«Мне говорили: «Ты разбудил Роналду». Бразилец, которого обожают в Армении и Краснодаре

Полузащитник сборной Армении, бывший футболист «Кубани» и «Краснодара» Маркос Пиццелли дал эксклюзивное интервью корреспонденту «Матч ТВ» Александру Муйжнеку.

  • Как связаться с криминалом в Бразилии, если не живешь в фавелах
  • Как играется в «Арарате» из пятой французской лиги
  • Что делают со старым бельем Ари и Лаборде
  • Почему в Казахстане приходится играть на полях футбольной школы
  • Как поиграть в восьми странах и каждый раз перевозить с собой семью

— Как правильно произносить вашу фамилию?

— Везде говорят по-разному, но по-бразильски — Пиззелли. Это все итальянские корни по папиной линии. Итальянцы там — уже очень старые люди, никаких связей с ними у меня нет.

— Вы родом из пригорода Сан-Паулу. В 90-е годы там было опасно?

— Я родился в Пирасикабе, а рос неподалеку, в Сан-Карлуше, совсем небольшом городе. Фавел там не было, но я знаком со многими футболистами из фавел. И тоже встречался с криминалом, поверьте. Он живет не только в фавелах. Всех бразильских футболистов касается криминал: кого-то грабят, у кого-то страдают родственники, кто-то становится жертвой. А некоторые игроки, кому не посчастливилось подписать хороший контракт, сами становятся преступниками. Один парень, которого я знал, начал грабить дома и попал за решетку.

— Ари в детстве приходилось работать — в итоге он накачал мышцы, таская подносы с фруктами на рынке. У вас был только футбол?

— Наша семья не богата, но, слава богу, мы ни в чем нуждались. Я мог бы найти подработку, но папа настаивал, чтобы мы с братом думали о школе. А потом привел в футбол. Отец сам был вратарем (играл только в Бразилии) и многому меня научил, а главное — всегда был со мной честен. Он предупреждал: «Таких, как ты, миллионы. Одного удачного матча или сезона мало: будь лучшим всегда».

«Мама считала, что мне лучше пойти в священники». Самый чумовой легионер России

— C «Сан-Карлушем» вы выиграли второй дивизион штата Сан-Паулу. Кого из звезд видели в деле?

— У нас была отличная, очень молодая команда. Я играл вместе с Мариано — он сейчас в «Севилье», с Жонасом — теперь нападающим «Бенфики». А в чемпионате штата мы выходили против Робиньо и Диего. Помню, как  проиграли «Сантосу» 0:4. 17-летний Робиньо был таким тонким и легким и просто летал по полю. Он просто провоцировал соперников на желтые и красные карточки!

***

— В 21 года вы уехали в «Арарат». Кто сделал это возможным?

— Агент из Армении, который раньше выступал за сборную СССР, Аркадий Андреасян. Он искал молодых футболистов в Бразилии, а «Сан-Карлуш» как раз стал чемпионом, так что Андреасян о нас услышал и пришел на товарищеский матч. Там ему понравился мой стиль.

Агент принес нам пару DVD — на них были три игры чемпионата Армении предыдущего сезона. Андреасян убеждал меня лично оценить, как высок уровень армянского футбола. На принятие решения ушел почти месяц: общался с семьей, клубом, все взвешивал.

— Араса Озбилиза после Амстердама шокировал ночной Краснодар и скромная база «Кубани». Каково вам было переезжать в Армению?

— Точно так же, как и Арасу. В Армении — другая культура, другие люди, да все другое. В первые пару дней я чуть не сорвался обратно, настолько мне было плохо. Говорил всем: «Может, вернусь в Бразилию?» Но я был молод и открыт к возможностям — это главная причина, почему я остался.

По контракту у меня был 21 день, за который я могу передумать и покинуть Армению. Я оказался вне зоны комфорта, но время шло, я познакомился с городом и страной, начал тренироваться, играть. И убедился: футбол всюду одинаков. Хотя на полную адаптацию ушел целый год: первый сезон в «Арарате» у меня получился ужасным.

— Три вещи, к которым было сложнее всего привыкнуть в Армении?

