перепутал — о чем вообще можно говорить. Уже повзрослел, появился жизненный опыт.

— Без Даши (Муллакаевой - прим. "Матч ТВ") тяжело на соревнованиях?

— Конечно, было бы хорошо, если бы она была рядом. Но я стараюсь думать о работе и не зацикливаюсь на других мыслях.

— Она мотивирует вас заниматься соцсетями?

— Да, вовлекла меня в этот процесс. И это объективно то, с чем мы можем работать в жизни после спорта. Это может дать сильный толчок вперед после карьеры. Сейчас мы активно работаем над своим брендом, над именем, чтобы нас знали не только в плавательной среде, но и в других сферах.

— 400 м комплексом плавают только мазохисты?

— Сильные люди в ментальном плане. Тут важно просто принять тот факт, что это наша работа, надо выполнять ее качественно.

— С одной стороны, конкуренции в комплексе у нас меньше, но и шансов добраться до медалей, не участвуя в эстафетах, меньше тоже. Никогда не хотели как-то включиться в кроль, например, претендовать на место в эстафете?

— Мы с тренером это обсудим. Желание такое есть, в будущем, может быть, хотел бы попробовать отобраться на 4х200 м вольным стилем. Но пока я плаваю только комплекс, хотя к эстафетным медалям отношусь с большим уважением. Хотелось бы, конечно, чтобы была эстафета 4х200 м комплексом, например. У нас подрастает хорошее поколение, думаю, скоро мы будем конкурентоспособны на 200 м комплексом.

— Какие у вас отношения с Ильей Бородиным?

— Мы товарищи по дистанции, конкуренты в первую очередь. Дополняем друг друга, что-то подмечаем друг у друга, это позволяет двигаться вперед. Хорошо отношусь к Илье, только с уважением.

— Когда у Боба Боумэна три ученика на пьедестале на 200 м комплексом, не мелькает мысль, что хорошо бы там стажироваться?

— Конечно, когда такое видишь, становится интересно, но я считаю, что нужно сфокусироваться на работе со своим тренером, который действительно дает тебе результат. Мой результат из года в год улучшается, тренер делает все, чтобы я становился лучшей версией себя.

— Давно тренируетесь у Дмитрия Лазарева?

— С 2013 года, с юношеского возраста. Наши с Климентом родители давно очень близко общались, отец Клима поспособствовал, чтобы я тренировался с ним.

— Давно с Климом знакомы?

— Где-то с 12 лет. Ездили на сборы с разными тренерами, потом я перешел к Дмитрию Геннадьевичу.

— Друг от друга не устаете?

— Нет, да и тренировки у нас разные, я плаваю дольше на тренировках, чем Клим — у него своя работа, у меня своя. И вот еду тут с соревнований и думаю, насколько же у нас талантливый тренер, что тренирует человека, который плавает 50 м на спине, и человека с профильной дистанцией 400 м комплексом.

— Какие цели себе ставите на ближайшее время?

— Мы только вернулись на международную арену, это просто глоток свежего воздуха. Моя цель - улучшать результат. Следующая цель на этот год — проплыть из 4 минут 400 м комплексом на короткой воде.

— Без международных соревнований было заметно, что у многих подсел настрой. У вас был критический момент, когда хотелось все бросить?

— Конечно, мысли такие посещали, но меня держит мое окружение, тренер, Даша, друзья. Они не давали мне уйти в такие мысли, держали меня в хорошем психологическом состоянии.

— Андрей Геннадьевич Шишин говорит, что ищет в сборную психолога.

— У меня был личный психолог, можно сказать, что есть. И то, что Андрей Геннадьевич создает такие условия для нас, это очень хорошо. В команде должен быть психолог. Мы все разные, с каждым из нас нужно выстраивать отношения, чтобы была хорошая атмосфера в коллективе.

Я вообще считаю, что очень важно, чтобы в команде был персонал хорошего уровня — и массажисты, и психологи, и все, кто помогает работать на результат.

— Тяжело сейчас прокормить "комплексиста"? Кто занимается этим вне сборов?

— Дарья, спасибо ей за это! В холодильнике есть все необходимое, чтобы прокормить меня в тренировочный период, поверьте, еды надо много.

— Мне интересно, как найти баланс в питании для тех, кто плавает комплексом — тяжелым быть нельзя, а сильным оставаться просто необходимо.