— Погода. В России я узнал, что такое настоящий холод, но Ереван на фоне Сан-Карлуша тоже отличался. Помню, как впервые приехал в Армению: зима, мороз...

Второе — общение: в «Арарате» мало кто английским владел, а у меня тогда был только португальский. Шел в супермаркет — и не мог объяснить, что мне нужно.

И третье — еда. Дома, на родине, я привык есть мамину еду. Черную фасоль можно найти и за пределами Бразилии — но нигде ее не готовят так, как у нас. А тут мне поначалу некуда было сходить перекусить. Футболистам в этом особенно тяжело. Я усердно тренируюсь — и есть должен как следует.

— Армянский паспорт вы получили уже через два года?

— Через два с половиной. Тогда ФИФА допускала получение гражданства футболистами до того, как они проведут в новой стране пять лет. Так что мне повезло. Второй сезон удался гораздо лучше первого, я стал лучшим бомбардиром лиги — и на следующий год президент федерации, Рубен Айрапетян, предложил мне стать гражданином Армении. Я тут же ответил «да». Сборная Армении тогда испытывала проблемы, но играла с большими европейскими командами. А я к тому моменту уже привык к новой стране.

Все были счастливы моему решению, особенно семья. Когда  уезжаешь из Бразилии и преуспеваешь, тобой будут гордиться. И когда тебе выпадает честь играть за сборную другой страны — тоже. Реакция армян мне также понравилась.

— Уже армянином вы поехали в другой «Арарат» — из пятой французской лиги. Причина — финансовая?

— В ереванском «Арарате» начались большие проблемы. Я опять стал лучшим бомбардиром чемпионата, вызывался в сборную, имел несколько предложений — так что «Арарат» не хотел отпускать меня свободным агентом. Они отправили меня на пять месяцев во Францию, чтобы я поддерживал кондиции.

Я убедился, как во Франции красиво. А наша команда играла в Исси-ле-Мулино, это рядом с Парижем — конечно, моя жена была счастлива. Но я серьезно волновался насчет своего будущего. Когда переходишь в любительскую лигу, можешь никогда не вернуться в профессионалы. Чуть с ума не сошел от того, что армянские владельцы «Арарата» сослали меня туда. Говорил им: «Не хочу я уезжать, с чего это вдруг?»

— Условия в новом «Арарате» были так себе?

— Тебе выдают один комплект формы на сезон, и стирать его надо самому. А так во Франции ко мне относились хорошо, платили, у всех команд — идеальные стадионы. Плохо только с тренировками. Наш «Арарат» собирался только два-три раза в неделю. Приезжаю на тренировку, а мне говорят: «Сегодня ничего нет». И потом еще три дня сидишь дома, ничего не делаешь. Пришлось заниматься самостоятельно.

***

— Когда контракт с «Араратом» истек, вы перешли в «Пюник», где за два года выиграли все.

— А в одном сезоне снова забил больше всех! «Пюник» — самая большая команда в Армении, я гордился, что перешел туда. Все пошло замечательно: футболистов сборной я уже знал, против остальных не раз играл, армянский успел освоить.

— По мнению Эдгара Манучаряна, вы идеально ругаетесь матом на армянском. Как его учили?

— Когда учишь новый язык, часто говоришь, еще не зная о чем. Партнеры шутили надо мной: «Маркос, передай это тренеру». Я и передавал — а они все смеялись. И я вместе с ними! В конце-то концов я выучил все слова.

— В сборной вы переводите на армянский для Араса Озбилиза?

— В том числе я. Наверное, сейчас мы лучшие друзья в сборной. С Арасом вместе играли в «Кубани», в сборной живем в одной комнате, я часто хожу в гости к его семье. Когда Озбилиз только приехал в «Кубань», у него не было девушки, ему было одиноко и трудно — и я каждый день звал Араса к нам домой, моя жена готовила для всех.

За эту историю он меня убьет, но она очень забавная. Мы жили на базе, на парковке — куча машин. Опознать их просто: на всех налеплены логотипы «Кубани». Как-то вечером Арас ездил гулять и опаздывал на тренировку. И когда возвращался, врезался в чей-то автомобиль — небольшая царапина, но заметная. Озбилиз бросил где-то свою машину и сразу понесся на тренировку. После тренировки клубный персонал сбился с ног в поисках машины Озбилиза! Когда все обнаружилось, Арас признал: «Да, я поцарапал, но я торопился». Мы все так смеялись!

— Могли представить, что Генрих Мхитарян когда-то будет играть в «Манчестер Юнайтед»?

Открыть видео

— Еще в «Пюнике» я понимал, насколько талантливы Мхитарян и Гевор Газарян (сейчас — нападающий «Маритиму» — «Матч ТВ»). Генрих тогда был хорош, но я не видел его в «Манчестере»: он не слишком выделялся на фоне других. Зато когда перешел в «Металлург», достиг серьезного прогресса. Так что Генрих очень много работал над собой и всем доказал, что достоин играть в «МЮ».

— Как ему это удалось?

— Давно знаю Мхитаряна и видел, что он посвящает свою жизнь только футболу, каждый день работает с мыслью о завтрашнем дне и серьезно относится к своему делу. Генрих всегда ел здоровую пищу, ложился рано, не выпивал, не делал ничего, что навредило бы его телу.

Не у всех есть такая дисциплина, как у Мхитаряна — и такой сильный характер. Когда я играл в «Кубани», «Анжи» делал серьезное предложение о покупке Генриха. Но он писал мне: «Нет, Маркос, дело тут не в деньгах. У меня есть мечта — играть в Европе, в топ-клубе». А в этом сезоне, когда Моуринью не доверял Генриху, он писал мне: «Я пришел сюда не для того, чтобы говорить: ладно, посижу на скамейке. Нет, я должен отдавать всего себя и творить историю. Я должен играть».

«Спартаку» и «Анжи» Мхитарян ответил: «Я не готов продать свою мечту». Нобель Арустамян – о форварде «Манчестер Юнайтед»

— Когда вы перешли в «Металлург», Мхитарян играл за «Шахтер». В Донецке не протолкнуться среди бразильцев, но вы общались с армянами?

— Так было во всех городах, где я играл, и мне это нравится. Армения сделала так, что сегодня вы берете у меня интервью. В Донецке я общался с Мхитаряном, Газаряном и Карленом Мкртчяном (до 2016 года выступал за «Анжи» — «Матч ТВ»), а в «Металлурге» еще и генеральный директор был армянином (Олег Мкртчан — «Матч ТВ»). Пару раз я проводил время с Фернандиньо — он дружил с одним бразильцем из «Металлурга». Но я очень скромный человек, мне ни к чему тревожить других без повода.

***

— Правда, что Дан Петреску присмотрел вас для «Кубани» на матче сборных России и Армении в Петербурге?

— Да, тогда я понравился Дану. Но после игры отправился в «Металлург». Петреску следил за мной и дальше, и, как мне сказали люди из его окружения, игра «Металлурга» с «Шахтером» на «Донбасс Арене» стала ключевой для моего трансфера в «Кубань».

— Матч с Россией запомнился? Вы открыли там счет.

— А потом Павлюченко оформил хет-трик, да? Против таких, как он и Аршавин, играть тогда было крайне трудно. Мы неплохо начали, но в итоге проиграли. А ведь ехали в Россию с уверенностью в том, что можем победить. Ваша команда хорошо шла в группе, но играла не так здорово. Болельщики, кажется, протестовали против этого.

Это была очень важная игра для Армении. В том году мы боролись за квалификацию на чемпионат Европы. Дважды обыграли Словакию, не проиграли России дома. Я запомнил, как мы разгромили Македонию 4:1 (Пиццелли открыл счет — «Матч ТВ») и на последнюю игру с Ирландией ехали с шансами впервые в истории пройти отбор. Потом я еще играл против Пирло в Неаполе, но тот матч в Дублине особенно сильно врезался мне в память. Все фанаты — против нас, как только мы владеем мячом, трибуны давят — невероятная атмосфера. Это была особенная пора для всей страны и нашей сборной, все складывалось почти идеально.

— Но потом Армения опять стала всем проигрывать. В Ереване вы даже забили Португалии, а потом Криштиану Роналду сделал хет-трик. Впечатлил?