— На самом деле, это не так просто. У меня была с этим проблема. На чемпионате России в этом году я был толстым — 86 кг! Сейчас — 80 кг. Добавил побольше белка, контролировал потребление десертиков, мороженого, пирожных — лишний вес убрал.

— Такое бьет по настроению, а у вас подготовка к свадьбе! Нужно много углеводов!

— Есть варианты с сахарозаменителями, полезным сахаром. Так что все это возможно.

— Можно быть веганом и быстро плавать 400 м комплексом?

— Я бы не смог. Может потом, после спорта я мог бы прийти к такому питанию, но при нынешней нагрузке — нет. Это все бьет по здоровью.

— Подготовка к свадьбе вся была на Даше?

— Включился после чемпионата мира, до этого все было на ней.

— Но костюм купить до чемпионата мира успели?

— Да! Еще в прошлом году. Сейчас уже после чемпионата мира оставались только мелочи, которые надо было закрыть.

«Я эмоционально долго восстанавливаюсь». Знакомим с Дарьей Трофимовой, одной из главных героинь ЧМ

Отработала на все сто на дебютном чемпионате мира по водным видам спорта.

Дарья Трофимова вернулась домой с золотой медалью чемпионата мира в Сингапуре. Она и Дарья Клепикова отработали женские этапы в смешанных эстафетах так, что сборная привезла домой награды в тех видах программы, в которых медалей на длинной воде раньше не было в принципе. Узнали, как чувствует себя чемпионка после всего случившегося.

— Даша, как вас встретили дома, в Новосибирске?

— Все было просто супер. Подарили цветы, поздравили, немножко пообщались, сказала пару слов на камеру и все. Сейчас до 25-го числа отдыхаю, потом потихоньку начинаю вкатываться в сезон, в тренировки — до 6 сентября тренируюсь в Новосибирске, потом будет сбор в Кабардинке.

— Где вы тренируетесь в Новосибирске?

— С самого детства в бассейне «Нептун». Он ближе всего к дому, удобно туда ездить. Бассейн 50 метров, старенький правда, но меня все устраивает.

— Как вы вообще оказались в плавании? Родители привели здоровье поправить?

— Нет, я сама попросила. Когда была маленькой, мне постоянно ставили надувной бассейн — нравилось находиться в воде, купаться. В итоге попросила маму меня записать в бассейн и через неделю уже пошли на занятия, так все и закрутилось. Поначалу по абонементу ходили, потом тренер предложила у нее поплавать, а оттуда меня перевели к другому тренеру, с которым и сейчас работаю.

— Не тяжело после сборов и стартов постоянно возвращаться в Новосибирск?

— Это сказывается и очень сильно, к тому же с той же Казанью, например, разница во времени 3 часа. И чтобы пройти эту адаптацию, нужно минимум три дня. Режим сбивается, это влияет на сон, питание, тренировки. Мне это нелегко дается.

— Как вы в принципе себя чувствуете после чемпионата мира? По эмоциям.

— Опустошенной, потому что соревнования шли восемь дней, это очень тяжело. Каждый раз отдаешься полностью по эмоциям и перед стартом, и после него. И в итоге этих эмоций у тебя просто не остается.

— Осознаете, что благодаря вашим с Дашей Клепиковой результатам в Сингапуре теперь отношение и внимание к женскому кролю в России должно выйти на новый уровень?

— Надеюсь, что внимания к женскому плаванию в целом будет больше. Мы на этом не остановимся. Думаю, результаты у нас будут только расти. Но, честно сказать, я даже не думала, что мы будем в финале в эстафете 4 по 100 м кролем, очень на этот счет переживала, еще и плыла первым этапом, что не люблю делать. В итоге стали пятыми, а если бы каждый показал свой лучший результат, мы были бы в тройке.

— С какими ожиданиями вы ехали в Сингапур?

— Я понимала, что мы могли быть в медалях в той же самой смешанной эстафете, но я всегда стараюсь отгонять от себя такие мысли и пытаюсь выходить на старт с пустой в плане ожиданий головой. Так что я прогоняла от себя любые мысли об ожиданиях в принципе. Стараюсь как-то абстрагироваться от ненужных мыслей. Я даже о нынешних результатах в Сингапуре уже не думаю, не думаю о них, как о планке, которую надо «взять» в следующий раз. Это скорее ступенька. Точка отсчета, что ли.

— На пути куда?

— На Олимпийские игры. Это моя заветная мечта.

— Вы сказали, что не любите плавать первый этап в эстафете. А последний этап — это же нереальное давление?