— Конечно. Мне все говорят: «Своим голом ты разбудил Криштиану». В начале-то он был не так хорош. Эта была игра при нашем новом тренере, Саркисе Овсепяне — именно он и посоветовал мне тогда пробить. Мы хорошо друг друга знаем — играли вместе за «Пюник» — и он всегда твердил мне: «Маркос, ты достаточно хорош, чтобы бить». Я никогда не пробовал бить штрафные так издалека, но Овсепян настаивал: «Попробуй».

Мы открыли счет, но в итоге проиграли — так было пять раз в том отборочном цикле (к чемпионату мира-2014 — «Матч ТВ»). А Роналду… Когда он забивает сначала издалека, потом на скорости, а потом — с пенальти, понимаешь: он заслужил называться лучшим в мире.

«В тюрьме чуть не подписал контракт с фанатом Криштиану». Русский менеджер и футбольный бизнес в Португалии 

— Не поменялись с Криштиану футболками?

— Да нет, я не так зациклен на этой теме. Футболками менялся только один раз — с Данни. Я несколько раз играл против него в составе «Кубани», а еще Мигель дружил с Марсиу, португальцем из «Краснодара». Когда Данни приезжал в Краснодар, мы с Марсиу пошли к нему пообщаться. Как-то мы играли против «Зенита», и после матча Данни подошел ко мне: «Что-то маловато сегодня твоих голов!»

Мигель Данни: «Когда услышал диагноз, подумал: может, пора заканчивать с футболом?»

«Выхожу из душа, а Рауль протягивает мне футболку». Новичок «Оренбурга», который видел все

***

Петреску — сумасшедший тренер?

— Дан может быть твоим другом, но если ты пересечешь границу, — станет ночным кошмаром. Он требователен к дисциплине и ждет, что его правила будут неукоснительно соблюдаться. Петреску ненавидел проигрывать и спорил с тобой даже на тренировках — например, говорил: «Вот тебе пять попыток, забей все пять». А после поражений дела с Петреску лучше не иметь.

Если вспомните, сезон в «Кубани» при Петреску — лучший в моей карьере. При этом на каждой тренировке он говорил мне в лицо: «Маркос, мне не нравится, как ты сыграл. Маркос, если не будешь меня слушать, мы опять проиграем».

— Никто в «Кубани» не понял, зачем понадобилось увольнять Петреску.

— Я тоже, и мне это не понравилось. Дан использовал мои лучшие качества, доверял мне, а «Кубань» тогда выглядела очень хорошо. Я был в сборной, когда мне сказали: Петреску больше не в команде. До сих пор никто не знает, что произошло.

— Вы могли уйти в «Динамо» к Петреску?

— Я слышал такие разговоры. Я нравился Петреску, и в самом деле ходили слухи, будто Дан хотел видеть меня в «Динамо». Агент подтвердил: это может быть правдой, но ни до чего официального не дошло. У меня все получалось в «Кубани», я был важен для команды, и клуб не хотел отпускать меня.

— Красножан не похож на Петреску?

— Он гораздо больше внимания уделяет тактике, но я бы не назвал это его сильнейшей стороной. Красножан много общается с игроками лично, объясняет, чего он хочет от каждого. При Красножане мы продолжали давать результат, но Петреску поднимался с «Кубанью» из первой лиги, многое пережил с командой и знал игроков как своих сыновей. Те доверяли Дану. А Юра Красножан был для нас новым человеком — это значит, новая философия, новая тактика. 

— С кем из игроков в «Кубани» теплее всего общались?

— Игорь Армаш — очень приятный человек, Макс из Белоруссии (Максим Жавнерчик — «Матч ТВ»), Ионов и этот игрок, который сейчас в «Динамо». Нет, не Козлов — Соснин! Удивительный парень. Очень веселый, позитивный, всегда заговорит с тобой, спросит, как дела, попытается обучить русским словам. А Ивелину Попову, помню, очень не нравилось его прозвище — «болгарский перчик»!

Мне очень помогал вратарь Беленов. Мы тренировали штрафные и пенальти, и он подсказывал мне, как пробить. Потрясающее время для «Кубани», мы были как семья.

— Почему Леонид Кучук не рассчитывал на вас как на игрока основы «Кубани»?

— У меня все получалось: Кучук выпускал меня во втором тайме — я забивал, а в другой встрече я делал голевую передачу. Помню, мы играли в жуткий холод в Перми, я закоченел на скамейке. Во втором тайме не мог размяться, потому что отморозил ступни. Мы с Фидлером и Бальде пошли в раздевалку отогреваться чаем. Потом я вышел на замену, забил с передачи Ионова — и мы победили 3:0.

Но в целом я играл мало. Никаких причин Кучук не называл. Я пытался спросить у него: почему у меня так мало практики? Но Кучук избегал разговора. Мы с Кучуком не конфликтовали, я уважаю его решения, но мне они не нравились. Скажу одно: я не хотел покидать «Кубань», люблю ее и до сих пор за нее болею, но с Кучуком у меня работа не сложилась.

Я не собираюсь рассказывать о нем плохого. Помню, однажды в Анталье Кучук бился с менеджерами «Кубани», требуя, чтобы команду переселили в другой отель. Он хотел жилье лучшего качества, где интернет позволял бы нам звонить семьям по видеосвязи и быть в контакте с родными. 

— Хоть раз видели Кучука улыбающимся?

— Никогда. Мы шутили над Кучуком по поводу того, что он не смеется и не улыбается, проиграем мы или выиграем. Меня не было в «Кубани», когда команду покидал Кучук, но я слышал, что игроки немного устали от того, что он никогда не расслабляется.

***

— Как решились сменить «Кубань» на «Краснодар»?

— Юра Мовсисян уже играл в «Краснодаре» и хорошо обо мне отзывался. И  часто говорил Сергею Галицкому: «Обратите внимание на десятого номера, Маркоса. Это хороший выбор». В конце концов, когда мы не поладили с Кучуком, мне позвонили из «Краснодара». Ну и город мне очень нравился, я уже обжился там.

— Первые впечатления от Галицкого?

— На сегодня «Краснодар» — лучший клуб, в котором я когда-либо играл. Лучший во всем, я сейчас не о деньгах и не о команде. Галицкий — невероятно честный и амбициозный человек. Навсегда запомню обстановку, которую Галицкий создал для работы футболистов. Со дня подписания контракта и до дня моего ухода ко мне относились так же, как и к Жоаозиньо, Вандерсону и всем остальным. У Галицкого все зависит от профессионализма игроков, никто и ничто им не мешает.

Все думают, что Галицкий — только бизнесмен, но поверьте, он прекрасно разбирается в футболе. И всегда думает о завтра, а не о вчера и сегодня. Поэтому все игроки, которые приходят в «Краснодар», становятся лучше.

«Галицкий засучил рукава и толкал милицейскую девятку». 10 историй, которые агенты никому не рассказывают

— Краснодарское дерби — главное в вашей жизни?

— Пока — думаю, да.  Это сейчас у «Краснодара» полно болельщиков и шикарный стадион, а у «Кубани» все плохо. Но тогда я отлично адаптировался в «Кубани», и мы не проигрывали «Краснодару», когда я был в составе. Я и забивал им! А главное, «Кубань» шикарно поддерживали. Фанаты приходили на тренировку, подбадривали и при этом давили на нас, требовали побед и ничего не прощали. Но игрокам такая среда нравилась, это только подстегивало.

— Ари рассказывал: бразильцы в «Краснодаре» постоянно над вами подшучивали. Как именно?

— Жо хорош, Вандерсон тоже, но самый веселый — точно Ари! Вы не можете его не полюбить. В раздевалке он и другие бразильцы прикалывались только надо мной! Например, над моим цветом кожи — я же белый бразилец, а они все мулаты.

Я не то что застенчивый — простой, скромный парень, а остальные бразильцы в «Краснодаре» постоянно делали стрижки, заботились о стиле. Однажды я уехал в сборную, и Лаборде и Ари скинули мне видео. Взяли мое старое нижнее белье и подожгли — чтобы я купил новое! А внутри бутсы написали: «Маркос, накопи уже денег и купи себе нормальных шмоток».