— Да, это очень волнительно и ответственно, так что старалась действительно не обращать внимание на какие-то ожидания, навязчивые мысли. Но внутри, конечно, страсти бушевали.

— Вы были не очень разговорчивы в миксте. Почему?

— Просто у меня пока нет опыта общения с прессой. А после (женской — прим.) комбинированной эстафеты я вообще не хотела говорить буквально ни с кем: мы проиграли меньше секунды, могли стать третьими. Была максимально расстроена и недовольна результатом.

— После 100 м кролем вы тоже выглядели подавленной.

— Меня хватило по силам и эмоциям буквально на первые три дня. Потом уже через себя, через не могу настраивалась. «Сотня» личная была в пятый день, на следующий день после эстафеты и мне просто не хватило времени восстановиться. Я отдала всю себя в той эстафете и прыгнула выше головы, проплыла так быстро, как никогда не плавала. На личную дистанцию меня уже просто не осталось. Я тот спортсмен, который долго эмоционально восстанавливается. Еще раз убедилась в этом на этом чемпионате мира.

— То есть выигрывать эстафеты у американцев мы уже можем, но пока что не можем восстанавливаться также быстро?

— Да, насколько я понимаю у них в принципе очень много стартов в году, поэтому и форму набирают через них, и организм привык в этом темпе восстанавливаться. У меня такого навыка нет. Вспомните, как Уолш била рекорды мира на короткой воде! Для меня пока тяжело даже просто плыть на высоком уровне в таком графике стартов.

Фесиков: «В первые дни ЧМ чувствовали напряжение — по эмоциям, настроению в соцсетях»

Наши пловцы завершили выступление на чемпионате мира.

Призер Олимпийских игр Сергей Фесиков поехал на свой первый чемпионат мира в новой роли. Пережив несколько дней без медалей, наши пловцы вошли в хороший ритм, вышли в финалы на тех дистанциях, в которых не бывали никогда, обновили ряд национальных рекордов и вообще знатно пошумели на этих соревнованиях в Сингапуре. Фесиков поделился эмоциями от всего случившегося.

— На этом чемпионате мира мы увидели истинное состояние наших спортсменов. Есть кого выделить, есть кого похвалить, есть кого поругать. Очень двоякие ощущения, но это и точка отсчета. Это первый крупный старт на длинной воде для нас за долгое время отсутствия. Этот чемпионат мира — повод задуматься, как мы должны строить плановую подготовку к следующим международным стартам. Но если выделять кого-то отдельно, я бы сказал, что Даша Клепикова и Даша Трофимова сотворили что-то нереальное, это стало хорошим сюрпризом даже для меня. И это позволило команде еще больше проявить себя.

— Вы как недавний спортсмен знаете, что в первые дни чемпионата мира идет волна негатива из-за отсутствия медалей или их недостаточного количества. Вы читали в эти дни соцсети и комментарии?

— Я всё читал, тем более что мне это нужно было делать еще и как комментатору — тоже новая для меня роль. И в тот момент, о котором вы говорите, действительно было тяжело — по эмоциональному фону, по настроению в соцсетях. Было напряжение. Медаль Кирилл Пригоды дала возможность хотя бы вздохнуть спокойно. Это была просто необходимость. Да, уже в первый день мы могли бы бороться за медаль в мужской эстафете 4 по 100 м кролем, да, был там просчет, был риск. Мы поняли ошибки, сделали выводы. В итоге пережили этот момент, дождались и получили золото в смешанной комбинированной эстафете — горжусь ребятами!

— Вы знаете Климента Колесникова очень давно. Что было не так на сотне на спине?

— Сказался период с нехваткой конкуренции, он давно не плавал среди вот этаких монстров. Подзабыл эти ощущения, когда психология решает всё. Помимо формы, помимо твоей готовности, ты должен быть заряжен психологически бороться до последних метров. И ввиду отсутствия подобной практики мы видели, насколько тяжело дались ему эти последние 15 метров.

Климент всегда выделялся психологической устойчивостью. Я знал его, когда он был еще юнец. В 2019-м, потом мы плавали с ним в 2021-м. Он всегда был психологически устойчив и расслаблен, но потом был период только с внутренними чемпионатами и Кубками, а там другое напряжение.

Климент понимает, где он сейчас находится, он действительно в том возрасте, когда вместе с тренером должен проанализировать, понять, над чем работать, какому блоку работы стоит уделить внимание.