— Вы отыграли в «Краснодаре» всего полгода. Почему так мало?

— Полагаю, все из-за Мамаева. Он перешел в «Краснодар» одновременно со мной и заиграл на моей позиции. А ведь он младше меня и, конечно, он русский. Мамаев заслужил места в основе, но для меня это был минус.

Кто еще впечатлил в «Краснодаре», так это Газинский. Знаете, почему? За год до того, как я перешел в «Краснодар», Юра проходил просмотр у нас в «Кубани» на предсезонке. Ничего особенного я тогда не заметил. И как он прибавил, когда потом мы встретились в «Краснодаре»! Разница огромная.

— Олег Самсонов говорил, что Славолюб Муслин брал деньги в игроков «Краснодара» за место в составе.

— К сожалению, я тоже это слышал. Со мной подобного не происходило: мне не нравятся такие вещи, а главное — вместе с Муслиным мы поработали недолго, а я играл мало. Если бы я играл, люди могли бы подумать, что это все из-за денег! Шучу, конечно. Никаких доказательств того, что Муслину платили за выход в основе, у меня нет, но такие разговоры были.

— Вы им верите?

— Совру, если скажу, что не верю. Верю, конечно. Знаю, случается, что футболисты платят тренеру, чтобы сыграть. Не знаю, правда это или нет в случае с Муслиным, но все возможно.

— Доказать вы ничего не можете?

— Когда ты не можешь свидетельствовать, трудно что-то утверждать. А иначе люди будут тебе говорить: «Молчи, раз нечем подтвердить».

***

— Из «Краснодара» вы уехали в Казахстан.

— Я несколько раз отказывал «Актобе», еще когда играл за «Кубань». Переходить туда из «Краснодара» тоже особенно не хотел, но мне нужно было играть и забивать. Давыдов, мой знакомый по «Кубани», уже играл в «Актобе» и хвалил клуб и лигу.

В итоге я доволен опытом в «Актобе». Актюбинск — маленький город, делать совершенно нечего, но люди там обожают футбол. А я туда все же не туристом приехал. Мне было комфортно в Донецке, да и в Бразилии я жил в небольшом городе, так что Актюбинск не стал проблемой.

Данило Неко, с которым мы играли в «Актобе», рассказывал то же самое о Владикавказе: после тренировки — сразу домой, больше ничего город не предлагал. Другой бразилец, Андерсон Сантана, уже играл в Одессе за «Черноморец», так что в Казахстане ничему не удивлялся. А когда надо, нам помогал мой друг Роберт Арзуманян. 

— В «Актобе» вы работали с Владимиром Газзаевым. «Алания» с ним вылетела в первый дивизион, а последние два года он нигде не занят.

— Знаю, что люди сомневаются по поводу Владимира и его уровня. Поверьте, это профессионал, он многое вкладывает в игроков. Предположим, он не тактик, как Гвардиола, не такой тренер, как Моуринью, но он усердно работал изо дня в день. У Газзаева полно энтузиазма и энергии, но он еще молод, и ему еще не достает опыта.

Ошибка Владимира, думаю, в том, что он слишком долго следовал по стопам отца. Валерий добивался успеха, но футбол меняется, и методики устаревают. Если Владимир научится современному футболу, его ждет большое будущее.

— Правда, что «Актобе» играет на поле футбольной школы?

— На стадионе «Актобе» натуральный газон, а в начале сезона в Казахстане плохая погода. Так что иногда мы перемещались на школьное поле.

С инфраструктурой «Кубани» или тем более «Краснодара» условия в Казахстане, конечно, и сравнивать нечего. Но я играл в чемпионате Армении, и казахский чемпионат гораздо более современный. Все просто, но достойно.

https://www.instagram.com/p/BASi6eoo6rj/

— Из Казахстана вы двинули дальше в Азию: сначала Саудовская Аравия, потом — ОАЭ. Во сколько раз зарплаты там выше, чем в России?

— Сумму называть не буду, но разница по сравнению с Россией — не катастрофическая. Мне, может, платили чуть больше, чем в краснодарских клубах — а другим на моем месте, может, и нет смысла уезжать в Азию. Звезд там осталось мало: я играл против Салли Мунтари и нескольких бразильцев, которые известны только на родине.