Мы все готовы помогать, мы работаем для того, чтобы самый талантливый человек в мире, действительно обладающий невероятными скоростями, дошел наконец-то до своей мечты. Абсолютно всё говорит в пользу того, что он может это сделать, включая появление дистанции 50 м на спине в программе Олимпийских игр.

— Он всем и всё доказал: «полтинник» был мощнейший!

— Еще раз. Он самый талантливый спинист в мире. Мирон (Лифинцев) у нас молодой и талантливый, а Климент самый талантливый. Он подтвердил, что никто быстрее него на спине плавать не может.

— Ну и комбинированная эстафета — впервые в отечественной истории!

— Это был гвоздь программы. Выиграли, даже несмотря на то, что Мирон не показал тех секунд, что были у него в смешанной эстафете. Но командный дух настолько был силен, что и у американцев не было шанса приблизиться. Вписали свое имя в историю чемпионатов мира и задрали планку, надеюсь, что они на утро проснутся с осознанием этой победы, что они — чемпионы мира. Творить историю — это ответственность, которую теперь нужно нести. Надеюсь, что они с этим справятся, а мы им поможем.

— Ольга Николаевна Байдалова говорит, что на следующий день даже после самой важной победы они уже «тюбики» и надо начинать работать дальше.

— И это правда. Впереди небольшой отдых. И действительно, у каждой победы есть вторая сторона медали — впереди важные 2,5 года подготовки и после этих побед, после того, как за них все болели, надо с гордостью нести этот флаг чемпионов.

— Андрей Минаков был очень расстроен после финала.

— У него был тяжелый год с окончанием университета. И тот факт, что у него была медаль в 2019-м, заставляет его сравнить себя с тем достижением, а это всегда то, что тебя тяготит. Но с годами ты матереешь, взрослеешь, становишься мудрее. Это тоже работает в плюс. Мы ехали с ним в автобусе после соревнований. Сказал ему, что все подумали — он готов закончить карьеру. Он ответил, что и не думает заканчивать с плаванием. Переговорили, донес до него, что тут просто нужно увидеть вектор направления и найти правильный подход на улучшение результатов. Три раза человек пробил барьер в 51 секунду, никто в России этого не добивался. Уже это стоит многого. Дальше нужно идти только вперед.

— Последний вопрос про человека, который здесь не выступал — как вам 50 м брассом на чемпионате мира в контексте подготовки Юли Ефимовой на эту дистанцию?

— Во-первых, огромный привет Юле, я очень рад тому, что она нас смотрит, переживает и болеет. Вчера даже писала смс Евгению Евгеньевичу (Коротышкину). «Полтинник» здесь был интересный, чтобы выходить в финал, ей нужно было бы плыть на пике своих возможностей. Но это реально для нее. Так что всё зависит от того, как у Юли по здоровью — надеюсь, она решила все свои проблемы — и насколько есть желание выступать. Но я знаю, как Юля любит стартовать на крупных соревнованиях, она от этого заряжается энергетикой. Так что всё возможно.

— Дальше по плану этапы Кубка мира?

— Конечно, мы очень хотим в них участвовать, планируем, что это могут быть 6-7 человек, но мы должны осознавать реальность — в этом году Кубки мира проходят в США и Канаде. Помимо логистики, это не очень простая визовая история и, если не будет визового сопровождения со стороны принимающей стороны, реализовать эту поездку будет сложно.

— Что может быть альтернативой этим Кубкам мира?

— Для начала все отдохнут, потом ребята поедут на сборы.

— Какие локации рассматриваете?

— Кабардинка, Кипр. Потом уже будет чемпионат федеральных округов и чемпионат на короткой воде. Также в 20-х числах ноября планируем принять участие в Кубке сильнейших.

— Если в этом году чемпионата Европы не будет, что будет в следующем?

— Чемпионат Европы на длинной воде во Франции. Мы хотим вернуться в полном объеме, особенно после чемпионата мира. Мы чувствуем, что нас здесь принимают, нет никаких подковерных игр. Мы здесь нужны, нас уважают и нас ценят.

— Будут ребята участвовать в каких-то коммерческих международных стартах? Вам это нужно, я полагаю.

— Однозначно да. «Маре Нострум», соревнования в Риме — всё это было уже в этом году. И в следующем году, надеемся, с этим будет проще. Надеемся, что двери приоткроются и нам будет чуть-чуть легче с точки зрения организации и логистических моментов организовывать участие в этих соревнованиях. Естественно, мы будем пользоваться этой возможностью.