Я переходил в «Аль-Раед» и «Аль-Фуджайру» ради денег, не буду скрывать. Бразилец, снайпер, десятый номер — такое там любят. Мне предложили прекрасные условия, и я не стал отказываться. Теперь все члены моей семьи в Бразилии обзавелись домом и работой.

Ходили разговоры, что я могу перейти в китайский клуб, но я в свои 32 года без серьезных клубов за плечами вряд ли там интересен. Если у них есть деньги на Роналду, зачем им Маркос?

«В Италии меня прозвали бульдозером». Бразилец из «Рубина», который мог уехать в Китай

— Сейчас вы счастливы в «Ксанти»?

— Вполне. Здесь играет Джордже Лазич, с которым мы знакомы по «Металлургу». Есть с кем попрактиковаться в русском языке!

В Греции давно за мной следили, но страна страдала из-за кризиса — в арабских странах с этим проблем не было. Но теперь все стало лучше, и «Ксанти» борется за попадание в Лигу Европы. Для меня это вызов: хочу доказать всем, что еще могу поиграть на высоком уровне и привести команду к историческому выходу в еврокубки.

— Самые крутые фанаты — в Греции?

— Таких безумных я никогда не видел. Мы играли кубковый матч против команды второй лиги. Стадион — битком! Фанаты наших соперников пытались нас убить. Покидать стадион нам помогала полиция. Риск для жизни — это не здорово, но когда тебе кричат гадости с трибун — это и есть футбол. Обожаю такую атмосферу.

— Вы поиграли в девяти странах. Ваша семья действительно путешествует с вами повсюду?

— Благодаря футболу я могу себе это позволить. Я очень семейный человек: если моя жена и дочь не со мной, я несчастлив. Получается у тебя на работе или нет, всегда здорово возвращаться домой к семье.

Мои родители приезжали к нам в Краснодар, родители жены тоже часто нас навещают. Жена очень скучает по Краснодару: она очень подружилась с женой Маркоса Уреньи и Анхеля Деальберта. С Озбилизом мы только Краснодар и обсуждаем. Я бы хотел когда-то туда вернуться.

— Главное отличие между бразильцами, армянами и русскими?

— В России больше стресса, переживаний, плохого настроения. Мне кажется, это из-за прошедшей войны. Русские, как и армяне, мало улыбаются, они не открыты. Самое правильное слово — холодность.

Текст: Александр Муйжнек

Фото: Getty Image, РИА Новости/Александр Вильф, РИА Новости/Виталий Белоусов, РИА Новости/Алексей Даничев, РИА Новости/Виталий Тимкив, РИА Новости/Игорь Руссак

Первый матч 1/8 финала Лиги Европы «Сельта» — «Краснодар» — сегодня в 23:00 в прямом эфире «Матч ТВ».

Больше «Краснодара» на «Матч ТВ»

«Я думал, что мы играли дома». Эпизоды игры в Краснодаре, которые вы могли упустить

58 тысяч счастливых людей на российском футболе

Что надо знать о «Сельте» — новом сопернике «Краснодара»

Этот текст поможет «Краснодару» выйти в четвертьфинал Лиги Европы

«Широков назвал меня геем-отморозком». Лучшее из шоу «Культ тура»: «Краснодар»

Что мешает «Краснодару» стать лучшим клубом страны. Колонка Романа Трушечкина

Жуткие промахи Смолова и камбэк «Урала» после 0:3. Такие матчи Кубка России бывают только во сне

Вам также понравится

«В Марселе полиция действовала как в комедии «Такси». Интервью Владимира Маркина

Фернанду Мейра: «Больше всех в «Зените» Спаллетти боялся Денисова»

Кирсан Илюмжинов: «В Америке мне удивлялись — первый раз санкционный подозреваемый сам пришел»

Николас Ломбертс: «В «Зените» никто не скажет, что я засранец»

«Рома вспоминал: остаться против Иньесты — это конец». История младшего из братьев Еременко

  • sportbox.ru
Присоединяйтесь к нам в социальных сетях